Жанр: Любовные романы
Рискованное приключение
...оспешно обошел вокруг стола, чтобы
вручить ему бумагу, в который раз благодаря Бога,
что у него хватило ума ею заручиться.
Ротгар прочитал написанное и поднял глаза.
- Вы ее потребовали, мистер Грейндер?
Озноб снова охватил Грейндера.
- Я счел это необходимым, милорд.
Ротгар поднялся.
- Мистер Грейндер, если вы когда-нибудь еще подвергнете сомнению
распоряжение члена моей семьи, вы будете
немедленно уволены. Можете продолжить ваши занятия.
Потрясенный до глубины души, Грейндер смотрел вслед маркизу, который вошел
во внутренний кабинет, и думал о том,
поймет ли он когда-нибудь ход мыслей своего хозяина.
В своем кабинете Ротгар сунул расписку Эльф в ящик стола, затем постоял
немного, размышляя. Бог воистину благоволил к
ним, подумал он, когда задержал отплытие Шона и Частити. Позвонив в серебряный
колокольчик, он вызвал лакея,
дежурившего в коридоре.
- Милорд?
- Будьте любезны, попросить лорда и леди Шонрик присоединиться ко мне, как
только им будет удобно.
Шон и Частити все правильно поняли и появились через несколько секунд.
- Боже, Ротгар, - пожаловалась Частити, указывая на свое дорожное платье, -
у меня даже не было времени скинуть эту
грязь.
- Примите мои извинения. - Маркиз усадил ее в удобное кресло. - Возникли
обстоятельства, которые могут оказаться весьма
срочными.
- Неприятные? - спросил Шон, устроившись на ручке кресла возле жены.
- Боюсь, что так. И кажется, это касается Эльф.
- Эльф? Да с ней не было проблем с тех пор, как она подсыпала перец в
нюхательный табак дядюшки Фавершема!
- Ты забыл о Скотсдейле.
Шон поднялся, положив руку на эфес шпаги.
- Не хочешь же ты сказать, что она опять угодила в лапы мошенника?
- Я не знаю, куда она угодила, и собираюсь навестить леди Лессингтон, чтобы
это выяснить. Полагаю, вы с Частити захотите
сопровождать меня.
- Разумеется. Но почему ты думаешь, будто что-то неладно?
Ротгар решительно подошел к двери.
- Просто потому, что одна из наших служанок убита в Уолгрейв-Хаусе, и она
там находилась по распоряжению Эльф.
- Невероятно!
- Кстати, я не забыл упомянуть, что граф, судя по всему, исчез сегодня
утром вместе с неизвестной женщиной, в обществе
которой он находился?
В затянувшейся паузе Частити переводила взгляд с одного брата на другого.
- Вы же не думаете... Но он ей совсем не нравится!
Рука Шона крепче сжала рукоятку шпаги.
- Зато он достаточно сильно ненавидит Маллоранов, чтобы использовать наших
женщин, пытаясь нанести нам удар. Я...
- Ты пойдешь со мной к леди Лессингтон, - решительно сказал Ротгар.
- Дай Бог, чтобы Эльф была там, - мрачно добавил Шон.
Аманда изо всех сил старалась получить удовольствие от завтрака со своим
возлюбленным супругом, несмотря на
мучительное беспокойство об Эльф. От Сафо пришла записка, в которой говорилось,
что Эльф у нее, и это снимало один из
вопросов, терзавших Аманду.
Каким образом Эльф удалось связать лорда Уолгрейва и что это могло значить?
Удастся ли ее подруге избежать скандала?
Когда лакей доложил, что прибыл маркиз Ротгар и хочет видеть свою сестру,
Аманда чуть не уронила чашку с шоколадом.
Стефен тотчас же встал из-за стола, чтобы выйти к посетителям. Аманда
последовала за ним. Она возносила хвалу небесам,
что могущественный маркиз наконец появился и возьмет на себя весь клубок
проблем, но боялась за бедную Эльф. Что Ротгар
сделает с ней, когда все откроется?
Войдя в свою лучшую гостиную, она обнаружила, что маркиз пришел не один.
- Шон? Господи милосердный, я думала, ты уже в море!
Шон пожал плечами:
- Не было попутного ветра, а затем возникли проблемы с кораблем. Было
решено отложить плавание на месяц, ну а торчать
в Портсмуте ни к чему. - Хотя он говорил достаточно любезно, Аманда не могла не
заметить несвойственную ему мрачность. -
Мы пришли поговорить с Эльф.
Стефен повернулся к Ротгару:
- Я вернулся домой только вчера вечером, но, как понял, леди Эльфлед решила
провести несколько дней у поэтессы по
имени Сафо.
Аманда молила Бога, чтобы эта история сошла за правду. Тут она вспомнила,
как Эльф говорила ей, что Сафо - любовница
маркиза.
Силы небесные, что теперь будет!
Единственным свидетельством, что эта информация имеет какое-то значение,
была пауза, пока Ротгар брал понюшку табака.
- Сафо? - повторил он, отряхивая пальцы шелковым платком. - Вы случайно не
знаете, леди Лессингтон, почему она решила
перебраться туда?
Сраженная его проницательным взглядом, Аманда старалась, как могла.
- О, она вовсе не перебралась, милорд! Вся ее одежда здесь. Я хочу сказать,
- поспешно поправилась она, - большая ее часть.
Мы, видите ли, нанесли визит Сафо. Несколько дней назад... - Чем дольше эти
темные глаза наблюдали за ней, тем в большее
смятение приходил ее ум и путался язык. - Чтение стихов. Что-то неподражаемое!
Эльф, должно быть, почувствовала
симпатию к этой даме...
- Так когда она уехала?
- А... Вообще-то прошлым вечером.
Стефен повернулся к ней:
- Прошлым вечером? Я думал...
Аманда натянуто улыбнулась:
- Под влиянием импульса. Ты же знаешь Эльф.
- До сих пор я думал, что это так, - сказал Шон. - Что, черт побери, она
затеяла?
Стефен, хмурясь, взглянул на Аманду:
- Но ты была на маскараде у леди Ярдли прошлым вечером.
- Ну конечно, мы там были, дорогой. Ведь ты там нашел меня! - Аманда
судорожно пыталась свести концы с концами. -
Эльф встретила там Сафо и - совершенно импульсивно - приняла приглашение
погостить у нее. - Она ослепительно
улыбнулась Ротгару:
- Вы ее там найдете, милорд.
Ротгар улыбался, как если бы поверил каждому ее слову. В конце концов так
все и было! Почти.
Он поцеловал ей руку.
- В таком случае нам надо ехать. Примите мои извинения за прерванный
завтрак, миледи. Милорд.
Когда Маллораны вышли, Аманда повернулась к мужу.
- Аманда, любовь моя. Думаю, тебе лучше рассказать мне, что происходит.
В карете три Маллорана не перемолвились ни словом; лишь Ротгар приказал
кучеру доставить их к дому на Харлоу-стрит.
Наконец Шон произнес:
- Странная история.
- Чрезвычайно! - заметил Ротгар. - Особенно если учесть, что Сафо не
выносит маскарадов и, насколько мне известно, не
была ни на одном. А леди Ярдли - тетка Уолгрейва.
В доме Сафо Эльф немного ожила после кофе и еды. Теперь она изучала Форта,
пытаясь найти брешь в его глухой обороне.
За завтраком граф не проявил ни малейшего интереса к еде. Он должен был
испытывать по крайней мере жажду. Не все же
человеческое ему чуждо?
Ему было явно больно и неудобно, но он продолжал сидеть совершенно
неподвижно. Девушка понимала, что его раздражает
ее пристальный взгляд, хотя он и не сводит глаз со стены над ее головой. Во
всяком случае, она надеялась на это. Ей даже
хотелось вызвать у него раздражение. Любая реакция лучше, чем ничего.
Сафо вышла с подносом, и на минуту они остались наедине.
Эльф встала и принялась вышагивать перед ним.
- Ты имел в виду, что король вне опасности?
Не дождавшись ответа, она приблизила лицо вплотную к нему.
- Ответь мне! Это важнее, чем эти твои мелочные счеты.
Он перевел взгляд на нее и затем медленно и надменно приподнял брови.
- Все значительно сложнее. Ладно, успокойся. Можешь перестать суетиться.
Король предупрежден о заговоре.
- Слава Богу! - воскликнула она, выпрямившись. - Значит, ты никогда на
самом деле не участвовал в нем. - Резко
повернувшись, она уставилась на него. - Мюррей был прав. Ты действовал как
провокатор.
- Ничего подобного. Провокатор вовлекает людей в преступную деятельность и
затем выдает их властям. Я никого не
вовлекал. В отличие от тебя.
Воспоминания обдали ее жаром, и не в последнюю очередь ее просьбы о ночи
удовольствий. Именно этого он и добивается,
поняла Эльф, чтобы она вспомнила и почувствовала себя неловко.
- Господи, - протянула она, подбоченившись, - уж не намекаешь ли ты на то,
что я действовала как провокатор и втянула
тебя в блуд? Ну по крайней мере я не собиралась сдавать тебя властям.
- Нет? А я уж подумал, что ты получишь особое удовольствие, натравив на
меня своих мстительных братцев.
- Я этого не заслужила.
- Ты заслужила все, что последует. Если ты не собираешься поднимать шум,
уверяю тебя, это сделаю я.
Она с ужасом уставилась на него:
- Что ты хочешь сказать?
Жестокая улыбка исказила его лицо, неожиданно подчеркнув его красоту.
- Я намерен всему свету рассказать о наших похождениях. В деталях. Подумай
об этом. Заметки в низкопробных газетенках.
Анекдоты в клубах. Картинки в книжных лавчонках для развлечения публики. Вот
будет потеха.
- Пока Ротгар не убьет тебя за это.
- Я очень на это рассчитываю, если только мне не повезет настолько, что я
убью его.
Все добро, сотворенное ею, было уничтожено до последней капли. Своими
руками она добавила ему столько новых ран, что
не поручилась бы за его рассудок.
- Перестань, - молила она. - Прошу тебя, не говори так!
В этот момент дверь отворилась, и голос Сафо произнес:
- Они здесь, милорд.
Эльф обернулась, и внутри у нее все перевернулось, когда она увидела не
только Ротгара, но и Шона с Частити, входящих в
комнату.
Прежде чем она успела что-нибудь сказать, Форт повернул голову к двери:
- О, почтенное семейство! А мы с Эльф только что обсуждали, как получше
оповестить весь свет о прошлой ночке
сладострастных утех.
Глава 13
Эльф яростно налетела на него:
- Ты просто болван!
Острие шпаги Шона уже упиралось в горло Форта, а Ротгар твердой рукой
отводил ее за рукоятку.
- Он связан, Шон, Может быть, позже.
Частити бросилась к Эльф:
- Это правда?
Эльф поморщилась:
- В отличие от твоего случая - да. Ты что-то можешь предложить?
- Боже мой, нет. Я полное ничтожество, когда дело доходит до скандалов. Но
обещаю, что никому не позволю поднять на
тебя руку.
Эльф посмотрела в ее испуганные глаза и поняла, что даже месяцы свободы и
брак с Шоном не смогли полностью изгнать
страх из ее души.
- Ну что ты, они не станут, - мягко заверила она Частити. - Но вот его они
вполне способны убить. - Увидев, как Частити
побледнела, Эльф вспомнила, что Форт - ее брат. - Я не допущу этого, - твердо
пообещала она, взяв невестку за руки, хотя не
представляла, каким образом может помешать братьям, история со Скотсдейлом была
слишком свежа в ее памяти.
- Я тоже, - решительно заявила Частота и, подойдя к брату, встала рядом с
ним лицом к Шону и маркизу.
Эльф подумывала, не присоединиться ли к Частити, но что это даст? К тому же
она сомневалась в степени своей лояльности.
Она вдруг вспомнила, как говорила Сафо, что братья ей дороже Форта. Теперь
оставалось только надеяться, что не придется
выбирать между ними.
- Бей, - обратилась она к Ротгару, - тут замешаны серьезные дела.
Маркиз повернулся к ней:
- Очевидный вывод, учитывая, что дошло до трупов.
По его виду нельзя было сказать, что он в ярости, но ей хорошо известна
способность старшего брата скрывать самые
сильные эмоции.
- Это заговор якобитов с целью убить короля.
- В постели Уолгрейва? - Значит, он более разгневан, чем кажется.
- Нет, - отрезала она. - Это несущественно, и с этим мы разберемся позже.
- Несущественно, - певуче протянул Форт. - Уверен, ты рассуждала иначе,
когда не давала мне прохода.
Шон шагнул вперед. Частити схватила его за рукав, но именно поднятая рука
Ротгара остановила его.
- Позже, - опять сказал маркиз.
Эльф отметила, что на сей раз он опустил может быть. Девушка пожалела, что,
связав Форта, они не додумались воткнуть
ему кляп в рот.
- Поскольку нам определенно есть, о чем поговорить, - медленно проговорил
Ротгар, глядя на Форта, - не будешь ли ты
настолько любезен, Уолгрейв, отложить на время свои попытки самоубийства. О
каком заговоре идет речь?
- Развяжите меня.
- Думаю, не стоит. Это сохранит тебе жизнь. Лучше расскажи мне о заговоре.
Губы Форта упрямо сжались, затем он нехотя заговорил:
- Некто по имени Мюррей составил безумный план убить короля и восстановить
Стюартов на престоле. Он намерен
начинить порохом подарок и взорвать его в присутствии короля. Никакой реальной
опасности нет. Гренвилу все известно, и
окружение короля предупреждено.
- Но злоумышленники, как я понял, оставлены на свободе.
- Гренвил хочет взять их с поличным.
- Почему?
После некоторой заминки Форт ответил:
- Потому что Мюррей - дальний родственник Бута и сейчас живет в его доме.
- Ага. И повязанный на месте преступления Мюррей потащит за собой Бута,
освободив Гренвилу дорогу к посту премьерминистра.
- Маркиз задумчиво смотрел на Форта. - Я и не подозревал, что вы
принадлежите к партии Гренвила. Как вы
оказались втянуты в это дело?
- А это, черт побери, вас не касается.
- Вне всякого сомнения, результат неразборчивых связей вашего отца.
Известно ли вам, что прошлой ночью в вашем доме
произошло убийство?
- Слышал нечто в этом роде. - Связанный и растрепанный, Форт тем не менее
расслабился настолько, что сидел со
скучающим видом титулованного вельможи в нудной компании.
- Одна из жертв служила у меня.
- Таскала, видимо, что плохо лежит? - Форт презрительно приподнял бровь. -
Для вас, разумеется?
- А у вас было что-нибудь нужное мне? - осведомился не менее холодно
Ротгар. - Если, конечно, мы не говорим о
механической игрушке.
Игрушке? Для Эльф это прозвучало как очевидная нелепость, но возникшее
напряжение свидетельствовало об обратном.
Краска выступила на щеках Форта, и он вызывающе поднял подбородок.
- Да, я организовал кражу в Ротгарском аббатстве, чтобы Мюррей мог
использовать ее в своих замыслах. И да, надеялся
бросить на вас тень.
- Почему же теперь это устройство вас больше не волнует?
- А почему я должен волноваться?
- Потому что прошлой ночью оно исчезло.
Форт внезапно побледнел.
- Господи, я забыл... - Он смерил Эльф уничтожающим взглядом и затем резко
отвернулся. - Но еще есть время. Они
должны достать какой-то мифический камень.
- Камень из Скона, - мрачно пояснил Ротгар, отбросив всякое притворство, -
Что именно было сказано приближенным
короля?
- Камень из... Коронационный камень? Он пропал?
- Что сказано приближенным короля?
Вздрогнув от тона, которым были произнесены эти слова, Форт казался не
менее встревоженным, чем Ротгар.
- Опасаться неожиданных подарков. - После короткой паузы, возможно, в ответ
на непрозвучавший вопрос Ротгара, он
добавил:
- Гренвил не хотел вдаваться в детали, опасаясь, что король расскажет Буту,
а Бут все разболтает.
- И в надежде, что часть вины припишут мне. Как я полагаю, игрушка будет
послана от моего имени, а значит, не станет
неожиданным подарком. - Он повернулся к Шону:
- Давай быстро в Маллоран-Хаус за нашими лучшими лошадьми и затем скачи в
Виндзор предупредить короля. Частити,
отправляйся с ним. Пусть Грейндер подготовит людей, чтобы действовать без
промедления. Пошлите также сообщение
Гренвилу.
Когда взволнованная пара выбежала из комнаты, Ротгар повернулся к Форту,
который пытался освободиться от пут:
- Король, как вам хорошо известно, весьма заинтересовался игрушкой. Я
предполагал преподнести ее после рождения
ребенка, и он это знает. Неужели вы всерьез думаете, что он позволит этим
господам помешать ему завести игрушку и
посмотреть ее в действии?
- Их предупредили. Проклятие! Развяжите меня.
- Вы не можете сделать ничего такого, чего не могут другие.
Эльф прервала их спор:
- В погребе, где нас держали, был здоровенный камень.
Форт уставился на нее:
- Что? Ты ничего не говорила.
- Мы все равно не могли использовать его, чтобы выбраться оттуда. Он был
размером с подушку. - Она посмотрела на
Ротгара. - Камень ведь именно такой, да? Плоский валун.
- Разрази вас гром! Освободите меня.
Ротгар проигнорировал его вопли.
- Итак, они украли камень, затем вывели Уолгрейва из игры. В погребе,
значит? Одного не понимаю, почему они вас не
убили.
- Потому что, - заявил Форт, - мертвый граф вызовет больше вопросов, чем
пропавший. - Он перестал вырываться и с
обреченным видом обмяк, прислонившись к спинке дивана. - Уверен, они хотели
вызвать как можно меньше шума.
Кровопролитие, вероятно, полностью на совести вашей сестры.
- Интересно! - воскликнула Эльф. - Как это может быть?
Он взглянул на нее:
- Потому что, как вообще свойственно Маллоранам, вы вмешались. Мюррей не
знал, что с вами делать. От этого его
беспокойство переросло в панику. Кроме того, вы привлекли своих людей, и, вне
всякого сомнения, именно поэтому
произошло насилие.
- Возможно, в этом есть доля истины, - спокойно заметил Ротгар. - Но так
как они чуть не убили охранника, которого вы
приставили сторожить игрушку, нет оснований сваливать все грехи на нас. Вы не
знаете, сколько нужно времени, чтобы
превратить игрушку в орудие убийства?
- Я не являюсь их доверенным лицом, - огрызнулся Форт. - Они собирались
засыпать порох и кусочки металла во
внутреннюю полость механизма, так что, если его завести, произойдет взрыв и пули
разлетятся во все стороны.
- Ну а если раны не окажутся фатальными, то заражение может стать причиной
смерти.
Форт опять начал извиваться в своих путах, но вскоре сдался, крепко сжав
челюсти.
- Полагаю, вы намерены использовать это, чтобы уничтожить меня.
- Я? Я менее всего склонен к разрушению. Но хотел бы кое-что обсудить с
вами наедине. Эльф, оставь нас.
Эльф переводила взгляд с одного на другого.
- Нет, если ты собираешься причинить ему вред.
Ротгар повернулся к ней, недоуменно приподняв брови:
- Он связан. У меня и в мыслях этого нет. Но я не прочь узнать, как ты
относишься к нему.
Она обнаружила, что дать честный ответ на этот простой вопрос совсем не
просто.
- Я... он небезразличен мне. Он не принуждал и не соблазнял меня...
- Лизетт! - насмешливо воскликнул Форт. - Неужели ты забыла, что я
практически похитил тебя и даже привязывал к
кровати?
- О, помолчи. Я прекрасно помню, что ты не приставал ко мне, когда я была
связана. И прошлой ночью мне пришлось
немало потрудиться, чтобы подбить тебя на то... что мы сделали.
- Совокупление на полу, - предавался воспоминаниям Форт, - потом в постели,
затем даже на гробу...
С горящим лицом Эльф сжала кулачки и издала вопль полного отчаяния.
- ...и еще, да, вспомнил, в самом гробу. - Он повернулся к ней с выражением
притворного сочувствия. - Я просто поражен,
как ты еще можешь ходить.
Эльф отвернулась:
- Наверное, я его ненавижу.
- Наверное, нет. - Ротгар нежно дотронулся до ее плеча. - Как это ни
грустно, но, боюсь, тебя ненавидит он, иначе не стал бы
так позорить.
Она шагнула в его объятия, и он крепко прижал ее к себе, как бы без слов
говоря, что вся его сила и любовь, как всегда, с
ней. Эльф была готова расплакаться от стыда за то, что натворила.
- Я поражен, - сказал Ротгар. - Я всегда считал, что ты последний человек
на свете, кто способен вызвать в ком-то подобное
ожесточение.
- У него есть основания, Бей. Не очень веские, но есть. - Она оторвалась от
брата и посмотрела в циничные глаза Форта. - Я
переоделась, и он не узнал меня. А когда был очень уязвим, я приставала к нему с
больными для него вопросами. Думала, так
лучше. Но граф рассказал мне больше, чем стал бы рассказывать Маллорану.
Надеюсь, наступит день, когда он простит меня.
- Моя дорогая Эльф, - задушевно проговорил Форт. - Видимо, от всех
треволнений ты немного помешалась. Этого дня не
будет. Шон собирается убить меня. Должен признаться, я не рассчитывал, что он
здесь объявится. Как ты помнишь, я однажды
упражнялся с ним на шпагах. Хотя я с тех пор усердно работал над собой, но все
еще ученик по сравнению с этим признанным
мастером.
- Ни один из моих братьев не убьет тебя без моего разрешения. - Она
повернулась к Ротгару:
- Ведь так?
После секундной заминки тот произнес:
- По этой причине-нет.
При этих словах Форт поднял глаза на Ротгара:
- Меня поражает ваша нечеловеческая выдержка. Могу я по крайней мере
рассчитывать, что вы ее хотя бы отлупите?
- Сомневаюсь. Можете отнестись к этому, как вам угодно. Эльф, выйди.
Эльф видела, чего стоило брату его спокойствие. Отчаявшись найти слова,
чтобы помочь делу, она вышла из комнаты.
Сафо ждала в холле, перекинув через руку черную мужскую одежду.
- Это не понадобится Уолгрейву? Я посылала к нему домой, но кажется, саван
придется более кстати.
- Насколько я поняла, смерть ему не грозит. - Чувствуя, как дрожат губы,
Эльф коснулась камзола, узнав пуговицы, которые
трогала в Летнюю ночь, когда была с ним в его лодке.
- О Боже, я - причина всех несчастий.
- Вовсе нет. - Рука Сафо обвилась вокруг нее. - Моя философия заключается в
том, что во всех бедах виновны мужчины, и
пусть они сами с ними справляются.
Проводив взглядом сестру, Ротгар некоторое время молча изучал закрытую
дверь, прежде чем повернуться к Форту.
- Не надо напрягаться. У меня нет ни малейшего намерения прикасаться к вам.
Форт откинул голову назад и закрыл глаза.
- В таком случае, полагаю, я буду избит словами. А вы не подумали, что,
имея такого отца, как мой, я натер себе от этого
изрядное число мозолей и практически неуязвим?
- Вы меня очень удивите, если будете утверждать, что он ограничивался
нравоучениями. Честно говоря, Уолгрейв, я хотел
извиниться перед вами.
Глаза Форта открылись и остановились на его собеседнике.
- Теперь моя очередь удивляться.
- Я ожидал подобной реакции. Мое отношение к тому, что произошло между вами
и моей сестрой, целиком зависит от
дальнейшего развития событий. Но это никак не связано с моим прегрешением,
которое состоит в том, что я вас недооценил.
- Я несколько сбит с толку, но заинтригован.
Ротгар пересел в кресло, стоявшее перед диваном.
- До того как Шон увлекся Частити, вы были для меня не более чем именем, и
интересовали меня разве что как сын моего
врага. Я полагал, что вы заурядный щеголь, все мечты которого сводятся к оружию,
женщинам и вину.
- Ах, незабываемые дни...
Не обращая внимания на его реплику, маркиз продолжал:
- Вступив в права наследства слишком рано, я избежал унылого существования
в тени отца, который не давал бы
возможности сыну себя проявить. А непосредственный контакт с вами по делу
Частити, окончательно убедил меня в вашей
незначительности. Впрочем, пока не дошло до дуэли.
- Вы не ожидали, что я способен признать поражение и не дуться, как
обиженный подросток?
- Именно.
Форт пристально посмотрел на маркиза:
- Не припомню, чтобы ваше отношение сколько-нибудь смягчилось.
- Свои чувства я храню при себе. К тому же отнюдь не смягчился, а просто
отметил этот факт, но забыл принять его к
сведению. Вы совершенно справедливо полагаете, что я сделал все возможное,
используя вас как пешку в своих планах
уничтожить вашего отца.
Форт со свистом втянул воздух.
- Неужели вы думаете, достаточно извиниться - и все в порядке?
- Ни в коей мере. Извинения, в сущности, ничего не меняют. Я прошу у вас
прощения в надежде облегчить собственную
совесть. Возможно, это поможет вам примириться с самим собой. Я не намерен
извиняться за то, что использовал вас. Это
была безупречная стратегия.
- Да что вы. Может, и меня убедите?
- Это входит в мои намерения. В тот вечер у меня не было никакого четкого
плана, кроме решимости представить вашему
отцу доказательства его измены и заставить его тем самым согласиться на брак
Частити. Не скрою, я надеялся довести его до
самоубийства, так как считал его слишком опасным, чтобы позволить ему свободно
разгуливать. Но никак не ожидал, что он
сам попытается кого-нибудь убить. А следовало бы. Самоубийство, возможно,
является самым жестоким актом признания
собственной вины. Ваш отец никогда ни в чем себя не винил.
- Еще один просчет. Должно быть, вас немилосердно терзает чувство
собственной вины. Какая жалость...
- ...что я не убил себя? - Ротгар улыбнулся. - Я научился справляться с
чувством вины. И все же виню себя в том, что
недооценил вас. Когда ваш отец ворвался в холл вне себя от ярости, размахивая
пистолетом, вы, Брайт и я находились
неподалеку, имея при себе оружие. Я мгновенно принял решение: ваш отец должен
умереть, но было бы крайне неудобно, если
бы это случилось от руки Маллорана. Всем известно, что мы с вашим отцом не
ладили, и в своем бредовом состоянии он
распространял лживые слухи обо мне и моей измене королю. Я не вмешивался до
последней минуты, надеясь, что вы
подтвердите мое суждение о вас как о поверхностном человеке, склонном к
поспешным действиям.
Форт пожал плечами:
- Каким я и являюсь. Я убил его.
- Вы могли просто ранить или выстрелом выбить пистолет из его руки. Вы -
хороший стрелок и стояли совсем близко.
Челюсти Форта сжались.
- Я думал, это извинение, а не допрос,
- Milles Pardons "Тысяча извинений (фр.)". - Ротгар склонил голову. -
Разумеется, вам пришлось убить его, чтобы спасти
вашу семью от бесчестия. Мои извинения связаны с тем, что я не правильно вас
понял и впоследствии не уделял вам должного
внимания. Принял вас за олуха, способного убить собственного отца, пусть даже
ненавистного, без угрызений совести.
Постепенно до меня дошло, что это не так. Насколько я могу судить, ваша
деятельность с тех пор, как вы стали графом, была
ответственной и зрелой, за исключением отношения к моей семье. Мне остается
только предположить: подобно своему отцу,
переложившему собственную вину на меня и принцессу Августу, вы переложили ее на
Маллоранов.
- Из чего вы заключили, что я спятил. Я бы назвал это - с больной головы да
на здоровую.
- Бессмысленно подначивать меня, Уолгрейв. Не в ваших силах досадить мне.
Да, в моих жилах течет кровь моей
сумасшедшей матери. Ваш отец не был безумен, разве что в самом конце. Он
чересчур любил власть и слишком мало
задумывался, к чему могут привести его поступки. Кроме того, он являлся рабом
собственной непомерной гордыни,
неуправляемого темперамента и не выносил, когда ему перечили. Мне кажется, вы
унаследовали все его недостатки.
Маркиз поднялся и расправил белоснежное кружевное жабо.
- Примите мои извинения за то, что не правильно вас понял, поставил в
положение, причинившее вам боль, и ничем не
помог.
- Неужели вы думаете, я приня
...Закладка в соц.сетях
