Жанр: Любовные романы
Бес попутал
... и
фоторепортеров. Расталкивая друг друга и выкрикивая вопросы, они протягивали
к ним микрофоны. Пробившись сквозь толпу, Стенли проводил Деби до ее машины
и остановился в замешательстве. — Я собирался взять такси, но...
— Я подвезу вас, — предложила она, отчаянно пытаясь защититься от
вспышек, направленных прямо ей в лицо.
Машина рванула с места. Стенли громко выругался.
— Должно быть, тот парень, которого вы выпроводили, организовал все
это. Вероятно, он, как только вышел от вас, позвонил в газеты и ждал в
машине, чтобы удостовериться, что они приехали.
— Вы так думаете? Неужели?!
— Не так уж сложно выяснить правду. Лилиан это сделает.
Деби нервничала, чувствуя себя не в своей тарелке, однако в душе надеялась,
что скандал не разгорится. Она высадила Стенли у киностудии и поехала на
работу.
Но надежды ее не оправдались. Должно быть, на этой неделе пресса испытывала
недостаток в скандальных новостях, поэтому газеты несколько дней смаковали
случившееся. Кричащие заголовки бульварных газет категорически утверждали,
что она и Стенли любовники. Одна из газет дала заголовок:
Любовное
гнездышко суперзвезды
. В статье подробно рассказывалось, сколько раз видели
Стена входящим в ее квартиру и выходящим из нее. Деби не могла себе
представить, где они раздобыли такую информацию. Разве только от консьержа.
Ее отношения с Арчибальдом послужили поводом для другого заголовка:
Промышленному магнату предпочтен Стенли Крайсон
. О ее помолвке с Заком
упоминалось удивительно мало — лишь то, что он разорвал помолвку, как только
узнал о ее связи с Крайсоном. Это доказывало, что именно Зак дал прессе
ложную информацию, что позволило ему выйти из щекотливой ситуации
победителем.
Деби рвала и метала, она была готова возбудить против Зака судебное дело за
клевету. Чтобы обсудить ситуацию, она позвонила Стенли. Звонила из автомата,
опасаясь, что ее домашний телефон могут прослушивать. Стенли довольно
убедительно посоветовал ей не суетиться.
— Надо переждать и дать буре затихнуть, — посоветовал он. —
Проигнорировать все это — единственный способ погасить скандал, поверьте
мне.
— Но в газетах нет ни слова правды! Могу я хотя бы попросить своего
адвоката подготовить опровержение?
— Пустая трата времени, — невозмутимо указал Стенли. — Люди обычно
верят в то, во что хотят верить, а заявление, которое вы желаете сделать,
лишь подольет масла в огонь.
— Но это вредит моему сыну. Я должна что-то предпринять!
— Предположим, что это так. Но какие доводы вы приведете? — рассуждал
он. — Что я не встречался с вами? Что здесь замешаны не вы, а ваша подруга?
Даже если вы заявите об этом, пресса либо не поверит вам, либо начнет
раскапывать, кто же эта подруга, и в конце концов докопается до Лилиан. А
как же насчет ваших обещаний держать наши встречи с ней в секрете?
— В таком случае, может быть, для вас с Лилиан пришло наконец время
определиться? — спросила Деби довольно резко.
— Это решает она, — ответил Стенли. — Послушайте, я должен идти. Мне
необходимо успокоиться перед съемкой.
После этого неутешительного разговора Деби решила дозвониться до подруги, но
та отказалась говорить с ней по телефону, опасаясь прослушивания. Они
встретились в ресторане. Лилиан надела темные очки и широкополую шляпу,
полностью скрывающую волосы и лоб.
— По твоему виду можно подумать, что это тебя травит пресса, — заметила
Деби с недоброй усмешкой.
— Алекс сказал, что я не должна с тобой встречаться, пока скандал не
затихнет.
— Алекс сказал! — воскликнула Деби с негодованием. — С каких это пор ты
обращаешь внимание на то, что говорит твой муж?
— Все очень плохо? — спросила Лилиан. Деби показалось, что в ее голосе
больше любопытства, чем сочувствия.
— Да, очень. Я никуда не могу выйти, папарацци таскаются за мной по
пятам. Они суются в мой магазин, поджидают меня у дома, сопровождают меня
даже на аукционы, куда я обязана ходить по делам своей фирмы. У Ронни в
школе тоже все плохо. Хуже всего, что мне приходится расплачиваться за то, к
чему я совершенно непричастна. Я действительно считаю, что пришло время вам
со Стенли открыто во всем признаться. Я не могу больше так жить, я не вынесу
этого! Мне однажды уже пришлось испытать подобное, когда они узнали обо мне
и Арчибальде, но эта ситуация значительно хуже.
Тонкие ухоженные пальчики Лилиан катали хлебный мякиш.
— Я очень сожалею, Деби, — сказала она. — Но во всем виноват твой экс-
жених, ведь это он общался с прессой. А каково Стенли? Он еле выдерживает
съемки всю эту неделю.
— Вы с ним обсуждали ситуацию?
— Ну, что-то вроде этого.
— Что ты имеешь в виду?
Лилиан замялась, испытывая неловкость.
— Понимаешь, вся эта гласность, шумиха в какой-то степени отталкивает.
Деби непонимающе уставилась на нее.
— Ты имеешь в виду — отталкивает Стенли от тебя?
— Нет, наоборот. Мои родители будут возмущены. И потом, надо подумать о
детях.
Лицо Деби потемнело.
— А как насчет моего ребенка? Это же из-за тебя ему сейчас приходится
страдать, терпеть насмешки.
— Да, это ужасно. Но пока что я ничего не могу придумать.
— Значит, пока ты думаешь, все остальные пусть катятся ко всем чертям,
так? — холодно спросила Деби.
— Понимаешь, я решила остаться с Алексом. Я не хочу с тобой спорить,
но...
Деби вскочила, похолодев от гнева.
— У тебя не будет даже такой возможности! — И она покинула ресторан.
Приехав в свой магазин, она сразу же позвонила Арчибальду в офис. Но там ей
ответили, что он еще не вернулся, так как из Канады решил заехать в Штаты.
Деби беспокоило, что за время поездки Арчибальд ни разу не позвонил ей.
Единственным свидетельством признания той ночи вдвоем служило наспех
написанное им в аэропорту письмо, где он с восторгом вспоминал, что все было
прекрасно, и обещал все серьезно обсудить сразу по возвращении.
Газеты пестрели новыми заголовками. Казалось, фантазия репортеров
неистощима. Деби кипела от ярости. Она оставила Арчибальду сообщение в его
офисе с просьбой связаться с ней сразу же после возвращения. Ей хотелось,
чтобы о случившемся недоразумении он узнал от нее самой, а не из газет. Но
прошло еще два дня, прежде чем она смогла наконец увидеться с ним.
В пятницу секретарь Арчибальда позвонил ей и сообщил, что тот приехал и
готов встретиться с нею на следующее утро — это был день очередного свидания
с Ронни — в парке у музея изящных искусств. Ее удивило, что Арчибальд не
позвонил ей сам. Поблагодарив секретаря за сообщение, она пообещала прийти
на встречу.
На следующее утро она вместе с Ронни вышла из дому, взяла такси и попросила
отвезти их к музею. Арчибальд ждал их в парке на скамье с газетой в руках.
Ронни с криком восторга бросился к нему. Арчибальд, схватил сына в охапку,
радостно поздоровался с ним, а затем вручил ему модель самолета, которую
привез из Канады. Деби с беспокойством наблюдала за ними. Арчибальд был
поглощен общением с Ронни, на нее же едва взглянул. Он заговорил с ней лишь
минут через пятнадцать, когда Ронни отвлекся на изучение модели.
— Ты оставила для меня в офисе сообщение о том, что хочешь видеть меня,
— начал он ледяным тоном.
— Арчи, что случилось? Почему ты так разговариваешь со мной? —
изумленно спросила Деби.
Их глаза встретились. Деби поежилась: его взгляд был жестким и непримиримым.
Ей подумалось, что он опять собирается ее отвергнуть, как несколько лет
назад.
— Что с тобой? Что случилось? — спросила она слабим голосом.
— Я читал газеты, — резко заявил Арчибальд. — Оказывается, у тебя связь
со Стенли Крайсоном. — Он отвернулся, не желая смотреть на нее.
— И ты поверил этому? — спросила Деби внезапно охрипшим, чужим голосом.
Резко обернувшись, он посмотрел ей в лицо.
— А ты отрицаешь это?
Тягостное напряженное молчание повисло в воздухе. Деби прервала его резким
смехом.
— Ты поверил! Да, да, поверил! Несколько бульварных газетенок
напечатали историю, которую они высосали из пальца, вылив целую цистерну
лжи, которой их кое-кто снабдил из чувства мести и затаенной злобы! И ты
поверил этим лжецам! Ты даже не потрудился позвонить мне и спросить, правда
ли это!
— Хорошо, я спрашиваю сейчас: это правда? Сердце Деби переполнилось
обидой, горечью, яростью.
— Ах, так тебя это волнует! — злорадно бросила она в лицо Арчибальду. —
Ну так знай: я проклинаю день и час, когда легла с тобой в постель! И я...
Она вскочила со скамейки. Ее лицо горело. Легкий ветерок разметал ее волосы,
она подняла руку, чтобы убрать их с лица и заодно незаметно смахнуть с
ресниц слезы. Нельзя допустить, чтобы он увидел ее слезы.
Арчибальд поднялся и встал за ее спиной.
— Так ответь мне все же, — настойчиво потребовал он.
Деби продолжала сражаться с собой, пытаясь скрыть свою боль, свое разбитое
сердце. Повернувшись к Арчибальду, она сверкнула глазами, полными ненависти,
и с нескрываемой горечью произнесла:
— Да, конечно. Это правда. Стенли часто приходил в мою квартиру, Да, у
него есть свой ключ. И еще одно
да
, — ее голос зазвучал презрительно, — в
то утро я прямо из нашей с тобой постели поехала домой на свидание с ним. Я
уверена, твой жалкий умишко правильно интерпретирует мои слова.
Арчибальд побледнел, его скулы обострились. Он крепко сжал кулаки,
спрятанные в карманы брюк.
— Ты говоришь, что...
— Да! — Ее голос был похож на рычание затравленного зверя. — Я говорю
то, чему ты хочешь верить.
Он уставился на нее, потеряв дар речи, а она гордо вскинула голову и
усмехнулась.
— А теперь, думаю, вы с Ронни можете обойтись и без меня. — И она
направилась к выходу из парка, уже не обращая внимания на льющиеся из глаз
слезы.
Арчибальд привез Ронни через три часа. Деби открыла дверь, но мальчик вошел
в квартиру один, Арчибальда рядом уже не было. Ронни был полон впечатлений
от поездки. Деби пыталась внимательно слушать, разделить его радость, но,
когда он уселся за стол, чтобы нарисовать корабль для отца, она вздохнула с
облегчением.
Она сидела в кресле и наблюдала за сыном. Он был так похож на своего отца!
Слезы медленно скатывались по ее щекам, и она отвернулась, чтобы Ронни не
увидел их. Сердце разрывалось от боли. В душе она твердо знала, что любила
Арчибальда с той самой ночи. Вот почему все эти годы ни один мужчина ни разу
не привлек ее внимания. Никто не мог вытеснить из ее сердца любовь к одному-
единственному человеку. Но он опять отверг ее...
Шумиха, поднятая газетами, отразилась на деловой репутации Деби. Некоторые
респектабельные клиенты отвернулись от нее, двое аннулировали свои
доверенности. Но главной причиной беспокойства был Ронни. Как вся эта
история повлияет на него? Деби понимала, что в ее жизни вновь наступила
кризисная ситуация и теперь она должна принять решение, как ей поступить:
пытаться переждать, как прежде, или продать все и уехать за границу, начать
жить заново там, где ее никто не знает, например в Австралии. Она встала и
подошла к окну. Слезы вновь заструились по щекам. Она так любит свой город,
свою страну! В общем, жизнь ее снова была разбита.
Уже вторую неделю Арчибальд не мог сосредоточиться на делах. Скандал наконец
утих, имена Деби и Стенли Крайсона исчезли с газетных полос. Позвонил его
адвокат и предложил ему вновь обратиться в суд по поводу опеки над сыном. Он
считал сложившуюся ситуацию прекрасным поводом для того, чтобы выиграть
дело. Арчибальд обещал ему позвонить и дать ответ, но он до сих пор еще не
принял решения.
Он задумчиво стоял у окна. На улице шел проливной дождь. Пора было ехать на
встречу с Ронни. Так как погода не подходила для прогулок, он решил привезти
мальчика к себе домой. Он был почти уверен, что Деби не поедет к нему.
Ронни уже дожидался его внизу, в вестибюле. Он казался подавленным и всю
дорогу тихо сидел на заднем сиденье автомобиля. Его лицо просветлело лишь у
магазина игрушек, где они остановились, чтобы мальчик выбрал модель
самолета. Дома Арчибальд усадил сына на кухне, постелил на стол старые
газеты и стал помогать ему собирать модель, так как для маленьких пальчиков
Ронни эта задача оказалась достаточно трудной. Они перемазались краской и
клеем, но с большим увлечением занимались творчеством. Потом Ронни бегал по
комнатам с самолетом в вытянутой руке и издавал звуки, похожие на жужжание
мотора. Арчибальд веселился вместе с ним, забыв обо всем на свете. Наконец,
взглянув на часы, он отметил, что времени осталось только на обед. Он
повернулся к столу, чтобы собрать грязные газеты, и увидел, что Ронни
внимательно рассматривает в газете какой-то снимок. Арчибальд подошел к
мальчику. Это была фотография Стенли Крайсона.
— Этот человек играл в фильме про космос, — пояснил Ронни. — Он дал мне
авто... авто... — Мальчик никак не мог выговорить слово. — В общем, в моей
комнате на стене висит открытка с кадром из этого фильма, а он написал на
ней свое имя. И еще он написал:
Ронни, собрату по космическому
путешествию
. Эти слова мне прочитала тетя Лилиан.
— Лилиан? — переспросил Арчибальд, убирая газеты. — Кто она?
— Его подружка. Она была с ним однажды у нас дома, когда Гилберт привел
меня из школы.
Арчибальд замер.
— А мама тоже была дома в это время? — спросил он, стараясь говорить
ровным голосом.
— Нет, она была на работе. Дома были только тетя Лилиан и командир
космического корабля. — Крайсон ассоциировался у Ронни с его киногероем. —
Они как раз собирались уходить. Выходит, нам повезло, что мы их застали.
Иначе мы бы разошлись и он не подписал бы мне открытку.
— А тетя Лилиан кем приходится твоей маме? Сестрой? — Голос у
Арчибальда охрип от волнения.
— Нет, она мамина подруга. Это миссис Норт. У нее есть девочка и
мальчик. Иногда мы все вместе ходим гулять в парк. — Умные глаза мальчика
серьезно смотрели на отца. Неожиданно они погрустнели. — Только мамочка
теперь почти не водит меня в парк. Там всегда бывают эти ужасные люди,
которые преследуют нас. — Он взглянул на Арчибальда с надеждой. — Если ты
будешь ходить туда с нами, может быть, они перестанут за нами охотиться?
Мысли Арчибальда путались. Неужели он так ужасно ошибся? Неужели они все
заблуждались — и пресса, и Зак Уинстон? О Боже, он надеялся на это, он так
надеялся.
— Пойдем, Ронни, пообедаем вместе, — предложил он.
Но есть Арчибальд не мог. Он молча сидел напротив сына. Волнение и надежда
заполняли его душу. Если Деби не имеет к этому скандалу никакого отношения,
то ее ярость вполне объяснима. Если она спасала репутацию своей замужней
подруги, тогда понятно, почему она не могла опубликовать опровержение в
газетах, которого он так ждал от нее. Он должен ее увидеть, он должен
немедленно поговорить с ней! Арчибальд еле дождался, когда Ронни закончит
обед, и повез его домой.
Деби ждала у открытой двери. Увидев Арчибальда, она побледнела.
— Я должен поговорить с тобой, — сказал он настойчиво, на всякий случай
поставив ногу в дверной проем, чтобы она не захлопнула перед ним дверь.
— Нам не о чем говорить. Пожалуйста, уходи.
— Нет, я не уйду, пока не поговорю с тобой.
Он взглянул ей в лицо, и сердце его защемило от боли. Под глазами у нее
залегли глубокие тени, она выглядела изможденной.
— Посмотри, что я сделал. — Ронни с гордостью протянул ей модель
самолета.
— Великолепно! — Деби наклонилась, чтобы лучше рассмотреть модель. От
волнения у нее перехватило дыхание. Она знала, что появление Арчибальда
здесь, у нее дома, могло означать только одно — намерение забрать у нее
Ронни. Судорожно обдумывая, как поступить, она некоторое время рассматривала
модель самолета, потом стянула с сына курточку.
— А что это у тебя на рубашке? — спросила она. — Пятно? Пойди и
переоденься.
Отправив Ронни в его комнату, Деби гордо выпрямилась, стараясь не показывать
Арчибальду свое подавленное состояние.
— Хорошо, я слушаю тебя, — произнесла она ледяным тоном.
Но вопрос Арчибальда заставил ее задохнуться от неожиданности.
— Почему ты не сказала мне, что это твоя подруга Лилиан Норт имела
связь с Крайсоном?
— Как ты узнал? — Деби была в замешательстве. Такая информация могла
попасть к нему лишь из одного источника. — Это она, она сама рассказала
тебе?
Арчибальд почувствовал невыразимое облегчение. Взгляд его потеплел, голос
смягчился.
— Нет, похоже, твоя подруга не беспокоится о тебе так, как ты о ней.
Мне рассказал Ронни, — Он взял Деби за руку. — Пойдем посмотрим. — И повел
ее в комнату сына.
Мальчик наводил порядок на своем столе, освобождая место для модели
самолета. Арчибальд указал Деби на открытку, прикрепленную к стене, с
автографом Стенли Крайсона. Деби прочла его, и Арчибальд снова увлек ее в
гостиную.
— Ронни рассказал мне, как однажды они с Гилбертом вернулись из школы
раньше обычного и застали здесь их обоих. Он знает Крайсона по фильмам. Ты
предоставила им свою квартиру для свиданий?
Деби нехотя кивнула.
— Я так об этом сожалею.
— Зачем ты согласилась на это? — Она пожала плечами.
— Лилиан была в отчаянии. Она не знала, что ей делать. Мне хотелось
помочь ей разобраться в своих чувствах. Я подумала, что если отношения со
Стенли Крайсоном станут ей легко доступными, то тогда, возможно, они не
покажутся ей столь волнующими, не будут столь притягательными и она вернется
к мужу. — Деби усмехнулась. — И это действительно подействовало. Она
вернулась к мужу.
— То есть она отвергла Крайсона?
— Нет, пожалуй. Думаю, она все же влюблена в него. Но она отвергла
рекламу, которая его сопровождает преследование газетных репортеров,
постоянные домогательства, интервью, вспышки фотокамер, вторжение в личную
жизнь. Все это Лиллиан оставила мне, — с горечью добавила она.
— Так почему же ты не сделала опровержение в прессе?
Деби глубоко вздохнула.
— Я не могла, так как нарушила бы обещание, которое дала ей. Если бы
Алекс узнал, он бы с ней развелся, ни один муж не простит такое. А у них
дети.
— И ты взвалила все это на свои плечи? Арчибальд подошел к ней и обнял.
На лице у Деби отразилась вся гамма противоречивых чувств, которые боролись
в ее душе.
— Не смей дотрагиваться до меня! — вскрикнула она.
— Да неужели ты не понимаешь, что это все меняет?
— О да, меняет. — Она высокомерно улыбнулась. — Считаешь, теперь все
встанет на свои места, потому что ты узнал правду? — Ее голос зазвенел. —
Ошибаешься. После того как ты дважды вышвырнул меня из своей жизни, ты еще
смеешь на что-то надеяться? Да ты просто сумасшедший!
— Если помнишь, я спросил тебя, правда ли все это? Но ты не только не
отрицала, ты позволила мне в это поверить! — Ее ярость не смущала
Арчибальда, а душа его ликовала: теперь он знал, что Деби его, только его!
— Если бы ты по-настоящему беспокоился обо мне...
— Я беспокоился о тебе, — прервал он ее, — именно потому все это
причиняло мне такую боль.
Она не обратила на его слова внимания.
— Если бы ты действительно беспокоился обо мне, ты бы мне верил. Тебе
были бы безразличны эти сплетни, эта ложь.
— Думаешь, я не хотел верить? Я каждый день ждал твоего опровержения в
прессе, но его не было. Зато появлялись все новые факты, подтверждающие эти
сплетни. Я и решил, что у тебя были какие-то отношения с Крайсоном. Но я все
же не терял надежды...
Деби рассмеялась.
— Знаешь, я рада, что тебе так показалось. По крайней мере, теперь и ты
знаешь, что чувствует человек в подобной ситуации.
— Если все эти годы ты испытывала такую же боль, какую сейчас испытал я
сам, я бесконечно сожалею. Одно меня утешает — у нас есть общее будущее. Я
все еще надеюсь на это.
— Общее будущее?! — удивленно воскликнула Деби. — Ты, должно быть,
сошел с ума. Я не допускаю даже мысли о том, что ты снова прикоснешься ко
мне, не говоря уже о большем.
— Не верю. Ты так же страдаешь, как и я...
— И все же тебе не на что надеяться. Я скорее лягу в постель с дюжиной
таких, как Стен Крайсон, чем с тобой.
— А со сколькими Заками Уинстонами?
— С тысячью. — Арчибальд рассмеялся.
— Ну иди сюда, моя прекрасная восхитительная глупышка! — Он схватил ее
в объятия. — Ты же знаешь, что я с ума по тебе схожу.
Деби затихла, вглядываясь в его глаза. Она видела в них ту самую нежность,
ту любовь, о которых так мечтала все эти одинокие годы. Она улыбнулась, но
вдруг прислушалась.
— Что это? — Она обернулась на звук.
Где-то скрипнула двери, снова попытался привлечь ее к себе.
— Похоже, наша входная дверь. — Ее охватило беспокойство.
— Ронни! — Высвободившись из его объятий, она подбежала к окну. —
Посмотри в его комнате.
Арчибальд заглянул в комнату мальчика.
— Его там нет.
В этот момент Деби испуганно вскрикнула: она увидела сына, выбегающего из
дому.
— О Боже, он, должно быть, слышал нашу ссору! — Деби бросилась к
выходу, Арчибальд за ней.
— Куда он может пойти? — спросил Арчибальд.
— К Гилберту: В приют.
Дождь лил как из ведра. Они неслись по лужам, и фонтаны брызг вылетали из-
под их ног. Оба промокли до нитки. В этот субботний день на стадионе должен
был состояться грандиозный футбольный матч, поэтому дороги были забиты
машинами, тротуары заполнены толпами людей, устремившихся к стадиону. Деби
отчаянно высматривала в этой толпе Ронни.
— Ему надо перейти через две дороги, чтобы добраться до приюта. А здесь
такое ужасное движение! — Она была в отчаянии.
— Не беспокойся, мы скоро догоним его. — Арчибальд взял ее руку и
крепко сжал.
Когда они добежали до первого перекрестка, светофор переключился на красный
свет, и поток автомобилей преградил им путь. Арчибальд пристально
вглядывался в толпу на противоположной стороне дороги.
— Смотри! Вот он!
В толпе футбольных фанатов они увидели маленькую фигурку Ронни. Он бежал
вдоль тротуара и уже был готов повернуть за угол.
Наконец поток машин остановился. Они ринулись через дорогу, повернули за
угол и устремились вперед. На этой улице было значительно меньше машин и
людей. Бежать было легче, и расстояние между ними и мальчиком постепенно
сокращалось. Ронни подбежал ко второму перекрестку, когда светофор давал еще
транспорту
зеленую улицу
. Однако машин на проезжей части не было, и
мальчик, не дождавшись переключения светофора, бросился вперед.
— Ронни! — Деби и Арчибальд закричали одновременно.
Он резко остановился и оглянулся. В этот момент из-за угла вывернул фургон.
Не сбавляя скорости, он пытался успеть проскочить перекресток на зеленый
свет. Деби вскрикнула от ужаса. Арчибальд стремительно вылетел на дорогу,
выхватил сына почти из-под колес и отбросил его на тротуар. На сам он не
успел увернуться. Тяжелый фургон сбил его с ног. В этот момент для машин
зажегся красный свет. Не обращая внимания на рыдания сына, Деби подскочила к
Арчибальду и склонилась над ним. Он был без сознания, но следов крови она
нигде не заметила.
— Арчи! О, пожалуйста, Арчи, очнись! — Она захлебывалась от рыданий.
Водитель фургона выскочил из машины и подбежал к ним.
— Он перебегал дорогу прямо перед моим носом! Я никак не мог
остановиться! — пытался оправдываться парень, указывая на Ронни, который уже
стоял рядом, с матерью.
— Вызовите
скорую
! — попросила Деби.
Одной рукой она прижимала к себе мальчика, другой пыталась нащупать пульс у
Арчибальда. Вокруг стала собираться толпа. У кого-то оказался мобильный
телефон.
—
Скорая
будет с минуты на минуту, — сказали ей. Для Деби эти минуты
обернулись вечностью. Стоя на коленях, она держала голову Арчибальда в
руках, покачиваясь, точно убаюкивая его, и не переставая произносить его
имя.
Врачи
скорой
, быстро осмотрев пострадавшего, не могли сказать ничего,
кроме того, что он жив. Деби вместе с с
Закладка в соц.сетях
