Жанр: Любовные романы
Сон в заснеженном саду
...м этого человека Дэвида отпустят.
— Как это мило, что вы помогаете нам! Я уже хотела просить отца
отложить свадьбу. Этот упрямый шериф, — Кристин брезгливо
скривилась, — не желает отпускать Дэйва под залог.
— Дэвид приглашен на вашу свадьбу? — спросила Мэгги, ни на минуту
не вникая в слова Кристин.
— О нет, — рассмеялась Кристин. — На нашу свадьбу. Она должна
состояться через четырнадцать дней. Когда обручение длится так долго, как у
нас Дэвидом, не хочется терять ни дня. Полгода Дэвид соблюдал приличия,
позволяя себе лишь изредка целовать меня. Он такой старомодный! Уверен, что
у меня еще не было мужчины.
Увидев Мэгги впервые, Кристин приняла ее за любовницу Дэвида, но сейчас отчего-
то изменила свое мнение. Еще бы, ведь эта миссис Слейд была так любезна, что
нашла для ее Дэвида какого-то важного свидетеля, чтобы свадьба состоялась.
Ах, как это мило!
— Мэгги, я разрешаю вам прийти на нашу свадьбу без подарка.
Кристин очаровательно улыбнулась, упиваясь своей благожелательностью.
Впервые она позволила себе держаться с молодой и красивой женщиной без
спеси. Замужняя Мэгги не угрожала ее отношениям с Дэвидом, и это делало
Кристин доброй.
— То, что вы делаете для нас, дороже серебряных сервизов и новой яхты.
Кстати, Дэвид вас уже пригласил?
— Не успел, его арестовали, — пробормотала Мэгги, чувствуя, что
пол уходит у нее из-под ног.
Мэгги опустила глаза. Смотреть на счастливое лицо глупышки Кристин ей было
невыносимо. Глаза стремительно наполнялись слезами.
— Так мы ждем вас с мужем. Чао!
Счастливая в своей наивности Кристин поплыла дальше по коридору, даже не
поняв, что только что воткнула нож в грудь своей собеседнице. Пока Кристин
шла к кабинету шерифа, в ее голове родилась одна-единственная мысль:
Как
удачно, что я надела новое меховое манто. В черном на фоне этих стен я бы
смотрелась глупо. А так фисташковый цвет стен красиво оттеняет мой белый
.
Свадьба... Когда Дэвид впервые поцеловал Мэгги в саду, он был обручен. Он
был обручен и все последующие недели, что они не виделись. И в ту
единственную, сказочную, волшебную ночь мужчина, которого она считала своим,
принадлежал другой женщине...
Обман, холодный и скользкий, вполз в душу Мэгги. Еще не брошенная, но уже
обманутая. Искушенная, но пойманная в ловко расставленные сети.
В таком состоянии Мэгги боялась сесть за руль, поэтому пришлось взять такси.
Зачем Дэвиду понадобился этот спектакль с дуэлью? Зачем, если он без пяти
минут женат?
— Вас как зовут? — вдруг обратилась к таксисту Мэгги.
— Джастин, мэм.
— Скажите, Джастин, если бы вы были помолвлены и завели интрижку с
замужней женщиной, сказали бы ей о своей невесте?
— Если бы она спросила, сказал бы. А нет, так и не о чем говорить.
Простите, мэм, но вы, женщины, любите чувствовать себя единственными. Какая
разница, есть невеста, нет невесты, когда это ничего не значащая интрижка?
Ну, сами посудите, мэм, если женщина при живом муже решается на романчик, ей
не интересно, есть у ее любовника невеста, жена или нет.
— Ваша правда. Только иногда романчик сам все решает за женщину, —
грустно констатировала Мэгги.
Таксист понял, что эта красивая зелено-глазая нимфа говорит про себя и какого-
то женатого или обрученного мужчину. Ему стало неловко.
— А бывает так, что парня насильно тащат под венец, и ему стыдно
рассказывать своим девчонкам о необходимости жениться. Вы у своего не
спросили? — простодушно спросил Джастин.
Мэгги вспыхнула.
— Мэм, я не хотел вас обидеть, — морщась от недовольства собой,
пробормотал Джастин.
Мэгги быстро взяла себя в руки, в конце концов, таксист не лез ей в душу,
она сама завела этот разговор, значит, сама виновата.
— Вы открыли мне глаза, Джастин. Поворачивайте. Возвращаемся обратно.
22
Седьмой день он ждал Маргарет. Она ни разу не навестила его после его
ареста.
Может, она боится решеток или предпочитает не видеть меня жалким и небритым? — размышлял Дэвид.
При желании объяснить можно любой поступок, а у Дэвида как раз была пропасть
времени, чтобы выдумывать оправдания для Маргарет. И родители, и дядя Генри
наперебой рассказывали ему о ее глубокой депрессии. А что, если она не
простит его? Что, если она разочаровалась в нем из-за той сделки, которую он
заключил с ее мужем? Или она решила, как и утверждает ее ненормальная
подруга, что Эрик убит, и убит именно его рукой? Вопросы, одолевавшие
Дэвида, не имели ответов, и никто, кроме самой Мэгги, не мог освободить его
от безмерного чувства вины, не дающего отдыха ни днем, ни ночью.
Переживания по поводу отношений с Мэгги совершенно заслонили от него
выдвинутые полицией обвинения в убийстве. Спокойный от осознания собственной
непричастности к бестолковой жизни Эрика Слейда, Дэвид не воспринял всерьез
ни один из допросов. Сто тысяч долларов, которые он вручил мужу Мэгги,
открывали перед Эриком весьма богатые возможности, и, исходя из того, как
горели его глаза, когда он прятал их в карман, теперь Эрик должен греться
где-нибудь на золотых пляжах Майами. И если Дэвида осудят за преступление,
которое он не совершал, утешением ему будет уверенность в том, что он
избавил Мэгги от мужа-слюнтяя.
За семь дней Дэвид сильно похудел, лицо его приобрело землистый цвет, но
глаза все так же светились надеждой, когда его вели на свидание. Она пришла!
Но по ту сторону перегородки в комнате свиданий сидела либо мать, либо агент
по продаже картин, либо Кристин Торн.
— Ума не приложу, что делать с Кристин, — пожаловался Дэвид дяде
Генри. — Она является каждый день и рассказывает мне о рюшечках на
своем подвенечном платье. Как быть, дядя?
— У твоей невесты интеллект кастрюли. Удивляюсь, как ты не замечал
этого раньше. Она всерьез думает, что все вертится вокруг нее. Если ты
признаешься, что предпочел ей двадцатисемилетнюю обанкротившуюся замужнюю
мать двоих детей, это будет равнозначно катастрофе. Но ты обязан сказать ей
правду.
— Да, я сильно изменю ее восприятие мира. Ее отец больше никак не
сможет навредить Мэгги, — сказал Дэвид, вспомнив о могуществе будущего
тестя. — Галерея уже принадлежит ему. Больше у Мэгги ничего нет.
Кстати, ты знаешь, дядя, он обещал мне эту галерею в качестве свадебного
подарка. Какой поворот!
Спустя три дня после этого разговора Дэвида разбудил лязг ключей и голос
шерифа:
— Вставай, пора.
Черт возьми, Слейда действительно убили, подумал Дэвид.
Одевшись, он взглянул шерифу в глаза и спросил:
— Меня переводят в федеральную тюрьму?
— Пойдем, — махнул рукой шериф и, не надев наручники на Дэвида, зашагал к своему кабинету.
В кабинете шериф встал перед Дэвидом и, протянув ему руку для рукопожатия,
произнес официальным тоном:
— Мистер Шелдон, от имени полицейского департамента штата Вермонт
примите наши искренние извинения. Произошла ошибка. Все обвинения против вас
сняты. Вы свободны.
Настроение у Дэвида сразу улучшилось. Он похлопал шерифа по плечу.
— Мисс Уоткинс изменила показания? Или где-то всплыло само тело?
— В некотором роде. Тело явилось к нам прямиком из Берлингтона и
потребовало тебя отпустить.
— Муж Маргарет приезжал за меня просить? — удивился Дэвид.
— Вот именно. Он сказал, что у мисс Уоткинс помутился рассудок от
безответной любви к нему.
— Он был один?
— Нет, с женой. — Шериф улыбнулся так, словно заранее знал, о чем
спросит его Дэвид. — С миссис Слейд.
— Почему ты не передал, что я хочу с ней поговорить? — В голосе
Дэвида слышались досада и раздражение.
Шериф выложил перед Дэвидом вещи, которые были отобраны у него при аресте.
— Она очень торопилась. Вот здесь распишись. — Он указал на нужную
графу в журнале. — Да, и просила вручить тебе вот это. — Шериф
вынул из кармана листок бумаги.
Я сделала то, что должна. Будь счастлив и пожелай счастья мне. Маргарет
.
Дэвид нахмурился, задумчиво почесал заросшую щетиной щеку. Утром его навещал
дядя Генри, потом Кристин... Кристин!
— Маргарет случайно не видела Кристин Торн?
— Не знаю, — покачал головой шериф. — Мисс Торн заглянула ко
мне кабинет, когда я заканчивал допрос мистера Слейда.
— Я так и думал. Надо было давно ей рассказать.
Губы шерифа тронула осуждающая усмешка. Вспомнился неприятный случай с его
дочерью.
— Знаешь, что я думаю, Дэвид? Если бы ты вовремя разобрался со своими
женщинами, ничего бы этого не было.
— Ты прав, Джон. Я могу воспользоваться твоим телефоном? Мой мобильный
наверняка уже разрядился.
Не дожидаясь разрешения, Дэвид взял трубку и начал быстро нажимать на
кнопки. Когда ему ответили, он взволнованно спросил:
— Здравствуйте, пригласите, пожалуйста, к телефону владелицу галереи.
— Если вы о миссис Слейд, она больше не является владелицей, —
спешно выдала информацию девушка с голосом Сандры. — Новый хозяин
мистер Мейсен Торн, но его в данный момент нет. Со дня на день будет
назначен управляющий, можете переговорить с ним.
— А вы не подскажете, где найти миссис Слейд?
— Понятия не имею, — со злостью ответила Сандра. — Слышала,
она уехала отдыхать со своим мужем и детьми.
— Вы уверены? — слабым голосом переспросил Дэвид.
Но из трубки уже летели короткие гудки.
Сандра очень обижена, и она узнала меня, подумал Дэвид. Это означает только
одно: супруги помирились и отправились во второе свадебное путешествие.
Шериф заинтересованно смотрел на Дэвида, но тот не был расположен к беседе.
Он спешно рассовал ключи, деньги и расческу по карманам и ушел, забыв
попрощаться.
Жизнь превратилась в калейдоскоп воспоминаний. Каждое утро, воскрешая в
памяти какой-нибудь эпизод их встречи с Маргарет, Дэвид принуждал себя
вставать с постели. Перед сном он вновь призывал в помощники память. Только
так, с мыслями и мечтами о ней, он проживал день за днем, не ожидая никаких
хороших новостей.
Их тянуло друг к другу с самого дня знакомства, и каждая новая встреча
только подтверждала это. Но Дэвида привлекала в Мэгги не ее безупречная
красота. Маргарет Слейд была совершенно необыкновенной женщиной. В ней, не
противореча друг другу, сочетались робость и мужество, застенчивость и
страсть, снисходительность и гордость. Она могла быть разной, но каждый раз
это была она. И Дэвид любил ее. Если бы у него хватило мужества быть честным
с самим собой, он бы давно признался, что полюбил Маргарет с той самой
минуты, как впервые увидел ее.
Нет, безусловно, он не поверил словам мстительной стервы Сандры Уоткинс.
Маргарет простит меня, не может не простить, думал Дэвид, когда ехал к Мэгги
домой.
Чтобы не привлекать внимание соседей или ревнивца-мужа, Дэвид припарковал
машину на стоянке у супермаркета, а сам прогулочным шагом направился к дому
Мэгги. Однако за два дома он боковым зрением заметил, как мимо него
проскочил знакомый красный
форд
. Дэвид прибавил шаг, но увиденное
заставило его задержаться и даже спрятаться за фонарный столб: из автомобиля
вышла Мэгги, а за ней Эрик. Но в этом, конечно, не было ничего
удивительного. Однако потом он поцеловал ее в щеку, и они, обнявшись, как
дружные, любящие супруги, неспешным шагом направились в дом. На лестнице их
восторженными возгласами встретили дети.
Так это правда! — горько вздохнул Дэвид, проводив взглядом легкую
фигурку Мэгги до самых дверей. Они помирились и снова вместе. Но почему?
Он помнил, как Мэгги втайне радовалась нечаянному исчезновению Эрика и какие
планы они вдвоем строили на следующую весну. Все изменила маленькая ложь.
Нет, зачем врать себе? Это была не маленькая, а большая ложь. Но если он
смог простить ей мужа, почему она не простит ему невесту?
Встретившись с дядей Генри, Дэвид честно рассказал ему обо всем и предложил
свой план действий. Виновницей их встречи была картинная галерея, которую
Мэгги любила и которую потеряла из-за эгоизма Дэвида.
— Мы вернем галерею Маргарет, — ничуть не сомневаясь в своих
силах, сказал Дэвид.
— Как? — удивился Генри.
— Я заложу свой дом и машину.
Генри покачал головой:
— Я кое-что выяснил насчет Торна. У него старые счеты с семьей Мэгги.
Боюсь, он не продаст галерею ни за какие деньги.
Но Дэвид смотрел на ситуацию менее трагично и настаивал на своем:
— А если это будут очень большие деньги? Я тоже навел справки о будущем
тесте. Кристин сказала, что он страшно скуп, но если играет, то только по-
крупному. Бросим ему жирную приманку, — Дэвид подмигнул дяде, — и
галерея наша.
— Тогда и я заложу свое имущество, — махнул рукой Генри. — Я
одинок, и мне нечего терять. Рискнем, Дэвид?
— Рискнем, дядя.
Мейсен Торн заподозрит неладное, если один из Шелдонов предложит ему за
прогоревший художественный салон астрономическую сумму, — это было
понятно любому. Поэтому дядя и племянник придумали подставное лицо — некоего
калифорнийского миллионера, владельца сети картинных галерей, воспылавшего
мечтой обзавестись своим, так сказать, углом и в Вермонте. Они открыли счет
в одном из банков Санта-Барбары на имя Стивена Дрейка и бросились на поиски
самого мистера Дрейка, а точнее человека, который возьмется сыграть эту
роль. План был просчитан до мелочей и выглядел идеальным, как все планы. Но
заложить два дома и две машины в банке одного города не так-то просто. Дни
текли с обычной скоростью, но Дэвид чувствовал резкие болезненные скачки
времени.
Как-то вечером к нему заехал дядя. Он был мрачен и чем-то сильно расстроен.
— Дэвид, я к тебе с дурными новостями, — сказал он. — Мейсен
Торн намерен перепланировать галерею Мэгги в ресторан. Мы не успеем собрать
нужную сумму и найти человека, который перекупит ее от своего имени.
— Час от часу не легче. У Торна по всей стране сеть ресторанов, в
Берлингтоне он открыл уже три, зачем ему еще один?
— Превратить галерею заклятого врага в ресторан... Я же говорил, у него
была вражда с Тидвеллом, отцом Мэгги. Месть, Дэвид, хоть и запоздалая, слаще
лишнего миллиона. Мы не должны позволить этому человеку испортить бедняжке
жизнь.
— А ты знаешь способ помешать ему? — спросил Дэвид, не понимая, к
чему клонит дядя.
Генри расправил плечи, кивнул и важно проговорил:
— Ну, я, например, предлагаю пригласить его на морскую прогулку и дать
пинка посреди океана. Твоя мать склоняется к яду.
Дэвид лукаво улыбнулся, показывая, что нисколько не возражает против его
вмешательства и глубоко благодарен за предложенную помощь:
— Твой способ мне нравится больше. Но у меня есть кое-какие
соображения. Пойдем в кабинет.
Эта была самая долгая ночь в жизни Дэвида Шелдона, несчастного жениха и еще
более несчастного любовника. Мэгги вычеркнула его из своей памяти, в этом не
было сомнений. Задетая женская гордость не позволит простить обман. Мэгги
скорее снова бросится в объятия нелюбимого мужа. Дэвид больше не тешил себя
напрасными надеждами, присматриваясь к въезжающим во двор его дома
автомобилям. Время надежд прошло. Перед ним стоял простой и жестокий выбор:
жениться и навсегда потерять Мэгги, но вернуть ей галерею или отказаться от
брака с Кристин. В этом случае галерея оставалась у Торна, а Дэвид лишался
последнего шанса заслужить прощение Мэгги.
Занимался рассвет, солнце выглянуло из-за горизонта, и темное сосновое море,
обступавшее дом со всех сторон, окрасилось светом. Деревья пробуждались к
новому дню. Дэвид без стука вошел в комнату, отведенную дяде Генри, и
растолкал его.
— Дэвид, только попробуй сказать, что мы не горим или дом не сносит
торнадо, — сквозь сон проворчал Генри.
— Прости, дядя. Я понял, что должен сделать.
— Вот и славно. Иди и погуляй с Патриком, а я вздремну еще пару часов.
— Я женюсь на Кристин, — сказал Дэвид, и Генри подпрыгнул на
кровати, будто подброшенный пружиной.
— Ты с ума сошел?! Торн убьет тебя, если ты захочешь развестись.
Дэвид пожал плечами:
— Мне не придется разводиться. Маргарет ко мне не вернется.
Обреченность в словах племянника заставили Генри поверить в то, что он
сделает так, как сказал.
Когда наступило утро, Дэвид сел за стол и написал письмо. В нем была
нежность, и трогательность, было прощание и мольба о новой встрече. Этим
письмом Дэвид хотел перевернуть страницу, исписанную любовью Маргарет Тидвелл-
Слейд.
Сейчас 7.30 утра. Я говорю тебе прощай
, самая прекрасная женщина из всех,
что ходят по земле. Меня ждет помпезное венчание, жена, похожая на Барби, и
огромное приданое. Но ты должна знать, что я не буду счастлив, когда Кристин
ляжет возле меня в супружескую постель, что я захочу умереть, когда она
объявит, что ждет от меня ребенка. Ведь рядом со мной твое место и от тебя я
хочу ребенка. А ты, блаженствуешь ли в объятиях ненавистного мужа? Видишь ли
ночами мое лицо, склонившееся над твоим лицом? Твой муж и моя невеста — воры
поневоле. Не ведая того, они властно крадут нас друг у друга. Они
преступники, которым мы подарим лучшие годы своей жизни. Останови меня,
Маргарет, я прошу тебя. Останови, если любишь
.
Дэвид сложил лист пополам и оставил на столе. Он ни за что не отправит ей
письмо.
— Дядя, запри дом. Мне нужно встретиться с Мейсеном.
Полчаса назад Мейсен Торн позвонил Дэвиду и пригласил его в свое поместье в
горах. По тону Дэвид догадался, что речь пойдет не о количестве фонариков на
торжестве. Теперь, когда решение принято, жених не мог расстраивать будущего
тестя: дарственная на галерею будет подписана только после венчания.
— Подожди, Дэвид, я не нашел твою закладную на дом! — крикнул ему
вслед Генри.
— Где-то на столе, — не оборачиваясь, ответил Дэвид. —
Поройся в бумагах.
Церемония венчания была назначена на час дня. Мэгги приехала в час
пятнадцать и заняла место в самом конце на стороне невесты. Рядом с ней
сидела полная дама, увешанная драгоценностями, как рождественская елка
игрушками.
— Мы не знакомы, милочка? — спросила она.
Мэгги покачала головой, но дама не отставала.
— Роскошная свадьба. Лучшая из всех, что я видела. А вы одна из подруг
невесты?
Мэгги неохотно улыбнулась, уйти от знакомства с дамой не получалось.
— А я двоюродная тетка Кристин. Я слышала, ее платье украшено золотыми
и серебряными бусинами. Мейсен раскошелился, — язвительно заметила
женщина. — Он у нас невыносимый жмот. С его-то деньгами мог бы и помочь
родственникам.
— Сочувствую, — проронила Мэгги, бросив взгляд на ее роскошное
колье и снова устремив его на вход в церковь.
— Отбросьте волнения. Конечно, на некоторых свадьбах невесты сбегают
из-под венца, женихи прыгают в отъезжающий автомобиль. Но у Торнов такого не
будет. Кристин влюблена в своего жениха, да и жених, Дэвид, если мне не
изменяет память, при таком-то приданом не даст задний ход. Мейсен его из-под
земли достанет.
Мэгги огорчилась. Может, ей не следовало сюда приходить? Вдруг Дэвид
прогонит ее? Лучше бы она сразу отсела от болтливой тетушки.
— А как ваше имя? — спросила женщина.
От необходимости ответить Мэгги спасло появление в проходе невесты. В
церковь вошла одна из самых прелестных женщин, когда-либо виденных Мэгги.
Так выглядят модели и кинозвезды, украшающие журнальные обложки. На Кристин
было невероятной красоты белое платье с высоким воротником-стойкой, на лице
ее сияла ослепительная счастливая улыбка, а в глазах читался триумф. Под
руку ее вел отец. Его лицо не выражало ни радости, ни печали, но было
сосредоточенным, будто у него невыносимо свербело в носу и он очень боялся
чихнуть.
Началось традиционное шествие к алтарю. Справившись с волнением, Мэгги
наконец посмотрела туда, где должен стоять жених, но обнаружила лишь
священника и Генри Шелдона. Едва Торны прошли ее ряд, выскользнула из зала.
Комнату жениха Мэгги нашла без приключений. Дверь была не заперта, и Мэгги с
легким сердцем шагнула внутрь. Дэвид! Как же давно она не видела его
золотистых глаз и не чувствовала тепло его рук! Дэвид стоял перед зеркалом и
пытался застегнуть галстук-
бабочку
. У него ничего не получалось, и он то и
дело чертыхался.
Он не слишком-то мучается и не огорчен тем, что придется связать жизнь с
нелюбимой, негодуя, подумала Мэгги.
Ручка двери выскользнула из пальцев Мэгги, и хлопок привлек внимание Дэвида.
— Дядя, ну наконец-то. Я думал, мне уже никто не поможет! — Он
обернулся и застыл с открытым ртом.
На пороге стояла женщина его мечты. Блестящие волосы рассыпаны по плечам,
изумрудные глаз сверкают... Это была она, его Маргарет!
— Маргарет?! Ты здесь? — сказал Дэвид растерянно. — Откуда ты
узнала?
— Очень мило, что ты помнишь мое имя, — с вызовом сказала Мэгги.
От ее сентиментального настроения не осталось и следа. — Чтобы не знать
о свадьбе единственной дочери Мейсена Торна, нужно быть глухой и слепой. Все
газеты пестрят ее портретами в свадебном платье. Говорят, нехорошо
показывать платье до свадьбы. Твоя невеста не суеверна?
Дэвид стянул
бабочку
с шеи и сел на стул.
— Я... я не знаю. Погоди, Маргарет, при чем тут платье? —
опомнился он. — Скажи, как ты здесь оказалась?
— Женишься по любви? — Мэгги не могла остановиться и нанесла новый
удар.
— Это единственный способ вернуть тебе галерею. Я не могу позволить
Мейсену превратить ее в ресторан...
— Да ты... ты... невыносимый, зарвавшийся... — От подступивших
слез голос Мэгги прервался, и она на несколько секунд замолчала. — Ты
даже не спросил, хочу ли этого я! — В ее чудесных огромных глазах
сверкали слезы обиды и злости.
— Маргарет! Когда ты исчезла, я не знал, что делать. Сандра сказала, вы
с Эриком уехали во второе свадебное путешествие. Я поехал к тебе, чтобы
поблагодарить, и увидел, как ты выходишь из машины под руку со своим мужем.
Ты выглядела такой спокойной.
— Мой муж умер. Я вдова, — глухо произнесла Мэгги.
— Умер?! — Дэвид вскочил, опрокинув стул. — От чего?
— Передозировка, — сказала она недрогнувшим голосом. — На
гастролях его угостили кокаином, он хранил его в студии, а в тот день
вдохнул больше обычного.
Дэвид подошел к ней и как-то неуверенно коснулся ее подбородка.
— Вся эти дни я боялся, что ты с ним.
— Мне пора.
— Нет, — застонал Дэвид и сильно сжал ее плечи. — Зачем ты
приходила? Скажи, зачем ты приехала ко мне в церковь?
Теперь ему особенно важно было знать правду. Что Мэгги чувствует к нему? Что
привело ее церковь?
— Я прочла твое письмо.
— Письмо? — Дэвид вспомнил то раннее утро, когда он прощался со
своей любовью и мечтой. — Но я не отсылал его...
— Твой дядя дал его мне. Он узнал от кого-то, что Эрик умер, и сразу
приехал.
Мэгги подняла с пола галстук и застегнула его на шее Дэвида. Мэгги
постаралась не встретиться с ним взглядом.
— Я ничего не знал. Почему ты не сказала мне?
— Невеста ждет тебя у алтаря. Поздно что-то менять.
Мэгги на самом деле верила в то, что говорила. Она знала, что через минуту
простится и не оглянувшись выйдет из комнаты.
— Я люблю тебя, — вдруг прошептал Дэвид, прижавшись щекой к ее
виску. — И ты меня любишь. Я чувствую это, Маргарет, но, если ты и
дальше будешь отрицать, что любишь меня, я умру. Я не могу писать картины.
Не могу думать. Я спятил и женюсь на вздорной пустышке. К тому же, — он
решил немного отвлечь ее от грустных мыслей, — когда у меня такое
настроение, я начинаю сорить деньгами. Если ты немедленно не признаешься
мне, я куплю эту церковь и землю вокруг нее и...
У Мэгги тревожно сдвинулись брови, Дэвид засмеялся и сказал:
— Когда я расстроен, скупаю все, что попадается на глаза. Вот, в
магазине по соседству мне попалось... — Он надел ей на палец кольцо с
великолепным изумрудом.
Мэгги перевела взгляд на
...Закладка в соц.сетях
