Жанр: Любовные романы
Сказки Большого озера
... из-за поднятого капота ее старенького
форда
. Нэнси распахнула окно.
— Доброе утро, жаворонок! — звонко крикнула она.
Майкл выпрямился и поднял вверх улыбающееся лицо, вытирая руки грязной
тряпкой.
— Твоя машина готова к путешествию. — Он хлопнул крышкой капота и
послал девушке воздушный поцелуй.
— Спасибо тебе! — Нэнси помахала ему рукой. — Сейчас я
быстренько приведу себя в порядок и приготовлю завтрак.
— Пока ты приведешь себя в порядок, я уже приготовлю что-нибудь
поесть, — возразил ей Майкл. — Я хочу сам накормить тебя
завтраком.
Нэнси сбросила халатик и, обнаженная, пошла в ванную комнату, расположенную
рядом со спальней. Стоя под струей прохладной воды, она гладила свое тело, с
сожалением смывая с себя следы ночных объятий и запахи любви. Завернув
краны, она сняла с вешалки большое полотенце.
Но вошедший в ванную Майкл перехватил его. Он молча обернул полотенце вокруг
тела своей любимой и стал медленно и тщательно вытирать ее. Затем, откинув
полотенце в сторону, он прижался губами к ее упругой груди, обхватив
ладонями прохладные нежные ягодицы. Нэнси почувствовала, как вновь
напрягается его плоть, прижимающаяся к ней. Она попыталась мягко отстранить
его, сама испытывая неутолимую жажду близости.
— У нас мало времени, — попыталась протестовать девушка.
Но Майкл не желал ничего слышать, его охватило нетерпение страсти. Закрыв
глаза и в изнеможении запрокинув голову, он повернул обнаженную Нэнси спиной
к себе и прижал к ее сладостной попке свой выросший фаллос, ставший твердым
и упругим. Не в силах более сопротивляться, она нагнулась, приблизив к
вожделенному другу свою узенькую горячую норку. Он проник в нее одним
скользящим движением, и их созданные друг для друга тела начали свой
первородный и вечный танец.
Они пришли в себя, стоя под струей живительного душа и держа друг друга в
объятиях. Их губы слились в благодарном, нежном поцелуе.
— Кто-то обещал накормить меня завтраком, — жалобно промурлыкала
Нэнси, ластясь к возлюбленному.
— А вместо этого этот кто-то грубо изнасиловал тебя, бедная
девочка, — притворно пожалел Майкл.
Нэнси подставила запрокинутое лицо под дождевые струи душа и чуть откинулась
назад, опираясь на крепкое кольцо рук, обнимавших ее талию.
— И я хочу, чтобы он как можно чаще насиловал меня, — едва слышно
простонала она.
— Ненасытная... — счастливо выдохнул Майкл и опять обхватил своими
большими ладонями ее вожделенную попку.
Но на этот раз благоразумие взяло верх над страстью. Нэнси уперлась
локотками в грудь своего возлюбленного и отстранилась от вновь крепнущего
милого друга, повернувшись к нему боком.
— Умоляю тебя, — счастливо смеясь, прошептала она и завернула оба
крана. — Мы сегодня не выйдем из этой ванны.
— Я могу отнести тебя в спальню, — глухо пророкотал он.
Сделав еще одно усилие, девушка вырвалась и выпрыгнула из ванны. Она быстро
накинула на себя халатик и сняла с крючка сухое полотенце.
— Теперь я вытру тебя, — заявила она, — а ты не прикасайся ко
мне, пожалуйста.
— Этого я тебе не могу обещать. — Он выхватил из ее рук
полотенце. — Все, будем благоразумны, я сам вытрусь, а иначе за себя не
отвечаю.
Нэнси медленно вытирала свои волосы, не отводя глаз с вытирающегося Майкла.
— Ты приведешь наконец себя в порядок? — тоном рассерженного мужа
воскликнул он. — Давно пора завтракать!
— Ой-ой-ой! Как страшно! — заверещала она. — Сейчас, мой
повелитель! Только высушу волосы и буду готова к завтраку, который ты уже
наверняка приготовил, как обещал, любовь моя!
Она достала фен, и через пару минут ее солнечные волосы уже трепетали под
дуновением воздушных струй.
Теперь Майкл любовался ею, глядя на ее отражение в зеркале. Ее нежность и
беззащитность действовали на него как самое сильное возбуждающее средство.
Сидя за столом в большой гостиной, они наслаждались завтраком, который
приготовили вместе: Майкл сделал отменный омлет, а Нэнси приготовила кофе,
фруктовый салат с йогуртом и сделала красивые бутерброды с ветчиной и
овощами.
— Это наш первый завтрак вдвоем, — торжественно сообщил
Майкл. — Мне очень нравится завтракать с тобой.
— А мне нравится с тобой все! — с детской непосредственностью
провозгласила девушка. — И заниматься любовью, и спать, и обедать в
ресторане, и завтракать, и гулять, и плавать...
Он притянул ее к себе и нежно поцеловал.
— Какой ты у меня еще ребенок! — ласково сказал Майкл. — И
такого ребенка кто-то мог обижать...
— Я не ребенок, — возмутилась Нэнси. — Мне уже двадцать
четыре года, и у меня самой есть ребенок.
— Я очень хочу познакомиться с твоим сыном. — Майкл взглянул на
портрет Джонни, висящий на стене над книжными полками. — Теперь у меня
будет два ребенка: большая девочка и маленький мальчик. И они очень похожи
друг на друга.
Она задержала на нем взгляд и покачала головой. Ее широко расставленные серо-
голубые глаза внезапно подернулись грустью.
— Откуда ты взялся такой? — недоуменно проговорила она. — Ну
прямо принц из сказки о Золушке... Таких мужчин в реальной жизни не
бывает...
— А я думал, что не бывает таких женщин, как ты, — парировал
Майкл. — Искренних, нежных, кротких, умных, страстных, самоотверженных,
целеустремленных...
— И к тому же любящих рано вставать, — с удовольствием дополнила
список своих достоинств Нэнси.
— Вот именно! — подтвердил Майкл.
Они, смеясь, обменялись поцелуями.
— Спасибо за завтрак! — Нэнси поклонилась Майклу.
— Взаимно! — Он галантно поцеловал ей руку.
— Все было очень вкусно! — Хором вскричали оба и расхохотались.
— Ты все собрала, что может понадобиться? — заботливо спросил
Майкл.
— А что мне может понадобиться? — задумалась она. — Да почти
что ничего, кроме купальника, смены белья, бейсболки...
— В общем, всего того, что ты брала с собой на прошлый уик-энд, —
заметил Майкл и добавил: — Интересное совпадение. Не успела ты порадоваться
первой в жизни прогулке на яхте, как тебя приглашают на вторую... Да еще в
Хайленде, пригороде для миллионеров...
— Кстати, вот это довольно странно. — Нэнси пожала плечами. —
Он никогда не принадлежал к высшему обществу, и яхты у него раньше не
было...
— Значит, разбогател и купил, — предположил Майкл. — Видимо,
провернул выгодное дело. Молодец!
Нэнси искоса посмотрела на любимого, сомневаясь, что его восхищение ее
бывшим мужем такое уж искреннее...
Майкл тоже посмотрел на нее несколько настороженно.
— А если он предложит тебе остаться с ним на несколько дней? —
суховато спросил он.
Нэнси посмотрела на него, сдвинув брови.
— Ты что? — возмутилась она. — Думаешь, что я там останусь?
— Тебе очень понравится яхта, — прогнозировал Майкл. — Твой
сын так привязался к отцу и в таком восторге от яхты, что не захочет ехать с
тобой или попросит тебя остаться еще на денек-другой...
Размышляя, он ставил Нэнси в такие предполагаемые обстоятельства, чтобы она
представила себе трудность возможного выбора.
— А тут еще твой экс-муж встретит тебя как королеву, — воображение
Майкла разыгралось. — Покажет роскошные каюты, окружит заботой, будет
уговаривать, убеждать, умолять, говорить, что семью надо сохранить ради
сына. Скажет, что понял, как любит тебя, не представляет жизни без тебя...
Пока он говорил, лицо Нэнси все больше мрачнело и вытягивалось от
возмущения.
— Прекрати, пожалуйста! — воскликнула она. — Как ты можешь
такое говорить?! Не нужна мне никакая самая наилучшая яхта! Я же люблю тебя,
и больше мне ничего не надо, кроме сына! Ты что, тестируешь меня на тягу к
красивой жизни?!
Нежное личико Нэнси покрылось красными пятнами, в глазах стояли слезы,
кулачки сжались. Майкл обнял ее и прижал к своей груди.
— Успокойся, милая моя, — мягко произнес он. — Прости меня, я
не прав. Когда я все это произносил, мною овладевал ужас, что такое может
произойти.
— Это же мазохизм! — возмутилась Нэнси. — Зачем ты мучаешь
себя и меня?
Страстным поцелуем Майкл заставил ее замолчать. Она обхватила его шею и
горячо зашептала:
— Мне никто не нужен, кроме тебя! Я люблю тебя, ты слышишь?
— Какой же я идиот! — признался Майкл. — По-моему, я до сих
пор ни разу не произнес эту волшебную фразу. И вынудил тебя первой
признаться мне! Ты прелесть, чудо, твоя искренность и непосредственность
удивительны! Я обожаю тебя!
Их губы снова слились в долгом поцелуе. Когда они наконец оторвались друг от
друга, Майкл взглянул на часы.
— Все. Тебе пора ехать.
Они вместе вышли из дома. Майкл донес до
фордика
знакомую сумку и обнял
Нэнси, прощаясь.
— Я буду ждать тебя завтра, — напомнил он, жадно вглядываясь в ее
погрустневшее лицо. — Ты взяла с собой мобильник? Позвони мне,
пожалуйста.
Нэнси открыла сумку и показала Майклу свой телефон, чтобы самой заодно
убедиться в том, что она его не забыла.
— Запиши на всякий случай мой номер, — спохватилась Нэнси. —
Странно, что я до сих пор тебе не дала его.
Записав номер, Майкл бросил сумку Нэнси на заднее сиденье машины.
— Я позвоню тебе, — заверила она его. — Жди звонка примерно
часа в два-три.
— Ладно, буду ждать и постоянно носить с собой мобильник. Да, чуть не
забыл! — Он легонько стукнул себя по лбу. — Скажи, что надо
сделать по дому? Ну, например, починить что-нибудь, прибить...
Нэнси задумалась всего на мгновение.
— В прихожей надо закрепить вешалку, она постоянно падает. Это
раз. — Она загнула палец. — В кухне стол качается, что-то с
ножкой, потом в сарае газонокосилка, у нее отваливается ручка. А в
общем... — Нэнси махнула рукой. — Много чего нужно сделать, но
вовсе не обязательно, лучше просто отдыхай...
Она открыла ворота. Вернувшись к автомобилю, остановилась и положила руки на
плечи Майклу.
— Отдыхай и думай обо мне. — Она приподнялась на цыпочки и вытянула губы. Он поцеловал ее.
— Езжай скорее. Чем раньше уедешь, тем быстрее вернешься.
Она выехала за ворота и, помахав ему рукой, дала газ и скрылась за
поворотом.
6
Газонокосилка работала исправно: ручка держалась крепко и надежно. Майкл
подровнял траву, прополол цветник, полил кусты и деревья. Закрепить на стене
вешалку и починить стол на кухне было минутным делом. Он так вошел во вкус
работ по саду и дому, что почувствовал некоторую усталость только к вечеру,
когда уже стемнело. Он присел на ступеньки дома, вдыхая запах душистого
табака, нежных цветов, распускающихся в сумерки. Майкл прислонился спиной к
двери и закрыл глаза. В первый раз в жизни он с удовольствием занимался
домашними делами.
Ему нравилось приводить в порядок запущенное хозяйство Нэнси и хотелось,
чтобы в доме чувствовалась мужская рука. Он уже наметил себе дальнейшие
дела. В сарае надо будет разместить стол с верстаком, купить и разложить
инструменты. Хорошо бы на террасе поставить стеклопакеты. Конечно, можно
было бы вызвать рабочих... Но Майклу хотелось все делать своими руками,
чтобы увидеть сияющие благодарностью глаза любимой женщины.
Заходящее солнце уже не пекло, а приятно грело его обнаженный торс. Ветер с
озера, обычно дующий днем, к вечеру, как правило, стихает и сменяется легким
бризом или полным штилем. Становится чуть более душно, но зато спокойно и
тихо. Майкл сидел на ступеньках в тени большой магнолии. Он наслаждался
тишиной и уютом зеленого палисадника.
Старею я, что ли? — думал он. Эти домашние радости прежде не
действовали на меня. Кажется, я впервые почувствовал тягу к своему дому... и
к семейной жизни.
Придя к такому выводу, он с удовольствием потянулся и разлегся на ступеньках
крылечка, греясь на солнышке, как большой кот, довольный жизнью. Он
вспоминал свое детство, которое прошло в большом доме с тенистым садом
вокруг. Его отец, известный инженер, строитель мостов и туннелей, постоянно
бывал в деловых поездках.
А мама, Бетти Кин, очень красивая женщина, не любила заниматься домашним
хозяйством. Она много лет проработала главным редактором крупного
издательства. В последние годы жизни начала писать детективные романы,
которые, и к удивлению владельца издательства, и к ее собственному, стали
хорошо раскупаться. Сюжеты она черпала из уголовной хроники газет
десятилетней давности. Часто Бетти с помощью собственного воображения
раскручивала события дела, остававшегося нераскрытым, или придумывала для
него новый, неожиданный финал. И ее книги, увлекательные, написанные живым
языком, пользовались все большей популярностью.
Но однажды она была найдена убитой на пороге своего дома. В сумочке,
обнаруженной при ней, нетронутыми остались и деньги, и документы. Следствие
зашло в тупик, и преступление списали на маньяка, немотивированно убивавшего
женщин. Тем более что вскоре тот был пойман в соседнем штате Висконсин. Но
хотя арестованный признался во многих других убийствах, это — в Чикаго — он
категорически отрицал. Так или иначе, он вскоре закончил свои дни на
электрическом стуле, а дело об убийстве Бетти Кин было закрыто.
Когда ее не стало, молодой человек, только что окончивший университет,
устроился адвокатом в частную фирму, занимающуюся постройкой и экспортом
парусных судов. Однако убийство матери не давало ему покоя и как сыну, и как
юристу, хорошо знакомому с такими предметами как криминалистика, судебная
экспертиза и следственное дело. Кроме того, природная интуиция и
психологическое чутье подсказывали ему, в каком направлении надо
раскручивать это непростое дело, уже давно сданное в архив.
Воспользовавшись своей принадлежностью к гильдии адвокатов штата Иллинойс,
он поднял дело из архива и взялся за новое расследование. Через несколько
недель кропотливого и головоломного труда он понял, что его мать стала
жертвой своей литературной деятельности и аналитических способностей.
А дело оказалось в том, что она невольно исправила ошибку следствия, по
иному раскрутив сюжет о громком убийстве известного чикагского миллионера,
происшедшем девять лет назад. Тогда в преступлении обвинили его конкурента,
финансовые дела которого были запутаны и попахивали мошенничеством. Бетти
Кин,
американская Агата Кристи
, как называли ее некоторые литературные
критики, на основании чисто логических умозаключений пришла к выводу, что
убийство совершил непутевый сын миллионера, которого отец лишил наследства.
Однако наследнику удалось подделать завещание, вступив в преступный сговор с
нотариусом.
Эта детективная повесть стала на некоторое время бестселлером. В городе
вновь всколыхнулись слухи об убийстве многолетней давности. И хотя фамилия
миллионера и даже место действия в книге были изменены, преступники
перепугались, что дело может раскрыться с подачи писательницы.
Выяснив это, Майкл не стал обращаться в прокуратуру, Зачем? Маму не вернуть.
Стоит ли лезть на рожон и наживать себе врагов среди сильных и злобных мира
сего? Они все равно не уйдут от возмездия. Есть божий суд... Однако азарт
расследования, видимо, доставшийся ему в наследство от матери, толкал его в
новую профессиональную сферу, призывая отказаться от спокойной деятельности
адвоката. Вместе со своим приятелем Сэмом Коллинзом он открыл частное
сыскное агентство. Название ему придумали
Между нами
, что подразумевало
строгую конфиденциальность и доверие клиентов. И вот скоро уже пять лет, как
он занимается сложным, иногда опасным, но интересным делом, позволяющим
вполне безбедно существовать.
Очнувшись, Майкл взглянул на часы. Ого, уже почти шесть часов вечера, а
Нэнси до сих пор не звонила! Майкл набрал ее номер, приятно удивившись, что
запомнил его с первого раза. Телефон был отключен, и это показалось ему
странным. Он решил позвонить еще через полчаса.
Неожиданно Майкл вспомнил, что ничего не ел с самого завтрака. Он отправился
на кухню и, разыскав в холодильнике кусок холодного мяса и свежие овощи,
устроил себе отменный холостяцкий ужин с калифорнийским вином, оставшимся
после вчерашнего ночного пиршества с Нэнси.
При воспоминании о вчерашней ночи в этом уютом доме, который он уже успел
полюбить, у него радостно всколыхнулось сердце и чуть заныло внизу живота.
Он поглядывал на часы, со все возрастающим нетерпением ожидая звонка. Когда
он раздался, Майкл в ту же секунду нажал кнопку. Голос Нэнси звучал громко и
весело, но как-то чересчур возбужденно. Майкл почувствовал что-то неладное и
стал задавать вопросы, на которые она могла отвечать односложно. В чем дело?
Она не одна? Ей нужна его помощь? Может быть, ему приехать? Когда? Сегодня
вечером? Завтра утром? Нэнси весело согласилась на его предложение приехать
за ней в одиннадцать часов...
Положив трубку, Майкл хотел было немедленно отправиться в Хайленд парк, но,
чуть успокоившись, решил, что поедет все же завтра утром. Ведь Нэнси
согласилась встретиться в одиннадцать. И она была так весела... Может быть,
она была возбуждена из-за долгожданной встречи с сыном. Похоже, у него
развилась профессиональная подозрительность. Надо следить за собой.
За годы напряженной работы частным сыщиком Майкл научился расслабляться.
Освоив технику трансцендентальной медитации, он легко приводил себя в
спокойное состояние, подсознательно настраиваясь на серьезное дело.
Вот и теперь, после двадцати минут медитации, Майкл удобно устроился на
диване в гостиной, включил телевизор и, пробежавшись по каналам, остановился
на историческом фильме. Накопившаяся физическая усталость и приятные мысли о
будущем с любимой женщиной убаюкали и усыпили его. Он проснулся в час ночи,
выключил телевизор, полусонный поплелся по лестнице наверх и, едва
раздевшись, бухнулся в раскрытую постель, еще хранившую, как ему казалось,
запах и тепло его возлюбленной.
Проснувшись в пять тридцать утра, Майкл счастливо потянулся и положил руку
на место, где еще вчера утром лежала Нэнси.
Надо прибраться в доме и в сарае, с удовольствием планировал он, и застелить
наконец постель. Да, еще надо заехать в магазин купить продукты и что-нибудь
вкусненькое для Джонни.
Конечно, он поедет в Хайленд раньше, чем они договорились. Но все равно,
была еще куча времени.
Майкл вскочил с постели, распахнул окно, и в спальню ворвался запах
магнолии, огромного дерева, которое посадил отец Нэнси в честь ее рождения.
Съев на ходу баночку йогурта и пару бананов, Майкл нашел в кладовке пылесос
и за полчаса вычистил весь дом, разложил по предполагаемым местам
разбросанные вещички. Еще сорок минут — и в сарае наведен порядок. Майкл
летал по дому и саду, ему нравилось, что все у него горит в руках. Ему даже
удалось запустить посудомоечную машину, с которой он никогда прежде не имел
дела.
Через два с половиной часа Майкл с чувством исполненного долга решил
передохнуть и выпить чашечку кофе. Перед тем, как погрузиться в уютное
кресло, он придирчивым взглядом осмотрел полку с книгами и статуэтками — нет
ли на них пыли. Среди книг он увидел толстый альбом с фотографиями, вытащил
его и сел в кресло, положив ноги на низкий столик.
На первых страницах были приклеены детские фотографии Нэнси — худенькой
девочки с очень светлыми волосами и аккуратно подстриженной челочкой.
Девочка на берегу моря с родителями — отцом, высоким стройным мужчиной в
роговых очках и мамой, красивой улыбающейся блондинкой, на которую очень
похожа нынешняя Нэнси.
Майкл перелистывал страницы альбома, и перед ним проходила вся жизнь
прелестной девочки, девушки. Вот она с группой школьников на смотровой
площадке Ниагарского водопада, а это, наверное, на ферме — с двоюродными
братьями и улыбающимся усатым дедушкой. Затем Нэнси с несколькими молодыми
людьми на фоне Эйфелевой башни — стажировка в Париже. На следующей
фотографии она среди двух молодых людей. Чувствуется, что оба влюблены в
нее. А вот она, кажется, с женихом.
Кто это? Ну ничего себе! — Майкл сначала удивился, а потом его бросило
в жар. Это же Вэл Клайв! Конечно, Вэл... Так-так-так, вот так номер!
Он быстро перелистал еще несколько страниц. Нэнси в белом платье невесты и
Вэл в черном костюме заключают брак в мэрии, целуются. Вот совсем крошечный
ребенок, и они вдвоем со счастливыми лицами. Потом ребенок в детском манеже,
вот он идет за ручку с улыбающейся Нэнси. А дальше лицо Нэнси становится все
более грустным, а их совместных фотографий с Вэлом становится все меньше.
Майкл вскочил с кресла, нервно зашагал из угла в угол большой гостиной,
вспоминая, сопоставляя, анализируя.
...Вэл Клайв. Сокурсник Майкла по юридическому факультету. Красивый брюнет с
глубоко посаженными черными глазами, заносчивый и надменный. Хорошо учился,
играл за университет в бейсбол. Умел влюблять в себя девушек. Был из тех,
кто не пропустит ни одной юбки. Он был обаятелен, но это обаяние было каким-
то дьявольским. На четвертом курсе Вэл стал часто появляться на вечеринках с
Мэри Лунгрем, хорошенькой девушкой с филологического факультета. Она была
влюблена как кошка, не сводила с него глаз, готова была исполнить любое его
желание. Майкл вспоминал, как разделились мнения на факультете по поводу
этой пары. Многие девушки посмеивались над рабской влюбленностью Мэри, более
сердобольные жалели ее. А молодые люди, в основном, осуждали Вэла за его
хамское отношение к этой очаровательной девушке.
Через несколько месяцев стало известно, что Вэл женится на Мэри. Это событие
казалось странным и горячо обсуждалось на факультете. Вэл женится! Этот
плейбой и донжуан решил остепениться. С чего бы это?!
На свадьбе Мэри выглядела очень хорошенькой и бесконечно счастливой, а жених
был мрачным и раздраженным и улыбался какой-то приклеенной улыбкой. Очень
скоро стало ясно, что брак был вынужденным: Мэри ждала ребенка. Дальнейшие
события оказались трагическими.
Через три месяца после свадьбы Мэри неожиданно умерла от сердечного
приступа, случившегося с ней в ванне. Однако никто из сокурсников не слышал,
что у нее было больное сердце. Несчастные родители, приехавшие за телом
единственной дочери из штата Висконсин, утверждали, что она вообще никогда
ничем не болела. Правда, у погибшей была аритмия, что нередко случается у
беременных... Дело о насильственной смерти Мэри Клайв было закрыто
вследствие отсутствия улик. У Вэла оказалось
железное
алиби. В час гибели
жены он был в университете, и его многие видели. Вернувшись вечером домой и
обнаружив в ванне мертвую жену, он сам вызвал
Скорую помощь
и полицию.
Вскоре Вэл уехал из Чикаго, переведясь в университет Балтиморы. Больше Майкл
его никогда не видел.
Теперь, имея немалый опыт криминалиста, Майкл ясно понимал, что алиби,
скорее всего, было подстроено. Это несложно — двадцать или тридцать минут
отсутствия в университете никто не заметит, если тебя все видели целый день.
И сейчас волнение Майкла усиливалось с каждым мгновением. Ему стало
абсолютно ясно, что Нэнси в опасности. Несмотря на уговор, он набрал номер
ее мобильника. Телефон по-прежнему был отключен.
Все, надо ехать, и как можно быстрее!
Теперь Майкл четко понимал, что любезное приглашение на яхту было сделано не
просто так. Оно последовало после того, как Нэнси пошла навстречу всем
требованиям бывшего мужа, чтобы оставить у себя ребенка — отказалась даже от
приличного материального содержания, предусмотренного в контракте. Вот этого
Вэл и не ожидал! Привязанность к сыну и склонность к криминальным поступкам
могут толкнуть его на совершение нового преступления. И, скорее всего, он
захочет повторить успешно проведенное преступление девятилетней давности.
Нэнси, его Нэнси в опасности!
Майкл заметался по дому. Взбежав на второй этаж, он предусмотрительно закрыл
окно в спальне на случай усиления ветра, достал из сумки кобуру с
пистолетом, которые всегда носил с собой, надел ее на себя так, чтобы она
оказалась подмышкой левой руки, затем закрыл двер
...Закладка в соц.сетях
