Жанр: Любовные романы
Ради любви
... возникло у
нее в душе, согревающее сердце, и она попыталась улыбнуться в ответ, когда
Кристофер осторожно поднес кружку с водой к
ее губам и помог слегка приподняться. Прикосновение его руки было таким же
ласковым, как и голос.
- Нет, нет, не торопитесь, пейте потихоньку. Если захочется еще, я
принесу, не бойтесь.
Одри была слишком слаба, чтобы поблагодарить. Боль в голове запульсировала
с новой силой.
- Я хочу видеть Джиллиан.
Глаза молодого человека странно блеснули.
- Она скоро вернется.
- Куда она ушла?
- Постарайтесь заснуть, Одри. - И правда, ей очень хочется спать.
- Мне нужна Джиллиан. Пожалуйста... - Молодой человек снова поднес кружку
к ее губам. Подождав, когда она
напьется, он шепнул:
- Джиллиан скоро вернется. А пока поспите, Одри. - Одри взглянула в серые
глаза и обрадовано вздохнула, увидев
в них неподдельное участие.
Она вдруг совершенно успокоилась, расслабилась в добрых сильных руках, все
еще поддерживающих ее, и
погрузилась в спасительную темноту забвения.
- Ладно, хорош, подымай ее!
Громко выругавшись, потому что безжизненное тело Мэгги так и не сдвинулось
с места, Свифт вперил взгляд в
охранника, стоявшего в ногах:
- Давай, Доббс, попробуй еще разок, парень! - Новая неудача. Свифт
ругнулся еще громче. Грязная шлюха! Даже
подохнув, не забыла нагадить - выблевала всю свою вонючую кровь!
- Найлз! - рявкнул Свифт, не обращая внимания на нелестные эпитеты в свой
адрес с соседних коек. - Найлз,
сукин сын! Хватит дрыхнуть! Оторви-ка свою толстую задницу от стула и иди сюда!
- Да оставьте ее до завтра!
- Хватит базарить, пусть лежит, где лежит!
- Эй, вы там, заткнитесь! - стремительно обернувшись на голоса, прорычал
Свифт. - Коли оставить ее валяться
здесь, вы скоро задохнетесь от вонищи! И тогда по-другому запоете!
Наконец Доббс и Найлз, нещадно ругаясь при каждом шаге, выволокли тело
старой шлюхи наверх. Свифт всей грудью
с наслаждением вдохнул ночной морской воздух и громко высморкался, стараясь
освободиться от трупной вони.
Ухмыльнувшись; он повернулся к ждавшим охранникам и спросил:
- Ну что, готовы, ребята?
Он плотоядно осклабился. Все это проделывалось уже много раз в течение
плавания, и парни приобрели даже коекакую
сноровку. Свифт, удивляясь самому себе, радостно воскликнул:
- Отлично! И раз... и два... - Под его счет безжизненное тело Мэгги
раскачивалось все сильнее и, наконец, на счет
три полетело за борт.
Все трое молча смотрели, как труп закачался на волнах и вскоре затерялся
среди бесчисленных волн за Кормой.
- Упокой, Господи, ее душу!
От резкого порыва холодного ночного ветра Свифта пробрал озноб, и он зябко
передернул плечами. Найлз стоял с
невозмутимым видом, а по лицу Доббса вдруг расползлась усмешка, и он заметил:
- Еще одной меньше, о ком надо беспокоиться.
- Ха, верно! - расхохотался Свифт. - Не забыть вычеркнуть ее из списка на
завтра. - Помолчав, он добавил: - А
как ее звали-то?
- Звали? Да вроде Мэгги, - пожал плечами Доббс.
- Точно, Мэгги! А фамилия?
- Шлюха Мэгги. А как еще? - Свифт задумался. Да нет. Не годится. Хватит и
просто Мэгги.
Он все еще никак не мог поверить.
Кристофер недоверчиво прижал ладонь ко лбу Одри. Ее кожа была приятно
теплой, а дыхание стало намного легче и
ровнее. Он обернулся на стоящий, на печке котелок, отметив про себя, что надо бы
долить воды. Еще раз потрогал влажный
лоб Одри. Похоже, она все-таки выживет.
Одри сморщила во сне исхудавшее личико и вдруг задышала со знакомыми
хрипами. Кристофер напрягся. И тут же
дыхание девушки снова стало ровным и спокойным.
Кристофер с облегчением выдохнул, признавшись себе, что глубина его
беспокойства о больной девушке несколько
больше, чем он полагал. На другое он и не рассчитывал. Разве он не просиживал у
ее постели, помогая справиться со
страхами и заботясь о ней, как о ребенке? И разве он с помощью Джиллиан не
раздевал ее и не помогал опускать в лохань с
прохладной водой изможденное тело? Пока бедная девушка металась в горячечном
бреду, разве он не кормил ее, разве он не
отирал ей пот со лба?
И разве он не держал в своих руках ее жизнь?
С губ Одри слетел какой-то неясный лепет, и Кристофер склонился над ней.
Но больше не раздалось ни звука, и
Кристофер нахмурился еще сильнее. Да, своей беспомощностью эта девушка тронула
его сердце.
Но была еще Джиллиан. И второй Джиллиан не существовало.
Джиллиан, которую сейчас обнимали руки другого мужчины...
Кристофер сморщился, как от боли, и запретил себе думать об этом. Он
поправил Одри одеяло, опустился на пол,
вытянулся на расстеленном для него матрасе и закрыл глаза.
Но образ любимой все стоял перед мысленным взором.
Шуршание простынь, учащенное, прерывистое дыхание, отблеск настольной
лампы на белой коже - в каюте
капитана господствовала страсть.
Дерек, лежа между широко раздвинутыми горячими бедрами женщины, которую
обнимал, пил и смаковал сладкий
мед ее податливых губ. Чуть приподняв голову, он принялся водить кончиком языка
вдоль линии ее рта, ощущая вкус кожи и
оставляя след своего чувственного голода на ее подбородке и на нежном полукружии
ушной раковины. Она затрепетала, и у
него сами собой вырвались удивительные в своей простоте нежные слова, а его
плоть, глубоко вошедшая в сладкий жар ее
плоти, еще больше налилась твердостью.
Пресытится ли он когда-нибудь Джиллиан?
Дерек задохнулся от счастья, когда их обоюдная страсть, наконец,
взорвалась ослепительной вспышкой наслаждения.
Он лежал совершенно без сил, приходя в себя от неистового взлета, слыша, как
жадно дышит Джиллиан. Он увидел в ее
глазах отблеск этой вспышки, когда, не выходя из нее, приподнял голову и
вгляделся в ее лицо.
Они посмотрели друг другу в глаза, и новая волна восторга мягко качнула их
обоих.
Дерек был поражен. Что же такое скрыто в этой женщине, что доводит его
почти до исступления? Женская красота не
была для него внове, как и молодость, пылкость... сладострастие, наконец. Он
знал только, что нечто неуловимое, присущее
только этой женщине, разжигало внутри него эту удивительную искру чувственности.
Он буквально сгорал от страсти, она
обжигала и сводила с ума, от нее закипала кровь. Он хотел эту женщину так, как
никого до этого не хотел.
Соскользнув с Джиллиан на скомканные простыни, Дерек лег на спину и
потянул ее на себя. Глаза ее расширились,
когда он легко приподнял ее и мягко опустил на свою мужскую силу. Его окатила
горячая волна наслаждения, и он
простонал, почувствовав, как сомкнулось жаркое объятие женской плоти.
У Джиллиан перехватило дыхание, и стон, слетевший с губ Дерека, сладостно
отозвался во всем ее существе.
Сейчас она владела им так же, как совсем недавно он владел ею. В своем
ненасытном голоде; он упивался ею, и точно
так же она упивалась им.
Обхватив руками ее бедра, Дерек приподнял Джиллиан над собой и начал
медленно, ритмично двигаться в ней. Волна
нежности окатила его, когда ее прелестное лицо загорелось ответным огнем. Губы
Джиллиан приоткрылись, и она едва
слышно простонала.
С колотящимся сердцем Дерек всматривался в лицо Джиллиан. Нет, эта женщина
не притворялась, ее действительно
переполняла страсть. Ее лоно истекало любовной влагой, трепет ее тела эхом
отзывался в его теле. Она была трутом,
искоркой от которого рождалось его пламя.
Притянув Джиллиан к себе, Дерек почувствовал, как ее упругие груди нежно
прижались к его щекам. Он принялся
жадно покрывать их поцелуями, прихватывая губами напрягшиеся темно-розовые соски
и снова целуя и целуя теплые
полушария. Наконец, когда он в очередной раз прижался ртом к твердым торчащим
соскам, Джиллиан не смогла удержаться
от громкого стона наслаждения.
Дерек почувствовал внизу живота знакомую жаркую пульсацию и выругался про
себя. Нет, не сейчас! Он еще не до
конца насладился ею!
Крепко прижав женщину к себе, он перевернулся и снова лег на нее. Отчаянно
борясь с нарастающим желанием дойти
до конца, Дерек изучающе вглядывался в разгоряченное лицо Джиллиан. Веки
опущены, губы слегка приоткрыты. Он
чувствовал, как она старается справиться с бушующей в ней страстью, как внутри
нее растет желание.
Но сомнение все равно точило его.
- Джиллиан, посмотри на меня. - Она открыла глаза, и Дерек хрипло
прошептал: - Скажи мне, что ты видишь.
- Я вижу тебя, - дрогнувшим голосом ответила Джиллиан.
- Назови меня.
- Капитан.
- Нет.
- Дерек...
Дерек с силой вошел в нее.
- Повтори еще раз.
- Дерек.
Он вошел еще глубже.
- Еще раз.
- Дерек...
- Еще... еще... еще!
Ее задыхающийся шепот стал ритмом его подъема к наслаждению. Дерек упоенно
скользил во влажной жаркой
глубине ее тела и пропустил тот момент, когда нараставшее напряжение взорвалось
и исторгло из него сладострастный
бесконечно долгий крик. И длилась сладкая судорога, и он неистово сжимал
Джиллиан в объятиях, разделяя с ней миг
блаженного экстаза.
Почти бездыханные, обессиленные, они какое-то, время лежали, не двигаясь.
Затем Дерек приподнялся над Джиллиан
и вновь взглянул ей в лицо. Роскошные волосы серебристым потоком рассыпались по
подушке. На лице умиротворенность и
покой. Джиллиан являла собой изумительный портрет чувственной красавицы, слишком
безупречной, чтобы быть
настоящей.
Обуреваемый эмоциями, Дерек едва слышно сказал:
- Открой глаза, Джиллиан.
Глаза женщины медленно-медленно открылись, и он увидел в них отблеск
подлинной чувственности. Но Дерек увидел
и кое-что еще. И напрягся.
- Что-то не так?
- Все в порядке, - отвела взгляд Джиллиан.
- Скажи мне.
- Нет... Ничего... Все в порядке.
Джиллиан упорно смотрела в сторону, но Дерек сумел заметить все
объясняющий блеск в ее глазах.
Нежно взяв в ладони голову Джиллиан, Дерек принудил ее повернуться к нему
лицом. В ее глазах уже не было
прежнего чувства, которое он видел несколько минут назад. В груди сразу заныло.
Дерек ощутил, как его все сильнее и сильнее наполняет странная тоска. Он
ласково погладил Джиллиан по щеке,
потом поцеловал в губы. И услышал собственный шепот:
- Джиллиан... Джиллиан...
Он снова и снова повторял ее имя, как некую бесконечную молитву. Имя
струилось в тишине каюты подобно нежной
мелодии, и Джиллиан сама не заметила, когда именно обвила руками шею Дерека и
безропотно открыла губы его поцелую.
Чудо начиналось сызнова.
Масло в лампе выгорело почти до конца. В каюте стоял полумрак.
Приподнявшись на своем матрасе, Кристофер взглянул на Одри, потом перевел
взгляд на мигающий язычок пламени.
Джиллиан еще не вернулась, хотя в иллюминаторе уже брезжило раннее утро.
У Кристофера сжалось сердце, и он медленно закрыл глаза.
Джиллиан оглядела погруженную в полумрак каюту и остановила взгляд на
спавшем рядом с ней мужчине. Дерек
дышал медленно и тяжело. Он лежал на боку, одной рукой обнимая ее и зарывшись
лицом в ее волосы. Она чувствовала его
теплую живую наготу и вспомнила всю эту ночь...
Ее обдало жаркой волной, и Джиллиан пристально вгляделась в оказавшееся
так близко лицо. В нем ничего не
переменилось. Лицо было по-прежнему красивым, сохранявшим суровость даже во сне.
Она не могла сейчас видеть
загадочную, бездонную черноту его глаз, зато могла любоваться густыми черными
ресницами, легкими тенями, лежавшими
на чуть впалых щеках. Его неподвижные губы были полными и теплыми.
Джиллиан вспомнила эти губы... их теплоту... их вкус. Она забывала обо
всем, как только они прикасались к ее губам.
Но здравомыслие уже возвратилось к ней.
Она пробыла здесь слишком долго. Одри наверняка ждет ее.
Осторожно приподнявшись на локте, Джиллиан попыталась высвободиться из-под
обнимающей ее руки Дерека и тут
же почувствовала, как напряглось его тело. Он открыл глаза и посмотрел на нее.
- Мне... мне пора идти... Одри ждет меня, - прошептала Джиллиан, слегка
волнуясь, потому что капитан и не
подумал убрать свою руку.
- С ней же Гибсон, - возразил Дерек, еще крепче обнимая Джиллиан.
- Да, конечно, но...
- Ты доверяешь ему?
- Доверяю.
Он мягко притянул ее к себе. Его губы прижались к ее губам. Больше они не
произнесли ни слова.
Глава 8
Вздрогнув, Джиллиан открыла глаза и быстро огляделась вокруг. Сквозь
иллюминатор сумрак каюты прорезали узкие
полосы солнечного света, разгоняя по углам ночную темень.
На смятой постели около нее никого не было. И навалилась жестокая
действительность. Джиллиан захлестнула волна
самых противоречивых чувств. Она даже зажмурилась. Сколько сейчас времени, она
не знала, но было ясно, что Дерек сразу
отодвинул от себя бурные любовные утехи прошедшей ночи - ночные дела, едва лишь
начался новый день. В отличие от
нее.
Несмотря на то, что в каюте было довольно прохладно, Джиллиан чувствовала,
как у нее горят щеки. Она откинула
одеяло и встала. Нагота только усилила остроту ее переживаний. Но не было
никакого смысла натягивать на себя ночную
рубашку. Дерек был неутомим, его страсть, казалось, не только не утихала, но
после каждой близости разгоралась с
удвоенной силой. И даже сейчас у нее бешено забилось сердце, стоило ей лишь
подумать об этом, о долгих часах, что она
провела, прижимаясь к крепкому мускулистому мужскому телу, о том, как он
подминал ее под себя и...
С негромким стоном Джиллиан потянулась за одеждой. Ночь прошла, и на нее
наваливались дела гораздо более
важные.
Джиллиан торопливо одевалась. В душу начал закрадываться страх. Он все рос
и рос, и она вдруг поняла, что у нее
трясутся руки. Дерек спросил ее, доверяет ли она Кристоферу, и она ответила, что
доверяет. К своей досаде, Джиллиан
прекрасно понимала, что любой ее ответ ничего не изменил бы. Объятия капитана,
одно прикосновение его губ лишали ее
воли и сил противостоять ему.
Одевшись, Джиллиан торопливо провела рукой по волосам, пытаясь привести их
в относительный порядок, потом
скрутила в толстый пучок и заколола на затылке. Беспокойство росло, но теперь к
нему примешивалось и другое чувство,
заставившее Джиллиан посмотреть на всю ситуацию с иной стороны. Разум подсказал
ей поступить так, как она поступила,
но ей даже в голову не приходило, что тепло рук Дерека будет таким сладостным
для нее, что она будет уноситься в некие
заоблачные выси, забывая обо всем, что близость с этим человеком станет новой
удивительной радостью.
Чувства жгучей вины и мучительного стыда накатывались и накатывались на
нее, заставляя девушку замедлять шаги,
вселяя неуверенность и страх в ее душу. Джиллиан быстро подошла к двери, открыла
ее и вышла в пустынный коридор.
Возле двери соседней каюты она остановилась, не решаясь войти.
Что там сейчас происходит?
Одри была так плоха.
И так слаба.
О Господи... а что, если...
Сердце забилось так сильно, что его стук начал отдаваться у нее в ушах,
заглушая все остальные звуки. Джил-лиан
распахнула дверь и шагнула внутрь.
- Джиллиан?
Она сразу узнала слабенький родной голос Одри и застыла, буквально
пригвожденная к месту. Одри смотрела на нее
ясным чистым взглядом. Она, правда, была очень бледна, но от горячечного бреда
не осталось и следа. И говорила сестра с
явным беспокойством за нее:
- Где... где ты была так долго? Я страшно волновалась. - Рядом с койкой с
хмурым видом стоял Кристофер. С того
момента, как она вошла, ни одного слова не слетело с его плотно сжатых губ.
Джиллиан в самое сердце ударил стыд. Стыд за
себя. Боже мой, Одри, нежная, беспомощная Одри переживала за нее, думала о ней,
а она...
Раскаяние, смущение буквально испепеляли Джиллиан, и она, не в силах
избавиться от них, зажмурила глаза.
Джиллиан поняла, что падает, лишь тогда, когда крепкие руки Кристофера мягко
подхватили ее, и она услышала его голос:
- Как ты, Джиллиан?
- Все в порядке, ничего страшного, - не глядя на него, пробормотала
Джиллиан.
Кристофер наклонился и обеспокоено заглянул ей в лицо.
- Сегодня ночью мы потеряли еще одного человека, сэр. Так что теперь их
восемь.
Каттер говорил ровным, бесстрастным голосом, но Дерек прекрасно знал, что
это только видимость. Невыносимая
ситуация, в которой они все оказались из-за превратностей судьбы и непомерной
человеческой жадности, тяготила его
первого помощника так же, как и самого Дерека.
- Барретту придется ответить на массу вопросов, когда мы дойдем до Ямайки.
- Если по правде, сэр, то я бы не хотел зависеть от Свифта и других
охранников. Они примут ту сторону, которая им
будет выгодна. А если Барретт убедит их, что для них выгоднее свалить
ответственность на вас, то сами понимаете...
- Ну, нет, до, этого дело не дойдет, - холодно улыбнулся Дерек. - Можешь,
не сомневаться.
- Понял, сэр, - кивнул Каттер. Поколебавшись, он с усмешкой добавил: -
Сегодня с утра в трюме генеральная
уборка. Ответственный Свифт.
- Со шваброй и ведром?
- Так точно, сэр.
- Держите меня в курсе, - даже не улыбнувшись, буркнул Дерек.
- Слушаюсь, сэр.
Наблюдая, как первый помощник спускается с мостика, Дерек подавил зевок.
Он устал намного сильнее, чем ему
поначалу казалось. Утро наступило слишком быстро, Дерек выругался. Неужели его
жажда этой женщины действительно
неутолима?
Ссутулившись, Дерек незряче уставился в какую-то точку на горизонте. Он
только что закончил осмотр корабля.
Последние неполадки были устранены, и судно шло на всех парусах. Казалось, самое
худшее осталось позади, а теперь,
когда за порядок в трюме будет отвечать Каттер, и там все наладится. Да, все
наладится, за исключением его собственных
проблем.
Джиллиан, Джиллиан...
Дерек неосознанно прошептал ее имя, и у него сразу потеплело на сердце. Он
никогда не встречал женщины, которая
влекла бы его так, как Джиллиан.
Перед его мысленным взором мелькнуло другое лицо, густые рыжие волосы,
удовлетворенно улыбающиеся губы.
Нет, пожалуй, даже и она не обладала такой притягательностью.
Дерек мрачно нахмурился. В эту ночь он никак не мог насытиться телом
Джиллиан. Каждое прикосновение к ее
нежной коже только сильнее разжигало его страсть. Была ли это примитивная
похоть? Да нет, пожалуй. Есть в этой ведьме
что-то такое, что-то такое... Его по-прежнему изводила мысль, что, сколько бы
раз он ни овладевал ею, страстное желание
неизменно вновь опаляло его душу и плоть.
Дерек покрепче уперся ногами в палубу - под порывами холодного ветра качка
заметно усилилась, а паруса над
головой хлопали все громче. Когда рано утром он уходил из каюты, Джиллиан крепко
спала. Губы ее были чуть приоткрыты,
и дышала она легко, почти неслышно. Потом на губах у нее заиграла улыбка.
Сегодня вечером он обязательно расскажет ей
об этом.
Сегодня вечером...
Мрачное настроение не замедлило вернуться, а вместе с ним и
раздражительность. Он действительно устал,
собирается лечь сегодня пораньше, и не намерен ждать, когда эта бабенка сочтет
нужным поскрестись в дверь его каюты.
Нужно ясно дать ей это понять.
Дерек с решительным видом начал спускаться с мостика. Хотя он поднялся
несколько часов назад, все еще было
раннее утро, и Джиллиан вполне могла еще спать.
Капитан приказал себе не сходить с ума, однако, не замечая, что
непроизвольно убыстряет шаги, размашисто пересек
палубу и нырнул в коридор. Вот и его каюта. Чуть помедлив, он, волнуясь, открыл
дверь.
В каюте никого не было.
Разочарованный намного сильнее, чем был готов признать, Дерек, насупив
брови, подошел к каюте суперкарго. Он
поднял руку, чтобы постучать, и вдруг заметил, что дверь слегка приоткрыта.
Не раздумывая, он с силой толкнул ее.
Распахнувшаяся дверь каюты с громким треском ударилась о стену. Кристофер,
все еще поддерживающий Джиллиан,
резко обернулся. На пороге стоял капитан.
- Убери от нее руки, - негромко и повелительно проговорил он.
Встретив холодный взгляд капитана, Кристофер мысленно услышал унылый
кандальный звон.
Джиллиан с побелевшим лицом торопливо высвободилась из его рук и тут же
пошатнулась. Кристофер шагнул, было,
чтобы вновь поддержать ее, но капитан, грубо оттолкнув его, первым оказался
около Джиллиан.
- Что с тобой, Джиллиан? - прошептал Дерек.
- Все в порядке.
Кристофер заметил, как изуродованная шрамом щека капитана едва заметно
дернулась. Дерек подхватил Джиллиан на
руки и решительно повернулся к двери. Кристофер невольно шагнул следом, и
капитан, повернув голову, с неприкрытой
угрозой процедил:
- Стой где стоишь, понял?
Кристофер с бессильным отчаянием все смотрел в проем распахнутой настежь
двери, когда придушенный звук за
спиной заставил его обернуться.
Одри широко открытыми глазами смотрела на него, и в этих глазах он увидел
презрение.
Дерек несколькими широкими шагами преодолел расстояние до своей каюты и,
войдя в нее, ногой захлопнул дверь.
Он отнес Джиллиан к койке, которую они совсем недавно разделяли, и положил
молодую женщину на смятые простыни.
Некоторое время он стоял молча, наконец, сел на край койки и впился взглядом в
лицо Джиллиан. Девушка спокойно
встретила этот требовательный взгляд.
- Дерек, я хочу встать...
Дерек! Она назвала его по имени. Волна сумасшедшей радости окатила его, но
он еще сильнее нахмурился и сурово
спросил:
- Так что же все-таки произошло?
- Ничего.
- Нет, скажи мне! - Красивые губы Джиллиан едва заметно дрогнули.
- Я очень волновалась за Одри. И до сих пор толком не знаю, что именно
боялась увидеть, когда открывала дверь в
нашу каюту. А оказалось, она, наконец, пришла в себя, и я... - Джиллиан перевела
дыхание: - Позволь мне встать. Я
должна вернуться к сестре.
- Не сейчас.
- Я и так достаточно долго отсутствовала!
- Ты прекрасно помогала ей этой ночью, намного лучше, чем, если бы
находилась рядом. - Джиллиан промолчала,
и Дерек насторожился. - Или ты решила положить конец нашему договору, потому что
твоей сестре стало лучше?
- Нет! Но я...
- Ты случаем не передумала, Джиллиан?
- Нет.
- Тогда в чем дело?
- Нет... ничего. Все в порядке.
Глаза Дерека сузились. Он резко встал, внезапно решив, что нет причины
давить на нее. Он только что прочел в глазах
Джиллиан правду: для них обоих прошедшая ночь оказалась слишком длинной.
Джиллиан поднялась с койки. Дерек удержался от неистового желания обвить
руками ее талию, прижать к себе. У него
даже щека дернулась, когда он вспомнил, как эту талию только что и с не меньшим
удовольствием обнимали сильные
мускулистые руки Гибсона.
Ну, нет, хватит...
Сжав зубы, Дерек с удивлением услышал свои собственные слова:
- Я хочу, чтобы ты перенесла свои вещи сюда, как только сделаешь для своей
сестры все, что требуется. -
Джиллиан замерла от неожиданности, но он хладнокровно продолжил: - Очень
надеюсь, что к вечеру ты здесь уже
обоснуешься. - Не давая ей времени опомниться, Дерек угрожающе добавил: - Но
уясни одно. Больше я не потерплю
никаких объятий с другим мужчиной. Пусть даже по самой что ни на есть
уважительной причине.
Он наклонился, властно поцеловал ее и, мысленно выругавшись, быстро вышел.
Одри, борясь с чувством недоверия, все же позволила Кристоферу поддержать
ее голову, когда он поднес ей кружку с
водой. По его настоянию она сделала несколько глотков, старательно избегая
встречаться с ним взглядом, и обессилено
опустилась обратно на подушку.
- Одри, посмотри-ка на меня.
Но девушка никак не отреагировала на просьбу Кристофера. Одри простонапросто
не могла заставить себя
посмотреть на него, потому что боль в ее душе становилась все сильнее и
безжалостнее. И боль эта не шла ни в какое
сравнение с царапающей болью в горле или мучительной заложенностью в груди.
Она все еще не могла поверить. Боже мой, это неправда! Джиллиан слишком
смелая, слишком сильная. Она бы
никогда не позволила, чтобы кто-то вертел ею, как хотел, и в особенности этот
бессердечный капитан. Да у него черноепречерное
сердце... и Джиллиан презирала его.
- Одри...
Но было же, было в его лице это выражение собственника! А какой у него был
взгляд, когда он вошел и увидел, что
Кристофер обнимает Джиллиан. Глаза прямо вспыхнули ревностью. Но потом в них
промелькнуло что-то еще, какое-то
мимолетное чувство, утонувшее в бездонной черноте зрачков. Однако она была
потрясена. Потом оно появилось опять, когда
капитан поднял Джиллиан на руки, а когда следом шагнул Кристофер, оно буквально
опалило Одри. До сих пор она
чувствует его жар.
- Одри, посмотри на меня, пожалуйста. - Очередной приступ кашля скрутил
Одри, мучительные спазмы сотрясали
все ее тело. Когда кашель, наконец, прекратился, девушка совершенно обессилела,
и Кристофер в очередной раз помог ей
приподняться и дал напиться. Она с благодарностью приникла губами к кружке.
- Как ты себя чувствуешь?
Одри подняла глаза. Этот человек был так добр к ней, но она его совершенно
не знала. Вдобавок он был уголовным
преступником. Ее вдруг осенило, что это тот самый человек, которого привели
закованным в кандалы. И все же он очень
напоминал папу...
- Я... хорошо.
- Не осуждай Джиллиан, - мягко проговорил Кристофер и .пристально
посмотрел на девушку. Одри отвернулась.
Нет, только не об этом.
- Ну, посмотри же на меня!
Подчинившись его повелительному тону, Одри подняла глаза, а он вдруг
спросил:
- Тебе удобно на этой койке?
Неожиданный вопрос удивил Одри, и она утвердительно кивнула. Постель была
теплой и сухой - одно удовольствие.
Особенно в сравнении с узкой, жесткой и сырой койкой внизу.
- А ты себя получше чувствуешь?
Одри задумалась. Нет, она не чувствовала себя лучше. Горло просто горело и
постоянно саднило. Глотать было
неимоверно трудно. Голова раскалывалась от пульсирующей боли. Правда,
заложенность в груди стала поменьше, и
дышалось чуть полегче. И впервые за эти бесконечные дни она ясно понимала, что
происходит вокруг. Одри вновь
утвердительно кивнула.
Кристофер нахмурился, вгляделся в ее лицо и тихо сказал:
- Ты чувствуешь себя лучше, потому что вокруг нет сырости и грязи. Помогла
тебе перебраться сюда Джиллиан. Ты
поправляешься, потому что Джиллиан всю себя отдает заботе о тебе. И ты
поправишься, потому что... - Кристофер
неожиданно замолк, но через секунду продолжил: - Потому что Джиллиан любит тебя
всем сердцем и ради тебя может
пойти на любую жертву.
Жертва? Какая жертва? О чем он?
Слово еще звучало в голове О
...Закладка в соц.сетях
