Жанр: Любовные романы
Кто сильнее
...h; Успокойся, Ив. Слишком жарко, чтобы
затевать ссору.
Никто не собирается приставать ко мне с двусмысленными предложениями, надо
успокоиться и наслаждаться отдыхом, сказала себе Иветт. Снова прикрыв глаза,
она приняла безмятежную позу, но ощущение покоя покинуло ее. Трудно было не
признать, как волнует и вместе с тем раздражает ее близость бывшего мужа.
Его рука лежала совсем рядом, всего в нескольких дюймах от ее руки. Украдкой
переведя взгляд, она заметила крошечную татуировку на запястье. Дик
рассказывал, что сделал ее еще мальчиком, за что отец устроил ему хорошую
взбучку. Дик согнул руку, мускулы напряглись, затем снова расслабились. Кожа
была загорелой и безупречно гладкой, почти лишенной растительности.
Неожиданно тело Иветт отреагировало на чувственный позыв. Она глаз не могла
отвести от широкой груди Дика, более того — не желая повиноваться ей, они
скользили к поясу пляжных шорт и ниже... О Господи! Она отвернулась и
невидяще уставилась на бирюзовую гладь бассейна. Что со мной происходит? Вид
обнаженного торса Дика вряд ли являет для меня нечто новое. Слава Богу, мы
прожили вместе более двух лет! Я видела его в разных позах, зачастую без
всякой одежды, и отлично знаю это стройное тело — совершенный образец
мужской физической красоты. Жаль, форма не соответствует сущности!
— Хочешь что-нибудь выпить?
Иветт так погрузилась в свои мысли, что не расслышала вопрос.
— Ты что-то сказал?
— Я спросил, не хочешь ли ты что-нибудь выпить, — повторил
Дик. — Время от времени у бассейна появляется официантка, принимает
заказы. Я подумал, может, ты хочешь чего-нибудь холодного, освежающего?
— Да, пожалуй, я выпила бы лимонаду, но тебе не стоит беспокоиться, я
могу сама...
— Какое беспокойство!
Когда показалась официантка в бикини и крохотном кружевном передничке, Дик
уже выбрался из шезлонга, и Иветт с досадой отметила, что его учтивость была
вознаграждена отнюдь не дежурной улыбкой.
— Ты не должен был вскакивать, как мальчишка, — раздраженно
пробормотала она, когда Дик вновь опустился на свое место.
— Да, я знаю, но быть вежливым ничего не стоит!
— И ты бы встал, даже если бы официантом был мужчина? — спросила
она, и губы Дика приоткрылись в улыбке, обнажая ряд ровных белоснежных
зубов.
— Да. — Его глаза, оторвавшись от лица Иветт, двинулись по ее
телу. — Что-то не так? Что-то беспокоит тебя?
Она поежилась под его пристальным взглядом, сознавая, что злится на саму
себя, так как втайне не могла не признаться, что ее все еще волнует близость
Дика. Не в состоянии ответить на его вопрос, полный насмешливой
самоуверенности, она притворилась, что наблюдает за шаловливой возней в
бассейне молодой парочки. Юноша и девушка, явно впервые отдыхающие вместе,
со смехом барахтались в воде, поднимая фонтаны сверкающих брызг. При взгляде
на них любому было ясно, что молодые люди, оставаясь наедине, с упоением
занимаются изучением лабиринтов любви. Мы с Диком когда-то тоже предавались
этим изысканиям, с грустью припомнила Иветт.
Вернулась официантка, неся два высоких пластиковых стакана с лимонадом й со
льдом. Дик взял один для себя, другой протянул Иветт, и она скрепя сердце
приняла его, понимая, что отказ выглядел бы слишком по-детски. Присев на
лежаке и скрестив ноги, она припала к соломинке, наслаждаясь тонким ароматом
и дивным вкусом напитка, не в состоянии оторваться, пока не выпила почти
весь.
Дик то и дело поглядывал на нее. Иветт не слишком это нравилось, но она
вдруг подумала, что нет худа без добра: во всяком случае, присутствие Дика
защищает ее от нежелательного внимания местных искателей приключений.
— Ты отлично выглядишь, — внезапно сказал Дик.
— Благодарю. — Она усмехнулась, давая понять, что не придала
комплименту значения. — Ты тоже. По-видимому, Ширли оказывает на тебя
благотворное влияние.
На какой-то момент лицо Дика окаменело, но он тотчас же взял себя в руки.
— Ты всегда была красивой женщиной, — пробормотал он. — Но
мне кажется, что со дня нашей последней встречи ты стала еще красивее.
— Наверное, потому, что свобода мне во благо, — отшутилась Иветт,
чувствуя, как от его слов краска заливает шею и щеки. — Жить в Монреале
не так уж плохо, как ты считаешь. Канадский климат, может, и уступает в чем-
то вашему, но явно имеет свои плюсы.
Дик чуть заметно пожал плечами.
— Возможно, ты права. Во всяком случае, Мэдж согласилась бы с тобой.
— Не сомневаюсь.
Иветт явно не нравился разговор. И не потому, что в словах Дика крылось что-
то неприятное, нет, но его тон, подчеркнуто вежливый, был вместе с тем
совершенно равнодушным. Ленивый южный выговор действовал Иветт на нервы,
словно кто-то проводил острием ножа по стеклу, и, несмотря на жару, ее кожа
покрылась мурашками. С каждым разом, когда пристальный взгляд Дика
останавливался на ней, Иветт все больше становилось невмоготу.
— Как поживает миссис Доул? — спросила она, надеясь отвести
разговор от своей персоны.
Глаза Дика коснулись ее губ, и, хотя Иветт только что выпила добрую четверть
пинты лимонада, во рту у нее моментально пересохло.
— Мама стареет, как и все мы. Но работает так же много, как и раньше.
— А как Том и Фил? А Майк? А близнецы? Наверное, уже собираются в
высшую школу? Или, скорее всего уже поступили... Надеюсь, Лиз научилась
плавать?
— Тебе действительно интересно? — спокойно спросил Дик, и под его
тяжелым взглядом Иветт залилась румянцем. — Что ж, дела у всех у них
идут отлично. Фил женился и ждет первенца. Лиз и Нэнси пошли в высшую школу
в прошлом году, а Майк присоединится к ним этой осенью. По-моему, я дал
исчерпывающий ответ, что скажешь?
Иветт склонила голову, волна темных волос скользнула на одно плечо, открывая
нежный беззащитный изгиб шеи.
— Мне нравились твои братья и сестры. И, кажется, они отвечали мне
взаимностью.
— Пожалуй. — Дик подцепил соломинкой ломтик лимона и, отправив его
в рот, методично разжевал и проглотил. — Лиз часто вспоминает то жуткое
происшествие на островах. И как вы держались до последнего... Если бы не ты,
страшно подумать, что могло бы случиться!
— О, — Иветт сделала протестующий жест, — это ты обнаружил
наше отсутствие. Когда пустую лодку вынесло на берег, ты сразу догадался,
что с нами произошло и где нас искать.
— Жаль, что недостаточно быстро.
Он вздохнул, и Иветт почувствовала, что давний страх до сих пор не оставил
ее. Она все еще помнила охвативший ее леденящий ужас, когда, оказавшись в
воде, боролась с течением и понимала, что руки слабеют с каждой секундой.
Когда ей все же удалось выбраться на берег, она не могла держаться на ногах
и просто рухнула на холодный мокрый песок, тяжело дыша и не чувствуя своего
тела. Если бы Ричард и его братья не нашли их до наступления темноты, было
бы поздно. Разбушевавшаяся река Олтамахо поглотила маленькие островки в
проливе Сент-Саймонс в считанные часы, скрыв их под несколькими футами воды.
Никто не в состоянии был выдержать натиск стихии, и уж конечно не
десятилетняя Лиз, которая даже и плавать-то не умела.
Иветт поморщилась: вспомнив подробности того происшествия, едва не
обернувшегося трагедией, она почти физически ощутила боль. Дик протянул к
ней руку, и она невольно отпрянула. Его губы дрогнули, выдавая, что он
заметил реакцию Иветт, но все, что ему требовалось, — это взять из ее
рук пустой стакан.
— Я просто хотел избавить тебя от стакана, — спокойно пояснил Дик,
вкладывая один стакан в другой, после чего поднялся и, сделав несколько
шагов, бросил использованную посуду в урну для мусора.
К тому времени как Иветт вновь услышала скрип шезлонга под его телом, она
уже мирно лежала на своем полотенце, перевернувшись на живот. Ее глаза были
закрыты, а голова повернута в противоположную от Дика сторону. Разумеется,
он хотел бы выполнить поручение отца, заручившись моим согласием на поездку
в Олтамахо, думала она, перебирая в памяти их разговор. Но у меня нет
никакого желания снова мусолить эту тему и объяснять мотивы своего отказа.
Он просто теряет время, если надеется, что сможет заставить меня передумать.
Увы, я не оправдаю его ожиданий. Ричард Доул, безусловно, привлекательный
мужчина, и я не была бы женщиной, если бы не отдала должное его очарованию.
Но с этим человеком покончено раз и навсегда. Я свободна от его чар и
никогда больше не позволю заманить себя в их сладкий плен.
— Ты сгоришь, — заботливо заметил Дик.
— Нет, — возразила Иветт сквозь зубы. — Ты забыл, что у меня от природы смуглая кожа.
— Да, но привыкшая к другому климату.
Иветт услышала, как Дик поднялся со своего места. Боже, что он собирается
делать?! Когда Дик уселся на край ее лежака, она перевернулась на спину и,
увидев в руках Дика тюбик с защитным кремом, воскликнула:
— Что ты задумал?!
— Ведь это твой, не так ли? — спросил он, выдавливая немного крема
на ладонь. — А теперь перевернись. Не стоит изводить себя, только чтобы
сделать мне назло.
Иветт прикусила губу, возмущением дышала каждая ее клеточка. Принять его
помощь?! Дик снова пытается командовать, уверенный, что именно так сумеет
переломить ее.
Ну что ж, посмотрим, решила она и, вместо того чтобы вырвать из рук Дика
злополучный тюбик и зашвырнуть подальше, изобразила улыбку и послушно легла
на живот. Уткнувшись лицом в полотенце, Иветт вытянула руки вдоль тела и
стиснула зубы, стараясь сдержать приступ гнева. Хотя ее кожа и была смуглой,
но порой действительно обгорала на солнце, и, уж если карты легли так, а не
иначе, стоило извлечь из ситуации максимум выгоды. Она вздохнула и
постаралась расслабиться, когда руки Дика легли ей на плечи.
По контрасту с ее разгоряченным солнцем телом они оказались неожиданно
прохладными. Дик начал втирать крем круговыми движениями, не обделяя
вниманием ни кусочка тела. Иветт была довольна, что не надела бикини:
цельный скромный купальник позволял ей сохранить достоинство.
Позволял, но не очень. И ненадолго, призналась она себе, когда прикосновения
Дика стали убаюкивать ее, даря самые упоительные ощущения. Ах, совсем
нетрудно отдаться воле Дика, позволить своей плоти ответить на чувственные
позывы, признать, что его прикосновения более чем приятны...
— Я думаю, достаточно, — решительно заявила Иветт, когда ее
фантазии перешли границы целомудрия, и приподнялась на лежаке. — Я не
собираюсь лежать здесь весь день.
— Как знаешь. — Дик равнодушно пожал плечами и встал. — Но,
прости за любопытство, что ты собираешься делать дальше?
Иветт отвела глаза.
— Это мое дело.
— Понятно. — Дик аккуратно завинтил крышечку тюбика и положил его
в сумку. — Позвольте задать только один вопрос, леди...
— Я же сказала, это не твое дело! — резко оборвала она. —
Кстати, ты разве не собираешься домой?
— Не раньше, чем завтра, — ответил Дик, вытирая лоснящиеся от
крема ладони о колени. — Так что уж извини... — Он развел руками.
— Мне следовало догадаться! — Глаза Иветт метали молнии. —
Ты, очевидно, приехал, хорошо подготовившись.
— Ты имеешь в виду это? — С невозмутимым видом Дик подцепил
большим пальцем пояс шорт. — Я купил их сегодня утром прямо в отеле
вместе с пляжными туфлями и тенниской. В мои намерения не входило
задерживаться здесь дольше, чем необходимо. Мне кажется, это подходящее
место для творчества, — задумчиво произнес Дик, глядя на океан. —
Поистине дивный пейзаж... Мэдж говорила, у тебя намечается выставка?
— Да-а... — протянула Иветт, соображая, что еще рассказала ему
Мэдж. — Открытие через пару недель после моего возвращения в Монреаль.
— Через пару недель? — Глаза Дика сверкнули. — Пожалуй, мне
следует купить что-нибудь из твоих работ. Так сказать, вложить деньги...
— Насмехаешься!
Он повернулся, стараясь встретиться с Иветт глазами.
— А почему бы и не купить? Я буду всем рассказывать, что это работы
моей бывшей жены. Стоит прибавить чуть-чуть романтического ореола — и цена
поползет вверх. Я их выгодно продам. Ничего не поделаешь — законы рынка.
— Это отвратительно!
— Почему? Потому что я хочу, чтобы что-то напоминало мне о тебе?
— Не смей говорить так!
— Как?
— Тебе лучше знать — как! — Иветт поморщилась и потерла кончиками
пальцев виски. — Да делай что хочешь! Не стану мешать тебе.
Вздохнув, Иветт положила ладонь на пылающий лоб. Все, больше она не скажет
ни слова. Глаза Дика следовали за движением ее руки. Тонкое запястье,
точеная кисть, недлинные, но красивой формы ногти, покрытые бледно-сиреневым
лаком. Когда он заговорил вновь, его голос был низким и хриплым.
— Ты не могла бы поужинать со мной сегодня?
— Поужинать с тобой? — Иветт пришла в полное смятение.
— Да. Почему бы нет?
— Что ж... — Она судорожно соображала. — Нет. Я не могу.
— Ты уже приглашена?
— Нет.
Ответ вырвался у нее автоматически, но; два ли стоило хитрить: войдя в
ресторан отеля, Дик все равно увидел бы ее сидящей в одиночестве. Можно,
конечно, пойти в другое место или заказать ужин в номер, но слово уже
сказано, и сказано необдуманно. Да и, в конце концов, почему она должна
вообще что-то объяснять ему? С кем ужинает, где... И потом, Иветт на самом
деле не хотела никуда идти с бывшем мужем.
— Ты боишься? — внезапно спросил он, и возмущение Иветт вспыхнуло
с новой силой.
— Нет. Чего мне бояться? Но я не думаю, что твой отец и Ширли будут в
восторге от нашего общения.
Он, казалось, искренне удивился.
— Так ты, поэтому отказываешься? Не хочешь обидеть моего отца?
— Нет! — Иветт сорвала с носа солнцезащитные очки и, не скрывая
гнева, уставилась на Дика. — Зачем ты делаешь это? Ты же вовсе не
хочешь ужинать со мной.
— Не хочу? — Его взгляд был печален. — А может быть, хочу...
Ради нашего прошлого.
Иветт машинально вертела в руках очки. Конечно, она понимала, что Дик не был
бы Диком, отними у него упрямство, и он, очевидно, вбил себе в голову, что
рано или поздно ему удастся сломить ее сопротивление. Легкая болтовня,
лимонад и, наконец, сомнительный массаж — все было подчинено одной цели:
вынудить ее стать более сговорчивой, когда он снова заведет речь о просьбе
отца. Ради этого он даже проявил интерес к ее выставке. На самом деле ее
творчество раздражало его, всегда было источником конфликтов в их семейной
жизни.
Как далеко он намерен пойти, если я соглашусь поужинать с ним? Хотя за
ужином Дик вряд ли станет говорить о болезни отца. Интересно, когда он
начнет новую атаку? И как?
Чертенок мести шевельнулся в ее груди. Было бы забавно добраться до истины.
Несмотря на небрежность, с какой Дик вел разговор сегодня утром, Иветт не
забыла его реакцию, когда ей удалось поставить его на место. Но если она
решит начать новую игру...
Сможет ли она сделать это? Не следовало забывать, что люди, играющие с
огнем, иногда гибнут в его пламени. Но она покончила с Диком полностью и
навсегда. Да, тело порой бывает неподвластно ей, но не разум. В конце
концов, ее поведение никого не касается, кроме нее самой.
Иветт приняла решение.
— Хорошо, — сказала она, снова пряча глаза за темными стеклами
очков. — Ради нашего прошлого. Почему бы и нет?
Она уловила мимолетное удивление на лице Дика. Вероятно, не ожидал, что
сумеет уговорить ее.
— Прекрасно, — сказал он, наблюдая, как Иветт потянулась за сумкой
и начала складывать свои вещи, собираясь уйти. — Я буду ждать тебя в
вестибюле в семь часов. Хорошо?
— Прекрасно.
Иветт изобразила милую улыбку, скрывая хитрые искорки, вспыхнувшие в глазах,
и, беспечно помахивая сумкой, направилась к отелю.
4
Иветт решила пропустить ланч и отправиться в город. Сначала она собиралась
перекусить в баре у бассейна, но перспектива вновь столкнуться с Диком
заставила е: отказаться от этого намерения. Достаточно: того, что ей
придется лицезреть его за ужином, а пока...
А пока она едет в Кингстон. Отель
Жемчужина Ямайки
, где Иветт
остановилась, располагался на южном побережье недалеко от столицы.
Предыдущий день Иветт провела, восстанавливая силы после утомительного
полета и наслаждаясь неожиданно свалившейся свободой, но сегодня мысли о
предстоящем ужине не давали ей покоя. Будучи женщиной до мозга костей, Иветт
решила, что лучше всего пройтись по магазинам и отвести душу.
Приняв душ и смыв с тела крем, нанесенный щедрой рукой Дика, она натянула
шорты и свежую футболку, надежно закрывающую плечи. Критически взглянув на
босоножки на шпильке, Иветт достала из чемодана мягкие замшевые мокасины.
Так-то лучше! Она улыбнулась и, перекинув через плечо сумку на длинном
ремешке, устремилась к выходу...
Такси неспешно катило в город. Словоохотливый водитель высадил ее в торговом
центре, и Иветт провела пару приятных часов, бродя по маленьким магазинчикам
и местному базару. Купила себе яркий узорчатый платок, представив, как
удачно он будет смотреться, если повязать его на бедрах и носить на пляже.
Приобрела несколько браслетов из ракушек, которые позвякивали всякий раз,
как она двигала рукой. Позволила себе потратиться и на новый купальник, на
этот раз — бикини экзотической расцветки.
Отправляясь на такси в обратный путь, Иветт мыслями вновь вернулась к Дику.
Из-за того что он объявился здесь, пытаясь нарушить мои планы, не стоит
ударяться в панику. Теперь мне надо взять реванш. Этим вечером Дик поймет,
что перед ним уже не ранимая девушка, на которой он когда-то женился, а
впоследствии без сожаления развелся. Я совсем другая и предоставлю ему
возможность убедиться в этом!
Самое главное продумать туалет, хмыкнула Иветт, входя в номер и улыбаясь
своим тайным мыслям.
Однако на деле это оказалось не так-то просто. Иветт хотела выглядеть
впечатляюще, даже чуть-чуть рискованно, но без капли вульгарности. К
счастью, она догадалась захватить несколько туалетов и теперь мучилась: то
ли надеть маленькое черное платье, то ли легкий брючный костюм?
В конце концов, Иветт остановилась на платье — облегающем, коротком, из
переливчатого тяжелого шелка, вбирающего в себя все оттенки фиалки — от нежно-
сиреневого до фиолетового, которые подчеркивали темный цвет волос и
смуглость кожи, придавая таинственную глубину глазам. Тонкие бретельки не
скрывали красивой линии плеч, покрытых ровным загаром.
Представляя реакцию Дика, Иветт вдруг подумала о Ширли. Соблазнив ее мужа,
эта особа не выказывала никаких признаков угрызений совести. Иветт
усмехнулась. Доля иронии, безусловно, присутствовала в том, что сейчас она
собиралась отплатить Ширли той же монетой.
Нет, мне вовсе не хочется вернуть Дика, уверяла она себя. Но возможность
оставить Ширли с носом таит, черт побери, какую-то притягательность.
Теперь макияж. Поскольку черные от природы ресницы не нуждались в туши,
требовалось лишь чуть-чуть оттенить веки, добавив таинственной глубины
глазам. Напоследок Иветт провела по губам светлой помадой, подчеркнув их
чувственную пухлость.
Взглянув на свое отражение в большом зеркале, Иветт осталась довольна: она
выглядела юной, сексуальной, загадочной.
Вестибюль отеля представлял собой просторный зал под высоким куполом
зеркального потолка. Здесь размещались конторки администрации и несколько
маленьких магазинчиков. Пальмы и цветущие растения в горшках дополняли
изысканный интерьер с фонтанами из резного камня, тихое журчание воды
создавало атмосферу уюта.
Как только Иветт ступила на последний пролет лестницы, она сразу увидела
ждущего ее у фонтана Дика. Она сделала вид, что не замечает Дика, но знала,
что он сопровождает взором каждое ее движение. Иветт подумала, что змея,
изображенная на его татуировке, точно так же наблюдает за своей жертвой, но
она тут же прогнала эту странную мысль.
На Дике был легкий бежевый пиджак. Значит, мы ужинаем в дорогом заведении,
сделала вывод Иветт. О Господи, ну почему он так неотразим?! Иветт вдруг
усомнилась, сможет ли устоять перед его обаянием, но восторг, который она
уловила в глазах Дика, придал ей уверенности. Он по-прежнему ко мне не
равнодушен, поняла Иветт, но старается скрыть это.
— Привет! — Иветт небрежно взмахнула рукой, подходя к Дику. —
Надеюсь, я не заставила тебя ждать?
— Ничего другого мне не оставалось. — Дик пожал плечами, и его
глаза невольно остановились на груди Иветт, полуоткрытой смелым вырезом
платья.
Подавив смущение, она обезоруживающе улыбнулась.
— Итак, куда мы направимся?
— Предлагаю пойти в
Блэк Ривер
. Там прекрасно кормят, а потом можно
поиграть в казино.
— Звучит заманчиво. — Иветт кивнула и взяла Дика под руку. —
Идем?
Она чувствовала его напряжение, и ей было интересно узнать, как он
расценивает ее поведение. Несомненно, Дик озадачен ее неожиданной
готовностью к общению.
Вереница такси поджидала у отеля, и швейцар подозвал одну из машин. Иветт
нырнула на заднее сиденье, Дик устроился рядом.
Все же он соблюдал дистанцию в течение всех пятнадцати минут езды до
ресторана, что, впрочем, не составляло труда — места в салоне было
предостаточно.
Выйдя первым, Дик предложил Иветт руку. А что еще делать человеку,
пытающемуся изображать джентльмена! Славный парень из Джорджии, цинично
подумала Иветт. Такой же, как его отец, и как отец его отца, и как...
Его ладонь была жесткой и холодной, с твердыми мозолями у основания пальцев,
и, когда эти пальцы сомкнулись вокруг ее запястья, Иветт еле сдержалась,
чтобы не вырваться.
Словно угадав желание спутницы, Дик выпустил ее руку. Расплатившись с
таксистом, он увлек Иветт в вестибюль. В молчании они поднялись на
эскалаторе наверх, туда, где находились бар и ресторан. Иветт начала слегка
нервничать: интуиция подсказывала, что все получится не совсем так, как ей
хотелось бы.
— Что-нибудь выпьем для начала? — спросил он в устланном коврами
холле.
— Пожалуй, коктейль, но только со льдом. Что бы ты посоветовал?
Дик усмехнулся, подводя ее к пустому столику.
— Когда-то ты любила виски с мятой и со льдом... Помнится, ты
умудрилась выпить полбутылки, пока мы с отцом были в поле.
Картины прошлого, вызванные только что услышанными словами, всплыли перед
глазами Иветт, но Дик не заметил в них и тени переживаний, а зря, подумала
она с язвительным спокойствием. Ему придется заплатить за каждое слово.
— О да... Я доставляла много хлопот. Неудивительно, что ты предпочел
мне Ширли, — почти пропела Иветт, и никому бы не пришло в голову, что
упрек глубоко задел ее. Свинья! — стучало у нее в голове, а глаза
источали благодушие.
Дик коснулся невеселой темы, но появление официанта и необходимость сделать
заказ помешали ему глубже погрузиться в воспоминания, не слишком приятные
для Иветт.
— Бренди для меня, — попросил он, — и что-нибудь полегче для
леди. Что бы вы предложили?
— Как насчет
дайкири
? — Официант вопросительно посмотрел на
Иветт.
— Пойдет, — бесшабашно согласилась она, закидывая ногу на
ногу. — Только побольше льда! — добавила Иветт
заговорщицки. — Это именно то, что мне нужно. Понятно? — Она
скосила глаза на свои оголенные колени.
— Д-да, мэм, — запинаясь, заверил официант и, круто развернувшись,
поспешил к стойке. — Один бренди, один
дайкири
, — бросил он
бармену, — и положи в коктейль двойную порцию льда.
— Какого черта тебе это нужно? — прошипел Дик. — Чтобы каждый
знал твои привычки?
— Привычки? Какие привычки? — Глаза Иветт расширились в невинном
изумлении.
— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду! И не изображай, что ты не
п
...Закладка в соц.сетях
