Жанр: Любовные романы
Восхищенный взгляд
...ть их
защитить. Я не могла допустить, чтобы с ними что-то случилось.
Люк приподнял бровь, давая понять Айви, что в словах Регины, приписывающей
статуэткам особые свойства, похоже, есть смысл, раз нефритовые богини так
повлияли на Мэллори.
— Возможно, вы испытали на себе влияние статуэток, — сказал
Арнольд.
Мэллори удивленно вскинула голову:
— Какое еще влияние?
— Это не просто статуэтки, это богини плодородия и мужской силы.
Говорят, они выявляют самые тайные и главные желания в людях.
У Люка не было желания вступать в дискуссию относительно волшебной силы
статуэток.
— Мэллори, вы говорили кому-нибудь, где спрятаны статуэтки? Говорили,
что держите их у себя потому, что вас об этом попросил Трип?
Мэллори покачала головой:
— Нет.
Айви обернулась к Люку:
— И что мы будем делать теперь?
Ему хотелось прикоснуться к ней. Хотелось почувствовать гладкость ее кожи
под пальцами, хотелось придать ей уверенности.
— У меня есть кое-какие соображения.
Арни пренебрежительно хмыкнул.
— Не сомневаюсь. Только вряд ли ваша маленькая группка скучающих
сексуально озабоченных домохозяек сможет чем-то вам помочь.
Люк бросил на Арнольда презрительный и даже, пожалуй, брезгливый взгляд.
— Тогда почему бы тебе не рассказать нам, чем располагаешь ты, Арни?
Арнольд расправил плечи и, окинув надменным взглядом Люка, произнес:
— Я только начал расследование. Ты тут столько дров наломал, что
разгребать придется долго. Думаю, для всех было бы лучше, если бы ты вежливо
раскланялся и удалился.
Люк рассмеялся.
— Ну уж нет. Не дождешься. Даже и не думай об этом. — Он смерил
Арнольда взглядом. — Если я вцепился в дело, то зубов не разожму. Я
найду статуэтки.
Арни изобразил улыбку, которую он отработал и довел до совершенства, еще
когда они были детьми: невинную, слегка печальную и с легкой укоризной.
Затем встал.
— Спасибо за ужин, Мэллори. Я позвоню вам завтра. На случай, если вы
захотите со мной созвониться, у вас есть мой номер телефона. — Арни
повернулся к Люку: — Тебе тоже пора уходить.
— Я остаюсь, — заявил ему Люк.
— Люк, уже поздно, почти девять. Ты злоупотребляешь гостеприимством
наших хозяек.
Люк молча пожал плечами.
— Ну что ж. Отлично! Тогда и я остаюсь, — решительно объявил
Арнольд.
Айви встала:
— С меня довольно. Вы оба отправляйтесь по домам.
Люк посмотрел на Айви. Он видел, что она готова бороться за свою мать, и в
то же время в ее глазах читалась неуверенность. Люк удивился внезапно
поднявшейся в нем ярости и желанию ее защитить. Он схватил Айви за руку и
сказал:
— Я не оставлю вас и Мэллори без защиты. Я проведу ночь в
машине. — Отпустив ее руку, он добавил: — Спасибо за ужин.
Люк работал на ноутбуке. Он припарковал машину возле дома Айви и
расположился в ней на ночь. Добровольные помощницы, привлеченные его сайтом,
развернули бурную деятельность. Перед ними была поставлена конкретная
задача: предложить кандидатуры тех, кто мог быть всерьез заинтересован в
приобретении нефритовых богинь. Настолько заинтересован, что не остановился
бы перед убийством.
На данный момент у него было одно имя. Пирс Джордан. Люк вышел на веб-сайт
этого человека. Джордан был юристом, он специализировался на бизнесе
развлечений. Фирма его была зарегистрирована в городе Шерман-Оукс, штат
Калифорния. Люк решил связаться утром с Региной, чтобы узнать, не говорит ли
ей о чем-то имя этого человека. Люк понимал, что Регина общалась по поводу
этих статуэток с сотнями людей, может, даже с тысячами, но все-таки вдруг
это имя ей что-то скажет.
Люк откинул голову на подголовник, закрыл глаза и мысленно помолился о том,
чтобы это была та самая зацепка, в которой они так нуждались.
Он вздрогнул от резкого звука. Повернув голову в сторону дома, Люк увидел,
что Айви идет к его машине. На плечи ее был накинут свитер. Она подошла и
распахнула дверцу со стороны пассажирского сиденья.
— Вы действительно собрались здесь ночевать?
— Я же сказал об этом. Вы не слышали? — Почему это ее так
раздосадовало?
Айви села на пассажирское сиденье.
— Я думала, вы мне поверили.
— Насчет чего?
— Насчет моей мамы. Вы же видели, она просто наивная. — Айви
поплотнее укуталась в свитер и зябко повела плечами.
— Я просто делаю свою работу, — спокойно заметил Люк. Хотя Айви
была права. Он не считал, что Трипа убила Мэллори. Да и кражу спланировать
она тоже не могла. Нет, ее просто подставили. Но кто тогда был мозгом
операции? Вопрос оставался открытым. Люк не стал ничего говорить о своих
выводах Айви, она и так вывернула его наизнанку. Когда он зашел в дом и
увидел ее, сидящую за одним столом с Арнольдом и внимательно слушавшую, что
этот слизняк ей треплет о нем...
Люку было не все равно.
Черт, ему было далеко не безразлично, что думает о нем Айви.
Она обратила на него свои голубые глаза и, какой бы она ни была усталой, эти
глаза явно горели возмущением.
— Ладно, валяйте. Делайте, что задумали. — Она открыла дверцу,
выскользнула из машины и направилась к двери.
Люк с трудом успел догнать ее на верхней ступени лестницы. В руках он держал
ноутбук и ключи от машины.
— Какого черта?
— Вы собираетесь обыскать мой дом, — тихо сказала Айви. — Вы
думаете, что моя мать — преступница. Считаете, будто она спрятала статуэтки
у меня в доме, потому что полиция уже обыскала ее дом, верно? Поэтому вы
решили пересидеть в машине, дождаться, когда мы заснем, и тогда обшарить мой
дом. Верно? Так идите и ищите их. — Айви взялась за ручку двери.
Мышцы на ее руке были напряжены от едва сдерживаемой ярости. Но Люк заметил
и еще кое-что. Страх. Настоящий страх. Айви не нравилось бояться. И Люк не
хотел, чтобы она боялась. Не в силах превозмочь искушение, он сказал:
— Я вам верю.
Айви уронила руку.
— Тогда зачем вы устроились на ночлег возле моего дома?
— Я догадался, что Арни здесь появится. Он пытался разговорить Регину,
но она не стала с ним общаться. Он говорил с Кэт. И я знал, что он искал
вашу мать. Похоже, он выиграл джек-пот, застав здесь вас обеих и
напросившись на ужин. Но появился я и испортил его игру. Теперь я остаюсь.
Айви сдвинула брови.
— Арни был здесь, когда я вернулась домой. Моя мать пригласила его
на... — Выражение недоумения на ее лице уступило место
осуждению. — Что же получается? Вы с Арни отчаянно стремитесь одолеть
друг друга, а мы с моей мамой лишь пешки в вашей игре?
Люк пожал плечами. Ему неприятно было возвращаться к этой больной теме. Мало
кто ему верил, а когда понимали, что он прав, бывало уже слишком поздно. И
так всю жизнь.
— Немного конкурентной борьбы придает делу пикантный привкус. Это
возбуждает.
Айви прищурилась.
— Провести ночь в машине — не вижу в этом ничего возбуждающего. Может,
назовете настоящую причину?
Люка раздражало то, что Айви никогда не покупалась на его уловки. Ну,
никогда — слишком сильно сказано. Вначале она действительно приняла его на
работу своим персональным помощником, но даже тогда ему трудно было не
выходить из роли. А теперь, похоже, она окончательно его раскусила, и
увиливать от прямых ответов ему становилось все сложнее.
— Если вы еще не заметили, принцесса, все пути сходятся на вас и на
вашей матушке. Если даже Арни смог до этого дойти, то и любой другой сможет.
Я здесь на случай, если сюда вдруг забредет убийца.
Айви едва не вскрикнула, глаза ее расширились от ужаса.
— Вот оно что! Если убийца забредет сюда, вы его поймаете? И раскроете
дело? Это кажется разумным.
— Ну вот, и вы того же мнения. Но есть еще один момент: вы ведь не
позвонили мне и не сказали, что Арнольд у вас в доме. Ужинает. Хотя я и
предупредил вас... — Люк осекся. Айви ему не доверяет. Ну что же, надо
это пережить. Она заключила с ним сделку от отчаяния, чтобы спасти мать,
образ жизни которой она, похоже, совсем не одобряет. А вовсе не потому, что
доверяла ему.
— Вы не объяснили мне, почему я должна вам верить больше, чем ему!
О, великолепно!
— Но Арни объяснил, верно? Он все вам объяснил? Если вы верите ему, то
вам лучше запереть дверь на ключ, потому что я отсюда все равно никуда не
уеду. — Люк повернулся и зашагал прочь. Он сделал несколько шагов и
едва не упал, услышав от нее в спину:
— Я ему не верю.
Продолжай. Делай свое дело. Иди спать в машину и продолжай
наблюдение
, — говорил себе все эти разумные слова Люк, но все равно
обернулся. Лицо у Айви было бледным, она крепко упиралась пальцами босых ног
в деревянный настил крыльца. Злости в Люке больше не было, но он не смог
отказать себе в удовольствии побороться с ней. На словах:
— Нет?
Айви и глазом не моргнула.
— Я не знаю правды. Но он предупредил меня, что вы представляете
опасность, а мне уже по горло надоели все эти предупреждения, которые ничем
не подтверждаются.
Значит, Арни стал приводить ей придуманные факты, то есть лгать ради того,
чтобы дело выгорело. Арнольд всегда так поступал, сколько Люк его помнил.
Люк кивнул.
— Идите и заприте дверь. Если вдруг я вам понадоблюсь, я буду тут,
снаружи.
Айви подошла поближе, протянула руку и коснулась его плеча.
— Вы не можете спать в машине. Там невозможно спать. У меня есть еще
одна спальня помимо той, где спит моя мать.
Прикосновение ладони Айви было нежным и теплым. Люк не смотрел на нее, он устремил взгляд на машину.
— Я спал в джунглях и в пустыне, так что ночь в машине для меня не
проблема. — Все равно он больше двух часов кряду не спит.
— Не упрямьтесь. Иначе я не буду спать, переживая за вас.
Люка ошеломили эти слова. Он повернул голову и посмотрел на Айви.
Она покраснела и, заикаясь, пролепетала:
— Ну, вы замерзнете, у вас ноги затекут, и я буду чувствовать себя
виноватой. Переночуйте в гостевой спальне...
Люк сократил разделявшее их расстояние до нуля.
— Если я буду спать в вашем доме, то не смогу не представлять вас
теплой и сексуальной со мной в постели. Я буду вспоминать оба
поцелуя. — В холодной машине он представлял бы то же самое. Он и сейчас
это представлял.
— Я не контролирую ваши мысли, Стерлинг. Но контролирую свои
действия. — Айви проскользнула мимо него в дом.
Люк вошел следом. Она продолжала идти, завернула по коридору налево, затем
свернула вправо — в спальню. Включила свет.
— Ванная комната напротив через коридор. Я иду спать. Спокойной
ночи. — Айви вышла из комнаты и тихо прикрыла дверь. В мягком свете
настольной лампы Люк увидел спальню, выдержанную в голубых и желтых тонах.
На стеганом одеяле горкой высились подушки. В углу стояло кресло для чтения
и отдельный светильник. Веселые занавески оживляли темный проем окна на
уютной желтой стене. Комната была теплой и приветливой и была совсем не под
стать ему, Люку Стерлингу. Люк опустил на пол ноутбук, разделся до трусов и
забрался под одеяло.
Он пару раз повернулся с одного бока на другой. Он чувствовал себя...
странно.
Ребенком Люк мечтал о такой вот комнате. Уютной и теплой, с такой вот
кроватью, застеленной приятно пахнувшим бельем. О женщине, которая бы спала
неподалеку и готова была прибежать к нему, если ему приснится кошмар. Со
временем Люк смирился с тем, что такой комнаты у него никогда не будет. Он
жил по-спартански, и ему это нравилось. Если никого не любишь, то муки
предательства или настоящая скорбь тебя никогда не настигнут.
Наконец он уснул.
Он увидел себя летящим на вертолете. Руки его кровоточили от ссадин и
царапин. Потом что-то случилось с двигателем. Устранение неполадки заняло у
него два часа. Через два часа он смог снова подняться в воздух.
— Только бы они были там. — Он всю дорогу повторял эти слова, как
мантру. Его задание состояло в том, чтобы забрать Сандерса и Рея, двух своих
соратников и самых близких друзей. Шею сводило от напряжения.
Скорее,
скорее
, — гудело у него в голове. И наконец он нашел это место — ту
точку, откуда должен был их забрать.
Вначале эти двое были просто темными пятнышками на земле. Впервые за день он
облегченно вздохнул. Они были на месте. Они смогли.
Пятна росли по мере приближения.
Все росли и росли.
И превращались во фрагменты тел. В них уже невозможно было узнать ни
Сандерса, ни Рея. Мертвые. Не просто мертвые — расчлененные на куски.
Люк проснулся в чернильной темноте, обливаясь потом, с бешено колотящимся
сердцем. Он задыхался. В горле стоял ком. Он был жив.
А те двое — мертвые. Люк должен был забрать их, когда дела приняли плохой
оборот. И он провалил задание.
Люка тошнило.
— Черт! — Люк подошел к двери, открыл ее и был поражен тем, что в
коридоре горел свет и слышались голоса.
— Убери этот пузырь.
Похоже на голос Мэллори. Глаза Люка не сразу привыкли к свету. Он вышел в
коридор и остановился, прислонившись к стене.
Айви и ее мать клеили среди ночи обои. На Мэллори были длинные пижамные
штаны лилового цвета и розовая футболка. Она стояла на стремянке, работая
над верхней частью стены, и расправляла обои длинной узкой щеткой.
На Айви были черные шорты и майка. Этот наряд оставлял обнаженной большую
часть ее тела, так что полюбоваться было чем. Айви склонилась к тому месту,
на которое мать указала ей носком ноги, и провела по нему щеткой.
Айви обернулась и заметила его.
— Люк? Извините, наверное, мы вас разбудили?
Люк улыбнулся.
— Нет, просто я проснулся от жажды и остановился по дороге на кухню, чтобы полюбоваться видом.
— Я принесу вам бутылку воды. — Айви убежала на кухню.
Но Мэллори направилась прямо к нему. В безжалостном свете ярких ламп, без
косметики она выглядела на свои годы. И при этом она была на удивление
привлекательна. Сейчас Мэллори была настоящей. Она вплотную приблизилась к
Люку, едва доходя ему до подбородка.
— Я знаю, что вы хотите переспать с ней... Забавно.
— Значит, вы это знаете?
— Конечно, знаю. Вы думаете, я не вижу, как вы на нее смотрите? Вы
могли бы немного развлечься. — Мэллори оценивающе посмотрела на грудь и
живот Люка, затем подняла взгляд и посмотрела ему в глаза. — И вы
вполне сексуальны для того, чтобы поразвлечься в этом смысле. Но только не
смейте ее обижать. — С этими словами Мэллори повернулась и пошла по
коридору к лестнице и оттуда вниз.
Люк смотрел ей вслед.
— Вот ваша вода, — услышал он за спиной голос Айви. Взяв из ее рук
холодную бутылку, он открыл ее и сделал большой глоток. Затем
поинтересовался:
— Бессонница?
— Простите, если мы вас разбудили. Я привыкла жить одна. — Айви
виновато улыбнулась, оперлась обнаженным плечом о стену и поставила одну
босую ступню на другую. — Я с детства помогала маме работать над ее
проектами по ночам. Мне нравилось просыпаться ночью и заставать ее за
работой.
Люк одновременно испытал два ощущения. Резкое шевеление за ширинкой и острое
давление в груди. Айви выглядела такой женственной и трогательной в своей
маленькой майке и шортиках, и столько тепла и любви было в этой их с матерью
дружной работе. Айви знала, что такое семья.
А Люк не знал.
Он перевел взгляд на свежее оклеенную стену.
— Хорошо получилось.
— Я нашла крупное вложение наличности на счету Трипа. Восемь тысяч
долларов.
Люк резко повернул голову к Айви. Она стояла, покусывая нижнюю губу.
— Сомневалась, говорить ли мне об этом, верно? Айви прекратила жевать
губу и бросила на него обиженный взгляд.
— Нет, просто у меня пока недостаточно информации. Напоминаю, деньги
были вложены наличными, поэтому не так-то просто отследить их происхождение.
Сейчас мне нужны подозреваемые. Тогда я стану проверять их счета. Если мне
удастся обнаружить, что со счета одного из них была снята соответствующая
сумма, то мы найдем покупателя и, возможно, убийцу. Но необходимо принимать
во внимание этические и практические соображения.
— Интересно. Этические? У меня лично в отношении убийц нет никаких
этических соображений. — Люк глотнул воды.
— А у меня есть. Я не могу просто так копаться в счетах ни в чем не
повинных людей. К тому же, чтобы влезть в их счета, мне нужна информация о
них.
Люк с любопытством смотрел на нее.
— У меня есть один возможный подозреваемый. Адвокат из Шерман-
Оукс. — И Люк рассказал ей о сведениях, полученных от одного из членов
своей группы поддержки.
— Выходит, ваш фан-клуб — настоящая рабочая команда.
Он пропустил эту колкость мимо ушей.
— Завтра мы поговорим с Региной. А сейчас давайте предположим, что мы
считаем Джордана покупателем статуэток. Тем человеком, который заплатил
Трипу за кражу статуэток и, возможно, тем, кто Трипа убил. И у вас есть вся
информация, необходимая для того, чтобы влезть в его счета и проверить, не
снимал ли он оттуда восемь тысяч долларов. Вы сделаете это?
Айви покачала головой:
— Без его разрешения — нет.
Вот это откровение!
— Даже если в результате ваша мать отправится в тюрьму?
Айви решительно сжала губы.
— Я буду пытаться найти иной путь, возможно, добьюсь от него разрешения
хитростью.
— Но разве это не одно и то же? — Интересный у нее ход мыслей.
— Нет, не одно и то же. Потому что я придерживаюсь буквы закона.
Правила придуманы не нами, и не нам их нарушать.
— Правила постоянно нарушаются. Я знаю это из своего опыта.
Айви прошла в гостиную и выключила свет.
— Я предпочитаю жить по правилам. Только так я могу отличить хороших
парней от плохих.
Люк смотрел на Айви, возвращавшуюся к нему в полутьме. Свет из ее спальни
сюда едва доходил.
— Именно поэтому я вам и нужен. Может, надо быть
плохим парнем
, чтобы
поймать другого
плохого парня
.
Это было странно, но Айви добилась того, что ему захотелось стать хорошим
парнем.
Глава 9
Айви смотрела, как Люк зашел в свою комнату и закрыл дверь. Она стояла в
коридоре, и на душе у нее было тоскливо и муторно.
Люк был такой теплый со сна, растрепанный, сексуальный. Одним словом,
горячий парень. К тому же из всей одежды на нем были одни только синие
боксерские трусы. Айви пришлось срочно ретироваться на кухню, чтобы
удержаться от соблазна попросить его ее приласкать.
И позволить ей прикоснуться к нему.
Но что произвело на нее самое незабываемое впечатление, так это его глаза.
Она никогда не видела такого его взгляда — открытого, без настороженности.
Настоящего.
Айви убрала обрезки обоев и прочий мусор, включила ноутбук и, пристроив его
на коленях, уселась на диване в темной гостиной. Она не хотела ложиться
спать. Айви знала, что стоит ей закрыть глаза, и она увидит мертвое тело
Трипа. Или, что еще хуже, представит свою мать мертвой. Лучше заняться
делом, поискать в Интернете что-то о Пирсе Джордане. Айви нашла в Интернете
его сайт, но что она из него почерпнула?
Ничего.
Добраться до его счетов она не могла.
— Думай, — приказала она себе. Как проследить путь той наличности,
что положил на свой счет Трип? К сожалению, Айви понимала, что это
невозможно.
Она открыла банковские счета Трипа, пытаясь отыскать иные ниточки.
Цифры и буквы сливались, мутнели. Айви слишком устала, она была слишком
напугана, чтобы работать эффективно. Она чувствовала себя слишком одинокой.
Айви всегда боялась, что однажды что-то случится с ее матерью. Даже совсем
маленькой девочкой она боялась, что какой-нибудь
плохой парень
отнимет у
нее мать. И это было страшнее, чем самой попасть в беду.
Мать — все, что было у нее б жизни.
Глаза застилали слезы, в горле встал ком. Айви ненавидела себя за эту
слабость, за то, что пала духом именно тогда, когда ей следовало быть
сильной и мыслить абсолютно ясно. Сжав зубы, она смахнула слезы и изо всех
сил попыталась сфокусировать взгляд на экране компьютера.
Айви услышала, как открылась дверь спальни Люка, услышала его шаги. Она
почувствовала, что он вошел в комнату и периферическим зрением увидела его
ноги. А потом ощутила тяжесть его взгляда. Но она продолжала все так же
смотреть на экран.
— Идите спать, Люк.
— Не могу. — Он опустился рядом с ней на диван, забрал у нее
ноутбук, закрыл его и поставил на пол.
— Почему вам не спится? — поинтересовалась она. Люк откинул голову
на спинку дивана.
— Ночные кошмары. А вам?
— То же самое. О чем ваши кошмары?
Он молчал.
Слезы снова подступили к глазам Айви. Злые слезы.
— Вы постоянно требуете от меня ответов, но сами ничего не
говорите. — Она наклонилась, собираясь встать, но Люк, потянув ее за
руку, усадил к себе на колени. Айви уткнулась лицом ему в грудь и обняла его
обеими руками.
И не смогла разжать объятия. От Люка исходило тепло. С ним было хорошо и
спокойно. Она не помнила, когда в последний раз ее обнимал мужчина.
— Мой кошмар связан с двумя моими друзьями. Моя работа состояла в том,
чтобы их прикрывать. Спасать, если они попадут в беду. Во время последнего
задания Рей и Сандерс попали в переделку. Они добрались до того места,
откуда я должен был их забрать, но я опоздал. Я посадил свой вертолет в
кровавое месиво из фрагментов их тел.
— О Боже! — Айви вжалась ладонями в его грудь. — Так это те
самые ребята, про которых Арни говорил, что вы за них отвечали... —
Айви поняла, что сказала совсем не то, что следовало, и сконфуженно
замолчала.
Она почувствовала, как напряглось тело Люка.
— Арни — лжец, но на этот раз он сказал правду. В том, что
случилось, — моя вина. Мой вертолет начал барахлить через час полета.
Мне пришлось потратить два часа, чтобы устранить неполадки и снова поднять
его в воздух.
В том не было его вины. Так распорядилась судьба. Жуткое стечение
обстоятельств. И Айви вдруг поняла, что, как бы ни была она напугана, все же
ее мать была жива, а друзья Люка — мертвы.
— Я сожалею.
Он погладил ее по спине, мышечное напряжение спало. Прошло несколько минут.
Несколько минут тишины, наполненной ощущением уютного тепла и желанием
большего.
— А что у вас за кошмары, Айви?
— Они не такие ужасные, как ваши. Просто сегодня я впервые увидела
наяву убитого человека. — Она боялась потерять мать, но сказать сейчас
об этом Люку, который потерял своих друзей и свою семью, Айви казалось
невозможным. Ей не на что было жаловаться. И все же она зябко поежилась при
воспоминании о том, как увидела Трипа мертвым.
Люк крепко обнял ее и просунул ладонь под майку, поглаживая Айви по спине.
— Любой человек на вашем месте чувствовал бы то же самое. Испуг и
острое осознание того, что сам ты жив. Отчаянное желание жить.
Она не понимала, соблазняет он ее или успокаивает. Она даже не знала, чего
хочет. Ладонь его легко скользила по ее спине плавными круговыми движениями.
Ей было приятно, но тело хотело большего. Уткнувшись лицом ему в грудь, она
спросила:
— Поэтому вам нужен секс? Чтобы почувствовать себя живым?
Рука Люка передвинулась к затылку Айви. Он стал разминать напряженные мышцы
ее шеи.
— Да. А вы для этой цели клеите обои по ночам вместе с мамой. Каждый из
нас делает то, что ему помогает.
Айви ощущала его ладонь обнаженной кожей спины под майкой. Рука его
продолжала массировать ее затылок. Она еще не видела Люка таким:
непринужденным, дарующим успокоение и комфорт, чувственным не напоказ. И
очень сексуальным. Она таяла и млела под его лаской. Подняв голову, Айви
заглянула Люку в лицо. Свет из ее спальни в конце коридора едва проникал
сюда, но цвет его глаз она разглядеть могла.
— Спросите меня еще раз.
Люк приподнял бровь.
— О чем спросить?
То был прыжок через пропасть. Этот мужчина мог бы просто встать и уйти, и
она бы продолжала жить с этим и дальше. Правила, насколько Айви их понимала,
не были бы тут нарушены. Она сделала это просто для того, чтобы успокоиться
и, да простит ее Бог, чтобы получить немного удовольствия, которое дарит
секс. Правила дозволяли это, покуда она не почувствует, что небезразлична
Люку.
...Поділитися у соцмережах
