Жанр: Любовные романы
Скрытой камерой
...мната еще на неделю.
— Да, я знаю. Дженни Сузуки слышала, как вы ответили, что не нужна, и
сказала мне об этом, когда зашла в магазин.
— Дженни Сузуки? Это та, у которой прелестный малыш?
— Да, Нико. Она тоже огорчилась, что вы уезжаете. Дженни хотела
попросить вас привести в порядок и ее машину.
Привести в порядок ее машину? Ну, тогда мы можем задержаться еще на
неделю. — Эмма смущенно повела плечами. — Деньги мне не помешают.
С другой стороны.., возможно, это и не такая удачная мысль. В прошлый раз,
если бы вы мне не помогли с Грейси, я бы наверное, до сих пор еще копалась с
машиной Руби.
— Я и на этот раз могу вам помочь, если хотите. И сделаю это с
удовольствием, Эмма.
— Но.., как же ваша работа?
— Я работаю не полный день. И потом это наш семейный бизнес, так что я
всегда могу уйти на пару часов, если понадобится. Мне это действительно
доставит удовольствие. — Несколько секунд она колебалась. — Грейси
напоминает мне.., кое-кого. — Клер откинула голову и встретилась
взглядом с Эммой. — Она напоминает мне сына. Мне с ней хорошо.
— А я и не знала, что у вас есть ребенок. — Эмма оживилась. До
этого момента она не чувствовала, как ей не хватает общения с другими
молодыми матерями. — Как его зовут? Сколько ему лет?
Она тут же пожалела о своих вопросах. Клер побледнела, глаза ее наполнились
глубокой печалью. Однако голос остался таким же ровным.
— Его звали Эван Майкл. Он умер в прошлом году, когда ему исполнилось
шесть лет.
Войдя в кухню, Сэм увидел, что Клер разговаривает по телефону, и молча налил
себе чашку кофе. Облокотившись о кухонную стойку, он задумчиво наблюдал за
женой. Такой оживленной Сэм не видел ее уже давно. С самой смерти Эвана.
— Хорошо, — говорила она в трубку, — значит, Дженни подъедет
к кафе Руби в пятницу, в десять утра. По пятницам я обычно не работаю, так
что отпрашиваться мне не нужно. Ну как, это укладывается в ваш
график? — С минуту она слушала, потом рассмеялась:
— Не глупите, Эмма. Я это делаю с удовольствием. Ну хорошо. Тогда до
встречи.
Клер положила трубку с едва заметной улыбкой на губах, обернулась и
вздрогнула от неожиданности, увидев мужа. Сэм отодвинулся от стойки.
— Привет!
Он внимательно вглядывался в лицо жены, утратившее былую живость. Все это
время, все эти тринадцать месяцев, точнее, тринадцать месяцев, двадцать семь
дней и — Сэм взглянул на часы — шесть с половиной часов, он не мог
придумать, как достучаться до Клер, как вернуть ее.
— Я слышал, ты назвала ее Эммой. Это Эмма Сэндс?
— Да. — Клер вздернула подбородок, ожидая возражений. — В
пятницу Эмма собирается приводить в порядок машину Дженни Сузуки, и я
обещала присмотреть за ее девочкой, пока она будет занята. Ее дочку зовут
Грейси.
— Да, я знаю.
Сэм все так же внимательно наблюдал за женой. Элвис рассказал ему, что Клер
однажды уже делала это, когда Эмма занималась машиной Руби Келли. Грейси
Сэндс — первый ребенок, к которому Клер проявила интерес после смерти Эвана.
До сих пор она избегала общения с детьми. Может, это многообещающий знак?
Может, есть надежда, что его прежняя Клер в один прекрасный день снова
вернется к нему?..
— Я видел ее в гараже Билла в тот день, когда они только приехали.
Умненькая девочка.
— Она мне напомнила Эвана, Сэм. В ней есть что-то такое...
Господи! Впервые после смерти их сына Клер произнесла вслух его имя! Все это
время Сэму до боли не хватало того, что он уже привык считать само собой
разумеющимся, — их инстинктивного взаимопонимания, их безоговорочной
внутренней близости. Он отважился подойти к жене. Обнял ее, впервые за много
месяцев,
Клер вся сжалась. Сэм уронил руки. В следующую минуту она почувствовала, как
стосковалась по этим рукам, но он уже отодвинулся от нее. Да Клер, наверное,
все равно бы не решилась потянуться к нему, даже если бы Сэм остался рядом.
Она утратила прежнюю уверенность в себе, когда-то позволявшую ей, не
задумываясь, брать все, чего ей хотелось. А просить Клер разучилась;
возможно, и не умела. Тем не менее она по-прежнему стояла рядом с мужем в
кухне, словно пытаясь поделиться чем-то своим, личным. Такого он не помнил
уже.., очень давно.
— Я организовала переговоры между Эммой и Дженни. — Клер
помолчала, потом призналась:
— И я специально подстроила так, чтобы это пришлось на пятницу: Эмме
придется задержаться еще на неделю. — Клер самой не верилось, что она
все это проделала. И все же... — Может, я попрошу ее заняться моей машиной в
следующую пятницу? В таком случае ей придется остаться еще
На неделю.
Клер закусила губу, внимательно глядя на Сэма, ожидая его реакции. Он зажег
сигарету.
— А еще через пятницу можешь попросить ее заняться моей машиной.
Он улыбнулся.
Клер захотелось кинуться к нему на шею. Вот имен-но за такого Сэма она вышла
замуж. За человека, КОТОРЫЙ сам решает, с кем ему дружить и с кем иметь дело
весь город ему не указ. Клер влюбилась в него в пятнадцать лет. Ему тогда
исполнилось восемнадцать. Она наблюдала за тем, как он болтался по городу в
компании Элвиса Доннелли, как повсюду совал свой нос, но вел себя при этом
неизменно вежливо и всегда с этой своей неотразимой улыбкой. Уже тогда Клер
сказала себе:
Этот парень мне подходит. Я выйду за него замуж
.
И вышла. Сэм стал для нее всем на свете, и так было больше десяти лет. Как
же получилось, что все в их жизни словно вышло из-под контроля?..
Сэм открыл окно, выбросил окурок во двор, оглянулся на жену.
— Так что же происходит, Клер? Ты хочешь удержать Эмму Сэндс в нашем
городе ради нее самой или из-за Грейси?
Он закрыл окно, прошел к стойке, сел на нее, свесил босые ноги и посмотрел
на жену.
— Наверное, и то и другое. В этой девочке есть что-то такое..,
успокаивающее нервы. Но и Эмма меня очень привлекает. В ней чувствуется
борец, и она всегда говорит то, что думает. Вместе с тем в ней есть
дружелюбие и теплота. Ты не поверишь, Сэм, она даже Элвиса называет
дорогой
мой
.
В городе Элвиса называли не иначе как
шериф
, а чаще старались вообще не
обращаться к нему напрямую. Сэм рассмеялся.
— Да, я знаю. По-моему, он сам не может понять, как надо к ней
относиться.
— Я сегодня рассказала ей про Эвана. Просто захотелось, чтобы она
узнала об этом от меня, прежде чем услышит от кого-нибудь другого. И знаешь,
Сэм, она погладила меня по плечу и сказала, что ей, мол, очень жаль, она
может себе представить, что это такое. И никаких таких взглядов типа
бедняжка Клер, как же теперь себя с ней вести...
. Ничего такого. Я,
конечно, взрослый человек и понимаю, что не все должны вести себя таким
образом. Но она действует так.., освежающе, Сэм. И мне нравится, что она не
все обо мне знает, что она не успела узнать историю моей жизни из городских
сплетен. — Клер подошла к плите, налила себе кофе, с чашкой в руках
повернулась к мужу. — В общем и целом я люблю Порт-Флэннери. Понимаю,
что в таких вот маленьких городках есть своя прелесть. Но чего им не хватает
— так это уважения к чужой частной жизни. И это серьезный недостаток, Сэм.
Это очень серьезный недостаток.
Отсутствие уважения к чужой частной жизни... Всегдашняя головная боль...
Элвис тоже постоянно это чувствовал, особенно занимаясь своей обычной
работой. Похоже, все обитатели острова уже слышали об Эмме Сэндс и считали
необходимым узнать о ней побольше. Да кто он такой, по их мнению? Ее
коммерческий представитель, что ли?
Утром он задержал Эверта Дауди за превышение скорости. Эверт сидел в своем
пикапе, жуя табак, в то время как Элвис выписывал штрафной талон.
— Чертовы копы! Ну почему ты не гоняешься за настоящими преступниками?
Пойди-ка поймай парочку наркоманов. Хоть для разнообразия. И то лучше, чем
отнимать у законопослушных граждан их деньги, добытые тяжелым трудом.
Элвис ничего не ответил, лишь поднял голову и окинул Эверта бесстрастным
взглядом. Тот, неловко заерзав, переменил тему:
— Я слышал, у нас в городе появилась новенькая, по имени Сэндс?
— Угу. — Элвис подал ему в окно пикапа книжку с талонами. —
Вот здесь распишитесь, сэр.
Эверт поставил подпись, однако книжку отдал не сразу.
— Говорят, она классный механик. Это верно?
— Да, она в этом разбирается.
— И что она будто бы заткнула Билла за пояс, когда он хотел ее
обдурить?
— Верно.
— Вот это да! — Эверт выплюнул в окно сгусток табачной слюны.
Отдал Элвису книжку. — Так что, может, она и не баба?
Элвис хмыкнул. Оторвал копию талона, подал Эверту.
— Как я понимаю, вы еще не видели миссис Сэндс?
— — Не-а.
— Ну так можете мне поверить, она не лесбиянка.
— Хм... Я вроде как слышал, у нее ребенок есть.
Ближе к вечеру Элвис постучал в дверь старого, но аккуратного домика на
другом конце острова. Дверь открыла женщина лет сорока с лишним, а может
быть, и старше.
— Добрый день, мэм. Я шериф Доннелли, А вы миссис Стэдмэн, так?
— О Господи! — Кровь отхлынула от ее лица. Она ухватилась за ручку
двери побелевшими пальцами. — Кто-нибудь из моих мальчиков?
— Нет-нет, мэм, с ними все в порядке, насколько я знаю.
Женщина словно обмякла, бессильно прислонившись к дверному косяку.
— Простите, мэм, я не хотел вас пугать. — Элвис с облегчением
увидел, как щеки ее снова чуть порозовели. — Я здесь по другому поводу.
Кто-то выкинул мусор на берегу по дороге на Эмерсон, неподалеку от дома
старого Бэйли.
Она смотрела на него, явно не понимая, о чем речь.
— Но какое отношение это имеет ко мне?
Элвис протянул ей старый экземпляр журнала
Как содержать дом в порядке
.
— Я нашел его в той куче мусора.
Миссис Стэдмэн перевела глаза с его шрама на обложку журнала, где еще
виднелась поблекшая табличка с ее адресом.
— Но какое отношение... — Она выпрямилась. — Ах проклятые
мальчишки! Шериф, клянусь вам, вчера я дала своим сыновьям десять долларов,
чтобы они отвезли все на свалку. — Губы ее сжались в тонкую
полоску. — Я их убью, паршивцев! Кожу с них живьем сдеру!
— Ну, они же еще подростки, мэм. Если это наихудший их проступок, вам
можно позавидовать. Скажите им, пусть в субботу с утра первым делом уберут
там весь этот мусор, а потом пошлите их ко мне. Я заставлю мальчишек всю
оставшуюся часть дня убирать мусор по всему городу.
— Да-да.., хорошо. — Она впервые заметила, какие у него красивые
глаза. — Спасибо, шериф. Я знаю, вы могли бы оштрафовать меня и все
такое. Честно признаюсь вам, один Бог знает, где бы я нашла деньги на штраф.
Да.., он еще хорошо помнил прежние времена в своей жизни.
Элвис вежливо кивнул и повернулся, собираясь уйти.
— Э.., шериф...
— Да, мэм?
— Эта новенькая.., она еще в нашем городе? Эмма Сэндс.
— Да.
— А правда, что ее малышка такая очаровательная, как о ней говорят?
Элвис невольно улыбнулся:
— Да. И умненькая.
— Откуда они?
— Думаю, из Нового Орлеана.
Миссис Стэдмэн подошла поближе к нему.
— А это правда, что она всех называет...
дорогой мой
.., да еще по-
французски?
— Да, довольно часто.
— И она правда разбирается в машинах?
— Да. Уже привела в порядок машину Руби Келли, а сегодня, когда я
уходил из пансиона, она занималась автомобилем Дженни Сузуки.
— Боже правый! — Это сообщение так потрясло миссис Стэдмэн, словно
ей сказали, что Эмма Сэндс провела хирургическую операцию на человеческом
мозге. — Подумать только! — Она задумчиво посмотрела на
Элвиса. — Подождите минуточку.
Миссис Стэдмэн скрылась в доме, но очень скоро вернулась, протянула Элвису
листок бумаги, на котором он прочел ее имя и номер телефона, и смущенно
заговорила:
— Вы не передадите ей это? Пусть она мне позвонит. У меня что-то не в
порядке с машиной. Может, Эмма исправит.
Да что он, мальчик на побегушках, что ли? В первый момент Элвис едва не
швырнул ей бумажку с телефоном. Однако сдержался, пожал плечами и сунул
бумажку в карман.
— Конечно, передам.
— И скажите ей, пожалуйста, что я присмотрю за ее девочкой, пока она
будет работать. Для разнообразия это даже приятно... Девочка...
Вечером он заехал к матери. Едва вошел, как она тоже заговорила об Эмме
Сэндс. Налила ему кофе в чашку с эмблемой, посвященной Элвису Пресли, и села
за стол напротив него.
— Ну расскажи мне об этой новенькой. Об этой Эмме Сэндс. Что, она и
правда так хороша, как говорят?
Элвис поднял глаза на мать. Господи... Ему тридцать два, а он все так же не
может разобраться в своих чувствах к ней, как и во времена, когда был
подростком. Ну почему его мать не такая, как у других!
— Да, она.., симпатичная.
— Ну.., дальше, дальше!
— И хорошо сложена. — Он с гримасой опустил глаза на свою
чашку. — Господи, ма! Уж если я обязательно должен пить из этой
чертовой чашки с Элвисом Пресли, неужели нельзя найти такую, где он не
выглядит безвкусно одетым толстым жлобом?!
Его расчет оказался верен: он легко отвлек ее от разговоров об Эмме Сэндс.
Надин приняла оскорбленный вид.
— Не смей оскорблять короля, Элвис Аарон! И не заговаривай мне зубы.
Что в ней такого, в этой женщине, что все мужики на уши встали?
— Светлые волосы. Большие карие глаза. Роскошная грудь. — Внезапно
Элвис нахмурился. — Какие еще
все мужики
?
Надин подняла брови, потянулась через стол, погладила сына по руке.
— Не беспокойся, мальчик. Так, кое-кто из стариков. Тебе они не
страшны.
— А кто сказал, что я беспокоюсь? И какие еще
старики
?
— Билл Харрис, Рик Мэгуди.
— Да черт возьми, ма! — Он стукнул чашкой по столу, расплескав
кофе. Оба
старика
в свое время были ее клиентами. — Ты что, опять за
свое?!
— Ну как же! Чтобы потом мой сын меня же арестовал! Ну уж нет! —
Глаза ее сверкали тем же синим пламенем, что и у Элвиса. — В тот день,
когда тебя избрали шерифом, ты ясно дал мне понять, что с моим бизнесом
покончено.
— В таком случае с какой стати ты обсуждаешь Эмму Сэндс с этими типами?
— Надеюсь, общаться с людьми мне не запрещено? То, что ты оплачиваешь
мои счета, не дает тебе права лишать меня и этого.
Элвис подложил здоровую руку под себя, чтобы не вцепиться матери в горло.
Временами ее невозможно выдержать.
— Нет, ма, — заговорил он сквозь зубы, — это вовсе не входило
в мои намерения, когда я передал тебе все свои сбережения.
Это была чистая правда. Надин смягчилась. Однако проблема состояла в том,
что Надин совсем не хотелось уходить на покой, хотя через два месяца ей
стукнет пятьдесят. В тот день, когда Элвис объявил, что с бизнесом матери
покончено, он вручил ей чек на крупную сумму. И никогда не использовал это
для давления на нее, никогда ее не контролировал. И все же.., временами он
такой несгибаемый. А самое невыносимое — это то, что он стыдится ее. Надин
понимала это, но не могла вынести.
Тем не менее сейчас она смягчилась.
— Я просто обедала с ними во вторник вечером. Сначала с Биллом, потом с
Риком.
— Ладно-ладно, я не хотел тебя обидеть. Просто поторопился с
выводами. — Он перевел взгляд на портрет Элвиса Пресли. Вспомнил, о чем
собирался поговорить с матерью. — Так когда ты решила ехать?
— Я хотела попасть туда на шестнадцатое августа. Такой печальный-
печальный день...
Господи, дай ему силы все это выдержать! Годовщина смерти Элвиса Пресли...
— Есть какое-то
но
?
— Но все места на это время уже заняты. Так что наша группа отправится
раньше. Мы с Мэри Сью вылетаем четвертого июля.
— Значит, Мэри Сью придется взять лишние выходные дни?
— Да. Может, и к лучшему, что мы летим раньше. — Надин встала из-
за стола, поставила чашки в раковину, оглянулась на сына. — Можешь
считать меня дурочкой, но у меня такое впечатление, что на ежегодном параде
мое отсутствие мало кто заметит.
— Не знаю, не знаю, ма, — усмехнулся Элвис. — Если тебя не
будет, о ком же тогда все будут сплетничать?
Руби и Эмма говорили об Элвисе. Минуту назад он вошел в кафе. Обе женщины
подняли глаза и замолчали, наблюдая за тем, как шериф дожидался у стойки с
кассой, пока Бонни нальет ему кофе на вынос. Лицо его хранило обычное сурово-
непроницаемое выражение. Он стоял, уставившись на сверкающую хромом держалку
для салфеток с пристальным вниманием, характерным для человека, поглощенного
своими мыслями.
Эмма окинула Элвиса внимательным взглядом, от шапки густых черных волос, до
сбитых носков ковбойских ботинок.
— Вы когда-нибудь видели более красивую мужскую фигуру? — Она еще
раз оглядела его спину, от массивных плеч до узкой талии, небольшой крепкий
зад, обтянутый поношенными джинсами. Обмахнула себя рукой, как
веером. — Вот что я вам скажу, дорогая моя, в этом человеке есть что-то
такое, отчего у меня внутри все переворачивается.
— Элвис?! Думаете, он сексуальный?!
— Еще какой! А вы так не думаете?
— Нет. — Руби попыталась взглянуть на Элвиса объективно, однако не
смогла отвлечься от шрама на лице и протеза. — На мой взгляд он.., ну,
не то чтобы отвратительный, но.., какой-то страшный.
— Что именно вас пугает: его рост, шрам, протез?
— Все вместе.
Руби смотрела на него с таким выражением, с каким люди обычно разглядывают
ядовитую змею, приготовившуюся к нападению, — завороженно и с
отвращением.
Эмма замечала тот же взгляд и у других жителей острова.
— Многие смотрят на него, как на прокаженного. Как же получилось, что Доннелли избрали шерифом?
— Это разные вещи. До этого он работал детективом в большом городе, о
нем много говорили, и шериф Брэгстон ему доверял.
— На мой взгляд, этого достаточно для шерифа. С другой стороны, его
мать занималась древнейшей в мире профессией, пока Элвис сам не положил
этому конец. Я до сих пор еще помню то время, когда он со всеми дрался по
любому поводу. И вид у него устрашающий. В общем, я за то, чтобы он следил
за порядком в нашем городе, но общаться с ним не хочу.
— Но это же несправедливо, Руби. Мистер Доннелли не отвечает за то, чем
занималась его мать, а кулачные бои он, по-видимому, давно перерос. Может,
вы еще обвините его в том взрыве, который его искалечил?
Несколько секунд Руби молча смотрела на Эмму.
— Возможно, это и несправедливо, но я так чувствую. Отчасти, вероятно,
это страх. Здесь все меняется не так быстро, как нам хочется.., как нам
кажется.
— Да.., маленький городок. Я вас понимаю, Руби. Единственное, чего я не
понимаю, — это.., страха.
Элвис взял из рук Бонни пластиковую чашку с дымящимся кофе, отыскал в
кармане мелочь, протянул ей, негромко сказав что-то, сделал глоток кофе и
вышел из кафе.
Руби снова обернулась к Эмме.
— Когда живешь в Порт-Флэннери, трудно думать иначе, чем остальные.
Здесь существуют глубоко укоренившиеся.., традиции. Но если бы даже я
захотела выступить против общего мнения, думаю, Элвис сам бы мне не
позволил.
— Да будет вам.
— Но это так и есть. Ему, похоже, совершенно наплевать на то, что о нем
думают. И никому навстречу он никогда не пойдет.
Эмма яростно затрясла головой.
— Как странно, дорогая моя. У меня сложилось совсем другое мнение о
нем. По-моему, он очень одинок. И всегда так ласково обращается с Гре... —
Она быстро обернулась. — Где Грейси?
В глазах ее мелькнул панический страх.
— Она соорудила себе крепость под номером семь.
Руби указала на столик, ближайший к двери на кухню. Грейси сидела скрестив
ноги под столом, на который кто-то — вероятно, Бонни — набросил фартук, и
тихонько напевала что-то, вынимая камешки и ракушки из ведерка и раскладывая
их на полу, за своей самодельной ширмой. С желтым ведерком она теперь
никогда не расставалась.
— Пожалуй, надо пойти забрать ее и убрать вокруг стола, пока не
налетела толпа изголодавшихся людей.
— Не беспокойтесь, лапушка. Они налетят не раньше чем через полчаса, и
потом этот столик все равно занимают в последнюю очередь.
Руби встала и подошла к окну, выходившему на площадь. Отодвинула штору в
синюю клетку, выглянула на улицу, потом вернулась обратно за столик.
— Когда-то Элвису удавалось работать на несколько фронтов одновременно.
Я уже почти забыла про это.
— О чем вы? Я не понимаю.
— Он был очень красивым мальчишкой, когда учился в школе. Я об этом уже
почти забыла. — Руби пожала плечами. — Я тогда уже вышла замуж и
забеременела. Понимаете, у нас очень маленький городок, а Элвис постоянно
всех развлекал своими похождениями. К этому здесь уже привыкли. С его
красивым лицом, с его телосложением, с его репутацией... От такого сочетания
у любой девчонки школьного возраста голова пойдет кругом. Многие мечтали
отдать ему самое дорогое. Элвису стоило только слово сказать.
— И он, конечно, сказал его не раз и не два, — усмехнулась Эмма.
Слава Богу. При том одиночестве, которое обрушилось на него потом, остается
только надеяться, что он успел получить свое.
— В том-то и дело, что нет. По-моему, он очень редко пользовался такой
возможностью.
— Чтобы мальчишка-школьник отказался от возможности потрахаться?! Не
смешите.
— Гордость. Самолюбие. Помните, я сказала, что он выглядит так, будто
ему на все наплевать. Ну вот.., так называемые приличные девушки ничего не
имели против того, чтобы потрахаться с ним поздно вечером, когда никто не
видит, но им вовсе не улыбалось, чтобы он постучал к ним в дверь и сказал
папочке, что хочет Пригласить его маленькую принцессу — или его котеночка —
на свидание.
— Вы хотите сказать, что из-за этого Элвис лишал себя секса?! Боже...
Если он так владел собой, будучи подростком, можно вообразить, каким он стал
мужчиной!
— Эмма!
— Прошу прощения, Руби. Да, в этом человеке что-то есть.
— Ну.., каждому свое. Я, например, ничего такого в нем не вижу.
Глава 5
Надо сжечь эти проклятые кассеты! Эмма нажала кнопку, вынула кассету из
видеомагнитофона и положила в сумку вместе с другими. Каждый вечер, дрожа от
нетерпения, как алкоголик при виде полной бутылки, она тянулась к этим
пленкам. Просто безумие какое-то!
Да, конечно, это ненормально. И все же Эмма не могла противиться странной
потребности просматривать эти пленки снова и снова. Может, если ей удастся
просмотреть их все очень внимательно, во всех подробностях, насмотреться на
них, запечатлеть в памяти каждый кадр, возможно, тогда сможет понять, как
она не заметила, что мужчина, казавшийся ей воплощением человечности и
доброты, — на самом деле безжалостное чудовище. Может, тогда она
простит себе свою непростительную слепоту и безоговорочное доверие к этому
человеку.
Эмме показалось, будто стены наползают на нее. Не хватало воздуха. Она
подошла к окну, распахнула его, перегнулась наружу, упершись руками в
подоконник, и жадно вдохнула вечерний воздух. Нет.., не помогает.
Недостаточно. Необходимо выйти отсюда, хотя бы на несколько минут. Но.., как
же Грейси? Эмма оглянулась на дочь. Та мирно спала на середине кровати,
поджав под себя коленки и приподняв задик. Нет, нельзя оставить Грейси без
присмотра...
Эмма выскользнула из комнаты, прошла чуть дальше по коридору, постучала в
дверь номера "Г". Элвис открыл и остановился на пороге,
вопросительно глядя на нее. Не думая о том, что делает, Эмма схватила его
руку.
— Элвис, — выдохнула она, — я погибаю, и только вы способны
мне помочь.
Он взглянул на нее сверху вниз — щеки пылают, глаза смотрят умоляюще, волосы
в беспорядке, роскошная грудь взволнованно вздымается и опускается под
сапфировой майкой на тонких бретельках. Элвис замер.
Эмма быстро заговорила, боясь услышать
...Закладка в соц.сетях
