Жанр: Любовные романы
Твой волшебный поцелуй
...ся слабый запах плесени. Беседка
немного покосилась, окна были затянуты паутиной, но в целом все осталось по-
прежнему. На Гарри нахлынули воспоминания.
Блохастый еж. Заседания тайного общества с Дэном, Эмили и Джорджи. Их первый
с Эмили поцелуй в день ее шестнадцатилетия. Робкий, нежный поцелуй, до
глубины души взволновавший драчливого мальчишку, который считал себя никому
не нужным. До того момента.
Тот невинный поцелуй открыл для него мир чувств, которые были сильнее
вожделения. Больше всего его потрясла нежность. Нежность Эмили, но еще
больше своя собственная. Так было до ночи после похорон его бабушки. Тогда
нежность уступила место неистовой, безудержной страсти, сила которой
потрясла их обоих...
— Гарри?
Встретившись с ней взглядом, он пробормотал:
— Прости, я задумался.
Щеки Эмили залила краска, и она отвернулась.
— Э-э... трос, — произнесла женщина. Трос лежал у нее за спиной, и
ей пришлось сделать шаг в сторону, чтобы, потянувшись за ним, Гарри не
коснулся ее. Но она споткнулась о кучу хлама и упала бы, не поддержи ее
Гарри. Его ладони лежали у нее на плечах, их бедра соприкасались.
Вскрикнув от неожиданности, Эмили выскочила на улицу. Глубоко вдохнув, Гарри
попытался сконцентрироваться и вспомнить, зачем он сюда пришел.
— Дядя Дэн! Мамочка, посмотри, здесь дядя Дэн!
— Привет, коротышка! Здравствуй, сестренка. Не пустишь на несколько
дней погостить?
Эмили побежала приветствовать брата. Немного помедлив, Гарри с тросом в
руках последовал за ней.
— Боюсь, что тут может возникнуть небольшая проблема. На твоей кровати
сплю я, — сказал он.
Глаза Дэна расширились от удивления.
— Гарри?
Губы Гарри сами растянулись в улыбке.
— Привет, чужестранец!
— Это я-то чужестранец? — Рассмеявшись, Дэн в два прыжка пересек
газон и заключил Гарри в объятия. Это было так на него похоже. — Черт
побери, ты весь потный. С каких это пор ты стал ковыряться в грязи? —
Он отпустил его.
— С тех пор, как твоя сестра начала щелкать хлыстом, — усмехнулся
он. — Господи, я так рад тебя видеть. Куда ты пропал на столько лет?
— Это я пропал? — возмутился Дэн. — Лучше скажи, чем мы
обязаны твоему приезду.
Не успел он договорить, как раздался плач Киззи.
Несколько часов спустя дети уже спали. Эмили решила поселить Дэна в
родительской спальне. Все равно через несколько дней Гарри возвращается к
себе, и было бы глупо из-за двух-трех ночей перестилать постели.
Поужинав, они втроем прошли в гостиную, чтобы поговорить за бокалом вина.
Точнее, вино пили только мужчины, Эмили же налила себе чаю.
— Итак, где Кейт? — поинтересовалась она у брата. — Бросила
тебя из-за твоего несносного характера?
Дэн рассмеялся, но этот смех показался ей неискренним.
— Да бог с ней, с Кэт, лучше скажи, что это лежит у тебя на кухне в
дезинфицирующем растворе? Похоже на молокоотсасыватель. Только не говори,
что до сих пор кормишь грудью Фредди.
Эмили бросила отчаянный взгляд на Гарри, но тот пожал плечами.
Придется все объяснять самой.
— Это для Киззи, — уклончиво ответила она. — Малышка не любит
магазинные смеси.
Дэн задумчиво посмотрел на нее, затем обратился к Гарри:
— И ты женился на беременной нищенке только потому, что тебе стало ее
жаль? Парень, ты сошел с ума. А сейчас живешь у Эмили и она кормит ее
ребенка? А я-то думал, что заскочу домой на пару спокойных деньков!
Эмили виновато улыбнулась.
— Прости. Если бы ты позвонил...
Небрежно пожав плечами, Дэн наполнил свой бокал.
— Это было спонтанное решение, — ответил он, и Эмили осознала, что
ее брат так ничего и не сказал про Кейт. Она была уверена, что позже он
обязательно все ей расскажет, и поэтому не стала настаивать.
— И что теперь? — обратился Дэн к Гарри. — Больше никаких
леденящих душу кадров от бесстрашного Гарри Кавено?
— Пока вопрос остается открытым, — уклончиво ответил тот. — У
меня есть месяц, чтобы подумать.
— Три недели, — поправила его Эмили. Она не осмеливалась спросить
его, что он собирается делать дальше, потому что в ее сердце теплилась
надежда.
Дэн присвистнул.
— Это очень непростой вопрос, не так ли? Твоя доброта вышла тебе боком.
Я имею в виду, ты не ожидал, что тебе придется в одиночку воспитывать чужого
ребенка. Что ты собираешься делать?
Отпив глоток вина, Гарри откинулся на спинку дивана.
— Посмотрим, — небрежно бросил он, но задергавшийся на щеке мускул
выдал его истинное состояние.
Вдруг Эмили осознала, что впервые в жизни не рада видеть своего старшего
брата. Его появление затормозило развитие их с Гарри отношений и рассеяло
иллюзию счастливой семьи.
— Итак, почему ты вернулся? Как брат Эмили, я имею право это знать.
— А что еще мне оставалось делать? Нужно было куда-нибудь привезти
ребенка, и тогда мне это показалось хорошей идеей.
— А сейчас?
Встретившись взглядом с Дэном, Гарри отвернулся.
— Я здесь не для того, чтобы причинить боль Эмили. Мы с ней просто
друзья. Она выручила меня. Предложила нам с Киззи крышу над головой, пока в
моем доме идет ремонт. Больше ничего.
— За исключением того, что она кормит твоего ребенка.
Гарри бросило в жар.
— Это произошло случайно. Киззи отказывалась есть готовую смесь. Я в
тот день ездил в Лондон и задержался из-за аварии на железной дороге. Эмили
не знала, что делать, и...
Дэн прищурился.
— ...стала кормить ее грудью, не так ли? Это очень похоже на мою
сестренку. Она очень добрая и отзывчивая.
— Она женщина, Дэн.
— Я заметил и уверен, что ты это знаешь не понаслышке. После того лета,
когда ей исполнилось шестнадцать, все изменилось. Я думал, что вы оба
переросли эту детскую влюбленность, но, похоже, ошибся.
Гарри запустил пальцы в волосы и что-то пробормотал себе под нос.
— Дэн, между мной и Эм ничего нет. Мы с ней просто старые друзья.
— Ты хочешь сказать, что не прикасался к ней? Я знаю, что вы спите в
разных комнатах, но, возможно, вы делаете это только ради детей.
Гарри резко поднялся с дивана и подошел к окну.
— Это всего лишь фантазия.
— Чья? Твоя?
Он почувствовал, как его лицо заливает краска.
— Значит, ты все-таки к ней прикасался?
— Прикасался он ко мне или нет, это не твое собачье дело,
Дэниэл, — сказала внезапно вошедшая Эм.
Гарри повернулся к ней лицом.
— Эм, не ругай брата. Он делает то, что делал всегда.
— Да, лезет не в свое, когда этого никто не просит. Мы уже не дети. Я
иду спать. Советую вам обоим сделать то же самое. Может, за ночь вы хоть
немного поумнеете.
Отчитав обоих мужчин, она удалилась.
— Вот командирша.
Гарри задумчиво посмотрел на Дэна.
— Как ты смотришь на то, чтобы пропустить по стаканчику ирландского
виски?
— Как в старые добрые времена? — Поднявшись, он криво ухмыльнулся
и положил руку на плечо Гарри. — Почему нет? У тебя есть тайный запас?
— Нет, но у твоего отца всегда был.
Дэн засмеялся.
— И, думаю, есть до сих пор. Пойдем ограбим его. Нам не привыкать.
Может, алкоголь развяжет ему язык и он скажет, что на самом деле происходит,
подумал Гарри.
— Во сколько вы вчера легли спать?
— Господи, ты говоришь прямо как моя мать, — простонал Гарри,
приглаживая растрепанные волосы.
— Думаю, твоя мать понятия не имела, во сколько ты ложился, потому что
редко бывала дома. Возможно, я даже немного ей сочувствую.
Поморщившись, Гарри сел на подлокотник дивана.
— Не трать на нее свое сочувствие. Ей безразлично все, что имеет какое-
либо отношение ко мне. Я неправильно выразился. Ты говоришь так, как будто
ты моя мать.
Эмили улыбнулась, но не сдалась.
— Итак, во сколько? Я имею право это знать, потому что два раза кормила
твою дочь после того, как ты в половине четвертого завалился к себе в
спальню.
— Зачем спрашивать, если и так знаешь точное время? — простонал
он, поднимаясь. — Хочешь чаю?
— Да, с удовольствием.
Киззи поела, и Эмили прошла с ней на кухню вслед за Гарри.
— Ты что-нибудь вытянул вчера из моего брата?
Он покачал головой.
— Ничего, но уверен, что к его внезапному приезду имеет отношение Кейт.
— Ммм. Я тоже так считаю. Черт побери. Я так надеялась, что он наконец
остепенится. Они вроде бы неплохо ладили.
Гарри проницательно посмотрел на нее.
— Она тебе нравится?
Он попал в точку! Эмили красноречиво промолчала.
— Значит, не нравится.
— Я этого не говорила.
— Но и обратного тоже не утверждала. Ты считаешь, она не подходит
твоему брату?
— Это не мне решать, — уклончиво ответила Эмили. На самом деле
Кейт ей никогда не нравилась. Она считала ее поверхностной и корыстолюбивой
и никогда не понимала, что нашел в ней Дэн. Но если бы он обрел с ней
счастье, Эмили бы только порадовалась за брата.
Вздохнув, она передала Киззи Гарри, затем взяла свой чай и поднялась к себе
в спальню. Пять минут, подумала она. Пять минут одиночества с чашкой чая и
хорошей книгой...
— Мама!
Устало улыбнувшись Фредди, она взяла его на руки и положила к себе в
постель.
— Привет, малыш! Ты хорошо спал?
— Хорошо, — улыбнулся он. — Хочу чаю!
Соскользнув с кровати, Фредди выбежал из комнаты. Эмили последовала за ним.
Достигнув лестницы, малыш обернулся и посмотрел на мать.
В следующую секунду произошло нечто ужасное. Эмили это предчувствовала, но
на мгновение ее ноги словно приросли к полу, и ей не удалось этому помешать.
— Фредди, осторожнее! — закричала она, но мальчик засмеялся в
ответ, повернулся, а затем покатился вниз по лестнице и, ударившись об пол,
затих.
Закричав, Эмили побежала к нему, но Гарри на долю секунды ее опередил.
— Не трогай его!
Он задержал ее, чтобы она в панике еще больше не навредила Фредди. О боже!
Что, если он сломал шею или получил травму головы?
— Мама! — закричал малыш и, жалобно всхлипывая, забрался к ней на
руки.
Эмили прижала его к себе и стала покачивать. Слезы градом катились по ее
щекам.
— Все хорошо, маленький. Мама с тобой. Не плачь, Фредди, —
бормотала она, успокаивая малыша, пока его плач не перешел в икание.
Только тогда она заметила, что Дэн сидит у подножия лестницы, а Гарри
склонился над ней и нежно гладит ее по спине. Бесс стояла за ним и наблюдала
за происходящим огромными от испуга глазами.
Эмили попыталась улыбнуться.
— С ним все в порядке. Думаю, просто ушиб. Фредди, позволь мне на тебя
взглянуть, — произнесла она дрожащим голосом.
— Голова, — сказал Фредди, потирая лоб. Когда она увидела огромную
шишку, все ее опасения вернулись. — Волшебный поцелуй! —
потребовал он, и она нежно коснулась губами шишки.
— Вот. — Ее голос по-прежнему дрожал. — Теперь все быстро
заживет.
В этот момент она встретилась взглядом с Гарри и увидела в его глазах
тревогу за ее сына. Его нежная улыбка говорила о том, что он помнит и о
другом волшебном поцелуе.
— Хочу чаю, — сказал Фредди, но Гарри покачал головой.
— Ему нельзя ни есть, ни пить, пока его не посмотрит доктор.
Эмили поняла, что он прав.
— Я пойду оденусь, Фредди, а ты пока побудь с дядей Дэном, Гарри и
Бесс. Потом мы сядем в машину и опять поедем в больницу к тем милым
докторам.
— Опять?
Она посмотрела на Гарри.
— Да. Фредди ведет насыщенную событиями жизнь. Мы там постоянные
клиенты. Когда мы уедем, накормите Бесс и идите расчищать дорожки в саду. А
пока, пожалуйста, поменяйте ему подгузник.
Передав малыша Дэну, Эмили встала и поднялась наверх. Закрыв дверь спальни,
она прислонилась к ней спиной, закрыла лицо руками и разрыдалась.
Он больше не мог это выносить.
— Побудь здесь, — сказал Гарри Дэну и, перешагивая через три
ступеньки, взлетел вверх по лестнице и тихо постучал в дверь комнаты Эмили.
Открыв ее, он прижал Эм к своей груди.
— Успокойся, с ним все будет в порядке.
— А если нет? Что, если он получил серьезную травму? — всхлипывала
она. — Это я во всем виновата! Не уследила за ним!
— Тсс. Все хорошо. В этом нет твоей вины. Это жизнь. С детьми такое
часто случается. Не мучай себя. Ну же, улыбнись! — Он приподнял
подбородок Эмили и вытер с ее щек слезы. Губы женщины дрожали, но все же она
перестала плакать и улыбнулась.
И он не удержался.
Наклонив голову, Гарри нежно коснулся губами ее губ.
— Волшебный поцелуй. Теперь лучше, — пробормотал он, затем нехотя
отпустил ее. — Хочешь, чтобы я поехал с вами?
Эмили покачала головой.
— Не надо. Вы тут справитесь без меня? Это может занять несколько
часов.
— Конечно. Ни о чем не беспокойся. Если его положат в больницу, сразу
же сообщи.
Она кивнула.
Вернувшись вниз, Гарри обнаружил там Дэна, которому никак не удавалось
надеть Фредди подгузник.
— Тебе помочь?
— Он в твоем полном распоряжении, — с улыбкой сказал Дэн,
передавая ему малыша. — Как Эм?
— У нее был шок, но сейчас она в порядке.
Когда Гарри услышал ее пронзительный крик и увидел, как Фредди катится вниз
по лестнице, он весь похолодел.
Если бы с малышом что-нибудь случилось...
Черт побери. Он все больше и больше привязывался к Эм, к ее детям, к этому
дому. Необходимо как можно скорее убраться отсюда, решил он, хотя внутренний
голос нашептывал ему, что уже слишком поздно.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
С Фредди все было в порядке. После нескольких часов обследования их
отпустили домой. Эмили получила памятку с симптомами, в случае обнаружения
которых ей следовало немедленно связаться с врачом.
Фредди наклеил себе на руку переводную картинку, переобнимался со всеми
докторами и медсестрами, наигрался в больничные игрушки. Одним словом, был в
полном порядке.
В отличие от его матери.
Эмили была измождена. Ее грудь налилась и болела, в саду Гарри по-прежнему
был полнейший хаос, но все, чего ей сейчас хотелось, — это лечь спать.
Подъехав к дому, она заглушила мотор и, закрыв глаза, спросила себя, хватит
ли у нее сил пережить этот день.
Это все Гарри виноват. Первую половину ночи она не спала из-за них с Дэном,
вторую — из-за Киззи. Больше она не выдержит.
— Эм? Как он?
— Хорошо. Гарри, я так больше не могу, — прошептала Эмили. —
Не могу вскакивать посреди ночи и кормить ее. Я так устала. Сегодня мне бы
следовало работать над проектом Ника, но я не могу, потому что еще не
закончила с твоим садом. Я нужна своим детям, не только Киззи. Я разрываюсь
на части.
— Тсс, — произнес Гарри, помогая ей выбраться из машины, затем
вытащил из детского кресла Фредди, и они направились в дом. — Ты
пойдешь спать. Мы с Дэном присмотрим за детьми и займемся садом,
договорились?
— Но вы же не знаете, что делать.
— Чепуха! Мы же не тупые. Уверен, что сможем разобраться в твоем плане
и сделать все самое основное.
— И присмотрите за детьми?
— И присмотрим за детьми. Перестань волноваться. И прости, что не давал
тебе спать.
— Мне нужен молокоотсасыватель.
Гарри нахмурился.
— Я подумал, что нам следует отучить ее от твоего молока и перевести на
готовую смесь. Так больше не может продолжаться.
— Мне нужен аппарат, — настаивала она.
Он улыбнулся.
— Хорошо. Но сначала ты выпьешь чаю.
— Хочу чаю! — сказал Фредди. — И печенье.
— Ему нужно поесть, он голоден.
— И ты тоже. Пойдем.
Передав Фредди на попечение Дэна, Гарри отправил Эмили в кабинет с
молокоотсасывателем и через несколько минут деликатно постучал в дверь.
— Обслуживание номеров, чай и тост.
Эмили просунула голову в дверь, и он передал ей поднос.
Кормить грудью — одно, быть прикрепленной к аппарату — совсем другое. Ей
вдруг стало неловко.
Поблагодарив Гарри, Эмили закрыла дверь и снова села за стол. Пока аппарат
делал свою работу, она просматривала папку Ника и письмо от следующего
заказчика.
Буквы расплывались у нее перед глазами. Она положила голову на стол, закрыла
глаза и пробормотала:
— Всего несколько минут...
Ей уже давно пора бы выйти. Странно, но из-за двери по-прежнему доносился
шум аппарата.
— Эм?
Гарри постучал в дверь, но ответа не последовало. Тогда он осторожно
заглянул внутрь и обнаружил, что она спит, положив голову на стол.
— Эм? — Он легонько потрепал ее по плечу. Резко вздрогнув, Эмили
выпрямилась и прикрыла руками грудь. Ее щеки покраснели.
— Прости, — пробормотала она. — Э-э...
— Я пойду, — сказал Гарри, чувствуя ее неловкость.
Оказавшись за дверью, он прислонился к ней спиной и тяжело вздохнул.
Безумие! Она измотана, но все равно помогает ему с Киззи. Так больше не
может продолжаться.
Вдруг дверь у него за спиной отворилась, и, повернувшись, он увидел Эмили с
молокоотсасывателем в руках.
— Ой, — пролепетала она. На ее щеках по-прежнему горел румянец.
Она коснулась его руки. — Гарри, не смотри на меня так. Кормить ее было
моей идеей.
— Это больше не повторится. Я переведу ее на готовую смесь. Тебе больше
не придется вставать по ночам. Завтра рабочие закончат отделку интерьера, в
среду привезут ковры и мебель. Мы переедем, и ты сможешь вернуться к
нормальной жизни. А сейчас иди спать.
Развернувшись на каблуках, он удалился.
— Отлично, — пробормотала Эмили и пошла наверх.
Киззи по-прежнему отказывалась есть готовую смесь. Гарри перепробовал
несколько видов, но все без толку.
Он валился с ног от усталости. Они с Дэном целый день провели в саду, ломая
бетонные дорожки и пол во внутреннем дворике. Между делом он проверял, нет
ли у Фредди симптомов, указанных в памятке, и кормил Киззи.
Вот только у этой маленькой барышни были свои капризы, и если бы он так
сильно ее не любил, то придушил бы собственными руками.
— У тебя проблемы? — спросил Дэн, когда малышка в очередной раз
отказалась от смеси.
— Она ест только молоко Эмили.
Дэн нахмурился.
— И что ты собираешься делать, когда закончится твой отпуск? Оставишь
ее здесь с Эм?
— Не могу.
— Тогда заберешь ее с собой?
Тяжело вздохнув, Гарри с тревогой посмотрел на Дэна.
— Этого я тоже не могу сделать. Наверное, придется искать для нее няню.
— Ты словно между молотом и наковальней, — мягко произнес
Дэн. — Но все же тебе нужно принять какое-то решение. Она не щенок, и
ты не можешь отправлять ее в гостиницу для животных всякий раз, когда
уезжаешь на другой конец земного шара.
Оставшуюся часть дня слова Дэна эхом повторялись у него в голове.
Она не щенок, и ты не можешь отправлять ее в гостиницу для
животных всякий раз, когда уезжаешь на другой конец земного шара. Тогда что ему, черт побери, делать?
Особенно сейчас, когда между малышкой и Эмили образовалась неразрывная
связь.
Всякий раз, когда он давал Киззи молочную смесь, у девочки начиналось
расстройство желудка. Очевидно, ее организм не принимал коровье молоко.
На следующий день он встретился с патронажной сестрой и объяснил ей
ситуацию, не упоминая при этом об Эмили.
— Должно быть, это та малышка, о которой говорила Эмили. На днях она
мне звонила и просила моего совета.
Гарри почувствовал себя полным идиотом.
— И что вы можете нам посоветовать?
— Если она отказывается от коровьего молока, попробуйте дать ей соевое.
Лично я считаю, что самое лучшее молоко — это грудное, потому что оно
предназначено специально для новорожденных. В случае непереносимости
лактозы, как у Киззи, ваш выбор ограничен.
— Это я и без вас знаю, — пробормотал он.
Женщина улыбнулась и потрепала его по руке.
— Так не будет продолжаться вечно. Это лишь небольшой период ее жизни.
Когда она отвыкнет от груди, все станет намного проще.
Если он будет находиться на другом конце земного шара? Он так не думал.
Она не щенок, и ты не можешь отправлять ее в гостиницу для
животных всякий раз, когда уезжаешь на другой конец земного шара. Поблагодарив сестру, Гарри отправился в магазин и купил соевое молоко. Киззи
немного поела, но затем выплюнула соску. Когда он дал ей бутылочку с молоком
Эмили, она сразу же ее приняла.
Рабочие уже закончили отделку интерьера, и их сменили укладчики ковролина.
Грузчики привезли мебель и складывали ее у входа. У него не было времени на
эксперименты с Киззи.
Гарри нашел Дэна в саду. Он сидел на качелях под старой яблоней и читал
книгу.
— Дэн, они закончили в гостиной. Не поможешь мне таскать мебель?
Тот ухмыльнулся.
— По сравнению с тем, что я сейчас делаю, это будет настоящим
удовольствием.
— Оставь свой сарказм. Тебе не помешает немного размяться.
— Размяться? — возмутился Дэн. — С тех пор как приехал сюда,
я только и делаю, что разминаюсь.
— Когда закончим, я угощу тебя пивом, — пообещал Гарри, и Дэн
засмеялся.
— Думаешь, меня так легко купить?
— Я знаю, что тебя легко купить, — ответил он и направился к дому.
Дэн, недовольно брюзжа, последовал за ним.
Эм была в доме с детьми. Она пылесосила, а Бесс и Фредди играли обрезками
ковролина. Закончив, Эмили выключила пылесос.
— Я присмотрю за Киззи, пока вы будете таскать мебель.
Гарри с неохотой передал ей малышку и переноску.
Странно, но без этой драгоценной ноши ему стало как-то неуютно.
Он даже думать не хотел о том, что будет, когда закончится его отпуск.
Она не щенок, и ты не можешь отправлять ее в гостиницу для
животных всякий раз, когда уезжаешь на другой конец земного шара. Новая кровать, подушка, одеяло, накрахмаленные простыни, запахи — все было
непривычным.
Гарри лежал в постели и смотрел в открытое окно на соседний дом.
Эмили.
Это было все, о чем он сейчас мог думать.
Киззи спала в соседней комнате. Она долго хныкала, и ему пришлось ее
укачивать. Возможно, все дело было в незнакомых запахах. Когда малышка
наконец заснула, Гарри был полностью измотан. Работа в саду, сборка мебели,
постоянное недосыпание, переживания — все это дало о себе знать.
Но его разум работал четко.
Спустившись на кухню, он налил себе чаю, сел за стол и, глядя на опустевший
сад в тусклом свете луны, стал думать о том, что ему делать с Киззи.
— Ты решил, что предпримешь дальше? — спросила Эмили, когда они
через неделю после его переезда сидели в саду.
Гарри не стал притворяться, будто не понял вопроса. От его отпуска осталось
меньше двух недель, но он все еще не принял окончательного решения.
Мужчина пожал плечами.
— Я не знаю и не могу ничего загадывать наперед. Полагаю, Киззи нужна
няня, но мне не хотелось бы оставлять ее с чужим человеком. Но что остается
делать? Не могу же я брать ее с собой в места военных конфликтов и
катастроф.
— Ты не обдумал все до конца, не так ли?
Он пристально посмотрел на нее.
— Что я не обдумал?
— Что ты будешь делать с ребенком.
Нахмурившись, Гарри вспомнил тот дождливый вечер, когда вернулся в Лондон
после очередного задания и узнал, что с Кармен произошел несчастный случай и
она находится при смерти.
— Разумеется, не обдумал, — яростно бросил он. — У меня не
было времени. Я свыкся с мыслью о ребенке, но никак не ожидал, что стану отцом-
одиночкой. Как бы там ни было, Кармен была моей женой. И что я, по-твоему,
должен был делать, Эмили? Сказать врачам, чтобы они отключили ее от
аппаратов? Позволить малышке умереть только потому, что с ее появлением моя
привычная жизнь усложнится?
Побледнев, Эмили покачала головой.
— Конечно, нет.
— Ты права, я не обдумал все до конца. Поэтому нам приходится туго. То
есть я хотел сказать, мне приходится.
— Кажется, я тоже в этом участвую.
— Да, прости. Я очень тебе благодарен, но обещаю, что больше тебя не
побеспокою. Думаю, постепенно м
...Закладка в соц.сетях
