Жанр: Любовные романы
Первобытный инстинкт
...на надежда, — что Сью приготовила ему не слишком много испытаний... И
все же, черт возьми, что за невероятные ощущения испытал он, когда,
распластанный на кровати, наблюдал, как она ласкает себя! Спроси его кто-
нибудь еще час назад:
Не хочешь ли попробовать?
— Джеральд ответил бы с
негодованием:
И не подумаю!
А теперь попробовал — и знал, что не променяет
этот опыт ни на что на свете.
Ни одна женщина еще не устраивала перед ним такого представления. Даже одна
его знакомая француженка. Она, пожалуй, была на такое способна, но Джеральд
покинул ее, как только почувствовал, что роман угрожает его пресловутому
самоконтролю.
А Сью в первый же вечер порвала его самоконтроль в мелкие клочья. Она
превратила его в раба, сделала беззащитным и ранимым, заставила лечь в
унизительной позе, отказала в том, чего он жаждет, — но, как ни
странно, все это Джеральда возбуждает. Чертовски возбуждает. Настолько, что
он не знает, сможет ли когда-нибудь успокоиться.
Может быть, дело в экзотическом аромате, пряно щекочущем ноздри? Стоит
закрыть глаза, — и кажется, что очутился в каком-то восточном дворце.
Сам воздух, казалось, был напоен чувственностью, и Джеральд впивал этот
воздух, как сладчайший яд.
Магнитофон щелкнул и затих. Сью подгадала свое
выступление
так, чтобы
достичь разрядки одновременно с записью, так что Джеральд услышал звуки
оргазма в стереоварианте. Что за женщина — настоящая дьяволица! Такой
изобретательной любовницы у него еще не бывало!
Сью глубоко вздохнула, села и расправила вуаль. Взглянув на его воздетый
член, удовлетворенно кивнула.
— А ты силен, раб!
Каким-то чудом Джеральд нашел в себе силы ответить:
— Спасибо, госпожа.
— В моих силах сломить и самого сильного раба, — предупредила она,
погладив его яички.
Джеральд испустил прерывистый вздох.
— Ты понимаешь, что в моих силах в любой момент прекратить твои
мучения? — Палец Сью заскользил по крепкому стволу.
Еще как понимаю! Джеральд стиснул зубы.
— Да, госпожа.
Она склонилась над ним, и вуаль пощекотала его горячую кожу. А затем Сью
проделала такое, отчего Джеральд едва дух не испустил: прикрыв его член
вуалью, обхватила головку губами. Он чувствовал нежные прикосновения, но
вуаль скрывала от него происходящее.
Джеральд понял, что не может больше терпеть. Из груди его вырвался хриплый
стон.
— Это нечестно... госпожа.
Сью отодвинулась, и дыхание, ее охладило разгоряченную влажную кожу.
— Ты можешь от этого кончить, раб?
— Скорее... скорее всего, госпожа, — задыхаясь, прошептал он.
— Тогда я, может быть, больше этого не сделаю. Потому, что не хочу,
чтобы ты кончил. По крайней мере, не сейчас.
Как она сама-то терпит? — удивился Джеральд, но тут же вспомнил, что
Сью свое уже получила. А вот сам он, если она не облегчит его муки, лопнет,
словно воздушный шарик, который слишком сильно надули.
— Мне нравится, что ты обнажен, — заметила она. — Но, может быть... слишком, обнажен.
Склонившись над ним, Сью потянулась к подушке слева от его головы и при этом
грудью задела его лицо — Джеральд не сомневался, что нарочно. Она явно
наслаждалась его беспомощностью, и это заводило Джеральда необычайно. Теперь
он не был главным, ни за что не отвечал; мир его сузился, в нем не осталось
ничего, кроме чувственного наслаждения.
Сью извлекла из-под подушки презервативы.
— Я хочу оседлать тебя, раб, и покататься верхом.
От восторга у него закружилась голова. Наконец-то он погрузит в нее свое
ноющее от страсти орудие!
— Боюсь, госпожа, прогулка получится недолгой.
— Может быть, и нет.
Она быстро и умело натянула на него презерватив, — но, несмотря на ее
очевидное мастерство, Джеральд испытывал страшные муки. Он напрягал мускулы
и сжимал зубы, всеми силами борясь с подступающим семяизвержением.
— Как у тебя... ловко получается... госпожа.
— Я много тренировалась. — Она подняла на него лукавый
взгляд. — На огурцах. — Облизнув пухлые губы язычком, Сью
расхохоталась. — Ты не представляешь, какое полезное растение
огурец! — С этими словами она оседлала его бедра. — Хорошие
девочки в Тихом Омуте вибраторов себе не покупают. — Пальцы ее
скользнули в щель между бедер. Лаская себя, Сью не сводила с Джеральда
глаз. — А вот огурцы там растут повсюду.
Красная пелена застилала ему глаза. Черт бы побрал эту женщину, — она
знает, как довести партнера до безумия!
— Тебе что-то нужно, раб? — Шальные зеленые глаза не отрывались от
его лица. Нежные пальчики скользили там, куда Джеральд больше всего на свете
мечтал попасть. — Ты, кажется, чего-то хочешь?
Хриплым от напряжения голосом он ответил:
— Ты знаешь, чего я хочу, госпожа.
— А ты знаешь, чего хочу я? Завороженный ее движениями, он мог только
покачать головой.
— Я хочу, чтобы ты меня умолял. Теперь это никакого труда не
составляло.
— Пожалуйста, госпожа!.. — вытолкнул Джеральд слова из пересохшего
горла.
— Что
пожалуйста
? Чего ты хочешь?
— Оседлай меня... — От напряжения на его теле выступили капельки
пота. — Пожалуйста, госпожа, сядь на меня верхом.
— Что ж, может быть, я и исполню твою просьбу.
Упершись руками в бурно вздымающуюся грудь Джеральда, Сью приподнялась и
замерла точно над его нетерпеливым стволом. Пальцы ее были влажными, груди
соблазнительно трепетали.
Желание погрузиться в нее пересилило все остальное: Джеральд рванулся
вперед, приподнял бедра, стремясь, слить ее пламя, со своим.
— Тише, тише! — Сью нахмурилась, отстраняясь. — Здесь
командую я, а не ты.
Воздух вырывался из легких Джеральда короткими, резкими толчками.
— Бедняжка! Хорошо, я облегчу твои страдания. — Она начала
опускаться на него, уже коснулась головки пениса — и вдруг
остановилась. — Так хорошо?
Джеральд выразил согласие стоном — говорить он уже не мог.
— Видимо, это значит
да
. Хорошо, раб. Ты достаточно страдал.
Но в следующий миг она снова отстранилась. — Сью!
— Подожди секундочку, — пробормотала она, возясь с
наручниками. — Меня в магазине предупредили, что человека нельзя
слишком долго держать привязанным.
А в напряжении его слишком долго держать можно?! Озабоченный тем, как бы не
кончить раньше времени, Джеральд и не заметил, как освободились его руки и
ноги.
— Ты свободен, — прошептала Сью и, приподнявшись над ним, оседлала
его одним точным плавным движением.
Он ахнул и схватил ее за бедра.
— Не шевелись!
— Нет! — Она сопротивлялась, стараясь вырваться из его хватки.
— Сью, если ты шевельнешься, я сразу...
— Знаю! Я тоже! Я тоже, Джеральд!
Он отпустил ее. Она качнулась раз, другой... и все было кончено: они
покатились по кровати, обнявшись, смеясь и содрогаясь в буйном восторге.
Невероятно! Прикрыв глаза, Джеральд снова и снова вонзался в Сью, не желая
терять это чудесное ощущение даже теперь, когда оргазм остался позади.
Она наклонилась и прильнула к его губам.
— Прекрасно, раб.
— Спасибо тебе... госпожа.
Джеральд вздохнул и закрыл глаза, чувствуя, как пробегает по телу горячая
дрожь. Ему хотелось продлить наслаждение: он протянул руки, чтобы привлечь
Сью к себе, но она уже выскользнула и соскочила с кровати. Наслаждение
похитило силу Джеральда: он не смог ее удержать.
— Отдыхай, — промурлыкала она.
Кажется, он задремал под экзотическую музыку. Едва разгоряченное тело
Джеральда ощутило прохладу, губка, смоченная теплой водой, легла ему на
грудь.
— Ммм, как хорошо, — пробормотал он.
Эта девушка — само совершенство. От начала и до конца.
Сью вымыла его и вытерла мягким полотенцем. Джеральд полностью расслабился:
удовлетворение его было столь полно, что даже прикосновение нежных пальчиков
к члену его не пробудило. Сью вновь исчезла, но у Джеральда не было сил ни
останавливать ее, ни даже задавать вопросы.
Немного позже она появилась вновь и аккуратно положила что-то ему на грудь.
Запах показался Джеральду смутно знакомым. Его одеколон!
— Это твоя одежда, — мягко объяснила Сью. — Когда оденешься,
можешь идти.
Он распахнул глаза. Идти?! Какого черта? Кто тут говорит об уходе? Только не
он! Он повернул голову, — но Сью уже скрылась за пологом.
— Сью! — Как ни противно было подниматься и разрушать очарование,
он сел, сбросив с себя одежду. — Сью, только не прячься опять за
ширмой, ладно? Давай полежим вместе!
Нет ответа.
Он отдернул полог, собрал в охапку одежду и встал.
— Сью, выходи! Это глупо.
Прижимая к груди скомканную рубашку и джинсы, он обошел кровать, чтобы
заглянуть за ширму и уговорить Сью оттуда выйти. До сих пор Джеральд не
понимал, как это важно — просто лежать рядом, обнявшись. В журналах для
мужчин объясняется, что женщинам это необходимо, — почему же никто ни
словом не обмолвится о том, что иногда без этого не обойтись и мужчинам?
Например, Джеральду.
Он заглянул за ширму, полагая, что Сью там избавляется от своего гаремного
наряда. Но ее не было.
Вот черт!
Что-то странное творилось с Джеральдом. Физически он был удовлетворен, как
никогда, а вот в душе царил сумбур. Он хотел обнять Сью, — просто
обнять и прижать к себе. Не такое уж большое дело, если не учитывать, что
Джеральд не привык к такому проявлению чувств. Обойдя квартиру, он наконец,
наткнулся на запертую дверь ванной. Оттуда слышался плеск воды. Он снова
позвал Сью.
— Я в ванне! — откликнулась она.
В ванне. Интересная мысль... При мысли о нагой Сью в ванне уснувшее тело
Джеральда вновь начало подавать признаки жизни. Может быть, он не так
вымотан, как думал? Джеральд взялся за ручку — и с неудовольствием
обнаружил, что дверь заперта.
Может быть, Сью обиделась?
— Ты на меня сердишься? — спросил он.
— Боже, конечно, нет! — удивленно ответила она. — Ты чудо!
— Тогда зачем ты заперла дверь?
— Чтобы сохранить тайну. Придет время, ты меня за это поблагодаришь.
Джеральд прижался лбом к двери. Больше всего ему сейчас хотелось, как
следует долбануть по этой чертовой двери кулаком. Хорошо-хорошо, не будет.
Вайолетт просила его поддержать самооценку Сью — значит, он должен играть по
ее правилам и не рыпаться.
С самооценкой у нее и вправду что-то неладно, — иначе откуда, эта
зацикленность на
тайнах
? Но об этом он с ней поговорит позже. Прежде чем
заводить такие разговоры, надо разобраться в себе и понять, почему манера
Сью прятаться после секса раздражает его. Может быть, она права и со
временем он ее за это поблагодарит?
Однако он не уйдет, пока она в ванной.
— Хорошо, уйду, но ты должна запереть за мной дверь.
— Ты прав. Дай мне пять минут.
Это время Джеральд использовал, чтобы одеться. И подумать, стоит ли
назначать свидание на завтра. Не вообразит ли Сью, что ему не терпится ее
увидеть? Да, пожалуй. Лучше пусть сама назначит дату. К тому времени, как
Джеральд распутал и снова завязал шнурок на правом ботинке, шум воды смолк и
Сью объявила через дверь, что готова.
Джеральд подхватил куртку и направился к дверям.
— Спокойной ночи! — громко пожелал он. — И тебе спокойной
ночи.
Какой у нее сексуальный голос! Но о следующем свидании она так ничего и не
сказала.
Джеральд подождал пару секунд — Сью молчала. Наконец он не выдержал:
— Ты свободна завтра вечером?
— К сожалению, нет.
За несколько секунд он пережил адские муки, вообразив, что завтра она
встречается с кем-то еще. Затем Сью заговорила снова:
— У нас одна из служащих уходит на пенсию и устраивает прощальный ужин.
Мы все приглашены. Вайолетт говорит, что это затянется допоздна. — Сью
помолчала. — А вот в среду вечером я свободна.
Джеральд не колебался ни секунды.
— В какое время?
— Тебя устроит в семь?
— Приду.
— Хорошо, — откликнулась она хрипловатым грудным голосом, полным
страсти и обещания.
Звук ее голоса Джеральд унес с собой, словно драгоценность. Спускаясь в
лифте, убеждал себя: голос Сью доказывает, что ей было так же хорошо, как и
ему.
И только выходя из подъезда, Джеральд сообразил задать себе естественный
вопрос: а почему, собственно, его это так волнует?
Сью подождала, пока за Джеральдом закроется дверь, накинула халат и вышла из
ванной. Он едва успел уйти, а она уже скучала по нему, и вся сила воли
понадобилась ей, чтобы не распахнуть дверь и не позвать его назад. Но этого
лучше было не делать — по многим причинам.
Не стоит привязываться к этому мужчине. Он — ее первый лондонский любовник,
что-то вроде тренировочного снаряда. Не более того.
Впереди у нее — целая жизнь и множество приключений.
Пока что все идет как по маслу. Она дарит мужчине неземное блаженство, а
затем исчезает, оставляя его в растерянности и в нетерпеливом ожидании
продолжения.
Не стоит портить сценарий и приносить тайну в жертву какой-то
сентиментальной чепухе. Когда исчезает тайна, освободившееся место занимает
скука. У Джеральда большой и разнообразный опыт, а это значит, что скуке он
подвержен больше прочих мужчин. Пока что ему интересно — и Сью надеется
поддерживать в нем интерес, как можно дольше.
И все же, как не хочется отсылать его домой!
Что ж, это естественно. У нее никогда не было ни собственного дома, ни
возможности пригласить парня остаться на ночь. Конечно, любопытно, как себя
чувствуешь, когда спишь с мужчиной в одной постели. Сью инстинктивно
чувствовала, что это должно быть очень приятно... даже слишком. Потому что
на следующую ночевку Джеральд принесет с собой зубную щетку, затем в доме
появится его смена белья, а там и до рубашек с брюками недалеко...
Ну, нет, свою территорию она ни с кем делить не станет! Затянув пояс халата,
Сью прошла по комнате, задувая одну свечу за другой. Когда она закончила,
комнату освещал только бледный свет из окон соседних домов.
Присев на подоконник, Сью прижалась лбом к холодному стеклу и устремила взор
на исчезающий во мраке краешек Гайд-Парка. Где-то там живет Джеральд.
Наверное, он уже дома — может быть, как раз сейчас входит в подъезд,
здоровается со швейцаром. Она представила, как лифт возносит его к роскошным
апартаментам, как он открывает дверь, входит в холл, направляется в спальню.
Он ложится на свою безликую кровать, — а она к себе под полог, на
черные атласные простыни. Глупо как-то. Им было так хорошо вместе — и могло
бы стать еще лучше, предложи она ему остаться...
Направление собственных мыслей испугало Сью. Нет, она приняла самое лучшее
решение. И вовсе ей не одиноко. Совсем нет! В конце концов, разве не о такой
жизни она мечтала?
Глава 15
Джеральд решил не противиться причудам Сью. Если она хочет, чтобы после
фантастического секса он вставал и уходил, — хорошо, пусть так и будет.
Правда, с каждым разом уходить становилось все труднее. Это Джеральд
воспринял, как предупреждение: осторожно, друг, тебе грозит попасть в
ловушку! Хорошо, что хотя бы Сью сохраняет здравость рассудка.
Общий характер их свиданий был вполне предсказуем; зато фантазии Сью
предсказуемыми не назовешь! Каждый раз, отправляясь на свидание, Джеральд
спрашивал себя, что выкинет она на этот раз — и какое происшествие нарушит
ее тщательно продуманные планы. У Сью вечно что-нибудь шло наперекосяк: это
одновременно смешило его и трогало.
Однажды она решила изобразить стриптиз с веничком из перьев, — но перья
попали ей в нос, и Сью расчихалась. В другой раз хотела устроить
драматическое появление из-за ширмы — споткнулась и полетела на пол с ширмой
вместе. Однажды принесла с распродажи ароматизированное масло, — а оно
оказалось прогорклым. Масло заменили шоколадным сиропом, и Джеральд не на
шутку гордился тем, что именно ему пришла в голову эта идея. Даже
пресловутая импульсивность Сью, прежде раздражавшая и даже пугавшая
Джеральда, теперь ему нравилась.
Как ни одна другая женщина, Сью возбуждала его, но этого мало: с ней было
весело, а это редкое качество у женщин, особенно в Лондоне. До сих пор
Джеральд с улыбкой вспоминал, как однажды, решив поиграть в
секс втроем
,
она уложила в кровать надувную куклу в человеческий рост. В самый
ответственный момент в кукле обнаружилась пробоина: со страшным свистом
резиновая Долли
сделала несколько кругов по комнате и уснула вечным сном в
дальнем углу.
Сью чуть не плакала от досады: два часа Джеральд утешал ее, приговаривая,
что не нужны ему никакие куклы, а нужна только она. И вдруг понял: это так и
есть. Ему никто не нужен, кроме Сью.
Надувная кукла не только насмешила Джеральда, но и кое-что рассказала о
характере и принципах его подруги. Как ни хотелось ей попробовать
секс
втроем
, Сью не стала укладывать к себе в постель женщину из плоти и крови.
Она любила рискованные забавы — но опасные и грязные игры ее не привлекали.
Она стремилась к наслаждению, но никому не причиняла боли. Постепенно
Джеральд начал доверять Сью так, как не доверял еще ни одной женщине.
Нет, заниматься с ней сексом не опасно. Опасно то, что в его сознании слово
секс
все чаще заменяется словом
любовь
. Умница Сью, каждый вечер
выпихивает его домой! Просто молодчина. Хоть кто-то из них помнит правила
игры.
А вот и еще один предупреждающий сигнал — Джеральд не хочет обсуждать Сью с
Ником, хотя прежде с удовольствием рассказывал ему о своих девушках. А вот
Нику, наоборот, не терпится поговорить.
В понедельник, — неделю с лишним спустя, после приезда Сью в Лондон —
Ник вошел в кабинет Джеральда. На лице его читалась готовность к серьезному
мужскому разговору, к тому самому, которого Джеральд старался избежать. Ради
этого даже отменил традиционную воскресную теннисную партию. Ему нужно было
остаться одному, спокойно подумать — и совершенно не хотелось отвечать на
вопросы Ника и Вайолетт.
Ник начал разговор с какого-то невинного вопроса о курсе акций, но быстро
перешел к делу:
— Слушай, дружище, ты меня тревожишь.
Джеральд сделал вид, что не понимает, о чем речь.
— В самом деле, последнее капиталовложение я произвел неудачно, но...
— Я не о бизнесе. Ты знаешь, о чем я. — Ник смущенно почесал в
затылке, видимо не зная, с чего начать. — Вайолетт клялась, что не
хочет тебя сватать, но, кажется, именно это и сделала. И если что-то пойдет
не так, я буду в ответе, потому что это мы с ней свели тебя со Сью.
Джеральд с самого начала подозревал, что Вайолетт сводничала. Как ни
странно, его это не беспокоило. По крайней мере, не так беспокоило, как
должно бы.
— Ты ни в чем не виноват, — успокоил он Ника. — И тревожиться
не о чем. Не знаю, что там, на уме у Вайолетт, но Сью не хочет серьезных
отношений. И я тоже.
Сью не хочет — в этом Джеральд не сомневался. Что же до него самого... Черт
побери, если ему в голову и закрадываются дикие мыслишки о свадьбе, это его
проблема. Как только их роман закончится, мозги встанут на место.
Ник посмотрел на Джеральда так, словно хотел что-то сказать, но не решался.
Затем, словно передумав, перевел взгляд на окно.
— Кажется, тучи собираются. Джеральд, радуясь, что приятель оставил
опасную тему, подхватил:
— Да, наверное, опять снег пойдет. — Красивый у тебя вид из окна.
— Да. Все думаю, может быть, развернуть стол, чтобы, почаще любоваться
пейзажем?
Он почти слышал, как скрипят шестеренки у друга в мозгах. Говорить или не
говорить? — думает Ник. И если сказать, то, в каких выражениях? Уж
лучше молчи, дружище! — мысленно взмолился Джеральд.
— Ладно, думаю, пора за работу. Рынок не ждет, — изрек он,
напустив на себя озабоченный вид.
— Я только хотел тебе кое-что сказать. Джеральд мысленно застонал.
— А может, не стоит?
— Ты ведешь себя не так, как обычно.
— Это тебе кажется.
— Не думаю, друг. Мне неприятно это говорить, но...
— Вот и не говори. У меня все в порядке. Сью — классная девчонка, нам с
ней хорошо вместе. —
Хорошо
! Это пресное словцо ни в малой мере не
отражало того, что Джеральд чувствовал с ней рядом. — Рано или поздно
мы расстанемся, каждый пойдет своим путем.
Ник озабоченно нахмурился.
— Дело в том, что твое поведение мне кажется очень знакомым. Если Сью
будет действовать так, как собирается, тебе грозят большие неприятности.
Потому что, дружище, ты ведешь себя точь-в-точь как я, когда встретил
Вайолетт.
У Джеральда засосало под ложечкой, но он выдавил недоверчивый смешок.
— Ну, нет! Я неуязвим.
— Я тоже раньше так думал, но в последние дни у тебя такой взгляд...
— Не трать, нервы попусту. В тебе, должно быть, отцовские чувства
играют — так дождись, пока малыш появится на свет, и оберегай его. —
Джеральд сделал отчаянную попытку отвлечься от опасной темы. — Кстати,
о сексуальных приключениях: вы уже нанимали лимузин?
— Забавно, что ты спросил. — Ник расплылся в улыбке. —
Собираемся сегодня вечером. По вечерам в будни лимузин можно нанять со
скидкой.
— Что ж, желаю хорошо повеселиться.
— Непременно. Так ты уверен, что у тебя все в порядке?
— Абсолютно. Все под контролем.
— Ну ладно. — Ник помахал ему рукой и исчез за дверью.
Оставшись один, Джеральд твердо сказал себе, что Ник поднимает шум из-за
пустяков. Сам он, когда ухаживал за Вайолетт, вел себя совсем по-другому.
Ник тогда совершенно свихнулся: вечерами где-то пропадал, днем витал в
облаках, перестал интересоваться истинно мужскими занятиями...
Например, воскресными партиями в теннис.
Нет, это не считается! — поспешил оправдаться сам перед собой Джеральд.
Я пропустил игру не потому, что хотел побыть со Сью, а потому что не хотел
расспросов. Но может быть, и Ник избегал меня по той же причине? Ведь ему
тоже было, над чем поразмыслить...
И все же, рассудил Джеральд, я в совсем ином положении. Ник всегда знал, что
рано или поздно женится, а я еще в десятом классе решил, что семейная жизнь
— не для меня.
Однако сейчас Джеральд чувствовал, что в гранитном основании его убеждений
образовалась трещина. Пока маленькая... но она расширяется.
Стук в дверь прервал его смятенные мысли. На пороге показалась секретарша
Джойс, хорошенькая кудрявая блондинка.
— На проводе леди Барринг, — объявила она. — Я вызвала вас по
интеркому, но вы не отвечали, и я попросила ее оставить сообщение. Однако
она настаивает на том, чтобы переговорить с вами лично и немедленно. Вы
возьмете трубку?
Джеральд поправил галстук, словно это могло вернуть ему самообладание.
Ничего себе! Так погрузился в размышления, что не слышал сигнала интеркома!
— Конечно. Спасибо, Джойс. Извините, что вынудил вас ходить туда-сюда.
— Не за что, Джеральд. — Она улыбнулась и скрылась за дверью.
Джойс поступила на службу недавно, и ни для кого из служащих не было
секретом, что она влюблена в босса. Месяц или два назад, — еще до
знакомства со Сью — Джеральд подумывал о том, чтобы куда-нибудь ее
пригласить. А вот сейчас эта мысль его совсем не привлекала. Странно.
Странно... и нехорошо. Даже опасно.
Что ж, может быть, разговор с матерью поможет ему прийти в чувство и
вернуться к реальности. Джеральд снял трубку телефона.
— Здравствуй, мама.
— Я уж начала думать, может, ты стал такой важной персоной, что с
матерью и разговаривать не хочешь?
— Извини. Сама знаешь, как бывает. Джеральд удивился хорошей слышимости
— словно мать не из Рима звонит, а из соседнего дома.
— Конечно, знаю. Когда твой отец на работе, его тоже не выловишь.
Ладно, перейду к делу. Я прилетела на несколько дней, и хочу пригласить вас
с отцом поужинать. Сегодня вечером. Знаешь, ежегодная встреча семьи.
Джеральд помо
...Закладка в соц.сетях
