Жанр: Любовные романы
Помни меня
.... Она забыла обо всем, что находится
за пределами рук Джона. Ее охватило
странное оцепенение, и в то же время где-то глубоко внутри возрастало
нетерпеливое желание ощутить его внутри себя.
Аманда знала, что отступать поздно, что теперь уже ничего нельзя изменить. У
нее не было сил противиться самой себе.
Оставалось лишь принять неизбежное всем сердцем, чтобы сохранить память об этой
ночи на всю жизнь.
Джек старался действовать как можно мягче и осторожнее. Он хотел убедиться в
том, что привел Аманду на вершину
чувственного наслаждения, прежде чем овладеть ее телом. И наступил момент, когда
он не смог дольше сдерживать себя.
Он медленно вошел в ее горячее, влажное лоно и собрал всю свою волю в кулак,
чтобы тут же не кончить. И вдруг он
замер и удивленно посмотрел ей в глаза. Щеки Аманды вспыхнули стыдливым
румянцем, когда он натолкнулся на
естественную преграду. Она была девственницей!
В этот момент он понял, что все, что он напридумывал об Аманде Джейн
Дарлингтон, не стоило выеденного яйца!
Тревога, вина, желание и отчаяние разрывали его на части. Он ошибался насчет ее
внебрачного ребенка. Господи, кто ему
скажет, в чем он еще ошибался?
Женщина, с которой его связывали самые прекрасные интимные отношения, попрежнему
оставалась для него загадкой.
Она открыла глаза и взглянула на него сквозь полуопущенные ресницы. Ее
желание достигло пика и сотрясало дрожью ее
тело.
- Джон... пожалуйста, - прошептала она.
Кто в состоянии остаться глухим к такой мольбе? Только не Джек. Он решил, что
обдумает все детали данной ситуации
позже. Не теперь.
- Дорогая, тебе сначала будет немножко больно, - прошептал он, ласково гладя
ее волосы.
- Я знаю, - мужественно ответила она.
- Я постараюсь быть осторожным, - пообещал он и, нежно прижавшись к ее губам,
лишил ее девственности одним
сильным ударом. С ее губ слетел легкий стон, но Джек был так нежен, что боль
прошла, чтобы уже никогда не вернуться.
- С тобой все в порядке, Аманда?
- Да, - ответила она. Теперь боль казалась ей смешной ценой за то
наслаждение, которое она испытала в его объятиях.
И когда она решила, что впереди ее уже ничто не ждет, он начал двигаться внутри
ее.
Ощущение его плоти внутри ее тела наполнило ее счастьем. Господи, она любит
его! Аманда обхватила его за талию
ногами и стала двигаться в такт его движениям. Их сердца бились в унисон, и
наконец чувственное напряжение достигло
предела и получило долгожданное разрешение.
Аманда ощущала себя опустошенной и в то же время переполненной эмоциями через
край. Она поднесла к губам его руку
и поцеловала ее. Как жаль, что время неумолимо движется вперед, с каждой
секундой приближая завтрашний день.
Завтра. Завтра все это покажется ей сном. Завтра Джон, возможно, вспомнит
свое имя - и забудет ее. Завтра за ним
придут и уведут его от нее навсегда.
Аманда зашевелилась в его объятиях, решив, что пора начинать привыкать к
разлуке. Она вернется в свою комнату, ляжет
в постель и будет думать о нем и о своей любви. Однако Джон разрушил все ее
планы.
- Не уходи, Аманда. Останься, милая.
Аманда взглянула в его ласковые, полные обожания глаза.
- Ночь еще не кончилась. Дай мне несколько минут, и я снова буду тебя любить.
Разве Аманда могла отказаться! Завтрашний день принадлежит всем, а эта ночь
только им двоим. Он снова будет любить
ее. Снова и снова.
Наутро Джек проснулся в комнате, залитой солнечным светом, на пустой кровати
и с чувством вины. Ночью эта комната
была для него олицетворением рая, память о котором навсегда останется с ним. Но
вправе ли он был принять от Аманды ее
добровольный дар?
Он думал, что она вполне опытна, а она оказалась невинной девушкой. И не
имеет значения, что он обнаружил это в тот
момент, когда изменить было ничего нельзя; ее невинность накладывала на него
определенные обязательства. Хорошо, что
после первого раза он догадался принять меры предосторожности против
нежелательной беременности. Впрочем, об этом
следовало подумать заранее. Хотя шанс забеременеть после первого акта любви
практически равен нулю.
Интересно, в каком настроении она проснулась? Не жалеет ли о том, что
произошло между ними? Он ведь честно
предупредил ее, что ей не на что рассчитывать, и она согласилась, но от
угрызений совести его это не спасло. Но не может же
он жениться на женщине, если прежде дал слово другой!
Впрочем, Джек не был уверен в том, что хочет этого. Он, конечно, испытывал к
Аманде нежные чувства, но, поскольку
они познакомились всего несколько дней назад, глупо было бы думать, что он успел
ее полюбить.
Или не глупо?
Джек сидел на кровати, глядя на сбитые простыни. Они почти не спали, потому
что не могли оторваться друг от друга ни
на минуту, стараясь исчерпать эту ночь до конца. Они действительно напоминали
молодоженов, которые хотели уместить
целый медовый месяц в несколько дивных часов.
Джек попытался представить на месте Аманды Шарлотту Батсфорд. И не смог.
Потому что ночь любви с Амандой всегда
будет стоять между ним и его будущей женой. Он никогда, даже в объятиях
искушенных распутниц, не испытывал подобных
ощущений.
И дело здесь не в том, что Аманда владела искусством любви, а в том, что она
отвечала на его страстные порывы с
неподдельной искренностью. Она была открыта и невинна в своих чувствах. Она
заставила его отнестись к любовному акту не
только как к слиянию тел, но и как к единению душ.
Джек с сожалением покачал головой и поднялся с кровати. Ему необходимо
умыться холодной водой, тогда он сможет
признаться себе, что любит Аманду Джейн Дарлингтон. Впрочем, вода здесь не
поможет. Да, он ее любит, и с этим уже
ничего не поделаешь.
Он умылся, побрился, оделся и постучал в дверь, соединяющую их комнаты.
Ответом ему была тишина. Тогда он достал
из жилетного кармана часы, чтобы узнать, который час. Было около семи, и он
удивился, что она так рано отправилась
завтракать. Да к тому же забыв его разбудить.
Джек нахмурился, ужасные подозрения закрались в его душу. Вдруг она уехала на
Торни-Айленд без него? Но не могла же
она просто так его бросить! Впрочем, как догадаться о том, что пришло ей в
голову? Он занимался с ней любовью, но до сих
пор ничего не знал о ней.
Джек распахнул дверь и вошел в ее комнату. Так и есть! Шкаф пуст, на
туалетном столике ни одного флакона. Аманда
исчезла, оставив его одного.
Побелев от злости, Джек бросился вниз, перепрыгивая через две ступеньки. Что
теперь делать? Куда бежать? Он услышал
голос мистера Теббза в кабинете, в котором они с Амандой обедали накануне, и
ворвался туда, сгорая от желания не оставить
камня на камне от этой гостиницы.
Каково же было его изумление, когда он увидел Аманду, сидевшую за столом и
мирно завтракавшую. Он почувствовал
себя дураком и пристыженно потупился, когда она и мистер Теббз, прислуживавший
ей, одновременно повернулись к двери.
Удивление застыло на их лицах при виде злости на его лице.
- Милорд! - обратился к нему хозяин, как только оправился от шока. - Хорошо
ли вы спали?
Джек успокоился. Действительно, до чего же глупо было предположить, что
Аманда оставит его и уедет, даже не
попрощавшись! Как такое могло прийти ему в голову?
Он напустил на себя важный вид и, гордо расправив плечи, не спеша вошел в
кабинет. В этот момент он, вероятно, очень
походил на своего брата, у которого патрицианские манеры были в крови.
- Я спал великолепно, спасибо. - Он блеснул своей аристократической белозубой
улыбкой.
Мистер Теббз с облегчением вздохнул, когда выяснилось, что недовольная
гримаса, с какой Джек ворвался в кабинет, не
имеет отношения к качеству обслуживания в его заведении. Он с радостной
готовностью отодвинул ему стул и, когда Джек
уселся, наполнил его тарелку изысканными закусками.
Когда хозяин удалился, Джек посмотрел на Аманду - она задумчиво ковыряла яйцо
ложечкой. Но вот она застенчиво
подняла на него взгляд, и на ее щеках вспыхнул румянец.
- Ты сегодня прекрасна, Аманда.
- Спасибо.
Джек подумал о том, что хорошо бы смахнуть со стола всю эту дребедень и
заняться с ней любовью прямо здесь вместо
завтрака, но покорно развернул салфетку на коленях и произнес:
- Ты рано поднялась, дорогая.
- Впереди трудный день, Джон, - ответила она неохотно.
- Да, нас ждет долгий путь на Торни-Айленд. А ты знаешь, что, войдя к тебе и
увидев пустую комнату, я решил, что ты
меня бросила? Впрочем, мне следовало бы догадаться, что ты никогда не поступишь
так подло!
Аманда вздрогнула, и яйцо, выскользнув из ее пальцев, упало на пол и
разбилось.
- Не страшно, - махнул рукой Джек, удивляясь тому, что она так нервничает.
Может быть, она испытывает угрызения
совести из-за вчерашней ночи? - Хозяин принес мне четыре яйца. Я столько не
съем, так что могу поделиться.
- Какой беспорядок! - Она покосилась на желтое пятно, растекшееся по ковру.
- Не стоит из-за этого расстраиваться. Мистеру Суини приходилось справляться
и с более серьезными трудностями. -
Он позвонил в колокольчик, чтобы вызвать кого-нибудь, кто мог бы почистить
ковер.
Однако Аманда не отводила рассеянного взгляда от желтого пятна на полу. Тогда
Джек поднялся с салфеткой в руке.
- Я вытру сам, а потом служанка все уберет как надо. Не расстраивайся,
дорогая.
Вытирая желток с пола, он чувствовал на себе ее взгляд. Поднявшись и подойдя
к ней, он ласково погладил ее по щеке:
- Что случилось, Аманда? Неужели ты так расстроилась из-за этого яйца?
- Нет. - Она покачала головой, и слезы хлынули у нее из глаз. - Я плачу
потому, что вынуждена расстаться с тобой.
- Что ты имеешь в виду? - нахмурился Джек.
Вдруг дверь распахнулась, и в кабинет вошли два констебля.
- Нет, только не сейчас... - взмолилась она, закрывая лицо руками. - Он ведь
еще не позавтракал!
Глава 13
Аманда побледнела под его укоризненным взглядом.
- У меня не было другого выхода, Джон. Как иначе можно узнать, кто ты?
- Ты права. Если это и не лучший способ, то уж, во всяком случае, самый
быстрый. - Джек поднялся и бросил салфетку
на стол. - А поскольку тебе не терпится избавиться от меня, неудивительно, что
эти господа явились в такую рань.
Аманда тоже поднялась. Ноги плохо слушались ее, она дрожала как осиновый
лист. И не потому, что Джек расценивал ее
поступок, как предательство, а потому, что не могла с ним расстаться. Прошлой
ночью она была на вершине блаженства, и
теперь сердце ее разрывалось от боли из-за того, что она больше никогда его не
увидит.
Она отвернулась от него и обратилась к старшему из двух констеблей, мужчине
со взъерошенными черными волосами,
крупным носом и отвисшими, как у моржа, усами:
- Я не думала, что вы придете так рано. Он еще не успел позавтракать!
- Мне приказали явиться утром, мисс, - ответил страж закона непререкаемым
тоном. - К тому же чем раньше мы
начнем это дело, тем скорее закончим его, ко всеобщему удовольствию.
Аманда увидела в дверях, за спинами констеблей встревоженное лицо хозяина
гостиницы, из-за его плеча выглядывали
горничные.
- Вы собираетесь арестовать меня? - спросил Джек.
- Не совсем так, сэр, - после небольшой паузы ответил старший.
- Тогда почему власти решили взять меня на свое попечение? Я не нарушал
никаких законов, - надменно приподнял он
бровь.
- Эта леди утверждает, что в результате несчастного случая вы потеряли память
и забыли свое имя. Мы хотим всего
лишь помочь вам установить вашу личность, сэр.
- Вы поступаете, как добрые самаритяне, - саркастически усмехнулся Джек. - А
что, если я не нуждаюсь в вашей
помощи? Что, если я откажусь добровольно последовать за вами? - Он развернул
свои внушительные плечи.
Младший из констеблей переминался с ноги на ногу, испуганно поглядывая на
начальника.
- Что ж, тогда я первым делом предположу, что в вашей истории что-то нечисто,
- ответил старший констебль. -
Вполне возможно, что вы не в ладах с законом. Может быть, вы разыскиваетесь
полицией... за какое-нибудь преступление?
Может быть, вы контрабандист или грабитель?
- У вас буйное воображение, - усмехнулся Джек. - Уверяю вас, я ни то и ни
другое.
- Если вам нечего скрывать, сэр, я не понимаю, почему вы не хотите узнать,
как вас зовут, - пожал плечами констебль.
- Мне не нравятся ваши методы. Есть ли другой способ разрешить эту проблему?
- Поскольку эта леди отказывается в дальнейшем брать на себя ответственность
за вас и поскольку вы отказываетесь от
нашей помощи, выход остается только один.
- Умоляю вас, скажите, какой?
- Лечебница для душевнобольных, сэр.
- Но я не сумасшедший! - расхохотался Джек. - Я просто потерял память!
Аманда в ужасе ломала руки. Она не думала, что он будет так упорно
сопротивляться, а полицейские поведут себя так
грубо. Запереть здорового человека в сумасшедшем доме! Невероятно, как такая
мысль могла прийти им в голову! Да она
скорее возьмет его с собой на Торни-Айленд, а то и в Дарлингтон-Холл, чем
допустит подобную несправедливость.
- Пойдемте с нами, сэр, тогда нам не придется применять силу.
- Джентльмены! - вскрикнула она, заметив в руках у одного из них веревку. -
Не станете же вы его связывать! - Она
бросилась к "мужу". - Пожалуйста, пойди с ними. Они не причинят тебе вреда. Они
хотят тебе помочь.
Джек укоризненно посмотрел на нее и обратился к полицейским:
- Господа, я не преступник и не сумасшедший. Мне надоела вся эта чушь, и я не
нуждаюсь ни в вашей помощи, ни в
помощи этой женщины. - Он достал из кармана тугой кошелек и подбросил его на
ладони. - Я в состоянии снять комнату в
гостинице и ждать, когда ко мне вернется память. А теперь скажите, господа,
сколько я должен вам заплатить, чтобы вы
оставили меня в покое.
Аманда видела, что старший констебль не знает, на что решиться, - в его душе
происходила борьба между алчностью и
праведным возмущением. Победило возмущение.
- Если вы пытаетесь подкупить нас, сэр, то напрасно. Если вы не хотите, чтобы
я арестовал вас за взятку, то лучше
спрячьте ваш кошелек.
Джек помедлил в нерешительности, но последовал совету полицейского. Аманда
почувствовала, что напряжение спало.
Никто из присутствующих явно не хотел неприятностей.
- Что же касается вашего вопроса, сэр, то единственный способ сделать так,
чтобы мы оставили вас в покое, это назвать
свое имя. Вы можете это сделать, сэр?
Аманда поняла, что даже если бы он знал свое имя, то не назвал бы его из
чистого упрямства. Поведение полицейских
вывело его из себя, и он сердито взирал на них, скрестив на груди руки, как
монарх в присутствии недостойной черни.
- Что ж, тогда не остается ничего другого... - вздохнул старший констебль и
кивнул своему молодому помощнику.
Аманда зажмурилась и уже приготовилась к тому, что сейчас между ними начнется
драка. И вдруг в полной тишине со
стороны двери прозвучал незнакомый голос:
- Я могу назвать вам имя этого человека.
Аманда вздрогнула от неожиданности и обернулась. Над сутулой фигурой мистера
Теббза возвышался светловолосый
красавец, статью напоминающий греческую статую, и его голубые глаза были
прикованы к Джеку. Хозяин и горничные
невольно расступились, пропуская незнакомца в комнату. Джек не сводил с него
пристального взгляда, но на его лице не
появилось никаких признаков узнавания.
Незнакомец не удостоил ни словом, ни взглядом никого из присутствующих,
включая раскрывших от изумления рты
представителей власти, и подошел прямо к Джеку. Все в этом человеке, начиная с
белоснежного накрахмаленного галстука с
бриллиантовой заколкой и кончая вельможной осанкой, свидетельствовало о том, что
он принадлежит к сливкам общества.
Все с нетерпением ждали, когда он заговорит.
- Этого джентльмена, которого вы собираетесь связать, как преступника, чтобы
тащить в свою контору, зовут Джексон
Тадеус Монтгомери, виконт Дарем... Он мой брат.
Аманда была в шоке. Она ошарашенно переводила взгляд с Джона, который вдруг
оказался Джеком, на незнакомца и
никак не могла решить, можно ли ему верить. Между ними не было ничего общего.
Джек был смугл и импульсивен, его брат
холоден как лед и, судя по всему, умел держать себя в руках в любой ситуации.
Вот и теперь, глядя Джеку в глаза, он
наверняка испытывал массу всевозможных эмоций, но ни одна из них не отразилась
на его лице.
Джек не тронулся с места и молча смотрел на своего внезапно объявившегося
родственника. Аманда бросилась к нему:
- Вы узнаете своего брата, Джон... Джек?
- Нет, я его не узнаю, - хитро прищурившись, ответил он и добавил нехотя: -
Впрочем, в его лице, мне кажется, есть
что-то знакомое.
- Еще бы в нем не было ничего знакомого! - усмехнулся незнакомец и шагнул к
Джеку. - Что еще за новая проделка,
братец?
- Джек потерял память в результате несчастного случая, сэр, - вступилась за
него Аманда. - Если бы вы
действительно оказались его братом, это было бы чудесно. Но он почему-то не
узнает вас. Так что не могли бы вы назвать
себя и представить какие-нибудь доказательства того, что вы состоите с ним в
родственных отношениях?
- Меня зовут Джулиан Фицуильям Монтгомери, маркиз Серлинг, - с учтивым
поклоном ответил старший брат и, сунув
руку во внутренний карман сюртука, вытащил оттуда медальон на цепочке. Открыв
крышку, он протянул его для всеобщего
обозрения. - Этот медальон принадлежал нашей матери. Как видите, здесь мы с
Джеком совсем молодые, но сходство
можно определить без труда.
Джек и Аманда внимательно рассмотрели миниатюру. Сходство было поразительным.
Джек погрузился в задумчивость, а
Аманда удовлетворенно кивнула. Маркиз протянул медальон констеблям, которые
долго изучали его, после чего вернули с
учтивым поклоном.
- Что ж, похоже, вам теперь не нужно следовать за нами, ваше сиятельство. -
Старший констебль поправил на голове
фуражку. - Вам повезло, что ваш брат нашелся вовремя.
- Но откуда вы узнали, где искать брата? - спросила Аманда маркиза.
- Миссис Бин, хозяйка "Трех монашек", рассказала мне, куда вы направились, и
очень точно описала ваш экипаж. Я
разыскиваю вас со вчерашнего дня. Эта гостиница сначала ускользнула от моего
внимания, потому что я не думал, что вы
захотите остановиться в таком месте. - Он приподнял бровь так же, как это иногда
делал Джек. - Она ведь далеко в
стороне от проезжей дороги, разве не так?
Аманда покраснела, вспомнив о том, почему они остановились именно здесь.
- Я в очередной раз кружил по городу, когда вдруг заметил этих констеблей,
направляющихся куда-то с явно
официальной целью, - продолжал маркиз. - Это показалось мне подозрительным, и я
последовал за ними.
- Вам следовало обратиться в полицию сразу по приезде в город, - проворчал
констебль. - Мы призваны отслеживать
такие ситуации, милорд.
- Я не привык прибегать к общественной помощи, если в состоянии сам решить
свои проблемы. - Маркиз смахнул с
рукава невидимую пылинку. - А теперь, если вы не возражаете, я хотел бы остаться
наедине со своим братом, чтобы мы
могли заново познакомиться. Хозяин, подайте еще один прибор. Я еще не завтракал.
Все быстро покинули комнату, кроме Аманды, которую Джек крепко схватил за
руку:
- Мисс Дарлингтон, разумеется, останется.
Хозяин действовал расторопно, и вскоре стол был опять накрыт, теперь уже на
троих. Когда они остались одни, маркиз
сложил руки на столе и обратился к брату:
- Итак, Джек, ты полностью потерял память и не помнишь ничего из своей
прошлой жизни?
- Я не помню ничего, - спокойно отозвался тот.
Аманде показалось, что Джек очень напряжен и необычно сдержан. Но если он
сразу не узнал в этом важном маркизе
своего брата, значит, ему не так уж легко будет восстановить с ним родственные
отношения.
- Какая неприятность! - отозвался маркиз с улыбкой, которая показалась Аманде
не вполне искренней. - Однако я
готов предоставить тебе любую информацию о тебе самом. Ты не хочешь задать мне
кое-какие вопросы?
- Честно? - Джек задумчиво жевал тост.
- Конечно. - Лорд Серлинг пожал плечами.
- В данный момент меня мало интересуют подробности моей жизни.
- Джек! - удивилась Аманда. - Я на твоем месте умирала бы от любопытства!
- Достаточно того, что брат нашел меня и может помочь мне вернуться домой,
когда придет время.
- А когда оно придет? - Лорд Серлинг приподнял бровь.
- Сначала мне нужно закончить одно дело, - уклончиво ответил Джек.
Аманда догадывалась, что это было за "дело". Она решила категорически
заявить, что не хочет, чтобы он сопровождал ее
на Торни-Айленд, но маркиз опередил ее, заговорив первым:
- Но у тебя есть друзья и любящие тебя люди, которые... ждут твоего
возвращения.
- У меня есть жена? - Джек невозмутимо отправил в рот кусок ветчины.
Аманда затаила дыхание. Мысль о том, что она влюбилась в мужа другой женщины,
показалась ей ужасной. Маркиз
откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на Джека.
- Нет, - ответил он наконец.
Аманда облегченно вздохнула.
- Из этого можно заключить, что детей у меня тоже нет... по крайней мере
законных. Мои родители живы?
- Нет, - ответил маркиз.
- У меня есть братья и сестры?
- Только я.
- Итак, коль скоро ты - мой единственный близкий родственник, который лично
убедился в том, что я жив и здоров, я
не вижу причин нестись домой сломя голову. Как ты считаешь?
- Но у тебя есть обязательства, Джек. - Маркиз покосился на Аманду. - Есть
дома, в которых тебя ждут, есть
обещания... которые ты должен исполнить.
- Все свои обещания я исполню, можешь не сомневаться. - Джек многозначительно
посмотрел ему в глаза. - Просто
это придется отложить на несколько дней. А пока ты можешь вернуться домой и
передать, что со мной все в порядке и я
прошу своих... друзей подождать хотя бы неделю. Это тебя устроит?
Братья переглянулись так, словно говорили на одном им понятном языке. Наконец
маркиз расслабился и взял в руку вилку.
- Скажем так, пока меня это устраивает.
- Но в такой задержке нет никакой необходимости, - вмешалась Аманда, которая
больше не могла молчать. - У
Джека откуда-то взялась идея, что он обязательно должен сопровождать меня на
Торни-Айленд, к моему племяннику. Но я
вовсе не нуждаюсь в его помощи!
- Ты это имел в виду, когда говорил о незаконченном деле? - небрежно
поинтересовался маркиз.
- Да. Но Аманда... мисс Дарлингтон говорит неправду о цели своего
путешествия.
- Что? - нервно рассмеялась она. - Джек... лорд Дарем, вы обвиняете меня во
лжи?
- Аманда, давайте оставим эти условности. Мы можем называть друг друга по
именам, тем более что теперь вы знаете
мое настоящее имя. - Он повернулся к маркизу: - Джулиан, мы с Амандой стали
друзьями за эти дни. После того как я,
будучи пьяным, попал под колеса ее экипажа и сильно ударился головой, она взяла
на себя труд за мной ухаживать. Если бы
не она, я бы, возможно, погиб.
- Понятно. Значит, ты должен быть признателен за свое спасение ей и Роберту в
равной мере.
- Да. - Джек вдруг нахмурился. - А кто такой Роберт?
- Он называет себя твоим лучшим другом, потому что спас тебе жизнь в Опорто,
- ответил Джулиан, пристально
вглядываясь в лицо брата.
- Ясно. Наверное, нехорошо, что я забыл о такой важной детали. - Он
усмехнулся. - Так вот, я испытываю к Аманде
глубокую благодарность. А поскольку она легкомысленно отправилась в путешествие
из Суррея на Торни-Айленд в полном
одиночестве, если не считать троих слуг, я должен ее сопровождать. Она
подвергает себя большой опасности.
- Да, это верно, - ответил маркиз, под пристальным взглядом которого Аманда
покраснела.
- К этому следует добавить, что Аманда едет на Торни-Айленд вовсе не за
племянником, - продолжал Джек. - Прошу
прощения, Аманда... но давайте говорить откровенно. Она едет, чтобы забрать
оттуда незаконнорожденного ребенка, который
имеет к ней какое-то отношение.
- Джек! - Аманда вскочила с места. - Откуда у вас появилась такая безумная
мысль! Я никогда...
- Успокойтесь, моя дорогая. - Джек взял ее за руку и усадил на место. - Тео
мне все рассказал. Он, правда, умолчал о
том, чей это ребенок. Он сказал только, что мистер и миссис Дарлингтон никогда
не допустили бы, чтобы этот ребенок
появился в Иденбридже, и теперь, после их смерти, вы хотите вернуть ему то, что
принадлежит ему по праву. Пока все верно?
- Да. - Аманда со вздохом смирилась с тем, что ее тайна перестала быть
тайной.
- Тогда почему бы вам не рассказать нам остальное?
- Вы думали, что это мой ребенок? - прямо спросила Аманда.
- Да, до тех пор, пока... - Он склонился к ее уху, чтобы продолжить, но
Аманда все поняла и покраснела до корней
волос.
Этой ночью, когда они были близки, он обнаружил, что она невинна, а
девственницы, как известно, не имеют внебрачных
детей и уж тем более не оставляют их на воспитание чужим людям. Она надеялась,
что маркиз ни о чем не догадался.
Невозможно вообразить, что такой изысканный невозмутимый господин в состоянии
испытывать сильные эмоции, а значит,
вряд ли он одобрит ее необдуманное поведение и наверняка сочтет падшей женщиной,
коль скоро она оказалась в объятиях
его брата.
Аманда ошиблась в своих предположениях: даже если маркиз и догадался обо
всем, он не подал виду и, похоже, всерьез
не заинтересовался этой проблемой, хотя из вежливости спросил:
- Мисс Дарлингтон, если этот ребенок не ваш, то чей он?
- Это ребенок моего отца, - опустив голову, неохотно призналась она. Аманда
не могла говорить об этом, глядя в глаза
лорду Серлингу, а потому предпочла обратить свою речь к Джеку, в чьем взгляде
сквозило сочувствие: - Мои родители
погибли полгода назад, но о ребенке я узнала как раз в тот день, когда ты, Джек,
попал под колеса моего экипажа.
Аманда рассказала о содержании письма, которое долго искало своего адресата,
и о том, что на Торни-Айленд давно не
отсылались деньги, выделенные на содержание ребенка.
- Оказывается, все даже хуже, чем я предполагал. - Джек ласково сжал ее руку.
- У тебя нет ни малейшего
представления о том, кого ты можешь найти в Торнфилд-Коттедже. Тебе не известен
ни пол, ни возраст ребенка! И ты не
отдаешь себе отчета в том, какую ответственность собираешься взять на себя!
- Джек, но разве я могу поступить иначе! Я не смогла бы жить
...Закладка в соц.сетях
