Жанр: Любовные романы
Идеальная жена
... я не думаю...
- Капитан, - она легким поцелуем коснулась ямочки на его шее, - давайте не
будем думать, ладно? - Она губами отыскала
чувственное местечко за его ухом и чуть прикусила его. Он вздрогнул.
- Мне бы не хотелось, чтобы ваш брат говорил, что я соблазнил вас.
Она тихо рассмеялась:
- А вы уверены, что соблазняете?
В последней попытке остановить ее, он решительно произнес:
- Уинни, это не совсем то, о чем вы читали в книгах. Это страсть, похоть и
потребность. И ничего больше.
Не сводя с него глаз, она подняла его руку, медленно поднесла к своим губам
и провела его пальцами по своей нижней губе,
по-прежнему глядя ему в глаза. Ее жест завораживал и возбуждал его. Кровь
вскипела в его жилах, из груди вырвался стон, все
добрые намерения растаяли от ее ласки.
Он снова заключил ее в объятия и прижался к губам.
- Ты понимаешь, что я не женюсь на тебе.
- Нет, капитан, - чуть слышным шепотом ответила она, - это я не выйду за
вас замуж.
На мгновение он застыл, затем отпустил ее и отступил на шаг.
- Ночью я буду в своей каюте.
Она ответила невозмутимой улыбкой, как будто между ними не произошло
ничего, кроме веселого разговора. И только
волнение, отразившееся в ее глазах, говорило о другом.
- Значит, мы с вами встретимся позже, капитан. Она вежливо кивнула ему.
Мэтт слегка наклонил голову, повернулся и
ушел. Неутоленное желание причиняло мучительную боль, а до вечера оставалось еще
несколько долгих часов. В голове
звучали ее слова: "Нет, капитан. Это я не выйду за вас замуж". Что она хотела
этим сказать, почему он думал об этом и почему
это его волновало?
- Николас... мы не можем... мы не должны... не здесь... - В приступе
страсти пыталась протестовать Сабрина.
Николас целовал ее в шею.
- Сегодня на этой палубе никого нет, любовь моя. Никто, кроме луны и звезд,
не увидит нас. - Он нетерпеливо спустил
рубашку с ее плеча, и дрожь пробежала по ее спине.
- Господи, Николас, как я соскучилась по тебе! Она просунула руку в ворот
его рубашки и пробежала пальцами по его
покрытой волосами крепкой груди. От ее прикосновения мускулы на его груди
напряглись, и он тихо вздохнул:
- Сабрина!
Он привлек ее к себе, зажав ее ладони между их телами. Охваченная страстью,
она прижалась к нему. Их разделяла только
одежда. Он распахнул ее рубашку и, освободив груди, жадно припал к ним губами.
Она чуть не задохнулась от сладостного
ощущения и еще теснее прижалась к нему, сгорая от желания и требуя все большей и
большей близости.
- Николас... не могли бы мы... здесь... сейчас?
- Сабрина... как мы можем удержаться?
Он нащупал шнуровку на ее талии. К счастью, пояс развязался, и он, просунув
руку под ее бриджи, добрался до влажной
мягкой плоти между ее бедрами. Сабрина застонала, задыхаясь от сжигающей ее
страсти.
- Черт, Билли, капитан у нас не таков.
Голоса раздались совсем рядом, на них словно вылили ведро воды, и это
охладило их страсть. Нельзя, чтобы их застали здесь
в таком виде, как спаривающихся животных!
Первым опомнился Николас и стал поправлять одежду Сабрины. Она,
опустошенная от неутоленного желания, могла
только опереться на него. Матросы, проходя мимо, едва взглянули на них, слишком
поглощенные обсуждением капитана,
недовольного каким-то мелким происшествием.
Сабрина слабо улыбнулась и поправила растрепанные волосы.
- Боюсь, я уже не та сдержанная леди, которую ты выбрал в жены.
Он раздраженно вздохнул:
- Черт побери, Сабрина, мне необходимо быть с тобой наедине.
- Кажется, последнее время на корабле стало довольно тесно.
- Эрик занял мою каюту, лежит почти без сознания, и к тому же слаб, как
котенок. У тебя расположились дочь и моя сестра.
Только у этого проклятого Мэдисона отдельная каюта.
- Так он же капитан...
Капитан, который, как подозревала Сабрина, не проводил ночи в одиночестве.
Накануне поздно вечером она видела, как
Уинни, думая, что все крепко спят, тайком выскользнула из каюты. Вернулась она
только на рассвете. Весь день Уинни
бродила по кораблю с таинственной улыбкой на лице и отрешенным взглядом. Что
касается Мэтта, то всякий раз, когда она
подходила к нему, вид у него был неприветливый и озабоченный; он явно был на
самого себя не похож. Сабрина была уверена,
что между ними что-то происходило и что даже намек на эти подозрения вызовет у
Николаса бурю негодования.
- Ты хорошо его знаешь, не так ли?
Его неожиданный вопрос прервал ее размышления
- Что?
- Мэдисона, - раздраженно пояснил Николас. - насколько хорошо ты его
знаешь?
- Мэтта? Ну... - Она осторожно подбирала слова. - Мы старые друзья. Хотя я
не видела его несколько лет, я высоко ценю его.
Он как...
- Знаю, знаю, как брат. Мы уже говорили об этом. - Его тон смягчился, и он
посмотрел на звездное небо. - Он называет тебя
Бри.
- Детское имя. Американцы очень любят называть членов семьи уменьшительными
именами.
- Оно идет тебе. - Он помолчал. - Но ты была связана с ним какими-то
деловыми отношениями, или я ошибаюсь?
Он задал свой вопрос равнодушным тоном, словно ответ не имел никакого
значения. Холодок пробежал у нее по спине. Он
хотел получить нечто большее, чем простой ответ на этот внешне невинный вопрос.
- Ах, Николас, - она поморщилась от неубедительности своих слов, - это все
было так давно. Я почти ничего не помню. Этим
предприятием в основном занимался мой поверенный, - солгала она, стараясь быть
как можно убедительнее.
Казалось, Николаса удовлетворил ее ответ, и он задумчиво кивнул,
- В ваших делах ничто не указывало на то, что он занимается еще каким-либо
делом? Он не упоминал, например, о
контрабанде?
- Контрабанде? - У нее мгновенно пересохло в горле, но она сумела беспечно
рассмеяться. - Почему ты об этом
спрашиваешь?
Он пожал плечами и снова обнял ее.
- Кусочки головоломки, которую я пытаюсь сложить уже десять лет. Хочу
исправить ошибку, которую, боюсь, сам допустил.
- Ошибку?
Она прижалась к его груди, пытаясь успокоить свое сердце.
- Тебе, конечно, неинтересно слушать о... - вздохнул он.
- О, нет, интересно.
Она должна узнать, что ему известно и о чем он подозревает, - ради
благополучия Мэтта и своего собственного. Но это была
не только необходимость сохранить свою тайну. С того момента, когда она узнала о
своей встрече с Николасом в прошлом, ее
мучило любопытство. Что он помнил о той роковой ночи? Думал ли он о ней все эти
годы, как она думала о нем? Или он
презирал ее как преступницу, а может быть, даже как изменницу?
- Ладно. - Он помолчал, как бы собираясь с мыслями. - Это произошло во
время войны. Был период в жизни, когда мне
поручили заняться группой отчаянных контрабандистов. - Он умолк. - Во главе
банды стояла женщина.
- Женщина? - У нее перехватило дыхание. - Как странно.
- Она была необыкновенной. Умной и смелой. Я не мог не восхищаться ею.
- Восхищаться ею? - слабым голосом повторила она.
- Я никогда больше не встречал подобной женщины. Таинственной и
необыкновенной. - Он еще крепче обнял ее. - Ее образ
преследовал меня во сне. Пока я не встретил тебя.
- Меня? - Сабрина затаила дыхание.
- Ты тоже необыкновенная. - Он рассмеялся. - С довольно и одной необычной
женщины.
Ее сердце затрепетало от радости, но тут же сжалось. Слова были приятны:
Николас в совершенстве владел искусством
обольщать женщин красивыми комплиментами Он познал похоть, но его не коснулась
любовь, и вполне вероятно, он навсегда
останется таким. Она уже смирилась, ей оставалось лишь не забывать об этом.
Было глупо возвращаться к его подозрениям в отношении Мэтта, но Сабрина
спросила:
- И при чем здесь Мэтт?
- Я думаю, он был связан с ней.
- Представляю, с каким количеством женщин он был связан за эти годы, -
сказала она самым беспечным тоном. - Почему ты
думаешь, что он имел отношение к твоей таинственной леди?
Ответ Николаса был взвешенным и обдуманным:
- Это пришло мне в голову, когда я лежал, оправляясь после удара по голове.
Название корабля, этого корабля, - ей стало
страшно, - имя той женщины. Леди Би, Это не может быть простым совпадением.
Чуть слышно она прошептала:
- Корабль назван в честь его сестры, не так ли?
- Ха. У Мэдисона нет сестры. В этом я уверен.
- Нет... кроме меня. - Непрошеные слова сорвались с ее губ, и у нее упало
сердце.
Николас усмехнулся и притянул ее к себе.
- Ты его сестра только благодаря его чувству к тебе. Нет, я уверен, корабль
назван в честь той женщины. И если я уличу
Мэдисона, я скоро найду ее.
Она с трудом скрыла охватившую ее панику:
- И тогда?
- И тогда... - Николас заколебался. - Судить ее? Заковать в кандалы?
Швырнуть в Ньюгейт и выбросить ключи? Не знаю. Я
знаю только одно - ее арест даст мне ответ на вопрос, мучивший меня всю жизнь.
Закончит последнюю главу книги, которая
оставалась ненаписанной десять лет. Я оправдаю себя. - Он хрипло усмехнулся.
Хотя бы в собственных глазах. Если, конечно,
смогу найти ее.
Ужас душил Сабрину. Что произойдет с ней, с ними, гели Николас узнает, что
уже нашел ее?
Глава 15
Египет оказался более или менее таким, каким его ожидала увидеть Уинни. Но
для англичанки, не привыкшей к
путешествиям и отсутствию современных удобств, Египет представлял много проблем.
Они были вынуждены покинуть
корабль в заливе Абукир у душной пыльной Александрии и пересесть на судно,
больше похожее на баржу, чем на корабль,
чтобы совершить почти пятидневное путешествие через цветущую дельту Нила вверх
по реке до Каира.
Нил лениво катил свои воды, веками наблюдая за победами и поражениями
человека. Он как будто понимал суетность
человеческой жизни в бесконечности времени. Она оставалась такой же, как и
сотни, даже тысячи лет назад. Уинни увидела
собственными глазами то, о чем она только читала. И каждая интересная деталь
должным образом заносилась в постоянно
пополнявшийся записями дневник.
Каир превзошел все, что она могла представить в своем богатом воображении.
Город величественно возвышался над
плоской равниной дельты, как сказочное видение. Минареты устремлялись в небо,
пробивая вечную дымку, окутывавшую
город далеко не волшебным туманом, который боги посылают, чтобы напомнить жалким
сметным о скоротечности жизни и
величии ушедших фараонов, а чадом бесчисленных очагов, служивших для
приготовления пищи.
Город был перекрестком, где сходились дороги со всего концов света.
Караваны, направлявшиеся с товарами в Кашмир,
Дамаск, Тимбукту, давали жизнь каирским базарам, заваленным кучами бесполезных
или бесценных вещей. Николас вел их по
улицам так быстро, что Уинни не успевала насладиться экзотическими видами и
звуками Она решила, что до отъезда сама
изучит все уголки таинственного города.
Они должны были остановиться в европейском квартале, где условия были
значительно лучше, чем во многих местах по
соседству. Квартал обладал особым преимуществом в виде огромных деревянных
дверей, которые плотно закрывались во
время чумы или бунта. Но помещения, на которые они рассчитывали, оказались
заняты, и вся компания отправилась в Булак,
главный порт Каира. Здесь богатые жители построили себе роскошные летние дворцы
с садами-оазисами, дающими прохладное
зеленое укрытие от солнца, жары и духоты.
Николасу удалось снять виллу на время их короткой остановки. Наутро все
были готовы продолжить путешествие по Нилу,
как только Николас с Эриком вернутся с разрешением, которое в Египте необходимо
даже для того, чтобы воткнуть лопату в
песок. Из сострадания к Эрику было решено отказаться от путешествия по воде, а
отправиться по суше вдоль берега реки.
Сабрина с дочерью чем-то занимались у себя в комнате. Уинни в одиночестве стояла
в саду, наслаждаясь тропической
растительностью и приятной тенью.
Мэтт сказал ей о просьбе Сабрины, и Уинни была в восторге от того, что ее
первое настоящее приключение оправдывает все
ее надежды и мечты. Мэтт тоже оправдал ее надежды. Американец был смелым,
решительным, настоящим воплощением
героя, каким она представляла его себе по книгам. Дерзкий и даже опасный капитан
вызывал у нее неожиданные и неведомые
ранее чувства. Днем они обменивались тайными страстными взглядами, а их ночи
были наполнены запретными ласками и
восторгами от пронзительно-острых ощущений.
Конечно, она была влюблена. Ничем иным нельзя было объяснить лихорадочное
биение ее сердца или невольную дрожь,
пробегавшую по телу, стоило ему лишь взглянуть в ее сторону. Но она никогда не
признается ему в своих чувствах. Она
столько прочитала и знала, как легко потерять такого героя, стоит лишь раскрыть
ему свою душу. Уинни не надеялась, что
время, проведенное вместе, будет долгим. Он уже заявил, что не станет
сопровождать ее по пустыне. Ее практичная натура
подсказывала, что она должна довольствоваться тем, что они вместе сейчас, и не
строить планов на будущее. Она предполагала,
что разлука будет тяжелой, но даже мучительная боль - недорогая цена за
пронзительное чувство, которое, без сомнения, было
любовью.
Его запах, жар его тела, его страсть она ощутила еще до того, как он обнял
ее. С блаженным вздохом она прильнула к нему.
Он прошептал ей на ухо:
- Знаешь, нам не обязательно идти с ними. Мы можем остаться здесь, в Каире.
Это очень интересное место, Уинни. Как раз
для твоих приключений.
Она засмеялась и посмотрела ему в лицо. Солнце сверкало в ее глазах, и он
чувствовал близость ее тела.
- Но, капитан, даже ради столь великолепного города, как Каир, я не
пожертвую таким приключением. Поиски сокровищ
среди пирамид Египта? Такой возможности у меня, вероятно, больше не будет.
- Не могла бы ты отказаться, - он помедлил, стараясь поймать ее взгляд, -
ради меня?
Ее сердце дрогнуло, но она усилием воли заставила себя остаться спокойной.
- Думаю, ты не пожелаешь слишком долго присматривать за уже немолодой
старой девой. - В ее беспечных словах
послышалась печаль. - Тебе, без сомнения, это скоро надоест, и нам придется
расстаться. А я пропущу великолепное
приключение, которое вот-вот начнется.
- Уинни, я...
- Уинни, Мэтт!
Голос Сабрины нарушил их уединение, и они отшатнулись друг от друга, как
дети, пойманные в момент шалости. Уинни
замечала, что последнее время ее невестка как-то странно на нее посматривает.
Сабрина, очевидно, ничего не сказала Николасу.
Брат неблагосклонно отнесся бы к их отношениям и, вполне возможно, вызвал бы
Мэтта на дуэль. Уинни не представляла себе,
кто победит, и не испытывала желания это узнать.
- Вот вы где. - Из-за поворота показалась Сабрина. - Уинни, не могла бы ты
помочь Белинде? Она пытается уложить свои
вещи, и у нее ничего не получается. Понять не могу, зачем ей столько одежды.
Если бы нам удалось убедить ее отказаться от
платьев и воспользоваться более практичной мужской одеждой, которую носим мы,
жизнь стала бы намного проще для нас
всех.
- Посмотрю, чем я смогу помочь.
Уинни бросила последний долгий взгляд на Мэтта и поспешила к Белинде.
Мэтт с мрачным видом смотрел ей вслед.
Сабрина, прищурившись, обратилась к Мэтту:
- Всю неделю я не могу выбрать минуту, чтобы побыть с тобой наедине. Мэтт,
мы должны поговорить.
Взгляд Мэтта все еще был устремлен в ту сторону, а скрылась Уинни.
- В чем дело?
Сабрина собралась с духом:
- Николас все знает, Мэтт.
Мэтт нахмурился и пожал плечами.
- Меня это не удивляет. Рано или поздно он должен был узнать. Я даже
удивлен, что все тихо. И пока он еще не грозился
убить меня или сделать что-нибудь похуже. Мне бы очень не хотелось так поступить
с ней.
- С ней? - растерянно спросила Сабрина. - С кем? О чем ты говоришь?
Мэтт сердито посмотрел на нее:
- А ты о чем говоришь?
- Я говорю о нас с тобой и о нашем прошлом. Я говорю о наших прошлых делах.
- В ее голосе чувствовались раздражение и
некоторый сарказм. - Может быть, ты забыл о наших делишках? Скалы? Море? Ночные
встречи? Явное нарушение законов? И,
черт побери, контрабанду! Он еще не знает о моей причастности к этому, но знает
о тебе.
Лицо Мэтта просветлело.
- Так он знает. Прошло столько времени, что я сомневаюсь, что он что-то
сможет сделать. Мы не на английской земле, и я не
англичанин.
Неужели Мэтт всегда был таким тупым? Почему она не может заставить его
понять? Сабрина тяжело вздохнула и сделала
еще одну попытку:
- Возможно, я плохо объяснила. Он знает о тебе благодаря названию корабля,
который ты так любезно назвал в мою честь.
- Ты так и не поблагодарила меня за это, - заметил он с наглой усмешкой.
- И никогда не поблагодарю. Это оказалось причиной всех его подозрений.
- Я все равно не понимаю...
- Мэтт, тем агентом был Николас. Правительственным шпионом, который почти
раскрыл мою тайну, - у нее вырвался стон. -
Тем человеком, которого я оглушила ударом по голове дважды и оставила на берегу.
- Она повысила голос:
- Тем самым, которого я поцеловала там в пещере.
Насмешливые морщинки собрались в уголках его глаз,
- Ты никогда мне не говорила, что целовала его.
- Да, это был глупый порыв, о котором я сожалею.
Сабрина скрестила на груди руки. "Странно, что Николас в своем рассказе не
упомянул о поцелуе. Почему он скрыл эту
единственную подробность?" Она наморщила нос.
- Он, очевидно, думает, что леди Би не только преступница, но и потаскушка.
Все десять лет он сокрушался и переживал, что
не сумел поймать меня.
- И за этого человека ты вышла замуж? - изумился Мэтт.
Вид у нее был несчастный, она кивнула.
Он расхохотался, и она с недоумением посмотрела на него. Чем дольше Мэтт
смеялся, тем сильнее разгорался ее гнев. Он
вытер выступившую от смеха слезу.
- Ты вышла замуж за единственного человека во всей Англии, вероятно, во
всем мире, которому больше всего на свете
хочется бросить тебя в тюрьму? О, это действительно забавно, Бри!
Его легкомысленное отношение возмутило ее:
- Я не единственная, у кого есть секреты от Николаса. Как ты думаешь, что
он сделал бы, узнай о том, что ты соблазняешь
его сестру?
Мэтт замер.
- Я люблю ее, Бри.
Сабрина усмехнулась:
- Мне трудно в это поверить, Мэтт. Ты не из тех, кто по уши влюбляется в
женщину. Уинни очень мила, но ее ум затмевает
ее хорошенькое личико. Не могу поверить, что такая женщина могла бы тебе
подойти. Грустная улыбка мелькнула на его лице.
- Это действительно кажется маловероятным, но это правда. Она умна и
красива и вообще замечательная женщина, и я не
представляю себе жизни без нее. - Он вздохнул. - Но все дело в том, что, помоему,
она не представляет себе жизни со мной.
- Безусловно, я могу это понять. - Сабрина задумалась. - И в то же время
такая безнадежная старая дева была бы рада
любому предложению, даже твоему.
- Я не спрашивал ее, - покачал он головой, - но она дала мне понять, что ее
не интересует замужество. У нее какие-то глупые
намерения объехать весь мир в поисках приключений. Боюсь, мне нет места в ее
планах.
- Но ты хотел, чтобы было? - тихо спросила Сабрина.
Она увидела в его глазах затаившееся страдание.
- Сильнее всего, Бри. - Он горько рассмеялся. - Какова ирония судьбы!
Здесь, в Каире, где любая вещь и даже многие люди
имеют свою цену, я обнаружил, что больше всего на свете я хочу единственного,
чего нельзя купить ни за какую цену. - Он
посмотрел вдаль. - Поэтому я решил не ехать с вами, Бри. Золото золотом, но я не
смогу смотреть на нее, радующуюся своему
первому приключению, и знать, что это все, что отведено нам.
- Никогда не думала, что ты трус, Мэтт.
- Просто так будет лучше, вот и все, - с болью произнес Мэтт. Он замолчал,
а Сабрина не находила слов. Он выглядел таким
отчаявшимся, что она больше не сомневалась в его искренности. Как бы отгоняя
мрачные мысли, Мэтт тряхнул головой и
повернулся к ней:
- Николас любит тебя, Бри?
Она задумчиво улыбнулась:
- Я сама хотела бы это знать. Иногда, когда он обнимает меня, я почти в
этом уверена. Но он так умело обращается с
женщинами, у него богатый опыт, и он всегда знает, что сказать и как сказать. Я
не верю, когда он говорит о любви. Слова
признания с такой легкостью слетают с его губ.
- Поэтому ты не знаешь, что он сделает, когда поймет, что пресловутая леди
Би и его молодая жена - одно лицо?
- Мысль об этом приводит меня в ужас. Я бы предпочла прожить всю жизнь с
этой тайной, чем заслужить его осуждение. -
Она помолчала и собралась с мыслями. - Я бы хотела обмануть себя и жить
несбыточной мечтой, надеясь, что его любовь ко
мне окажется сильнее его чувства долга и чести, чем жить с уверенностью, что
этого не будет.
- Это произошло так давно, Бри, - с нежностью произнес Мэтт. - Ты не
думаешь, что он уже все забыл?
Она печально покачала головой.
- Мы говорили с ним на палубе. Он не забыл, - она понизила голос до шепота,
- и не простил.
- Я сохраню твою тайну, Бри.
- Я знаю, Мэтт. - Она улыбнулась сквозь выступившие слезы. - Ты всегда умел
хранить тайны.
Эту землю, изнывающую от зноя, иссушенную солнцем и чертовски неуютную, мог
придумать только сам дьявол. По
улицам Каира бесконечным потоком двигались в темных одеяниях язычники,
считавшиеся в Богом забытой стране
человечеством. Однако следует сказать несколько слов в пользу этого
нецивилизованного мира. За несколько жалких монет
здесь можно было купить и преданность, и нужные сведения. Сразу же по прибытии в
город он нанял шпионов, чтобы следить
за Сабриной и ее спутниками. Теперь он знал не только об их приготовлениях, но и
о выбранном ими пути.
Его идиоты-компаньоны хотели встретиться с Сабриной еще в Каире. Но он
убедил их, что для них намного выгоднее
увидеться с ней вдали от города, где им могут помешать. Компаньоны согласились
потерпеть и двигаться следом, выжидая
удобного момента для встречи. Они приехали с опрометчивым намерением жениться на
ней и таким образом спасти ее
репутацию. Сначала это казалось абсурдным, но после некоторого размышления он
понял, что это нисколько не мешает его
собственным планам. Если ему придется жениться на леди Стэнфорд, то все ее
состояние, включая и золото, будет
принадлежать ему. А прекрасная леди в его постели станет восхитительной
наградой. Он едва не рассмеялся в предвкушении
будущего удовольствия.
- Да я и ногой не дотронусь до этого грязного животного!
Белинда с отвращением посмотрела на опустившегося на колени верблюда,
который ответил ей не менее злобным взглядом.
- Позволь заметить, что тебя должно беспокоить совсем другое место, а не
нога. - В ответ на это робкое замечание Эрика
испепелили взглядом, первоначально предназначавшимся верблюду.
- Мама! - воскликнула Белинда. - Я не могу ехать на верблюде. Просто не
могу.
- Можешь и поедешь, - не допускающим возражений тоном сказала Сабрина.
Белинда наморщила нос в точности так, как это делала Сабрина.
- Он омерзителен. Почему я не могу поехать на лошади? Почему я должна
рисковать жизнью и здоровьем, на этой скотине?
- Ты видишь где-нибудь лошадь? - теряя терпение, спросила Сабрина.
Белинда отрицательно покачала головой.
- Тогда садись своей проклятой задницей на это животное, сейчас же!
Белинда топнула ногой и скрестила руки:
- Не понимаю, почему я должна это делать. У меня нет ни малейшего желания
тащиться по пустыне в поисках каких-то
дурацких древних черепков.
- Черепков? - озадаченно повторила Сабрина.
- Да, так мне Эрик объяснил.
Сабрина повернулась к молодому человеку, единственным желанием которого
было оказаться сейчас в любом другом месте,
только не между матерью и дочерью.
- Эрик, какие черепки?
- Так сказал отец, - пожал плечами Эрик, - чиновнику паши, когда мы брали
разрешение на раскопки. Он сказал им, что
здесь мы на отдыхе и леди пришла в голову идея найти какие-нибудь древности. Он
сказал, что, стараясь угодить им, то есть
вам, он охотно взял на себя труд получить разрешение.
- В тот момент это казалось подходящим объяснением. - Николас и Уинни
подошли к собравшимся около злобно
смотревшего на толпу верблюда. - Принимая во внимание огромное количество
европейцев, хлынувших сейчас в Египет, нас
больше ни о чем не спросили.
- Мама, просто не понимаю, - вздохнула Белинда, - что на тебя нашло.
Бросить дом и путешествовать...
Сабрина схватила дочь за руку и оттащила в сторону-
- Мы здесь не ради черепков.
- В самом деле?
- Нет, - чуть слышным шепотом заверила Сабрина.
- Мы ищем золото. Его оставили здесь французы двадцать лет назад.
- Золото? - удивленно распахнула голубые глаза Белинда. - И много золота?
- Да, - почти прошипела Сабрина.
- О Боже. - Белинда застыла на мгновение, затем расправила плечи и
посмотрела матери в глаза. - Тогда ладно. Чего же мы
ждем?
Она повернулась на модных каблуках, махнула рукой проводнику и позволила
посадить себя в странное сооружение из
одеял и кожи, служившее седлом. Проводник заставил верблюда подняться, и Белинда
оказалась высоко над ними. Она
побледнела, но сумела храбро улыбнуться. Волна материнской гордости захлестнула
Сабрину. Может быть, в конце концов,
ребенок что-то унаследовал от нее.
- Сабрина, - Николас отвел ее в сторону от каравана, - у нас нет
необходимости все это переносить. Тебе не нужно это золото.
Теперь ты моя жена, и я могу дать тебе все, чего ты только пожелаешь.
Она упрямо поджала губы.
- Ты сказал, что поедешь со мной.
- Черт побери, Сабрина, конечно, я поеду с тобой. - Его глаза потемнели. -
Но чем ближе мы к ожидающему нас
разочарованию, тем бессмысленнее становится наше предприятие. - В ее взгляде он
увидел упрек и поднял глаза к небу:
- Ладно, сдаюсь. Я напрасно надеялся, что, в конце концов, ты опомнишься.
Он взял ее за плечи и заглянул в глаза.
- Зачем тебе золото? Почему это так важно для тебя?
Она упрямо подняла голову. Он никогда не сможет понять ее стремление быть
материально независимой, даже от него.
- Это поиски сокровищ, и ничего более. Я начала их и доведу до конца. - Она
твердо посмотрела ему в глаза, увидела в них
сомнение и поняла, что он не поверил ей. Итак, где же лошади?
- Я отвечу тем же вопросом, который ты задала Белинде: ты видишь где-нибудь
лошадь?
- Нет. Но я полагала...
- Я не смог достать ни одной. - Он устало провел рукой по волосам.
- Что ты хочешь эт
...Закладка в соц.сетях
