Жанр: Любовные романы
Всего один шанс
...втрака. Это правда, Кайл! Да
неужели я стала бы заниматься с тобой любовью, если бы собиралась продолжать
расследование?
— И когда же закончилось твое расследование? Когда я закрыл тебя от пуль
своим телом? — Он горько рассмеялся. — Или когда я стянул с тебя платье и
поволок в постель?
— Нет. Все закончилось, когда я поняла, как ты мне дорог.
Эти слова, внезапно вырвавшиеся из потаенного уголка души, поразили Сару не
меньше, чем Кайла.
— Чушь!!! — взревел он. — Тебе плевать на меня!
Она схватила его за локоть — он с отвращением стряхнул с себя ее руку. Сара
сникла.
— Хорошо. Можешь считать меня бессовестной лгуньей, если тебе от этого
легче. Но сейчас я сказала правду. Ты очень дорог мне, Кайл. Я никогда не
причиню тебе зла.
Он отвернулся. Прошло несколько секунд: когда Кайл снова повернулся к Саре,
лицо его было безжизненным, словно у мраморной статуи.
— Значит, так. Сейчас мы пойдем на завтрак. Не ради меня, а на случай, если
убийца еще не оставил свой замысел. После этого мы попрощаемся и разойдемся
в разные стороны. Я не хочу больше тебя видеть. Ясно?
Несколько мгновений Сара могла только беспомощно мотать головой и раскрывать
рот, словно выброшенная на берег рыба. Разум, гордость — все было забыто.
Кайл отрезал ее от всего, что стало ей дороже жизни. Что стало ее жизнью.
— Нет... не верю... ты не можешь...
— Как видишь, могу. Иди сейчас в номер Мервина и Марлы. Я распоряжусь, чтобы
после завтрака охрана отвезла тебя туда, куда ты скажешь.
Теперь Сара вспомнила о гордости — о единственном, что у нее осталось.
Вздернув подбородок, она мужественно встретила тяжелый взгляд Кайла.
— Не надо. Я способна сама о себе позаботиться.
И, повернувшись, вышла из номера. Она потеряла Кайла. Потеряла навсегда. Но
еще страшнее осознание того, что он ей не просто
дорог
. Она его любит.
Всем сердцем и душой любит человека, который видит в ней ядовитую гадину.
Едва Сара скрылась за дверью, Кайл рухнул на диван и, закрыв лицо руками,
разразился изощренными проклятиями — словно надеялся, что, излив ярость,
освободится от тяжелого кома в горле и тупой боли в груди. Напрасно
надеялся.
Итак, Сара его обманывала. Обманывала в главном — лгала о том, кто она и что
ее с ним связывает. Она полагала, что он убил ее подругу! Собирала
доказательства, чтобы отправить его на электрический стул! В чем еще она
солгала? Сара уверяла, что все остальное — правда; но Кайл больше ей не
верил. Быть может, напрасно он думал, что ребенок от него? Что, если это
тоже ложь? Что, если, ослепленный обаянием Сары, он поддался самообольщению?
Дверь распахнулась, в номер влетел Мервин.
— Что у вас стряслось, черт побери?!
— Я узнал о ней правду, — глухо сказал Кайл.
Мервин воспринял это известие с удивительным спокойствием. Он устроился в кресле и поинтересовался:
— Как же ты узнал?
— Ее друг, детектив Тони Фонтино, был так любезен, что заглянул сюда и все
мне рассказал.
Мервин вскочил.
— Он что, хочет арестовать ее прямо здесь? Черт побери, пресса нас в клочки
разорвет! Я с самого начала знал, что из-за этой девки у нас будут большие
неприятности!
— Он не собирался ее арестовывать. Сара работает в полиции.
Несколько секунд Мервин не мог произнести ни слова — только открывал и
закрывал рот, словно рыба, выброшенная на песок.
— Она... что?
— Она расследовала смерть Эйлин Хеттенбак. Они были подругами, и за
несколько часов до смерти Эйлин звонила Саре. — Кайл сделал паузу, стараясь
овладеть собой, изгнать из голоса клокочущий гнев. Но, едва заговорил снова,
понял, что ничего у него не вышло. — Она считает, что ее убил я.
— Черт возьми! — Мервин принялся мерить комнату шагами. — Она расскажет об
этом журналистам?
— Не думаю. Не знаю, что она теперь станет делать.
Мервин витиевато выругался.
— А какое отношение ко всему этому имеет звонок доктора Мертонса?
— Он звонил? Я не знал.
— Вчера вечером и сегодня утром. Сказал, что это важно.
Жаль, что доктор не догадался позвонить мне на мобильный, подумал Кайл. Быть
может, его звонок отвлек бы меня... и не позволил совершить роковую ошибку.
Он набрал номер.
— Доктор Мертонс? Это Кайл Маккол.
— Рад вас слышать. Что ж, нам повезло! Я нашел лабораторию, где проводился
анализ. По счастью, в документах Сара значится под настоящим именем. Думаю,
вам стоит знать результат, анализ дал точный ответ. Отец этого ребенка — вы.
Ну почему все так не вовремя? Кайл заскрипел зубами, едва сдерживаясь, чтобы
не излить свою ярость на ни в чем не повинного доктора.
— Я — отец ребенка... — повторил он. — Вы уверены?
— Тест дает почти стопроцентную гарантию. Но, если хотите, можем повторить.
— Нет. — Кайл глубоко вздохнул. — Спасибо вам.
В свете утренних событий радостная весть обернулась кошмаром. Кайл не
представлял, что теперь делать. Будущее — после того, как повесит трубку, —
казалось ему какой-то черной дырой.
— Не за что, Кайл. Если вам интересно, — безмятежно продолжал доктор, — я
определил и пол ребенка.
Интересно ли ему знать пол ребенка? Кайл не знал. Вообще ничего больше не
знал. Все страшно усложнилось. Значит, ребенок все-таки от него! Его
ребенок, которого носит чужая женщина. Нет, черт побери, не просто чужая!
Женщина, которая считает его убийцей.
— Кайл! — послышался голос в трубке. — Вы меня слышите?
— Слышу. Но не горю желанием узнать пол ребенка. Сообщите лучше Саре, когда
будете с ней разговаривать.
И Кайл отсоединился.
— Значит, ребенок твой? — спросил Мервин.
— Мой.
— Черт побери, час от часу не легче! — Мервин снова заметался по комнате. —
Она это использует. Если она считает, что ты убил Эйлин, голову даю на
отсечение, она использует беременность, чтобы тебе навредить! Расскажет все
газетчикам. Это погубит и кампанию, и тебя!
— Не понимаю, как она может это использовать. Мы уже объявили о помолвке.
Что с того, что она носит... моего ребенка?
На последних двух словах Кайл споткнулся. Сможет ли он когда-нибудь
выговаривать их без того, чтобы сердце камнем не падало куда-то вниз?
— Она может рассказать об оплодотворении и заявить, что за этим стоял ты.
— Может. Но... нет, Сара не пойдет на такое только ради того, чтобы мне
навредить. Да и к чему? Достаточно объявить, что она считает меня убийцей
Эйлин Хеттенбак.
Мервин устремил в лицо Кайла цепкий внимательный взгляд.
— Даже сейчас ты ее защищаешь.
— Просто придерживаюсь фактов.
— И факты эти исходят от женщины, которую ты поймал на лжи! — с каким-то
мстительным удовольствием добавил Мервин.
Кайл вскочил с дивана, словно подброшенный, и, бросившись к бару, плеснул
себе в бокал виски.
— Я знаю, что она лгунья! Черт побери, не надо мне об этом напоминать снова
и снова!
Мервин демонстративно взглянул на часы.
— Ладно, отложим споры. Нам пора. Надо будет еще объяснить, почему твоя
невеста не смогла к нам присоединиться, но ничего, я что-нибудь придумаю.
Кстати, где она? Пусть охранники за ней приглядывают, чтобы не натворила каких-
нибудь глупостей!
Кайл медленно поставил стакан на стол.
— Она у тебя в номере. Я велел ей идти туда.
— Когда?! — воскликнул Мервин.
— Незадолго перед тем, как ты пришел.
— Так вот, у меня ее нет. И в холле ее тоже не было — я бы заметил.
Кайл полагал, что самое страшное с ним уже случилось, но, как видно, ошибся.
Что может быть хуже, чем узнать, что Сара ему лжет? Только узнать, что она
пропала.
— Если она ушла из отеля, я...
— Я уверен, она где-то здесь. Вряд ли она бросится бежать, особенно если
надеется, что ты все простишь и забудешь. Должно быть, забилась в какой-
нибудь укромный уголок и обдумывает следующий шаг. Я прикажу охране ее
разыскать. А ты тем временем произнесешь свою речь и постараешься потянуть
время. Пошли.
Кайл не знал, как выдержит это мероприятие. Ему оставалось только надеяться,
что охранники быстро разыщут Сару. Да, она лгунья, предательница — но жизнь
ее по-прежнему в опасности.
— Не переживай, — словно прочтя его мысли, сказал Мервин. — Она же
полицейский, она сумеет за себя постоять.
Возможно. И все же Кайлу было бы куда спокойнее, будь Сара рядом.
16
Сара прислонилась к стене и закрыла глаза. Нет, она не заплачет. Слезами
делу не поможешь, от слез только хуже — этот урок она еще в детстве усвоила.
Но одинокая слеза знать не хотела ни о каких уроках, усвоенных в детстве.
Она выкатилась из-под ресниц и потекла по щеке, и Сара сердито смахнула ее
ладонью.
Из банкетного зала доносились голоса. Кто-то проверял микрофон. В воздухе
вился аппетитный аромат кофе и свежих булочек. Но где же Кайл? Странно, по
ее расчетам, ему давно пора быть на месте. Впрочем, как и ей самой. Она не
вправе его подводить. Это ее долг. Стоять рядом с человеком, который ее
ненавидит, улыбаться, принимая поздравления, изображать счастливую невесту.
Как бы ни было больно.
Кто-то коснулся ее плеча. Сара мгновенно собралась — это может быть убийца,
а она не вооружена! Резко развернувшись, она приготовилась ударить
противника локтем в лицо, но вовремя остановилась, увидев перед собой Марлу.
— Ой! — Марла отскочила, выставив перед собой руки. — Похоже, ты сегодня не
в духе!
— Это уж точно, — пробормотала Сара.
— И что ты вообще здесь делаешь? Тебе давно пора быть на банкете... Господи,
что у тебя за вид! Да ты, кажется, плакала? Что случилось? С Кайлом
поругались?
— А вы еще не знаете?
— О чем не знаю? — переспросила Марла.
Что ж, пусть лучше узнает от Кайла. И неважно, что он расскажет сестре.
Захочет выставить ее лгуньей и обманщицей — его право.
Выхватив из сумочки пудреницу, Марла подступила к Саре и принялась
припудривать ее покрасневшие глаза и щеки.
— Это как-то связано со звонками доктора Мертонса?
— Доктора Мертонса? Когда он звонил?
— Сегодня утром и вчера вечером. Говорил, что получил результаты какого-то
анализа. — Марла спрятала пудреницу обратно в сумку. — О чем это он?
Должно быть, о результатах генетического анализа. Но говорить об этом с
Марлой не стоит. И думать тоже. Сначала надо собрать по кусочкам и склеить
разбитое сердце.
— Не знаю, — солгала Сара.
— Что ж, перезвони ему позже. — Марла взяла Сару под руку. — А теперь пошли
в зал. И не вешай нос, смотри веселей!
Сейчас Сара даже ради спасения жизни не смогла бы
смотреть веселей
.
— Придется им принять меня такой, как есть.
— Ну хотя бы постарайся улыбнуться! Вот так. — И Марла продемонстрировала
сияющую улыбку. — Видишь, как просто? Ничего, привыкнешь. У Кайла такие
мероприятия не реже двух раз в неделю, а ближе к выборам расписание станет
еще насыщеннее.
Но уже без меня, уныло подумала Сара.
— Спасибо вам, — пробормотала она.
— Послушай, когда весь этот балаган закончится, почему бы нам не
познакомиться поближе? Посидим, выпьем, ты мне пожалуешься на эту свинью,
моего братца...
Сара покачала головой.
— Он вовсе не свинья.
— О, я, кажется, понимаю! — протянула Марла. — Раньше была не уверена — но у
тебя просто на лице написано, что ты любишь Кайла!
— Нам пора, — напомнила Сара и вошла в зал первой.
— Только этого не хватало, — прошептала у нее за спиной Марла. — Здесь
Гришэм — и идет он прямо к нам.
Сара напомнила себе, что здесь, на глазах у сотни свидетелей, Гришэм ничего
ей не сделает. Но сердце не желало прислушиваться к доводам разума: при
одной мысли о столкновении с врагом начинало стучать, словно отбойный
молоток.
— Что он здесь делает? — спросила Сара.
— Общество гражданского содействия пригласило на завтрак обоих кандидатов.
Они еще не решили, за кого голосовать.
Приблизившись к ним, Гришэм сухо поздоровался с Марлой, затем повернулся к
Саре.
— Рад вас видеть, мисс Ригби.
Сара промолчала. Рауди Гришэм, на ее взгляд, не заслуживал даже простой
вежливости.
— Я кое-что о вас разузнал, — заговорил он, по-крокодильи улыбаясь. —
Интересные вещи мне открылись, знаете ли.
— Могу представить. Но о том, что я работала у Неда, вы должны были знать,
раз он ваш приятель.
— Да, вы разносили коктейли в ночном клубе. Странно, что газетчики до этого
еще не докопались. — Он даже не потрудился замаскировать угрозу.
— Полагаю, скоро они об этом узнают. От вас.
— Разумеется. Это мой гражданский долг. — Помолчав, он снова улыбнулся. — А
еще я расскажу им о вашем сомнительном прошлом. Марла, вы, должно быть, уже
в курсе?
Покосившись на Марлу, Сара мысленно восхитилась ее самообладанием. Каким-то
чудом женщине удалось удержать на лице безразлично-благожелательную улыбку.
— О Саре я знаю многое, — ласково ответила она. — И о вас тоже. Говорят,
например, что вы ублюдок, каких свет не видал, и импотент к тому же. Это
правда?
Улыбка Гришэма померкла.
— У меня есть доказательства! Скоро все узнают, что представляет собой
невеста Кайла Маккола!
— Ну хватит! Пора все это прекратить — раз и навсегда!
Сара решительно шагнула к сцене, но Марла схватила ее за локоть и зашептала:
— Не позволяй ему тебя спровоцировать! Подумай о Кайле, о его кампании...
— Об этом я и думаю. Не хочу, чтобы Гришэм использовал меня в своих грязных
играх.
Сара поднялась на сцену и подошла к микрофону. Гул голосов постепенно затих.
— Думаю, все вы уже знаете, что меня зовут Сара Ригби и что я обручена с
Кайлом Макколом. Мистер Гришэм только что поведал мне, что намерен
распустить слухи. Слухи, которыми он надеется очернить и дискредитировать
моего жениха. Чтобы пресечь сплетни и догадки, я расскажу вам все как есть.
Глазами она отыскала Гришэма. Вид у него был слегка обескураженный. То ли
еще будет, когда я закончу свою речь! — злорадно подумала Сара.
— Я — офицер полиции.
По залу пробежал изумленный шепоток. Гости обменивались потрясенными
взглядами. Сара посмотрела на Марлу — та, казалось, едва держалась на ногах.
— Я... — Голос внезапно сел, и Саре пришлось откашляться. — Я вела
неофициальное расследование смерти Эйлин Хеттенбак, женщины, утонувшей в
бассейне в поместье Маккола. Больше никто в расследовании не участвовал. Я
действовала одна. — Последнее Сара добавила, чтобы выгородить Тони. — Я
хотела убедиться, что произошел несчастный случай, а не убийство.
— Если я правильно вас понял, вы, как представитель закона, полагаете, что
Кайл Маккол как-то причастен к смерти мисс Хеттенбак? — По лицу Гришэма
нетрудно было догадаться: он чувствует себя золотоискателем, нежданно-
негаданно напавшим на золотую жилу.
Сара хотела ответить, но, почувствовав на себе чей-то взгляд, посмотрела в
кулису. Там стоял Кайл. И на лице его была написана ненависть. Чистая,
беспримесная ненависть. Обращенная на нее, Сару.
Когда Кайл увидел Сару на сцене, у него едва не остановилось сердце. Что она
там делает? Зачем привлекает к себе внимание? Пока она стоит там, ее легко
подстрелить...
Но в следующий миг он услышал:
Я хотела убедиться, что произошел несчастный
случай, а не убийство
. Лучше бы она вонзила ему нож в спину!
— Что она делает, черт побери?! — воскликнул Мервин. — Мы должны ее
остановить! Она тебя погубит!
В этом Кайл не сомневался. Но сейчас он думал о другом. Если они с Мервином
взбегут на сцену и заставят Сару замолчать, собравшиеся в зале, быть может,
так и не услышат, что она хотела сказать, но сразу поймут, что между
Макколом и его невестой происходит что-то неладное. Так у него появится
мотив для убийства. А у нее — причина быть убитой. Нет, пусть Сара
договаривает.
— Мои подозрения не подтвердились, — продолжала Сара. Голос ее заметно
дрожал. — Я не нашла никаких подтверждений тому, что Кайл хотя бы знал
Эйлин, не говоря уж о его причастности к убийству. Надеюсь, мои слова
положат конец слухам и сплетням. Я никогда не обручилась бы с человеком,
которого считаю ответственным за смерть моей подруги.
— Откуда нам знать, что вы правы? — прорезал шум зычный голос Гришэма. —
Ведь изначальные ваши подозрения были на чем-то основаны. Что-то заставило
вас предположить, что Маккол виновен!
Сара стояла, расправив плечи и гордо вздернув подбородок, но глаза ее были
полны боли.
— Как я уже говорила, Эйлин была моей подругой. Я чувствовала, что обязана
выяснить, что произошло, и добиться справедливости. Но теперь я знаю: Кайл
невиновен. В этом я готова поручиться своей жизнью.
Воцарилось молчание. Сара неловко кивнула и поспешно сошла со сцены.
— Черт побери! — пробормотал Мервин. — Что же теперь делать? Хочешь, я
поднимусь и...
— Не надо, — прервал его Кайл. — Говорить буду я.
Он должен защитить ребенка. И Сару. Любой ценой.
Кайл торопливо вышел на сцену и взял микрофон.
— Как вы уже слышали, моя невеста — офицер полиции. Мы познакомились, когда
она расследовала несчастный случай, произошедший в моих владениях. Но теперь
расследование окончено, и я перейду к личным вопросам. Мы собирались
объявить об этом в ближайшее время, сейчас, думаю, момент подходящий. Мы
ждем ребенка.
Реакция была такая, какой он и ожидал: переглядывания, смущенные улыбки,
поздравления... Гришэм позеленел от злобы. Кайл поискал глазами Марлу и
Мервина — на их лицах отражались примерно те же чувства. Да, не так он
надеялся сообщить сестре, что у нее скоро появится племянник — или
племянница! Но убийца не оставил ему выбора.
— Понимаю, некоторых избирателей эта новость шокирует, — продолжал Кайл. —
Все, что я могу сказать по этому поводу, — беременность мы не планировали,
однако хотим ребенка и с нетерпением ждем дня, когда станем отцом и матерью.
Кайл спустился со сцены — и столкнулся лицом к лицу с сестрой. Он протянул к
ней руку, но она его оттолкнула.
— Черт бы тебя побрал! — прошипела Марла сдавленным от злобы голосом и,
повернувшись, бросилась прочь из зала.
Кайл не побежал за ней. К полной откровенности с сестрой он был пока не
готов. Пусть полиция найдет доказательства, что за заговором стоит Гришэм.
Пусть опасность останется позади. Тогда он постарается помириться с Марлой.
А пока что положение — хуже некуда. Сестра зла на него, как черт. Мервин,
без сомнения, тоже. Что уж говорить о Саре!
Она, конечно, думает, что он ее ненавидит. Но это не так. Там, в номере, в
нем говорила не ненависть, а потрясение. Черт возьми, не каждый день
узнаешь, что мать твоего ребенка служит в полиции и подозревает тебя в
убийстве! Точнее подозревала. Ясно, что теперь она так не думает. Чтобы
обелить его, она рискнула всем. Выйти на сцену, смело раскрыть свое
инкогнито — это могло стоить ей работы. А может быть, и жизни — если убийца
в зале. Но она это сделала. Ради него.
Она еще не знает результатов анализа ДНК. И, должно быть, когда узнает, не
обрадуется. Сейчас она скорее всего надеется, что сперма принадлежала кому-
нибудь другому. А быть может, и проклинает свою беременность... Следующая
мысль заставила Кайла похолодеть. Нет, Сара никогда этого не сделает! Не
избавится от ребенка только потому, что ненавидит его отца! Но что, если...
Он должен ее найти. Должен с ней поговорить.
Все объяснить. Извиниться. Как можно скорее. Ради ребенка. Нет, не только
ради ребенка. Ради самого себя. Ради них обоих. Если Сары не будет рядом,
ему незачем будет жить.
Вставив в замок ключ-карточку, Сара распахнула дверь номера. Она заберет
свою сумочку и уйдет, пока Кайл и его родственники ее не хватились.
Встречаться с ними лицом к лицу она сейчас не может. Жаль, что все ее деньги
остались в доме Кайла, но, может, удастся выручить их с помощью Тони
Фонтино?
Если Тони захочет с ней разговаривать. Она ведь практически вышвырнула его
из номера. А ее публичное заявление наверняка принесет ему немало
неприятностей. Как убедить начальство, что Тони не причастен к ее авантюре и
за нее не отвечает? И, что гораздо важнее, — как убедить Тони, чтобы он ее
простил?
Влетев в спальню, Сара выхватила из шкафа свою сумочку. Солнечный луч,
отразившись в зеркале, сверкнул на блестящем ободке. Обручальное кольцо.
Можно его продать и выручить деньги для ребенка... но Сара знала, что не
сделает это. Никогда. Пусть у нее останется хоть что-то на память о Кайле.
Нет, не надо так думать. У нее останется самое главное — ребенок.
Сара вдруг почувствовала: в том, чтобы оставить кольцо у себя, есть что-то
бесчестное. Словно она воспользуется благородством Кайла. Нет, ей ничего от
него не нужно. Сняв кольцо, она бережно положила его на стол. На глазах
выступили слезы, и Сара сердито тряхнула головой. Нареветься она еще успеет.
Сейчас перед ней куда более важная проблема — как выбраться из отеля? Скорее
всего, люди Кайла дежурят и у дверей. Едва ли ей удастся выйти из отеля
незамеченной. Но что, если попробовать...
Конечно, надежды мало. Едва ли Тони сможет ее простить после всего, что она
натворила. И все же она попытается снова попросить помощи у своего верного
друга. В последний раз. Сняв телефонную трубку, Сара набрала номер детектива
Фонтино.
Несколько минут спустя, закончив разговор, Сара хотела покинуть номер. В
дверь постучали. Сара замерла. Тони не мог появиться так быстро, и потом,
они договорились встретиться в холле. Кайл? Нет, у него есть ключ. Значит,
кто-то из Бартлеттов? Но что, если... А у нее нет с собой даже револьвера!
Приказав себе не трусить, Сара подошла к двери.
— Кто там?
— Сара, Кайл с вами? — послышался из-за двери встревоженный голос Мервина.
Облегченно вздохнув, она открыла дверь.
— Нет, его здесь нет.
Устало вздохнув, Мервин прислонился к дверному косяку. Сегодняшние волнения,
как видно, не прошли для него бесследно: он был очень бледен, осунулся и
теперь выглядел на все свои сорок с лишним.
Что-то в его облике смутно насторожило Сару. Что-то не так, что-то
неправильно... но, расстроенная и измученная, она не смогла сосредоточиться.
— Ну, голубушка, и наделали вы дел! — тяжело дыша, заговорил Мервин. —
Видели бы вы, что творится сейчас в банкетном зале! Но сейчас не об этом. Вы
не знаете, где Кайл? Где вы в последний раз его видели?
— Только в зале...
Сара ощутила, как по позвоночнику пробежал холодок; ее вдруг охватило острое
предчувствие беды.
— Он сказал, что пойдет за вами. Что вы, должно быть, вернетесь в номер...
Не понимаю, где же он? Может быть, он имел в виду наш с Марлой номер?
Мервин двинулся через холл к своему номеру. Сара последовала за ним.
— Если Кайл пропал, я буду искать его вместе с вами!
Остановившись, Мервин вставил карточку в щель и распахнул дверь своего
номера. Что-то в его движениях насторожило Сару: она шагнула назад... но не
так быстро, как следовало. В следующий миг, цепко схватив ее за плечо,
Мервин втащил ее в номер и выхватил из кармана револьвер с глушителем.
Не отрывая от нее глаз — холодных, безжалостных глаз убийцы — он захлопнул
дверь и нажал на кнопку запирающего устройства. Только сейчас Сара поняла,
что в облике Мервина привлекло ее внимание: на руках у него были тонкие
хирургические перчатки.
— Один звук, — прошипел он, — и мне придется прикончить тебя раньше
намеченного срока.
Свободной рукой Мервин выхватил из кармана сотовый телефон и набрал номер.
— Я выполнил обещанное, — произнес он в трубку и, выключив телефон, опустил
его в карман пиджака.
Итак, он не один. У него есть сообщник. Но кто? Может быть, Марла? Господи,
неужели в этом замешана сестра Кайла?
— Зачем ты все это делаешь? — спросила Сара.
Голос у нее не дрожал. Незачем показывать ему, как она напугана. А она
боится до смерти — и не за себя. И не только за ребенка. За Кайла. Слишком
хорошо Сара понимала, что сделает Мервин, едва Кайл попытается сюда войти.
— Самый древний мотив на свете — деньги. Мне нужны средства из
доверительного фонда. Все, не только та половина, которую унаследует Марла.
И как можно скорее. На мне висит большой долг.
— Но почему ты не попросил у Кайла? Он бы не пожалел денег для
родственника...
— Несколько миллионов? Сомневаюсь. И потом, он начал бы задавать вопросы.
Слишком много неприятных вопросов.
— Например?
Сара отвлекала внимание Мервина, пытаясь придумать, как выбраться из
западни. Его сооб
...Закладка в соц.сетях
