Жанр: Любовные романы
Всего один шанс
...прекрасный человек и
надежный товарищ, но иногда безумно ее раздражает. Особенно когда начинает
опекать, словно заботливая нянька.
Что же делать дальше? Ясно одно: пока она не поймет, что происходит,
впутывать в это Тони нельзя. И идти в полицию тоже не время. Даже если
полицейские поверят ее истории, что маловероятно, — едва ли они смогут
защитить ее от Кайла Маккола и его головорезов. Если, конечно, за всем этим
и вправду стоит Маккол.
Надвинув на лоб черную бейсболку, Сара зашагала к мотелю. Мотель был из
дешевеньких. Кое-какие деньги у нее были, но поселиться в приличном
заведении Сара не решалась, опасаясь привлечь к себе внимание. По той же
причине она выбрала пригород — но не северный, где ее похитили, а восточный.
Быть может — если повезет — перемена места жительства поможет ей остаться в
живых. Условия жизни Сару не слишком волновали; к тому же в мотеле она
ненадолго. Через три дня она получит деньги и покинет Лос-Анджелес.
Остаться здесь было бы ошибкой, а она и без того сделала слишком много
ошибок. Взять хотя бы
свидание
с Кайлом Макколом.
Теперь, когда Сара отдохнула и в голове у нее прояснилось, она сама не
понимала, что на нее нашло. Надо же сотворить такую глупость! Пробраться в
один из самых шикарных отелей в городе. Взять на мушку известного политика.
И в результате ничего не добиться. А чего, собственно, она ждала? Что,
увидев ее, он рухнет на колени и во всем признается? Как же, держи карман.
Если он что-то и знал, то предпочел оставить свои знания при себе. А сама
Сара, хоть и ломала голову уже два дня, не могла взять в толк, зачем кому-
то, хотя бы и Макколу, понадобилось искусственно оплодотворять ее, а затем
убивать. Первому еще можно было найти объяснение, но второе... Бессмыслица
какая-то.
Подойдя к двери своего номера, она присела и внимательно оглядела ручку.
Пятнышко губной помады не размазано — значит, в номер не входили. Не тронута
и примитивная сигнализация, купленная на распродаже. Оглядевшись, Сара
проскользнула в номер и тут же включила сигнализацию снова.
Она зажгла свет и прошла в крохотную кухоньку, где едва помещались
микроволновка и исцарапанный стол.
Отложив сумочку, Сара принялась разгружать пакет. Гроздь винограда, пакет
молока, коробка сладких кукурузных хлопьев. На обильную еду ее сейчас не
тянуло. Неудивительно — три месяца она провела впроголодь, и желудок успел
отвыкнуть от еды. Да и вообще, говорят, в первые месяцы беременности аппетит
пропадает.
Последний предмет Сара достала осторожно, словно бомбу, готовую взорваться у
нее в руках. Тест на определение беременности в домашних условиях.
Сара внимательно прочитала инструкцию, затем недоверчиво взглянула на
крошечную пробирку, куда предлагалось
поместить образец мочи
.
— Не поместится, пожалуй! — хмыкнула она.
Тем не менее она зашла в ванную и исполнила то, что от нее требовалось.
Затем поставила пробирку на пластмассовую подставку, подставку — на
обшарпанный ночной столик, засекла время и принялась ждать.
О том, что будет дальше, Сара старалась не думать. Прежде всего надо узнать,
беременна она или нет. И от этого идти дальше. Куда идти — этого она не
знала. Она — пешка в чужой игре, и ни правила, ни название игры ей пока не
известны.
— Не кричи! — послышался вдруг голос за спиной.
Сара и не смогла бы закричать — страх сжал ей горло. Она узнала этот голос —
глубокий хрипловатый голос Кайла Маккола. Сара инстинктивно потянулась к
сумочке, но сумочка исчезла. Сара оглянулась. Кайл Маккол вышел из стенного
шкафа, сумочка болталась у него на руке. В другой руке Кайл держал
револьвер, который Сара купила два дня назад.
— Надеюсь, у тебя найдутся еще патроны, — насмешливо заметил он, давая ей
понять, что разрядил оружие.
Больше патронов не было, да Сара и не сомневалась, что он нашел бы и их, как
разыскал ее оружие. У этого человека инстинкты полицейского, хоть на копа он
совсем не похож. Даже без смокинга. Сегодня на нем были темно-синие брюки —
явно очень дорогие — и рубашка того же небесного цвета, что и глаза.
Швырнув револьвер и сумочку на кровать, он указал на пробирку.
— Если не возражаешь, я тоже хотел бы взглянуть на результаты.
— Возражаю.
— Уговорила. Остаюсь. Почему-то это ее не удивило.
— Как ты меня нашел?
В голове у нее вертелись и более важные вопросы. Много ли он знает? Выяснил
ли, кто она? Что собирается с ней делать? Может быть, прикончить на месте?
— Когда ты ушла не попрощавшись, я послал за тобой своих охранников. Они
пасут тебя уже два дня. По-моему, настало время поговорить.
Все верно. Кайл Маккол — могущественный человек. Могущественный и очень
богатый. Сара недооценила его возможности.
— Как ты обманул сигнализацию?
— Легко. Кстати, помада на двери мне понравилась. Большинство людей
использовали бы волосок или ниточку, но только не ты. Ты ведь все делаешь
по-своему, верно?
Усилием воли Сара расправила плечи. Погибать — так с музыкой. Да и непохоже,
чтобы он собирался прямо сейчас ее убить.
— Замечательно. А теперь можешь убираться.
— Не думаю. Ты первая ко мне пришла, помнишь?
— И сделала большую ошибку. А теперь уходи.
— Или что? Вызовешь полицию? — Он присел на край кровати. — Насколько я
знаю, ты с законом не в ладах. А теперь объясни, чего ты хотела добиться,
когда вломилась ко мне в номер и начала вешать мне лапшу на уши. С чего ты
взяла, что я собираюсь тебя убить?
Может, притвориться, что у меня и вправду не все дома? — подумала Сара. Нет,
не стоит. Плотно сжав губы, она опустилась напротив Кайла в потертое
пластиковое кресло.
— Что, язык проглотила? — поинтересовался он. — Или думаешь, что я просто
так отступлюсь?
Ошибаешься, Сара. Незнакомая женщина пробирается ко мне в номер, угрожает
револьвером и обвиняет в том, что я хочу ее убить. Да, и еще — что я сделал
ей ребенка. В глаза ее не видев и пальцем — да и ничем другим — не тронув. Я
не уйду, пока ты не признаешься, что пыталась меня шантажировать. Что хотела
вытянуть из меня деньги.
— Это не так.
Она отвернулась, но Кайл поднялся с кровати и подошел к Саре вплотную.
— Думаешь, ты все просчитала? — Голос его сочился едким, насмешливым
презрением. — Да, ты хорошо подготовилась. Выяснила, чем я болел. Разузнала
все про
Криогенную лабораторию
. Все сработало бы, если бы не неприятность
с пробирками, где хранилась моя сперма. Вот этого ты не знала и не могла
знать. Такие происшествия лаборатория хранит в тайне, чтобы не испортить
свою репутацию.
— Ну теперь ты наконец уйдешь? — устало поинтересовалась она.
— Подожди. Ты сказала, что хотела, теперь выскажусь я. Я тут немного
покопался в твоей биографии — и знаешь, что выяснил?
Усилием воли Сара заставила себя сохранять видимость спокойствия. Это было
нелегко — сердце ее билось так, словно хотело вырваться из груди.
— Ты никакая не Сара Филлипс.
Это конец. Надо бежать. Но как? Он с нее глаз не спускает. А снаружи
наверняка караулят его наемники.
— И кто же я?
Несколько секунд он молчал.
— Никто. Ты не существуешь. Странно, правда? Нет, Сара Филлипс существует, и
даже несколько, но ни одна из них и отдаленно на тебя не похожа. У тебя нет
водительских прав. Нет номера социальной страховки. Вообще ничего.
Сара не осмеливалась даже дышать. По хищному блеску в глазах Кайла она
догадывалась, что он прячет в рукаве козырь. Козырь, который, быть может, ее
погубит.
— Хочешь знать, что я сделал дальше? — неторопливо, растягивая пытку,
поинтересовался он.
— Нет.
Но он, разумеется, продолжал:
— Снял с револьвера отпечатки пальцев.
Сара медленно подняла глаза и встретилась с ледяным взглядом. Так она и
знала! Господи, что она за дура? Зачем вообще туда пошла? Знала, как опасен
Маккол, знала, на что он способен, и тем не менее отправилась прямо к нему в
когти! Осталось только спустить за него курок.
— И что же ты выяснил? — Выдавив из себя этот вопрос, Сара затаила дыхание.
— Отпечатки принадлежат женщине по имени Сара Ригби. Полиции она хорошо
известна. Магазинное воровство, уличное хулиганство, мелкое мошенничество.
Двадцать восемь лет. Родилась в Далласе. Как две капли воды похожа на тебя.
Последнее место работы — официантка в клубе для джентльменов. Слово
джентльмены
употребляется в переносном смысле, и слово
официантка
,
видимо, тоже. Мои люди утверждают, что
Таверна Неда
— просто притон, где
собираются проститутки и наркодилеры. И после этого станешь утверждать, что
ты не лгунья и не шантажистка?
— Хорошо, ты меня раскрыл. — Сара постаралась, чтобы в голосе не прозвучало
облегчение. — Игра окончена. Теперь, может быть, уйдешь наконец?
— Нет. Сначала ты мне расскажешь, кто тебя на это подбил. Не верю, что ты
сама сочинила такую историю. — Кайл положил руки ей на плечи и приблизил
лицо к ее лицу. Синие глаза его, словно лазеры, пронзали Сару насквозь. —
Позволь, я изложу свою версию. Мой политический соперник Рауди Гришэм —
самый грязный ублюдок из всех, какие когда-либо рвались в конгресс штата. Я
и в политику-то пошел только для того, чтобы отрезать ему путь наверх. И он
знает, что я в силах его остановить.
— Да вы настоящий бойскаут, мистер Маккол! — Сара понимала, что терять ей
нечего. Больше, чем сейчас, он уже не разозлится, это просто невозможно.
— Нет, я не бойскаут. Но в отличие от некоторых и не интриган. Думаю, Гришэм
выбрал тебя из-за твоего последнего места работы.
— Это здесь при чем? — Сара подозрительно прищурилась.
— Некая Эйлин Хеттенбак, тоже работавшая в
Таверне Неда
, восемь месяцев
назад погибла на территории моего поместья. Это был несчастный случай, но
Гришэм с тех пор не жалеет сил, чтобы повесить на меня черт знает какие
грехи.
Черт, почему она не узнала об этом три месяца назад! Сара нашла бы способ
расспросить и Гришэма, и самого Маккола... Но сейчас не время. Сейчас ей
нужно одно — убраться отсюда, и как можно быстрее.
— Гришэм любит грязные делишки, — продолжал Кайл. — Эта история как раз в
его стиле. Чего он добивается? Хочет поведать журналистам, что я совратил
бедную девушку и бросил беременной?
— Мы с Рауди Гришэмом вращаемся в разных кругах.
Сара сделала мысленную заметку: выяснить, что за человек Гришэм и как связан
со всем этим делом. Есть ли у него основания подозревать Маккола в убийстве?
Не причастен ли он к ее похищению — и ко всему, что за ним последовало?
— Но он мог на тебя выйти, — возразил Кайл. — Мог решить, что ты — тот
человек, который ему нужен. Знаешь, что, по-моему, случилось дальше? Ты
согласилась, но в последнюю минуту тебя обуяла жадность. Ты решила начать
собственную игру. И пришла со своей легендой ко мне, надеясь выколотить из
меня денежки. Ты ведь понимаешь, газетчики вцепятся в эту историю, даже если
она лжива от начала и до конца. Это ложь, да, Сара? Не было никакого
похищения. Никакого оплодотворения. Никаких убийц в масках. А только грязный
интриган от политики и неумелая мошенница, которая решила заграбастать
курицу, несущую золотые яйца. — Он крепко сжал ее плечи. — Я прав? Скажи, я
прав?
— Ты прав. А теперь, пожалуйста, уходи. Я уеду из города и никогда больше
тебя не побеспокою.
В этот миг комнату наполнил пронзительный писк. Сара подскочила, не сразу
сообразив, что это такое. Таймер на часах! Она поспешно выключила звук.
— Ну и?.. — подбодрил ее Кайл. — Давай посмотрим, что покажет тест.
— А тебе-то что за дело? Ты ведь знаешь, что я мошенница.
— Просто любопытно. — Взяв упаковку, он пробежал глазами инструкцию. — Если
ответ положительный, на дне пробирки появляется голубой кружок. — Взяв Сару
за руку, Кайл заставил ее подняться. — Давай взглянем, в самом деле.
Он подтолкнул ее к столику — Саре показалось, что он толкает ее на плаху.
Она отчаянно молилась, чтобы голубого кружка каким-нибудь чудом в пробирке
не оказалось.
— Момент истины, верно, детка? — протянул Кайл, пронзая ее холодным
безжалостным взглядом.
Сара смело встретила его взгляд. Долгая, бесконечно долгая секунда протекла
прежде, чем оба повернулись и посмотрели на пробирку.
Сара зажмурилась, инстинктивно положив руку на живот. Одного беглого взгляда
хватило ей, чтобы понять: чуда не произошло. Голубой кружок был на месте.
— О Боже мой!.. — простонала она. — О Боже мой!..
3
Кайл хмуро смотрел на голубое колечко на дне стакана. Согласно инструкции,
голубой кружок — ответ положительный. Она в самом деле беременна. Но к нему-
то, черт побери, это никакого отношения не имеет! Или...
Ребенок, разумеется, не его; но, очевидно, кто-то использует Сару Ригби,
чтобы добраться до него. Или, быть может, она сама затеяла эту аферу? И не
было ни похитителей, ни трехмесячного плена? Она все выдумала, чтобы
получить с него деньги? Или за всей этой историей стоит Гришэм?
Как ни странно, Сара смотрела на голубой кружок со страхом. В серых глазах
ее отражалось что-то такое, отчего Кайла вдруг охватило безумное желание
обнять ее, погладить по голове и сказать, что все будет хорошо. Разумеется,
он этого не сделал. Может быть, она и сумасшедшая, но он-то еще не
свихнулся!
— Не понимаю, чем ты так потрясена, — заговорил он, когда она обессиленно
рухнула на стул. — Два дня назад ты ворвалась ко мне в номер и, угрожая
револьвером, сообщила, что беременна. А теперь ведешь себя так, словно для
тебя это большой сюрприз.
— Значит, это правда... Боже мой, это правда... — еле слышно прошептала
Сара. — У меня действительно будет ребенок!
Она, утопив лицо в ладонях, облокотилась о стол, и плечи ее мелко-мелко
задрожали. Словно наказанная девочка, подумал Кайл. Только бы обошлось без
слез! Истерики — даже фальшивой — мне сейчас не выдержать. Однако приходится
признать: Сара выглядит по-настоящему расстроенной. Что ж, наверняка этому
есть объяснение. Может быть, задумывая аферу, она вовсе не собиралась по-
настоящему обзаводиться ребенком? Может быть, для нее эта беременность так
же неожиданна, как для меня, — и теперь она ломает голову, где взять денег
на ребенка, если шантаж не удастся?
— Может быть, стоит позвонить отцу и поставить его в известность? — холодно
предложил Кайл.
Сара подняла глаза. Ее взгляд был способен заморозить поток раскаленной
лавы.
— Оставь меня наконец в покое! Неужели у тебя нет неотложных дел?
— Сейчас — нет.
Кайл почему-то не мог оторвать глаз от пробирки. Голубеющее колечко властно
притягивало к себе его взор. Такая мелочь — и может перевернуть целую
жизнь... Прибегала ли к подобному тесту Мэри, его покойная жена, он не
помнил. Но за ее беременностью с самого начала надзирал целый полк врачей. И
все они оказались бессильны.
Если это работа Рауди Гришэма — старый мерзавец знал, на какие кнопки
нажимать. Беременность. Ребенок. Он знает, чем разбередить старые раны Кайла
Маккола. Почти четыре года прошло с того дня, когда Мэри умерла родами,
умерла вместе с новорожденным сыном. Четыре года Кайл прожил в аду. Четыре
года проклинал себя. Да, Гришэм — или Сара? — знает, за что его зацепить. Но
будь проклят Кайл Маккол, если позволит себе сдаться!
— Скажи мне, кто отец ребенка? — заговорил он, с усилием отрываясь от
воспоминаний о Мэри и сыне. — Он знает, что ты задумала?
Теперь Сара посмотрела на него так, словно хотела испепелить.
— Полагаю, отец ребенка увяз в этом деле по уши. Да, этот напыщенный ублюдок
прекрасно знает, что происходит, только предпочитает делать вид, что он тут
ни при чем! И я молю Бога об одном: чтобы немедленно, сию минуту вот в это
окно ударила молния и превратила его в угли!
— Как мило! Право, можно подумать, что ты это обо мне.
— Убирайся, — устало сказала Сара.
— Непременно. Но сначала ты, глядя мне в глаза, ответишь на два вопроса.
Первый: кто отец ребенка? Второй: тебя нанял Рауди Гришэм?
Она без колебаний встретилась с ним взглядом.
— Ты не хочешь слышать правду, Маккол. Ждешь, чтобы я солгала. Чтобы
сказала, что ничего не случилось, что я сама все выдумала. Тогда ты сможешь
вернуться в свой роскошный загородный особняк и обо всем забыть. Нет.
— Боишься суда? Напрасно. Все, что мне нужно, — правда.
— Правда, угодная Кайлу Макколу?
— Просто правда. За этим стоит Гришэм?
— Не знаю. — В голосе Сары уже не слышалось агрессивности. Уставившись в
пол, Сара провела рукой по лбу. — Может быть. Может быть, поэтому они громко
произносили твое имя? Чтобы навести меня на ложный след? До сих пор мне это
не приходило в голову...
— Что, снова возвращаемся к истории с похищением? — простонал Кайл.
— Господи, да исчезнешь ты наконец?!
— Не раньше, чем ты скажешь, от кого беременна.
— Хорошо, скажу! — Схватив Кайла за руку, Сара подтащила его к двери в
крошечную ванную и указала пальцем на отражение в зеркале. — Вот он, отец
моего ребенка. Ты не хочешь признать, что это правда. Поверь, меня это тоже
совершенно не радует, но я не умею изменять прошлое. Не могу вернуться на
три месяца назад и сделать так, чтобы меня не похищали. Не могу сделать так,
чтобы меня не изнасиловали и не сделали жалкой пешкой в этой трижды
проклятой игре! — Взрыв эмоций быстро угас, оставив после себя отчаяние и
опустошенность. Сара обессиленно прислонилась к стене. — А теперь,
пожалуйста, уходи.
— Не сейчас. — Кайл, с силой повернув ее лицом к себе, заставил смотреть ему
в глаза. — Назови хоть одну причину, по которой тебе можно верить. Я ведь
знаю, кто ты, помнишь? Знаю, что ты работала в каком-то притоне. Что ты там
делала — танцевала голой на столах? Раскручивала посетителей на выпивку?
— Разносила коктейли! Господи помилуй, посмотри на меня внимательно — разве
я похожа на стриптизерку?
И Кайл посмотрел. Сара по-прежнему была бледна как смерть и волосы
подстригала, судя по всему, садовыми ножницами. Причем тупыми. Да, на секс-
богиню и близко не походит — и все же есть в ней что-то привлекательное.
Должно быть, дело в губах — полных, чувственных. И в глазах. Когда она не
мечет громы и молнии, взгляд ее смягчается и серо-стальные глаза обретают
нежный серебристый оттенок...
Взгляд Кайла опустился ниже. Нет, соблазнительной женщиной Сару не назовешь.
Ни по каким стандартам. Грудь такая маленькая, что она даже лифчика не
носит, — под обтягивающей тканью топика ясно проступали горошины сосков.
Ощутив, как напряглось собственное тело, Кайл понял, что на грудь лучше не
смотреть. Быть может, Сара Ригби — прирожденная лгунья, но телу его почему-
то на это наплевать.
Талия тонкая. Живот плоский — пока... Интересно, на каком же она месяце?
Простенькие джинсы обтягивают по-мальчишески худые бедра. Длинные стройные
ноги Кайл разглядывал долго, словно не желая возвращать взгляд к ее глазам.
К глазам, сверкающим ненавистью.
— Ну? — требовательно спросила Сара. — Похожа я на женщину, которая
зарабатывает на жизнь своим телом?
Быть может, на жизнь она этим не зарабатывает, но внешность у нее и впрямь
возбуждающая. Однако Кайл не собирался это признавать. Испытывать влечение к
этой авантюристке? Ни за что!
— Не трудись отвечать, — продолжала Сара. — Я знаю, как выгляжу, особенно
сейчас. Могу заверить: если бы тебе пришлось перенести то же, что и мне; ты
смотрелся бы не лучше. — Губы ее изогнулись в горькой усмешке. — Так ты
принял меня за шлюху? Господи, я уже много лет ни с кем не спала! И вообще
не люблю секс. И вообще, моя работа и личная жизнь не имеют никакого
отношения к тому, что произошло на том складе!
Возможно. А быть может, и нет. Но Кайл уже понял, что личные вопросы лучше
оставить в стороне.
— Значит, ты твердо держишься своей первоначальной версии?
Сжав руки в кулаки, Сара бросилась прочь. Кайл не желал, чтобы она опять
сбежала. Ему тоже нужны ответы, и Сара — ключ к разгадке. Может быть,
единственный ключ. Он поймал ее за руку и развернул лицом к себе. И тут же
понял, что этого делать не стоило. Потому что губы Сары оказались совсем
рядом с его губами. Всего в нескольких дюймах. Щеку Кайла обжигало ее
горячее, взволнованное дыхание. И еще Кайл чувствовал ее запах — смесь всех
ароматов, напоминающих о нежности и женственности. И что-то еще... Нечто
такое, что он когда-то знал и мог бы вспомнить, но — не хотел вспоминать.
Черт побери! Не хватало еще растаять перед этой бесстыжей лгуньей! Он не
может узнать ее запах, потому что нечего узнавать, только и всего. Не-че-го!
Он никогда ее не видел. Он ничего о ней не знает. Его ничего с ней не
связывает. Кроме ее безумных фантазий. И все же по спине Кайла пробежала
неприятная дрожь — словно примитивное влечение упорно пыталось побороть
здравый смысл.
Что ж, ничего ему не светит. Для Кайла здравый смысл всегда стоит на первом месте. Всегда и во всем.
— Когда же ты наконец оставишь меня в покое?! — рявкнула Сара.
Она, похоже, овладела собой — спина гордо выпрямлена, подбородок вздернут,
зло сощуренные глаза мечут молнии. Но Кайл заметил, как Сара нервно
сглотнула — словно его близость и на нее тоже как-то странно
подействовала... Так, хватит. Кайл тряхнул головой. Если между ними и
возникли какие-то... гм... странные переживания, самое лучшее, что он может
сделать, — подавить их. И забыть.
— Пока не добьюсь правды, я не оставлю тебя в покое.
— Я сказала правду, но ты предпочитаешь мне не верить. И знаешь, мне
плевать. Верь во что хочешь, только убирайся, черт бы тебя побрал! Еще
немного — и я впаду в истерику, а этому лучше предаваться без свидетелей!
— Истерика подождет.
Кайл снова взглянул на голубое колечко в пробирке, затем — на Сару. Он
должен выяснить, что происходит и кто за этим стоит. А Сара Ригби — ниточка,
которая приведет его к разгадке.
— Поехали. Я знаю, как мы можем все выяснить. Сара стряхнула его руку.
— Что значит
поехали
? Ты всерьез думаешь, что я соглашусь куда-то с тобой
ехать?
— У тебя нет выбора. Я ведь по-прежнему могу обратиться в полицию.
— Да ради Бога! На здоровье! Только, уж извини, телефона у меня нет, так что
звонить в полицию придется откуда-нибудь еще. И замечательно — я только и
мечтаю, чтобы ты наконец свалил!
— Непременно. И очень скоро. Все, чего я хочу, — выяснить, что происходит, и
для этого мы с тобой сейчас отправимся в
Криогенную лабораторию
. Если я не
ошибаюсь, она открыта до восьми. У нас еще полно времени. Там тебе
подтвердят, что вся моя сперма погибла четыре месяца назад. Посмотрим, как
ты тогда станешь выкручиваться.
Сара снова вперила в него взгляд — такой, от которого и ад замерзнет.
— А дальше? Почему я должна им верить, если своими глазами видела
доказательство обратного?
Кайл призвал себя к спокойствию. Его задача — добиться от нее признания во
лжи. Ни крик, ни запугивание не помогут — в этом он уже убедился. Пока что
ему вообще ничего не помогает.
— Послушай, это ведь не только мне нужно. Тебе это тоже кое-что даст.
— Интересно, что? — огрызнулась она, воинственно упершись кулаками в бедра.
— Если ты действительно веришь в идиотскую сказку о похищении, логично
предположить, что замешан кто-то из лаборатории. Там работают всего
несколько человек. Может быть, ты кого-то узнаешь?
— Я не видела лиц. Они все были в хирургических масках.
— Может быть, узнаешь по голосам?
Похоже, эта мысль показалась Саре разумной.
— Может быть... — Но тут же она снова замотала головой. — Я не могу туда
идти. Если ты не забыл, меня хотят убить. Кто — не знаю, но, возможно, те
самые люди, которые там работают.
Ну нет, легко отвертеться он ей не позволит!
— Вот что: даже самый отъявленный злодей не станет убивать при свидетелях.
Так что не волнуйся. Пока я рядом, с тобой ничего не случится.
Саре все это не нравилось. Она не желала никуда ехать — тем более с Кайлом
Макколом!
Пока я рядом, с тобой ничего не случится
— подумать только,
какая самоуверенность! Ему легко говорить. Никто не жаждет его смерти. Разве
что она сама — и то в переносном смысле.
— Тебя не тошнит? — поинтересовался Кайл.
Его первые слова с того момента, как он запихнул ее в серебристую спортивную
машину. Должно быть, так он
...Закладка в соц.сетях
