Жанр: Юмор
Новый друг комиссара Фухе
...аз! И долго мы гуляли?
- Точно не скажу,- признался де Бил.- Но в четыре утра, когда я
собирался отрубиться, ты тряс перед всеми бумажником и кричал, что нужно
сбегать в "Крот", там еще, мол, можно взять пару бутылок...
Фухе проверил - бумажник был пуст.
- А бутылки хоть взяли?
- Взяли, наверно,- предположил де Бил.- Да ты еще, помню, полез к нашей
Мадлен и стал делать ей предложение.
- Да ты что?! - похолодел Фухе.- Ей же все пятьдесят будет!..
- Отчего же столько? - вступился де Бил за уборщицу.- Ей всего сорок
три.
- И... и она согласилась? - с содроганием поинтересовался Фухе.
- К твоему счастью она оказалась замужней. Кто бы мог подумать... Да, а
ты помнишь, как...
Но Фухе не успел узнать очередную подробность вчерашнего безобразия.
Дверь открылась, и в кабинет вошел комиссар Дюмон, огромного роста здоровяк
с внушительным пивным брюхом.
- Вставайте, лежебоки! - буркнул он и уселся за стол.
Де Бил вскочил, а вставший к тому времени Фухе обозначил бег на месте,
желая проявить усердие.
- Похмелились? - продолжало начальство.
- Никак нет! - мгновенно гаркнули детективы.
- Там, в шкафу... И мне тоже.
Де Бил, хорошо изучивший местную географию, поспешил извлечь из шкафа
бутылку виноградной водки и стаканы. Доблестные стражи порядка дружно
подняли емкости и булькнули. Фухе закашлялся.
- Закури! - предложил де Бил и протянул молодому инспектору пачку
сигарет.
- Да я не курю,- признался Фухе.
- Совсем не куришь? - поразился Дюмон.
- Так точно. Трубкой баловался - не могу. Горло.
- Хм... Так это же не трубка! Это же "Синяя птица". Дыми, не пожалеешь.
Фухе покорился и закурил. Пропустили по второй.
- Вот что! - заявил Дюмон.- Беги-ка ты, де Бил к "Рокфеллер-банку". Там
сегодня опять Леонард пошалил.
- И много взял? - деловито осведомился де Бил, вставая и засовывая кольт
в кобуру.
- Они еще сами не знают. Пойди разберись, если больше, чем на миллион -
позвони.
Де Бил опрокинул еще немного и был таков.
- Я пойду, господин комиссар, у меня еще два дела...- попытался улизнуть
Фухе.
- А ну, стой! - распорядился Дюмон.- Не дергайся! О делах пока забудь -
их и без тебя успеют завалить. Ты лучше скажи, газеты читаешь регулярно?
- Да я, господин Дюмон, признаться... не очень. Кроссворды разве что...
Футбол...
- Ты что, шнурок, не знаешь, что полицейский должен быть в курсе всех
событий? - грозно вопросил Дюмон.
- Да я... Да я... Да я радио слушаю! - нашелся Фердинанд.
Дюмон с некоторым сомнением посмотрел на него, пожал плечами и вздохнул:
- Ну и молодежь пошла! Ну ладно, нам пора, двинули!
- Куда? - решился спросить инспектор, чуя недоброе.
- Ага, забегал! Почисть ботинки: мы идем прямо к министру.
5. КОМАНДИРОВКА
В приемной министра Дюмон оглядел Фердинанда, сдул с него несколько
пылинок и подтолкнул к двери кабинета.
- А вы? - пробормотал Фухе, сообразив, что его бросают на произвол
судьбы.
- Иди, иди! Министр ждет тебя, а не меня! А я здесь подожду. Ну, пшел!
Министр встретил Фухе любезно, очень любезно, даже как-то чересчур.
Инспектор видел до этого своего главного начальника всего лишь раз, да и
то
издали, а теперь он был встречен у самой двери, препровожден к столу и
ласково усажен в глубокое черное кресло. Министр долго тряс руку Фухе,
прибавляя: "Очень, очень приятно"! Оглядевшись, как следует, инспектор
отметил, что наряду с министром в кабинете находится еще одна личность -
некий огромного роста черноусый детина в штатском костюме. Министр заметил
взгляд, брошенный инспектором на этого неподвижно сидящего в кресле
громилу.
- А это, э-э-э, прошу знакомиться, господин э-э-э, Конг, он нам не
помешает, скорее, э-э-э, поможет.
Верзила, названный Конгом, лениво протянул инспектору огромную лапищу и
буркнул:
- Аксель.
- Ф-фердинанд,- неуверенно представился Фухе.- Оч-чень приятно.
- А мне не очень,- недружелюбно промолвил Конг.- Тоже мне, поплавок!
- Почему поплавок? - удивился Фухе, но министр поспешил вмешаться:
- Не обращайте внимания, господин, э-э-э, Фухе, наш Аксель большой,
э-э-э, оригинал, но очень хороший специалист.
- В чем? - подумал Фухе, но министр, не давая себя прервать, продолжал:
- Мы хорошо вас знаем, господин, э-э-э, Фухе. Да-да, за все время
прохождения вами стажировки мы все следили за вами, э-э-э, очень
внимательно. Нам очень, э-э-э, понравилось, как вы раскрыли дело с кражей,
э-э-э, трех пустых бутылок из буфета ресторана "Филадельфия". Мы в восторге
и от вашей операции в, э-э-э, парке аббатства Во...
"Это что же было? - подумал Фухе, поражаясь осведомленности министра.-
Ах да, это когда мы вдвоем с де Билом скрутили какого-то пьяницу!"
- Эти операции,- продолжал министр,- наполняют наше сердце гордостью за
доблестную поголовную полицию, где растет такая смена! Я горд, господа! - и
министр промокнул навернувшуюся слезу платком.
Фухе и сам был готов расплакаться от умиления, но успел, однако,
заметить, что Аксель Конг скорчил при этих словах самую ехидную рожу и еще
раз буркнул: "У-у, поплавок!" Поэтому инспектор решил держаться настороже.
- Мой дорогой господин Фухе,- продолжал заливаться соловьем министр,-
вам, восходящей, э-э-э, звезде нашей поголовной полиции, да, только вам, мы
можем поручить очень трудное и опасное дело...
"Вот оно!" - понял Фухе и превратился в слух.
- Дело это необыкновенно важно и касается главных вопросов безопасности
нашей великой, хотя и нейтральной державы. Случилось так, господин, э-э-э,
Фухе, что несколько дней назад у нас был проездом некий, э-э-э, господин
Отто Скорфани. Он немец, э-э-э, инструктор по альпинизму. Он гостил два дня
в нашей столице, мы за ним, признаться, э-э-э, и не следили, как вдруг, как
вдруг...
Министр подошел к столу, трясущейся от волнения рукой налил воды из
стакана и, булькая, выпил.
- Этот Скорфани,- несколько успокоившись, продолжил он,-
воспользовавшись благодушием некоторых, э-ээ, нерадивых чинов поголовной
полиции, совершил черное преступление. Два дня назад он проник в отель
"Глория" и похитил там... Впрочем, даже сейчас я не рискну назвать вам то,
что было похищено.
Итак, мой юный друг, на вас, только на вас возлагается эта опасная и
ответственная миссия - найти негодяя Скорфани и вернуть похищенное!
- А-а где он сейчас? - тут же уточнил Фухе.
Министр и Конг переглянулись.
- Э-э-э, Скорфани сейчас в Германии, точнее, в маленьком городишке на
германо-польской границе. Как бишь его? Маленький такой город...
- Гляйвиц,- подсказал Конг и отчего-то мрачно ухмыльнулся.
- Да-да! - обрадовался министр.- Гляйвиц!
- Но ведь это Германия! - поразился Фухе.- Там ведь германская полиция,
юрисдикция, гестапо, наконец!
- Мой друг! - величественно произнес министр.- Родина вправе требовать
от своих сынов невозможного. И она требует этого от вас! Найдите! Найдите и
верните нашей стране ее национальное достояние!
- Но что вернуть-то? - спросил окончательно сбитый с толку инспектор.
Министр оглянулся по сторонам, приблизил губы к самому уху Фухе и что-то
ему прошептал.
6. ДРУГ-ПРИЯТЕЛЬ АЛЕКС
Дюмон усадил инспектора за столик в самом темном углу столь любимого
сотрудниками поголовной полиции бара "Крот" и взял два виски.
- Ты, надеюсь, все понял? - решительно спросил он у Фухе.
- К-конечно, господин Дюмон, министр мне так все хорошо объяснил...
- То-то! У нас любят понятливых. Ну, будем!
Детективы опрокинули по рюмке и закурили.
- Ага! - обрадовался Дюмон.- Дымишь, малец!
- Так точно! - отрапортовал Фухе и затянулся "Синей птицей".
- Ну вот,- продолжал Дюмон,- вылетаешь завтра, билет тебе взяли до
Берлина, а там есть местная линия до Гляйвица. Командировочные получишь
сегодня же.
- Спасибо, шеф! - обрадовался инспектор, зная, что командировочными
полицейских не балуют.
- Цени, малец! И оправдай доверие!
- Так точно! Но... позвольте вопрос...
- Давай!
- Господин Дюмон, вы знакомы, так сказать, со смыслом операции?
- Конечно! Я тебя и рекомендовал министру.
- Но объясните мне тогда, что... что мне нужно вернуть?
- Ты разве не знаешь? - поразился Дюмон.
- Мне министр сказал всего лишь одно слово, и я боюсь, что понял его
неверно...
- Чего ты мнешься? Договаривай!
- Он сказал мне только одно слово: "Сапоги"!
- Ну и правильно! - заявил Дюмон.- Этот мерзавец Скорфани посмел утянуть
пару отличных хромовых сапог.
Их описание получишь в первом отделе, там, кажется, и фотография
имеется.
- Как?! - все еще не мог прийти в себя Фухе.- Из-за пары сапог -
загранкомандировка? Сколько же они могут стоить?
- Глуп ты еще! - наставительно заметил Дюмон.- При чем тут стоимость?
Представь себе, что украли несколько листков бумаги. Сколько они могут
стоить? А на них, между прочим, может быть изложен наш мобилизационный план
или схема укрепрайонов...
- Но сапоги...
- Ты понял приказ? Или тебя не хватит даже на возвращение пары сапог?
- Так точно! - отрубил Фухе.- Все понял, шеф!
- То-то,- заявил Дюмон, вставая.- И учти: временем мы тебя не
лимитируем, но особенно не торчи в этой Германии. И главное,- тут Дюмон
зевнул, показав громадные желтые клыки,- без сапог не возвращайся!
Голову отвинтим!
Вдохновленный этим напутствием, Фухе быстро решил все вопросы в
управлении поголовной полиции: получил билеты, командировочные, описание
сапог и фотографию Скорфани. Затем ему осталось лишь принять свои привычные
десять кружек пива. Идти в "Крот" не хотелось, поскольку там можно было
столкнуться с сослуживцами, и Фердинанд направился в "Медузу" - уютный бар
на окраине, где никогда не бывало более пяти драк за вечер. После
стаканчика виски и пары кружек пива на душе немного полегчало, и Фухе стал
представлять свое будущее в несколько более розовом свете.
Было уже около десяти часов вечера, когда у входа послышался сильный шум
и мощная ругань:
- Куда пресся! - вразумлял какого-то посетителя швейцар.- И так свинья
свиньей, прости господи! Стой! А ну стой, говорю!
Фухе оглянулся. Через толпу, запрудившую бар, проталкивался невысокий
парень в спортивных штанах, майке, на одной его ноге красовался домашний
шлепанец, вторая же сверкала голой пяткой. Настроение у пришедшего было,
судя по всему, чрезвычайно благодушным.
- А чего это вы все тут собрались? - поинтересовался он у публики.- У-у,
рожи! И откуда столько убоищ выискалось?
- Во дает! - сказал кто-то, и несколько крепких ребят окружили оратора.
- Надо же! - продолжал тот.- Амнистия, что ли, была? Или дурдом
разогнали?
- Придется вломать! - раздался авторитетный голос, и кольцо сомкнулось.
Но побоище не успело начаться: Фухе, внимательно всматривавшийся в облик
буяна, подскочил к толпе и аккуратно вывел его из рокового кольца.
- Ну, будет, ребята! - уговаривал он собравшихся.- Не обижайтесь! Вы же
видите: человек душой возвеселился.
Экзекуторы поворчали и отстали. Фухе усадил спасенного за свой столик.
- А! - заорал тот, узнав инспектора.- Это вы, Фердинанд! Вас уже
выпустили из кутузки?
- Я это, Алекс! - поспешил успокоить своего собеседника Фухе, ибо это
был его давний приятель Габриэль Алекс, спутник бурной юности Фердинанда,
которого он не видел полгода.- Но почему ты решил, что я в кутузке?
7. ПРИКЛЮЧЕНИЯ В ГЛЯЙВИЦЕ
Габриэль радостно посмотрел на своего приятеля, выдул единым духом
кружку пива и поспешил пояснить:
- Да я же искал вас, Фердинанд! Искал-искал, а мне говорят: Фухе в
полиции. Я и решил, что они заштопали вас за все наши...
- Постой, постой, Алекс! Дело в том, что я сам...
- Да ладно! - перебил его Габриэль.- Раз вы на свободе - остальное
неважно. Понимаете, Фухе, я влип в одну историю... Только вы сможете мне
помочь...
- Бедняга! - вздохнул Фердинанд.- Я бы с удовольствием, но мне завтра
лететь за границу.
- Значит, приходится вам все же делать ноги,- понимающе кивнул Алекс.-
Понимаю, наши легавые - сущие вампиры!
- Ладно, Габриэль! - поспешил перебить его Фухе.- Что у тебя
случилось-то?
- Ох! - вздохнул Алекс. Он решительным движением опрокинул в себя вторую
кружку пива и совсем уже собирался начать рассказ, как внезапно его повело.
Габриэль сполз со стула на пол, икнул и задремал.
Инспектору не оставалось ничего другого, как вложить своего приятеля в
такси, назвать шоферу адрес и отправиться к себе домой - собирать вещи...
В Гляйвиц Фухе прилетел в середине дня 31 августа. Инспектор сошел,
пошатываясь, с трапа самолета - его укачало. Придя немного в себя,
Фердинанд решил не начинать с места в карьер поиски негодяя Скорфани, а
вначале акклиматизироваться, для чего был избран местный пивной бар, где
Фухе, разменяв выданную ему валюту, углубился в дегустацию прекрасного
баварского темного. Когда инспектор немного отмяк, его внимание привлекла
шумная компания, расположившаяся в дальнем углу зала. Среди десятка
здоровенных лбов выделялся громадный детина с физиономией, сплошь покрытой
шрамами.
- Где-то я его видел,- пробормотал Фухе.- Вроде, похож на Акселя
Конга... Где же я его видел?..
Между тем детина со шрамами поднял вверх свою кружку, желая произнести
тост. Его приятели смолкли.
- Господа! - начал он.- В час, когда назревают великие события,
предлагаю выпить за наш славный батальон - за "Вюртемберг - семьсот
семьдесят семь".
Хох!
- Хох! - заорала компания.- Слава нашему батальону! Слава Отто!
"Отто! - подумал Фухе и похолодел.- Ну конечно же! Это Отто Скорфани!"
Инспектор достал из бумажника выданные ему фотографии. Первым делом он
убедился, что догадка его оказалась верной - это был Скорфани собственной
персоной. Затем он сверил фотографию сапог. Сомнений и тут не было:сапоги
были именно те, заветные, названные министром "нашим национальным
достоянием".
"Вот это удача!" - подумал Фухе, но тут же ему в голову пришла мысль,
что, будь Скорфани один, можно было рискнуть, но справиться с дюжиной
громил из какого-то загадочного "Вюртемберга - 777"...
"Что делать? В посольство обратиться? Это далеко - в Берлине.
Консульства здесь нет... Послать телеграмму... Даже если "молнию", то не
успеть... О, идея! Здесь же есть радиостанция - пошлю-ка радиограмму!" Фухе
незаметно вышел из пивной, узнал дорогу и поспешил на радиостанцию. Там он
начал заполнять бланк радиограммы, лихорадочно вспоминая выученный им в
школе поголовной полиции шифр. Он не успел составить и половины текста,
когда вдруг над его ухом грянул выстрел, затем другой.
Фухе присел и быстро вынул свое заветное оружие - "Смит и Вессон"
образца 1902 года. Правда, патронов у него было всего три, да и те он не
имел права тратить - в противном случае у него высчитывали из жалования в
тройном размере - следствие проводимой в поголовной полиции кампании по
экономии ресурсов. Но Фердинанд решил подороже продать свою жизнь. Вновь
грянули выстрелы, и в дверь ворвались несколько громил в конфедератках.
Несмотря на конфедератки, Фухе сразу же узнал своих соседей по пивной и
прежде всего Скорфани, вошедшего первым.
- Ах, матка боска ченстоховска! - заорал Скорфани, стреляя в потолок.-
Ах, холера ясна, пся крев, вшиско пожонкне! Ах, еж тя матку, кляты швабы!
Мы есць войско польске, доннерветер! Мы объявляем войну германам, ферфлюхте
их тойфель!
Его подручные бросились в радиорубку и стали что-то орать в микрофон,
время от времени стреляя в потолок. Остальные начали резво обшаривать
карманы всех, находившихся в комнате.
- Ну, врете! - пробормотал Фухе.- Не отдам я свои командировочные!
Все решали секунды, и инспектор решил идти напролом. Он собрался со
всеми своими моральными силами и гаркнул, обращаясь непосредственно к
главарю:
- А врешь ты, Скорфани! Никакой ты к черту не поляк! И вообще, пошто
сапоги спер?
8. ЗАЧИНЩИК ВОЙНЫ
Слова Фухе произвели впечатление взорвавшейся бомбы.
- Чего? - на мгновение растерялся Скорфани, но затем взревел: - У,
таузенд тойфель, то есть матка боска! Бей его, ребята!
Поток его красноречия, однако, тут же иссяк: прямо в лоб бравому
террористу-альпинисту глядело дуло "Смит и Вессона".
- Ну ты, дурак,- наконец промолвил Скорфани,- мотай отсюда, мы тебя не
тронем!
- Сапоги! - неумолимо произнес Фухе.
- Что сапоги? - не понял Скорфани.
- Сапоги снимай!
- Грабеж! - начал было Скорфани, но, повинуясь движениям револьвера, тут
же подчинился.
- Вот и ладушки,- подытожил Фердинанд, беря сапоги.- Посмотрим-ка, те ли
это?
Он нагнулся, чтобы лучше разглядеть приобретение, но тут же понял, что
зря сделал это. Сильным ударом босой пятки Скорфани выбил револьвер из рук
инспектора. Грозное оружие отлетело в сторону, и им завладел один из типов
в конфедератке.
- Давно бы так,- удовлетворенно произнес Скорфани.- Вяжи его, ребята!
- Ну вы! - гаркнул Фухе, отступая к канцелярскому столу, стоявшему у
окна.- Не сметь! Я дзюдо изучал!
- Вяжи, вяжи! - продолжал Скорфани, и дьявольский огонек загорелся в его
глазах.- Мы тебя, сопляк, доставим в лучшем виде в наш бункер, где тебе
такие сапожки выдадим - испанские - губки обкусаешь, паскуда!
Типы в конфедератках окружили Фухе плотным кольцом. Спасения не было.
Рука инспектора лихорадочно шарила по столу и вдруг нащупала нечто тяжелое
и холодное на ощупь.
"Кажись, пресс-папье",- успел подумать Фухе, но выбора не было;
инспектор взмахнул канцпринадлежностью и обрушил ее на череп одного из
мерзавцев, уже протянувшего свою лапищу к Фердинанду. Тот рухнул на пол,
даже не пикнув.
- Ага! - взревел Фухе громовым голосом.- Получили?
Следующие несколько ударов уложили еще троих налетчиков, остальные
поспешили отскочить.
- Вы чего? - орал Скорфани.- Хватайте его, швайнехунды!
Его подчиненные, однако, не торопились вновь попасть под удары
смертоносного орудия. Воспользовавшись этим, Фухе метнул пресс-папье в
Скорфани и выскочил в открытое окно, прихватив с собой боевой трофей - пару
сапог.
Вечер Фухе провел в каком-то заброшенном сарае на окраине города. С
наступлением темноты он выбрался из своего убежища и, прижимаясь к темным
углам, направился на аэродром. Пройдя около половины пути, он поневоле
задержался: на небольшой площади толпа, собравшаяся у репродуктора,
привлекла его внимание. Инспектор прислушался:
- В нарушение международных норм...- доносилось до него.- ...бандитское
нападение на радиостанцию в Гляйвице... акт разбоя... пострадали невинные
граждане, в том числе чемпион Германии по альпинизму Отто Скорфани...
правительство рейха... войну...
Толпа взревела, и Фухе не смог дослушать остального. Воспользовавшись
темнотой, он поспешил скрыться.
"Война, надо же! - думал он, прижимая к груди сапоги и старательно
обходя освещенные места.- А с кем?
Господи, неужели из-за меня Германия объявила нам войну? Вот так
съездил! Теперь меня, наверно, понизят в звании... нет, оштрафуют...
нет, наверно,
повесят... А это значит..." Что это значит, инспектор так и не успел
сообразить. Чья-то сильная рука схватила его за ворот и впихнула в
подворотню. Удар ноги - и Фухе очутился в подвале. Дверь хлопнула,
заскрежетал засов, и тут же ярко вспыхнул электрический свет.
- Попался, скотина! - прогремел грозный голос. Фухе поднял глаза и узнал
Акселя Конга.
- Убегаешь, значит,- гремел далее Конг.- Кашу заварил, войну начал, а
теперь - в кусты?! Ах ты, поплавок!
Да я тебя!!!
- Господин Конг...- начал Фухе.
- Что "господин Конг"? Зачем тебя посылали? Войны мировые начинать?
Зачем, говори?
- За с-сапогами...
- И где же сапоги, шнурок ты этакий?!
- Вот! - робко, но не без некоторой гордости сказал Фухе, протягивая
грозному Конгу свой трофей.
- И вправду сапоги! - удивился тот.
- Конечно, господин Конг,- продолжал Фухе, постепенно приходя в себя.-
Все, как есть, исполнено. А насчет войн мировых, так тут уговора не было!
- Н-да,- заявил Конг после недолгого молчания,- все же ты дурак!
- Почему? - обиделся Фухе.
- А потому. Сапоги-то не те!
9. ВСЛЕД ЗА САПОГАМИ
- Как не те? - пробормотал бедняга Фухе.- Да ведь, да ведь... с него же
снял... никакой ошибки...
- Ты читать умеешь? - грозно спросил Конг и поднес сапоги под самый нос
инспектору.
- Н-немного,- честно признался Фухе,- если буквы печатные...
- Ну так читай,- распорядился Конг, показывая инспектору фабричное
клеймо,- здесь как раз печатные.
- "Завод Ольшовского",- с трудом разобрал Фухе,- "Быгдощь"... Господи!
Ну конечно! Они же в польское были переодеты! Как же я сразу-то не
сообразил... Ведь хотел проверить, хотел...
Бедный Фердинанд чуть не плакал, сообразив, что все его подвиги пропали
впустую.
- В польское? Ну-ка, объясни! - потребовал Конг.
Фухе, как мог, изложил все им виденное.
- Н-да,- заявил Конг.- Ай да провокаторы! Выходит, поплавок, вся их
подготовка была не против нас, а против поляков...
- Господин Конг,- решился спросить Фухе,- почему вы меня все время
поплавком называете?
- Тебе что, так интересно?
- Обидно!
- Ха! Ему обидно! Оружие казенное терять - не обидно! Мировую войну
начинать - не обидно!
- Так войну - это же не я! Это Скорфани!
- А ты сможешь это доказать? Сапоги - и те польские! А что, если этот
Скорфани заявит, что наша великая, хотя и нейтральная держава помогала
полякам при нападении на Гляйвиц? А?!
- Господин Конг...- произнес Фухе самым безнадежным тоном. Крыть было
нечем.
- То-то,- наставительно заметил Конг.- Наломал дров, шкет, так лучше
молчи. А насчет поплавка - тут дело такое: наш генштаб узнал, что
Скорфани,
гостивший у нас - немецкий террорист. Естественно, возникло опасение, что
гансы готовят против нас войну. Решили это проверить, для чего и задумали
операцию "Поплавок". Знаешь, когда рыбу ловят, поплавок дергается и
показывает клев. Так и ты - тебя приставили к Скорфани, выдумав про него
невесть что, а я должен был следить за тобой. Нас интересовала реакция
Скорфани
- что бы он сделал с тобой: убил бы, превратил бы в мишень в своем тире
или просто накостылял бы по шее.
Уразумел?
- Значит, он не крал этих сапог? - ужаснулся Фухе.
- А я почем знаю? - удивился Конг.- Может, и вправду спер их по пьяному
делу. Сапоги - это только предлог, разве неясно, олух?
- Ну уж нет! - заявил Фухе.- Если он их все-таки украл, мой долг вернуть
их на родину!
- Идиот! Началась мировая война! Ты понимаешь хоть, что это такое? Пусть
гансы напали не на нас, а на поляков, но в любой момент они могут повернуть
и против нашей великой, хотя и нейтральной державы! Надо немедленно
отправляться домой и доложить все по порядку!
- Вот вы и докладывайте,- решил Фухе,- а я поеду сапоги искать. У меня
приказ!
- Фу! - Конг громко выдохнул воздух, готовясь что-то гаркнуть, как вдруг
из глубины подвала показалась невысокая ковыляющая фигура в угловато
сидящем теннисном костюме.
- Ваше превосходительство! - оборвав разговор с Фухе, отрапортовал Конг,
обращаясь к фигуре.- Разрешите...
- Вольно, хе-хе, вольно,- произнес его превосходительство.- Что, молодые
люди, лаетесь, хе-хе, решить никак не можете, кто из вас войну мировую,
хе-хе, затеял?
- Это не я,- поспешил наябедничать Конг,- это все он!
- Знаю, капитан, хе-хе, осведомлен в полной мере. Так это, стало быть, и
есть наш, хе-хе, молодой герой? Чем это вы молодцов-то из "Вюртемберга"
перебили? Чернильницей?
- Никак нет! - отчеканил Фухе.- Я их пресс-папье!
- Лихо, хе-хе, лихо! Учитесь, капитан, этот молодой человек не теряется
даже в самых, хе-хе, мерзопакостных ситуациях. Н-да, ну что ж, операция
"Поплавок" завершилась - Германия оставила пока в покое нашу, хе-хе,
великую, хотя и нейтральную державу. Пора и ноги, хе-хе, делать!
- Господин Кальдер! - продолжал ябедничать Конг.- Этот болван не хочет
возвращаться! Он желает забрать у Скорфани сапоги!
- У меня приказ! - угрюмо, но твердо повторил инспектор.
- А что? - задумался Кальдер.- Приказ, хе-хе, дело святое... За
Скорфани, стало быть, охоту решили устроить?
Славно, хе-хе, славно! И где же вы его искать думаете?
- Найду! - еще более угрюмо заявил Фухе.
- Вот они, хе-хе, кадры нашей поголовной полиции! Чистые, хе-хе,
бульдоги! Дай им волю - весь мир арестуют! Ну да ладно, молодой человек,
хотя вы и
затеяли, хе-хе, дело, достойное желтого дома, но я уж вам помогу! Ищите
своего Скорфани вместе с сапогами во Франции, там теперь он будет, хе-хе,
безобразничать!
- Спасибо, ваше превосходительство! - отчеканил Фухе, затем отодвинул
засов, вышел из подвала и двинулся в сторону аэродрома.
10. ВЫНУЖДЕННАЯ ПОСАДКА
"Боинг" как следует качнуло на воздушной яме. Толчок прервал затейливую
нить воспоминаний.
- Да-а,- сладко вздохнул Кальдер,- славно, хе-хе, погуляли! Молодое дело
было, ве
...Поділитися у соцмережах
