Жанр: Юмор
Нью-Йорк - гнилое яблоко через лобовое стекло такси
...и денег
под лозунгом, который печатает "Нью-Йорк пост" над полосой "Эдьюкейшн ":
"Никто не платит за специальности каменного века!" Изъятые две трети иммигрантской
зарплаты государство делит между яппи и ниггерами.
В иммиграты Америка выбирает молодых и с паршивыми специальностями,
чтобы они уж наверняка начали здесь с нуля. Служба иммиграции и натурализации
предпочитает врачей-гинекологов, которых никто не подпустит к
американским влагалищам, диспетчеров авиалиний, не говорящих по-английски,
и экскурсоводов по пушкинским местам.
Иммигранты копошатся в дерьме до смерти от инфаркта, так и не заработав
денег для нормального образования своих детей в яппи. В яппи Америка
пропускает только нескольких из третьего поколения.
Наша Америка заманивает иммигрантов, методично наебывая мир через наши
медиа. Си-Эн-Эн и "Тайм" поют слаборазвитым, что Америка - экономика
номер один. А "Ворнер Бразерс" оплачивают продюсерам командировки киногрупп
из Калифорнии в Нью-Йорк, чтобы снимать всегда один и тот же Манхэттен.
На пропаганде мы не экономим.
Иммигранты - неиссякаемый источник рабства. В мире всегда полно
стран, находящихся в жопе.
ВКАЛЫВАЙ! И ТЫ СТАНЕШЬ САМЫМ БОГАТЫМ
ЧЕЛОВЕКОМ НА КЛАДБИЩЕ.
х х х
КАЖДЫЙ НОВЫЙ ДЕНЬ - ЭТО КАК ЕЩЕ ОДНО НАСЕКОМОЕ
НА ДЕРЕВЕ. НЕВОЗМОЖНО, ЧТОБЫ ПОД НИМ НЕ БЫЛО
ДЕРЕВА.
х х х
Пассажир, врач-гинеколог, спрашивает меня, знаю ли я, почему у женщин
не выпадают вагины.
- Объясните мне как специалист, - говорю я.
- Они поддерживаются, - говорит он, - естественным вакуумом в голове.
х х х
НЕКОТОРЫЕ ЛЮДИ: ОНИ ПРЕДПОЧИТАЮТ ВАС ТОГДА,
КОГДА У ВАС НЕПРИЯТНОСТИ.
х х х
О супруге васпа :
Она всегда делает двойную парковку. Она занимает столько же места, сколько две
машины.
х х х
ЕСЛИ ТЫ ХОРОШ ХОТЬ В ЧЕМ-ТО, ЭТО И ЕСТЬ КРАСОТА.
х х х
В среду учитель входит в класс и объявляет ученикам:
- Дети я хочу задать вам вопрос. Тот, кто правильно ответит на мой
вопрос, может завтра не приходить в школу.
Класс замолкает, все обращаются во внимание.
- Вопрос следующий, - говорит учитель. - Сколько песчинок на пляже
Кони Айлэнд?
Нечего и говорить, что никто не знает ответа.
На следующий день учитель входит в класс и опять говорит:
- Если вы ответите на сегодняшний вопрос, вы можете завтра не приходить
в школу. Вопрос такой: сколько капель воды в Ист-Ривер под Бруклинским
мостом?
В классе тишина, ученики полностью обескуражены. Дерти Эрни , сидящий
за последним столом, особенно раздражен. "Ну, подожди! Я сделаю тебя
завтра!" - шепчет он. Дерти Эрни идет домой, варит вкрутую два яйца и
красит их в черный цвет.
В пятницу учитель говорит: "Окей. Сегодняшний вопрос ...". В этот момент
Дерти Эрни катит два черных яйца по полу по направлению к учителю.
Яйца громко катятся по проходу, ударяются о противоположную стену у стола
учителя и разбиваются.
- Кто этот комик с черными яйцами? - спрашивает учитель.
- Эдди Мэрфи, - отвечает Эрни. - Увидимся во вторник, тыч.
х х х
ГАЛАНТНОСТИ НЕ СУЩЕСТВУЕТ. ЗА НЕЙ ПОЕЗЖАЙТЕ В
АПСТЭЙТ .
х х х
Сколько феминисток нужно, чтобы вкрутить лампочку?
Одна. И в этом нет ничего смешного!
х х х
Я поднял оператора из ателье татуировок.
- Какая самая выдающаяся татуировка, из тех, что ты видел? - спросил
я его.
Он рассказал мне о лауреате премии за оригинальность последнего татуконкурса
Нью-Йорк-сити.
Его называют Шорти , но не потому что у него короткая память. Его называют
так, потому что тату на его пенисе гласит: "ШОРТИ".
Но, когда он возбуждается, то тату прочитывается полностью: "ШОРТИ...
РЕСТОРАН И ПИЦЦЕРИЯ... ЛУЧШАЯ ИТАЛЬЯНО-АМЕРИКАНСКАЯ КУХНЯ... ОТКРЫТО 24
ЧАСА, СЕМЬ ДНЕЙ В НЕДЕЛЮ... БЕСПЛАТНАЯ ДОСТАВКА, ЗВОНИТЕ 55-ПИЦЦА... В
НЬЮ-ДЖЕРСИ ЗВОНИТЕ 202... МЕНЮ НА ОБОРОТЕ..."
- Но, что было действительно выдающимся, - закончил рассказчик, - так
это то, что тату было сделано шрифтом Брайля .
х х х
Я ЛЮБЛЮ ВОДИТЬ МАШИНУ. ИНАЧЕ Я ВЫБРАЛ БЫ
ДРУГУЮ РАБОТУ. КАЖДАЯ ВЕЩЬ МОЖЕТ СТАТЬ ДЛЯ ВАС
ВСЕМ. ВЫ ДЕЛАЕТЕ ВСЕМ - ВОЖДЕНИЕ.
х х х
ВИКТОРИАНСКИЕ ДОМИКИ И БИЛДИНГИ МАНХЭТТЕНА
В фильме "Сливер " Шарон Стоун живет в билдинге на Манхэттене, в
двухбэдрумном апартменте ретро-дизайна с видом на Твин Тауэрз. Апартмент
меблирован кожаными коуч-софами и снабжен блэйдс-шторами . В бэйсменте
апартмента - полноавтоматические лондроматы . Шарон Стоун ежедневно делает
рисайкл - делит мусор на горящий, негорящий и еще отдельно - пластик.
Я хорошо помню детали. Я всегда любил американское кино с продвинутой
жизнью, потому что не любил русскую деревенскую интеллектуальщину на
паршивой пленке "Свема".
"О, Америка, с ее викторианскими домиками, как у "Ворнер Бразерз"!" -
думал я, въехав в Нью-Йорк, проезжая из Аэропорта Кеннеди по проспекту
вилл Хэмпстед Тернпайку.
Сам я живу не в самом плохом билдинге на Лонг Айлэнде: чтобы отбить
рент своей студии, я кручу баранку без выходных две недели. Лонг-Айлэнд
может считаться аутентичным местом американского проживания. Сюда переезжают
васпы и итальянцы после экспансии в Нью-Йорк пуэрториканцев и ваших
русских евреев.
Весь мой билдинг пахнет как один большой спрэй против тараканов. У
меня в подъезде уже две недели валяется разбитый плафон. Дверь подъезда
через домофон из квартиры открывается через раз. Вода из кранов не течет,
а плюется. Из вакуумного унитаза содержимое проглатывается до конца
только в том случае, если туалетной бумаги в унитазе не более пяти подтирок.
Когда я у себя в студии одновременно включаю кондиционер и фен для
подруги, то у меня вышибает пробки. А пробки заперты, и ключ в кармане у
супера . И мы делаем секс все в поту и на мокрые волосы.
Утром супер включает ток, и я включаю телевизор. По телевизору рекламируют
средство "Рид" против мелких насекомых в билдингах. Оно уничтожает
в билдингах клопов всех пород. Совершенно.
Перед работой я иду в туалет. Подруга уже ушла, но в унитазе плавают
ее остатки, ее гавно. Унитаз у меня засорился. Тоже совершенно.
Я выхожу на работу, завернув дерьмо, свое и подруги, в пластиковый
пакетик. Я иду с дерьмом как будто с завтраком на работу. Я дохожу до
мусорного места и выбрасываю пакетик в один общий кузов от самосвала, не
позволяющий мне задуматься, какого типа мусор-гавно - горящий или негорящий.
Супер и он же хозяин моего билдинга - итальянец с историческим именем
Доминико. Он приехал в Америку пятьдесят лет назад через остров Эллис
Айлэнд. До 1954 года каждый, кто хотел, мог приехать на Эллис Айлэнд и
через трое суток допросов службой иммиграции тот, кто попадал в пределы
годового лимита, становился жителем США. Остров Эллис Айлэнд находится
рядом с Нью-Йорком, поэтому именно в Нью-Йорке главное гнездо лимитчиков.
На дороге к успеху в Нью-Йорк-сити Доминико воровал не американских
чикенов из Кентакки, а итальянский антиквариат из Тосканы. Братья Доминико
скупали возрожденческие безделушки у нищих после войны тосканцев, а
Доминико продавал их отсидевшимся во время войны американцам. Пятнадцать
лет назад Доминико отстроил билдинг "Мэплкрест" .
Доминико - мелкий черный старик с длинными, как две змеи, руками. И
он не движется, а скользит, приседает, дергается. Что-то вроде злого паука.
"Мэплкрест" - предмет гордости Доминико. Новому тенанту Доминико
рассказывает историю билдинга. Он начинает с эпохи Возрождения.
- Когда я строил этот билдинг, - говорит Доминико, - я делал специальную
тосканскую кладку.
- Ты имеешь в виду, - спрашиваю я, - что еще триста лет не будешь
брать в банке лон на капремонт?
- Когда я построил этот билдинг, в бэйсменте был барбер-шоп , - рассказывает
Доминико.
- Барбер-шоп, я думаю, закрыла барбер-инспекция. Из-за того что на
башку клиентам из крана харкал кипяток, - говорю я.
- Когда этот билдинг вознесся ввысь своими четырьмя этажами, отсюда и
до самого океана еще не было жилищ. Одни только фермы.
- Ты, Доминико, отстроил хороший скотный двор.
Я резюмирую тезисом из "Бэст квотэйшнз фор ол окейжнз" . Я купил этот
словарь на Манхэттене в крупнейшем в мире книжном магазине "Барнс энд
Ноблс": "Из всех искусств важнейшим для пропаганды является кино. Ленин."
Полка со словарями была отодвинута от стены, покрытой плесенью и
менструозными подтеками.
& kartinka: Фото: По Бруклинскому мосту.
МАШИНА: ОНА ЕДЕТ САМА. ТЫ ПРОСТО ПРОСИШЬ ЕЕ
ПОВОРАЧИВАТЬ.
х х х
По мнению таксистов, главные бандиты Нью-Йок-сити - врачи и юристы.
Врач лечит тебя как можно дольше и дороже, а юрист, если ты чуть коснулся
бампера впереди стоящей машины, докажет, что ты прикончил позвоночники
четырем пассажирам.
Как спасти тонущего юриста?
Снимите ногу с его головы.
х х х
Мой доктор уменьшил расценки. Теперь он берет только пять долларов за то, что
говорит "Хэлло".
х х х
Юрист идет по улице и вдруг наступает в гавно. Он стоит в гавне, испуганно
смотрит вниз и кричит: "Я таю!"
х х х
ДЖЕНТЛЬМЕН - ЭТО ЧЕЛОВЕК, КОТОРОГО ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ
ХОРОШО.
х х х
Почему женщины предпочитают мужчин вибраторам?
Вибраторы не могут стричь газон и платить проценты по кредиту.
х х х
Как успокоить мужчину:
ЕСЛИ ВАШ МУЖЧИНА В ПЛОХОМ НАСТРОЕНИИ,
ПОДОЖДИТЕ: ПОДОЖДИТЕ, ПОКА У НЕГО БУДЕТ
НОРМАЛЬНОЕ НАСТРОЕНИЕ. НИКОГДА НЕЛЬЗЯ
ПРИБЛИЖАТЬСЯ К ОГНЮ С ГАЗОМ.
х х х
Какая разница между мертвой змеей, лежащей на дороге, и мертвым юристом,
лежащим на дороге?
Перед мертвой змеей видны следы торможения.
х х х
Когда мой пассажир расстроен тем, что он порвал со своей женщиной, я
успокаиваю его так:
- Зэтс окей, вокруг так много женщин, - говорю я. - Вы никогда не
знаете. Может быть, вот та девушка на углу стрита и авеню будет вашей
следующей экслюбовницей.
х х х
Знаменитый рэйпист и убийца Уоррэн Бэтти и Римский Папа оба умирают в
один день. Из-за ошибки на Небесах Папу посылают в Ад, а Уоррэна Бэтти
отправляют в Рай. Как только Папа прибывает в Ад, он сразу обнаруживает
ошибку и требует встречи с дежурным Демоном. Его немедленно ставят перед
Дьяволом.
- Это ошибка, - восклицает Папа. - Я Римский Папа. Я должен быть в
Раю.
- Минуту, - говорит Дьявол. - Я сейчас проверю ваш файл по компьютеру.
Проходит доля секунды, и Дьявол уже изучает файл Папы на экране лэптопа
- Хмммм... - говорит Дьявол. - Да, вы правы. Наши извинения. Мы исправим
ошибку немедленно.
Буквально через долю секунды Папа просвистывает вверх и опускается на
белое кудрявое облако. Когда Папа проплывает сквозь Жемчужные Ворота, он
видит Уоррэна Бэтти, плывущего в противоположном направлении.
- Извини меня, сын мой, - говорит Папа. - Но я всю свою жизнь ждал
того момента, когда я смогу приклонить колени у ног Девы Марии.
Уоррен Бэтти пожимает плечами и улыбается.
- Я сожалею, Падре, - говорит он. - Но уже поздно.
х х х
О религии:
С МУЖЧИНОЙ ЧТО-ТО НЕ В ПОРЯДКЕ, ЕСЛИ ОН НЕ ХОЧЕТ
НАРУШИТЬ ДЕСЯТЬ ЗАПОВЕДЕЙ.
х х х
Уступая дорогу сити-автобусу:
ОН - БОЛЬШАЯ РЫБА, Я - МАЛЕНЬКАЯ РЫБА.
х х х
БОЛЬШОЕ ЯБЛОКО
Я везу туристку с ориентальным лицом. У нас в Нью-Йорке полно тех,
кто щурит глаза. В районе Литл Итали уже живут только китайцы. Но японезов
почти нет. У меня сзади сидит редкость. Мы едем в Манхэттен по
Бэлт-Парквэю и Би-КьюИ, Бруклин-Квинз экспрессвэю.
Около Верразано-Бриджа я еду вдоль Атлантического океана.
- Какой хороший запах ньюйоркской воды! - восклицает японка.
Похоже, что запах Нью-Йорка для нее - это запах ее еще не засранной
мечты. Эту мечту нужно как можно скорее засрать.
- Именно ньюйоркской воды, мэм! - поддерживаю разговор я. - Нашей
тухлой ньюйоркской воды. Свежая вода не имеет запаха.
Я выруливаю на эстакаду Би-Кью-И с Бэлта и упираюсь в трафик . Впереди
или авария или констракшн -работы. Война во Вьетнаме окончена, но
строительные работы на Би-Кью-И никогда не будут окончены.
Впереди маячит горящий красный бенгальский огонь - значит авария. Дорогу
после инцидента полиция здесь расчищает три часа, и три часа машины
ползут, а пассажиры массируют мочевые пузыри. Америка - полицейское государство.
Полицейские Нью-Йорка все делают не спеша, мешая гражданским,
чтобы показать, кто здесь главный. Не будешь переваливать черную жопу с
боку на бок неторопливо - не будут уважать.
Кондиционер моего исторического Кадиллака не работает. Над асфальтом
100 по Фаренгейту .
- Включите, пожалуйста, эар-кондишнинг, - просит туристка.
- Гоните 350 долларов, мэм, - говорю я. - Я заменю сломанный конденсер
на новый, а потом включу кондиционер.
Мы тащимся вдоль ржавого погнутого забора, разделяющего встречные полосы.
Под колесами выбоины. Хороший таксист помнит выбоины, как дороги.
В Америке не было войн, но дороги Америки - это война и разрушение. Под
заборомразделителем валяются куски бамперов, кишки дохлых кошек, ошметки
резины от лопнувших шин, тишью, тампаксы с коричневыми пятнами.
- Надо было ехать по главной дороге, - нервничет туристка. - Вы хотели
объехать трафик, а получилось еще хуже.
- Вы на главной артерии Нью-Йорка, мэм, - отвечаю я.
Рядом с эстакадой тоже не видно ничего, кроме гадости. Справа и слева
стоят закопченые верхние этажи высотных билдингов. Штукатурка осыпалась,
под окнами ящики древних кондиционеров, к ящикам прилипли обертки мороженого,
треснутые стекла лестничных клеток заклеены пуэрториканскими
флагами.
- Это что - сламз ? - спрашивает туристка.
- Нет, мэм, - продолжаю гайд я. - Это билдинг в дорогом районе Бруклина.
Чтобы отработать рент в этом билдинге, надо работать две недели.
Туристка достает гайд-бук и начинает листать страницы.
- У меня в гайде о Бруклине почему-то ничего нет. Здесь все только о
Манхэттене.
- У вас наш пропагандистский гайд, мэм. Остров для съемок голливудских
фильмов Манхэттен составляет десятую часть Нью-Йорка.
- Есть о Бруклине, есть! - вдруг вскрикивает туристка и вслух переводит
мне на английский: - "Если вы хотите путешествовать по Бруклину,
Квинсу или Бронксу, то возьмите трэйн и путешествуйте, не выходя из
трэйна. В этих боросах Нью-Йорка нет достопримечательностей. Путешествовать
рекомендуется не по одному, а группами по двое-трое."
В конце трипа туристка раскрывает кошелек, где в одном отделении лежит
кипа стольников, а в другом кипа японских денег с императорами. Она
протягивает мне хрустящий стольник. Вероятно, из банка "Сумитомо". Ее
трип до Манхэттена стоит восемнадцать.
"Ах, вы, выебнувшиеся китайцы! - думаю я. - В Лиме вас уже выебла
американская жизнь, голодная и злая . Ебать вас надо и здесь, чтобы поняли,
что такое наши Америки."
- Вау, Нихон. Конничива. Аригато. Годзилла. Боку мо суки , - выпаливаю
я по-японски и протягиваю два доллара. - Джющо ощиетэ .
Японка ретируется. Я тут же трогаюсь со стольником в кармане.
Я возвращаюсь по Бруклинскому мосту.
Телеэд нового Доджа сделан так. Додж едет по асфальту Бруклинского
моста. На горизонте поднимаются параллелепипеды Твин Тауэрз. Телеэд делает
наглый монтаж. Я каждый день езжу по Бруклинскому мосту туда-сюда.
Я не знаю, где оператор отснял такой хороший асфальт. Вероятно, он сделал
его компьютерной графикой. На Бруклинском мосту нет никакого асфальта.
Там лежат несколько плевков цемента и торчит старая голая арматурная
проволока. Сейчас, на скорости 40 миль в час, мой Кадиллак с лысыми
шинами носит по проволоке, как на катке.
"Нью-Йорк - Большое Яблоко," - написано на постере при въезде в
НьюЙорк-сити из Аэропорта Кеннеди. "Нью-Йорк - большой кусок гавна," -
кричу я из окна, съезжая по рампе под опоры Бруклинского моста, покрытые
плесенью, к Ист-Ривер, воняющей, как гниющий пруд.
Урок истории:
АНГЛИЯ: ОНА НАЗЫВАЛАСЬ БРИТАННИА. ПОТОМ
ПРИШЛИ ЕВРЕЙСКИЕ ПЛЕМЕНА. ОНИ ГОВОРИЛИ НА
ИДИШЕ. У НИХ БЫЛО МНОГО ВСЯКИХ ДРУГИХ ИШЕЙ. ОНИ
НАЗВАЛИ ЕЕ БРИТИШ.
х х х
Каково определение ада для мужчины?
Это место, где много пива и женщин, но все пивные банки с отверстиями, а все
женщины без.
х х х
Каковы три наихудшие вещи, если стать членом?
1/ Ваш ближайший сосед - жопа.
2/ Ваш босс затягивает вас в резину.
3/ Каждый раз, когда вы волнуетесь, вас рвет.
х х х
БРАК - ЭТО ВЕЩЬ ДЛЯ ТОГО ВРЕМЕНИ, КОГДА ВАША
ЖИЗНЬ НЕ СЛИШКОМ ХОРОША.
х х х
Граффити на автомате по продаже презервативов в мужском туалете:
У ЭТОЙ ЖВАЧКИ ПРИЯТНЫЙ ВКУС.
х х х
Вы в одной комнате с серийным убийцей, террористом и юристом. У вас есть ружье,
но патронов всего два. Как вы поступите?
Выстрелю в юриста два раза.
х х х
Юдопия - это страна в Африке, где живут юдопианцы и откуда в Аэропорт
Кеннеди летают Юдопиан Эарлайнз.
На прошлой неделе они остановили все рейсы Юдопиан Эарлайнз. У них перебои с
углем.
Почему словарь юдопианского стоит так дешево?
Он не в алфавитном порядке.
х х х
Сколько докторов нужно, чтобы вкрутить лампочку?
Это зависит от того, какая у лампочки страховка.
х х х
Пастор и раббай живут на одной улице. Раббай все время наблюдает, что
делает пастор. Однажды пастор покупает новую машину, и раббай тоже покупает
новую машину.
Пастор выходит и кропит на машину святой водой. Раббай выходит с кусачками
и откусывает у своей машины один инч от выхлопной трубы.
х х х
Каковы были первые слова, сказанные Адамом Еве?
- Отступи назад. Я не знаю, насколько большой эта штука станет.
х х х
ЛЮДИ ДОБИВАЮТСЯ УСПЕХА. В ДЕЛЕ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ
ТОГО, ЧТО ИМ ВРЕДИТ.
x x x
Репортер стоит на улице с камерой и микрофоном. По улице идут трое
мужчин. Репортер останавливает их, предполагая, что они - интересные собеседники
для интервью. Один мужчина - поляк, другой - русский, а третий
- еврей.
- Извините, пожалуйста. Четырнадцатый телеканал проводит интервью, -
говорит репортер. - Каково ваше мнение по поводу грозящего дефицита мяса?
- Что такое "мясо"? - спрашивает поляк.
- Что такое "мнение"? - спрашивает русский.
- Что такое "извините пожалуйста"? - спрашивает еврей.
х х х
НИКОМУ НЕ ДОВЕРЯЙ. ТЫ ДОЛЖЕН ПОЛУЧИТЬ ВСЕ
НАПИСАННЫМ НА БУМАГЕ.
х х х
На чью поддержку мы можем рассчитывать:
ПЯТАЯ ЧАСТЬ ВСЕГДА ПРОТИВ ВСЕГО.
х х х
КЛУБНИЧНАЯ АЙРИШ ТРЕТЬЕГО МИРА.
ПОЧТИ ПО БУКОВСКОМУ
Если я еще раз встречу в Нью-Йорк-сити васпа, я сразу сообщу ему, куда
ему засунуть его происхождение.
В нашем Нью-Йорке васпы - редкая птица. Половина резидентов НьюЙорка,
говорит статистика мэра Джулиани, родились вне Америки. У второй половины
родители родились тоже в Бангла-Деш и Кот-Диоре . Остатки изначальных
васпов Первого Мира переехали от нас в Калифорнию играть типичных американцев
у "Ворнер Бразэрс". Индекс резидентов в "Желтых Страницах" Бруклина
начинается так: Аарон, Аархус, Абочча, Абу-аббас-аль-сахав: Я спелингуюсь
в билле за электричество как хиспаник "Валуез".
- Пардон ми, сэр:
Она клубничная блонди, около 25, узкие бедра и неправдоподобно
большой бюст. На ней не сможет нагреть руки бизнесмен Мирза, я вожу его
с бангладешского рейса до его шопа на Авеню Ю. Шоп Мирзы называется
"Прайслес Бюстгальтеры из Бангла-Деш. Стандартный Европейский Размер".
Все бюстгальтеры у Мирзы второго номера. Здесь тянет на тридцать восемь
инчей. Среди тысячи женщин вам нет-нет да и попадется такая, которая
своим бюстом вывернет вам душу наизнанку.
От нее пахнет Шанелью Номер Пять, духами Мерилин. Запах Мерилин перебивает
даже запах моего пота и взопревших без кондиционера яиц. У блондинки,
кроме сорока инчей, еще и клубничная кожа, розовые ресницы, губы
цветочком. Ее губы накрашены красным, как марки для авиапочты. Она в
пурпурном платье, туфли на высоких каблуках. Ньюйоркерки-лимитчицы одеваются
как у себя в стране. Здесь настоящий дрэс . Здесь есть стиль. Она
уже сидит на переднем сиденье.
- Слушай, ты выглядишь как мужчина, который знает, как рулить. Сделай
для меня чудо. Через пятнадцать минут я должна быть в файер департменте
на Четвертой авеню.
Она села в конце Эммонс Авеню. К тому же сегодня суббота.
- При субботнем трафике , мэм, до Четвертой авеню - это трип на полчаса.
- Ты когда-нибудь слышал про Иисуса Христа?
- В детстве от прабабки, мэм.
- Тогда сделай это: на Четвертую авеню за пятнадцать минут.
Я делаю разворот с места.
- У вас что, мэм, пожар на Четвертой авеню?
- Я не мадам, я - леди.
- Из каунти Англси, Южный Уэльс, мэм?
- Моя мам - леди Ирландии.
- И у вас сегодня клуб ирландских леди на Четвертой авеню в пожарной
каланче?
Со служебной дороги я выруливаю на Бэлт-Парквэй в бреющем полете. Машина
наклоняется вправо. Леди издает сексуальное "Оооу:" и опирается руками
на мое плечо. Рукой на стике я чувствую ее колено.
- Теперь холд-он ! - говорю я и начинаю кидать Кадиллак по парквэю
вправо-влево.
- Оооу: Оооу!
- Ййес!
- Слалом в Аппалачах!
- Ййес!
Она восторженно улыбается.
- Гони! Гони! Сделай их! Сделай!
Ее рука то сжимает, то разжимает мою на стике.
"Наши лучшие парни имеют свои извилистые спецтрассы. Один слалом-драйв,
и каждая третья белая пассажирка - твоя:" - учил меня старый
негр-таксист из белого Саффолк Каунти. Они там в Саффолке знают специальные
штуки. Старый профи.
- Если бы моя мама-леди знала, как я люблю рэйсинг , она отхлестала
бы меня ремнем.
- Я сам отхлещу вас ремнем, леди.
- Ты что, один из этих?
- Нет, я уже не из них.
Рядовому ньюйоркскому таксеру, вкалывающему по двенадцать часов в
бензиновом угаре, член надо поднимать домкратом. Я еще держусь на хорошем
генофонде. Но и мне уже не до первертов .
- Теперь смотрите, - я показываю на трассу, идущую резко вверх. - На
подъеме не видно, что там на спуске. И воскресные водители начнут тормозить
без причины. Так устроена их непрофессиональная башка. Непрофессионал
замедляет темп, когда не уверен в будущем. Профи идет по инстинктам.
На подъеме мы их и сделаем.
Я еще раз проверяю ее бюст: экстра-класс. Она лучше, чем какая-нибудь
кинозвезда. После Мерилин все они плоскодонки. И всех их перетрахали
сначала сценаристы, а потом продюсеры. Моя звезда совершенно не выглядит
испорченной.
- Как тебя зовут? - спрашивает она.
- Влад из СССР.
- Я - Фелисит. Сделай их на подъеме, советский Влад.
- Сделаю, леди Фелисит.
Я ставлю пониженную передачу, включаю хай-бим и вдавливаю акселератор
в пол. Мой Кадиллак превращается в пучок кинетической энергии, сорвавшийся
с цепи. О, бог Бэлт-Парквэя или его черт, помоги мне сделать это.
Не дай захлебнуться моему старому карбюратору!
Тараня асфальт тормозами, я бью правыми колесами о тротуар у файер
департмента через четырнадцать минут тридцать секунд. Ногти Фелисит исцарапали
мою руку.
- Оооу! - говорит она.
- Йооо: - говорю я, глядя на ссадины.
- Наклонись ко мне, - говорит она. - Я хочу тебе что-то сказать.
Я наклоняюсь и чувствую ухом ее прохладные губы и губную помаду.
- Ты: магический мужчина: Я хочу: тебя трахнуть:
- О, боже:
- У тебя есть что-нибудь против секса?
- Ничего: Кроме того что я не имел его несколько месяцев:
Фелисит смеется.
- Сегодня будешь иметь. Жди меня здесь. Я сфотографирую их выпускников
за десять минут. Я фотограф. А потом мы немедленно едем в мотель.
- Вэл: - говорю я. - Шюа:
У человека все должно быть прекрасно в фартовые дни. Я еду в мотель
на берегу Атлантики. Мотель "Эс энд Джи. Часть 3". Это высококлассная
цепь. "Эс энд Джи" обозначает "секс и геймз ". Части 1 и 2 должны находиться
не иначе как на Гаваях и Сайпане. Стены мотеля цвета коконатов .
Мы входим, оставляем подписи и получаем комнату 401. По дороге мы заехали
в ликерный шоп, я купил бутылку "Джека Даниэлса".
- Ты в самом деле не из них? - спрашивает Фелисит в лифте.
- Кого ты имеешь в виду?
- Любителей хлестать ремнями. У моей мам был ужасный опыт.
- Успокойся, бэби, - говорю я. - Я уже безвреден.
Стены и постель в комнате тоже цвета коконатов. Я снимаю целлофан с
фужеров и наливаю виски.
Фелисит в это время раздевается. Бра , трусы, и носки Фелисит яркокрасного
цвета. После пурпура платья это выглядит как коммунистический
заговор. Ее нижнее сразу будит во мне страсть. Под дымом пурпура алое
пламя. Впереди у меня уже торчит большая штуковина. Тело Фелисит клубничное
и восхитительное. Миниатюрный зад и два сорокадвухдинчевых перла
над пупком. Мать-природа иногда создает такую кунсткамеру. Одним женщинам
она дает все, а другим шиш с маслом. Все это как сон.
Фелисит снимает и красное тоже. Она садится на постель, кладет ногу
на ногу и пьет виски. У нее упругая грудь, и эта грудь стоит. Фелисит
выглядит так, как будто она уже возбуждена. Она смеется.
- Что тебе смешно? -спрашиваю я.
- Ты не думаешь сейчас о своей жене?
- Я сейчас думаю, что из всего белого, черного, и малайского у тебя
самое экзотическое тело.
- Я знаю. Но ты должен подумать о своей жене.
- У меня нет жены. Слушай, разве это не ты предложила трахнуться?
- Оооу:
- Что "оооу"?
- Я предпочла бы, чтобы ты не употреблял этого слова, мой лысый Магический.
- Если тебе не нравится мой затылок, мы можем сейчас же отсюда уйти.
- Нет, - говорит она. - Сними с себя одежду.
Я залпом выхлебываю виски, закуриваю и начинаю раздеваться. Джинсы у
меня еще ничего, но трусы все в белых пятнах. В воскресенье я пересыпал
в лондромат порошка. Я засовываю большие пальцы под резинку трусов и
стягиваю трусы вместе с джинсами. Я чувствую себя старым и потным. Но я
чувствую себя и чертовски удачливым. Сегодня у меня самый удачный шифт.
Я не могу поверить, что мне так повезло. Мне надо как-то показать себя.
Я сажусь рядом с Фелисит и наливаю каждому по новому дринку.
- Ты - классная женщина, но и я тоже классный, - я стараюсь убрать
деревенский русский акцент. Все ваше русское отдает деревенщиной. - Ты
видела, как классно я сделал тридцатиминутный трип за четырнадцать минут?
Это не всякому дано. Я - интерконтинентальный пилот. Я штурвалил в
СССР, Японии и Америке. Я летаю на всем, что летает.
- Оооу! Посмотрите, что есть у Магического!
Она ничего не знает кроме своего "Оооу!". Как детский и
...Поділитися у соцмережах
