Жанр: История
Искусство войны
...толкований трудных терминов [...] выбираю
толкование Мэй Яо-чэня, безусловно, [...] ближе всего находящееся к общему
конкретному складу мышления Сунь-цзы и к его стремлению стараться всегда
говорить о вещах, ближайшим образом касающихся военного дела. Поэтому и
останавливаюсь на таких переводах этих трех понятий: "военный строй",
"командование", "снабжение".]. Нет полководца, который не слыхал бы об этих пяти
явлениях, но побеждает тот, кто усвоил их; тот же, кто их не усвоил, не
побеждает.
4.
Поэтому войну взвешивают семью расчетами и таким путем определяют положение.
Кто из государей обладает Путем? У кого из полководцев есть таланты? Кто
использовал Небо и Землю? У кого выполняются правила и приказы? У кого войско
сильнее? У кого офицеры и солдаты лучше обучены? [10.Перевожу выражение [...]
словом "войско", считая, что переводить каждый иероглиф в отдельности ( "бин" -
строевой состав, "чжун" - нестроевой состав) не следует, так как, вероятнее
всего, в данном случае мы имеем по-китайски одно слово, передающее общее понятие
"войска" - во всем его составе.] У кого правильно награждают и наказывают?
По этому всему я узнаю, кто одержит победу и кто потерпит поражение.
5.
Если полководец станет применять мои расчеты, усвоив он непременно одержит
победу; я остаюсь у него. Если полководец станет применять мои расчеты, не
усвоив их, он непременно потерпит поражение; я ухожу от него [11.Согласно
общепринятому преданию, Сунь-цзы написал свой трактат для князя Холюй, на службе
у которого он находился. Ввиду этого эти слова могут рассматриваться как прямое
обращение к князю, приглашение принять методы, рекомендуемые им, и попробовать
применить их на практике, причем автор считает возможным заявить, что в случае
надлежащего понимания и применения его методов победа обеспечена. С целью же
большего воздействии на князя Сунь-цзы прибегает к своего рода угрозе: он
предупреждает, что если князь не воспользуется его советами, он от него уйдет,
перейдет на службу к другому князю и таким образом лишит князя своей помощи.].
Если он усвоит их с учетом выгоды, они составят мощь, которая поможет и за
пределами их.
6.
Мощь - это умение применять тактику [12.Предлагаю для очень трудного слова
"цюань" в данном тексте русское "тактика", "тактический маневр", "тактический
прием". Соображения, заставившие меня выбрать такой перевод, приведены в
комментарии к этому месту текста, так что повторять их здесь излишне. Укажу
только попутно на то, что русское слово "стратегия" я предлагаю для перевода -
по крайней мере в древних военных текстах - китайского слова "моу". Только при
таком переводе это слово получает вполне реальный смысл, делающим удобным и
простым перевод таких словосочетаний, как,. например, названия глав в трактате
Вэй Ляо-цзи (гл.V) и (гл. VI) - "тактика наступления" и "'тактика обороны". При
таком переводе эти заглавия вполне точно передают содержания глав. В пользу
этого перевода говорит и обычное обозначение военных теоретиков и писателей -
"цюаньмоуцзя". Так они называются в "Ханьской истории", в отделе "Ивэнь-чжи": -
"военные стратеги". "Цюань-моуцзя" соответствует в точности русскому
"стратегия", поскольку у нас понятие "стратегия" в широком смысле объединяет оба
понятия - "стратегию" и "тактику", а под "стратегом" понимают и стратега в узком
смысле слова и тактика; и исторически слово "стратег", которым называли и
полководца и теоретика военного дела в древней Греции, в точности соответствует
тем лицам, о которых говорят отделы "Цюаньмоуцзя" в китайских династийных
историях. Само собой разумеется, что в настоящее время для этих понятий -
стратегия и тактика - в китайском языке существуют совершенно другие слова.],
сообразуясь с выгодой.
7.
Война - это путь обмана [13.Китайское [...] не вполне покрывается русским
"обман". Содержание этого китайского понятия охватывает то, что мы передаем
словами "обман" и "хитрость". Поэтому и те приемы, которые дальше рекомендует
Сунь-цзы, частью относятся к тому, что мы назвали бы обманом, частью к тому, что
мы охарактеризовали бы как хитрость. Не желая давать в русском переводе два
слова на место одного китайского, останавливаюсь на слове "обман", поскольку и
под "хитростью" у нас разумеются непрямые и именно большей частью обманные ходы
в достижении своих целей.]. Поэтому, если ты и можешь что-нибудь, показывай
противнику, будто не можешь; если ты и пользуешься чем-нибудь, показывай ему,
будто ты этим не пользуешься; хотя бы ты и был близко, показывай, будто ты
далеко; хотя бы ты и был далеко, показывай, будто ты близко; заманивай его
выгодой; приведи его в расстройство и бери его; если у него все полно, будь
наготове; если он силен, уклоняйся от него; вызвав в нем гнев, приведи его в
состояние расстройства; приняв смиренный вид, вызови в нем самомнение; если его
силы свежи, утоми его; если у него дружны, разъедини; нападай на него, когда он
не готов; выступай, когда он не ожидает.
8.
Все это обеспечивает вождю победу; однако наперед преподать ничего нельзя.
9.
Кто - еще до сражения - побеждает предварительным расчетом [14.Выражение
"мяосуань" имеет вполне конкретный смысл. В эпоху Сунь-цзы храм предков - "мяо",
находившийся на дворцовой территории, обычно в восточной части ее, являлся
помещением для важнейших собраний советников правителя. Это был, так сказать,
"зал совета". Естественно, что перед войной здесь устраивался военный совет, на
котором взвешивались все шансы войны и вырабатывался план действий. Поэтому
выражение "мяосуань" имеет смысл "план войны, принятый на военном совете", до ее
начала, т. е. предварительный план войны. Однако, поскольку на дворцовом совете
обсуждали не только вопросы войны, выражение "мяосуань" имело общее значение -
всякого предварительного плана, выработанного на совете; в дальнейшем же это
слово стало означать план или расчет, выработанный на основании предварительного
размышления или обсуждения, т. е. вообще предварительный расчет.], у того шансов
много; кто - еще до сражения - не побеждает расчетом, у того шансов мало. У кого
шансов много - побеждает; у кого шансов мало - не побеждает; тем более же тот, у
кого шансов нет вовсе. Поэтому для меня - при виде этого одного - уже ясны
победа и поражение.
Глава II.
Ведение войны
1.
Сунь-цзы сказал: правило ведения войны таково:
2.
Если у тебя тысяча легких колесниц и тысяча тяжелых [15.Термины "чичэ" и "гэчэ",
представляющие наименования различных видов колесниц, употреблявшихся в древней
китайской армии, вызывают несколько разноречивые толкования. Цао-гун и Мэй Яочэнь
определяют первый как "легкие колесницы", второй как "тяжелые колесницы".
Ли Цюань называет первые "боевыми колесницами", вторые - "легкими колесницами".
Ду Му понимает так: "легкие колесницы" - это боевые колесницы, на которых в
древности вели бой; что же касается "гэчэ", то это, по его мнению, обозные,
тяжелые колесницы, на которых перевозили оружие, вещи и снаряжение. Чжан Юй
истолковывает эти термины по-иному: первые - это, по его мнению, колесницы для
нападения, вторые - для обороны. Таким образом, совершенно ясно значение первого
термина - "чичэ": это колесницы, предназначенные для боя; их называют то
"легкими колесницами", то "боевыми колесницами", то "наступательными
колесницами". Сомнение вызывает второй термин: боевые ли это колесницы или
только обозные фургоны? Ду Му считает их именно последними, но Чжан Юй полагает,
что они являются также боевыми колесницами, только предназначенными для обороны.
Другие комментаторы, не объясняя их назначения, называют их "тяжелыми
колесницами". Однако Ли Цюань неожиданно именно к ним прилагает термин "легкие
колесницы", противопоставляя их "боевым колесницам", в то время как Ду Му именно
"боевыми колесницами" называет только "легкие".], сто тысяч солдат, если
провиант надо отправлять за тысячу миль [16.Комментаторы пробуют определять,
чему равнялась та тысяча миль, о которой говорит Сунь-цзы, в мерах их времени.
Если взять самого близкого к нам по времени комментатора (из старых, конечно),
который затрагивает этот вопрос, - Сорая, то он исчисляет один чжоуский фут в
7.2 японских дюйма его времени, 8 чжоуских футов составляют 1 сажень, т. е. 5
футов и 7.6 дюйма японских; одна миля равна З00 саженей, т. е. 172 сажени и 8
футов японских, иначе 4 те и 48 кэн, 1000 миль, таким образом, равна 4800
японских те, т. е. несколько более 133 японских миль. В переводе на европейские
меры это будет около 450 км. Считаясь с тем, что чжоуский фут был в эпоху Чжоу
не везде одинаков, Сорай допускает колебание этой цифры от 100 до 133 японских
миль, т. е. приблизительно от 350 до 450 км (Сорай, цит. соч., стр. 30).
Впрочем, как об этом говорилось и в комментарии, вряд ли есть какая-нибудь
надобность в этих точных вычислениях: текст Сунь-цзы не следует понимать в
данном случае буквально, а принимать его выражение "1000 миль" за общее
обозначение далекого расстояния.], то расходы внутренние и внешние, издержки на
прием гостей, материал для лака и клея, снаряжение колесниц и вооружения - все
это составит тысячу золотых в день. Только в таком случае можно поднять
стотысячное войско.
3.
Если ведут войну, и победа затягивается, - оружие притупляется и острия
обламываются; если долго осаждают крепость, - силы подрываются; если войско
надолго оставляют в поле, - средств у государства не хватает.
4.
Когда же оружие притупится и острия обломаются, силы подорвутся и средства
иссякнут, князья [17.О слове "князь" здесь и всюду ниже см. примечания к главе
II.], воспользовавшись твоей слабостью, поднимутся на тебя. Пусть тогда у тебя и
будут умные слуги, после этого ничего поделать не сможешь.
5.
Поэтому на войне слышали об успехе при быстроте ее, даже при неискусности ее
ведения, и не видели еще успеха при продолжительности ее, даже при искусности ее
ведения.
6.
Никогда еще не бывало, чтобы война продолжалась долго и это было бы выгодно
государству. Поэтому тот, кто не понимает до конца всего вреда от войны, не
может понять до конца и всю выгоду от войны.
7.
Тот, кто умеет вести войну, два раза набора не производит, три раза провианта не
грузит; снаряжение берет из своего государства, провиант же берет у противника.
Поэтому у него и хватает пищи для солдат.
8.
Во время войны государство беднеет оттого, что возят далеко провиант. Когда
провиант нужно возить далеко, народ беднеет.
9.
Те, кто находятся поблизости от армии, продают дорого; а когда они продают
дорого, средства у народа истощаются; когда же средства истощаются, выполнять
повинности трудно.
10.
Силы подрываются, средства иссякают, у себя в стране - в домах пусто [18.Слово
"чжун-юань" я перевожу здесь русским "страна". Собственно говоря, этим словом
обозначалась центральная равнинная часть территории Китая, расположенная по
течению Хуанхэ, особенно земли, составляющие ныне провинции Шаньдун и Хэнань.];
имущество народа уменьшается на семь десятых; имущество правителя - боевые
колесницы поломаны, кони изнурены; шлемы, панцири, луки и стрелы, рогатины и
малые щиты, пики и большие щиты, волы и повозки - все это уменьшается на шесть
десятых [19.Выражение "цюню" одни понимали как "волы, поставляемые сельскими
общинами", другие - как "большие волы", основываясь на том, что слово "цю" может
значить "большой". Я ставлю по-русски просто слово "волы", считая в то же время,
что предыдущий текст совершенно ясно указывает, что здесь речь идет о волах,
поставляемых общинами. Оснований для того, чтобы считать слово "цю" в сочетаниях
"цюи" и "цюню" различным по смыслу, нет никаких, тем более, что речь все время
идет об одном и том же. Кроме того, нигде во всем трактате нет ни одного случая
употребления иероглифа "цю" в значении "большой". Поэтому толкование Ли Цюаня, к
которому с некоторыми оговорками присоединяется и Сорай, должно быть безусловно
отвергнуто.].
11.
Поэтому умный полководец старается кормиться за счет противника. При этом один
фунт пищи противника соответствует двадцати фунтам своей; один пуд отрубей и
соломы противника соответствует двадцати пудам своей [20.Я позволил себе на
место китайских "чжун" и "дань поставить русские "фунт" и "пуд". Конечно, это не
соответствует действительным весовым соотношениям этих мер. Кроме того,
китайские "чжун" и "дань" - меры сыпучих тел, а не веса, и по-русски следовало
бы взять что-либо вроде "четверти" и "гарнца". Но дело здесь не в точных мерах.
Сунь-цзы просто указывает на то, что известное количество провианта и фуража,
полученное на месте, по своему значению во много раз превышает то же количество,
доставляемое издалека, или, иначе говоря, экономически гораздо выгоднее получить
то, что нужно, на месте, чем возить издалека. Так как в данной фразе Сунь-цзы
единственно важна именно эта мысль, я и позволил себе, чтобы сразу сделать ее
ясной для русского читателя, на место ничего не говорящих русскому слуху
названий древних китайских мер подставить знакомые русские слова. О реальной
величине "чжун" и "дань" сведения дают все комментаторы. Кода в переводе на
современные японские меры исчисляет один чжун в шесть коку и четыре то, один
дань - в 20 коку (Кода и Оба, цит. соч., стр. 81). Это составляет 32.7 бушеля (1
чжун) и 99.2 бушеля (1 дань).].
12.
Убивает противника ярость, захватывает его богатства жадность.
13.
Если при сражении на колесницах захватят десять и более колесниц, раздай их в
награду тем, кто первый их захватил, и перемени на них знамена. Перемешай эти
колесницы со своими и поезжай на них. С солдатами же обращайся хорошо и заботься
о них. Это и называется: победить противника н увеличить свою силу [21.Сорай
дает совершенно иное толкование этому месту II главы. По его мнению, Сунь-цзы
здесь говорит о том, чтобы передать отнятые от противника колесницы самим же
сдавшимся неприятельским воинам, именно тем, кто первыми изъявил покорность.
иначе говоря, Сорай предполагает, что захват колесниц противника происходит
путем сдачи воинов противника. Таким образом, можно воздействовать на психологию
сдавшихся и привлечь их на свою сторону, а с другой - подействовать и на прочих,
побуждая их к сдаче. Однако на всякий случай следует принимать и некоторые меры
предосторожности, а именно: на колесницах вперемешку со сдавшимися следует
рассадить и своих воинов или же сдавшихся раньше и уже проверенных, рассадить
так, чтобы из троих воинов, составлявших команду колесницы, один или двое были
вполне надежными.].
14.
Война любит победу и не любит продолжительности.
15.
Поэтому полководец, понимающий войну, есть властитель судеб народа, есть хозяин
безопасности государства.
Стратегическое нападение
1.
Сунь-цзы сказал: по правилам ведения войны наилучшее - сохранить государство
противника в целости, на втором месте - сокрушить это государство. Наилучшее -
сохранить армию противника в целости, на втором месте - разбить ее. Наилучшее -
сохранить бригаду противника в целости, на втором месте - разбить ее. Наилучшее
- сохранить батальон противника в целости, на втором месте - разбить его.
Наилучшее - сохранить роту противника в целости, на втором месте - разбить ее.
Наилучшее - сохранить взвод противника в целости, на втором месте - разбить
его [22.Считаю возможным дать русские наименования "взвод", "батальон" и т.д. на
том основании, что относительно, с точки зрения последовательности войсковых
подразделений, эти наименования соответствуют китайским. В китайской армии - по
данным Чжоу ли - в период Чжоу самым мелким подразделением была пятерка (кит.
"У"), к ней я прилагаю, русское название "взвод"; соединение из пяти взводов, т.
е. 25 человек, составляло следующую единицу, переводимую словом "рота" (кит.
"лян") далее идет батальон - соединение из четырех рот, 100 человек (кит.
"цзу"); затем бригада (кит. "люй") - соединение из пяти батальонов, т.е. 500
человек; далее идет дивизия (кит. "си") - соединение пяти бригад, т. е. 2500
человек; пять дивизий, т.е. 12500 человек, составляли армию (кит. цзюнь). Однако
самым крупным соединением во время похода были "три армии", т. е. войсковая
группа в 37 500 человек, в которой одна армия, располагающаяся впереди, получала
значение авангардной, другая, которая располагалась в центре и при которой
находился главнокомандующий, называлась центральной, а третья, прикрывающая тыл,
была армией арьергарда. В переводе к такой группе я также прилагаю русское слово
"армия", так как, несомненно, китайское "сань цзюнь" - три армии - понималось,
как армия в широком смысле слова. Это были те силы, которые, по чжоускому праву,
могло иметь так называемое "большое государство", т. е. с правителем с титулом
"гун" или "хоу"; "средние государства" с правителем с титулом "бо" имели только
две армии, т. е. 25000 человек; "малые государства", с правителем с титулом
"цзы" или "нань" могли иметь только одну армию, т. е. 12 000 человек. Сам же
чжоуский ван - имел шесть армий, т. е. 75 000 человек. Поэтому несомненно, что
все эти названия - "лю цзюнь", "сань цзюнь", "лянь цзюнь" и "цзюнь" имели
значение "армии" в широком смысле слова.]. Поэтому сто раз сразиться и сто раз
победить - это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего - покорить чужую армию,
не сражаясь.
2.
Поэтому самая лучшая война - разбить замыслы противника; на следующем месте -
разбить его союзы; на следующем месте - разбить его войска. Самое худшее -
осаждать крепости. По правилам осады крепостей такая осада должна производиться
лишь тогда, когда это неизбежно. Подготовка больших щитов, осадных колесниц,
возведение насыпей, заготовка снаряжения требует три месяца; однако полководец,
не будучи в состоянии преодолеть свое нетерпение, посылает своих солдат на
приступ, словно муравьев; при этом одна треть офицеров и солдат [23.В тексте
трактата, приводимом "Камбун тайкэй", воспроизводящем, как сказано в вводной
части настоящей работы, циньскую редакцию, стоят иероглифы [...]. Это значит,
что речь идет о потерях только офицерского состава. Считая, как это делает
большинство комментаторов, это явно нелепым, перевожу это место согласно тексту,
приведенному в Тун дянь, где дается [...].] оказывается убитыми, а крепость
остается не взятой. Таковы гибельные последствия осады.
3.
Поэтому тот, кто умеет вести войну, покоряет чужую армию, не сражаясь; берет
чужие крепости, не осаждая; сокрушает чужое государство, не держа свое войско
долго. Он обязательно сохраняет все в целости и этим оспаривает власть в
Поднебесной. Поэтому и можно не притупляя оружие иметь выгоду: это и есть
правило стратегического нападения [24.Слово "моу" передано по-русски в
зависимости от контекста в одних случаях русскими словами "замыслы", иногда -
"планы", в других - "стратегия" (аргументацию в пользу такого перевода см. в
примечании 9 к главе 1). Словосочетание "моу гун" в контексте всего этого абзаца
переводится здесь как "стратегическое нападение".].
4.
Правило ведения войны гласит: если у тебя сил в десять раз больше, чем у
противника, окружи его со всех сторон; если у тебя сил в пять раз больше,
нападай на него; если у тебя сил вдвое больше, раздели его на части; если же
силы равны, сумей с ним сразиться; если сил меньше, сумей оборониться от него;
если у тебя вообще что-либо хуже, сумей уклониться от него. Поэтому упорствующие
с малыми силами делаются пленниками сильного противника.
5.
Полководец для государства все равно, что крепление [25.Слово "фу" употребляется
главным образом метафорически - в смысле "помощник". Считаю, однако, что здесь
Сунь-цзы прибегает к образному сравнению и поэтому беру это слово в его
первоначальном значении - чека, крепление колеса у телеги. О том, что здесь -
сравнение, говорят два следующих слова: "чжоу" и в особенности "си" - "плотный"
и "щель". Эти понятия приложимы именно к чеке, креплению, которое может быть
пригнано плотно и может разойтись так, что получится шель, промежуток.] у
повозки: если это крепление пригнано плотно, государство непременно бывает
сильным; если крепление разошлось, государство непременно бывает слабым.
6.
Поэтому армия страдает от своего государя в трех случаях [26.Фраза,
представляющая большие грамматические трудности. По-видимому, это чувствовали и
старые китайские читатели Сунь-цзы, так как в некоторых изданиях слова
"государь" (цзюнь) и "армия" (цзюнь) переставлены одно на место другого (ср.
Сорай, цит. соч., стр. 59). Несомненно, что при такой перестановке понимание
этой фразы облегчается это более привычная грамматическая форма выражения мысли
- "таких вещей, в которых в армии проявляется бедствие по вине государя, три".
Однако особенность китайской грамматической формы в этом месте не имеет
значения: смысл в обоих случаях будет один и тот же.]:
Когда он, не знал, что армия не должна выступать, приказывает ей выступить;
когда он, не зная, что армия не должна отступать, приказывает ей отступить; это
означает, что он связывает армию.
Когда он, не зная, что такое армия, распространяет на управление ею те же самые
начала, которыми управляется государство; тогда командиры в армии приходят в
растерянность [27.Сорай дает совершенно иное толкование этой фразе. Он считает,
что здесь речь идет о введении в управление армией на равных правах с
полководцем "инспектора армии" (цзяньцзюнь), которому поручалось наблюдение за
армией и особенно за полководцем. Сорай указывает, что правители часто не
доверяли полководцам и опасались всяких неожиданностей с их стороны, почему и
назначали особых инспекторов из числа своих приближенных, пользующихся полным
доверием. Помимо двоевластия, получающегося в армии вследствие наличия такого
инспектора, по мнению Сорая, возникает и тот вред, что такой инспектор, как
правило, не знал военного дела и не мог участвовать в руководстве армией. Отсюда
и "растерянность в армии" (Сорай, цит. соч., стр. 60 - 61).].
Когда он, не зная, что такое тактика армии, руководствуется при назначении
полководца теми же началами, что и в государстве; тогда командиры в армии
приходят в смятение [28.Чжан Юй иначе понимает это место. Ему кажется, что Суньцзы
имел здесь в виду назначение в армию, помимо командующего, еще особого
"инспектора армии" (цзяньцзюнь), как это звание стало называться в позднейшие
времена. Короче говоря, Чжан Юй понимает это место так же, как Сорай понимает
предыдущее. Некоторые основания у него имеются: это наличие слова "жэнь" -
"назначение", отправляясь от которого можно прийти при желании и к такому
пониманию, тем более, что назначение инспекторов, по-видимому, широко
практиковалось, особенно в более поздние времена.].
7.
Когда же армия приходит в растерянность и смятение, настигает беда от князей.
Это и означает: расстроить свою армию и отдать победу противнику.
8.
Поэтому знают, что победят в пяти случаях: побеждают, если знают, когда можно
сражаться и когда нельзя; побеждают, когда умеют пользоваться и большими и
малыми силами; побеждают там, где высшие и низшие имеют одни н те же желания;
побеждают тогда, когда сами осторожны и выжидают неосторожности противника;
побеждают те, у кого полководец талантлив, а государь не руководит им. Эти пять
положений и есть путь знания победы.
9.
Поэтому и говорится: если знаешь его и знаешь себя, сражайся хоть сто раз,
опасности не будет; если знаешь себя, а его не знаешь, один раз победишь, другой
раз потерпишь поражение; если не знаешь ни себя, ни его, каждый раз, когда
будешь сражаться, будешь терпеть поражение.
Форма
1.
Сунь-цзы сказал: в древности тот, кто хорошо сражался, прежде всего делал себя
непобедимым и в таком состоянии выжидал, когда можно будет победить противника.
Непобедимость заключена в себе самом, возможность победы заключена в противнике.
Поэтому тот, кто хорошо сражается, может сделать себя непобедимым, но не может
заставить противника обязательно дать себя победить.
Поэтому и сказано: "Победу знать можно, сделать же ее нельзя".
2.
Непобедимость есть оборона; возможность победить есть наступление.
Когда обороняются, значит есть в чем-то недостаток; когда нападают, значит есть
все в избытке.
Тот, кто хорошо обороняется, прячется в глубины преисподней; тот, кто хорошо
нападает, действует с высоты небес [29.Словами "глубины преисподней" и "высота
небес" переведены китайские "цзю ди" и "цзю тянь", буквально "девятая земля" и
"девятое небо". Само собой разумеется, что эти понятия в определенной области
имели конкретное значение и притом различное в зависимости от сферы приложения.
Так, например, по версии, передаваемой Чэнь Хао, выражением [...] - "верх
девятого неба" - обозначался "день тигра" в третьей луне весны, "день лошади" в
третьей луне лета и "день обезьяны" в третью луну осени, а также "день крысы" в
третью луну зимы; "низом девятой земли" ([...]) называли "день обезьяны" третьей
луны весны, "день крысы" третьей луны лета, "день тигра" третьей луны осени и
"день лошади" третьей луны зимы. Есть и другие значения, свидетельствующие о
том, что эти выражения играли роль терминов из области циклического счета
времени. Однако а общем языке эти слова употреблялись как метафоры. Путь к
такому употреблению открывался самым буквальным их значением - "девятая земля" и
"девятое небо". Это ассоциировалось с представлениями о девяти кругах подземного
мира и о девяти сферах небес. Поскольку же число девять, как это отражено в Ицзине,
считалось в определенной системе пределом числа, понятие "девятая земля"
означало "самые глубины преисподней", понятие "девятое небо" - "самая высшая
сфера небес". Поэтому я и счел себя вправе в переводе взять именно эти русские
выражения, как вполне соответствующие китайским "цзю ди" и "цзю тянь" в их
метафорическом применении.].
Поэтому умеют себя сохранить и в то же время одерживают полную победу.
3.
Тот, кто видит победу не более чем прочие люди, не лучший из лучших. Когда ктолибо,
сраж
...Закладка в соц.сетях
