Жанр: История
ИОСИФ СТАЛИН: ЖИЗНЬ И НАСЛЕДИЕ
...ависть
против Сталина. Оно так и должно быть. Я думаю, что было бы странно и обидно, если бы
оппозиция, пытающаяся разрушать партию, хвалила Сталина, защищающего основы
ленинской партийности...1
Так как оппозиционеры вновь (в который раз!) разглагольствовали о "завещании" Ленина
и его критических замечаниях в адрес Сталина, Генеральный секретарь ЦК очень
подробно остановился на этом вопросе и показал, что и речи не могло быть об
"утаивании" от партии этого письма Ленина. Среди прочего Сталин сказал:
-Говорят, что в этом "завещании" товарищ Ленин предлагал съезду ввиду "грубости
Сталина обдумать вопрос о замене Сталина на посту Генерального секретаря другим
товарищем. Это совершенно верно. Да я груб, товарищи, в отношении тех, которые грубо и
вероломно разрушают и раскалывают партию. Я этого не скрывал и не скрываю.
Возможно, что здесь требуется известная мягкость в отношении раскольников. Но этого у
меня не получается. Я на первом же заседании Пленума ЦК послеXIII съезда просил
Пленум ЦК освободить меня от обязанностей Генерального секретаря. Съезд сам
обсуждал этот вопрос. Каждая делегация обсуждала этот вопрос, и все делегации
единогласно, в том числе и Троцкий, Каменев, Зиновьев, обязали Сталина остаться на
своем посту.
Что же я мог сделать? Сбежать с поста? Это не в моем характере, ни с каких постов я
никогда не убегал и не имею права убегать, ибо это было бы дезертирством. Человек я,
как уже раньше об этом говорил, подневольный, и когда партия обязывает, я должен
подчиниться 2.
1 С т а л и н И. В. Соч. Т .10. С.172 - 173.
2 С т а л и н И. В. Соч. Т .10. С.175 - 176.
203
Рассмотрев вопрос о подпольной фракционной работе Троцкого и Зиновьева, Пленум
вывел их из состава ЦК. Но они и их присные настолько были уверены в своей
безнаказанности, что в ходе предсъездовской дискуссии отважились на прямые
выступления. 7 ноября 1927 года, в день десятилетия Октября, когда миллионы советских
трудящихся вышли на площади и улицы городов нашей страны, чтобы
продемонстрировать верность Советскому правительству, кучка оппозиционеров
вздумала организовать свою контрманифестацию в Москве и Ленинграде. Вздумала - и
опозорилась: только своевременное вмешательство милиции спасло оппозиционеров от
гнева рабочих, иначе их просто-напросто растерзали бы.
...XV съезд партии открылся 2 декабря 1927 года. Главным его делом стала разработка
мероприятий, направленных на дальнейшее развертывание социалистической
реконструкции народного хозяйства. О них речь впереди. Оппозиция же получила на
съезде последний, завершающий удар.
В Отчетном докладе ЦК съезду (его делал Сталин) главное место отводилось,
естественно, внешнему и внутреннему положению нашей страны; был и раздел "Партия и
оппозиция". Оценивая предсъездовскую дискуссию, отметив, что в последние недели и
месяцы окончательно выяснилась глубина пропасти, разделившей идейные позиции
партии и оппозиции, Сталин охарактеризовал основные направления, по которым шла
борьба с оппозицией. Он говорил:
- Вы спрашиваете: почему мы исключили Троцкого и Зиновьева из партии? Потому, что
мы не хотим иметь в партии дворян. Потому, что закон у нас в партии один, и все члены
партии равны в своих правах. (Возгласы: "Правильно!" Продолжительные
аплодисменты.)
Если оппозиция желает жить в партии, пусть она подчиняется воле партии, ее законам, ее
указаниям без оговорок, без экивоков. Не хочет она этого, - пусть уходит туда, где ей
привольнее будет. (Голоса: "Правильно!" Аплодисменты.) Новых законов, льготных для
оппозиции, мы не хотим и не будем создавать.
(Аплодисменты.)
Спрашивают об условиях. Условие у нас одно: оппозиция должна разоружиться целиком
и полностью и в идейном и в организационном отношении. (Возгласы: "Правильно!"
Продолжительные аплодисменты.)
Она должна отказаться от своих антибольшевистских взглядов открыто и честно, перед
всем миром. (Возгласы: "Правильно!" Продолжительные аплодисменты.)
Итак, к концу двадцатых годов Сталин полностью победил своего главного соперника
Троцкого и его незадачливых приспешников. Победил политически. Но они оставались
как политические личности, они действовали, и не только открыто. А их сторонники, а
те, кто им тайно сочувствовал? Они остались
теми же, только публичные клятвы вдруг сразу переменили. Но ведь это можно поменять
снова...
Сталин эту нехитрую, в общем-то, игру понимал. Понимал, как это видно теперь, гораздо
глубже, чем сами самоуверенные "игроки".
Вот "красный маршал" Тухачевский, человек во всех отношениях темноватый и гнилой.
Он взлетел на верх политической жизни с ладони Троцкого, был его присным, о чем все
знали. Уже в 24-м, когда Троцкий еще был членом всевластного в России Политбюро, он
его предал и переметнулся к Ворошилову, которого по пустозвонству своему презирал.
Значит, от Троцкого перешел к врагу его Сталину. Покаялся? Нет, конечно. Небось думал
про себя: какой я умный, какой хитрый, как мне все удается!..
Но Сталин-то был не глупее. Сущность "красного маршала" он четко разгадал. Ну,
докладывали ему кое-что спецслужбы (они всегда и везде руководству все докладывают,
затем только их и держат). Не в том дело. Главное же, как проницательный человек, с
обостренным (хотя поневоле затаенным) православным чутьем на понимание всякого
хорошего и дурного, он читал в людских душах то, что порой им самим неведомо было.
Вот главное.
Да, к концу двадцатых годов был разбит Троцкий. Да, большинство его сторонников
бессовестно переметнулись на сталинскую сторону. Но лишь до поры: они ждали своего
часа.
Ждал и Сталин. Но часа не их, а своего.
Поскольку в предыдущей главе речь шла почти исключительно о столкновениях с
оппозицией в партии, у читателя могло сложиться впечатление, что борьба с различными
уклонениями от ленинизма и была главным, основным занятием Генерального секретаря
в середине 20-х годов. Но именно в том-то и состояла трудность этой борьбы, что вести ее
приходилось одновременно с напряженнейшей работой: сначала по восстановлению
народного хозяйства, а затем в период коренной его реконструкции.
Отвергая старые пути индустриализации, Сталин говорил, что в конкретных условиях 20-х
годов у нашей страны была только одна возможность:
- Остается новый путь развития, путь, не изведанный еще полностью другими странами,
путь развития крупной промышленности без кредитов извне, путь индустриализации
страны без обязательного притока иностранного капитала... 1 .
В конце 1925 и начале 1926 года страна переживала хозяйственные затруднения. Одна из
причин этого состояла в том, что
1 С т а л и н И. В. Соч. Т .7. С.197 - 198.
по инициативе знакомых нам уже лиц - видных оппозиционеров (Каменева,
занимавшего тогда пост председателя СТО; Пятакова - заместителя председателя ВСНХ
и Сокольникова - наркома торговли - был составлен и введен в действие раздутый план
развертывания промышленности, сопровождаемый значительным увеличением объема
хлебозаготовок. Хлеб предполагалось вывезти за границу и обеспечить этим импорт
сырья, промтоваров, оборудования. Но выполнить план хлебозаготовок не удалось, и
вместо зерна пришлось вывозить золото - надо было оплатить сделанные ранее заказы.
Становилось очевидным: коренной причиной трудностей страны была ее экономическая
зависимость от внешней торговли. Выход мог быть только в реконструкции самого
народного хозяйства.
XIV съезд партии провозгласил курс на индустриализацию СССР. Теперь вплотную
вставал вопрос: на какие средства вести индустриальное строительство. Советская страна
не могла рассчитывать на займы от капиталистических государств; не было у нее и
других, обычных для индустриализации капиталистических стран, путей. Вопрос об
источниках накоплений был одним из самых горячо обсуждаемых на апрельском (1926
года) Пленуме ЦК. Лидеры оппозиционеров яростно атаковали линию партии, но
получили достойный отпор. Дзержинский, к примеру, очень резко отчитал Троцкого и его
сторонников, демагогически кричавших, что "нет поворота к индустриализации".
В речи 9 апреля 1926 года на Пленуме Сталин решительно отверг "поправки" Троцкого и
Каменева к резолюции Политбюро, разоблачил намерения Троцкого "забегать" вперед.
- Можно ли, - говорил он, - отставать от хода развития промышленности при
постройке плана? Нет, нельзя. Можно ли забегать вперед, не считаясь со средствами?
Нет, нельзя. Нужно идти в уровень, не отрывая индустрию от сельского хозяйства...
Троцкий характеризует планирование наших центральных органов как хвостизм, как
теорию отставания. Неверно, что планы наших центральных органов всегда и везде
отставали от промышленности... Если планирование наших центральных органов является
хвостизмом, тогда планирование Троцкого следовало бы назвать авантюристическим или
романтическим. Строить раздутые планы, не считаясь со средствами, отвлекаясь от наших
возможностей, это значит впадать в авантюризм или романтизм...
В этом месте Пятаков бросил реплику:
- Скажи, чем я страдаю?
- И тем, и другим, - ответствовал Сталин...
Пленум отверг "поправки" оппозиционеров.
Огромная страна стала строить. В разных концах ее, один за другим, начиналось
сооружение крупнейших предприятий.
12 июля 1926 года в степи под Сталинградом был заложен тракторный завод.
8 марта 1927 года у Днепровских порогов началось сооружение крупнейшей в Европе
гидроэлектростанции.
В степях Казахстана шло строительство Туркестано-Сибирской железной дороги.
В Ростове-на-Дону - огромного завода сельскохозяйственных машин.
Велись проектные, подготовительные работы к созданию трех крупнейших
металлургических заводов - Магнитогорского, Кузнецкого и Криворожского.
Сталин внес немалый вклад в определение курса развития народного хозяйства страны.
Вот он 9 июня 1925 года отвечает в Свердловском университете на такой важный вопрос:
"Возможно ли развитие крупной советской промышленности в условиях
капиталистического окружения без кредитов нзвне?"
- Да, возможно. Дело это будет сопряжено с большими трудностями, придется при этом
пережить тяжелые испытания, но индустриализацию нашей страны без кредитов извне
мы все же можем провести, несмотря на все эти затруднения...
15 января 1928 года Сталин выехал в Сибирь. В Новосибирске, Барнауле, Рубцовске,
Омске он знакомился с ходом хлебозаготовок, выступал на собраниях коммунистов.
В Рубцовске собрались в просторном, хорошо протопленном зале. Набилось людей до
отказа; опоздавшие протискивались прямо в тулупах, валенках и шапках.
В президиум Сталин не пошел. Одетый в свой обычный китель и белые бурки, он сидел
сбоку стола, несколько в стороне, пыхтел трубкой и читал какие-то бумаги. Когда
начались выступления с мест, Сталин поднялся и, прохаживаясь, продолжал курить.
Казалось, он не очень-то и вслушивается, но по временам, жестом остановив говорившего,
спрашивал, вставлял реплики, делал тут же короткие выводы. Заинтересовавшись чем-то в
сообщении, Сталин просил высказаться то кооператоров, то финансовых работников, то
заготовителей.
Это не было похоже на заседание, к которым привыкли присутствующие. Сталин
незаметно и умело овладел беседой, направляя внимание к самому главному - как взять
хлеб при сложившихся в деревне обстоятельствах. Собрание подчинилось его воле, не
было болтовни, многословия, каждый старался говорить и отвечать коротко, ясно. В
заключение Сталин потребовал от местных руководителей выполнения хлебозаготовок,
тем более что урожай был очень хорошим. Сталин подчеркивал в выступлениях: раз
кулаки пытаются вздуть хлебные цены вдвое и втрое, то как спекулянтов их следует
привлекать к ответственности по статье 107 Уголовного кодекса. На высказан207
ные местными работниками сомнения в целесообразности этой меры Сталин ответил
весьма резко:
-Вы говорите, что применение к кулакам сто седьмой статьи есть чрезвычайная мера,
что оно не дает хороших результатов, что оно ухудшит положение в деревне. Особенно
настаивает на этом товарищ Загуменный. Допустим, что это будет чрезвычайная мера.
Что же из этого следует? Почему применение сто седьмой статьи в других краях и
областях дало великолепные результаты, сплотило трудовое крестьянство вокруг
Советской власти и улучшило положение в деревне, а у вас, в Сибири, оно должно дать
якобы плохие результаты и ухудшить положение? Почему, на каком основании?
Разумеется, Сталин не думал, что чрезвычайные меры могут навсегда решить дело.
-...Нет гарантий, - продолжал он, - что саботаж хлебозаготовок со стороны кулаков не
повторится в будущем году. Более того, можно с уверенностью сказать, что пока
существуют кулаки, будет существовать и саботаж хлебозаготовок. Чтобы поставить
хлебозаготовки на более или менее удовлетворительную основу, нужны другие меры.
Какие именно меры? Я имею ввиду развертывание строительства колхозов и совхозов...1.
Против курса партии на коллективизацию ополчились Бухарин и его сторонники. При
рассмотрении в ЦК вопросов хозяйственной политики Бухарин, Томский, Рыков все чаще
выступали с предложениями, противоречащими решениям XV съезда: то они предлагали
сократить ассигнования на колхозное строительство, то ограничить развитие металлургии
и машиностроения... В письмах и заявлениях правые стали утверждать, что в своей
практической деятельности ЦК "дезорганизует" партию.
Среди руководящих работников Московского комитета ВКП(б) правые имели довольно
много сторонников: секретари МК НА. Угланов, В.А. Котов, члены бюро МК Г.С. Мороз,
Н.Н. Мандельштам, секретари райкомов М. Н. Рютин, М. А. Пеньков и некоторые другие
ходили в правых. Вокруг Бухарина сгруппировалась так называемая "школа молодых
профессоров". Астров, Марецкий, Слепков, Гольденберг, Зайцев, Айхенвальд, Цейтлин,
пользуясь тем, что Бухарин был ответственным редактором "Правды", со страниц
центрального органа партии популяризировали идеи Бухарина. Особенно активен был
Угланов. Используя свое положение кандидата в члены Политбюро и секретаря МК, он в
докладах и выступлениях настойчиво распространял идеологию правого уклона. При
встречах с руководящими деятелями ЦК правые стремились информировать их о
настроении рабочего класса в выгодном для себя духе.
1 Сталин И.В. Соч. Т .11. С.З - 5.
В марте 1928 года Угланов, Уханов, Михайлов встретились в ЦК со Сталиным. В беседе
правые пытались навязать свои взгляды и предложения по основным направлениям
текущей политики партии: о темпах индустриализации, о соотношении между легкой и
тяжелой промышленностью, о социалистическом преобразовании сельского хозяйства,
наступлении на кулака и частных предпринимателей в городах и т.п. Сталин, выслушав
внимательно их всех, дал разъяснения Угланову и его спутникам. Такая встреча не была
единичной, но никакие разъяснения не помогали.
Наметившиеся разногласия дали знать о себе и на Пленуме ЦК в апреле 1928 года. Если
большинство членов ЦК считали, что затруднения в стране имели социальноэкономические
причины, а промахи в планировании только осложняли положение, то
Рыков, Томский, Угланов настаивали: трудности - следствие неправильной политики,
ошибок руководителей, прежде всего - Генерального секретаря.
Не желая обострять расхождения, большинство ЦК не стремилось к открытой полемике.
Поэтому и Сталин в докладе об итогах Пленума на собрании актива Московской
организации 13 апреля воздержался от упоминаний фамилий. Но в докладе имелось
немало мест, обращенных прямо против уклонистов. Так, говоря о необходимости борьбы
с кулаками, Сталин подчеркнул:
- Я знаю, что некоторые товарищи не вполне охотно приемлют этот лозунг. Странно
было бы думать, что союз рабочих и крестьян в условиях упрочившейся диктатуры
пролетариата означает союз рабочих со всем крестьянством, в том числе и кулачеством.
Нет, товарищи, мы такого союза не проповедуем и проповедовать не можем. В обстановке
диктатуры пролетариата, при условии упрочения власти рабочего класса союз рабочего
класса с крестьянством означает опору на бедноту, союз с середняком, борьбу с
кулачеством. Кто думает, что союз с крестьянством при наших условиях означает союз с
кулаком, тот не имеет ничего общего с ленинизмом. Кто думает вести в деревне такую
политику, которая всем понравится, и богатым и бедным, тот не марксист, а дурак, ибо
такой политики не существует в природе, товарищи. (Смех и аплодисменты.) Наша
политика есть политика классовая...1 .
И в этом случае Сталин выразил, и очень четко, то настроение, которое всегда
господствовало среди марксистов: против зажиточных крестьян надо вести классовую
борьбу, применяя и Уголовный кодекс. Вскоре этот тезис получит широкое
распространение и на практике приведет к тем репрессиям, от которых пострадало очень
большое количество русских крестьян.
1 Сталин И.В. Соч. Т. И. С.48.
Необходимо упомянуть, что большой раздел этой речи был отведен самокритике - как
средству преодоления ошибок и недостатков. Сталин рассмотрел несколько
обстоятельств, побуждающих партию шире употреблять это оружие.
- Наконец, - говорил он, - есть еще одно обстоятельство, толкающее нас к
самокритике. Я имею в виду вопрос о массах и вождях. За последнее время у нас стали
создаваться некоторые своеобразные отношения между вождями и массами. С одной
стороны, у нас выделилась, исторически создалась группа руководителей, авторитет
которых поднимается все выше и выше и которая становится почти что недосягаемой для
масс. С другой стороны, массы рабочего класса, прежде всего, массы трудящихся вообще
поднимаются вверх чрезвычайно медленно, они начинают смотреть на вождей снизу
вверх, зажмурив глаза, и нередко боятся критиковать своих вождей...
После апрельского Пленума 1928 года правые усилили атаки на линию партии. Дважды, в
мае и июне, Бухарин направлял в ЦК, Сталину, письма, в которых выражал свое
несогласие с курсом партии на индустриализацию и коллективизацию. 15 июня активный
сторонник правых, заместитель наркома финансов М. И. Фрумкин направил членам
Политбюро письмо, где в обобщенном виде нашла выражение политическая линия
правых. По поручению Политбюро ответ Фрумкину дал Сталин. По пунктам разобрав
обвинения, выдвинутые оппозиционером, Сталин показал их беспочвенность. В конце
июля Политбюро одобрило текст ответа.
На состоявшемся в начале июля Пленуме ЦК правые действовали очень активно, но
успеха не имели. Характерно, что в это время Бухарин тайком, в сопровождении
Сокольникова, с ведома Рыкова и Томского, вел переговоры с только что
восстановленным в партии Каменевым о повороте в политике ЦК и соответствующем
изменении состава Политбюро. Об этих переговорах ЦК стало известно гораздо позднее
- в январе 1929 года. Сам факт был убийственным для репутации Бухарина и К°: в борьбе
с ЦК правые готовы были вступить в блок с троцкистами, которых совсем недавно и
громогласно обвиняли во всех смертных грехах.
Осенью 1928 года разногласия обострились. В Политбюро они особенно проявились при
подготовке резолюции к предстоящему Пленуму ЦК о контрольных цифрах на 1928/29
хозяйственный год. Комиссия в составе Бухарина, Кржижановского, Куйбышева,
Микояна, Орджоникидзе, Рыкова и Сталина работала над проектом резолюции около
десяти дней. Бухарин и Рыков рьяно отстаивали свои взгляды на положение в сельском
хозяйстве. Когда же они убедились, что их требования не будут выполнены, то вместе с
Томским подали заявление об уходе с занимаемых постов: редактора "Правды" и секре210
таря Исполкома Коминтерна, председателя СНК СССР, председателя ВЦСПС.
На Пленуме в ноябре 1928 года правые продолжали навязывать партии свой курс. Рыков
- докладчик - не решался открыто выступить за сокращение ассигнований на развитие
промышленности, но настойчиво проталкивал мысль о нереальности контрольных цифр.
Он же и Фрумкин заявляли, что подъем сельскохозяйственного производства возможен
лишь на основе индивидуального крестьянского хозяйства и т. д.... Пленум отверг
установки правых и подтвердил курс на коллективизацию.
Участники Пленума пришли к мнению: оформившийся в партии правый уклон был для
нее в тот момент самым опасным. Сталин с издевкой продемонстрировал разницу
платформ "левых" и правых:
-Если, например, правые говорят: "Не надо было строить Днепрострой", а "левые",
наоборот, возражают: "Что нам один Днепрострой, подавайте нам каждый год по
Днепрострою" (смех),- то надо признать, что разница, очевидно, есть.
Если правые говорят: "Не тронь кулака, дай ему свободно развиваться", а "левые",
наоборот, возражают: "Бей не только кулака, но и середняка, потому что он такой же
частный собственник, как и кулак", - то надо признать, что разница, очевидно, есть.
Если правые говорят: "Наступили трудности, не пора ли спасовать", а "левые", наоборот,
возражают: "Что нам трудности, чихать нам на ваши трудности, - летим вовсю вперед"
(смех), - то надо признать, что разница, очевидно, есть... 1 .
В конце января 1929 года ЦК стало известно о переговорах Каменева и Бухарина. 30
января Политбюро и Президиум ЦКК потребовали от Бухарина объяснений. Вместо этого
он выступил с заявлением, в котором обвинял ЦК в "военно-феодальной эксплуатации
крестьянства"...
-Жалуются на "проработку", - говорил Сталин. - Но эти жалобы белыми нитками
шиты. Если Бухарин имеет право писать несуразную антипартийную статью вроде
"Заметки экономиста", то члены партии тем более имеют право критиковать такую
статью. Если Бухарин и Томский дают себе право нарушать постановление ЦК, упорно
отказываясь работать на порученных им постах, то члены партии тем более имеют право
критиковать подобное их поведение. Если это называется "проработкой", то пусть
объяснят нам, как они понимают тогда лозунг самокритики, внутрипартийной
демократии и так далее.
Говорят, что Ленин наверняка поступил бы мягче, чем теперь поступает ЦК в отношении
Томского и Бухарина. Это совершенно неверно. Сейчас дело обстоит так, что два члена
По1
Сталин И.В. Соч. Т .11. С.279.
литбюро систематически нарушают решения ЦК, упорно отказываясь остаться на тех
постах, которые им предоставлены партией, а ЦК партии, вместо того чтобы наказать их,
вот уже два месяца уговаривает их остаться на своих постах. А как поступал Ленин в
таких случаях, - припомните-ка. Разве не помните, что товарищ Ленин из-за одной
маленькой ошибки со стороны Томского угнал его в Туркестан. Томский бросил с места:
- При благосклонном содействии Зиновьева и отчасти твоем!
Если ты хочешь сказать, - отпарировал Сталин, - что Ленина можно было убедить в
чем-нибудь, в чем он сам не был убежден, то это может вызвать лишь смех...
Окончательное политическое поражение правой оппозиции последовало на
объединенном Пленуме ЦК и ЦКК 16 - 23 апреля 1929 года. Присутствующие - более
300 человек - внимательно рассмотрели все документы и материалы о положении в
партии. Андреев, Ворошилов, Киров, Куйбышев, Орджоникидзе, Рудзутак и многие другие
в выступлениях говорили о сущности правого уклона. 22 апреля с большой речью
выступил и Сталин. Начал он так:
- Товарищи! Я не буду касаться личного момента, хотя личный момент в речах
некоторых товарищей из группы Бухарина играл довольно внушительную роль. Не буду
касаться, так как личный момент есть мелочь, а на мелочах не стоит останавливаться.
Бухарин говорил о личной переписке со мной. Он прочитал несколько писем, из которых
видно, что мы, вчера еще личные друзья, теперь расходимся с ним в политике. Те же
нотки сквозили в речах Угланова и Томского. Дескать, как же так: мы - старые
большевики, и вдруг расхождения между нами, друг друга уважать не умеем.
Я думаю, что все эти сетования и вопли не стоят ломаного гроша. У нас не семейный
кружок, не артель личных друзей, а политическая партия рабочего класса. Нельзя
допускать, чтобы интересы личной дружбы ставились выше интересов дела 1 .
На XVI партконференции пятилетний план был одобрен в "оптимальном" варианте.
Окончательно его утвердил V съезд Советов в мае 1929 года.
Собственно, выполнение пятилетки шло с 1 октября 1928 года. Вскоре жизнь показала,
что задания пятилетки, представлявшиеся правым оппортунистам нереальными, могут
быть и перевыполнены. На заводах и фабриках, на транспорте и в шахтах - повсюду
трудовой подъем был настолько велик, что к
1 Сталин И.В. Соч. Т .12. С.1.
августу - сентябрю 1929 года стало ясно: промышленность перевыполнит план 1928/29
года, план первого года пятилетки 1 .
Уверенность в том, что промышленность СССР выполнит задание пятилетнего плана, еще
более увеличивала озабоченность руководящих и партийных работников отставанием
сельского хозяйства. Самым уязвимым местом в сельском хозяйстве была зерновая
отрасль.
Во второй половине 1929 года вступление крестьян в колхозы приняло широкий размах и
в ряде мест на практике стало перерастать в сплошную коллективизацию целых районов.
Год этот вошел в историю нашей страны, как год великого перелома, коренных
изменений жизни деревни. Статья Сталина, опубликованная к двенадцатой годовщине
Октября, так и называлась "Год великого перелома". Сталин писал о переломе в области
производительности труда, о стремительном росте промышленного производства и
особенно остановился на сельском хозяйстве. Он писал: "В чем состоит новое в
нынешнем колхозном движении? Новое и решающее в нынешнем колхозном движении
состоит в том, что в колхозы идут крестьяне не отдельными группами, как это имело
место раньше, а целыми селами, волостями, районами, даже округами.
А что это значит? Это значит, что в колхозы пошел середняк. В этом основа того
коренного перелома в развитии сельского хозяйства, который составляет важнейшее
достижение Советской власти за истекший год" 2 .
Современные исследователи колхозного движения считают необходимым поправить эту
оценку Сталина указанием на то, что середняк осенью 1929 года пошел в колхоз "в
ведущих зерновых областях". Несомненно, Сталин допустил некоторое преувеличение.
Оно может быть понято, если вспомнить обстановку энтузиазма, которую со
...Поділитися у соцмережах
