Жанр: История
Антисуворов 2. Десять мифов второй мировой
...ехотная дивизия в
составе XXX армейского корпуса 11-й армии Манштейна вела тяжелые бои с
окруженной ударной группировкой Волховского фронта в труднопроходимой местности.
Использование батальона "тигров" именно здесь по приказу Гитлера было
продиктовано тем, что ликвидация "котла" окружения сковывала 11-ю армию и
отвлекала ее от главной задачи, ради которой армия была переброшена из Крыма в
группу армий "Север" - захвата Ленинграда. Окруженные в болотах части, словно
клещами, вцепились в предназначенные для удара по Ленинграду дивизии, и поэтому
против них решили бросить новейшие тяжелые танки. Как известно, первый бой стал
для "тигров" неудачным: один танк был подбит, а три увязли в болоте. Подбит был
"тигр" артиллерийским орудием, по занимаемой им нише аналогичным 10-см корпусным
пушкам "К18", о которых мы говорили выше, - 122-мм корпусной пушкой "А-19" обр.
1931 г. С подбитым танком долгое время не знали, что делать: достать его было
невозможно, а взорвать разрешения не поступало. Судьба танка была решена только
в ноябре 1942 г. 24-25 ноября с танка сняли все ценное оборудование и взорвали
его. Принятые меры сыграли свою роль, до января 1943 г. советское командование
просто не догадывалось, что в глухих лесах на северном секторе советскогерманского
фронта принял участие в боях танк, имя которого вскоре станет
нарицательным. Лишь в январе 1943 г., в ходе проведения операции "Искра" по
прорыву блокады Ленинграда, был захвачен "тигр" в пригодном для изучения
состоянии. Надо сказать, что танки свои 502-й батальон терял под Ленинградом
вполне буднично, далеко не так, как полагается чудо-воину:
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 003 - застрял в болоте 17 января, взорван
после неудачных попыток эвакуировать;
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 004 - поломка двигателя и радиатора,
оставлен экипажем;
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 005 - попадание снаряда противотанковой
пушки в моторное отделение, танк сгорел;
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 006 - попадание снаряда из противотанкового
орудия в башню, поломка трансмиссии, подорван 17 января;
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 009 - застрял в болоте, оставлен экипажем;
"Pz.Kpfw.VI" (H) фабричный номер 250 010 - подбит огнем танка "Т-34", загорелся,
взрыв боекомплекта". [81- С.19]
Список потерь "тигров", как мы видим, столь же печален, как и список потерянных
летом 1941 г. находившихся тогда на положении чудо-танков "KB" и "Т-34". Именно
в этих боях советскими войсками был захвачен первый "тигр".
Весьма интересную картину нам дает использование роты танков "тигр" в дивизии
"Великая Германия" в ходе сражения за Харьков зимой 1943 г. Дивизия вступила в
бой, имея в наличии 5 "Pz.II", 20 "Pz.III" с 50-мм пушкой в 60 калибров, 10
"Pz.IV" с 75-мм пушкой в 24 калибра, 75 "Pz.IV" с 75-мм пушкой в 43 калибра, 9
"тигров", 2 командирских танка с 50-мм пушкой в 42 калибра и 26 огнеметных
танков. С 7 по 20 марта 1943 г. танкисты дивизии заявили об уничтожении 250 "Т34",
16 "Т-60" или "Т-70" и 3 "КВ-1".
Распределение между типами боеприпасов, которыми были поражены эти танки, было
следующим:
188 танков из 75-мм пушки "Pz.IV" в 43 калибра
41 из 75-мм орудия в 43 калибра САУ "штурмгешюц".
30 из орудия "тигра"
4 из 75-мм буксируемой пушки
4 из 75-мм самоходной пушки
1 прямым попаданием из 150-мм тяжелого пехотного орудия
1 - кумулятивной противотанковой гранатой.
Рассматривая эту статистику, нельзя сказать, что "тигры" проявили какие-то
выдающиеся возможности в поражении советской бронетехники. Составляя 12% от
числа "Pz.IV", "тигры" подбили ненамного большую долю, 16% от заявленных
танкистами "Pz.IV" успехов. При этом стоимость "тигра" в шесть раз превосходила
стоимость "Pz.IV". Более того, часто модернизированную "четверку" принимали за
"тигр", и в значительной степени его слава - это продукт неверной идентификации
"Pz.IV". Общее впечатление от "тигра" как "угловатого танка с дульным тормозом
на орудии" вполне могло быть спроецировано (и очень часто это было именно так)
на "рабочую лошадку" танковых войск вермахта - "Pz.IV". Отличить с расстояния в
километр один танк от другого может только опытный глаз, а учитывая малое
количество произведенных "тигров", возможности для тренировки в идентификации
были у союзников весьма ограниченны.
Одним из самых значительных эпизодов в карьере "тигра" стало сражение на Курской
дуге в июле 1943 г. К тому моменту от смешанного комплектования батальонов
отказались, и они состояли целиком из танков "тигр". Действующая на момент
начала "Цитадели" штатная структура батальона включала штабную роту и три роты
по 14 танков "тигр". По штату от 5 марта 1943 г. внутри роты "тигры"
распределялись между взводом управления (две машины) и тремя взводами по четыре
танка. Кто являлся основным противником немецких тяжелых танков, можно увидеть
на примере 503-го тяжелого танкового батальона "тигров", действовавшего на южном
фасе Курского выступа.
6 июля 1943 г. командир 503-го тяжелого танкового батальона писал: "III танковый
корпус доложил о потере 13 "тигров" в одной роте, которая начала боевые действия
с 14 "тиграми" утром 5 июля. Девять "тигров" вышли из строя вследствие
повреждений на минах и требовали от одного до трех дней ремонта каждый.
Причины столь высокой доли потерь на минах следующие:
С самого начала не было ни одной карты, показывающей расположение мин,
установленных на плацдарме немецкими войсками. В нашем распоряжении было два
противоречивых плана минных полей, и оба были неверны. Поэтому два "тигра"
подорвались вскоре после начала движения. Еще два "тигра" подорвались в
дальнейшем на местности, обозначенной на картах как совершенно свободная от мин.
Разминирование было проведено небрежно, в результате чего еще три "тигра" вышли
из строя в проходах, обозначенных как свободные от мин.
Восемь "тигров" попали на мины противника прямо перед позициями русских,
несмотря на то что саперы разрешили дальнейшее движение. Девять "тигров"
подорвались на минах, когда они попытались выдвинуться на позиции для отражения
танковой атаки противника.
По первоначальному плану "тигры" должны были атаковать в прямом контакте с
панцер-гренадерами (моторизованной пехотой. - А.И.) и за подразделениями
разминирования саперов. В реальности "тигры" пошли в бой впереди гренадеров и
саперов. К вечеру 5 июля четыре "тигра" стояли в 50-80 метрах перед боевыми
порядками пехоты.
Восемь "тигров" вышли из строя на два или три дня в результате неосторожного и
тактически неверного использования". [82- P.87]
Мы видим, что целая рота "тигров" была на несколько дней выведена из строя
исключительно минами. Развитие событий рисует отчет от 8 июля 1943 г.: "39
"тигров" начали боевые действия 5 июля. Еще 5 "тигров" были в боевой готовности
к 6 июля. С 5 до 8 июля из строя вышли 34 "тигра", им требовался ремонт
продолжительностью более 8 часов (7 были подбиты, 16 были повреждены минами и 9
вышли из строя по техническим причинам). Два сгоревших "тигра" были потеряны
безвозвратно. К настоящему моменту 22 "тигра" отремонтированы. К 12 часам дня 8
июля 1943 г. ситуация была следующей: 33 танка были боеготовы, 8 требовали
короткого ремонта (менее 8 дней), 2 требовали длительного ремонта (более 8
дней), 2 числились в безвозвратных потерях". [82- P.87-88] Мы видим, что
лидируют с большим отрывом потери вследствие воздействия минного оружия. "Тигры"
были "крепким орешком" для советской артиллерии и танков, поэтому борьба с ними
была попросту переведена в другую плоскость. Вместо поражения собственно
"тигров" воздействию подвергались группы саперов, которые делали для них проходы
в минных полях. Препятствовать работе саперов было проще, чем сражаться
собственно с тяжелыми танками. И чудо-танки фактически спасовали, не сыграв
решающей роли в прорыве обороны советских войск.
По итогам боевого применения "тигров" 503-го батальона тяжелых танков в
"Цитадели" командир III танкового корпуса, генерал танковых войск Брейт выпустил
21 июля 1943 г. следующую директиву:
"Опираясь на опыт прошедших боев, предписываю следующие правила по
взаимодействию "тигров" с другими родами войск:
1. Обладая мощной броней и высокими качествами орудия, "тигры" должны в первую
очередь использоваться против танков и противотанковых орудий противника и во
вторую очередь (а в дальнейшем в виде исключения) - против пехотных целей. Как
показал опыт, его оружие позволяет "тигру" бороться с танками на дистанциях 2000
м и более, что оказывает большое моральное воздействие на противника. Обладая
мощной броней, "тигр" может сближаться с танками противника без опасения быть
пораженным снарядами. Однако "тигр" должен стремиться начинать бой с танками
противника на дистанции свыше 1000 м.
БТР, САУ "штурмгешюц", легкие и тяжелые танки должны следовать по пятам за
атакующими "тиграми" для того, чтобы прикрывать фланги и расширять и закреплять
достигнутый успех. В ходе боя на пространствах, занятых пехотой противника,
главной задачей сопровождающих бронированных машин является борьба с отрядами
охотников за танками, которые могут бороться с "тиграми". Гренадеры должны
немедленно использовать сильный моральный эффект от воздействия "тигров" для
прорыва через оборонительные порядки противника. В противном случае существует
опасность того, что танки уйдут вперед, а сопротивление вражеской пехоты
восстановится и вызовет напрасные потери в рядах нашей пехоты.
Задача прикрытия "тигров" от отрядов охотников за танками возлагается не только
на БТР, САУ "штурмгешюц", легкие и средние танки, но является дополнительной
обязанностью всех родов войск, особенно саперов и пехотинцев. "Тигры" обычно
поражаются на закрытой местности (леса, населенные пункты, овраги) и куда реже
на открытых пространствах.
3. В ходе атаки в секторе корпуса 5 июля недостаток сведений о собственных
минных полях стал болезненным для "тигров". Многие "тигры" напоролись на мины.
Позже, в результате неполного снятия мин саперами, еще несколько "тигров" вновь
подорвались на минах. Поэтому направленная в бой рота "тигров" была выведена из
строя уже на первой стадии сражения. Потеря роты "тигров", которая была ядром
атакующей дивизии, нанесла ущерб развитию боя в течение первых двух дней
операции. Особое внимание должно быть уделено подготовке саперов к снятию минных
полей и обозначению проходов в них. Передовая боевая группа должна планировать
постоянно иметь достаточное количество саперов не только для разрешения
препятствий, но и для снятия минных полей, поскольку практика показывает, что
противотанковые рвы, населенные пункты и узости в глубине обороны прикрываются
минами.
4. Я запрещаю использование танков, включая "тигры", в количестве меньше роты. В
обороне танки должны объединяться в атакующие группы для использования в
спланированных заранее контратаках. После завершения контрудара танковые группы
должны немедленно возвращаться в расположение дивизии. Распыление танков в линию
или защита других родов войск днем и ночью недопустимы". [82- P.88-89]
Последняя рекомендация Брейта после неуспеха "Цитадели" стала для подразделений
"тигров" более чем актуальной. Немецкие войска вступили в фазу отступления на
всех фронтах, и тяжелые танковые батальоны, так же как и соединения с
"тигриными" ротами, стали применяться в основном для контратак.
Кошка, не ставшая рабочей лошадкой
Вокруг "пантеры" создано ненамного меньше легенд, чем вокруг "тигра". Одним из
наиболее распространенных рассказов о карьере этого танка является неудачный
дебют танка в сражении на Курской дуге.
Незадолго до начала операции "Цитадель" были сформированы два батальона, 51-й и
52-й, каждый из которых состоял из 96 новых танков. С организационной точки
зрения было создано ядро танковой дивизии, на 100% оснащенной новыми танками.
Для превращения этого "скелета" в полноценное танковое соединение нужно было
сформировать разведывательный батальон, два панцергренадерских полка,
артиллерийский полк, саперный и противотанковый батальоны, вспомогательные
части. На выходе получилась бы, например, 28-я танковая дивизия. Кстати говоря,
дивизия с таким номером создавалась незадолго до "Цитадели" как фальшивая, с
целью введения в заблуждение советской разведки. Никаких видимых причин,
препятствующих формированию настоящей дивизии с новой техникой, не наблюдается.
С 10 января 1943 г. до начала операции "Цитадель" времени было более чем
достаточно. Для создания "пантерной" дивизии можно было использовать части
хорошо себя зарекомендовавших танковых или пехотных дивизий. Но всего этого
сделано не было. Тем самым в первое боевое применение "пантеры" было заложено
противоречие. С одной стороны, предполагалось, что танк станет заменой "Pz.III"
и "Pz.IV" в танковых дивизиях. С другой стороны, было сформировано
подразделение, выглядевшее как средство качественного усиления, подобное
отдельным батальонам танков "тигр". Оба батальона "пантер" были объединены в
одну, 10-ю танковую, бригаду. Всю бригаду придали одной дивизии - "Великая
Германия". Более логичным представляется разделение двух батальонов новых
средних танков между XLVIII танковым корпусом и II танковым корпусом СС, с
разделением поротно между дивизиями внутри корпуса. Так поступило командование
III танкового корпуса в армейской группе "Кемпф" в том же сражении на Курской
дуге. Приданный корпусу 503-й батальон тяжелых танков был поротно разделен между
тремя дивизиями корпуса, и "тигры" по крайней мере получили поддержку пехоты. В
результате необдуманного решения командующего 4-й танковой армии Г. Гота дивизия
"Великая Германия" оказалась просто перегружена танками. Перед сражением в
составе соединения было 129 танков, в том числе 15 "тигров". Добавленные к этим
танкам 200 "пантер" превращали "Великую Германию" в неуправляемого монстра. Нет
ничего удивительного, что уже в первых боях "пантеры" понесли тяжелые потери.
Танковая или моторизованная дивизия, по сути, является организационной
структурой для обеспечения боевых действий ее танков. Увеличение числа танков
приведет к пропорциональному уменьшению доли приходящихся на один танк
пехотинцев, артиллерии, саперов. Лишившийся поддержки всех этих средств танк
неизбежно попадает под удар неподавленной противотанковой артиллерии, мин и
оружия пехоты.
Так же, как и "тигры", танки "пантера" в сражении на Курской дуге несли потери
преимущественно от минного оружия. Вполне прозрачно это показывает статистика
(см. табл. 4).
Таблица 4.Распределение вышедших из строя "пантер" по характеру повреждений
Повреждения Кол-во "пантер" Нуждаются в ремонте 10 июля 12 июля Подвеска 70 38
Двигатель 23 25 Башня 19 31 Корпус 15 5 Радиостанция 12 (они же фигурируют в 70
с повреждениями подвески) 10 Трансмиссия 4 3 Орудие 0 4 Всего 131 116
Хорошо видно, что на 10 июля лидируют повреждения подвески, то есть подрывы на
минах. В дальнейшем соотношение выравнивается (за счет ввода отремонтированных
машин в строй), но все равно на первом месте остаются потери от инженерных
заграждений.
Опыт применения новых танков был обобщен генерал-инспектором танковых войск Г.
Гудерианом в докладе, поданном им на имя Курта Цейцлера, начальника штаба
сухопутных войск, 17 июля 1943 г. Он написал: "В заключение необходимо отметить,
что "пантера" доказала свои положительные качества в бою. Большое число
случившихся поломок вполне можно было ожидать, поскольку растянутая во времени
программа тренировок экипажей не была закончена. Кривая количества боеспособных
"пантер" на подъеме. После исправления проблем с топливными насосами и
двигателями технические поломки должны опуститься до приемлемого уровня. Не
рассматривая наши собственные ошибки, непропорционально высокий уровень потерь
может быть объяснен жестокими боями". (Выделено мной. - А. И.) [83- P.132-133] С
мнением Г. Гудериана согласились и советские специалисты, осматривавшие подбитые
"пантеры" под Курском: "Все данные говорят о том, что новый тяжелый танк
"пантера" в дальнейшем будет иметь широкое применение в немецкой армии и,
вероятно, вытеснит танк "T-IV" и танк "T-III". [84- С.43]
В ходе "Цитадели" новая немецкая "кошка" показала свои острые клыки и когти.
Анализ боевой деятельности новых немецких средних танков приводит к выводу, что
"пантеры" стали для XLVIII танкового корпуса одним из главных противотанковых
средств. Всего подразделениями корпуса фон Кнобельсдорфа было заявлено об
уничтожении и захвате до 15 июля 559 советских танков, причем в числе
захваченных неповрежденными числится около 100 единиц. На счет "пантер" из этого
числа была записана почти половина общего числа, 269 единиц, а если считать
только подбитые, то доля "пантеры" возрастает до 60-70%. В сравнении с реальными
потерями противостоявшей XLVIII корпусу 1-й танковой армии М.Е. Катукова эти
цифры выглядят достаточно правдоподобно.
В дальнейшем новым средним танком стали постепенно перевооружать танковые
дивизии вермахта и войск СС. Как правило, новые машины поступали на вооружение
одного из двух танковых батальонов соединения. Второй при этом оснащался танками
"Pz.IV". Например, в 1-й танковой дивизии в ноябре 1943 г. на Украине было 95
"Pz.IV" с длинноствольной пушкой и 76 "пантер". 1-й танковая дивизия СС
"Лейбштандарт Адольф Гитлер" вооружалась 95 "Pz.IV" с длинноствольными орудиями,
96 "пантерами", батальоном "тигров" (27 единиц) и 8 командирскими танками.
Неудачный дебют под Курском был следствием тактически неграмотного использования
новых танков. Правильное применение "пантер" давало намного более впечатляющие
результаты. Например, вышеупомянутый I ( "пантерный") батальон танкового полка
"Лейб-штандарт" в ноябре 1943 г. действовал в районе Бердичева. "Без
технического обслуживания и в непрерывных шестидневных боях батальон прошел 210
километров и уничтожил 40 танков противника. "Пантеры" были оценены всем
батальоном как прекрасное оружие. Потери составили 7 танков, подбитых выстрелами
в борт и корму". [3- P.116] Из-за непрерывных боев без возможности провести
техническое обслуживание танков батальон поредел вследствие поломок новых
танков: "22 танка могут быть отремонтированы в течение 6 дней, еще 32 танка
требуют ремонта длительностью более шести дней, 35 боеготовых танков имеется на
14 ноября" (там же).
Еще одна часть, I батальон 1-й танковой дивизии, в марте 1944 г. рапортовал о
"пантерах" в еще более восторженных выражениях: "Последние операции батальона, в
ходе которых 30 "пантер" были в непрерывных боях в течение шести полных дней,
подтвердили превосходные характеристики "пантеры". Внушительные результаты могут
быть достигнуты хорошо подготовленными экипажами, при качественном техническом
обслуживании и тактически правильном применении. За шесть дней батальон
уничтожил 89 танков и САУ, 150 орудий итп". [3- P.130] Потери батальона
составили всего шесть танков.
Однако, так же как и "Т-34" и "KB", "пантеры" были заложниками общей
неблагоприятной для вермахта обстановки на фронте в 1943-1945 гг. Характерный
пример: II батальон 23-го танкового полка в сентябре 1943 г. На 96 "пантер" в
батальоне было всего четыре 18-тонных тягача. Отступавшая под натиском 6-я
армия, в подчинении которой был батальон, не имела возможности эвакуировать
вышедшие из строя танки. Из-за этого 28 "пантер" были просто взорваны под
угрозой захвата. Бесконечные марши, отходы неизбежно сказывались на состоянии
танков. Из оставшихся 68 "пантер" только 11 (!!!) были боеготовы, еще 11
"пантер" требовали ремонта длительностью три дня, остальные требовали
длительного ремонта и были разбросаны на рембазах в районе Запорожья. Судьбу их
в связи с форсированием советскими войсками Днепра нетрудно предсказать.
В целом темпы перевооружения танковых войск Германии на новую технику, конечно,
оставляли желать лучшего. На 31 мая 1944 г., перед началом летней кампании, из
15 танковых дивизий на Восточном фронте только 6 имели батальон "пантер". Одной
из хорошо укомплектованных дивизий был "герой" известного художественного фильма
"Звезда" - 5-я танковая дивизия СС "Викинг". Проходивший в районе Ковеля
доукомплектование "Викинг" на 31 мая 1944 г. имел 21 САУ "штурмгешюц", 27 танков
"Pz.IV" и 78 "пантер". Были и явные аутсайдеры - 16-я танковая дивизия с 10
"пантерами", 48 "Pz.IV" и 19 САУ "штурмгешюц".
"Фердинанды" без пулеметов
Целый сонм легенд о себе породила самоходная установка "фердинанд", в которую
были переделаны не востребованные по основному назначению шасси танков "тигр"
"Порше".
К этому истребителю танков навсегда приклеились слова Гейнца Гудериана: "Кроме
длинноствольной пушки, у танка не было другого оружия, то есть для ближнего боя
он был непригоден". [37- С.413-414] Однако эта претензия представляется ничем не
обоснованной. Если проанализировать статистику повреждений "фердинандов" на
Курской дуге, то хорошо видно, что не пехотинцы с бутылками зажигательной смеси
и противотанковыми ружьями были их главными врагами. 15 июля 1943 г. места боев
были осмотрены комиссией ГАУ и НИИ "БТ" Полигона Красной Армии. Всего в районе
северо-восточнее станции Поныри была обнаружена 21 САУ "фердинанд". Больше
половины "Фердинандов" имели повреждения ходовой части на минах. Еще пять машин
имели повреждения ходовой части, вызванные попаданиями 76,2-мм снарядов
противотанковых и, возможно, танковых орудий. Одна самоходная установка имела
пробоину в левом борту от 76,2-мм бронебойного снаряда. Два безвозвратно
потерянных "фердинанда" были уничтожены оружием, доля которого в потерях
бронетехники обычно ничтожно мала. Одна самоходная установка была уничтожена
прямым попаданием авиабомбы с бомбардировщика "Пе-2", а еще одна была разрушена
попаданием в крышу 203-мм снаряда гаубицы "Б-4". Всего один (!!!) "фердинанд"
был сожжен бутылкой с зажигательной смесью, то есть стал жертвой пехотинца, от
которого теоретически мог спасти пулемет. Только теоретически, поскольку есть
немало примеров уничтожения танков, вооруженных не одним, а двумя-тремя
пулеметами, но ставших тем не менее жертвой бутылкометателей.
Заметим также, что прошедшие всю войну с вермахтом САУ "штурмгешюц" также не
были длительное время вооружены пулеметами, но никто не предъявлял им претензий
в беззащитности перед лицом пехоты. Поставленный на поздние серии "штурмгешюцев"
пулемет был весьма условной защитой от пехоты, поскольку представлял собой
станок на крыше рубки, наводимый изнутри танка через перископический прицел.
Более того, сложившаяся практика применения самоходной артиллерии
предусматривала применение САУ во второй линии построения танковой атаки, где
ведение ближнего боя с пехотой не требовалось вовсе.
Основной проблемой "фердинандов" на Курской дуге было их нештатное использование
в качестве тяжелого танка экзотической конструкции. К этому не был подготовлен
ни сам "фердинанд", ни экипажи сформированных под эту САУ батальонов. В ходе
боев на Курской дуге 653-й батальон безвозвратно потерял 13 самоходок, а 654-й -
26. Экипажи 654-го батальона комплектовались не из танкистов, а из
артиллеристов, ранее служивших на орудиях "ПАК-40" или в лучшем случае на САУ
"мардер". Поэтому такой печальный результат их первого сражения в качестве
танкистов был вполне предсказуем. Несколько лучше выступил 653-й батальон
Штейнваца, экипажи которого раньше служили на САУ "штурмгешюц". Претензии
Гудериана к "фердинандам" - это в конечном счете претензии к недостаткам
самоходной установки в сравнении с танками: "90 танков "тигр" фирмы "Порше",
использовавшихся в армии Моделя, также показали, что они не соответствуют
требованиям ближнего боя; эти танки, как оказалось, не были снабжены в
достаточной мере даже боеприпасами. Положение обострялось еще и тем, что они не
имели пулеметов и поэтому, когда врывались на оборонительные позиции противника,
буквально должны были стрелять из пушек по воробьям. Им не удалось ни
уничтожить, ни подавить пехотные огневые точки и пулеметные гнезда противника,
чтобы дать возможность продвигаться своей пехоте. К русским артиллерийским
позициям они вышли одни, без пехоты". [37- С.430] Что характерно, Гудериан
называет САУ "фердинанд" "тиграми" "Порше", хотя таковыми они уже не были. В
отличие от насыщенной новейшими танками 4-й танковой армии Г. Гота на южном фасе
дуги, на северном фасе ударная группировка 9-й армии Моделя получила всего две
роты тяжелых танков "тигр" (две роты 505-го батальона тяжелых танков).
Соответственно немецкое командование было вынуждено использовать
узкоспециализированные САУ в качестве тяжелых танков. При этом плотность
построения советских войск была такой, что вынудила использовать
радиоуправляемые танкетки "боргвард" не для расчистки минных полей перед
"Фердинандами", а для сокрушения узлов обороны. Задекларированные Гудерианом
цели просто не были достигнуты - "фердинанды" напарывались на минные поля,
плотный огонь артиллерии и существенной роли в сражении не сыграли.
Последнее, что стоит сказать о "фердинанде", - это объяснить в двух словах
частоту появления названия этого истребителя танков на страницах отечественной
мемуарной, а иногда и исторической литературы. Как правило, за именем
"фердинанд" скрывается САУ "StuG III" поздних серий или, если транскрибировать
полное название, "штурмгешюц", "штурмовое орудие". Примером, вполне однозначно
указывающим на подобную интерпретацию, является отчет старшего офицера
Генерального штаба при Воронежском фронте полковника Костина, составленный по
итогам сражения на Курской дуге. Полковник, перечисляя ударные группировки
немцев, пишет: "911-м отдельным батальоном штурмовых орудий "фердинанд". 911-й
батальон, приданный 11-й танковой дивизии XLVIII танкового корпуса, был вооружен
как раз "штурмгешюцами".
Охотники за дикими кошками
Что же советские войска могли противопоставить новой немецкой технике? Было бы
ошибкой считать, что проблема была решаемой только за счет завал
...Закладка в соц.сетях
