Жанр: История
Статьи
...ары, где нет европеоидной примеси, 2) палеосибирский - на верхнем течении
Ангары и Лены и 3) европеоидный, просочившийся из Саяно-Алтая и смешавшийся с
аборигенами. Область распространения этого типа в Прибайкалье ограничивается
южными его районами, прилегающими к островкам степей или черноземных почв,
цепочка которых тянется от Минусинского края до Канской степи примерно вдоль линии
нынешней железной дороги ([*10], с. 58-61). Сходную картину мы наблюдаем в
Красноярском крае ([*10], с. 62). Итак, наличие северных бома, вернее алачинов и
бикинов, подтверждается. Этническое различие их с динлинами при расовом сходстве не
должно нас удивлять. Распространены они были, вероятно, очень широко: от Алтая до
Байкала.
Что касается кетов, то европеоидность их сильно преувеличена. Дебец их относит к
енисейскому расовому типу азиатского ствола.
Тип он считает древним ([*10], с. 313). Мои личные физиогномические наблюдения на
Нижней Тунгуске подтверждают эту характеристику. Большинство кетов оказались
монголоидами, только один старик имел орлиный нос и высокий рост, но и он ничем не
напоминал европейца. По культуре кеты примыкают к западносибирской (угорской)
группе, и если и была у них европеоидная примесь, то рассматривать их как осколок
динлинов нет достаточных оснований.
Перейдем на юг, в Китай.
К степной группе ди относятся: теле, усуни и загадочные бай-ди. О племенной группе
теле, к которой принадлежат, между прочим, уйгуры, нет никаких сомнений, ибо первое
их название было чи-ди, т.е. красные ди ([*4], т. I, с. 214), и кочевали они первоначально в
Хэси, откуда распространились по Халхе и Джунгарии. На китайском рисунке уйгур
изображен "человеком с толстым носом, большими глазами и с сильно развитою
волосяной растительностью на лице и на всем теле и, между прочим, с бородой,
начинавшейся под нижней губой, с пышными усами и густыми бровями" ([*5], с. 18).
Ныне потомки теле уцелели только в Наньшане (пров. Ганьсу); у них нет косоглазия и
желтизны в лице ([*15], с. 96-97). Собственное название их сарыг-югуры, а китайцы
называют их хуан-сифань, т.е. желтые западные тангуты ([*15], с. 96-97), подчеркивая
антропологическую, а не лингвистическую близость, ибо последней нет. Весьма важно,
что такое же сходство отмечали китайцы и тибетцы, называя некоторые племена ди
динлинами. Тут мы имеем скорее фигуральное выражение, чем этноним, так как уйгуров
и кыргызов, близких по облику и даже языку, китайцы никогда не объединяли. Усуни нам
известны как смешанный с саками и юэчжами народ. Это подтверждается
палеоантропологией. Некоторые из добытых черепов относятся к средиземноморской,
другие к памиро-ферганской расе ([*10], с. 180). Однако находок так мало, что
невозможно решить, принадлежат ли они собственно усуням или слившимся с ними
сакам и юэчжам.
Вопрос об усунях вызвал появление разнообразной литературы ([*4], с. 13). Надо думать,
что основная масса ди жила южнее. Действительно, в эпоху У-ху (IV-V вв.) в северной
Сычуани держалось княжество Ву-ду, населенное отраслью ди - племенем бома. Вполне
вероятно, что это - осколок некогда многочисленного народа, часть коего вошла еще в
эпоху Чжоу (I тысячелетие до н.э.) в состав китайцев. Дили были, по-видимому,
родственны ди, так как второе их название - чи-ди, т.е. красные ди. Это был народ
степной, кочевавший в Хэси (степь к западу от Ордоса) и, возможно, восточнее. Но в
историческую эпоху в Ордосе и Иньшане их уже не было. В чистом виде нам этот народ
неизвестен, но мы его встречаем как доминирующий компонент прежде всего в теле
(возможно, вариация этнонима дили), т.е. племенной группе, в которую входили уйгуры,
и, возможно, в народе усунь и как жун-ди, которых я считаю предками тангутов.
Переселение их на север - явление сравнительно позднее: в III в. до н.э. они были
разлучены со своими единоплеменниками в Сычуани и вытеснены в степь, а в IV в. н.э.
перешли на север в Джунгарию ([*4], с. 213-214). Однако, возможно, что они и ранее
проникали на север. Археология фиксирует в "карасукскую эпоху" появление в
Минусинской котловине северокитайского элемента ([*1]; [*2], с. 450-451; [*3], с. 96100;
[*5], с. 5-9; [*21], с. 137; [*29], с. 70; [*32]), но почти вся она относится к
историческому периоду, когда усуни заняли Тянь-Шань. Для нас же интересно сейчас
происхождение усуней и первоначальная их территория - "древние усуньские земли" [+2].
Эту территорию путешественник II в. До н.э. Чжан Цянь указывал между Дуньхуаном и
Циляншанем, т.е. Восточным Тянь-Шанем ([*5], с. 99). Это подтверждает Ши Цзи,
устанавливая, что в конце III в. усуни бежали отсюда под давлением юэчжей ([*5], с. 99).
Это снимает мнение Аристова, считавшего усуней частью енисейских кыргызов,
пришедших на Тянь-Шань из средней Монголии за полтора века до н.э. (по ГруммГржимайло
[*5], с. 5). Основанием для сопоставления кыргызов и усуней было описание
типа последних: "Усуньцы обликом весьма отличны от других иностранцев Западного
края. Ныне тюрки с голубыми глазами и рыжими бородами, похожие на обезьян, суть
потомки их" ([*4], т. 2, с. 190). Однако, учитывая сведения Чжан Кяня и Ши Цзи,
справедливее видеть в усунях ветвь дили, а не сибирских динлинов, которым нечего было
пробираться на Тянь-Шань таким кружным путем. Однако европеоидность усуней не
подлежит сомнению, ибо позднейшие китайские ученые производят русских от
удалившихся на север усуней ([*18], с. 224-225). Поэтому надо считать, что в Древнем
Китае тип усуней не вызывал сомнений.
Наконец бай-ди, т.е. белые ди. До 636 г. до н.э. они жили в Хэси вместе с красными ди, но
в указанный год были выгнаны китайским князем Вын Гуном ([*4], т. 1, с. 43). О чи-ди
(красных ди) мы впоследствии много слышим, но куда же девались белые?
Они обнаруживаются, как ни странно, на Памире, в Ишкашиме и на склонах Гиндукуша,
причем здесь они называются "бади", что местными персоязычными жителями
осмысляется как "ветреные", от слова ветер. Нужно ли говорить, что это обычная попытка
осмысления чужого слова. Столицей их был впоследствии город Бадиян, и к их числу
принадлежали эфталиты; видимо, поэтому их называли "белые хунны" [*6]. Внешний вид
бади вполне соответствует предполагаемому типу ди: светлые волосы, плотное сложение,
голубые глаза. Бади и их южные соседи африди напоминают больше кельтов, чем своих
соседей афганцев и таджиков.
Напрашивается гипотеза, что, подобно тому как чи-ди отступали в степь на северо-запад,
бай-ди отошли в горы на юго-запад.
Для проверки этой гипотезы обратимся во внутренний Китай и посмотрим, какое место
занимал там в древности рыжеволосый элемент и каково его отношение к племенам
жунов, из которых вышли и красные и белые ди.
Тезис о тысячелетней борьбе "черноволосых" китайцев с "рыжими дьяволами" - ди в свете
современной этнографической науки выглядит несколько иначе. Грумм-Гржимайло, с
одной стороны, предполагает, что борьба рыжих автохтонов с черноволосыми
пришельцами приняла решительный характер лишь в Чжоускую эпоху ([*5], с. 16), а с
другой, считает чжоусцев народом, смешанным из ди и китайцев, причем впоследствии
роль ди сводилась к участию в междоусобных войнах китайских князей в качестве
авангарда ([*5], с. 16). Тут некоторое несоответствие. Затем он указывает, что многие
китайские императоры имели орлиный профиль и пышную бороду. Справедливо. В
"Троецарствии" точно так описаны многие герои, а один из них, рыжебородый Сунь
Цюань, даже носил прозвище "голубоглазый отрок" ([*14], с. 369). Но ведь это китайская
аристократия, а когда же аристократия комплектуется из числа побежденных? Если
борьба имела место, то надо считать, что победили ди, а этого не было.
Скорее возможно предположить, что тесное соседство обоих народов повело к взаимной
диффузии и смешанным бракам. Черные волосы доминируют над светлыми, карие глаза
над голубыми и низкий рост над высоким - с течением времени тип ди должен был
уступить место китайскому, монголоидному типу, и предполагать грандиозную войну нет
надобности. Но в принципе Грумм-Гржимайло прав, и попытки объяснить европеоидный
облик древних китайцев альбинизмом несостоятельны: слишком много должно было быть
альбиносов, и при этом с высокими носами и пышной растительностью на лице.
Некоторый свет на этот запутанный вопрос проливают западные античные источники, в
частности Птолемей ([*22], с. 437-439). Птолемей на территории современного Китая
помещает два разных народа: сины и серы. Сины помещены южнее серов и названа
столица их - Тина, лежащая в глубине от порта Каттигары.
Карта Птолемея столь приблизительна, если не сказать фантастична, что идентификация
названий крайне затруднительна, но это для нашей темы не важно. Существенно другое:
сины, несомненно, подлинные китайцы империи Цинь, и они не отождествляются с
серами, поставлявшими шелк-серикум в Парфию и Римскую империю. Серы
упоминаются раньше, чем сины, и в другой связи: греко-бактрийский царь Эвтидем около
200 г. до н.э. расширил свои владения на востоке "до владений фаунов (цянов) и серов"
([*23], с. 253). Впоследствии, когда установилась торговля шелком по Великому
караванному пути, название "серы" применялось к поставщикам шелка в бассейне
Тарима, а не к самим китайцам ([*22], с. 253; [*34]).
Следующее, еще более важное сообщение о серах, которое Томсон расценивает как
"нелепое" ([*22], с. 427), основано на рассказе цейлонских послов. Согласно их словам,
серы - рослые, рыжеволосые и голубоглазые люди, живущие за Эмодом (Гималаями). Это
сведение отвергает как невероятное Юль ([*35], с. 200), но совершенно напрасно, ибо
псевдо-Арриан ("Перипл Эритрейского моря") упоминает пути из страны серов в Бактрию
и оттуда к индийским гаваням ([*22], с. 428). Таким образом, нет ничего удивительного в
том, что цейлонцы встречали серов. Территория "Серики", согласно сводке, сделанной
Томсоном, простирается от Кашгара до северного Китая, к северу от "баутов", т.е.
тибетцев-ботов ([*22], с. 431). Это - территория, занятая, как мы видели выше, ди,
которых мы имеем право отождествить с серами как по территориальному, так и по
соматическому признакам. Итак, мы видим, что теория Грумм-Гржимайло
подтверждается дополнительными сведениями, которые не были им учтены.
Но имело ли место распространение европеоидного типа на юг Голубой реки? Книга
"Троецарствие" Ло Гуань-чжуна отмечает все раритеты: и голубой цвет глаз, и белые
волосы и т.п. При описании южных маней [+3], т.е. лесных племен Сикана и Бирмы,
таковые указания отсутствуют ([*14], с. 336-373). Зато весьма примечательно описание
внешности князя племени фань.
"Все маньские воины, волосатые и босые, были вооружены длинными копьями и луками,
мечами, секирами и щитами; во главе их стоял князь племени фань по имени Шамока.
Лицо Шамоки цветом своим напоминало кровь, голубые навыкате глаза его сверкали. Он
был вооружен булавой из дикого терновника, окованной железом, у пояса висели два
лука. Вид у него был необычайно воинственный и грозный" ([*14], с. 285). Где же обитали
фани? Одно упоминание локализует их в Шаньси ([*5], с. 108), но Шамока и его воины
происходили из Сычуани.
Обитающие там тангуты по-китайски называются фань ([*4], т. 2, с. 118). Значит,
вышеописанная внешность, вполне отвечающая предполагаемому облику ди,
принадлежала обыкновенному тангуту.
Действительно, тангуты по типу ближе к европеоидам, чем к монголоидам ([*5], с. 27).
Пржевальский нашел, что они похожи на цыган ([*19], с. 221). То же утверждают Козлов
([*12], с. 223) и Обручев ([*16], а "тангуты - народ, возникший из смешения ди и цянов
(тибетцев)" ([*5], с. 26-27).
Однако материал, приведенный Грумм-Гржимайло о европеоидном элементе на юге
Китая, столь обширен и разнообразен, что игнорировать его нельзя. Особенно ярко
выражена европеоидность у племени лоло. Но племя это говорит на одном из наречий
тибетского языка и вполне может быть поэтому причислено к тангутам. ГруммГржимайло
считает их потомками сычуанских бома ([*5], с. 29), но если так, то
противоречия с Ло Гуань-чжуном нет, так как Ву-ду, государство сычуанских ди, среди
которых был указанный род, пало в VI в., т.е. после эпохи Троецарствия. На помощь нам
приходит фольклор - знаменитый роман о Гэсере. Гэсер - вождь шайки удальцов в
племени, живущем крайне примитивно. Племя подверглось нападению каких-то
чужеземцев и разгромлено; удальцы Гэсера также перебиты, и сам он скрывается в
неизвестном направлении. По легенде, он живет под землей и ждет момента для
восстановления социальной справедливости.
Тибетцы датировали Гэсера временем царя Тотори, т.е. IV веком ([*25], с. 14) [+4]. Это
соответствует времени нажима тоба на тангутские царства Лин и Буду. Возможно, что
разгромленные тангуты частично убежали в южный Китай и черные лоло - их потомки.
Но это не может относиться к аборигенам южного Китая, например к мяо и
индокитайским лесным племенам. Итак, в этой части гипотеза Грумм-Гржимайло
подтверждается, хотя и с некоторыми оговорками.
В связи со всем сказанным вскрывается загадочный этноним жуя. Благодаря описке или
неточному выражению Сыма Цяня, были попытки отождествить жунов с хуннами ([*4], т.
1, с. 39), но мы видим, что всюду в источниках жуны выступают совместно с ди ([*5], с.
45), так что их, может быть, правильно Иакинф переводит как единый народ - жун-ди.
Больше того, есть легенда, согласно которой чи-ди и цюань-жуны были одного
происхождения ([*5], с. 15). Жуны и ди, по-видимому, так мало отличались друг от друга,
что китайцы называли некоторые роды ди западными жунами. С древности, вплоть до III
в. до н.э., жун-ди были распространены по всему северному Китаю, от оз. Кукунор до
Иньшаня, где они назывались шань-жуны, т.е. горные жуны. Эти последние, будучи
отрезаны от основной массы своего народа, слились частью с восточными монголами
дун-ху ([*5], с. 85), частью с хуннами, что, видимо, и дало основание отождествлять два
последних народа. Не менее интенсивно сливались они с китайцами и на западе с
тибетцами. В последнем случае они превращались в исторический народ - тангутов.
Таким образом, загадочная белая раса в Китае открывается: тангуты в древности имели
значительно большее распространение, чем теперь, когда они сохранились как небольшой
островок около оз. Кукунор.
Указанная точка зрения расходится с высказываниями европейских и американских
историков. В частности, Мак-Говерн считает жунов и ди хуннами ([*31], с. 87), удивляясь
лишь, что их этнографические особенности не совпадают. Подробный и обстоятельный
разбор этой темы дан у Латтимора ([*30], с. 340-349), причем он приходит к выводу, что
жуны и ди обитали внутри Китая и были горцы, а не кочевники, т.е. отнюдь не хунны, но
о расовой их принадлежности он не говорит ничего.
Совсем игнорирует жунскую проблему Чебоксаров ([*23], с. 30-70), но напрасно, так как
этим образуется пробел в поставленной им задаче - этногенезе китайцев. Полную
определенность вносит цитата из Цзинь-шу (гл. 97), сообщающая, что хунны на западе
граничат с шестью жунскими племенами ([*3], с. 219), указывающая на то, что это разные
народы.
Однако все авторы затрудняются определить различие жун-ди от китайцев внутри Китая и
от хуннов вне его, тогда как из хода истории ясно, что это различие было очевидно для
современников. Тут полностью решает вопрос точка зрения Грумм-Гржимайло, так как
расовое различие, с одной стороны, очевидно, а с другой - не поддается формулировке
при отсутствии научной антропологии, которой в Древнем Китае не было.
СОРОК ЛЕТ СПУСТЯ
С тех пор как Грумм-Гржимайло поставил вопрос о тождестве "динлинской" и "северной"
рас, прошло немало времени, и наши взгляды на антропологию радикально и вполне
закономерно изменились. Прежде всего проблема расогенеза представляется нам гораздо
более сложной и темной, чем нашим предшественникам 50 лет назад. Нам известна
конвергенция признаков, причем генетически разные этнические группы могут в
развитии давать сходные ситуации, сходные сочетания признаков. Сами признаки
рассматриваются нами по-иному: физические в зависимости от среды (например, рост
составляет функцию питания и может варьировать, а цвет волос и глаз наследствен и
изменяется мутационно); психические черты стоят в зависимости от образа жизни и
уровня развития народа. Так, например, "сильно развитое чувство индивидуальности"
динлинов, мешавшее им создать свое государство, неприменимо к древним европейцам,
которые создали несколько разных типов государств, например, полисы, племенные
союзы, варварские королевства и т.п. Даже кельты, наиболее, казалось бы, похожие на
динлинов ([*5], с. 70), имели деспотическую власть друидической церкви, подавлявшую
светскую аристократию и объединявшую Галлию и Британию. Наоборот, по характеру
жизни динлинов напоминают алгонкинские племена Северной Америки, бедуины
доисламской Аравии и черноволосые иберы античной Испании. Они также были
воинственны, продавали шпагу, не терпели деспотизма и легко переселялись из страны в
страну. Но ясно, что сходство тут только внешнее.
Так же дело обстоит с физическим типом. Восточные арийцы, как долихоцефалы
(туркмены), так и брахицефалы (согдийцы), черноволосы и никак на динлинов не похожи.
Когда же динлины встретились с русыми арийцами, а это случилось в 1056 г. около г.
Киева, то эти последние, несмотря на внешнее сходство, восприняли появление кипчаков
как приход совершенно чуждых иноплеменников, а в то же время не только рыжих
скандинавов, но и черноволосых греков русские считали народом, к себе близким. Дарвин
совершенно правильно указывает, что при определении расы главнейшую роль играет
физиогномика ([*8], с. 275-303), а нюансы, отличавшие динлинов от арийцев, были, повидимому,
настолько значительны, что современникам и в голову не приходило считать
половцев народом, родственным европейцам. Надо полагать, что наряду со сходством
азиатской и европейской белокурых рас существовали и различия, достаточно глубокие
для того, чтобы эти расы не смешивать.
Мне представляется это так. Существовали две расы, динлины в Сибири и ди в Китае,
причем последнюю следует для ясности называть тангутской, хотя этнонимы ди и дансянтангут
не покрывают друг друга. Обе расы имели много черт сходства, что давало
китайцам основание для фигурального наименования бай-ди динлинами. И тангуты и
динлины так относятся к североевропейской расе, как семиты Аравии или туареги
(хамиты) Сахары, которые также, несомненно, принадлежат к белой расе, но отнюдь не к
скандинавскому типу.
Предлагаемая точка зрения находит себе подтверждение в палеоантропологии. Дебец
считает долихоцефальный южносибирский тип, т.е. динлинов, протоевропеоидным,
"близким к кроманьонскому" ([*10], с. 83), а сходство его с "северным" объясняет
конвергенцией ([*10], с. 128). Действительно, тип этот уходит в глубокую древность,
предшествуя по времени формированию арийского языкового единства (середина III
тысячелетия). Вместе с этим он отмечает европеоидный брахикранный тип, смешанный с
монголоидным узколицым типом, причем эта смесь попадает в Сибирь из Китая
примерно в XVII в. до н.э. ("карасукцы"). В это время китайская история констатирует
выселение из Китая на север сторонников низвергнутой династии Ся. В 1764 г. до н.э.
царевич Шун Вэй и его спутники поселились с кочевниками и приняли их образ жизни
([*4], т. 1, с. 40). Легенда подтверждается археологией, но они обе подтверждают гипотезу
Грумм-Гржимайло. Очевидно, брахикранный европеоидный тип принесли из Китая ди.
Другая разновидность ди - усуни - также короткоголова ([*10], с. 180). Таким образом,
можно констатировать, что "динлинская гипотеза", пройдя сорокалетнюю проверку,
подтвердилась, хотя с важными оговорками и поправками. Теперь это уже "теория".
Весьма жаль, что взгляды Грумм-Гржимайло встретили необоснованно недоверчивое
отношение и иногда игнорировались (Ярхо [*24]). Этот пробел необходимо восполнить.
Из числа многочисленных открытий Грумм-Гржимайло одна постановка и разработка
динлинской проблемы достаточна, чтобы заслужить благодарность потомства.
ВЫВОДЫ
1. Гипотеза Григория Ефимовича Грумм-Гржимайло о существовании в Центральной
Азии в период до Х в. н.э. европеоидного местного населения нашла подтверждение как в
археологии на территории СССР, так и в новых исторических сведениях, касающихся
территории Китая. Древняя белая раса в Центральной Азии действительно существовала.
Южносибирская долихоцефальная (динлины) и северокитайская брахицефальная (ди)
относились друг к другу как расы второго порядка европейского расового ствола.
2. Прямой связи с европейцами динлины не имели, являясь ветвью, отклонившейся еще в
палеолите.
3. Наследники динлинов - енисейские кыргызы во II тысячелетии н.э. были поглощены
монголами с юга и уграми с севера. Наследники жун-ди частично вошли в состав древних
китайцев в I тысячелетии н.э., частично ассимилировались восточными тибетцами,
образовав при смешении племена тангутов.
4. Степные динлины вошли в состав хуннов, сообщив им некоторые европеоидные черты
(высокие носы, пышные бороды), а степные ди - усуни и теле - были ассимилированы
монгольскими племенами в IX-XII вв. (после разгрома Уйгурского ханства в 840 г.).
5. История и этногенез народов Центральной Азии не могут быть ни поняты, ни
продвинуты вперед вне учета исследований Грумм-Гржимайло.
Примечания
[+1] Самоназвание их ми-хоу, тибетское название миняг, китайское - дансян, монголотюркское
- тангут ([*5], с. 26).
[+2] Грумм-Гржимайло ([*5], с. 168) ищет "древние усуньские земли в Хангае, но я не
могу согласиться с тем, что китайские ученые так сильно и единодушно ошибались.
Напротив, юэчжи, которых он помещает в этом районе, видимо, пришли из Джунгарии,
так как они соприкоснулись с княжеством Цинь лишь в IV в., что не могло бы быть, если
бы они издревле населяли Хэси, куда китайцы проникали еще в VII в. до н.э.
[+3] Мань не этноним, а общее название всех лесовиков, живших к югу от китайцев (см.
Грумм-Гржимайло [*5], с. 27).
[+4] Может быть, даже начало V в., так как Тотори-нянцзан жил 120 лет ([*33], с. 45-46).
Ныне Дамдисурен [*7] предложил идентификацию Гэсера с князем Госраем, жившим в
XI в., но, помимо несходства имени, происхождения и биографий, эта концепция
опровергается замечанием ладакской хроники до 950 г., что в это время в верхнем Ладаке
княжили потомки Гэсера ([*28], с. 47).
Литература
[*1] Аристов Н.А. Опыт выяснения состава киргиз-казахов Большой Орды и кара-киргизов
// Живая старина. III-IV. 1894.
[*2] Аристов Н.А. Заметки об этническом составе тюркских племен и народностей. СПб.,
1896.
[*3] Бернштам А.Н. Очерк истории гуннов. Л., 1951.
[*4] Бичурин (Иакинф). Собрание сведений о народах, обитавших в Средней Азии в
древние времена. Т. I-III. М.-Л., 1951-1953.
[*5] Грумм-Гржимайло Г.Е. Западная Монголия и Урянхайский край. Т. II. Л., 1926.
[*6] Гумилев Л.Н. Эфталиты и их соседи в IV веке нашей эры // Вести, древн. ист. 1959.
No 1.
[*7] Дамдисурен Ц. Исторические корни Гэсериады. М., 1957.
[*8] Дарвин Чарльз. Соч. Т. V. М., 1953.
[*9] Дебец Г.Ф. О древней границе европеоидов и американоидов в южной Сибири // Сов.
этногр. 1947. No 1.
[*10] Дебец Г.Ф. Палеоантропология СССР. М.-Л., 1948.
[*11] Киселев С.В. Древняя история южной Сибири. М., 1951.
[*12] Козлов П.К. Монголия и Кам. М., 1947.
[*13] Кызласов Л.Р. Таштыкская эпоха / Автореф. канд. дисс. М., 1953.
[*14] Ло Гуань-чжун. Троецарствие. Т. 1. М., 1954.
[*15] Малов С.Е. Отчет о путешествии к уйгурам и саларам // Изв. Русск, комитета для
изучения Средней и Восточной Азии. Сер. II. No 1. СПб., 1912.
[*16] Обручев В.А. В дебрях Центральной Азии. М., 1956.
[*17] Окладников А.П. История Якутской АССР. Т. 1. М.-Л., 1955.
[*18] Паркер Э.Г. Китай, его история, политика и торговля с древнейших времен до наших
дней. СПб., 1903.
[*19] Пржевальский Н.М. Монголия и страна тангутов. Т. 1. М., 1946.
[*20] Смирнов А.П. Некоторые спорные вопросы финно-угорской археологии // Сов.
археол. 1957. No 3.
[*21] Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М.-Л., 1948.
[*22] Томсон Дж. История древней географии. М., 1953.
[*23] Чебоксаров Н.А. К вопросу о происхождении китайцев // Сов. этногр. 1947. No 1.
[*24] Ярхо А.И. Алтае-саянские тюрки. Антропологический очерк. Хакасск, н.-и. инст.
Абакан, 1947.
[*25] Bell Charles. The religion of Tibet. Oxford, 1931.
[*26] Chavannes Ed. Documents sur les T'ou-kiue (turcs) Occidentaux // Сб. Трудов Орхонской
экспедиции. Т. VI. СПб., 1903.
[*27] Chavannes Ed. Le pays d'Occident d'apres Wei-lio // T'oung Pao. Ser. II. V. 6.1905.
[*28] Francke А.Н. A History of Western Tibet. London, 1907.
[*29] Kingsmill W. The intercourse of China with Eastern Turkestan and adjacent countries in the
second century before Christy // The Journal of the R. Asiatic Soc. of Great Britain and Ireland.
New serie. XIV. London. 1882.
[*30] Lattimore Owen. Inner Asian Frontiers of China. New York, 1940.
[*31] McGovern. The early empires of Central Asia. London, 1939.
[*32] Shiratori К. Ueber den Wu-sum Stamm in Central Asien // Keleti Szeinie. III. 1902.
[*33] Schiaginlweit E. Die Konige von Tibet. Munchen, 1860.
[*34] Soothill W.E. China and West. London, 1925.
[*35] Yule H. Cathay and the way thither / New ed., red. by H.Cordier. London. 1915.
Лев Гумилев. Поколение ветеранов
Оригинал этого текста расположен на сайте "Гумилевица"
http://kulichki.rambler.ru/~gumilev/
Поколение ветеранов — образное описание Л.Н. Гумилевым истории становления Монгольского
государства. Ветераны войны — тема особого пристрастия Л.Н. Гумилева. Еще в работе "Монголы и меркиты
в XII в." Л.Н. Гумилев написал о неблаговидной роли матушки Оэлун-экe. матери Чингис-хана, которая
помогала врагам ловить своего сына на становище. История взаимоотношений двух братьев — детей Есугейбагатура
и Оэлун-эке, Тэмуджина (Чингиса) и Хасара со своими сводными братьями Бельгутеем и Бектером,
которые стали, по версии автора, доносчиками в своей семье, впервые
...Закладка в соц.сетях
