Жанр: История
Загадки древних времен
...ительные вещи, которых осталось и на долю Шлимана.
Все это не могло не разжечь любопытства впечатлительного мальчика.
Но в странствиях своих из города в город уже взрослым, зрелым аэдом Гомер
нигде не мог объявить о своей родине, это прозвучало бы как парадокс: "Троянец? Будет
нам петь? О нашей победе?.. Он, часом, не сумасшедший?"
Вот и приходилось бедному аэду каждый раз придумывать себе новую родину.
Зато это позволяло говорить "троянскую" правду. Хотя и намеками. Ведь Гомеру
пришлось "сплавить" две прямо противоположные версии и, по возможности, согласовать
их. Именно поэтому он начал поэму с десятого года осады (о предыдущих троянцы ничего
не знали), поэтому же он оборвал ее смертью Гектора и ничего не стал говорить о падении
Трои. Это же объясняет и многие другие мелочи, например, почему нигде не упомянут
троянский флот. Во времена Гомера у Трои если и был флот, то состоял он из пяти-шести
рыбацких баркасов.
В одном месте Гомер даже выступил как настоящий Нострадамус и двумя
строками перечеркнул "Энеиду" Вергилия. Эта поэма посвящена бегству Энея из
поверженной Трои, его странствиям и основанию пра-Рима. Но, по Гомеру, Эней не
только никуда не уезжает, а становится царем Трои:
Ныне могучий Эней над троянцами царствовать будет, Также и дети его, что должны
от Энея родиться. •
Допустив, что Гомер родом из Трои, сразу станет понятно его отношение к грекам
(презрительно-уважительное) и его отношение к троянцам (добродушное). Умные
понимали и восторгались, дураки не понимали, но тоже восторгались. Впрочем, в одном
месте Гомер не удержал язык и проговорился. Кто же другой, как не сын Трои, мог
вложить в уста Зевса одни из самых патриотичных слов в мировой литературе:
Так, под сияющим солнцем и твердью небесною звездной, Сколько ни зрится градов,
населенных мужами земными, Сердцу моему наиболее чтима священная Троя, Трои владыка
Приам и народ копьеносца Приама ?
Достоверных фактов того, что Гомер был троянец, - нет. Надеяться на их
появление, к сожалению, не приходится.
_______________ТРОЯ-111____________
К сожалению, данные о жизни Трои в последующие времена весьма отрывочны и
сумбурны: в благочестивом порыве найти Трою Приама Шлиман срывал и выбрасывал
все, что не имело, по его мнению, отношения к гомеровским временам. Таким образом, он
умудрился снести даже Трою Приама, потому что следующая (расцвет которой пришелся
на XXIV-XXIII века до н. э.) выглядела более мощной и грандиозной и, следовательно,
более соответствовала духу поэмы. Только прибывший из Олимпии профессиональный
археолог-архитектор Дёрпфельд остановил это дилетантство и сумел спасти из самого
верхнего (римского) слоя остатки скульптур, фрагменты метопов, фризы, ко-
лонны и лежащий восточнее акрополя театр. Шлиман уже не возражал против их
сохранения: в начале раскопок он смотрел на все, что позже времени Гомера, как на
современность.
После смерти Шлимана Дёрпфельд продолжил раскопки и доказал, что Троя
Приама находилась тремя слоями выше той, которую "боготворил" миллионер-самоучка.
В Первую мировую войну в битве за Дарданеллы английский боевой флот снарядами
нанес холму Гиссарлык больший урон, нежели Шлиман всем своим трудолюбием и
деньгами*. Этим не преминули воспользоваться вездесущие американцы (находки можно
было подбирать пригоршнями на дне воронок). Третьи по счету раскопки возглавил
Бледжен. Это был аккуратный и точный человек, делавший все методологически
правильно. Когда результаты его трудов были опубликованы, газеты всего мира опять
заговорили о Трое. Выяснилось, что и Троя, которую открыл Дёрпфельд, вовсе не
гомеровская: она погибла не в пожаре, а от землетрясения около 1350 года до н. э. Троей
же Гомера американские ученые объявили город, который построили на руинах
разрушенного и который действительно сгорел. И тут случилось невероятное, чему
способствовал пришедший в Германии к власти фашизм и подъем национального духа.
Если пятьдесят лет назад в ученом мире считалось чуть ли не признаком хорошего тона
пройтись, как катком, статейкой по "великому археологу" Шлиману**, то теперь самые
* Заслуга Шлимана в раскопках Трои безусловна, но до сих пор никто не решится сказать,
совершил он зло или благо, потому что никто не может знать, как произошло бы открытие (то есть
раскопки) Трои, не появись Шлиман на свет. Могло ведь все быть не только лучше, но гораздо
хуже.
** В 1929 году Германский государственный институт археологии пышно отмечал свое
столетие. Берлинский обер-бургомистр объя-
мудрые головы Германии стали склоняться на его сторону и готовы были признать
гомеровской ту Трою, которую раскопал Шлиман. Поскольку материала было много и
культурные слои на Гиссарлыке сильно перемешаны людьми и временем, немцам почти
удалось найти веские контраргументы в защиту того человека, плюнуть в которого двумя
годами раньше они считали своим научным долгом. Начавшаяся Вторая мировая
остановила их, поэтому до сегодняшнего дня считается, что Трою Гомера нашел Бледжен,
а Шлиман и Дёрпфельд прошли мимо.
После того как Троя на рубеже XIII-XII веков до н. э. была разрушена сильным
пожаром, она не восстанавливалась. Через какое-то время на ее месте возникло новое
поселение. Это был совершенно другой народ, пришедший из Подунавья и
характеризующийся особой цветной керамикой.
Потом Троя долгое время оставалась скромным городком в пяти километрах от
побережья. Она ничем не выделялась среди десятка других, разбросанных вокруг, за
исключением того, что продолжала почитаться как священная всеми средиземноморскими
народами. Город пережил бурную юность, героическую зрелость и теперь тихо доживал
свой срок на пенсии. Он походил на старика, который грелся на завалинке и поглядывал
на суда, плывущие в Геллеспонт. Иногда на его глазах навертывались слезы: прохожие
просили поведать историю его жизни. И в этот момент старик преображался и словно
всплывал из небытия.
вил о денежном пожертвовании институту "в память известного археолога Генриха
Шлимана". В ответном слове профессор Ро-денвальд долго говорил о великодушном
пожертвовании и поблагодарил чуть не все магистратуры Берлина, но имени того, ради которого
был сделан подарок, он не упомянул.
В 480 году до н. э. сюда по пути в Грецию пришел во главе самого большого по тем
временам войска персидский царь Ксеркс. Следующие слова Геродота свидетельствуют о
том, что руины Трои были на поверхности:
"Затем Ксеркс прибыл к реке Скамандру (это была первая река с тех пор, как
выступили из Сард, которая иссякла и в ней не хватило воды, чтобы напоить войско и
скот). И вот, когда царь прибыл к этой реке, он, желая осмотреть кремль Приама,
поднялся на его вершину. Осмотрев кремль и выслушав все рассказы о том, что там
произошло, царь принес в жертву Афине Илионской тысячу быков. Маги же совершили
героям жертвенное возлияние".
Через сто пятьдесят лет, когда греки и македонцы решили наказать персов за
нашествие Ксеркса, в Трое объявился Александр Македонский. Он принес в дар Приаму
свое оружие (найти бы его!) и умолял его дух больше не гневаться на Неоптолема*, от
которого вел свой род Александр. Потом он положил на землю венок и дал клятву
построить на этом месте такой же великий город. Клятвы свои ему не суждено было
исполнить. Запутавшись в тонких восточных делах, Александр Македонский предался
беспробудному загулу, от которого и умер, бросив созданную им империю на произвол
судьбы. Но один из его полководцев, Лиси-мах, дабы его царь не вошел в историю
клятвопреступником, возвел вокруг Трои стены длиной сорок стадиев (более 7
километров).
* В ночь взятия Трои Неоптолем проявил наибольшую жестокость. В частности, он убил
престарелого Приама, искавшего спасения в священной ограде у алтаря Зевса.
Гай Юлий Цезарь и его племянник Август Октави-ан вели свой род от Юла, сына
Энея, поэтому отношение их к Трое можно назвать благоговейным. Оба собирались сюда
на поклон предкам, да так и не собрались. Но троянцам даровали все земли,
расположенные вокруг, и они были освобождены от всех государственных повинностей. В
это время Троя называлась Новым Илионом.
Последним тут "отметился" римский император Каракалла, которого по
количеству совершенных им чудовищных преступлений смело можно поставить в один
ряд с Калигулой и Нероном. Прибыв к Трое, Каракалла возомнил себя Ахиллом и решил
повторить погребальные игры, устроенные Ахиллом в честь Пат-рокла. Все должно было
быть натурально, а для этого требовалось кого-нибудь убить. Каракалла приказал
отравить своего друга Феста.
Впрочем, и Каракалла оказался не последним. Эта "честь" выпала Константину
Великому. Он приехал сюда, когда выбирал место для своей будущей столицы. Но вид
заболоченного Скамандра и оглашающих непрерывным кваканьем мириадов лягушек
подвигнул его остановиться на Византие.
В VI веке на холме Гиссарлык опустели последние хибары. После долгой агонии
больная скончалась.
Больше всего ей подошла бы такая эпитафия:
"Здесь лежит женщина, которая прославилась тем, что рожала великих мужей
от поэта".
СТОУНХЕНДЖ И ДРУГИЕ МЕГАЛИТЫ
__________1. ИСТОРИЯ ВОПРОСА___________
В античном мире насчитывалось семь "чудес света", из них пять - из камня. В
число чудес не входил Стоунхендж - доисторическое сооружение из каменных глыб чуть
моложе знаменитых египетских пирамид, если верить принятым методам датировки. Не
впечатлил он ни греков, ни римлян: груда развалин! То ли дело классический храм или
Великая пирамида! Да и Солсберийская равнина в Англии, где находится этот памятник,
уж очень мрачна и не располагает к восхищению...
Возможно. В самом деле, ну что еще севернее можно было придумать? Разве что
мифических гиперборейцев с их Храмом Солнца, в котором каждые 19 лет происходили...
праздники Луны!.. Не ознакомиться ли для начала с этими заметками? Оставил их
знаменитый Диодор Сицилийский (I век до н. э.): "Этот остров... расположен на севере и
населен гиперборейцами, которых называют таким именем потому, что они живут за теми
краями, откуда дует северный ветер (Борей); их земля плодородна, и все, что на ней сеют,
дает хороший урожай, а так как там необычайно умеренный климат, они собирают два
урожая в год... Лета (мать Аполлона и Артемиды, ,отцом которых был Зевс) родилась на
этом острове, и поэтому гипербореи чтят
Аполлона больше, чем других богов; их считают жрецами Аполлона, так как
каждый день они безмерно восхваляют его в песнях и воздают ему великие почести. И
есть также на этом острове великолепное святилище Аполлона, а также прекрасный храм,
украшенный многочисленными пожертвованиями, сферический по форме... Говорят
также, что с этого острова Луна видна так, будто бы она очень близка к Земле, и глаз
различает на ней такие же возвышенности, как на Земле. Говорят также, что бог посещает
остров каждые 19 лет; это период, за который звезды завершают свой путь по небу и
возвращаются на прежнее место... и поэтому девятнадцатилетний период греки назвали
ме-тоновым циклом". Метон - греческий астроном V века до н. э. - обнаружил, что 235
лунных месяцев равны 19 годам (солнечным), и каждые 19 лет полнолуние наступает в
один и тот же календарный день.
Если мифическая Гиперборея - не Земля Санни-кова, остается лишь
предположить, что страна, о которой писал Диодор (и не только он!), находилась там, где
сегодня поражает британцев и весь мир своими загадками Стоунхендж ("Висячие камни").
Впрочем, развалины Стоунхенджа не произвели впечатления только на древних
завоевателей. Барды средних веков воспели его в своих балладах. Короли и князья,
путешественники и ученые ломали головы: кто его возвел?
Молва приписывала авторство великому магу Мерлину, который служил при дворе
короля Артура. Однако в XII веке историк и мифотворец Готфрид Мон-мутский собрал и
изучил древние мифы и выяснил, что Мерлин служил вовсе не Артуру, а Амвросию. Это
при нем предводитель саксов Хенгист созвал британцев и саксов на совет у Солсбери и
перерезал внезапно 460 британских князей. Мерлин сказал Амвросию Аврелиану: "Коли
желаешь ты украсить могилу этих людей достойно, дабы вовеки была она отмечена,
пошли за Пляской Великанов, что в Килларосе, на горе в Ирландии. Ибо камни эти
таковы, что в нынешнем веке не мог бы их поставить никто, если только не будет ум его
велик в меру его искусства. Ибо огромны камни эти, и нигде нет других, наделенных
равной силой, а потому, поставленные кольцом вокруг этого места, как стоят они ныне,
простоят они тут до скончания века". Амвросий отправил 15 000 воинов на кораблях за
камнями, но ни один из них не смогли они сдвинуть с места (попутно они разгромили
войско короля Ирландии Гиллаиана). Только собрав хитроумные механизмы, сам Мерлин
сумел это сделать, равно и как возвести каменный поминальный круг в Солсбери, потому
и осталась в веках слава о нем, а не о тех 460 загубленных душах.
На самом деле, в Ирландию британцы плавали, наверно, не за этим:
происхождение камней чисто британское. Самая дальняя точка, откуда доставили в
Стоунхендж громады весом до 50 тонн, находится в 47 километрах к северу, остальные -
ближе. И возводил сооружение не Мерлин (хотя никто не отрицает, что этот кудесник
действительное историческое лицо), потому что уже в XIV веке до н. э. Стоунхендж был
старым, и никто не помнил его истинного назначения. А вот пригласить князей на
совет к этому памятнику сакс Хенгист вполне мог. Мог и перерезать приглашенных. А
усилиями Мерлина, при помощи хитроумных машин, вблизи древнего памятника могли
разве что возвести могильник... Он и сейчас там - круг диаметром в 1,5 раза меньше
сооружения, о котором идет речь. Круг, над которым возведен невысокий холм. Правда,
могильник еще не раскопан. Скорее всего, он относится к тому же времени, когда
возводился Стоунхендж.
В Англии, как и везде, сохранились легенды о живших когда-то, до первого
Потопа, гигантах, - им-то и приписывается строительство каменного сооружения.
Готфрид Монмутский говорил еще о необыкновенной силе, которой якобы
обладают, все до единого, камни. Впрочем, о ней же говорил и Мерлин. В народных
легендах бытуют две версии передвижения камней Мерлином: "машинами" (это,
вероятно, отголосок реального способа) и "волшебным словом" (вспомним чудеса Орфея,
Иерихона или Виракочи-Кецалькоатля). Кстати, сам Мерлин, по утверждению Джона
Риса (1886 год), - не кто иной, как кельтский Зевс Мэрддин: до появления людей
Британия называлась "Клас Мэрддин"... Правда, в полный миф Стоунхендж полностью не
превратился: он есть,-его можно пощупать и разглядеть, - потому легенды о возведении
каменного памятника Мерлином на том и конча-
ются и в дальнейшей деятельности волшебника не фигурируют.
"Английская хроника" XV века, написанная неизвестным автором, отвергает
причастность Мерлина к установке камней. В XVI веке Полидор Вирджил также не верил в
это, хотя и приписывал сооружение памятника королю Амвросию. А Уильям Кэмден писал:
"Наши соотечественники считают его одним из наших чудес и диковинок и много
любопытствуют, откуда привезены были столь огромные камни... Я склонен не спорить и
опровергать, но с великой горестью оплакивать забвение, коему преданы создатели столь
величавого монумента". Дальнейшее замечание историка Елизаветинской эпохи требует
внимания: "А ведь некоторые полагают, что камни эти не простые, вытесанные из скалы, но
изготовлены из чистого песка и неким клейким и вяжущим веществом собраны и
сложены воедино..."
Многие-многие авторы, в том числе чрезвычайно ученые и высокородные,
интересовались тайной происхождения Стоунхенджа, похожего на лежащую на болотистой
равнине королевскую корону невиданных размеров. Король Яков I посетил его! Пораженный
в самое сердце монарх приказал знаменитому архитектору Иниго Джонсу срисовать план
сооружения и установить доподлинно, кем и когда оно было создано. Однако Иниго Джонс не
оставил потомкам ничего, касающегося Стоунхенджа, если не считать вышедшую в 1655 году
книгу его зятя Джона Уэбба "Самая замечательная древность Великобритании, именуемая в
просторечии "Стоун-Хенг", восстановленная", написанную по заметкам тестя. Из заметок он
извлек архитектурные измышления Джонса, ибо, как специалист в узкой области,
королевский архитектор... достроил развалины до стадии, представлявшейся ему
приемлемой, а
о происхождении Стоунхенджа сказал, что он мог быть возведен лишь древними
римлянами и никем больше! Он отмел друидов, поскольку "академии рисования им были
неведомы, публичные лекции по математике среди них не читались"; а "что до нелепой басни,
будто Мерлин перевез эти камни из Ирландии, то это всего лишь праздная выдумка". Далее в
заметках Джонс якобы записал (по Уэббу): "Но если мне возразят: коли Стоунхенг - это
Римская постройка, так почему же ни один римский автор о нем не упоминает? - то я отвечу:
их историки вовсе не описывали каждую постройку или деяние римлян, иначе сколь
обширными были бы их труды!" Книга полна и других историко-литературных измышлений
и напутствий дальнейшим исследователям.
Они, дальнейшие, приписывали Стоунхендж Бо-адицее (британской королеве,
потерпевшей поражение от римлян и принявшей яд после неудачного восстания); датчанам
(место коронации их королей); гигантам (великанам)... А некий Сэмюэл Пипе в дневнике,
который потом был издан, 11 июня 1668 года записал: "Съездил туда и увидел, что они
(камни) столь же громадны, как мне о них рассказывали... А чему они служили, Бог ведает!"
Но! Джон Обри в 1663 году "произвел осмотр" памятника, зарисовал его для короля
Карла II и сделал вывод о том, что это был храм друидов. Обри в своем исследовании
признался: "Хотя я не пролил на дело ясного света, все же могу утверждать, что из полной
тьмы вывел его в легкий сумрак и в сем Эссее я продвинулся далее, чем кто-либо до меня..."
Первым осуществив тщательнейший осмотр, Обри значительно омолодил Стоунхендж, оказав
"сомнительную услугу" дальнейшим исследователям, чего не делали высокомудрые
выдумщики, жившие до него. Фразу о "сомнитель-
ной услуге" записал в своей книге истинный открыватель назначения Стоунхенджа
астроном Джеральд Хо-кинс уже в 60-х годах XX века. Ему принадлежит остроумнейшее
и глубокое исследование памятника, результатом чего явилось блестящее открытие.
Стоунхендж - настолько своеобразный и таинственный, настолько редкий для
Европы древний памятник мегалита, что многие народы и группы еще до всяких
исследований пытались присвоить и присваивали его. Особенно отличились в этом как
древние, так и современные друиды, использующие камни для совершения своих
внутриклановых обрядов, на самом деле не имеющих к памятнику абсолютно никакого
отношения, кроме, конечно, формального. Плиний в I веке н. э. описал друидские обряды,
в том числе и кровавые, совершаемые в Стоунхендже, но это не говорит о том, что
Стоунхендж возведен друидами ради этих целей. Колдуны, судьи, учителя и жрецы у
кельтов, друиды были хранителями особых тайн, частично выражавшихся в различного
рода "мероприятиях", суть которых до конца понимали только они. Вероятно, когда-то их
обряды, несмотря на жестокость, носили и положительный смысл, но к I веку друиды
настолько увлеклись, что даже кровожадный Тиберий не выдержал и истребил их за их
кровожадность и колдовство, за употребление в пищу - хотя бы и под знаком ритуала -
человечьего мяса.
С другой стороны, все, что мы сейчас знаем о них, пропущено позднейшими
авторами сквозь призму христианства, и трудно отличить правду от вымысла. Известно
лишь, что в нашем веке, в частности сразу после Второй мировой войны в Англии,
совершались ритуальные жертвоприношения, хотя это и были единичные случаи.
"Древнейший орден друидов" в Лондоне возродился в конце XVIII века, существовали же
друиды с V века до н. э. примерно до IV-V веков н. э., исчезнув с победой
христианства. Однако возрожденный "орден", возобновивший формально и
приблизительно друидские ритуалы, добился того, чтобы за ним признали неотъемлемое
право использовать Стоунхендж в своих целях. Наблюдавший 21 июня 1964 года ритуал
друидов в Стоунхендже Джеральд Хокинс писал в книге "Разгадка тайны Стоунхенджа" о
примитивности, убогости и немотивированности этого ритуала.
В 1747 году Джон Вуд, описавший Стоунхендж, пришел к выводу, что "британцы и
гиперборейцы были одним и тем же народом". Он же первый догадался о том, что камни
привезены не из Ирландии, а с Марлборо-Дауне (к северу от Солсбери).
Об ориентации оси памятника впервые было упомянуто доктором Уильямом
Стьюкли в 1747 году: используя компас, Стьюкли обнаружил, что Стоунхендж построен с
использованием магнитного компаса и с учетом магнитного склонения. Проведя впервые
лабораторные исследования, доктор Стьюкли даже датировал памятник - 460 годом до
н. э.! Недаром Уильям Стьюкли прославился как человек, восстановивший Общество
любителей древности, запрещенное в свое время из-за политических интриг королем
Яковом I.
В 1771 году доктор Джон Смит (и в самом деле доктор: он изобрел прививку
против оспы!) утверждал, что Стоунхендж - не что иное, как численно-мистический
календарь. И подтвердил открытие Стьюкли об ориентации оси памятника на точку
восхода Солнца в день летнего солнцестояния. Суконщик из Уолтшира Генри Уонси в
1796 году сделал гениальное предположение: древние друиды в Стоунхендже вычисляли
затмения! Причем они делали это очень и очень точно.
XIX век отличился не только обилием теорий, но и многочисленными раскопками
Стоунхенджа. Именно тогда Ричард Коулт Хор (1812 год) раскопал погребения и осколки
камней, оставленные строителями. Генри Браун в середине века обнаружил, что "воды
Всемирного Потопа двигались с юго-запада", так как юго-западная часть Стоунхенджа
подверглась "небольшому разрушению". А некий Джон Тернам сказал о памятнике:
"Немота его красноречиво свидетельствует о том, что он построен не римлянами, так как
они обычно заставляли свои камни говорить с помощью надписей... В том, что
Стоунхендж был творением британцев, убеждает самая его безыскусственность". В 1886
году У. Лонг приписал памятник финикийцам или бельгам.
В 1870-х годах знаменитый впоследствии раскопками Ахетатона У. М. Флиндерс
Питри снял план Стоунхенджа с точностью до 2-3 сантиметров!.. Но и сделал не
соответствующий истине вывод о том, что "некоторые камни были установлены позже, в
память Аврелия Амвросия, Утера и Константина, а возможно, и других владык, которых
время от времени погребали у Стоунхенджа". Постройку Питри относил к доримс-ким
временам.
В 1883 году У.С. Блэкот заявил, что Стоунхендж построили люди... из Атлантиды!
"Аппалачские индейцы, их жрецы и шаманы - вот кто, несомненно, были строителями
Стоунхенджа..." А через год Т.А. Уайз приписал памятник "буддийским миссионерам"!..
Сын астронома сэра Джона Уильяма Леббока - Джон Леббок определил время
строительства Стоунхенджа 1500- 1000 годы до н. э., что очень близко к нынешнему
пониманию, отстаиваемому Хокинсом.
2. ХОКИНС И ИСТОРИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА
Астроном, а еще лучше сказать, палеоастроном Дж. Хокинс в своей книге
предупреждал читателей о том, что в астрономии существует несколько циклов, имеющих
влияние на дальнейшие открытия, связанные со Стоунхенджем. Во-первых, земная ось
медленно описывает конус к плоскости орбиты Земли, замыкая круг за 26 000 лет. Кроме
того, ось "кивает" (40 000-летний цикл). И, наконец, форма эллиптической орбиты Земли
вокруг Солнца имеет период изменений 92 000 лет.
И о народах, населявших Англию. В конце каменного века так называемый
уиндмиллхиллский народ, оставивший о себе память в виде каменных и костяных орудий
труда и охоты, занимался разведением крупного рогатого скота и скорее всего
земледелием, первым и начал строительство в Солсберийской долине. "После 2000 года
до н. э. туда явились бикеры, а с ними - бронзовый век".
Свое название "бикеры" народ получил по имени чаш для питья, которые
укладывались в могилу вместе с покойником. Также в могилах находили кинжалы,
топоры, мечи и копья. Трупам бикеры придавали сидячее положение с подтянутыми к
подбородку коленями. К 1500 году до н. э. мертвецы уже кремировались. Круглыми
могилами бикеров усеяна вся Солсберийс-кая долина и близлежащие районы. Могилы
отмечены насыпными холмиками, напоминающими курганы, реже - курганами.
Вскоре после появления бикеров на равнине появились так называемые уэссекцы,
менее воинственные, чем бикеры. Народ торговал, занимался земледелием и добывал
руду. Погребения их вождей богаты и содержат украшения и предметы из Египта,
Ирландии, с Балтики, Крита, из Центральной Европы. Стюарт Пиггот, археолог и
специалист по Стоунхенджу, считает уэссекцев выходцами из Бретани. А В. Гордон
Чайльд называл их продуктом Уэссекса, производным от бикеров.
Дж. Хокинс же считает эти три народа - авторами Стоунхенджа и других
памятников Солсберийской равнины.
Датировка, приводимая Хокинсом с точностью до столетия: Стоунхендж был
построен в период между 1900 и 1600 годами до н. э. Строительство осуществлялось в
три этапа.
Стоунхендж I, согласно новейшим методам археологических датировок, построен
около 1900 года до н. э. Вначале был сделан кольцевой ров с двумя насыпными валами по
обе стороны рва, незамкнутые со стороны северо-востока. Перед входом в кольцо
напротив концов рва выкопаны четыре лунки, в которых могли устанавливаться
деревянные столбы, а впрочем, назначение их неизвестно. На перемычке, на одной ли-
нии с концами внутренней насыпи (вала), сделаны еще две лунки, где, возможно,
были вкопаны вертикальные камни, которых сейчас нет. Зато третий камень, известный
как Пятый, вкопан в 30 метрах от кольца к юго-востоку от оси входа. Позднее его
обкопали рвом, а ров заполнили дробленым мелом. Внутри кольца были выкопаны так
называемые "лунки Обри" в виде "замкнутого" кольца из 56 лунок.
Внешний вал представлял из себя почти правильный круг диаметром 115 метров.
Насыпь - шириной 2,5 метра и высотой 0,5-0,8 метра. За валом непосредственно
начинался р
...Закладка в соц.сетях
