Жанр: Фантастика
Звезды над шандаларом
... Шан не стал уточнять что именно произойдет если монахи не уйдут, но наверное, он
хотел сказать, что им не поздоровится.
- Не думайте, что мы лихие люди, - сказал Даан невозмутимо. - Мы мирные путники,
просто у нас закончилась вода. Нет ли здесь поблизости источника?
Шан недоверчиво смерил их взглядом. Потом обернулся и негромко позвал одного из
своих спутников:
- Гаат! Налей им воды.
Невзрачный паренек, весь какой-то затравленный и помятый, мигом принес большую
чашу. Даан с наслаждением выцедил половину и передал ее Су То. А сам тем временем
поглядел на тракт.
Прямо напротив них стояла повозка, вокруг нее сгрудилось человек двадцать. Похоже, у
повозки что-то стряслось с передними колесами. Хозяева, громко причитая, суетились, зеваки
наперебой давали советы.
Су То вернул чашу Гаату и негромко, чтоб слышал один Даан, сказал:
- Это они и есть. Не владельцы повозки, а зрители. И повозку сломали они - вон те
двое, в красных халатах. Я видел.
Красные халаты. Цвет клана Орла. Даан вздохнул. Неужели снова придется от них
отбиваться?
Соглядатаев насчитывалось десятка с полтора. Многовато.
- Напились? - поинтересовался из-за спин шан-предводитель. Даан спохватился и
обернулся к нему.
- Да, уважаемый. Спасибо.
- К чему мне твоя благодарность? - пожал плечами собеседник. - Лучше будет, если
вы пойдете своей дорогой.
Даан заметил, что он тоже с тревогой приглядывается к Орлам на тракте. Боится, что ли?
- Пойдем, - шепнул Даану Су То. - Теперь мы знаем, кого опасаться.
Поклонившись торговцам, они пошли к тракту, но не к месту, где застряла злополучная
повозка, а немного южнее. Орлы тотчас утратили интерес к ремонту и рассыпались: часть
побежала к месту, где Даан и Су намеревались выйти на тракт, часть осталась у повозки, часть
направилась прямо к монахам.
Даан замер. Все. Стычки не избежать. Как не вовремя они пустились в самостоятельный
путь! Матурана и Ихо - бойцы не из слабых, хоть островитянин и сражался исключительно
редко. Если бы их было четверо - появился бы шанс против полутора десятков Орлов. Вдвоем
же отбиться, скорее всего, не удастся.
Впрочем, если бы их было четверо и Орлов бы послали больше. В который раз Даан
позавидовал дальновидности Матураны: пойди они с караваном, чихали бы сейчас и на сотню
Орлов.
Но увы - окрестности Столицы - не северные горы. Даан, чувствовавший себя уверенно
только в горах, понял, что просчитался. Пошел на поводу у Су То, и вот результат. На
удивление скорый.
Су То тоже остановился, поудобнее перевешивая сумку с Оком. Выглядел он спокойным.
Интересно, жалеет он об уходе или нет?
Орлы приближались. С двух сторон. Даан обернулся, прикидывая, сумеют ли они уйти
прочь от тракта. До самого горизонта простирались крестьянские поля. Плоская, как стол,
равнина не могла укрыть и средних размеров собаку, не говоря уже о людях.
Оставалось уповать на собственные силы и на добрую волю всемогущего Каома.
Первые Орлы оказались совсем рядом и Даан с головой погрузился в схватку. Мышцы
слаженно заработали, а кулаки и ступни затянули старую песню смерти.
Даан заранее настроился на поединок со многими, поэтому с некоторым удивлением
отметил, что ему противостоят лишь двое. Правда, оба очень искусные, Даану приходилось
весьма туго. Расслабив внимание, он разглядел, что у них появились неожиданные союзники.
На Орлов, оставшихся на тракте, насели хозяева сломанной повозки. А совсем рядом с
монахами возник недавно встреченный на дороге старик, притворявшийся бродягой. Тот
самый, которого Даан едва не сшиб с ног. Рядом с ним бестолково топтались шестеро - целых
шестеро! - Орлов, а еще двое неподвижно валялись на земле. Су То сражался с одним и явно
побеждал, потому что его противник лишь с трудом отбивался и все время отступал к тракту.
Осознав, что все поворачивается не в их пользу, Орлы перегруппировались. Рассыпались,
как стая воробьев, и взяли троицу в кольцо.
Даан, Су То и старик оказались рядом.
Архипелаг. Снова Архипелаг - Даан подумал, что острова вдруг стали слишком сильно
чувствоваться здесь, в самом центре Бодхайской Империи. Старик ведь сражался совсем как
Матурана, не ударами, а увертками и бросками.
На дороге Орлов положили - Даан с удивлением разглядел у повозки черные балахоны
студентов. И еще с той стороны спешил не кто иной, как Матурана, и лицо его было сердитым
до невозможности.
Орлы разом напали, Даан сбил одного, Су То сцепился со вторым, а с остальными быстро
и невероятно красиво справился старик. Все естество Даана протестовало и говорило, что так
не сражаются, но тем не менее Орлы, скопом кинувшиеся на старика, почти все промахнулись;
двое из них странным образом крутнулись, потеряли равновесие, и упали. Прежде чем они
достигли, земли старик коротко коснулся их руками. Результат - у одного сломанная шея, а у
второго, похоже, ключица. Следующая атака - еще двое валятся на землю.
И все сразу закончилось. Орлы проиграли схватку со стариком.
- Великий Каома! - сказал потрясенный Даан. Старик, без сомнения, великий мастер.
Равный Высшим, равный даже Верховным Настоятелям - Бину и Тао. - Как это называется,
уважаемый? Это ведь не ши-тао?
Старик, снова ставший мирным и на вид совершенно безобидным, с интересом поглядел
на Даана.
- Верно. Это не ши-тао. Это айдзу-то-домэ. Тебе понравилось?
- Очень! - честно признал Даан.
Тут подоспел Матурана. Гневно глянув на монахов, он не удостоил их даже словом. Зато
низко поклонился старику.
- Здравствуйте, Учитель!
Даан и Су То даже рты приоткрыли от изумления. Чудеса продолжали вязаться в
причудливый узор, и тона Архипелага проступали в нем все отчетливее.
Самостоятельный поход незадачливых монахов выдался совсем коротким - неполных
восемь часов.
6
Караван полз по предрассветному городу, словно диковинная змея. Десятки повозок,
вьючные лошади, буйволы, верблюды и даже два невесть откуда взявшихся яка. Далаты и
погонщики шагали по улицам, перебрасываясь короткими фразами: поход только начался и
настроение у всех было приподнятое. Стражи, проводники и торговый люд отсиживались под
тентами. Только всадники из конной охраны носились вдоль вереницы повозок и вьючных
верблюдов, наблюдая, чтоб никто не отстал. А то совсем недавно какие-то шутники в Чжуне
нанялись в караван погонщиками и спустя семь минут после отхода от постоялого двора
завернули пару повозок в боковые улочки и этого никто не заметил! Даже хозяин, ехавший у
соседа под тентом. Повозки потом нашли в припортовых кварталах, пустые конечно же. Груз
ковров работы мастеров Архипелага растворился в многолюдном городе без следа. Над
несчастным торговцем коврами смеялся весь Бодхай.
Даан сонно таращился на подернутые утренними сумерками улицы Столицы. Рядом
дремал Су То, вновь завладевший сумкой с Оком. Ихо, зевая, возился за спинами Матураны и
начальника легкой охраны Поона. Последние дни перед выходом Ихо большей частью
отлеживался после стычки с Орлами в Кольце Площадей.
Больше всего Даана беспокоил Су То. Южанин выглядел невозмутимым и равнодушным,
но Даан подозревал, что он много чего высказал бы Матуране при случае, и поэтому старался
не оставлять их наедине.
Из южных ворот караван вышел одновременно с рассветом. Багровый диск солнца всплыл
над горизонтом и с каждой минутой становился все более ослепительным. Под тентами сразу
стало светло, полумрак рассеялся, уступая место народившемуся дню. Даан уныло глядел на
тракт, по которому они с Су То проходили несколько дней назад. До сих пор, вспоминая это,
Даан чувствовал себя неловко. Особенно перед Матураной. Впрочем, островитянин не сказал
монахам ни единого слова, не бросил ни одного упрека. Но Даан знал, что Матурана сердится.
Да и как не сердиться: от до-избранников, которые пуще всего должны беспокоиться о
благополучном исполнении Обряда, последнее время больше помех, чем помощи. Получалось,
что практически все, что было сделано для исполнения Обряда - заслуга в основном
Матураны. Спрашивается: зачем ему лишние хлопоты? Зачем терпит он рядом с собой
нерадивых монахов?
Даан готов был сгореть со стыда.
Он даже узнал то самое место, где стояла телега, сломанная Орлами. Конечно никаких
следов недавней стычки не сохранилось, слишком много людей прошло здесь с тех пор и
слишком много повозок прогрохотало колесами по старому булыжнику.
Пока у легкой охраны дела не было. Да и не предвиделось: вооруженные стражи бдили и в
пути, и на стоянках, легкая же охрана вмешивалась только при нападении на караван. Даану, Су
То и Ихо даже мечей не дали, хотя практически все, кто попал в подчинение к Поону, получили
оружие. Матурана вскоре после того, как покинули Столицу, выпрыгнул из повозки и убежал в
голову каравана. Там же большей частью пропадал и Ман, горец-велш.
На второй день мощеная булыжником дорога кончилась. Остались позади возделанные
поля и небольшие крестьянские деревушки. На пути каравана раскинулись бескрайние южные
степи, где гонял облака пыли ничем не сдерживаемый ветер. Далеко на юго-западе лежали
могучие горные хребты и Крыша Мира - Сагарматха, но отсюда горы не разглядел бы и
взмывший в прозрачную высь орел. Там, на юге, всего в дне пути от океанского побережья,
раскинулась неприметная долина Утан, скрытая от чужих глаз среди пологих холмов песчаного
взморья. Но караван не дойдет до нее. Свернет задолго до того, как холмы можно будет
различить в белесой приморской дымке.
Тянулась навстречу плоская, как пол в тауте, равнина, тянулись одинаковые дни. Караван
медленно, но упорно, словно влекущий непосильный вес муравей, продвигался вперед. Днем
Даан и Су То тряслись в повозке Поона, вечером сидели у костра и слушали разговоры и песни
далатов и погонщиков. В караване собрался люд из самых разных мест - и горцы, и горожане,
и жители восточного побережья. Темы для разговоров не исчерпаются до самого Токина, цели
каравана, ведь Бодхай велик и его уголки непохожи друг на друга, а человеческой
любознательности нет предела. Монахи, мало что повидавшие в жизни, жадно слушали эти
вечерние рассказы.
Будни ежедневных переходов были до того однообразны, что Даан всерьез засомневался:
а нужно ли нанимать столько охранников? Казалось, что в сердце степей напасть на караван
просто некому. Впрочем, пусть все так и течет: меньше хлопот, Око целее, Утан ближе...
Честно говоря, Даан уже устал от постоянного груза ответственности. Требовали отдыха
измочаленные нервы. Ежесекундное ожидание подвоха утомило даже железную волю монаха.
На восьмой день проводники остановили караван раньше обычного. До заката оставалось
еще немало времени. Даан выглянул из повозки: в голове каравана собралось человек сорок, о
чем-то ожесточенно спорящих. Даан покосился на Су То - тот дремал вполглаза, по
обыкновению. Ихо еще с утра ушел к Матуране.
Рывком вскинув тело в воздух, Даан выпрыгнул из повозки. Легкие облачка пыли
поднялись у его ног и, клубясь, медленно поплыли на восток, хотя ветра совершенно не
чувствовалось. Из-под тентов выглядывали купцы и далаты, озабоченно глядя на небо и
туманный горизонт справа, на западе. Даан тоже поглядел: небо, как обычно в весеннюю пору,
было прозрачным и бездонным. Горизонт выглядел как всегда, разве что на западе он был
несколько темнее, чем на севере, или, скажем, юге.
Матурана и Ман стояли рядом с караванщиками. Ман что-то негромко втолковывал вену,
главному среди них. Остальные просто слушали, не смея вмешаться. Тут же, чуть в стороне,
Даан заметил Ихо и приблизился к нему.
- Что стряслось? - спросил он негромко.
Ихо так же негромко ответил:
- Проводники всполошились... Говорят - погода портится.
Даан с удивлением взглянул на безобидно-голубое небо без единой тучки.
- Гм... Что-то незаметно. Мне, по крайней мере.
- Матурана сказал, что степь - не горы. Тут все иначе. Знаешь, я ему верю...
"Конечно! - подумал Даан. - Уж Матуране-то можно верить..."
- А чем нам помешает плохая погода? - сказал он вслух. - Дождь каравану не помеха,
разве что дорогу развезет... Но все равно, надолго это задержать не может.
Однако Ихо озабоченно покачал головой.
- Дождь что... Буря, похоже, надвигается, а что такое буря в степи - недавно
рассказывали. Слыхал?
Даан слыхал. Рассказу он не очень-то поверил, но впечатление произвелось. Казалось
невероятным, что ветер способен вытворять все, что ему приписывали. В горах ветер - тоже
не подарок... А здесь ему нет препятствий. Да и проводники, наверняка, знают, что говорят и
что делают.
Повозки расположили кольцом, покрепче привязав тенты к деревянным стойкам;
животных ввели внутрь кольца, под защиту возникшей стены на колесах. Далаты скрепляли
повозки между собой, вбивали в слежавшуюся землю длинные колья. Даан только головой
качал, глядя на эти приготовления. Неужели буря так страшна? Хотя, ему ли судить?
Небо на западе стремительно потемнело, солнце валилось в лиловую тучу, наползающую
на степь. Далаты забегали быстрее, стараясь завершить все приготовления до ветра. Кони и
буйволы беспокойно топтались, подавали голос, словно жаловались судьбе; наверное, тревога
людей передалась и им. А, может, они просто чуяли надвигающийся шторм. Верблюды и оба
яка, наоборот, оставались спокойными, словно ничего не происходило, а они находятся в
родных стойлах.
Туча уже заняла полнеба; вскоре налетел первый порыв ветра - резкий, неприятный,
несущий мельчайший песок. Швырнув его в лицо людям, ветер торжествующе взвыл.
Даан отступил к повозке Поона и забрался под колышущийся тент. Ихо, пригибая голову,
последовал за ним. В уютном сумраке повозки завывание ветра казалось не таким зловещим. Су
То сонно что-то проворчал и вновь затих.
"Здоров же он спать!" - подумал Даан. Впрочем, сам он тоже спал последние дни много:
грех не воспользоваться подвернувшейся передышкой.
Караван, вцепившись в сухую землю южной степи, подставил буре защищенный бок.
Повозка скрипела, как стая саранчи, и заметно раскачивалась. В самый разгар бури под тент
забрался Матурана. Волосы его были взъерошены ветром.
- Ух! - сказал он, отряхивая с одежды песок. - На день, не меньше. Отсыпайтесь,
слуги Каома...
Су То недовольно взглянул на него: в повозке коротали непогоду несколько стражей,
подчиненных Поона, и сам Поон. Но Матурана ничем не рисковал, ибо все живущие под двумя
лунами могли считать себя слугами Каома.
- Мы и так уже от сна опухли, - вздохнул Ихо.
- Если хочешь, - лениво сказал Поон, - назначу тебя в ночную стражу.
- У меня меча нет, - ответил Ихо.
Поон ухмыльнулся:
- Ничего! Ман говорит, ты и с шестом неплохо управляешься...
"А Ман-то откуда это знает? - удивился Ихо. - Или Матурана разболтал?"
Впрочем, если островитянин рассказал велшу что-нибудь о навыках нанятых людей,
значит без этого не обойтись.
- Кстати, - продолжал Поон. - Неплохо бы поглядеть на что вы способны. Ман
считает, что вы сильнее моих людей.
- Ман ошибается, - вмешался Матурана. Голос его звучал лениво и равнодушно.
Су То приподнялся на локтях, от него так и расползалась волна негодования, но,
столкнувшись с металлическим взглядом Даана, Су проглотил готовое сорваться с языка
возражение и лишь тяжко вздохнул.
Поон отмахнулся от Матураны, словно от назойливой мухи:
- Да о тебе и речи нет, чужеземец! Я спрашиваю о людях из моей охраны, а не о
проводниках! Проводники и не обязаны быть бойцами, так что помалкивай...
- Мы, конечно, не ровня тебе, Поон, - придав голосу максимально уважительный тон
сказал Даан. - Но, поверь, тоже кое-что умеем. Не зря же Ман нас нанял?
Поон кивнул.
- Это правда. Ман не стал бы нанимать неумех. Какую технику вы используете?
- Всеобщую, - Даан неопределенно пожал плечами.
Несколько мгновений Поон колебался.
- Кажется, ты не сказал всей правды. Всеобщей техники маловато для настоящего бойца.
Особенно, для отобранного Маном.
- Ты проницателен, - уклонился от прямого ответа Даан. - Но настоящий боец не
станет попусту раскрывать свои секреты. Даже на словах.
- Вот поэтому я и хотел поглядеть на вас в деле.
- Спохватился, - буркнул Су То. - Который день уже в пути...
- Ничего, - Поон ничуть не смутился. - Каома учит не торопиться.
- Каома учит все исполнять в срок, - машинально поправил Даан. Потом подумал, что
отменное знание Учения может выдать в нем монаха. Хотя, Учение постигают все, каждый в
той мере, которая отпущена ему свыше. Вдруг Даан ревностный последователь Учения?
- Верно! - согласился Поон. - Вот буря утихнет, пока снимемся - как раз успею на
вас взглянуть.
И он откинулся на вытертую шкуру. Ветер затянул унылую песню непогоды, повозка
раскачивалась, как живая, и скрипела.
Даан подумал, что не зря вспомнил о сроках: у них оставалось не так уж много времени.
Скоро мощь Того, кто Выше вновь наполнит Око и прикосновение к нему станет смертельным.
И если они не успеют доставить Око к первому Месту, мир окажется у края бездонной
пропасти.
Непогода бушевала всю ночь. Лишь к вечеру следующего дня порывы ветра начали
слабеть, а жалобный скрип повозок стал заметно тише. Да и сами они больше не раскачивались,
будто лодки на волнах. Отоспавшиеся люди оживились, тут и там из-под тентов выглядывали,
щурясь, пытливые лица. Даан тоже выглянул. Небо посветлело, хотя песка в воздухе носилось
еще предостаточно. Ветер уже не сбивал с ног; кое-где из повозок выбрались далаты и бродили,
громко перекликаясь и постукивая сапогами по колесам.
- Эй, просыпайтесь! - Даан пихнул Су То и Ихо. - Сейчас, наверное, сниматься
начнем.
Ихо недовольно заворочался.
- Какое сниматься? Вечер скоро. До утра никто не сдвинется.
Даан вздохнул и выпрыгнул на жесткий песок. Ветер еще не совсем унялся, швырнул в
лицо горсть колючего песка и негромко взвыл. Даан выругался.
В тот же момент он споткнулся о тело мертвого далата-работника. Багровая лужа не
успела еще засохнуть и потемнеть. Даан замер, спиной почувствовав опасность.
В тот же миг на него напали. Сразу двое. Оба по самые глаза закутанные в облегающие
серые балахоны пустынников. На коротких мечах виднелись свежие кровавые потеки. Даан
уклонился, сшиб одного из напавших и подобрал меч.
Справа от него зазвенело железо: кто-то из стражей рубился, невидимый, за повозкой.
Когда Даан прикончил и второго пустынника, Поон, Ихо и Су То выбрались из-под тента
на шум и сейчас недоуменно глядели на трупы.
- Нападение! - прошипел Поон и дважды громко свистнул. Это был знак для охраны. А
потом в круг повозок ворвалась целая орда пустынников. Даан заметил, как Су То поднял
короткий меч и шагнул навстречу серой лавине. Еще оставалось время встать рядом с ним.
Когда Даан очнулся от сна битвы, мышцы ныли, требуя отдыха. Меч, руки и одежда были
в крови - большей частью в чужой. Су То он потерял в поднявшейся суматохе; несколько раз
он видел Ихо и Матурану; кажется, оба были целы, но присмотреться времени не оставалось.
Почти всех пустынников перебили; из стражников уцелела лишь половина. Погибли также
несколько купцов, с десяток погонщиков и далатов. Караван отбился.
Вен с помощниками, храня на лицах печать озабоченности, обошли стоянку. Ман и
начальники охраны молча следовали за ними. Был выставлен кольцевой дозор; Ман лично
проверил вооружение каждого стражника. Понятно, сегодня никуда уже караван не двинется.
Монахи и Ихо присели на песчаный бугорок, наметенный бурей у колеса повозки. Спустя
несколько минут к ним присоединился Матурана. Су То взглянул на него по обыкновению
неприязненно. В битве он чужеземца не видел.
- Что скажешь, островитянин? - спросил его Даан.
Матурана, казалось, не слышал вопроса.
- Кто пойдет со мной? Надо прочесать окрестности до темноты.
Все трое с готовностью приподнялись, потом обменялись быстрыми взглядами.
- Су, останься с Оком, - попросил Даан спокойно. - А я схожу.
Как обычно, это сработало. Южанин соглашался на все, лишь бы Око оставалось у него.
Даан удовлетворенно вздохнул, хотя он устал после битвы с пустынниками, а сейчас
предстояло несколько часов тыняться среди податливых песков и, возможно, снова сражаться.
- А я? - спросил Ихо.
Матурана колебался всего мгновение.
- Пошли.
Степь, совсем недавно выглядевшая цветущей и беззаботной, теперь больше походила на
бесплодные пустыни запада. Ветер нанес целые барханчики песка, волнистые, словно
подернутый рябью океан. Травы прижались к почве, изогнув высохшие стебли, а те, что не
сумели зацепиться корнями, унесло в пыльную даль. Даан знал, что первый же дождь смоет
рыжий налет песка с плодородных степных земель, трава вновь зазеленеет и встанет в полный
рост, и будут в зарослях шнырять увальни-бэхи, жирующие до следующей бури.
"Все, все под двумя лунами колеблется от жизни к смерти и опять к жизни. Мир
непостоянен, и непостоянна воля Того, кто Выше. Мы не можем уклониться от качания этого
маятника, иногда только удается его чуть задержать. Да и то, когда он освободится и ускорится
- шатаемся от поднятого им ветра..."
Даан не заметил, как караван исчез за горизонтом. Их окружила вылизанная бурей степь.
Песок и сухие стебли хрустели под ногами. Матурана присматривался к волнистому рыжему
налету, словно ожидал разглядеть следы злодеев-пустынников. Но ничто не нарушало
правильную поверхность, песчинка к песчинке составлявшую мертвые волны.
- Ты знаешь, что за люди на нас напали? - спросил Ихо островитянина. Он даже не
сомневался, что ответ Матуране известен. И он не ошибся.
- Знаю. Это люди Поющих Песков. Живут они далеко на юго-западе, за озерами и
Бодхайской грядой.
- Что же привело их сюда? - удивился Ихо. Он краем уха слышал об этих кочевниках,
берущих дань с каждого проходящего каравана. Но так далеко на восток их власть не
распространялась.
- Наш караван. Точнее, мы четверо... и известная тебе ноша.
Ихо настороженно покосился на Даана, но монах сам с интересом прислушивался. Вот
будь здесь Су То - он бы не потерпел, когда посторонние много рассуждают об Оке Каома.
- Неужели они тоже мечтают завладеть святыней? - спросил с недоверием Ихо. - Я
думал, Обряд держится в строгом секрете...
- Нет. Они даже не знают что именно мы несем. Скорее всего их наняли Орлы. Ничего
не объясняя. Поэтому они и забрались в чужие земли.
- А здешние бродяги, - поинтересовался Даан, - напасть могут?
Матурана на ходу пожал плечами:
- Вообще-то им заплачено. Но у Миина Кана в своре тоже сущие головорезы. Если Орлы
предложат им больше, нападут.
Даан покачал головой. Дела! Оказывается, пустынные земли давно поделены, и
хозяйничающие на них разбойники берут мзду за право прохода. Наверное, немалую. Неужели
торговля приносит такие барыши, что хватает и на откуп от этих ненасытных?
Вскоре Матурана остановился, пристально вглядываясь в слабые росчерки на песке. Здесь
прошли, скорее всего, незадолго до того, как буря утихла, но уже позже самого страшного
времени. Даан и Ихо тоже уставились под ноги, но видели только неясные оплывшие вмятины,
заметные только если долго их высматривать. Матурана же так и зыркал по сторонам, словно
книгу читал.
- Понятно, - сказал он некоторое время спустя. - Они долго следовали за нами. А
перед бурей прятались от людей Миина. Значит, с Миином стоит поговорить.
Даан переглянулся с Ихо. То, что Матурана прочел на песке, для них осталось тайной для
семью печатями. Поражаться способностям чужеземца уже не было сил. И ведь он ровесник и
монахам, и Ихо, а насколько больше знает об окружающем мире! И это он еще в чужой земле.
А дома? - тут же возникал невольный вопрос. - У себя дома он, наверняка, чувствует себя
еще увереннее...
Спустя час или полтора их окликнули. Матурана петлял по степи, словно кого-то
выискивал. Собственно, Даан сразу понял, что он ищет того самого Миина Кана. Или его
подручных.
Перед путниками словно из-под земли возникли трое закутанных в такие же, как и у
пустынников, балахоны, только не серые, а буро-зеленые. Рук их, скрытых под одеждой, Даан
не разглядел, но не сомневался, что каждый сжимает какое-нибудь оружие.
Матурана заговорил с ними на полупонятном диалекте, то и дело вкрапляя целые реплики
из жаргона столичной шпаны. Даан понимал его плохо; Ихо - с пятого на десятое. Но общий
смысл Ихо все же уловил.
- Они знают о нападении, - шепнул он Даану. - Спрашивают, много ли наших
погибло.
Даан исподлобья взглянул на Ихо, словно удивлялся, что тот понимает странно
исковерканные фразы.
- Требуют доплатить за охрану... - продолжал переводить Ихо.
Матурана спокойно возразил, а когда один из троих потянул из складок балахона меч,
добавил короткую хлесткую фразу. Вспыльчивый обернулся и свистнул; появился четвертый,
ведя под уздцы низкорослых мохноногих лошадок. Матурана и двое степняков вскочили в
кожаные седла, причем островитянин скользнул на круп лошадки так ловко, что невольно
подумалось, будто он всю жизнь только и занимался, что шатался верхом по окрестным степям.
- Я к Миину загляну, - негромко сказал он Даану. - Вернусь затемно. Передай Ману,
что все будет улажено. Караван во-он там, держите закат за правым плечом и скоро выйдете.
- Удачи, - спокойно пожелал Даан и направился к каравану. Здесь не задают лишних
вопросов и ничему не удивляются - понял он. Ихо молча последовал за ним. Он ведь тоже был
из понятливых.
Кольцо повозок они разглядели вдали когда начали сгущаться сумерки.
Матурана вернулся ночью. Малая луна отсветила свое и склонилась к югу; а над Миром
вставала Большая, желтая, как сыр, в ноздреватых разводах пятен.
Вернулся он не один, а в окружении дюжины диковатого вида степняков-подручных
Миина Кана. Ни на кого не глядя, все соскочили с коней и направились к повозке вена. Даан
заметил, что у Матураны руки схвачены за спиной жгутом из жил быка-сона. Как чужеземец
умудрялся при этом скакать на коне и не падать - осталось загадкой. Лицо у него хранило
печать безразличия, но Даан сразу понял - произошло нечто непредвиденное.
Буквально через несколько минут у повозки Поона возник запыхавшийся страж.
- Даан Геш, Су То и Тин Пи - немедленно к вену!
Монахи переглянулись, а начальни
...Закладка в соц.сетях
