Жанр: Фантастика
Маг Рифмы 4. Маг-менестрель
...сех сил пнула ногой
неподвижно лежавшего Волио. - Он мне вовсе не жених, и я ему об этом
сказала! Если хочешь знать. я очень даже надеюсь, что ему больно! Он
заслужил каждый твой удар и еще в десять раз больше!
- Знаете, я думаю, когда он очнется, ему будет очень больно, - покачал
головой Мэт. Он опустился на колени рядом с Волио, пощупал его пульс, чтобы
убедиться, что все будет именно так, как он сказал. - А вообще ничего
страшного. - Еще бы, ведь оба противника не знали главного о рукопашной
схватке: да, конечно, тут могли быть случайности, но при том, как они
дрались, ничего ужасного случиться не могло. - Барышня, можете считать себя
отомщенной. -С этими словами Мэт оторвал взгляд от Волио и посмотрел на
Фламинию. - Но у него, вероятно, есть дружки. Поэтому вам двоим ко времени
его пробуждения лучше бы находиться в миле отсюда, а то и подальше.
- Верно! - Фламиния прижалась к Паскалю, глаза ее стали огромными от
страха. - Ты не знаешь! А он - сын рыцаря, того, что живет в десяти милях
отсюда! И когда рыцарь узнает, как избили его сынка, он обязательно вышлет
за тобой погоню.
Паскаль явно встревожился, однако нашел в себе силы для галантности:
- Я не уйду, если ты позволишь мне и впредь защищать тебя!
Мэт понимающе кивнул:
- Сын рыцаря и сын сквайра! Нечего и дивиться, что вы дрались одинаково:
вы же оба обученные фехтовальщики!
- А как же! - удивленно воскликнул Паскаль.
- Да, но на сей раз победил сын сквайра, потому что не погнушался
крестьянскими приемами. Да, в этом смысле выучка у тебя прекрасная, Паскаль!
- Тебе надо бежать! - воскликнула Фламиния. - Если тебя схватят, то
изобьют до полусмерти, а то и до смерти!
Паскаля, похоже, эта перспектива не порадовала, однако он упорно сохранял
галантность.
- Если мне суждено погибнуть, я погибну, лишь бы только защитить тебя от
его грязных лап!
Фламиния почти растворилась в объятиях Паскаля. На мгновение их губы
слились в страстном поцелуе. Руки Паскаля беспомощно повисли, поначалу он не
соображал, куда их девать, но довольно быстро нашелся - обнял Фламинию за
талию и плечи, прижал к себе и принялся гладить. Мэт отвернулся и стал
небрежно насвистывать. Наконец Фламиния оторвалась от Паскаля и, тяжело
дыша, воскликнула:
- О, ты самый храбрый и самый благородный из всех сквайров на свете! Но
ты не должен рисковать своей жизнью ради меня! - Паскаль попробовал было
возразить, но Фламиния прижала к его губам палец. - Не бойся, я не вернусь к
этому подонку Волио. Уж лучше я убегу в чащу леса и стану разбойницей!
- Не сказал бы, что это очень удачный выбор! поспешил вмешаться Мэт.
- Будет удачный. Если я тоже убегу вместе с ней! - возразил Паскаль. -
Да, Фламиния! Давай вместе станем разбойниками!
Фламиния растерялась. Ее мучили противоречивые чувства: с одной стороны -
благодарность Паскалю, с другой - страх за него.
- Вам бы лучше согласиться, - посоветовал ей Мэт. - Идите, а как
доберетесь до дороги, может, и передумаете, но пока для вас обоих гораздо
лучше оказаться подальше отсюда.
- Я никуда не пойду без тебя, - решительно заявил Фламинии Паскаль. -
Женщине в этой стране нельзя ходить одной.
Фламиния ответила ему медленной и страстной улыбкой и снова оказалась в
его объятиях.
- Что ж, тогда я пойду с тобой, или ты пойдешь со мной - это все равно,
но умоляю тебя, если ты от меня устанешь, если я тебе надоем, скажи мне об
этом прямо, не стесняйся! Обещай мне это!
- Ладно... обещаю, - промямлил Паскаль. - Ну а если я не устану от тебя,
тогда как?
- Ну тогда и говорить нечего! - весело воскликнула Фламиния, быстро, но
очень крепко поцеловала Паскаля и изящно выскользнула из его объятий, не
выпуская, впрочем, его руки. Затем она оглянулась через плечо на Мэта. - А
ты пойдешь с нами, менестрель?
- Пойду, пожалуй, - неторопливо отозвался Мэт. - В конце концов мне с
вами по пути.
Но они даже недослушали его - они не сводили глаз друг с друга, смеялись
и уже шли к дороге.
А на дороге им повстречались идущие на север компании молодых людей,
среди которых попадались иногда люди постарше. Вид у них был либо тусклый и
изможденный, либо угрюмый и унылый. Для них, судя по всему, веселье
закончилось, когда они еще не добрались до Венарры. Вот только Мэт почему-то
думал, что в каком-то смысле им даже повезло. Особенно же отчетливой эта
мысль стала тогда, когда они с Паскалем и Фламинией проходили мимо
развороченного участка земли размером с акр - очевидно, тут останавливалась
на ночевку толпа, шедшая впереди. Немного в стороне разместились пять
прямоугольных холмиков с дощечками. В стране, которая только раздумывала о
том, стоит ли ей вернуться в лоно Церкви, еще не могли ставить на могилах
крестов, вот и воткнули в землю дощечки. Мэт на некоторое время оставил
Фламинию и Паскаля и сбегал к могилам, чтобы посмотреть, нет ли хоть
каких-нибудь надписей на этих импровизированных надгробиях. Надписи были,
примерно такого плана: "Здесь покоится прах юноши, который ушел из дому,
чтобы искать славы и богатства в столице". И все. Никаких просьб молиться о
спасении души усопшего, но и, слава Богу, никаких назиданий с выводами о
том, почему его постигла такая судьба. Однако и имен покойных на дощечках
тоже не наблюдалось. Этих детей - а может быть, среди похороненных были и
люди среднего возраста - проводили в последний путь местные крестьяне - те
немногие, которые пока сидели по домам. А их соотечественники, пустившиеся в
странствия, даже не удосужились задержаться и предать земле своих бывших
спутников. Мэт с большой радостью и облегчением нагнал Фламинию и Паскаля.
Они были молоды, а потому беспечны. Они смеялись, шутили, с притворной
серьезностью спорили о том, какие танцы лучше - те, что танцуются в
хороводе, или те, что танцуются "цепочкой". Прошло несколько минут, и тема
спора поменялась: теперь Паскаль и Фламиния заспорили, какого цвета ручеек,
мимо которого они проходили: сине-серого или серо-синего. Спорили они пылко,
и каждый приводил крайне убедительные доказательства своей правоты, причем
оба старались перещеголять друг дружку в убедительности. Но вскоре Фламиния
начала хихикать, да и Паскаль расхохотался. Мэт шел позади, и сам не мог
сдержать улыбку, которая становилась все шире и шире. Теплота веселья,
исходившая от Паскаля и Фламинии, помогала таять льдинке, образовавшейся в
его сердце.
Глава 15
Солнце выглянуло из-за горизонта, отворились громадные ворота, и толпа с
радостными воплями ввалилась в Венарру.
Ей эхом ответила другая толпа, поджидавшая за воротами, - ее восклицание
подозрительно напоминало междометие "arai".
Iколо каждого из взрослых мужчин моментально оказался богато одетый
горожанин - мужчина или женщина. Не остались без внимания и женщины. Если
парочки пытались держаться вместе, их все равно разлучали - шутками,
прибаутками, лестью ли, комплиментами ли. То же самое происходило и с
молодежью, только гораздо быстрее. Девушки, сверкая очами, выслушивали
нашептывания полногрудых горожанок, старательно разыгрывавших роль добрых
мамочек. Правда, бросалось в глаза то, что на лицах у этих дам косметики или
слишком много, или она слишком яркая. Но кто знал? Может, горожанкам так и
положено выглядеть? До Мэта долетело несколько очень странных фраз, и потому
он повел своих спутников через толпу акул-горожан, крепко держа за руки.
- Да, миленькая, я тебе предлагаю крышу над головой, покуда тыне
оботрешься в Венарре, - говорила одна - с виду этакая добрая бабуся. -
Чистые простыни, да еще и подзаработать сумеешь. Твои ровесницы научат тебя
всему, чему нужно. А какие красавцы господа к нам захаживают!
- Ну почему вы хотите нам помочь? - поинтересовалась девушка с горящими
глазами, которую подобным же образом "обрабатывала" другая женщина,
увешанная фальшивыми драгоценностями.
- Ой, деточка, а как же иначе? Помогать новеньким - это же мой долг! -
ворковала женщина. - Каждый обязан творить добрые дела!
Громкие обещания безбедного житья заставили прислушаться даже Фламинию.
Она обернулась и, вытянув шею, попыталась получше разглядеть даму, которая
проповедовала альтруизм.
- О, какие они тут все добрые! А почему бы мне не пойти жить к ней, друг
Мэтью?
- Потому что, как только ты к ней попадешь, она ни за что не отпустит
тебя. Она купит тебя с потрохами, - угрюмо пробурчал Мэт. - Ты будешь
отдавать этой мадам каждый заработанный пенни из тех, что тебе заплатят
красавцы мужчины за удовлетворение своих страстей, - вот и вся ее
благотворительность. Кстати, "красавцы" - это еще бабушка надвое сказала.
Среди них будут и уроды, и старики. На самом деле речь идет именно об этом.
Фламиния побледнела, но ей явно не хотелось сразу признавать свою ошибку.
- А парням они тогда что же говорят?
- Некоторым - то же самое, а их станут посещать богатые старухи. А
другим...
- Работенка не пыльная! - К Паскалю пристроился мордатый парень. - Всего
только отнести вот этот узел с вещичками в один дом на Флотской улице!
Паскаль готов был поддаться искушению, он уже протянул было руку, но
вмешался Мэт.
- И, считай, повезло, если не попадешься, но если выйдет так, что тебя
изловит стража и заглянет в узел, то потом тебе придется пару лет провести
за решеткой, и ты даже не сможешь толком объяснить, кто же тебя нанял.
- Эй, а тебе-то какое дело? - грубо проговорил парень, пытавшийся всучить
Паскалю узел.
- Мои друзья - это все мое дело, - отрезал Мэт. - А порой - и мои враги
тоже. - Позволив себе изобразить волчий оскал, Мэт поинтересовался: - Хочешь
стать моим врагом, приятель?
Парень трусливо попятился. По глазам было видно, что он перепугался.
- А я хочу, - объявил чей-то бас за спиной у Мэта. Мэт обернулся и увидел
широченную грудную клетку, густо заросшую волосами. Рубаха на здоровяке была
расстегнута. Взгляд Мэта проследовал вверх, задержался на небритом
подбородке, лиловой картошке носа, скользнул к маленьким блестящим свинячьим
глазкам. Здоровяк склабился щербатым ртом. Мэт почувствовал, как сердце у
него сначала ушло в пятки, а потом снова подскочило, но он совладал с собой,
призвал на выручку всю свою храбрость и дерзко вопросил:
- Да ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?
- Угу, - кивнул бычина.
И вдруг откуда ни возьмись вылетел здоровенный кулачище, и Мэт увидел
сноп блестящих искр на черном фоне, вскоре после чего пребольно стукнулся
спиной о стенку дома. Он выпрямился, прислонился к стене, чтобы не упасть, и
немного выждал, пока перестало звенеть в ушах и он смог расслышать утробный
хохот здоровяка, который в это время уже успел приподнять одной ручищей
возмущенно кричащего и пытавшегося вырваться Паскаля. У Фламинии был открыт
рот - она тоже явно кричала, но Мэт не слышал ее голоса за хохотом
здоровяка.
Вот разве что до его слуха донесся звон лютни, задевшей бедро, когда он
отшатнулся от стены. Мэт поймал лютню и удержал ее, на чудо целехонькую.
Наверное, она описала широкую дугу и поэтому ударилась не об стену, а
угодила в него. Мэт, пошатываясь, пошел на великана, на ходу сбросив с плеча
веревку, на которой висела лютня. Он шел и напоминал себе, что он не
кто-нибудь, а настоящий рыцарь. Помимо всего прочего, это означало: в этом
мире он способен нанести кому угодно удар, которого никто не ожидает от
человека его комплекции.
Он доплелся до верзилы и протянул ему лютню.
- А ну-ка подержи, - попросил Мэт.
Здоровяк тупо замигал от такой неожиданности, выронил Паскаля (Фламиния
тут же закричала и бросилась к нему) и взял у Мэта лютню. Мэт кивнул, как бы
в знак благодарности, и изо всех сил въехал кулаком правой руки верзиле в
челюсть.
Великан выронил лютню - на счастье, Паскаль еще не успел подняться, и
лютня упала на него - и отступил, покачиваясь. Его дружки злобно завопили и
кинулись к Мэту. От удара первого Мэт увернулся, второго нахала сбил с ног,
но, выпрямившись, принял-таки удар в грудь от первого.
Метил-то хулиган в лицо, но все равно удара хватило, чтобы Мэт отлетел и
зашатался, а тут еще взревел верзила и стал прицеливаться кулаком для
последнего сокрушительного удара.
Положение, при котором противник превосходил его числом, Мэт был способен
оценить всегда. Рыцарь он или не рыцарь, но выстоять против трех опытных
уличных драчунов он ни за что бы не смог, если бы только, конечно, не пустил
в ход свой меч и не начал резню. Но ему не хотелось убивать этих парней -
пока еще не за что. Кроме того, местному блюстителю порядка вряд ли пришлось
бы по душе, чтобы какой-то заезжий прикончил трех горожан, пусть даже не
очень исправных налогоплательщиков. Стало быть, ничего не оставалось, кроме
волшебства. Если получится, конечно.
Но если произносить заклинание, то делать это нужно поскорее: первый удар
верзилы не удался - его кулак просвистел над самой макушкой Мэта,а вот
второй мог оказаться точнее. Мэт шагнул вперед и врезал противнику в челюсть
еще одним апперкотом. Он помнил, что это вряд ли надолго выведет противника
из строя, и не ошибся: тот взревел и стукнул Мэта боковым под ребра..Мэт
захрипел, но все ухитрился пропеть:
Эх, дубинушка, ухнем!
В глаз противничку бухнем!
Как кулак мой бубухнет,
Так враг наземь и рухнет,
А его дружки-хулиганы
Разбегутся, как тараканы!
Верзила выругался и снова пошел на Мэта. Мэт пригнулся, надеясь, что заклинание сработает, заслонился левой, и, как
только парень, защищаясь, выставил вперед правую руку, Мэт врезал ему под ложечку. С секунду, перед тем как упасть
навзничь, здоровяк таращил на Мэта глаза в искреннем изумлении.
Двое его дружков недоуменно проводили взглядом падение приятеля и
уставились на его неподвижное тело.
- С главным блюдом покончено, - сообщил Мэт и засучил рукава. - Перейдем
к десерту...
Парни даже ругаться не стали, повернулись и бросились наутек.
Мэт проводил их взглядом, почти что дрожа от радости. То ли все-таки
сработало волшебство, то ли ему на самом деле посчастливилось уложить на
лопатки этого бычину, а дружки его жутко напугались, увидев, что побит тот,
кого в принципе побить как бы и невозможно. Как замечательно, что Мэт был
рыцарем! Наверное, все-таки то, что его посвятил в рыцари легендарный
император, помогало ему превозмочь исходившее от Латрурии сопротивление
белой магии.
Но в конце концов именно так его магия здесь и работала, если она на
самом деле работала. Вполне вероятно, что чтение стихов придавало Мэту
лишнюю самоуверенность, убежденность, что он творит чудеса. А раз так, то он
не собирался предпринимать ровным счетом ничего, чтобы разрушить эту
иллюзию.
Он обернулся к своим молодым спутникам. Паскаль держал за руку Фламинию,
Фламиния держала лютню, и оба они смотрели на Мэта огромными, испуганными
глазами.
- А... ты... куда более искушенный боец, чем... я думал, друг Мэтью, -
пролепетал Паскаль, а у Фламинии вырвалось:
- Как ты это сотворил?
- Да не так уж, чтобы очень хорошо, - угрюмо ответил Мэт, а то бы мне и
вовсе не пришлось драться. Ладно, давайте уйдем отсюда. Стража может явиться
в любую минуту.
- Но почему? - не понял Паскаль. - Драка-то ведь кончена!
- Самое время являться страже, - заверил приятеля Мэт.
Кроме того, он прекрасно понимал: если за ним вел постоянную слежку
какой-нибудь колдун, то от него не укроется произнесенное Мэтом заклинание.
Теперь этот колдун знал: в городе появился некто, владеющий белой магией.
Мэт не сомневался: у короля Бонкорро налажена круглосуточная колдовская
слежка, он просто обязан иметь такую слежку, раз до сих пор жив-здоров и
восседает на троне.
Правда, даже это не имело значения. Бонкорро или кто-то из его советников
наверняка знает про каждый шаг Мэта. На самом деле очень даже не
исключалось, что та троица, с которой только что расправился Мэт, была
очередной группой, посланной убить его.
И все же на все сто Мэт не был в этом уверен. Ведь хулиганам было ой как
далеко до успеха. Видимо, просто таким образом встречали в Венарре всех
новичков. Выйдя на улицу, уходящую от площади перед воротами, Мэт, Паскаль и
Фламиния наткнулись на мужчину и женщину, знакомых ей по дороге в Венарру.
Женщина стояла, уперев руки в бока и кричала на мужчину:
- Ты же говорил, что у тебя полный кошелек золота!
- Говорил, - тяжко вздохнул мужчина и показал женщине два обрывка кожи,
свисавшие с его ремня. - Ворюга срезал кошелек, а я и не заметил!
- Хорош же из тебя защитник! - презрительно воскликнула женщина.
Фламиния ухватила Мэта за рукав и указала вперед:
- Смотри, вон одна из тех дамочек, что встречала нас. С ней трое девушек
из нашей компании! Давай пойдем за ними, может, она пустит нас переночевать?
Стало быть, Фламиния не разделяла скептицизм Мэта. Осуществив короткую
схватку с самим собой, он решил, что вряд ли с Фламинией случится большая
беда, если рядом с ней будет Паскаль.
- Ладно, пойдем посмотрим. И они пошли следом за дамой и девушками по
широкому спуску, благоразумно выдерживая дистанцию. Дама указывала на
достопримечательности:
- Вон там карета, видите? С упряжкой и ливрейными лакеями? Это карета
графини Мопона. Видите, на дверце ее герб? А вон там театр комедии.
Но девушки не сводили глазе кареты - мечтали хоть одним глазком увидеть
сидевшую в ней гранд-даму.
По бульвару они шли долго, пока у девушек не зарябило в глазах от
всевозможных достопримечательностей, а потом дама увела их на боковую улицу,
которая довольно быстро разветвилась на множество переулков. - Какой-то
город вдруг стал совсем некрасивый, - отметила Фламиния, растерянно
оглядываясь по сторонам.
И действительно, теперь главными достопримечательностями стали
переброшенные через улицу веревки со стираным бельем, крики уличных
разносчиков, расхваливающих свой товар, да унылые детишки, играющие на
мостовой. Сводница уверенно прокладывала путь посреди этого бедлама. Мэт
замедлил шаг. - Мы их потеряем! - нетерпеливо воскликнула Фламиния.
- Нет, - покачал головой Мэт. - Я просто не хочу, чтобы они знали, что мы
идем за ними.
Им снова на глаза попалась пара немолодых людей, еще одних попутчиков в
Венарру. Этих куда-то сопровождал энергичного вида молодой горожанин.
- Еще чуть-чуть, - воодушевлял он пару, - и вы сами увидите мост.
- Значит, мы правда сможем купить его и брать пошлину с каждого, кто
будет по нему проходить или проезжать? - От предчувствия скорого богатства у
мужчины потекли слюнки.
- А как же, конечно! Я вам на это дело настоящую грамоту предоставлю,
мост будет в полном вашем владении!
- Но он же наверняка стоит целое состояние? - взволнованно проговорила
женщина.
- Да нет! Он вам обойдется всего-то... Сколько у тебя в кошельке, ты
сказал? Мэт поторопил своих спутников. - А они правда смогут купить мост? -
прошептал Паскаль, округлив глаза.
- Нет, - отрезал Мэт. - Но могут потерять последний пенни, пытаясь это
сделать.
- Тогда надо остановить их! - возмутилась Фламиния.
- Если мы займемся этим, то потеряем и мадам, и стайку глупых юных
гусынь, - ответил Мэт, - а им, я уверен, грозит куда большая потеря, нежели
потеря содержимого кошелька.
Фламиния побледнела и поспешила вперед.
Завернув за угол еще раза три, они вышли на узкую сумрачную улочку, где
теснились обшарпанные домишки. Из домов выходили тощие оборванцы и вешали на
каждую дверь красные фонари.
- А вот и мой домик! - воскликнула дама и постучала в дверь. Никто не
открывал. Она постучала сильнее.
На пороге появился мужчина, похожий на хорька, спрятал за спину красный
фонарь и поклонился даме.
- Добро пожаловать, хозяйка! У нас, как я погляжу, гостьи?
- Да, Смиркин, гостьи, три девушки из деревни, совсем одинокие, бедняжки.
- Такие одинокие, что с ними можно сделать что угодно, а? - вмешался Мэт,
выйдя прямо из-за спины сводни.
- Пошел прочь, нахал! - обрушилась та на него. - Убирайся отсюда, не то я
кликну стражу!
- Ой, да это же менестрель! - изумленно воскликнула одна из девушек.
- Вы ее спросите, что она тут продает, - посоветовал девушкам Мэт.
- Ничего не продаю! - возмущенно рявкнула дамочка.
- Да неужели? - притворно удивился Мэт и поднялся по ступенькам. - Просто
удивительно. На половине домов на этой улице висят красные фонари... -И Мэт
резко дернул за руку Смиркина. Тот завизжали выронил красный фонарь. Он,
правда, не был зажжен, но в другой руке Смиркин сжимал трутницу.
- Она занимается тем же самым, чем все остальные на этой улице, - сказал
девушкам Мэт. - Красный фонарь - знак борделя, публичного дома. В одном она
не обманывает вас - она действительно ничего не продает, она только отдает
внаем.
- Что отдает? - спросила шепотом одна из девушек, вытаращив глаза.
- Женщин, - ответил Мэт. - Мужчинам, которые с этими женщинами делают,
что пожелают, разве только не убивают. - И он обернулся к владелице борделя.
- Или это тоже не возбраняется?
- Вы лжете, сэр! - встала в возмущенную позу сводница.
- Я-то не лгу, лжете вы этим девушкам. Вы ложью заставляете их ложиться с
кем попало или мучаете до тех пор, пока они не соглашаются на это. - Он
обернулся к деревенским девушкам. - Пойдемте отсюда. Вы заслуживаете лучшего
места, чем это.
- Не верьте ему! - кричала сводня. - Он сам вас хочет использовать!
Девушки явно растерялись.
Но тут настежь распахнулась дверь дома напротив, и оттуда вылетел
полуодетый мужчина, а следом за ним вышел здоровенный детина.
- Пшел вон! - сплюнул детина. - Нету денег - нету шлюхи!
- Но у меня же были деньги! - причитал мужчина. - Золото! Она его вынула,
пока я раздевался!
- Сам дурак, значит, раз показал ей, где у тебя деньги лежат! - заключил
вышибала. - Иди, подбери одежу свою и убирайся отсюда!
Девушки побледнели.
- Да, и я этим занимаюсь! - Внезапно добренькая бабулька превратилась в
ухмыляющуюся старую ведьму. - Только ведь рано или поздно, куколки мои, вам
сюда дорога, так почему бы не сделать это раньше?
- Никогда в жизни! - возмущенно воскликнула самая рослая из девушек.
- Нет? Да из вас хоть одна-то девственницей осталась после дороги в
столицу? Где найдутся дураки, чтобы вас в жены взять? Как вы думаете, какую
работу вы себе отыщете в городе, где полно девушек из деревни? - Сводница
покачала головой. - Ой, нет, милашки, другой постели вам не найти и другого
хлеба тоже. Будете голодать, покуда не захотите съесть его, а тогда уж
начнете торговать собой направо и налево, как попало. А сейчас бы все у вас
пошло как надо, честь по чести.
Девушки попятились. Вид у них был ужасно напуганный.
- Можно сделать и другой выбор, - уговаривал их Мэт. - Пойдемте отсюда.
И он сбежал вниз по ступенькам. Девушки радостно последовали за ним,
Паскалем и Фламинией.
- Идите, идите, дуры! - крикнула им вслед содержательница борделя. -
Только не забудьте этого дома - через неделю он вам ой как понадобиться! - А
Мэту она пустила вслед: - Чума на тебя, менестрель! Чума, которой ты их всех
перезаразишь! Думаете, это он вас спасает, девчонки? Нет! Он просто сводник,
который вас уводит от меня.
- Никакой я не сводник, - сказал девушкам Мэт. - Я и держать вас не
собираюсь. Просто хочу, чтобы вы на пару дней нашли себе приличную крышу над
головой.
Вид у девушек по-прежнему оставался неуверенный, однако они все-таки
пошли за Мэтом, вздрагивая от визгливого голоса старой ведьмы, продолжавшей
осыпать их всех проклятиями.
Как только они вышли на широкую улицу, на глаза им попался сержант,
вышагивающий с подчеркнуто важным видом.
- Эй! Эй! - выкрикивал он. - Все чистая правда, парни! В казармах вам
выдадут красивую форму, ну прям как у меня, и каждому по новенькому
блестящему флорину! А потом сытный обед и чистая постель!
За сержантом уже пристроились несколько жаждущих обещанного счастья
парней.
- Ой, да это Берто! - воскликнула одна из девушек. - И Самоло, и Жиан! -
Так, значит, они станут солдатами?
- Похоже на то, - кивнул Мэт. -А сержант очень скоро станет совсем не
таким добреньким - стоит лишь попасть в казармы. И все-таки это более
безопасно, чем то место, куда могли угодить вы, девушки. По крайней мере у
них появятся крыша над головой, еда и безопасность.
- А за это они будут рисковать своей жизнью, - уточнила Фламиния.
- Я бы лучше уж на такое согласилась, - сказала самая тоненькая из
девушек дрожащим голосом.
- А куда ты отведешь нас, менестрель? - спросила Другая.
- В... - запнулся Мэт.
Он собирался сказать: "В церковь", ведь церковь всегда была самым
надежным местом для девушек, которым нужен кров и добрый совет, но церкви в
Латрурии закрыты, и те немногие священники, которые продолжали служить, пока
что не решались делать это открыто.
- Мы найдем вам работу, - пообещал девушкам Мэт. - Вы сможете прибирать в
домах, стелить постели, готовить, ну чтото в этом роде.
- Но мы же убежали из деревень ради того, чтобы избавиться от этого! -
воскликнула одна из девушек.
- И где же богатство Венарры? Где непрерывные вечеринки, где красивые
платья и танцы? - спросила другая.
- Во дворце, - ответил Мэт. - В домах у богатых горожан. Слухи наврали
вам, барышни.
Младшая из девушек расплакалась.
- Мы... так долго... шли... потеряли... столько потеряли...
- Дома ваши никуда от вас не делись, - попытался успокоить девушку Мэт,
стараясь не думать об
...Закладка в соц.сетях
