Жанр: Фантастика
Монеты на твоей ладони
...о покряхтывала, но потом
профессиональные навыки взяли верх: я запустила лапы в свой изрядно поредевший
энергозапас и с грехом пополам подлаталась. Некомфортно, конечно, но более детально
заниматься собой времени нет.
Я протерла слезящиеся глаза и медленно поднялась на корточки. Оглянулась. Алекс
осторожно выглядывал из-за укрытия, оказавшейся одной из загородок, разгораживающих
периферию лаборатории на закутки. Дернув его за руку, я указала на ряд неровных и почти
незаметных щелей в шве перегородки. Вчера как раз собиралась их заделать, но слава богам,
меня срочно вызвали по судебным вопросам, так что сегодня эти щели предоставляли неплохой
обзор лаборатории. Я пригнулась и заглянула в ближайшие щелочки. Десяток, а может, больше,
размытых черных фигур бродили по помещению, судя по всему, ища наши бренные останки.
Мысли лихорадочно завертелись в и без того перегруженной голове. Скоро доберутся и
до нашего укрытия, лаборатория совсем невелика. Поколебавшись несколько секунд, я
накинула на нас полудостроенный отражающий покров - взгляд, брошенный вскользь, не
страшен, но если начнут вглядываться пристально... Что ж, это оправданный риск - при
острой необходимости мы отобьемся и от двух десятков темных, но если, привлеченный
следами достроенного покрова, перед нашим носом окажется член Малого Круга... неизвестно,
чьим трупом это закончиться.
И пока его не было видно, нужно было срочно выбираться. Мысль о том, чтобы лезть на
пролом, я отмела сразу - слишком много поднимется шума. Может, если... Густая тень легла
под ноги, и я машинально вжалась в стену, с облегчением отметив, что Алекс зеркально
повторил этот трюк. В проходе появились двое, покрутили головами и ушли. На этот раз
покров справился, но...
- На сколько ты можешь поставить темпоральную блокаду? - прошептала я одними
губами.
- Минут... - он помедлил несколько секунд, - Минут десять максимум. Больше не
смогу, я...то есть потом вообще ничего не смогу. Это...очень тяжело.
Я кивнула. Последняя фраза прозвучала с изрядным оттенком смущения, но это уже не
важно. Не важно и то, что по истечении этих десяти минут сюда сбегутся все, кого еще здесь
нет. Мы успеем, должны успеть. Ситуация раскладывалась по полочкам, выстраиваясь в
четкий, стройный план действий.
- Сколько ты гарантированно продержишься?
- Не знаю... Пять минут, семь. Я же говорил тебе, поток постоянно меняет скорость. Чем
он быстрее, тем сложнее его удержать.
- Ладно, расчетное время - пять минут. В общем, план такой... - я наклонилась и
зашептала ему на ухо. Я торопилась - была в нашей ситуации еще одна неизвестная: Рейн. Я
не оставлю его, что бы не случилось. И нельзя допустить, чтобы его обнаружили - это многое
выдаст. Я мельком глянула в щели и поняла, что дольше тянуть нельзя - темные уже
топтались у запертого бокса, где Рейн спал. Итак...
- Давай! - скомандовала я. И тут же почувствовала характерную дезориентацию и
растерянность. Время останавливалось.
Но только не для меня. Я выскочила из бокса и сжала филигранный медальон на груди. Не
один раз ты уже выручал меня, помоги и на этот раз своей непутевой сестрице...Секунда,
другая, третья... Время, время! Шестая, седьмая, восьмая... Где тебя носит?! Девятая,
десятая... Я не выдержала и заорала:
- Хан!!!
Легкий хлопок, запах озона. Он наконец возник передо мной, потягиваясь и взмахивая
крыльями.
- Два часа ночи, совсем одурели... - черт, и правда... Однако это обстоятельство не
мешало мне разоряться дальше.
- Ты демон, в конце концов, а не мешок тряпья!
- Да, и поэтому мне не нужно спать... - скептически хмыкнул он. Быстро огляделся,
нахмурился, и без всяких объяснений понял, что от него требуется, - Ко мне, естественно?
Я кивнула. Место, где ему устроили резервацию, закрыто даже по меркам Безымянной.
Попасть туда обычными путями, через портал, может только лиан. У меня же есть свои пути. У
других их нет.
- Кого первого?
- Лиса, конечно. Потом Рейна, я останусь прикрывать, - я оттолкнула застывшего
статуей темного и, уже не оборачиваясь, пошла к заблокированной двери бокса.
- Нет, - отрезали у меня за спиной.
- Что нет? - отозвалась я, набирая код на некстати заевшем замке уже в третий раз.
- Я не инвалид, не ребенок и не беспомощная амеба. Прекрати так обращаться со мной.
Мне двадцать три года, и уже больше трех месяцев вы прополаскиваете мне мозги. Скай, видит
бог, я уже вполне дорос до того, чтобы пропускать вперед тех, кому это нужнее. Дикого
необходимо отправлять первым, и ты это прекрасно знаешь, - слова, сказанные серьезным,
спокойным тоном, заставили меня обернуться. Имя мое, не кличка, имя, сказанное Алексом,
резануло слух.
- Да что ты, не понимаешь?!... - я в сердцах стукнула кулаком по так и не
открывшемуся замку. Послышался звук лопнувшего провода, и дверь отошла сама собой.
- Как раз-таки понимаю. Я с некоторых пор очень много чего понимаю. Как ты
прикажешь мне выводить из-под удара целый мир, если я не в состоянии, по-твоему, вывести из
окружения своих людей? - он грустно улыбнулся. - Я понял много разных истин. Например,
то, что если меня отсюда телепортировать, временная блокада немедленно рассосется.
- Н-н-н... - я осеклась под лукавым взглядом. Хан выразительно поднял одну бровь.
Знаю, знаю. Нечего тут уже нянчить. Вырос Хранитель, вырос. Пусть еще не до конца, пусть
еще прорывается в нем мальчишка, но то, к чему он предназначен, уже взяло верх. "Мои
люди", каково, а?
- Делайте, что хотите. Только не говорите потом, что я вас не предупреждала, -
отрезала я. Как всегда, это только игра словами - что бы ни случилось, ответственность всегда
будет на нас, Стражах. А в данный конкретный момент, на мне, подумала я, помогая Хану
приподнимать Рейна, весящего больше двух центнеров.
Темная фигура Хана несколько раз мигнула, то расплываясь до тумана, то концентрируясь
вновь - ему было тяжело переносить такой крупный объект, слишком большое сопротивление
дает пространство. Через несколько секунд он наконец смог прорваться и мы с Алексом
остались вдвоем. Я - напряженно вглядываясь и прислушиваясь, он - застыв с
полуприкрытыми глазами, видимо, чтобы не расходовать лишнюю энергию. Боковым зрением
я видела, что волосы у него на лбу и висках потемнели от пота, а руки непроизвольно
сжимаются в кулаки. Плохо. Если...
- А-а-а! - слабо крикнул он на выдохе. Я обернулась, резко, так, что хрустнули
позвонки. На зеленой куртке расплывалось черное пятно. Секунды мне не хватило, чтобы
сообразить - и рукава его окрасились в тот же багрово-черный цвет. Я метнулась вперед,
сбила Алекса, медленно оседающего на колени, в сторону и припала к полу. Поймала его
испуганный взгляд - придумали-таки, как достать, сволочи - сбитый с ног, он выпустил
поток. И теперь искусственно сжимаемая пружина времени распрямлялась с убийственной
быстротой. В буквальном смысле - первый же рванувшийся к нам темный оступился и сломал
шею. Надолго это его не остановит, но мелочь, а приятно.
- Зачем ты это сделала? - прошептал Алекс, глядя на меня расширенными от боли
зрачками.
- Миру не нужны мертвые герои. Тебя бы изрезали на куски, - сухо отрезала я. -
Сейчас Хан явится, удерем, это не тот случай, когда нужно показывать чудеса
самопожертвования, - "По крайней мере, не с твоей стороны, Хранитель", прошелестел
внутренний голос.
Темные учли недоработку коллеги и выстроились ловчей сетью. Господа, это уже
наглость. Я окинула взглядом поле боя, и мелкое копошение на заднем плане отнюдь не
внушило мне оптимизм. Скорее - радужную паранойю. Сеть стала медленно сжиматься, явно
опасаясь подлянок с нашей стороны. Ну что, я решаюсь или нет? Время нужно, время...
А, в Бездну! К черту трупы вместе с маскировкой! Еще немного, и думать уже будет не о
чем.
Моя фигура из мерцающе-прозрачной стала абсолютно невидимой - достроенный морок
полностью отсек от мира. Первый слой, второй, третий - и вот уже и Алекс покрыт той же
прочной скорлупой, что и я. Прижимая руку к груди, он смог отползти в сторону, развязывая
мне руки. Умный мальчик. Я прислушалась к сиплому, булькающему дыханию... Потерпи,
совсем немного осталось. И только попробуй мне умереть - из Бездны за шкирку вытащу.
Утешила... Что, думаешь, первый будешь?
Я чуть присела, самую малость пригнулась и замерла, окаменела, не двигаясь и почти не
дыша. Первый ряд сети не то чтобы замер, но насторожился. Сбился медленный, скользящий
шаг, позы остались теми же и только глаза беспокойно обшаривали пространство. Я ждала.
Мне нужно только выиграть время. Не прорваться. Время. Время, время, время...
Первый ряд дошел до замершей меня. И тут... Подсечка. Резко отпрыгнуть. (Темный
покатился под ноги первому ряду). Прыжок, поворот, удар, припасть к полу. (замешательство в
стане врага). Ударной волной с тыла, откатиться, замереть с возвратом в боевую стойку.(Хан,
ну где ж тебя, паразит, носит?). Аквариумная тишина взрывается воплями и суетой. Кое-кто
еще пытается нашарить подранка, но большинство развернулись лицом к тылам. (Терпи, Алекс,
терпи, вот сейчас...) Окидываю взглядом частокол фигур, окружающих со всех сторон. Ждем.
Не двигаемся. Тянем время.
Время... Легкое колебание воздуха, и из ничего концентрируется крылатая фигура. Ну
наконец-то... Но ощущение неладного не дает покоя. И тут я замечаю... Его шатает от
усталости. Хан, пока еще не замечая ничего вокруг, оперся рукой о стену и тяжело дышит,
опустив голову. Инстинктивный крик рвется наружу, и я выливаю его в мысленный импульс.
Вскинулся, огляделся. Успел увернуться от брошенной в него кем-то излишне нервным
парализующей сети.
Отлично. Быстрее, пока мы обгоняем время. Время... Время-время-времявремявремя...
- Хватай его быстрее и уходи! - не сказано вслух, скорее висит в воздухе.
- А ты? - даже не вопрос, выражение глаз. Хан бежит мне навстречу, но вовремя
останавливается, сообразив, что противник пока не знает о моем присутствии у него в тылу.
Легкий кивок, даже не вызвавший движения воздуха - я указываю на задыхающегося Алекса.
(проникающее в легкое, будь оно неладно).
- Уйду, первый раз, что ли... - понял. Но тут наконец темные, все еще не отошедшие до
конца от темпоральной блокады, начали соображать, что на сцене появился еще один персонаж.
Черти... Его они видели, в отличие от меня и Алекса, и на этот раз постарались не упустить
своего шанса. Я знала нравы Малого круга (добрая половина юности, составленная из не
слишком приятных воспоминаний) и в красках представляла, что их всех ждет за полный
провал задания. Мои подозрения оправдались - у темных стали сдавать нервы и, не без
основания боясь упустить владеющую телепортацией дичь, они бросились на Хана уже без
всякого намека на тактику и стратегию.
Я только зашипела сквозь зубы, увидев, как один из них споткнулся об Алекса, уловив
отголосок его боли. И тут же огрела тупым силовым ударом темного, начавшего уже шарить по
полу в поисках источника подножки. Он свалился полупустым кулем на пол, загораживая
дорогу остальным, но в то же время привлекая внимание. Черт, черт, черт!...
Хан отбивался врукопашную, исчезая и появляясь через несколько метров, продолжая
раздавать желающим все новые тумаки. Он мог уйти в любую минуту, но пытался пробиться к
нам. Я видела, что его рубаха уже черна от пыли и пота, что правое крыло неестественно
обвисло, а на левом перепонка располосована в кровавую бахрому прошедшей боком
"мельницей", что он сейчас свалится на пол от напряжения просто потому, что ноги уже не
держат. Но я не попросила его уйти.
Просто потому, что иначе Алексу не выжить. Значит, будем делать так, чтобы выжили
все. И пусть так не бывает. Я смогу. Я сделаю! Я все смогу, Бездна вас раздери!!!
Я рывком встала, одним резким слитным движением раскинула в стороны руки, отпихнув
темных, стоящих на пути, и, резко подсев от немедленно последовавшего артобстрела, змеей
скользнула к месту последней свалки. Несколько чувствительных ментальных оплеух заставили
темных отвлечься, а Хану дали возможность в очередной раз "прыгнуть". Я едва радостно не
подпрыгнула сама - пробка вокруг местопребывания Алекса моими трудами наконец
рассосалась, и Хан наконец мог его забрать. Я на миг замерла, гладя, как его фигура вот-вот
начнет растворятся в пространстве, чтобы вновь появиться на вожделенном пятачке, где лужа
крови уже стала видна не только мне, как...
Черное, четкое, целеустремленное и уверенное появилось в дверях. Вроде бы даже
печатая шаг, но быстро, быстро, невероятно быстро, не напролом, но так, что все расступалось
перед ним, даже вещи, даже стены, шел мой брат. Не тот, что не успел даже повернуть головы,
другой, чьи правильные, но всегда какие-то неуловимо незавершенные черты выдавали в нем
чистокровного темного. Одно короткое, экономичное движение, в котором не было ни одного
лишнего сокращения мышц, ни одного лишнего импульса мозга - и мой первый брат падает
на колени. Считанные доли секунды - я не успеваю вообще ничего. Только чуть повернуть
голову, только увидеть, как его, уже опутанного крепчайшей сетью, парализованного и без
сознания, уносят прочь.
Я закрыла глаза. Время. Нам не хватило нескольких секунд...
По телу расплылась обреченность, застывая, превращая тело в камень. Малый круг.
Высший ранг. Я не справлюсь с ним.
Я почти слышала, как вытекает из изрезанного заклинанием мальчишеского тела жизнь,
почти понимала, что теперь никогда уже не успеть, что бесполезно отпираться, ибо он понял
все... Что Хана узнали, что среди нас есть только один, за чью жизнь можно поручится, и
только потому, что он далеко отсюда. И что я не выйду отсюда живой.
Потому что есть долг, что сильнее жизни, и своей, чужой. Сильнее всех жизней, кроме
одной - мальчика, лежащего в луже крови. Жизни, которую уже не спасти. Но я должна. Я
должна пытаться, пытаться до последнего вздоха, до тех пор, пока не услышу последний удар
его сердца или пока цена не станет слишком высока. И эта цена - не моя жизнь.
Медленно открываю глаза и мерные шаги вокруг моего застывшего тела обретают лицо.
Жесткое лицо, точно знающего, чего он хочет, умного, безжалостной воли и стальной хватки
мужчины. Медленные шаги, оценивающие. И тишина...
- Кто же ты, а? - почти шепот. Тихий, четкий шепот в наступившей вдруг внезапно
гробовой тишине. - А может, я знаю тебя? Нет?... Ничего не хочешь сказать мне, а, Страж?
Мерные шаги на миг замерли. Понимающе изогнулись брови в немой усмешке, все такой
же неторопливый, четкий шаг в сторону, протянутая рука к кокону, который...
- Не смей его трогать! - бросила я. Ты не можешь, ты не сможешь... Не позволю! Будь
ты хоть трижды из Малого круга, он мой!!!
- Ну вот и хорошо, - удовлетворение зажгло огоньки черных глазах. Понял. Он
посмотрел мне в глаза, как будто видел, где они сейчас, посмотрел так, что на их дне я
разглядела тщательно сдерживаемое торжество надо мной, раскрытым Стражем, уже не
способным никого защитить. Кивнул и холодно, жестко бросил, - К порталу его!
Пусть. Пусть я никуда не годный Страж, пусть я побитая волчица, но я не отдам тебе
своего щенка. Не отдам, слышишь! Я горло тебе за него раздеру в клочья, даже если умру
вместе с тобой. Даже если умру раньше тебя! Слышишь!!! Не загоняй зверя в угол, брат, ты
можешь не справиться...
Улыбка ушла, остался холод. Он резко наклонился, пытаясь поднять мальчишку, но...
Амок. Ярость, разливающаяся по венам, застилающая глаза, разум и память. Мой мир уже
рухнул, с погребальным звоном разлетевшись на тысячи осколков, уже похоронив меня заживо.
Для меня уже не осталось ни надежды, ни будущего. То, что осталось, ты не отнимешь у меня,
брат...
Воплощение смерти, воплощение боли, последний рубеж, когда то, что позади, уже не
важно, а впереди нет места для тебя. Клыки становятся кинжалами и ярость, ярость
прорывается наружу шипением потревоженной очковой кобры. Из глубины поднимается
горячая волна, вливаясь в сознание, отсеивая ненужное, создавая амок.
Ярость. Чистая ярость. Мать битвы.
И все уже не важно. Даже то, что ты сильнее. Я закидываю голову и хохочу, скаля клыки.
Ярость битвы бежит в моей крови. Сладкая, пьянящая ярость. Она сорвала барьеры, дала
наконец вспомнить загнанной в тиски душе, что она может. Какой она должна было быть
всегда - всесильной, как время, смертоносной, как остро отточенная сталь. Вспомнила, что я
- Водящая смерть, Королева. Я пустила в себя Ярость, я закружилась с Битвой, приняла в себя,
растворилась в ней. Стала танцем без жалости, единое имя которому - Смерть. Как
хорош-ш-шо... Чувствовать, как по телу растекается предвкушение... Чувствовать, как оно
наполняется Силой, избавляется от слабости. Жалость? Честь? Все это давно позади, за Гранью,
пройденной еще до рождения. Я выше законов, выше морали, поэтому я всесильна. Я -
совершенна, как совершенна ярость в своей чистоте, как совершенна битва в своей
многогранности, как совершенна смерть в своей бесконечности. И я привела вам ту, что рада
всем. Ту, что я одна вожу за собою, ибо я вспомнила. Вспомнила, кем была среди вас, и кто
стоит у меня за правым плечом.
Глава 19
Но чем больше Тигра совал то свой нос, то лапу, то в одну, то в
другую банку, тем больше находил вещей, которые Тигры не любят.
А. Милн.
Где-то высоко над головой причудливым узором переплетались кажущиеся отсюда
тоненькими нитями тускло поблескивающие трубы. Почему-то казалось, что я видела это
раньше. Где-то. Когда-то. Очень, очень давно...
Рядом зашевелилось что-то темное. Какой-то бурый куль, пахнущий кровью и потом.
Внезапно пришло понимание: это - человек. И тут же, из ниоткуда, имя - Алекс... Лис,
Огненный Лис, Velke Z...
- Ты меня слышишь?! - тело отчего-то начало вздрагивать. Голова замоталась из
стороны в сторону. Почему? Я огляделась. А, понятно, человек трясет меня за одежду.
Почему? - Скажи, что ты вернулась! Или, ей богу, я вытащу тебя, хочешь ты этого или нет!
- Почему? - спросила я. Что он от меня хочет, этот человек со злыми слезами на
жестком лице?
- Господи, ну наконец... - руки упали, отпустив меня, глаза устало закрылись, и слезы
вновь заструились по впалым щекам. - Вернулась...
- Что ты хочешь от меня, человек? - глаза снова широко раскрылись, руки взлетели к
лицу. Тоненькая струйка крови потекла из-за рукава на ладонь, разбиваясь на десятки
крошечных капелек. Мелкие-мелкие, почти как пылинки, заструились по коже, падая в пустоту.
Кап-кап. Кап-кап. Кап...
- Господи, да что же с тобой, Скай... - прошептал человек. Последний слог, Sk`ai,
последняя пылинка крови, упавшая на лицо... Словно слепящая вспышка открылась в мозгу,
выжигая пелену на одном, прокатилась к сердцу, заключая в пылающий кокон другое. И ни
звука, ни шороха. Тихо...
Я помотала головой. Тихо. Ни звука, ни мысли. И вдруг - свет, свет, свет, много света.
Словно ласковая рука коснулась щеки, лаская, успокаивая, отгоняя сумрак. Лавина мыслей. И
понимание, пронзившее, словно иглой. Я - Страж. И я вернулась. Смогла...
- Ну скажи хоть что-нибудь! Что ты с собой сделала?! - он сорвался на крик.
- Дурой я родилась, и с этим уж точно ничего не сделаешь, - услышала я свой голос.
Голова яснела, все еще не отойдя до конца от грани , но я уже была на этой стороне. Спасибо,
мама. Я узнала твой свет. Я не смогла бы без тебя, ты знала это...
- Убить тебя за такие шуточки... - Лис порывисто схватил меня в охапку, обнял так,
что застонали ребра, прижался щекой к щеке, и я уже не увидела, а только почувствовала, как,
теперь и по моей коже, потекли его слезы, горячие, соленые, но на этот раз слезы облегчения, а
не слепого отчаянья. Мальчик, мальчик, хоть в чем-то ты еще остался прежним... Но и это
ненадолго. Увы...
Сознание прояснилось настолько, что, наконец, начали возникать вопросы. Я окинула
взглядом пространство - что угодно, но не лаборатория. И не док, несмотря на то, что стен не
разглядеть в полумраке, настолько они далеко. И тонкая паутинка под потолком - вовсе не
кабели, а огромные вентиляционные шахты, выведенные наружу. Наконец я догадалась
посмотреть себе под ноги. Небольшая прямоугольная площадка, огороженная перилами,
сменялась лестницей, уходившей вниз, в темноту. А вокруг вырастали все новые и новые
площадки, связанные лабиринтом хрупких лесенок. И, уцепившись за их тусклый блеск, взгляд
смог наконец рвануть ввысь, вычленить из темноты черные громады, к которым наросшими
моллюсками лепились эти площадки, возвышающиеся, сгибающие к земле всей свой массой,
сдавливающие легкие, подавляющие и сжимающие, словно в огромном кулаке.
- Охоньки... Что мы у накопителей забыли-то? - растерянно брякнула я в слух.
- Так у тебя надо спросить, великая и ужасная, - отозвался он с бледной улыбкой.
- Ничего не помню... И ты... - внезапно я сообразила, что разговариваю с
потенциальным трупом, - Ты почему живой?
- Ну спасибо, - Лис рассмеялся, но хриплый лающий смех быстро перешел в кашель.
- Миль пардон, - я рассеянно почесала за ухом. Потом долго, минуты две, пыталась
продолбить вакуум, образовавшийся в моей и ранее не блещущей объемным содержимым
голове. Ощущения, как у пустого ведра. И эхо... - Дохлый номер. Вопрос на миллион старых
калош: насколько правомерно наше здесь сидение?
Улыбнулся. Чего ради и затевалось. Только вот не нравиться мне ни лихорадка в глазах,
ни осунувшееся лицо, ни бледность, ни опущенные плечи.
- На хвосте никто не висит, если ты об этом. А так... Не знаю... - глаза снова
потускнели, лицо застыло в маске одной сплошной непроходимой усталости. Нет, юноша
бледный со взором горящим, так у нас дело не пойдет!
- Так у нас дело не пойдет! - повторила я вслух, - А ну-ка, иди сюда, - я села,
подтерев штанами многовековую пыль, и, привалившись спиной к довольно-таки холодному
боку накопителя, приглашающе похлопала по коленям. Ответом мне стал сумрачный взгляд
гордой птицы, предпочитающей умереть в полете, но не пасть до такой банальности, как
скворечник. "Сижу за решеткой в темнице сырой... пам-пам-пам, пам-пам, ударенный
головой..." Или нет? Коварный взгляд опытного диверсанта мгновенно вычленил опорную
точку объекта с последующим ее удалением из-под оного. После непродолжительной возни, в
ходе которой я наглядно доказала, что опыт и умение применить закон рычага в таком деле
решают все, Лисова голова упокоилась у меня на коленях, а я уже привычно стала стаскивать
перчатки. Осторожно взъерошила волосы, ласково щелкнула по носу и категорически пресекла
последние попытки подняться, впрочем, не такие уж и решительные.
- Ну вот и ладненько, - тихо приговаривала я, видя, что он наконец стал расслабляться.
Лису на самом деле сейчас надо было лежать, а еще лучше - спать, даже если забыть про то,
что по всякой логике он сейчас должен быть истекшим кровью трупом. Поэтому я не стала
тормошить Лиса, даже когда его глаза закрылись. Просто тихо положила открытую ладонь ему
на голову и вливала свою энергию, которой у меня сейчас почему-то ощущалось в избытке.
- И не надо думать, что я сплю. Не хочется мне спать. Просто двинуться уже сил нет.
- Я в курсе, солнышко. И раз ты так хорошо устроился, поведай наконец про мои
подвиги. Надеюсь, я не танцевала на столе стриптиз? Моя ранимая психика этого не перенесет.
- Лучше бы танцевала...
- Что, не терпится посмотреть на мое прекрасное, молодое, гибкое и стройное тело? -
ухмыльнулась я. Кое-чьи ушки подозрительно запунцовели. Что, правда?! Ну-уу... Гм...
Молодой неуравновешенный организм и все такое, ведь правда, а?! Ну скажите, что правда!...
Как меня уже достали эти грабли... - Так, что, говоришь, там было? - продолжила я
голоском петуха, которому наступили на горло.
- С какого именно момента?
- С того самого, когда Реллин попытался тебя забрать.
- Гм... Темный что-то говорил, что-то о титуле и крови, но я не слишком вслушивался.
Очень уж было...хреново, - я не стала поправлять, что определила бы это состояние как более
тяжелое. Сейчас мне оставалось только подлечить поверхностные царапины, чем я и
занялась. - А у тебя... Лицо спокойное-спокойное, а глаза... глаза пустые-пустые,
нечеловеческие совсем. И это было страшно. Хотелось забиться в уголок и не дышать. И я
чувствовал... Рядом с тобой тогда что-то было...
- Смерть, - слово возникло из пустоты и вырвалось на волю, камнем упав между нами,
прежде чем я поняла, что говорю.
- Смерть? Очень может быть, - он закрыл глаза и заговорил, быстро, на одном
дыхании, будто боялся забыть, - Говорят, Смерть едина в тысячах лиц, и третья из титанов
родилась на свет, и знает все о каждом из нас, и потому дает ответы на все вопросы, но только
тому, кому есть чем заплатить, и при всем при этом она никогда не ходит одна, ибо боится,
поверишь ли, Жизни... что скажешь, Водящая?
- Что? - смысл этой скороговорки дошел до меня не сразу, как и то, что последняя
фраза, взлетевшая, как на гребень волны, фраза, сказанная жестким приказным тоном, была
обращена ко мне. - Что ты сказал?
- А?... Что очень может быть.
- Нет, после.
Он не ответил. Только взгляд, пристальный и жесткий - "Не спрашивай"...
- Ладно, что там дальше было? Рассказывай... - я нехотя сменила тему. Водящая...
Королева по рождению и касте. Королева среди королей. То, чем я могла бы стать среди вас,
темные братья и сестры мои... Ты прав, Хранитель. Закроем эту дверь раз и навсегда.
- А что там рассказывать... - в который уже раз он смотрел на меня этим взглядом?
Взглядом более страшным, чем все мое демоническое обличие. Страшным тем, что видит все...
видит, и - понимает правильно .
Он улыбнулся, начиная что-то беззаботно и смешливо говорить.
Только глаза его не улыбались. Совсем.
- ... баня водяная пополам с кровавой. Подставила ты себя по полной программе, вот что
я скажу. Там такие силы буянили, думал, разнесешь весь "Ангел" к чертям собачьим. А
Осколок? Я думаю, вся делегация разглядела его в мельчайших подробностях, особенно после
того, как ты выкосила им половину присутствующих. Эдаким небрежным взмахом. И я бы не
сказал, что ты подключила весь сво
...Поділитися у соцмережах
