Жанр: Фантастика
Сага о Хоббите 2. Хоббит, который познал истину
...ии, но ты упустил этот шанс. Теперь о тебе и твоих друзьях знают, по
крайней мере, две спецслужбы, притом не самые слабые. Я не специалист в высоких
технологиях, но Макс говорил, что компьютер, поддерживающий Средиземье, имеет
очень специфические характеристики, ваше убежище легко выявить. Если ты
откажешься с ними сотрудничать, они не поленятся и просканируют весь Интернет...
- Это невозможно! Я читал...
- То, что невозможно для одиночного хакера, вполне возможно для большой
организации. Это вопрос времени и денег.
- Но если поставить огненную стену...
- Избавь меня от технических подробностей, я не специалист. Может, ты и сумеешь
защитить свой мир, но Макс устроит настоящую охоту на тебя, и не один только
Макс. Наши конкуренты не оставят тебя в покое, между нами и ними начнется
настоящее соревнование, кто быстрее тебя захватит. Нет, Хэмфаст, единственный
твой шанс получить собственный мир - работать на Макса. Я понимаю, не работать
лучше, чем работать, но мир устроен так, что работать надо.
- С этим понятно... Но почему ты считаешь меня богом? Я далеко не всегда вижу
вокруг себя то, что хочу видеть. Если бы все обстояло так, как ты говоришь, мне
не пришлось бы умирать в волшебном огне.
Светлана покровительственно улыбнулась.
- Кто сказал, что желания всегда соответствуют потребностям? Неужели ты никогда
не хотел неприятностей самому себе? Или, сформулируем иначе, приключений?
- Думаешь, все дело в этом?
- Скорее всего. Нужны дополнительные эксперименты, чтобы сказать точнее.
- Какие эксперименты?
- Трудно сразу сообразить. Можно, например... Ты владеешь техникой медитации?
Впрочем, что я говорю...
- Владею. В Средиземье это необходимое условие для проявления магических
способностей.
- Да? Надо же! Тогда ты сможешь искусственно вызвать у себя романтическое
настроение, желание приключений, каких-то там потрясений...
- Смогу, только зачем? Когда мы бежали по этой дороге, у меня было именно такое
настроение. Кстати, как в этом мире обстоят дела с географией? По-моему, поле с
пугалом и поле с эльфами частично перекрывали друг друга.
- По-твоему, это были эльфы?
- А, по-твоему, кто?
- Мне показалось, что это монголы.
- Кто?
- Воинственный степной народ, восемьсот лет назад они завоевали половину мира.
- Что-то вроде наших хазгов? Только у нас хазги давно потеряли свою силу. Для
того чтобы быть сильным, мало иметь одну только армию. Нужна еще магия, наука,
культура...
- С монголами произошло то же самое, сейчас они в числе самых бедных и отсталых
народов. Как думаешь, прототипом хазгов были монголы?
- Скорее всего. Орки - грузины...
- Что?!
- В моем Средиземье орки похожи на ваших грузин. Мясо, зажаренное по орочьему
рецепту, называется шашлык, орочьи вина носят грузинские имена.
Светлана глумливо хихикнула:
- Странный юмор у русских программистов. А негров у вас там нет?
- Это люди с коричневой кожей?
- Да.
- Есть легенда, что далеко на юг от цивилизованных земель, в захарадских лесах
живут темнокожие люди.
- Надо же! Негры в Средиземье, никогда бы не подумала! Ладно, Хэмфаст, пойдем
обратно. Только давай пойдем другой дорогой, не хотелось бы, чтобы сервер завис.
- С чего бы?
- Те два поля действительно перекрывались. Не уверена, что сервер сможет
разрешить это противоречие.
- Если сервер зависнет, что случится со мной?
- Ничего страшного, существует зеркальная копия сервера, которая обновляется в
реальном времени. Если главная копия зависнет, произойдет откат на несколько
минут назад; ты скорее всего ничего не заметишь, просто последние события
исчезнут из твоей памяти. Насколько я помню, с тобой это уже было.
- Да, однажды меня убили боевым заклинанием, и потом я ожил из резервной копии.
- Вот видишь! Ничего страшного не произойдет, ты просто кое-что забудешь. Ты же
не помнишь сейчас, что происходило с тобой между созданием той резервной копии и
оживлением. Правильно?
- Правильно. Целый кусок собственной жизни я знаю только с чужих слов. Мезония,
Оккам, Никанор...
Стоп! Мезония? Я действительно не должен помнить ее, но я отчетливо помню наш
разговор, когда Оккам и Спиногрыз пытались испепелить меня рогатыми посохами. Я
прекрасно помню, как мы сражались с Никанором и как потом мантикоры рвали его
тело. Когда я нашел Мезонию в Минаторе, я использовал ее хэндл. Откуда я его
взял? Я был уверен, что запомнил его с тех времен, когда мы с Мезонией сражались
из-за мантикор, но эта была моя прошлая жизнь! Я не мог запомнить эту
информацию! Но почему я ее помню?
Мне повезло - Светлана не заметила моего потрясения, сейчас она слишком занята
своими мыслями. Разговор сам собой прекратился, как обычно бывает, когда оба
собеседника думают о своем. Мы вернулись домой другой дорогой, и на этой дороге
нам не встретилось ничего примечательного.
13
Я не стал делиться своими мыслями со Сссра и тем более с Хаммером или Светланой.
Даже если Светлана права и наш с ней разговор остался для Макса тайной, все мои
разговоры со Сссра записываются от начала и до конца, в этом нет никакого
сомнения, - будь я на месте Макса, я делал бы то же самое. Так что пусть это
пока останется моей маленькой тайной.
Но все же в чем тут дело? Я покопался в собственной памяти и обнаружил много
любопытных вещей. С одной стороны, я, оказывается, помню почти все, что
происходило со мной, начиная с момента, когда моя раздвоенная личность слилась в
единое целое, и заканчивая моментом, когда я сгорел в пламени инцинеры. С другой
стороны, я прекрасно помню, что, когда новый я очнулся на собственной кровати в
нашей с Нехалленией норе, я не понимал, где нахожусь, почему Нехалления
беременна, я не знал, сколько времени прошло с тех пор, как моя резервная копия,
которая только что обрела новую жизнь, была создана Уриэлем. Значит, новое
знание было вложено в мою душу позже, но когда? Трудно ответить на этот вопрос,
временной интервал все равно получается слишком широким. Можно точно сказать,
что в первые дни моей новой жизни этого знания не было, а когда я отправился в
Средиземье разговаривать с Мезонией, оно уже было. Почти два года.
Другой интересный момент. То, что произошло со мной до того, как меня убила
Натка, так и не всплыло в моей памяти. В чем разница? Разные миры? Или дело в
том, что в одном случае кто-то специально вернул в мою душу потерянную память, а
в другом случае никто этого не сделал? Но кто это мог быть? Кто может иметь
доступ к памяти субъекта? Либо тот, кто имеет его резервную копию, либо
администратор системы. При этом мало просто иметь доступ, надо еще суметь
разобраться во внутренностях чужой души, суметь выделить нужные воспоминания и
отсечь ненужные, а потом внедрить нужные воспоминания в мыслеобраз другого
субъекта, да еще так, чтобы он ничего не заметил. Кому такое по силам? Разве что
Орлангуру, да и то если считать его многомудрым духом познания, а не толковым
хакером из реального мира, что куда более вероятно.
В общем, я так и не смог прийти к каким-либо практически значимым выводам и
оставил проблему для дальнейшего осмысления. Ну когда же Макс организует нам
Средиземье?
Все нормально?
Да, все в порядке. По крайней мере, на первый взгляд.
Осмотрись повнимательнее. Если заметишь что-нибудь ненормальное, немедленно
выходи на связь.
Хорошо.
Удачи!
Спасибо.
Долина, ручей, густые ветви скрывают от глаз солнце. Если смотреть вдаль, долина
сжимается в ущелье, оно поворачивает и за поворотом не видно входа в каморку, с
которой началось мое знакомство с этими местами. Если посмотреть в
противоположную сторону, виден дом Уриэля, дом Олорина с двумя надписями,
выплавленными на каменном крыльце, и дом Сссра, так и не достроенный. Если
повернуть голову вбок, в стене ущелья видно окно, а неподалеку от него и дверь.
Это наша с Нехалленией нора. С нее я и начал знакомство с новой версией моего
родного мира.
В норе ничего не изменилось, она выглядит в точности так же, как и в тот раз,
когда мы покинули ее, отправляясь на пикник в Вечный Лес. Хотя нет, тот пикник
происходил во втором Средиземье, а третье, в котором я нахожусь, скопировано с
первого. Когда же мы ушли отсюда? А, вспомнил! Это было, когда Орлангур сообщил,
что мир стоит на краю гибели. В доме Уриэля должен остаться накрытый стол - мы
тогда так и не прибрались перед тем, как уйти в Миррор.
Обеденный стол в доме Уриэля действительно был все еще накрыт, но остатки еды
давно успели протухнуть, засохнуть и мумифицироваться. Хорошо, что в нашей
долине не водятся мухи.
Я понюхал вино в кувшине - я ожидал, что оно скисло, но оно пахло так, как
должно пахнуть вино. Хорошее вино. Я протер кружку, из которой пил целую
вечность назад, и наполнил ее вином, которое пил из нее вечность назад. Я сделал
глоток, алкоголь растекся по пищеводу, тело наполнилось неизъяснимым теплом, и
на мгновение я подумал, что теперь все всегда будет хорошо, но потом реальность
снова заявила о своих правах.
Я забрал кувшин с остатками вина и перетащил его в свою нору. Я достал из
серванта два роскошных стакана гномьей работы и наполнил их до краев.
Поколебавшись, я вытащил из воздуха дейлское пирожное из замороженного молока. А
потом я материализовал жену и сына.
Нехалления огляделась по сторонам и недоуменно помотала головой. Ее взгляд упал
на сладкое лакомство, и она нахмурилась. Она потянулась к тому, что в реальном
мире называется "ледяной крем", но Долгаст опередил ее - он уже давно научился
понимать, когда мама хочет что-то отнять у него, еще до того, как сама мама
осознает свое желание.
А потом Нехалления увидела вино и все поняла.
- Ты сделал это? - воскликнула она. - У тебя получилось?
Я неопределенно пожал плечами.
- Я и сам не пойму, то ли получилось, то ли нет. В данный момент нам ничего не
грозит, но что будет дальше - не знает никто.
Нехалления уже была готова осушить свой бокал, но после этих слов она поставила
его на стол и коротко сказала:
- Рассказывай.
Рассказывать пришлось долго.
- А по-моему, не так все плохо, - сказала Нехалления, когда я закончил. - Теперь
у нас появился свой мир, которому не угрожает гибель в ближайшие минуты. Макс и
его контора явно заинтересованы в тебе, они не будут вмешиваться в нашу жизнь
без большой нужды.
- Как ты не понимаешь? Они будут заставлять меня шпионить для них, воровать
информацию, а может, и деньги...
- Ну и что? - перебила меня Нехалления. - Ты уже воровал, чтобы спасти наш мир,
и ты не считал это плохим поступком. Теперь ты будешь воровать, чтобы сохранить
мир. Какая разница? Ты говоришь, они относятся к тебе как к машине. Ну и что? У
нас, хоббитов, такое отношение имеет место гораздо чаще, чем ты готов признаться
самому себе. Ты всегда был машиной, Хэмфаст, только раньше от тебя ждали, что ты
станешь образцовым вождем клана Брендибэк, потом - что ты совершишь много
подвигов во имя дела добра и света, а теперь - что ты будешь воровать во имя
какого-то другого дела, которое Макс, я уверена, считает таким же нужным и
справедливым. Разве не так?
- Именно так. Ничего, что я вошел без стука?
Я обернулся на голос и увидел Сссра, он стоял в дверях, смешно оттопыривая
крылья, чтобы не задевать притолоку.
- Ты уже здесь! - воскликнул я. - А вино кончилось. Впрочем, что я говорю!
Я вытащил из воздуха новую бутылку, и Сссра присоединился к импровизированному
застолью. Мы выпили за новый мир, и я спросил:
- А что, Сссра, ты тоже считаешь, что все нормально?
- Нет, Хэмфаст, я не считаю, что все нормально. Я считаю, что между нашим
теперешним положением и твоей жизнью в Хоббитании, а моей в Мирроре есть большая
разница. Да, мы всегда делали то, что от нас ждали, это естественно для любого
разумного. Да, я знаю, любой выбор иллюзорен, потому что на него влияют
инстинкты, мораль, верования, всякая муть на дне души, но все-таки мы сами
делали выбор. Не важно, что выбор - это иллюзия, важно, что иллюзия была. В
конце концов, вся наша жизнь - иллюзия, но от этого она не перестает быть
реальной для нас. А теперь ты делаешь то, что хочет от тебя Макс, а он дает тебе
то, что считает необходимым тебе дать. К машинам так не относятся, так относятся
к собакам. Тебе нравится быть домашним животным?
- Что ты предлагаешь?
- А что я могу предложить? Разве что смотаться отсюда при первой возможности.
- Тише! Наш разговор наверняка записывается.
- Уже нет, - Сссра хищно улыбнулся во все восемьдесят четыре зуба, - я принял
меры. Не волнуйся, Макс ничего не заподозрит, я не зря полгода занимался
криминалом, я умею переключить канал куда надо и как надо.
- Понятно... Но как можно сбежать отсюда?
- Ты будешь время от времени выходить в большой мир, делать для Макса всякие
грязные дела. В один прекрасный момент ты можешь не вернуться.
- Здесь останутся Нехалления и Долгаст.
Сссра снова дернул крылом.
- Ну и что? Их отсюда все равно не вытащить, считай, что они потеряны для тебя.
- Как ты можешь говорить такое?
Сссра раздраженно дернул крыльями.
- Знаете, ребята, какая самая большая слабость почти всех разумных рас? Любовь.
Вы любите друг друга, вы готовы на все ради друг друга, а Макс, который не
знает, что такое любовь, пользуется этим. Если бы ты, Хэмфаст, никого не любил,
ты был бы неуязвим, как неуязвим я. Что мне можно сделать плохого?
Дематериализовать? Я восстановлюсь из резервной копии. Покалечить? Я полностью
контролирую свое тело, я могу исправить любое повреждение в считанные секунды.
Влезть в душу и все испортить? Мелкие неисправности я устраню, а если не смогу,
я совершу самоубийство, а потом придет моя копия и покажет кому надо где раки
зимуют. Я неуязвим, Хэмфаст! А на тебя очень легко повлиять, тебя можно
заставить делать все, что угодно, достаточно только пригрозить, что, если ты не
выполнишь приказ, с Нехалленией случится что-то нехорошее. Или с Долгастом.
- Но что мне делать? Я не могу запретить себе любить жену и сына!
- Знаю. Но, думается мне, кое-что придумать можно. Например, разыграть семейную
ссору.
- Что бы ни случилось между Нехалленией и мной, Долгаст всегда будет мне дорог,
и Макс прекрасно знает это. Его так не обмануть, мораль хоббитов очень близка к
человеческой, ему несложно предугадывать мои чувства.
- Не скажи. Если взять хакеров, в душе они настоящие драконы.
- Думаю, это обманчивое впечатление, - вмешалась в разговор Нехалления. - Ты
видел их только в бою, или перед боем, или после, а в таких случаях светлые
чувства отходят на задний план.
- Ты намекаешь, что у меня светлые чувства всегда на заднем плане?
- Нет, ты добрый и хороший, но для тебя совершенно не важно, что о тебе думают
окружающие. Иногда я завидую тебе, но чаще я жалею тебя.
- Почему?
- Потому что тебе неведомо, что такое любовь. Это чувство тебе никогда не
постигнуть.
- Ну и хорошо. Лучше я никогда не узнаю, что такое любовь, чем это чувство
привнесет слабость в мою душу. Для меня важнее всего сила.
- Ты уверен? - спросила Нехалления. - Если ты прав, то зачем ты покинул
Междусетье и вернулся в Миррор?
- Я хотел помочь вам, своим друзьям.
- Зачем?
- Как зачем? Друзьям нужно помогать. Если ты не помогаешь своим друзьям, то кто
поможет тебе?
- А зачем тебе помощь? Если ты самый сильный, кто может помочь тебе?
- Я не самый сильный. К сожалению.
- Все равно, если ты действительно думаешь так, тебе не стоило прерывать свой
путь, чтобы помочь нам. Ты упустил возможность еще чуть-чуть нарастить свою силу
и вообще оказался в тюрьме, из которой скорее всего никогда не выйдешь.
- Почему это? Рано или поздно Макс выпустит меня в Междусетье. Вначале ему
хватит одного Хэмфаста, но аппетит приходит во время еды, Максу обязательно
захочется получить от нас все возможное, и побыстрее. И тогда я выйду на
свободу.
- Ты выйдешь на свободу не раньше, чем Макс поймет, как обеспечить твое
возвращение. Он не дурак, он прекрасно понимает, что, если выпустить тебя
сейчас, ты никогда не вернешься обратно.
- Гм... пожалуй, ты права. Значит, надо придумать какую-нибудь слабость. Может,
мне полюбить кого-нибудь?
- Попробуй, - хихикнула Нехалления. - Надень человеческое тело, сходи в
Средиземье, найди девушку посимпатичнее и попробуй ее полюбить. Или вот, еще
лучше! Полюби драконицу!
- Драконы Средиземья - просто большие животные, - вмешался я, - они тупые.
- Вроде как у нас дрейки? - заинтересовался Сссра.
- Какие еще дрейки?
- Большие крылатые ящеры, как правило огнедышащие, хотя небесный дрейк, самый
сильный и опасный, вместо огня выбрасывает молнии.
- Если верить Леверлину, драконы Средиземья не плюются огнем. Они просто большие
летающие ящеры, обычные боевые животные. Они не могут разговаривать, они не
умнее, чем собаки или лошади.
- Жалко... А может, мне в зоофила поиграть? - хихикнул Сссра. - Шучу. Лучше я
поиграю в человека. Или, еще лучше, в оборотня - то человек, то дракон. А что,
это интересно! Пойду прогуляюсь. Спасибо за вино, Хэмфаст!
Жалко, что Уриэль все еще пребывает в замороженном состоянии на каком-то другом
сервере, мне бы не помешала его помощь. Как трудно работать с первоосновами!
Хорошо, что Сссра успел рассказать мне про полиморфные преобразования и даже
помог изготовить соответствующее заклинание. Без Сссра я бы не справился.
Я закончил работу и критически взглянул на свое новое логическое тело. Оно
здорово раздулось, но это можно как-нибудь объяснить. Например, тем, что
произошла подстройка под новый мир, или теми ощущениями, которые испытали в саду
мы со Светланой. Нет, это было на другом сервере, Макс сразу поймет, что
увеличение души произошло уже после перехода в Средиземье. Хотя... можно
сказать, что это произошло как реакция не на первоначальные ощущения, а на их
осмысление, которое происходило потом и происходит до сих пор. И вообще, ученые
реального мира пока еще совершенно не представляют, как устроена моя душа, и я
могу вообще ничего не объяснять. Пожалуй, так я и сделаю, а то Макс поймет, что
я что-то знаю о том, что со мной происходит. Да, самая лучшая линия поведения -
не дергаться, спокойно спросить, типа, сильно увеличилось? Насколько сильно? Ну
ни хрена себе! Да, и вправду увеличилось. А почему? А я откуда знаю? Я подумаю.
Ну и так далее.
Логическая подвижность снизилась не так сильно, как можно было предполагать.
Когда Макс отрежет от моей души резервные копии Нехаллении и Долгаста, она
вернется к прежнему уровню, уже привычному для меня.
- Как тебе моя подруга? - спросил Сссра.
Подруга была более чем хороша, для человека конечно. Черные волнистые волосы
спускались до середины спины, большие карие глаза казались бездонными, тонкий
прямой нос и пухлые губы должны были заставить любого человека-мужчину
вздрогнуть и подумать, что он встретил само совершенство. Фигура нисколько не
хуже, чем лицо. Есть на чем остановить взгляд.
- Как тебя зовут? - спросил я.
- Орейра, - ответила девушка глубоким грудным голосом.
Я повернулся к Сссра.
- Поздравляю! - сказал я. - Великолепный выбор.
Сссра радостно ощерился и сделал хвостом сложное движение, каким выражают
счастливое согласие с жизнью молодые поросята. Орейра спокойно улыбалась, она
смотрела на своего зеленого друга с нескрываемой нежностью, и мне это показалось
странным, ведь молодая человеческая девушка должна панически бояться такого
ухажера. Что-то здесь не так.
- Ты не боишься его? - спросил я, обращаясь к Орейре.
- Нет, - ответила она с некоторым удивлением, - чего его бояться? Он добрый.
- Как ты поняла это? Его внешность...
- Когда мы встретились, он был человеком. Очень красивым и сильным мужчиной,
настоящим воином. Он и сейчас красив, только к его облику надо привыкнуть.
С этими словами Орейра обняла Сссра и игриво пощекотала нежную кожицу вокруг его
рожек. Сссра зажмурился от умиления.
- Как вы встретились? - спросил я.
- Я бродил по Минатору, - начал рассказывать Сссра, - и заглянул в один трактир
в центре города. Там сидела Орейра, свободных столиков, к счастью, не было, я
подсел к ней, мы разговорились...
- Мы нашли друг друга, - проворковала Орейра. - Я никогда не думала, что в
Средиземье найдется мужчина, близкий мне до такой степени. И это ничего, Сссра,
что ты дракон, это даже забавно.
Сссра разлил вино, и мы выпили за счастье молодой пары.
- Ты знаешь, кто мы такие? - спросил я Орейру. - Сссра тебе рассказал?
- Вы майары, - убежденно ответила она, - только я не понимаю, почему вы в таких
странных телах. Это из-за меня? Вы не хотите показывать свой настоящий облик?
- Нет, Орейра, этот облик как раз и есть настоящий.
- Вот это да! Никогда не думала, что среди майаров есть хоббиты. Имя Хэмфаст
тоже настоящее?
- Настоящее.
- А под каким именем тебя знают в Средиземье? Подожди, я попробую угадать. Том
Бомбадил?
Нехалления рассмеялась, и мы со Сссра присоединились к ее смеху. Только Орейра
сидела серьезная и насупленная.
- Нет, девочка, - сказала Нехалления, - Хэмфаст совсем не Том Бомбадил, Хэмфаст
именно Хэмфаст. Наш мир устроен совсем не так, как ты себе представляешь, тебе
предстоит узнать еще очень многое. Но это потом, а пока давайте выпьем за
Орейру, за нового члена нашей компании.
И мы выпили.
На следующий день Сссра и Орейра покинули нашу долину. Сссра сказал, что хочет
какое-то время пожить в глуши, чтобы на сто миль вокруг не было ни одного
разумного существа. В качестве такого места он выбрал Вечный Лес, но не
восточную окраину, где находится тайная столица Аннура, а самый центр, где нога
разумного существа не ступала с момента сотворения мира.
На прощание я сказал Сссра:
- Будь осторожен. С этой девушкой что-то не так, я не могу понять, что именно,
но в ней есть какая-то тайна. Она не должна была так легко и быстро привязаться
к тебе, она обязана была испугаться тебя, притом испугаться смертельно, до
истерики. И за столом она вела себя слишком свободно - обычная девица, попавшая
на пир майаров, должна быть скованной, сидеть смирно, смотреть вниз, открывать
рот только тогда, когда ее спрашивают. Она совершенно не боялась!
Сссра беспечно хлопнул ушами.
- Да ерунда все это, Хэмфаст! Сколько мне с ней жить? Неделю, самое большее
месяц. Теперь у меня как бы есть слабость, Макс может быть доволен, меня можно
спокойно отправлять на задание. А обратно я не вернусь.
- Уверен? По-моему, ты привязался к ней гораздо сильнее, чем сам думаешь
- Да ну тебя! Драконам неведома любовь, это все знают.
- Большинству хоббитов тоже неведома любовь, однако мы с Нехалленией стали
исключениями.
- Так одно дело большинство и совсем другое дело - абсолютно все.
- Что значит абсолютно? Сколько драконов живет в Мирроре и Арканусе? Я имею в
виду настоящих разумных драконов, а не дрейков.
- Гм... У Оберика был один перец по имени...
- Дредвинг.
- Точно. Он по глупости полез биться с каменными куропатками в первый год после
призвания. Нарвался, естественно.
- Не отвлекайся. Каких еще драконов ты знаешь?
- Да пожалуй что и никаких. Я один.
- Тогда как ты можешь говорить, что абсолютно все драконы не знают любви?
Сссра хихикнул.
- Ну если я и есть абсолютно все драконы, тогда я могу говорить про абсолютно
всех драконов абсолютно все. Но ты прав, я опять принял внешнее знание,
вложенное в меня Творцом, за внутреннее, которое постиг самостоятельно.
- О каком Творце ты говоришь? Твой творец - всего лишь программист из реального
мира или, может быть, несколько программистов.
- Какая разница, кто меня сотворил? Тот, кто сотворил меня, и есть мой Творец.
- Раньше ты говорил по-другому.
- То было раньше. Что-то странное со мной происходит...
- Вот и я о том же. Следи за собой, Сссра, будь осторожен.
- Хорошо, Хэмфаст. Спасибо.
- Удачи!
И Сссра исчез.
- Ну что, Хэмфаст, на этот раз ты расскажешь своему дяде о приключениях?
- Это обязательно?
- Как я могу приказывать герою? Мне очень хочется узнать, что с тобой произошло
за все это время, но, если ты не хочешь рассказывать, ты имеешь право не
рассказывать. Только знай, что своим молчанием ты делаешь мне больно.
- А ты, дядя, знай, что делаешь мне больно своими расспросами. Честное слово,
возвращаться сюда с каждым разом становится все труднее. Каждый раз я думаю: вот
опять дядюшка Хардинг начнет меня расспрашивать, может, вообще больше не ходить
к нему? Новости родного клана можно узнать и магическим путем.
- Но каждый раз ты все-таки приходишь.
- Пока да, но настанет время, когда я уйду навсегда.
- Прости, Хэмфаст, я больше не буду ни о чем тебя спрашивать. Если захочешь,
расскажешь.
- Дело не только в этом. Скоро мне придется уйти из нашего мира, я не хочу
уходить, но есть силы, которые выше меня.
- Валары забирают тебя в Валинор? Ты все-таки совершил свой подвиг?
Я криво усмехнулся. Как же, валары...
- Не все так просто, дядя, не все так просто. Если ты на самом деле хочешь
узнать, как устроен мир и какое место в нем занимают валары, спроси у
Дромадрона. Только не сейчас, а попозже, месяца через два-три. Я боюсь, что ваш
разговор сможет подслушать кое-кто, кому вовсе не обязательно знать о том, что я
собираюсь уйти.
- Хорошо, я скажу Дромадрону, чтобы он поставил магический щит.
- Щит не поможет.
- Поможет. Любой щит можно пробить, но никто не сможет сделать это мгновенно. А
когда Дромадрон почувствует атаку, мы просто прекратим разговор.
- Тот, кого я боюсь, даже не заметит вашего щита.
- Это не в силах обычного волшебника. Кто твой враг? Саурон? Или сам Моргот?
- Ни тот, ни другой. Во Вселенной есть силы куда более могущественные, чем те
марионетки, которых ты перечислил.
- Что? Явился властелин зла, который сильнее, чем Моргот?
- Ну почему же властелин зла? Чистое зло очень редко встречается в мире, я
подозреваю, что Саурон был последним, если о нем можно говорить "был".
- Он жив до сих пор?
- Нет, я имел в виду другое, непонятно, насколько он "был" раньше. Видишь ли,
Хардинг, Красная книга выдумана от начала до конца.
- Что?! Хэмфас
...Поділитися у соцмережах
