Жанр: Фантастика
Плоский мир 16. Роковая музыка
... шлем. Он наполнил его пивом. И упал лицом
в шлем.
Вошел Бадди и уселся в углу, прислонившись к стене.
И наконец появился Достабль.
- Ну, что я могу сказать? Что я могу сказать? - вопросил он.
- Нас не спрашивай, - отозвался с пола Клиф. - Нам откуда знать?
- Это было великолепно! - сказал Достабль. - Что с гномом? Он топится?
Глод не глядя нащупал еще одну бутылку, отбил горлышко и вылил пиво себе на голову.
- Мистер Достабль, - сказал Клиф.
- Что?
- Мы хотим поговорить. Мы, типа. Группа. Если вы не возражаете.
Достабль посмотрел на всех музыкантов по очереди. Бадди рассматривал стену. Глод
издавал булькающие звуки. Клиф не шевелясь лежал на полу.
- Ладно, - наконец сказал он. И жизнерадостно продолжил:
- Бадди! Бесплатное выступление... отличная идея. Я начну подготавливать его прямо
сейчас, так что вы сможете дать его сразу же, как только вернетесь с гастролей. Именно! Что ж,
мне надо...
Он повернулся к выходу и угодил в объятия Клифа, который неожиданно блокировал
дверь.
- Гастроли? Какие еще гастроли?
Достабль немного отступил.
- О, всего несколько мест. Квирм, Псевдополис, Сто Лат... - он опять оглядел их
всех. - Разве вы не хотите этого?
- Мы поговорим об этом позже, - сказал Клиф. Он вытолкнул Достабля в дверь и
захлопнул ее.
Пиво капало с глодовой бороды.
- Гастроли? Еще три вот таких ночи?
- А что за проблема? - сказал Асфальт. - Отлично было! Все веселились. Вы лабали
два часа! Я два часа выкидывал их со сцены! Я в жизни не чувствовал себя так... - он
замолчал.
- Вот именно, - сказал Клиф. - Штука в том, что я шел на сцену и садился на свое
место, даже не зная, что мы будем делать, в следующий момент Бадди заиграл на своей... на
этой своей штуке, еще через секунду я заиграл бам Бам ча ча БАМ бам. Я даже не знал, что я
играю. Оно возникало у меня в голове и сразу шло в руки.
- Точно, - сказал Глод. - Я тоже. Как будто я доставал из моего рога что-то такое, что
я никогда в него не клал.
- И мы не играли, - заявил Клиф. - Мы жили игрой.
- Ты ведь сто лет в шоу-бизнесе, так? - спросил Глод Асфальта.
- Ага. Всюду бывал, всякого повидал. Всех их знаю.
- Видел когда-нибудь публику вроде этой?
- Видал, как они кидались цветами и улыбались. В Оперном...
- Ха! Цветами? Какая-то женщина бросила на сцену свои...свою одежду.
- Точно! Прямо мне на голову попала!
- Еще когда мисс Вава Вум исполняла свой Танец с Перьями в клубе Скунса на
Пивоваренной, публика разнесла сцену как только она сбросила последнее перо.
- И что, это было похоже на сегодняшний раз?
- Нет, - согласился тролль. - Я хотел сказать, я никогда не видел публику такой...
голодной, даже у мисс Вава Вум, а уж она заставила их пустить слюни, скажу я тебе! И
конечно, никто не кидал на сцену белье. Обычно она сама кидала его в зал.
- Есть еще кое-что, - сказал Клиф. - Здесь в комнате четыре человека, а говорят
только трое.
Бадди поднял голову.
- Только музыка важна, - пробормотал он.
- Это не музыка, - сказал Глод. - Музыка такого с людьми не делает. Она не
заставляет их чувствовать себя так, как будто их через вальки пропустили. Я так вспотел, что
могу теперь сменить жилетку в любой день, - он вытер нос. - И еще - я смотрел на всю эту
публику и думал: их же здесь собралось побольше чем на десять долларов.
Асфальт протянул ему клочок бумаги.
- Нашел билет на полу, - сказал он.
Глод прочел его.
- Доллар пятьдесят? - сказал он. - Шестьсот человек по полтора доллара каждый? Это
же... это же четыреста долларов!
- Девятьсот, - сказал Бадди тем же ровным голосом. - Но деньги не имеют значения.
- Деньги не имеют значения? Что ты городишь? Какой ты после этого музыкант!
Некоторое время был слышен только приглушенный рокот зала.
- Ты хочешь после всего этого вернуться в какой-нибудь подвал и играть перед
полудюжиной человек? - спросил Бадди. - Кто был самым знаменитым горнистом, Глод?
- Брат Чарнел, - мгновенно ответил гном, - Все знают. Он украл золотой алтарь из
Храма Оффлера, выковал из него горн и играл волшебную музыку до тех пор, пока боги не
изловили его и не засунули его горн в...
- Правильно, - сказал Бадди. - Но если ты сейчас вернешься в зал и спросишь, кто
самый великий горнист в мире, как ты думаешь - вспомнят они какого-то маленького
рецидивиста или они заорут: Глод сын Глода?
- Они... - Глод смешался.
- Правильно, - повторил Бадди. - Музыкант должен быть знаменитым. Ты уже не
сможешь остановиться. Мы не сможем остановиться.
Глод ткнул пальцем в гитару.
- Это все вот эта штука! - заявил он. - Она очень опасна!
- Я могу ей управлять!
- Да, но до чего она нас доведет!
- Важно не то, чем вы кончите, - сказал Бадди. - Важно, как вы до этого дойдете.
- По мне, так сказано слишком по-эльфийски...
Дверь опять открылась.
- Эээ... - сказал Достабль. - Ребята, если вы сейчас не выйдете и не сыграете еще, то
мы окажемся в глубоком коричневом...
- Не могу играть, - заявил Глод. - За недостатком денег кончилось дыхание.
- Я ведь сказал - десять долларов, разве нет? - спросил Достабль.
- Каждому, - сказал Клиф.
Достабль, который предполагал, что выйдет отсюда, потеряв не менее сотни, замахал
руками.
- Вот ваша благодарность, да? - спросил он. - Хотите, чтоб я себя без ножа зарезал,
да?
- Мы тебе даже поможем, если хочешь, - предложил Клиф.
- Хорошо, хорошо, хорошо! Тридцать долларов! - сказал Достабль. - А я останусь без
чая.
Клиф посмотрел на Глода, который все еще переваривал изменения в списке самых
знаменитых горнистов.
- Там среди публики полно гномов и троллей, - заметил Клиф.
- "Нора глубока, гора высока"? - предложил Глод.
- Нет, - сказал Бадди.
- А что тогда?
- Я обдумаю кое-что.
Публика повалила на улицу. Волшебники собрались вокруг Декана, щелкая пальцами.
- Прощай, крошка, крошка, прощай, и на прощанье я сварю тебе чай! - распевал
счастливый Декан.
- Уже заполночь, - сказал Преподаватель Современного Руносложения, щелкая
пальцами. - А я ничуть не беспокоюсь! Чем займемся теперь?
- Почему бы нам не пошуметь? - предложил Декан.
- Да уж, - сказал Профессор Неопределенных Исследований. - Мы пропустили ужин.
- Пропустили ужин? - переспросил Главный Диспутатор. - Вот это да! Это все
Музыка Рока! Мы даже не огорчены..
- Нет, я имел в виду... - Декан сделал паузу. Он не очень хорошо представлял, что он
имел в виду и как раз сейчас напряженно над этим размышлял. - Так далеко до
Университета, - признал он. - Я полагаю, мы могли бы остановится где-нибудь выпить кофе
или что-то вроде.
- Может быть, пончик или пара пончиков, - предположил Преподаватель.
- Возможно, небольшой кекс, - добавил Чтец.
- Я был бы рад яблочному пирогу, - заметил Главный Диспутатор.
- И кексу.
- Кофе, - сказал Декан. - Йеее. Кофейня! Точно.
- Что такое кофейня? - спросил Главный Диспутатор.
- Что-то вроде шоколадки? - предположил Преподаватель. Забытый ужин начал
настоятельно напоминать о себе каждому желудку.
Декан посмотрел на свою новую блестящую кожаную мантию. Все говорили, что она
отлично выглядит. Все восхищались надписью РОЖДЕННЫЙ РУНИТЬ. С прической тоже все
было в порядке. Он подумывал о том, чтобы сбрить бороду, оставив баки, поскольку
чувствовал, что это правильно. А кофе... да... кофе тоже имело какое-то отношение к делу.
Кофе было частью всего этого.
И музыка. Она пронизывала все это. Она была во всем и повсюду.
Однако чего-то все же не доставало. Он не знал, чего именно, но был уверен, что узнает,
как только увидит.
На аллее позади Каверны царила тьма, и только самый острый глаз мог различить
несколько фигур, прижавшихся к стене. Редкие проблески тусклого металла могли бы
подсказать знающему наблюдателю, что перед ним боевики Гильдии Музыкантов, Певцы
Гармонии Гришэма Фрорда. В отличие от большинства нанимаемых мистером Клитом людей,
эти обладали истинным музыкальным талантом.
Они тоже пришли сюда, чтобы увидеть группу.
- Ду уап, у ду уап, у ду уап, - сказал тот из них, что поменьше.
- Бубубубубу, - басом ответил высокий. В таких компания обязательно имеется некто
высокий.
- Клит прав. Если они всегда будут приводить публику в такое состояние, все остальные
просто окажутся за бортом, - сказал Гришэм.
- О да, - ответил кто-то басом.
- Как только они покажутся в дверях, - сказал Гришэм. - Я дам счет.
Три ножа выскользнули из ножен. На лестнице послышались шаги. Гришэм кивнул.
- Раз. Два. Раз два три че...
- ДЖЕНТЛЬМЕНЫ?
Они повернулись.
Перед ними высилась темная фигура с мерцающей косой в руках.
Сьюзан улыбнулась ужасной улыбкой.
- НУ ЧТО, ПО РОСТУ?
- О нет... - простонал кто-то басом.
Асфальт откинул засов и шагнул в ночь.
- А это еще что? - сказал он.
- Что - это? - спросил Достабль.
- Мне показалось, кто-то удирает... - тролль прошел вперед.
Раздалось звяканье. Он наклонился и подобрал что-то с земли.
- И кто бы это ни был, он кое-что потерял...
- А, просто какая-то безделушка, - громогласно заявил Достабль. - Пошли отсюда,
ребята. Сегодня вам не понадобиться никакая ночлежка. "Гритц" - вот это для вас!
- Это ведь какой-то для троллей, кажется? - подозрительно осведомился Глод.
- Троллийский отель, - поправил Достабль, в раздражении взмахнув рукой.
- А, я там играл однажды, в кабаре! - воскликнул Клиф. - Вода течет из крана почти в
каждом номере! Переговорная труба - можешь проорать свой заказ прямо из номера, и эти
парни в модных тапках тут же его принесут! Сервис!
- Побалуйте себя, ребята, - сказал Достабль. - Вы можете себе это позволить.
- А потом этот твой тур, так? - спросил Глод едко. - Им мы тоже сможем
насладиться?
- Я должен помочь вам в этом, - заявил Достабль экспансивно. - Завтра вы
отправитесь в Псевдополис, это займет два дня. Потом вернетесь через Сто Лат и Квирм и
будете здесь в среду, как раз к Фестивалю. Отличная идея - этот Фестиваль! Работать на благо
общества, я всегда за то, чтобы работать на благо общества, от этого столько пользы для...
для... общества. Пока вы в отъезде, я собираюсь все организовать. А потом... - он положил
руки Бадди на плечо а Глоду на голову. - Генуа! Клатч! Хершеба! Чимера! Хауондаленд!
Может быть, даже Противовесный Континент, поговаривают, что скоро его опять откроют -
это просто удача для всех разумных людей! Ваша музыка плюс мое безошибочное деловое
чутье - и мир раскроется перед нами, как раковина моллюска! А теперь отправляйтесь с
Асфальтом, берите лучший номер - для моих ребят не может быть никаких ограничений - и
ложитесь спать, не беспокоясь о счете!
- Спасибо, - сказал Глод. - Оплатишь его утром.
И Банда Рока потащилась в направлении лучшего отеля. Достабль услышал, как Клиф
чуть погодя спросил:
- Что это - моллюск?
- Это две пластинки осажденного карбоната кальция, а между ними такая склизкая
соленая штучка.
- Звучит аппетитно. Эту штучку ведь есть не обязательно?
Когда они удалились, Достабль рассмотрел нож, который он забрал у Асфальта. Он был
покрыт блестками. Определенно, отправить парней на несколько дней подальше отсюда -
удачная мысль.
Смерть Крыс, сидящий на водосточной трубе над ним, тихо беседовал сам с собой
Ридкулли медленно шагал прочь от Каверны. Только светлые россыпи использованных
билетиков напоминали о минувших часах, заполненных музыкой.
Ридкулли испытывал такое ощущение, как будто он наблюдает за игрой, правила которой
ему неизвестны. Вот, к примеру, этот парень пел - как там бишь - "Зашибись, зашибись!".
Что, черт побери, это означает?
"Зашибленный" - это понятно, в случае Декана это довольно точное определение, но
"Зашибись"? И тем не менее все присутствующие прекрасно понимали, о чем речь. Или была
там песня, в которой, насколько он мог припомнить, содержалась просьба не наступать на
чьи-то ботинки. Замечательно ясное и понятное предложение, никому не хочется, чтобы ему
оттаптывали ноги, но как песня могла избавить от этого - Ридкулли совершенно не мог
понять.
Как и происшествие с девушкой.
Его догнал Прудер со своим ящиком.
- Я собрал почти все, Аркканцлер, - закричал он.
Ридкулли бросил взгляд ему за спину и увидел Достабля, несущего корзину непроданных
маек с Бандой Рока.
- Прекрасно, мистер Стиббонс (заткнисьидиотнеори), - сказал он. - Чудесно, но
давайте вернемся домой.
- Добрый вечер, Аркканцлер, - сказал Достабль
- О, привет, Себя Режу, - сказал Ридкулли. - Я тебя не заметил.
- Что это за ящик?
- О, да просто ящик.
- Это потрясающе! - сказал Прудер, идиот, полный неуправляемого возбуждения
истинного первооткрывателя. - Мы способны улавливать аагах аагх агх.
- Ох, старый я неуклюжий болван, - сказал Ридкулли, когда молодой волшебник
принялся скакать, схватив себя за ногу. - Дай-ка я подержу это твое совершенно невинное
устройство, пока ты.
Однако прежде чем он успел подхватить его, ящик вывалился из рук Прудера и грохнулся
о мостовую. Крышка отлетела и музыка потекла в ночь.
- Как вы это сделали? - спросил Достабль. - Это магия?
- Музыку можно поймать, а потом слушать снова и снова, - объяснил Прудер. - И мне
кажется, вы сделали это специально, сэр!
- Слушать снова и снова? - переспросил Достабль. - Что, просто открыв ящик?
- Да, - сказал Прудер
- Нет, - сказал Ридкулли.
- Да, это так, - настаивал Прудер. - Я ведь показывал вам, Аркканцлер, помните?
- Не помню, - сказал Ридкулли.
- Любой ящик подойдет? - спросил Достабль голосом, в котором отдавался звон монет.
- Да, конечно, надо только натянуть внутри проволоку, чтобы музыке было где жить и оу
оуоу!!
- На меня напали неожиданные мышечные спазмы, - объяснил Ридкулли. - Идемте,
мистер Стиббонс, хватит отнимать у мистера Достабля его бесценное время.
- О, мне не жалко, - сказал Достабль. - Ящики, полные музыки, а?
- Этот мы заберем, - заявил Ридкулли, подхватывая ящик. - Важный магический
эксперимент.
Он поволок Прудера прочь, что было не так-то просто, поскольку юноша сложился
пополам и тихо хрипел.
- Почему мы должны идти, сэр, и зачем вы это сделали?
- Мистер Стиббонс, я знаю вас как человека, пытающегося постичь вселенную. В этом
деле есть одно важное правило: никогда не давайте мартышке ключи от банановой плантации.
Порой вы можете нос к носу столкнуться с катастрофой, только и ждущей, чтобы ее... О, нет!
Он отпустил Прудера и указал рукой куда-то вдоль улицы.
- Есть какие-то теории на этот счет, юноша?
Что-то вязкое, золотисто-коричневое заполняло улицу, вытекая из того, что было, судя по
грудам хлама - лавкой. Пока два волшебника пялились на это явление, раздался звон стекла и
субстанция потекла со второго этажа.
- Это какие-то гнусные истечения из Подземельных Измерений? - предположил
Прудер.
- Не думаю. Пахнет как кофе, - отозвался Ридкулли
- Кофе?
- Ну, или пена с кофейным ароматизатором. Кстати, почему у меня такое ощущение,
будто виной всему происходящему - волшебники?
Какая-то фигура воздвиглась из пены, пуская коричневые пузыри.
- Кто идет? - крикнул Ридкулли
- А, да! Кто-нибудь заметил номер этой телеги? Еще один пончик, будьте так добры! -
отчетливо произнесла фигура, прежде чем рухнуть обратно в пену.
- Сдается мне, это был Казначей, - сказал Ридкулли. - Пошли, парень. Это всего лишь
пузыри, - и он двинулся прямо в пену.
После секундного замешательства Прудер осознал, что речь идет о чести молодых
волшебников и кинулся следом за ним. Почти сразу же он столкнулся с кем-то, окутанным
облаком пузырей.
- О, здравствуйте-
- Кто здесь?
- Это я, Стиббонс. Я пришел на помощь.
- Отлично. Где здесь выход?
- Эээ.
Из недр кофейного облака раздалось несколько взрывов и донеслось бульканье. Прудер
моргнул. Уровень субстанции стал падать. Несколько остроконечных шляп показалось над ее
поверхностью, подобно затонувшим буйкам в высыхающем озере.
Ридкулли возвышался над пеной, кофейные пузыри слетали с полей его шляпы.
- Здесь происходит что-то поистине идиотское, - заявил он. - И я собираюсь
терпеливо ждать до тех пор, пока передо мной не предстанет Декан собственной персоной!
- Не вижу никаких оснований предполагать, что именно я был этому виной, -
пробормотал один из покрытых кофе столбов.
- Ну хорошо, кто тогда?
- Декан заявил, что кофе должно пенится, - сообщила пенное нагромождением с
уверенностью Главного Диспутатора, - он применил какое-то простое волшебство и в
результате, я полагаю, мы оказались вынесены вон.
- А, так все-таки это был ты, Декан.
- Ну хорошо, я, но это было просто совпадение, - ответил Декан желчно.
- Ну-ка, все вы, бегом отсюда, - сказал Декан. - Сию же минуту в Университет!
- Я хочу сказать, я не понимаю, как вы могли предположить, что это моя вина, только
потому, что иногда я оказывался тем, кто...
Пена вздулась чуть сильнее и из-под нее показались гномий шлем и два глаза.
- Звините, - донеслось из-под пузырей. - Но кто-нибудь собирается за все это
платить? Четыре доллара, спасибо большое.
- Деньги у Казначея, - быстро сказал Ридкулли.
- Уже нет, - сообщил Главный Диспутатор. - Он купил семнадцать пончиков.
- Сахар? - спросил Ридкулли. - Вы позволили ему есть сахар? Вы же знаете, что от
сахара он делается очень, вы же знаете, странным. Миссис Панариция говорила, что заметит,
если мы допустим его до сахара, - он услышал, как волшебники заплюхали в направлении
двери. - Все в порядке, дружище, ты можешь нам верить, ибо мы - волшебники. Я пришли
немного денег поутру.
- Ха, и вы ожидаете, что я этому поверю, что ли? - спросил гном.
Это была долгая и трудная ночь. Ридкулли развернулся и взмахнул рукой в направлении
стены. Октариновая вспышка и на стене появились выжженные слова: "ТВАИ 4 ДОЛОРА".
- Отлично, отлично, никаких проблем, - сказал гном, ныряя обратно в пену.
- Я не склонен думать, что Миссис Панариция будет волноваться, - сказал
Преподаватель Современного Руносложения, когда они хлюпали сквозь темноту. - Я видел ее
и некоторых дев на - эээ - концерте. Ну, вы понимаете, дев с кухни. Молли, Полли и - эээ
- Долли. Они - эээ - визжали.
- Мне не показалось, что музыка была настолько уж плоха, - заметил Ридкулли.
- Нет, - эээ - не от боли, я - эээ - не сказал бы, - сказал Преподаватель
Современного Руносложения, начиная краснеть. - Но, - эээ - когда молодой человек стал
качать бедрами вот так.
- Он сильно похож на эльфа, по-моему, - сказал Ридкулли.
- Эээ - мне показалось, что она бросила что-то из своих - эээ - нижних вещей прямо
на сцену.
Это сообщение заставило замолчать даже Ридкулли, по крайней мере на некоторое время.
Все волшебники неожиданно погрузились в какие-то глубоко личные размышления.
- Как, миссис Панарация? - начал Профессор Неопределенных Исследований.
- Да.
- Как, она?
- Я, - эээ - думаю, да.
Однажды Ридкулли видел купальник миссис Панариции. Он был впечатлен. Он никогда
не предполагал, что в мире есть столько розового эластика.
- Что, точно она? - спросил Декан голосом, будто бы идущим очень издалека.
- Я, - эээ - совершенно уверен.
- На мой взгляд, весьма тревожное сообщение, - с живостью заметил Ридкулли. - Она
могла причинить кому-нибудь серьезные повреждения. Значит так, вы все, марш в Университет
и примите холодную ванну, быстро!
- Действительно она? - спросил Профессор Невообразимых Исследований. Почему-то
никто из них не чувствовал себя в силах оставить эту мысль в покое.
- Будьте хоть немного полезными и найдите Казначея, - прикрикнул Ридкулли. - И
первое, что я бы сделал утром - это вызвал вас всех пред очи университетского руководства,
если бы не тот прискорбный факт, что вы и есть это руководство.
Вонючий Старина Рон, профессиональный маньяк и один из самых трудолюбивых
анк-морпоркских нищих, помаргивал во мраке. Лорд Ветинари потрясающе видел в темноте. И
- к его собственному сожалению - обладал хорошо развитым нюхом.
- И что произошло потом? - спросил он, стараясь не поворачиваться к нищему.
Несмотря на то, что в действительности Вонючий Старина Рон был маленьким скрюченным
человечком в огромном грязном пальто, судя по запаху, он заполнял собой весь мир. Вонючий
Старина Рон представлял собой физико-шизоидный феномен. Существовал Вонючий Старина
Рон, и существовал запах Вонючего Старины Рона, вырабатываемый годами и достигший уже
собственной индивидуальности. Всякий мог обладать запахом, который надолго задерживался
после его ухода, но запах Старины Рона прибывал за несколько минут до него самого, чтобы
успеть хорошенько распространиться и создать комфортные условия к приходу хозяина. Он
развился в нечто столь поразительное, что уже не воспринимался носом, который мгновенно
замыкался в попытке спастись; люди догадывались, что Рон приближается, когда сера у них в
ушах начинала плавиться.
- Жучит, жучит, непрально пучит, я им грю, жучрю.
Патриций терпеливо ждал. Беседуя с Вонючим Стариной Роном, вы должны дать время
его блуждающему уму войти в соприкосновение с языком.
- ...следил за мной магией, я им грю, суп бобовый, смотри сюда, а потом все танцевали,
вишь ты, а потом еще двое волшебников на улице, один тащил музыку в ящике, а мистер
Достабль спросил, а потом кофейня взорвалась и они все ушли в Университет - жучит, жучит,
жучу, посмотрим, если я не...
- Кофейня взорвалась, так?
- Везде кофейная пена, вашество... жуч...
- Да, да, и так далее, - взмахнув тонкой рукой, сказал Патриций. - И это все, что ты
можешь мне сказать?
- Ну... жуч...
Вонючий Старина Рон поймал взгляд Патриция и заставил себя заткнуться. Даже его
весьма неординарный рассудок был способен уловить момент, когда не стоит испытывать свою
обтрепанную судьбу. Его Запах блуждал по комнате, знакомясь с документами и разглядывая
картины.
- Они говорили, - сказал он. - Это сводит женщин с ума, - он наклонился вперед.
Патриций отклонился назад. - Они говорили, как только он повел бедрами вот так - миссис
Панариция кинула свои... каконитам... на сцену.
Патриций приподнял бровь.
- Каконитам?
- Ну, вы знаете, - Старина Рон неопределенно помахал руками в воздухе.
- Пара подушек? Два мешка муки? Огромные тру...
- О. Я понял. Боги. Не было ли жертв?
- Не знаю, вашество. Зато знаю кое-что еще.
- Да?
- У... Корявый Майкл говорит, вашество иногда платит за информацию.
- Да, я знаю. Не могу понять, откуда берутся эти слухи, - сказал Патриций, поднимаясь
и открывая окно. - Я должен бы предпринять что-то, чтобы их пресечь.
И снова Старина Рон напомнил себе, что хоть он и псих, но все же недостаточно безумен
для этого.
- Только у меня это есть, вашесто, - сказал он, извлекая что-то из ужасных тайников
своего одеяния. - На этом что-то написано.
В сиянии основных цветов явился постер. Он был не так уж и стар, но час или два у Рона
за пазухой существенно состарили его. Патриций развернул его при помощи пары пинцетов.
- Это картинки музыкальных лабухов, - объяснил ему Рон. - А это - надписи. И тут
еще больше надписей, глядите. Мистер Достабль велел троллю Чалки напечатать его только
что, но я протолкался внутрь и пригрозил, что подышу на них на всех, и они дали мне один.
- Уверен, это безотказный способ, - согласился Патриций.
Он зажег свечу и внимательно прочитал постер. В присутствии Старины Рона у пламени
свечей появлялся голубоватый ореол.
- Свободный Фестиваль Музыки Рока, - сказал он.
- Это когда не надо платить за вход, - подсказал Рон. - Жучим жучит.
Лорд Ветинари прочитал:
- В Хайд-Парке. В следующую Среду. Так-так. Конечно, открытое пространство.
Интересно, в этот раз было много народу?
- Полным-полно, вашество. Сотни не смогли пролезть в Каверну.
- А Банда выглядит вот так, да? - спросил Лорд Ветинари. - Вот такие вот
насупленные?
- Потели почти все время, что я их видел, - сказал Старина Рон.
- Буть Тут Иле Буть Примаугольнай Вещью, - произнес Патриций. - Это что, какой-то
оккультный шифр, как ты думаешь?
- Не могу сказать, вашество, - ответил Вонючий Старина Рон. - Мой мозг работает
медленно, когда меня мучает жажда.
- Их Нильзя Ни Увидить! И Нивазможна Забыдь, - произнес Лорд Ветинари с
выражением. Он поднял взгляд. - О, я прошу прощения, - сказал он. - Я уверен, что смогу
найти кого-нибудь, кто подаст тебе холодный освежающий напиток.
Вонючий Старина Рон закашлялся. Предложение Лорда Ветинари звучало совершенно
невинно, но он вдруг ощутил, что больше не хочет пить.
- В таком случае не могу тебя больше задерживать. Весьма тебе благодарен, - сказал
Лорд Ветинари.
- Эээ...
- Да?
- Эээ - ничего.
- Очень хорошо.
Когда Рон ужучи-жучи-жучил вниз по ступеням, Патриций задумчиво побарабанил
ручкой по бумаге и уставился в стену. Ручка замерла над словом "Свободный". Наконец он
позвонил в маленький колокольчик. В дверь просунулась голова молодого клерка.
- А, Драмнотт, - сказал Лорд Ветинари. - Сходи к главе Гильдии Музыкантов и скажи
ему, что он не прочь переговорить со мной, если тебе не трудно.
- Эээ... Но мистер Клит уже ожидает в приемной, Ваша Светлость, - сказал клерк.
- Нет ли у него случайно при себе некоего постера?
- Есть, Ваша Светлость.
- И он, вероятно, очень рассержен.
- Не то слово, Ваша Светлость. Это по поводу какого-то фестиваля. Он настоятельно
требует, чтобы вы его отменили.
- Бог ты мой.
- И он требует, чтобы вы приняли его немедленно.
- О! В таком случае подержи его там, скажем, двадцать минут, а затем впусти.
- Хорошо, Ваша Светлость. Он твердит, что хотел бы знать, что вы намерены
предпринять в связи с этим.
- Отлично. Я задам ему тот же вопрос.
Патриций уселся в кресло. Си нон разбитто - но чини. Это был девиз рода Ветинари. Все
будет работать само, если не мешать. Он взял ноты и принялся слушать Прелюдию Салями к
Ноктюрну на Тему Бабблы.
Чуть погодя он поднял взгляд.
- Не стесняйтесь, уходите.
Запах уплыл прочь.
- ПИСК!
- Не будь идиотом! Я просто слегка напугала их! Я не причинила им никакого вреда!
Какой смысл в могуществе, если ты не можешь его применить?
Смерь Крыс спрятал нос в лапах. С крысами это как раз было очень просто.
С.Р.Б.Н. Достабль тоже часто обходился без сна. Как правило, он встречался с Чалки по
ночам. Чалки был крупным т
...Закладка в соц.сетях
