Жанр: Фантастика

Джонни Максвелл 2. Джонни и мертвецы

сторінка №8

гоэтажка имени Джошуа Н'Клемента) напрочь
отбивали у учителей охоту оспаривать Справку. В результате Бигмаку почти все сходило с рук.
- И потом, они могут быть где угодно, - сказал он. - И потом, я-то их как буду искать?
И потом, если они где и есть, так, наверное, у тебя в башке!
- Ты же слышал их по радио!
- Я слышал голоса. Радио для того и сделано, скажешь, нет?
Джонни уже не в первый раз пришло в голову, что человеческий разум более-менее
стандартного образца, каким наделены трое его друзей, подобен компасу. Сколько его ни
встряхивай, что с ним ни делай, рано или поздно стрелка укажет прежнее направление.
Если бы в сплинберийском Пассаже высадились трехметровые зеленые марсиане, купили
поздравительные открытки и пакет сахарного печенья и убыли восвояси, через пару дней
местные жители уже свято верили бы, что ничего подобного не было.
- Даже мистера Строгга нет, а он всегда тут, - сказал Джонни.
Он посмотрел на богато украшенную могилу мистера Порокки. Какие-то люди ее
фотографировали.
- Всегда, - повторил он.
- Опять снова-здорово, - расстроился Холодец.
- Ладно, идите, - негромко сказал Джонни. - Я кое-что придумал.
Приятели смотрели на него круглыми глазами. Умом они не верят в мертвецов, подумал
Джонни, но все остальное в них подавляющим большинством голосует "за".
- Со мной все в порядке, - заверил он. - Идите. Увидимся вечером у Холодца.
- Смотри не приводи с собой... ну, ты понимаешь... друзей, - выдавил Холодец на
прощание.
Джонни побрел по Северному проезду. Он никогда не пытался первым заговаривать с
мертвецами. Он высказывался, когда знал, что его слушают, иногда - когда они были
явственно видны, но если не считать самого первого раза, когда он шутки ради постучался в
склеп Олдермена...
- Вот, полюбуйтесь.
Один из осматривавших могилу поднял приемник, пристроенный за пучком травы.
- Честное слово, люди вконец потеряли уважение.
- Работает?
Приемник не работал. Пары дней в сырой траве батарейкам хватило.
- Нет.
- Тогда снесите его к грузовику, мусорщикам.
- Давайте я, - вызвался Джонни.
И поспешил прочь, внимательно приглядываясь, не мелькнет ли среди живых хоть один
мертвец.
- А, Джонни.
Под стеной старой галошной фабрики стоял мистер Аттербери.
- Ну и денек, верно? Заварил ты, братец, кашу.
- Я нечаянно, - привычно ответил Джонни. На него вечно вешали всех собак.
- Да нет, могло обернуться по-всякому, - сказал мистер Аттербери. - Старая
сортировочная станция, конечно, не подарок, но... надежда есть, можешь мне поверить. Народ
зашевелился.
- Это верно. Уйма народу.
- "ОСП" шумиха ни к чему. Приехали районный инспектор и уполномоченный
Комиссии по градостроительству. Пожалуй, наша возьмет.
- Это хорошо. Гм...
- Ну?
- Я вас видел по телевизору, - выпалил Джонни. - Вы сказали, что "ОСП"
"патриотически настроена", "руководствуется заботой об интересах общества" и "готова к
сотрудничеству".
- Вполне возможно, что так и есть. У них нет выбора. Они, конечно, хитрят, но, пожалуй,
в конце концов все-таки прогнутся. Поразительно, чего можно добиться добрым словом.
- А. Да... Ну тогда... Мне нужно пойти кое-кого поискать. Вы не против?
Мистер Строгг бесследно исчез. Остальные не появлялись. Джонни целый день провел на
кладбище, сперва с орнитологами и представителями "Сплинберийского общества защиты
дикой природы", обнаружившими за мемориалом Уильяма Банни-Листа лисью нору, потом с
какими-то японскими туристами. Никто точно не знал, откуда взялись японские туристы и что
им нужно, но могила миссис Либерти подверглась чрезвычайно тщательному и подробному
фотографированию.
Однако в конце концов и у японских туристов закончилась пленка. Они сделали
последний, групповой, снимок перед памятником Уильяму Банни-Листу и отправились к
своему автобусу.
Кладбище опустело. Солнце садилось за склады ковровой фабрики.
Миссис Тахион покатила доверху нагруженную пожитками универсамную тележку к
неведомому месту своего ночлега.
Легковые машины одна за другой отъехали от старой галошной фабрики, остались только
бульдозеры, похожие на доисторических чудищ, которых застигло врасплох резкое
похолодание.
Джонни бочком подобрался к заброшенному маленькому надгробию под деревьями.
- Я знаю, что вы здесь, - прошептал он. - Вы не можете уйти, как остальные. Вы
должны оставаться. Потому что вы призрак. Настоящий призрак. Вы по-прежнему здесь,
мистер Строгг. Вы не просто обретаетесь здесь, как все остальные. Вы - здешнее привидение.
Ни звука в ответ.

- Что вы такого натворили? Вы убийца? По-прежнему ни звука. Тишина стала мертвой.
- Послушайте, мне жаль, что телевизор забрали, - нервно прибавил Джонни.
Тишина, такая густая и плотная, что хоть матрацы набивай.
Джонни зашагал прочь - так быстро, как только смел.

ГЛАВА 9


- Этот скандал из-за кладбища определенно оживил город, - сказала мама Джонни. -
Отнеси, пожалуйста, поднос дедушке. И расскажи ему, что да как. Он очень всем этим
интересуется.
Дед смотрел новости на хинди. И не потому, что ему так хотелось, - просто пульт
куда-то запропастился, а как переключать каналы без него, никто не помнил.
- Дед, держи поднос.
- Угу.
- Знаешь старое кладбище? Где ты показывал мне могилу Уильяма Банни-Листа?
- Угу.
- Так вот, может быть, теперь его не станут застраивать. Вчера вечером было собрание.
- Угу.
- Я там выступал.
- Угу.
- Так что, может, все еще обойдется.
- Угу.
Джонни вздохнул и вернулся в кухню.
- Мам, можно взять старую простыню?
- Господи, зачем?
- У Холодца хэллоуиновская вечеринка. Не могу придумать ничего другого.
- Если ты собираешься прорезать в ней дырки, возьми ту, которой я закрываю мебель от
пыли.
- Спасибо, мам.
- Такую розовую.
- Ну ма-а-а-а-ма!
- Да она почти состиралась. Никто и не заметит.
Вдобавок выяснилось, что с одного края на простыне сохранились остатки вышивки -
цветочного узора. Джонни взялся за ножницы и сделал что смог.
Он обещал пойти - и пошел. Но очень длинным и кружным путем, спрятав простыню в
пакет (на случай, если мертвецы вдруг вернутся и столкнутся с ним). К тому же требовалось
поразмыслить о мистере Строгге.
Через несколько минут после его ухода по телевизору началась английская программа
новостей, куда менее интересная, чем известия на хинди.
Некоторое время дедушка смотрел, потом выпрямился.
- Эй, дочка, тут сказали, старое кладбище пытаются спасти.
- Да, папа.
- Сдается мне, на трибуне был наш Джонни.
- Да, папа.
- Мне никогда ничего не рассказывают! А это что?
- Курица, папа.
- Угу-

Они летели над горными плато Азии, где когда-то караваны верблюдов возили шелк за
пять тысяч миль, а теперь вооруженные безумцы пытались истребить друг друга во имя Аллаха.
- Далеко до утра?
- Уже совсем скоро...
- Что?
Над заснеженным горным перевалом мертвецы сбавили скорость.
- Мы в долгу перед мальчуганом. Он отнесся к нам с искренним интересом. Он помнил о
нас.
- Совершенно верно. Сохранение энергии. И потом, он будет волноваться...
- Да, но... если мы теперь вернемся... все опять пойдет по-прежнему, правда? Я уже
чувствую тяжесть могильной плиты!
- Сильвия Либерти! Это ведь вы твердили, что не следует покидать кладбище!
- Я изменила мнение, Уильям.
- Да. Полжизни меня терзал страх смерти, так что теперь, когда я уже умер, я больше
не намерен бояться, - воинственно заявил Олдермен. - Кроме того... я кое-что
припоминаю...
Мертвецы зашушукались.
- Не волнуйтесь, не вы один, - сказал Соломон Эйнштейн. - Все, что мы забываем
при жизни...
- То-то и оно, - вздохнул Олдермен. - Жизнь отнимает все время. Конечно, нельзя
сказать, чтоб это была сплошная полоса горестей... выпадали и светлые моменты. Иногда.
Да в общем, довольно часто. В своем роде светлые. Но ЖИЗНЬЮ я бы это не назвал. ..
- Нам не нужно бояться утра, - сказал мистер Порокки. - Нам ничего не нужно
бояться.

Дверь открыл скелет.
- Это я, Джонни.
- А это я, Бигмак. Ты кто, призрак лесбиянки?
- Ну уж не такая она и розовая.

- А цветочки ничего.
- Ладно, дай войти. Холодно - жуть.
- А ты умеешь семенить по воздуху?
- Бигмак!
- Ладно, заползай.
Джонни почему-то показалось, что Холодец украшал дом без особого вдохновения. В
наличии имелось несколько лент серпантина, с десяток резиновых пауков, миска мерзостного
пунша, неизбежного в подобных обстоятельствах (того, где плавают побуревшие кусочки
апельсинов), и в вазочках - горки чипсов и крекеров с дурацкими названиями вроде
"Гули-загогули". Плюс нечто растительного происхождения (возможно, кабачок), выглядевшее
так, словно его переехал зерноуборочный комбайн.
- По идее, это хэллоуиновская тыква, - объяснял всем Холодец, - но тыкву раздобыть
не удалось.
- Похоже, эта штука наткнулась в темном переулке на Ганнибала Лектора, - хмыкнул
Ноу Йоу.
- А как вам пластиковые нетопыри? Правда классные? - похвастался Холодец. -
Пятьдесят пенсов штука! Хотите еще пунша?
В доме толклась уйма народу, хотя полумрак мешал толком понять, кто кем себя
воображает. У одного, почти сплошь покрытого крупными стежками, в горле торчала
арбалетная стрела, но Ноджу и полагалось так выглядеть. Тут же болталась компашка
Холодцовых приятелей из компьютерного кружка - с этих сталось бы упиться
безалкогольным алкоголем и потом покачиваясь бродить по дому, изрекая что-нибудь вроде:
"Ох и у жрался я, ну конкретно в хлам!" И пара девчонок, едва знакомых с Холодцом. Такая уж
это была вечеринка: из тех, о которых заранее известно, что кто-нибудь непременно добавит в
пунш какую-то гадость, треп будет исключительно про школу, а в одиннадцать явится папаша
одной из девчонок, с решительным видом встанет над душой и окончательно все испортит.
- Можно во что-нибудь поиграть, - предложил Бигмак.
- Только не в "мертвую руку", - сказал Холодец. - В прошлом году уже наигрались.
По кругу положено передавать виноград и тэ дэ, а не все подряд, что найдешь в холодильнике!
- Да дело не в том, что это было, - заметила одна из девочек. - А в том, что он про
это сказал.
- Слушай, я всю голову сломал. Ты кто? - спросил Джонни у Ноу Йоу.
Ноу Йоу вымазал по л-лица белилами. Вязаную жилетку он надел на голое тело, зато
задрапировался в раздобытый где-то кусок материи с рисунком "под леопарда". Довершала
наряд черная шляпа.
- Барон Суббота, вудуистское божество, - ответил Ноу Йоу. - Как в Бонде.
- Идем на поводу у расовых стереотипов? - тут же съехидничал кто-то.
- А вот хрен, - обиделся Ноу Йоу. - Мне можно.
- Барон Суббота не носил котелок, - сказал Джонни. - У него был цилиндр, я помню.
А в котелке у тебя такой вид, будто ты чапаешь в контору на службу.
- Что поделаешь, цилиндр взять негде.
- Может, он Барон Суббота - вудуистское божество безналичных расчетов, -
предположил Холодец.
На мгновение Джонни вспомнился мистер Строгг; он, конечно, не мог похвастать
разноцветным лицом, но если вудуистское божество безналичных расчетов существовало, то
это был он.
- В фильме он не расставался с картами таро, - напомнил Бигмак.
- То в фильме, - сказал Джонни. - На самом деле карты таро - это европейский
культ. А вуду - африканский.
- Ты что, дурак? Какой африканский?! Американский! - сказал Холодец.
- Нет, американский - это когда верят, что Элвис Пресли жив, - не согласился Ноу
Йоу. - А вуду, если вкратце, это западноафриканский культ с элементами христианского
влияния. Я смотрел в энциклопедии.
- У меня есть просто карты, - сказал Холодец.
- Никаких карт, - сурово постановил Барон Ноу Йоу. - А то мама будет вне себя.
- А как насчет такой штуки с блюдцем?
- Чашки?
- Не придуривайся, ты знаешь, о чем я.
- Не пойдет. Темные силы могут вырваться на волю, - ответил Барон Ноу Йоу. - Что
блюдце, что доска для спиритизма - один черт.
Кто-то включил магнитофон и пустился танцевать.
Джонни уставился на свой стакан с пуншем и содрогнулся. Там плавала апельсиновая
косточка.
Карты, доски, думал он. Мертвецы. Какие же это темные силы? Клеймить карты, тяжелый
рок и "Драконов и подземелья" из-за того, что там среди персонажей есть демоны, - это все
равно что стеречь дверь, когда оно на самом деле поднимается сквозь паркет. Настоящие
темные силы - не темные. Они скорее серые. Как мистер Строгг. Они высасывают из жизни
все краски; они берут городок вроде Сплинбери и превращают его в мешанину улиц во власти
страха, пластиковых щитов, Новых Блестящих Перспектив и многоэтажных башен, где никто
не хочет жить и, в общем, не живет. В мертвецах больше жизни, чем в нас. И все становятся
серыми и превращаются в порядковые номера, в числа, и тогда кто-то где-то начинает
складывать, вычитать, умножать и делить...
Да, бог-демон Йот-Зиккурат пускает души в распыл - но он не утверждает, будто души
нет.
И - все-таки - оставляет вам полшанса отыскать волшебный меч.

Он очнулся и услышал голос Холодца:
- Можно пойти по соседям.
- Мать говорит, это все равно что просить милостыню, - отрезал Ноу Йоу.
- Ха! В "Джошуа Н'Клементе" вообще жуть что творится, - хмыкнул Бигмак. - У нас
это знаете как называется? "Гони пять фунтов или сделай ручкой своим покрышкам".
- А мы далеко не пойдем, - сказал Холодец. - Или можно прогуляться до Пассажа...
- И что? Там небось ряженых пол-Китая. Носятся и вопят.
- Ну, значит, нам там самое место, - вмешался Джонни.
- Тогда так, - решил Холодец.-Люди, айда в Пассаж!

В Пассаже Нила Армстронга собрались все те, кто не смог придумать, чем бы еще
заняться на вечеринке по случаю Хэллоуина. Они бродили небольшими компаниями,
разглядывая костюмы встречных-поперечных, и болтали, то есть вели себя, в общем, как
всегда. С той только разницей, что в этот вечер торговый центр напоминал Трансильванию, где
население припозднилось выйти за покупками.
В ярком оранжевом свете фонарей крались зомби. Ведьмы прогуливались стайками и
хихикали, косясь на мальчишек. На эскалаторах покачивались ухмыляющиеся тыквы. Среди
пыльных деревьев в кадках слонялись вампиры, что-то невнятно бормоча и постоянно
поправляя вставные клыки. Миссис Тахион рылась в урнах, отыскивая жестянки.
Розовый наряд Джонни вызвал немалый интерес.
- Покойников видел? - спросил Барон Ноу Йоу, когда Холодец с Бигмаком отошли
купить чего-нибудь пожевать.
- Пачками, - ответил Джонни.
- Да ладно, ты же понимаешь, о чем я.
- Нет. Их не видел. Как бы с ними чего не случилось...
- Так ведь они мертвые. В смысле, если они существуют, - рассудительно сказал Ноу
Йоу. - Под машину они, конечно, не попадут. Может, они просто не хотят больше с тобой
разговаривать - ведь ты уже спас их кладбище. Наверное, все дело в этом. По-моему...
- Кому малиновую змею? - спросил Холодец, шумно раскрывая большой бумажный
пакет. - И черепушки тоже очень нехилые.
- Я пошел, - сказал Джонни. - Что-то не так, а что, не пойму.
Мимо порхнула десятилетняя Невеста Дракулы.
- Да, надо признать, не больно-то здесь весело, - сказал Холодец. - Знаете что... По
телику сейчас будет "Ночь вампиров-паинек". Может, вернемся и посмотрим?
- А где все остальные? - спохватился Бигмак. Прочие Холодцовы гости растворились в
толпе.
- Что они, не знают, где я живу? - философски ответил Холодец.
Мимо прошел окровавленный упырь. Он лизал мороженое.
- Не верю я в вампиров-паинек, - заявил Бигмак, когда они вышли из пассажа.
Заметно похолодало. Снова ложился туман.
- Ну да, - с сомнением сказал Холодец. - Тут у нас только такие и водятся.
- Сосут фруктовые соки,-подал голос Ноу Йоу.
- И мамочка как можно позже загоняет их в постельку, - подхватил Бигмак.
Тут они поневоле призадумались.
- А куда это мы идем? - спросил Холодец. - Ко мне здесь не пройти.
- И туман...- прибавил Бигмак.
- Да это с канала, - отмахнулся Джонни. Холодец остановился.
- Ну нет.
- Так быстрее, - сказал Джонни.
- Ну да. Быстрее. Само собой. Потому что я сейчас быстро побегу.
- Не дури.
- Так Хэллоуин же!
- Ну и что? Ты Дракула - тебе-то чего бояться!
- Я ночью туда не пойду!
- Какая разница, ночью или днем!
- Пусть никакой, но я не пойду!
- Струсил? - подначил Бигмак.
- Чего? Я? Струсил? Да? Я? Ничего я не струсил.
- Вообще-то это в самом деле немножко рискованно, - сказал Барон Ноу Йоу.
- Ага, рискованно! - ухватился за эту мысль Холодец.
- Я в том смысле, что никогда не знаешь наверняка, - сказал Ноу Йоу.
- Никогда не знаешь наверняка, - эхом повторил Холодец.
- Слушайте, это же улица в нашем городе. Там есть и фонари, и телефонная будка, и все,
что положено, - заговорил Джонни. - Просто... просто я не успокоюсь, пока не проверю,
понятно? Кстати, нас четверо.
- Это значит, что-нибудь плохое может случиться целых четыре раза, - буркнул
Холодец.
Но за разговором они шли вперед, и вот в тумане вырос похожий на мглистую звезду
фонарь у телефонной будки.
Мальчики притихли. Туман глушил все звуки.
Джонни прислушался. И не услышал даже той ватной тишины, которую создавали
мертвецы.
- Видите? - прошептал он. - Я же говорил...
Поодаль кто-то кашлянул. Четверо друзей вдруг разом попытались занять одну и ту же
точку пространства.

- Мертвые не кашляют! - прошипел Джонни.
- Тогда, значит, на кладбище кто-то есть! - сказал Ноу Йоу.
- Похитители тел! - охнул Холодец.
- Живая Голова! - сказал Бигмак.
- Я в газете читал! - прошептал Холодец. - Сатанисты выкапывают трупы для своих
обрядов!
- Тихо! - велел Джонни. Ребята замерли. - Похоже, это на галошной фабрике, -
сказал он.
- Но ведь глухая ночь, - удивился Ноу Йоу.
Они осторожно двинулись вперед. На мостовой, куда почти не доставал свет фонарей,
маячил неясный силуэт.
- Фургон, - сказал Джонни. - Так. Граф Дракула в фургонах не ездит.
Бигмак попытался ухмыльнуться.
- Если только он не вампир-дальнобойщик...
В тумане что-то брякнуло.
- Холодец? - окликнул Джонни, как он надеялся, невозмутимо.
- Ну?
- Ты сказал, что сейчас ка-ак побежишь? Вот и дуй домой к мистеру Аттербери и зови
его сюда.
- Что? Один?
- Один ты добежишь быстрее.
- Верно!
Холодец испуганно взглянул на друзей и испарился.
- Что мы, собственно, делаем? - спросил Ноу Йоу, вместе с остальными вглядываясь в
туман.
Ошибки быть не могло. Из-за ограды доносился приглушенный и искаженный туманом,
но несомненный рокот запущенного дизеля.
- Кто-то хочет спереть бульдозер! - предположил Бигмак.
- Хорошо бы, - сказал Джонни, - но вряд ли. Ну, пошли?
- Послушай, если кто-то разъезжает в тумане на бульдозере с выключенными фарами, я
пас! - заявил Ноу Йоу.
В пятидесяти метрах от ребят вспыхнули фары. Толку от них было немного. Они
освещали только два конуса тумана.
- По-твоему, так лучше? - поинтересовался Джонни.
- Нет.
Свет пополз вперед. Машина надвигалась на ограду кладбища, с хрустом давя гусеницами
кусты и мертвую крапиву. Блямс! - отвал ударил в основание забора.
Джонни подбежал к бульдозеру и крикнул: "Эй!"
Мотор заглох.
- Ноу Йоу, делай ноги! - прошипел Джонни. - Живо! Расскажи кому-нибудь, что здесь
происходит!
Из кабины выбрался человек. Он выпрямился, спрыгнул на землю и пошел прямо на
ребят, наставив на них палец.
- Ну, сопляки, допрыгались.
Джонни попятился, но кто-то крепко ухватил его за плечи.
- Слышал? - поинтересовался голос у него над ухом. - Это все ты виноват. Так что ты
ничего не видел, ясно? Мы ведь знаем, где ты живешь... Ну нет. - И другая рука сцапала Ноу
Йоу, который сделал попытку тихонько ретироваться.
- А знаешь что? - сказал тот, кто сидел в кабине бульдозера. - Пожалуй, хорошо, что
мы проходили мимо и застукали их, а? Жаль, они успели покататься по всему кладбищу, верно?
Ну и дети пошли... А?
У самого лица Джонни просвистело полкирпича. Снаряд угодил под лопатку тому типу,
что удерживал Джонни.
- Какого че...
- Я тебе ща бошку на фиг раскрою! Снесу на фиг черепушку!
Из тумана появился Бигмак. Вид у него был устрашающий. Он пошарил вокруг, выдернул
из сломанной ограды железный прут и, вращая им над головой, двинулся на врага.
- Ну чё? Чё? Ну чё? Я ПСИХИЧЕСКИЙ, понял!
Он перешел на рысь.
- Ааааааааааарррррр...
И все поняли, что он не остановится.

ГЛАВА 10


Бигмак несся на них по битому кирпичу - разъяренный бритоголовый скелет.
- Держи его!
- Сам держи!
Железный прут с лязгом ударился в бок бульдозера, и Бигмак прыгнул.
Даже в ярости он оставался Бигмаком, а бульдозерист был дюжим детиной. Но Бигмак -
пусть всего на несколько секунд - превратился в стихию, которую невозможно обуздать.
Исхитрись бульдозерист разок стукнуть его как следует, этого хватило бы. Но перед глазами
мелькало слишком много рук и ног. Вдобавок Бигмак пытался отгрызть врагу ухо.
И все же...
У ворот возникли два круга света - фары - и запрыгали вверх-вниз: машина на большой
скорости мчалась по ухабам.
Второй злоумышленник отпустил Джонни и скрылся в тумане. Бульдозерист с силой
ткнул Бигмака кулаком в живот и последовал примеру товарища.

Машина резко затормозила, и из нее с криком: "Я ужас, летящий на крыльях ночи!" -
выскочил упитанный вампир.
С водительского сиденья несколько более спокойно выбрался мистер Аттербери.
- Все в порядке, они смылись, - сказал Джонни. - В таком тумане их нипочем не
найти.
Где-то в отдалении заурчал мотор, взвизгнули покрышки, и невидимый автомобиль
вылетел на невидимую дорогу.
- А я записал номер! - выкрикнул Холодец, подпрыгивая от возбуждения. - Ручки не
было, и я надышал на стекло и записал!
- Они хотели прогнать бульдозер по кладбищу! - сказал Ноу Йоу.
- Прямо на стекле, вот!
- Господи, я ожидал от "ОСП" чего-нибудь более серьезного, - сказал мистер
Аттербери. - Давайте-ка лучше займемся вашим другом.
Бигмак стоял на коленях и судорожно всхрапывал.
- И мне все время приходилось на него дышать, чтоб номер не пропал, вот!
- Бигмак, ты в порядке?
Они опустились на колени рядом с ним. Бигмак - дала о себе знать астма - просипел:
- Я... его здорово... напугал... да?
- Еще как, - успокоил его Джонни. - Ладно, давай поднимайся, я помогу...
- Я просто увидел их и...
- Как ты?
- Ништяк... запыхался...
- Стойте, мне надо пойти подышать на стекло...
- Отведите его к машине.
- Да ладно...
- Я отвезу его в больницу, на всякий случай.
- Нет!
Бигмак оттолкнул их и неуверенно поднялся.
- Ф-ф-се в порядке, - просипел он. - К-хак огурчик.
В тумане расцвели красные и синие огни. Полицейская сирена пару раз взвыла и
смущенно умолкла.
- А, - сказал мистер Аттербери. - Видимо, жена встревожилась и позвонила в
полицию. Э... вы Бигмак, верно? Вы сумеете опознать этих людей, если снова их увидите?
- А то! У одного на ухе следы моих зубов. - У Бигмака вдруг сделался затравленный
вид человека, который, в общем, никогда не встречался с представителями закона один на
один. - Но в участок я не поеду, нет. Нипочем.
Рядом затормозила полицейская машина. Мистер Аттербери выпрямился.
- Пожалуй, объясняться буду я, - решил он, когда из машины вышел сержант
Слав-ни. - Привет, Рэй, - сказал он. - Рад, что вы выкроили время заехать. Можно вас на
пару слов?
Ребята стояли, сбившись в кучку, и смотрели, как полисмены подходят к бульдозеру, а
потом осматривают разрушенную ограду.
- Ну, началось, - с тоской сказал Бигмак. - Теперь Славни точно меня засадит. За
укушенное ухо. Или за угон бульдозера. Вот увидите.
Холодец дернул Джонни за плечо.
- Ты знал, что что-то должно случиться!
- Да. Не знаю откуда.
В машину мистера Аттербери на минуту заглянул полисмен.
- Читает мою запись, - гордо сказал Холодец. - Поняли, что такое широта мышления?
Славни вернулся к патрульной машине, и они услышали, как он передает по рации:
- Нет! Повторяю: Г как Герцеговина, В как Вестфалия, А как Аардварк...
От ограды, помахивая плоскогубцами, подошел мистер Аттербери.
- Пожалуй, до утра этот бульдозер не тронется с места.
- А что теперь? - спросил Джонни.
- Точно не знаю. Может быть, удастся выследить фургон. Вероятно, я сумею убедить
сержанта Славни, что до поры нужно действовать чрезвычайно осторожно. Хотя с вас снимут
показания. Но этого будет достаточно.
- Они были из "ОСП"? Старый джентльмен пожал плечами.
- Может быть, кто-то подумал, что все значительно упростится, если на кладбище нечего
будет сохранять, - сказал он. - Возможно, паре-тройке подходящих субъектов подкинули
идею... э-э... некой хэллоуиновской шалости...
Рация взорвалась звуками.
- На ИстСлэйт-роуд задержали фургон, - крикнул сержант. - Похоже, наших
голубчиков.
- Отличная Работа, Сказал Констебль Плямс, - замогильным голосом возвестил Ноу
Йоу. - Вы Повязали Всю Банду! Молодцы, Чумовая Четверка! И Все Пошли Домой Пить Чай
С Кексом.
- Если бы ты подъехал в участок, Бигмак, ты очень помог бы, - сказал мистер
Аттербери.
- Ни за что!
- Я поеду с тобой. И один из твоих друзей тоже может поехать.
- Это правда помогло бы, - сказал Джонни.
- Я поеду, - вызвался Ноу Йоу.
- А потом, - сказал мистер Аттербери, - я с огромным удовольствием позвоню
директору "ОСП". С огромным удовольствием.


Десять минут спустя Бигмак, которого заверили, что ему не зададут ни единого вопроса
касательно иных мелких происшествий с машинами - например, отчего некоторые
автомобили оказываются не там, где их оставили владельцы, ит.д.,ит.п., - в сопровождении
Ноу Йоу и мистера Аттербери отбыл в полицейский участок. В редеющем тумане горели
оранжевые огни сплинберийских фонарей. От этого тьма за ковровой фабрикой казалась
гораздо чернее и гуще.
- Кончен бал, погасли свечи, - сказал Холодец. - Музыканты разошлись. Аида по
домам.
Ветер рвал туман в клочья. Сквозь летучие пряди проглянула луна.
- Пошли, - повторил Холодец.
- Все равно это неправильно, -. буркнул Джонни. - Не может все кончиться вот так.
- Хэппи-энд, - ответил Холодец. - Все как сказал Ноу Йоу. Плохих парней повязали.
Дети спасли положение. Все взяли с полки пирожок.
В бледном свете луны брошенный бульдозер казался огромным.
Воздух словно наэлектризовался.
- Что-то будет. - Джонни сорвался с места и побежал к кладбищу.
- Эй, погоди...
- Догоняй!
- Нет! Только не туда! Джон

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.