Жанр: Фантастика
Конан и легенда лемурии сборник рассказов
...два не пропустил его. Мой противник сумел подкрасться
совершенно беззвучно. В голову мне словно ледяные иглы впились - я инстинктивно откатился в
сторону и вскочил, выхватывая оружие, прежде, чем успел сообразить, что происходит. Услышал свист
воздуха, рассекаемого клинком, увидел темный силуэт - судя по всему, Голтаргон рассчитывал
отрубить мне голову.
Он повернулся ко мне мгновенно - глаза у него светились желтым, словно у зверя. Меч снова
запел в воздухе, но я отбил удар, хотя и не без труда. Противник мой двигался быстро, пожалуй,
слишком быстро для человека. Да и силищи у него хватало.
Мы бились молча, и у него было преимущество: он явно неплохо видел меня, мне же приходилось
сражаться почти вслепую. Мы бились, и я вынужден был медленно отступать под его натиском. Если
бы там было чуть-чуть светлее! Я знал заранее, что предстоит иметь дело с оборотнем, но этот
оборотень был необычным. Те, которых я встречал прежде, или о которых мне приходилось слышать,
не имели никаких особенных способностей, находясь в человеческом облике. Перекидываться могли,
это верно. В лисицу или даже в медведя. Но не более того.
Я ожесточенно отбивался, постепенно отступая в том направлении, где - я помнил - была
поляна. Только бы не споткнуться!
До спасительной поляны оставалось, по моим прикидкам, не более двадцати шагов, когда мне под
ноги подвернулся-таки какой-то корень. Я чудом сумел удержать равновесие и едва не пропустил удар,
направленный прямо мне в грудь, И тут вспыхнул свет. Яркий и теплый. Казалось, множество факелов
внезапно осветило непроглядный мрак ночного леса.
- Ах, сожри тебя лягушка! - раздался донельзя раздраженный девичий голосок откуда-то
сверху. - Перестаралась!
Я не позволил себе зажмуриться, несмотря на резкую боль в глазах. Годы тренировок и скитаний
не прошли даром. А вот мой противник такой выдержкой не обладал. Приостановился. На мгновение
только, но мне хватило. Мой клинок ударил по кончику его меча, выбивая оружие из рук. Я мог бы
убить Голтаргона, но это было бы слишком просто.
Зазорно мастеру искать легких путей. А я считал себя мастером. Мастером клинка. Мастером
выживания. Не-ет, я скручу этого негодяя и доставлю его в город живым. И по дороге ни одной деревни
не пропущу - пусть видят, чем закончил тот, кто не один десяток лет наводил ужас на всю округу. И
на пленника пусть полюбуются, и на своего избавителя тоже.
Я приставил меч к горлу оборотня пониже короткой светлой бороды. Тот замер, щуря золотистые
волчьи глаза и хрипло дыша: все-таки, поединок со мной дался ему не так уж легко, несмотря на все его
преимущества.
Свет, между тем, стал мягче. Впрочем, теперь, когда глаза привыкли, это было уже неважно.
- Так лучше? - заботливо спросил все тот же звонкий голосок.
- Если ты спрашиваешь меня, - отозвался я, прижимая острие клинка к шее Голтаргона, - то я
не очень-то привередлив. А если... хм... этого, то ему уже, думаю, все равно.
- Тебя, - весело подтвердила невидимая пока девушка. - Мне понравилось, как ты дрался, и я
решила помочь.
- Я запомню это, колдунья, - ненавидяще процедил сквозь зубы разбойник. - Сочтемся.
- Это вряд ли, - я покачал головой.
А вот нельзя отвлекаться, даже если противник обезоружен, и лезвие твоего клинка упирается ему
в горло. И я тут же поплатился за свою самоуверенность. Голтаргон перекинулся мгновенно - ни один
оборотень на моей памяти не умел такого. Приземистый человек в кожаной одежде исчез, и кончик
моего меча, только что приставленный к его шее, беспомощно повис в воздухе. Здоровенный кабан с
места рванулся вперед и неминуемо выпустил бы мне кишки, если бы я чудом не успел отскочить в
сторону. Клык прошел вскользь, распоров на мне куртку и рубаху и располосовав кожу. Вепрьоборотень
развернулся, готовясь снова кинуться на меня - хорошо еще, что деревья росли слишком
густо, чтобы у него было достаточно места для разгона.
Не-ет уж, голубчик, я решил тебя взять живьем и возьму. Я надавил пряжку пояса, и в ладонь мне
удобно легла метательная игла, густо намазанная сонным зельем. Пользовался этим оружием я крайне
редко, предпочитая полагаться на меч и свое воинское умение. Но с собой на всякий случай носил. Вот
и настал тот случай.
Кабан помчался ко мне - я отпрыгнул и метнул свое оружие вслед пронесшейся мимо туше. Игла
глубоко вошла в бок зверя.
Все. Теперь ему не уйти. Испытанное снадобье валило с ног через несколько ударов сердца -
зверя ли, человека, без разницы.
Вепрь опять развернулся ко мне, и вдруг замер, уставившись на меня крошечными глазками. Но
вместо того, чтобы осесть на землю, как я ожидал, кабан неожиданно припустил прочь. Я не поверил
своим глазам.
- Погоди, я с тобой, - раздался шорох, и с дерева с беличьей ловкостью соскользнула давешняя
девушка. - Этому-то свет без надобности.
Мы мчались за кабаном через лес, причем моя неожиданная спутница и не думала от меня
отставать. У нее не было никакого светильника - казалось, свет исходил от нее самой. Впрочем, меня
на тот момент мало занимало ее колдовство. Меня тревожил кабан, который продолжал упорно
ломиться сквозь заросли, не собираясь ни останавливаться, ни засыпать.
Я мог бы сократить расстояние, но пока не спешил. Должен же он когда-нибудь выдохнуться, в
конце-то концов! Впрочем, Голтаргон, хотя и не выглядел усталым, вел себя беспокойно. Метался из
стороны в сторону, словно желая свернуть, но невидимая преграда не позволяла, и он несся дальше.
Я покосился на свою спутницу. Она поймала мой взгляд, широко улыбнулась и неожиданно
подмигнула:
- Все продумано, охотник за оборотнями.
- Куда ты ведешь его? - выдохнул я.
- Увидишь.
Это мне совсем не понравилось, но возразить я не успел. Раздался истошный визг, и вепрь исчез.
- Остановись, - девушка вцепилась в мой рукав. - Не то улетишь вслед за ним.
Мы перешли на шаг и остановились у кромки обрыва. Внизу шумела река.
- Там дальше пороги, - сказала девушка. - Он не выберется.
- Зачем? - сердито спросил я. - Он был мне нужен живым.
- Тебе? Не рассказывай мне сказки, охотник.
Я свирепо посмотрел на нее и встретил безмятежный взгляд светло-зеленых, словно весенняя
листва, глаз. Росточком моя спутница едва дотягивала мне до груди, и все же у нее каким-то образом
получалось смотреть на меня, словно бы сверху вниз.
Только сейчас я смог разглядеть девушку. Золотисто-рыжие кудри до плеч, в которых запутались
еловые иголки. Чуть вздернутый нос, острый подбородок, лукаво приподнятые уголки рта. Не
красавица, отнюдь не красавица. И все же было в ней что-то такое, отчего у меня тут же прошла вся
злость.
- Ладно. Не мне. Тем, кому я обещал разделаться с этим разбойником.
- Им - да. Но мне - мне, охотник, совершенно не нужно, чтобы Голтаргон был схвачен живым.
- Так ты его знаешь... знала?
- Пф-ф! - она фыркнула, забавно сморщив нос. - Он мой ученик, - сдвинула светлые брови.
- Бывший.
- Так это ты...
- После все объясню, - она решительно тряхнула кудряшками. - У тебя весь живот в крови. А
клыки у нашего общего знакомца были, вообще-то, ядовитые, чтоб ты знал.
- И что?
- Ну, у тебя есть на выбор два варианта, - она принялась деловито выбирать из волос хвоинки.
- Или пару дней погостить у меня в замке, здоровье поправить. Или пожить самостоятельно... еще
пару часов.
- В замке?
- Пф-ф! Решайся, что ли, охотник. Недосуг мне полночи в лесу торчать. Дела, между прочим.
- А где...
Договорить я не успел. Девушка закатала рукав куртки, коснулась пальцами широкого
серебряного браслета на запястье, быстро пробормотала несколько слов, и прямо в воздухе перед нами
возникли призрачные очертания открытой двери. Моя спутница нетерпеливо дернула подбородком,
предлагая мне войти. Судя по всему, в моем выборе она нисколько не сомневалась.
- Ну, вот, теперь ты выглядишь намного лучше, - без церемоний заявила хозяйка замка, когда
на следующий день я, умытый и причесанный, спустился в гостиную.
- Ты тоже, - ухмыльнулся я.
И ничуть не покривил душой. Изумрудно-зеленое платье шло моей спасительнице гораздо
больше, чем мужской наряд, в котором я видел ее накануне. А глубокий вырез поневоле притягивал
взгляд. Девушка заметила это и лукаво улыбнулась:
- Кстати, я так и не представилась. Кештиора Арнамагелльская, волшебница в пятом поколении,
магистр Ордена Рубинового Трезубца и победительница трех подряд ежегодных магических турниров в
Замке Единорога.
Она замолчала, явно ожидая, что ее слова произведут на меня должное впечатление. Вот только я
отродясь ничего не слыхал ни о Кештиоре Арнамагелльской, ни об Ордене Рубинового Трезубца, ни о
Замке Единорога. Не то, чтобы я не любил колдунов, иной раз и от них польза бывает. Просто -
старался держаться от них подальше, полагаясь на честную сталь безо всех этих магических
выкрутасов.
Похоже, великая волшебница Кештиора догадалась об этом и обиженно поджала губы.
Я вежливо улыбнулся:
- Конан из Киммерии. Для друзей - просто Конан. Ты спасла мне жизнь, Кештиора, и я теперь
твой должник.
В ее глазах промелькнула ласковая и чуть печальная усмешка: так взрослый мог бы ответить на
предложение ребенка помочь ему в битве. Что ж, улыбайся, всесильная чародейка. Я не в обиде. Как
знать, быть может, когда-нибудь ты поймешь, что простая сталь порой побеждает там, где бессильна
магия.
- Ты можешь называть меня Кешт.
- Благодарю, Кешт. Могу ли я спросить тебя кое о чем?
- Спрашивай, - она пожала точеными плечиками, наполнила два хрустальных бокала
золотистым вином из тяжелого бронзового кувшина, протянула один мне и указала на кресло.
- Ты сказала, что Голтаргон - твой ученик. Как такое могло случиться? На его совести десятки
загубленных жизней, а ты...
- А я не произвожу впечатления злодейки, - закончила она за меня. - Но ведь все очень
просто, Конан-охотник. Видишь ли, я не учила его ни воевать, ни разбойничать. Я учила его магии...
пыталась учить.
Между светлых бровей залегла сердитая складочка. Я отметил про себя, что гнев очень идет Кешт.
Впрочем, улыбка ей шла не меньше.
- Особыми талантами он не блистал, - сказала волшебница, покачивая бокал в изящных
пальчиках и любуясь игрой янтарных бликов. - И трудиться не желал тоже. Хотел всего и сразу. А так
в нашем ремесле не бывает.
Я подумал про себя, что так не бывает ни в каком ремесле, но говорить ничего не стал. Не хотел ее
прерывать.
- В конце концов, я так ему и сказала: попробуй, мол, себя в каком-нибудь другом деле, потому
что здесь ты только теряешь зря время.
- А он?
- Он попросил наделить его способностью к оборотничеству. На прощание и в память о его
жизни в Арнамагелле. У самого-то получалось через раз, в лучшем случае.
- И ты наделила? - против воли, в моем голосе прозвучал упрек.
- Наделила, - она приподняла брови. - А почему бы и нет? Я не отказываю просящим. К тому
же, я опробовала на нем новый метод, который как раз пришел мне тогда в голову. И согласись,
получилось неплохо. Очень и очень неплохо.
Она улыбнулась, откровенно гордясь своим мастерством.
- Да уж, неплохо. Полагаю, жители деревень, вокруг которых хозяйничал твой любимчик,
премного благодарны тебе, - съязвил я. - Их-то ты за что осчастливила?
- Я ничего им не сделала, - она раздраженно дернула уголком рта. - В Арнамагелле Голтаргон
мухи не обидел. А потом... потом он уже не имел ко мне отношения.
- Но почему ты не уничтожила его? Ведь это ты дала ему силу! Твой долг...
- Я волшебница, Конан-охотник, - перебила меня Кешт. - У меня нет обязательств перед
людьми. Я помогаю тем, кому мне заблагорассудится и так, как я захочу.
- Но ведь это...
- А ты, - ее высокий голос зазвенел сталью, и я подумал, что Кешт далеко не такая хрупкая
девочка, какой выглядит. И далеко не такая юная. - Ты сам разве не поднимаешь свой меч в защиту
того, кто заплатит? Я-то хоть делаю выбор, руководствуясь собственными предпочтениями, ты же
продаешь свою силу и воинское умение.
Я отвел взгляд. Возразить на это мне было нечего.
- Каждый из нас живет так, как может и хочет, - тихо сказала Кешт. - Я не могла убить Голта.
Я помню его мальчишкой. Восторженным, неуклюжим, наивным. Но я дала себе слово, что помогу
тому, кто остановит его.
- А говорить с ним ты не пыталась? - Я не смотрел на нее. Уставился в камин, где плясал огонь.
- Пыталась, - она вздохнула. - О результате можешь догадаться.
- Он сам по себе, ты сама по себе. Понимаю.
Вино внезапно показалось мне горьким.
- Ему долго не находилось достойного противника, - задумчиво сказала Кешт.
- Но разве ты не могла помочь тем, кто пытался ему противостоять? Наделить их тоже какиминибудь...
способностями? - Я снова поглядел ей в лицо.
- Я не отказываю просящим, - Кешт спокойно выдержала мой взгляд. - Никто не просил моей
помощи, Конан-охотник.
- Но мне ведь ты помогла.
- Не удержалась, - щеки волшебницы чуть порозовели. - Ты мне понравился.
- Понравился?
- Мне нравилась твоя отвага, - Кешт, не отрываясь, смотрела на меня внезапно заблестевшими
глазами. - Знаешь, немногие решались встать Голтаргону поперек дороги. А из тех, кто решился, не
выжил никто. И то, что ты не кинулся в бой очертя голову, как твои предшественники, а старался
усыпить бдительность Голтаргона, чтобы ударить наверняка, мне понравилось тоже. Я не хотела, чтобы
ты погиб, Конан-охотник. Ты слишком умен для этого. И слишком, - уголок ее алого рта лукаво
изогнулся, - красив.
- Но зачем ты убила его? Зачем помешала мне исполнить задуманное?
- Затем, что он всё равно сумел бы освободиться. Да не хмурься, я не говорю, что его упустил бы
ты. Не-ет, ты, конечно, доставил бы его к месту назначения в лучшем виде. Просто тех, кто давал тебе
задание, я знаю достаточно. Рано или поздно, он вырвался бы на свободу. Если не силой, так хитростью,
или подкупил бы кого. Да и знает он многое. Не один и не двое в городе были вовсе не так уж
заинтересованы в поимке Голта, как хотели бы показать.
Она помолчала.
- А потом бы он начал мстить.
- Тебе?
- Пф-ф! Что может мне сделать этот мальчишка?! Нет, он бы постарался достать тебя. Или -
выместить зло на тех, кто не в состоянии от него защититься. Раз уж я решила действовать, надо было
довести дело до конца.
- Но ты уверена, что он погиб?
- Там пороги, Конан. Волны, острые камни. На протяжении лиги. Я успела наложить на Голта
заклятье, не позволяющее изменять облик. Вряд ли он сумел выбраться.
- Вряд ли?
- Я уверена в этом, Конан. В дверь постучали.
Кешт улыбнулась вошедшей - невысокой девушке с русой косой, падающей на грудь:
- Принесла? Умница, Ари. Знакомьтесь. Конан, охотник, воин и следопыт. Ариниона, моя
ученица.
Девушка вскинула на меня серьезные серые глаза. Я вежливо наклонил голову.
В руках Ари держала меч. Тот самый, выбитый мною из рук Голтаргона в лесу. На темном рубине,
украшающем навершие, играли пурпурные блики.
- Твой трофей, - улыбнулась Кешт. - Возьми этот меч себе, право же, он того стоит.
Ари отдала мне клинок и вышла.
Кешт поднялась, поставила бокал с недопитым вином на стол, не спеша приблизилась ко мне.
- Как ты себя чувствуешь, Конан?
- После твоего лечения - великолепно. Как новенький.
В вырезе ее платья поблескивал изумруд на серебряной цепочке.
- Могу хоть сегодня пуститься в путь, - сказал я, в глубине души отчаянно ища повод
задержаться.
- Так быстро? - Кешт присела на подлокотник моего кресла. Зеленые глаза ее оказались почти
вровень с моими. - Какая в этом нужда?
- Я мог бы...
Тонкий пальчик лег на мои губы, заставляя умолкнуть.
- Ты мог бы остаться, Конан. И я буду рада, если ты задержишься здесь, охотник. Столько,
сколько захочешь.
Что ж, меня не требовалось упрашивать. В моей жизни было полно дорог и впереди их оставалось
не меньше. Дороги могут и подождать. Куда они денутся, дороги?
Я полюбовался игрой бликов на клинке и убрал меч в ножны. Откинулся на спину, заложив руки
за голову и глядя в небо. Там, наверху, разгулялся ветер, гнал серые облака, яростно рвал их в клочья, и
в прорехах то тут, то там, выглядывали холодные звезды.
До Арнамагелля оставалось полдня пути. Завтра, после многих лет войн и скитаний, я снова увижу
Кешт.
Замок был пуст. Я почувствовал это сердцем прежде, чем спешился во дворе, прежде, чем
торопливо зашагал по гулким, выстуженным коридорам, заглядывая во все двери.
- Кешт!
Ни звука в ответ. Замок не был разрушен - казалось, хозяева оставили его лишь ненадолго. Но в
уютных комнатах и больших залах поселились холод и липкая, тревожная тишина.
Люди покинули это место. И покинули не вчера.
Я медленно вышел за ворота, ведя коня в поводу. Я понятия не имел, что делать. Я не знал, что
случилось здесь и где искать Кешт. Я был уверен только в одном: с рыжей волшебницей случилась
беда.
Где же мне искать тебя, Кешт? Сказал ли я это вслух или только подумал, а только мне внезапно
ответили. Невдалеке мяукнула кошка. Ничего особенного, казалось бы, но мне отчего-то вдруг
нестерпимо захотелось увидеть эту кошку. Я поднялся и отошел от обрыва, на краю которого сидел,
глядя на катящиеся внизу тяжелые волны реки. Мяуканье повторилось. Ближе. Я шагнул было к
деревьям, из-за которых оно раздавалось, но мне навстречу уже метнулась рыжая молния, острые
коготки вцепились в одежду - миг, и кошка оказалась у меня на плече, ткнулась острой мордочкой в
щеку и замурлыкала.
Следом за ней из-за деревьев показалась Ари. Бледная, с растрепавшейся косой и остановившимся
взглядом.
- Ариниона.
Она повернула голову и посмотрела на меня, словно не узнавая.
- Ари, - я подошел ближе. - Ари, где Кештиора?
Губы девушки дрогнули, серые глаза наполнились слезами. Ари ткнулась носом мне в плечо и
заревела в голос.
Мне пришлось немало повозиться, прежде чем Ариниона перестала рыдать. Я обнял девушку за
тонкие плечи, на которые была накинута моя куртка, и осторожно забрал у нее из рук фляжку с вином, к
которой она то и дело прикладывалась.
- Ари, - сказал я как можно мягче, - расскажи мне, что произошло.
Она всхлипнула было, но тут рыжая кошка, смирно лежавшая у костра, внезапно вскочила,
выгнула спину, вздыбила рыжую шерсть и сердито зашипела на девушку.
- Да, да, - торопливо сказала Ари. - Я все рас... скажу. Прости, наставница.
Наставница? Похоже, девушка заговаривалась. Знать бы еще, что ее довело до такого состояния.
Кошка фыркнула и принялась энергично умываться. Ари внезапно успокоилась
- Все случилось еще в начале весны, - она вытерла щеки ладонями и уставилась в огонь. -
Явился какой-то маг, молоденький, никому не известный, белобрысый такой. Звали его... Нарвад,
кажется. Или Норволд. Как-то так. Ездил по всей округе, силой свой похвалялся и говорил, что приехал,
мол, избавить людей от рыжей ведьмы, наславшей моровое поветрие.
Кошка оторвалась от своего занятия и снова фыркнула, сверкнув изумрудными глазами.
Ари вздохнула:
- А поветрие было на самом деле, только госпожа Кештиора здесь не при чем. Она-то как раз
остановила его, не пустила дальше. И больным мы с ней помогали, кое-кого даже и выходить удалось.
Да ведь, если беда приходит, люди всегда виноватых ищут. А госпожа Кештиора - она ж на виду. И на
них не похожа. Умерли тогда многие. Вот... так все и вышло.
- Постой, постой, ничего не понял. Что вышло-то? Куда подевалась твоя наставница? Она хотя
бы жива?
Ари молча показала глазами на кошку. Та лежала, аккуратно поджав лапки, и шевелила острыми
ушами. Словно к разговору прислушивалась.
Я вздохнул, но почел за лучшее промолчать. В конце концов, если рассказ Ари что-нибудь
прояснит, и я сумею найти Кешт, та, быть может, сумеет помочь ученице.
- Она здесь, - очень тихо сказала девушка. - Я не сумасшедшая, господин Конан. Просто...
госпожа Кештиора не может превратиться обратно.
Кошка повернула к нам голову, навострив уши.
- Но почему ты не позвала на помощь? Этих ваших... из Ордена?
- Кештиора Арнамагелльская исключена из Ордена Рубинового Трезубца. За поединок и
убийство себе подобного.
- Этого, белобрысого? - прищурился я.
- Да... Слухи расходились все шире... кажется, госпожа говорила с ним, но, видимо, безуспешно.
Пыталась выяснить, откуда он взялся, но о нем никто прежде не слышал. А потом он явился в
Арнамагелль во главе огромной толпы. И бросил госпоже вызов.
Она опустила голову.
- И?..
- Ну, ты же знаешь госпожу Кештиору. Она рассердилась, просто в ярость пришла. Я, говорит,
сейчас проучу этого зарвавшегося щенка, он у меня узнает, что такое настоящее волшебство, будет
помнить Кештиору Арнамагелльскую.
Я понимающе кивнул. Да-а, моя Кешт всегда отличалась завидным темпераментом.
Губы девушки задрожали, и я поспешно сунул ей фляжку в надежде избежать нового приступа
рыданий. Помогло.
- Выскочила она за ворота - там эта толпа. Кто с кольями, кто с камнями. Я хотела остановить
ее, они же словно обезумели, да только разве госпожу Кештиору удержишь, если уж она что решила. Я
думала - убьют ее на месте.
- Убьют? Волшебницу такого уровня?
- Ну... Понимаешь, это, в общем, непросто, но если пара сотен разом навалится...
- Н-да. И что было дальше?
Девушка сконфузилась:
- Я из окна смотрела, наружу не вышла. Я же учусь только, что бы я против них смогла? А она...
госпожа Кештиора только появилась в воротах - и все замолчали. А потом...
Она внезапно покраснела и прыснула в кулачок.
- Потом она наложила заклятие распада.
- На людей?
- Нет. На их одежду. И знаешь, они как-то сразу забыли о своих претензиях к ней. Я давно не
видела, чтобы кто-нибудь бегал так быстро.
Кошка мурлыкнула и облизнулась с таким видом, будто только что полакомилась изрядной
порцией сметаны. Несмотря на всю серьезность положения; я засмеялся. Кешт была верна себе.
- А белобрысый?
- Белобрысый остался один. На него-то, ясное дело, ничего не подействовало. Маг ведь. И вот
тут-то госпожа Кештиора говорит, мол, сейчас я на тебе, голубчик, новое заклятие испытаю. Сам,
говорит, напросился.
- Что за заклятие? - спросил я без особой охоты. Терпеть не могу всех этих магических штучек,
одни беды от них.
- Я не знаю, господин Конан. Новое оно было, неопробованное.
- Так Кештиора ошиблась?
- Нет! - горячо вступилась за наставницу Ари. - Она никогда не ошибается. Просто - в
последний момент этот тип вытащил Зеркало.
Я уставился на нее в изумлении, не вполне понимая, зачем волшебнику в разгар магической
схватки понадобилось смотреться в зеркало.
- Зеркало госпожи Кештиоры. Оно обращает любое заклинание на того, кто его творит.
- Но откуда оно у него оказалось?
- Она его потеряла. Тогда, в лесу, когда тебя встретила. Вы бежали, она его выронила, да так оно
и пропало.
Я еле успел прикусить язык, чтобы не высказать все, что я думаю о растяпах, которые таскают с
собой по лесу ценные магические предметы, да еще умудряются их терять.
- Так она хотела превратить белобрысого в кошку, что ли?
- Не знаю, в кого или во что. Думаю, она успела в последний момент изменить заклятие, когда
сообразила, что происходит. Кошка, вообще-то, ее любимый облик. Только вот она теперь не может
превратиться обратно. И магией пользоваться не может.
- А белобрысый?
- Зеркало убило его. Видишь ли, все творения госпожи Кештиоры сделаны так, что уничтожают
на месте того, кто использует их против создательницы. И только она сама может остановить это. Но
она-то как раз в тот момент и лишилась силы.
- И что?
- Зеркало разлетелось вдребезги. От белобрысого осталась лишь кучка пепла.
- Ей бы следовало делать свои игрушки такими, чтобы они не действовали на нее, - проворчал
я. - Вместо того, чтобы фейерверки устраивать. Хотя фейерверки, конечно, впечатляют сильнее. Если
зрители остаются живы.
Кошка обиженно фыркнула и демонстративно повернулась ко мне хвостом.
- Замок пуст, - сказал я. - Почему вы ушли оттуда?
- Искали способ снять с госпожи Кештиоры это заклятие. Кое-кто из ее старых друзей пытался
помочь, да все без толку. Заклятие новое, а госпоже всегда удавалось придумывать нечто такое, в чем
никто, кроме нее, разобраться не мог. Вот и теперь не сумели.
- А почему они не явились к вам в замок? Почему вам пришлось отправиться к ним?
- Боятся. Госпожа Кештиора теперь вроде как вне закона, помогать ей никто из волшебников не
вправе. Сражения между магами строжайше запрещены.
- Но разве не белобрысый начал вражду?
- Неважно, кто первый начал. В таких случаях вне закона объявляют обоих. Или - того, кто
остается в живых. Наверное, поэтому, подобные поединки случались за последние семь столетий всего
раза три.
- Но в замке прежде жили люди. Теперь же он словно вымер.
- Люди боятся жить в замке, хозяйка которого утратила силу. Они считают, что там поселилось
зло. Они ушли на следующий же день после того, как случилась беда.
- Ясно.
Я помолчал, соображая, как можно помочь Кешт. На первый взгляд, все возможности были уже
исчерпаны. И все же...
- Скажи, Ари, как ты объясняешься с Кештиорой?
- Знаками, - спокойно ответила девушка.
Словно в подтверждение ее слов, кошка поднялась, отряхнулась, подошла ко мне и, задрав
мордочку, коротко, но очень требовательно мяукнула. Я вопросительно посмотрел на Ари.
- Она хочет, чтобы мы следовали за ней, - сказала девушка.
Что ж, я не особенно сомневался, что рыжая волшебница знает, что нужно делать. Вот только
сумеет ли она объяснить это нам?
Кошка быстро бежала по пустым коридорам замка. Мы с Ари едва поспевали за ней. Поворот,
лестница вниз, дверь, еще поворот, короткая анфилада комнат, лестница вверх. Перед последней
дверью кошка остановилась, словно в нерешительности, и уселась, обернув лапки пушистым хвостом.
- Дверь в ее личную мастерскую, - пояснила мне Ари. - Закрыта заклятием. Нам не войти.
Я критически осмотрел преграду.
- Пожалуй, я смогу ее выломать. Надеюсь, ты не обидишься, Кешт?
Кошка фыркнула и мотнула головой.
- Не выломаешь ее, - Ари вздохнула. - Магия не позволит. Тут в двери окошко есть, и я,
скорее всего, сумею его открыть, да только, кроме госпожи Кештиоры туда никто не пролезет.
Кошка утвердит
...Поділитися у соцмережах
