Жанр: Фантастика
Подземная канцелярия
...ромких сенсаций забирались в такие дебри, куда
сыны Ватикана и не мыслили проникнуть, и, хотя около девяноста пяти процентов
опубликованной информации было полнейшей чушью, граничащей с ересью, пять
процентов представляли серьезный интерес.
Александр хорошо помнил тот случай, когда выследить вампира им помогла
коротенькая, в четыре строки всего, заметка в "Скандалах". Человек непосвященный вряд
ли бы обратил на нее внимание, но... Умение читать между строк и делать правильные
выводы из прочитанного так же важно для охотника, как хорошая реакция и физическая
сила.
Александру только однажды довелось иметь дело с истинным вампиром, да и тот был
ребенком восьми или девяти лет от роду. После той схватки еще несколько лет он
просыпался в холодном поту, и вовсе не потому, что военному претило убивать детей.
Мальчишка не был ребенком, он был носителем Зла, заключенного в детское тело.
Александр помнил летающие стулья, пикирующие из-под потолка ножи и демонический
смех, вырывающийся из детской глотки. Они потеряли тогда троих, и только вера отца
Доминика спасла отряд. Александр не представлял себе, как можно справиться с таким
же, но взрослым, обладающим веками, а возможно, и тысячелетиями опыта. Форменное
безумие. Из всей команды охотников только отец Доминик имел опыт схватки с
истинным вампиром.
Александр верил, что их дело правое, но, будучи человеком взрослым, умудренным
реальным боевым опытом, слишком часто он видел крушения правых дел.
Внезапно его ухо уловило что-то интересное из доносящегося из динамиков шума.
- Дежурный - тридцать четвертой машине, - сказал хриплый голос, а потом повторил
это сообщение, как принято делать у всех спецслужб, имеющих дело со списанной и
устаревшей радиотехникой. - Стрельба в центре города, стрельба в центре города, надо бы
проверить. Далее следовал адрес.
Очередная разборка, мрачно подумал Александр, но более ничего интересного в эфире
не происходило, и он решил послушать. У него было собственное отношение к типам,
устраивавшим подобное в центре города, да и не только в центре, и, предоставь ему
полную свободу действий, потенциальных претендентов на кол было бы куда больше. Но
Ватикан уличной преступностью не занимался, а как работает МВД, Александр знал
слишком хорошо. Менты только и способны, что подъехать на место происшествия после
того, как отгремит последний выстрел, и сосчитать трупы. Такое впечатление, что
милиция вообще не принимает участия в этой игре, а только ведет счет. Один
люберецкий, трое солнцевских, двое Измайловских, и так далее...
Минут через десять, когда патрульная машина прибыла на место происшествия, стало
интереснее.
- Дежурный, тридцать четвертый говорит, - услышал Александр. - Реально, тут
непонятно чего-то...
- Стрельба была?
- Стрельба-то была, - неуверенно ответил голос. - И одного вроде бы даже
подстрелили... Но он ушел.
- Куда ушел?
- А я знаю? Сел в машину и уехал.
- Подробнее можешь?
- Куда подробнее? Шел человек по улице, машина подъехала, пару пуль всадили, того
аж в витрину магазина бросило, я с хозяйкой разговаривал... А он поднялся, осколки с
себя стряхнул, за витрину расплатился, будто он ее не башкой своей пробивал, а кирпичом
бросил, сел в свою тачку и уехал...
- Номера машины, конечно, никто не записал?
- Почему не записал? Нашлось кому записать... Константин два-четыре-восемь, а
дальше то ли АР, то ли УП, хрен разберет. Но машина приметная, черное спорт-купе.
Надо бы пробить ее через ДПС...
- А толку что? Не он же стрелял.
- Может знать кто. В конце концов, в него же палили.
- Так он тебе и сказал.
- В отделение заберем - скажет.
- И что ты ему предъявишь? Попытка жертвы преступления скрыться с места
преступления? Он тебе сразу пятерых адвокатов приведет, братвы не знаешь, что ли?
- А что делать-то?
- Ничего не делай. Жертв нет, ущерб, как я понял, возмещен, претензий ни у кого нету.
Еще одного "глухаря" на отдел повесить хочешь?
- Не хочу.
- Так и не вешай. Все, отбой.
Мысль пробить номер машины по каналам ДПС Александру показалась здравой.
Жалко только, что высказавшие ее менты сами не захотели довести ее до логического
конца.
Александр включил компьютер и вошел в Сеть. Армейский товарищ, с которым они
вместе оттрубили полгода в Аргунском ущелье, теперь работал программистом в какой-то
коммерческой структуре, а на досуге занимался обычным хакерством и снабдил бывшего
сослуживца хитрыми паролями для доступа в базы данных правоохранительных органов.
Данных для поиска было достаточно. Черное спортивное купе, и три цифры из номера. Не
так уж много в Москве спортивных машин. Учитывая состояние местных дорог, народ,
имеющий достаточно денег для покупки дорогой иномарки, отдает предпочтение
джипам.
Он уже вошел в базу данных ДПС и запустил программу поиска, когда его посетила
другая здравая мысль: а на фига? Обычная бандитская разборка, парень был в
бронежилете, шум ему поднимать не с руки, вот он за витрину расплатился и свалил побыстрому.
Если человеку не страшны пули, это еще не значит, что он вампир.
Проверить все-таки стоило.
К удивлению Александра, спортивных купе в Москве оказалось предостаточно, но
черный цвет и соответствующие цифры принадлежали только одному. "Мицубиси 3000
Турбо", 99-го года выпуска, владелец Стеклов Михаил Геннадьевич, семидесятого года
рождения, проживающий по такому-то адресу". Александр пробил Стеклова по базам
данных МВД и ФСБ. Ничего. Либо у парня все в порядке с законом, либо он классно
шифруется. Гм... но если бы он был братаном, в милиции на него должно было быть хоть
что-то...
В телефонной книге Москвы Стекловых было несколько сотен, из них около
пятидесяти были Михаилами, и около десятка - Геннадьевичами. Зато справочник по
коммерческим организациям оказался куда более полезен.
Предприниматель Стеклов, владелец антикварного магазина "XVIII век". Антиквар?
Не очень-то вяжется с портретом парня, в которого палят на улицах. Хотя сейчас в кого
только не палят...
Антиквар. Хорошее занятие для долгоживущего. И машина черного цвета... Разумом
Александр понимал, что это даже не косвенные улики, и любой адвокат, да что там
адвокат, любой мало-мальски мыслящий человек поднимет его на смех, заяви он на их
основании, что Стеклов - вампир. Но все же - Александр чувствовал - что-то с этим
Стекловым нечисто. Может, надо поговорить с отцом Домиником...
Волк
События стали развиваться слишком быстро. Киллеры, ожидающие тебя у подъезда
собственного дома, стрельба на улицах, странные посетители, слишком своевременные
предупреждения... Или я чего-то не понимаю, или судьба, бывшая ко мне благосклонной
так долго, решила одним махом рассчитаться за все время моего везения. Хотя назвать
всю свою жизнь везением я бы не решился. Скорее рядом точно рассчитанных и хорошо
продуманных действий. Как говорится, удача - шанс лишь для подготовленного человека.
Наплевав на ограничения скорости, я выжимал из своей малютки все, что позволяла
дорога и довольно плотный поток машин, так что если кто-то и должен был перехватить
меня у подъезда, ему это не удалось. Ставить машину на стоянку я не стал, бросил прямо
перед подъездом, и молнией взлетел на свой этаж. Думаю, что, если бы дело было ночью,
я наплевал бы на машину и мчался домой в образе нетопыря, но день налагает на наше
племя кое-какие ограничения, с которыми не поспоришь.
Ольга спала. Спала так крепко, что не проснулась, пока я поворачивал ключ в двери и
доставал кое-какие безделушки, которые в опасные периоды своей жизни предпочитаю
иметь при себе. Ну и что удивительного? - скажете вы. Спит и спит. Мало ли кто как
спит?
Но Ольга всегда спит чрезвычайно чутко. Наверное, отпечаток профессии, да и время,
проведенное со мной, тоже способствует быстрому пробуждению.
Я не стал дарить ей романтического поцелуя, что она в такой ситуации могла бы
расценить не совсем адекватно, и просто потрогал за плечо.
- Что? - спросила она, мгновенно просыпаясь.
- Проблемы, - сказал я. - Ничего страшного, но на какое-то время с квартиры надо
съехать.
Она поняла. Что мне нравится в этой женщине, это ее способность быстро принимать
решения в кризисных ситуациях. Другая на ее месте задала бы сотню вопросов или не дай
бог забилась бы в истерике, а она молча начала собирать свои веши. И не всякие тряпки, а
то, что ей действительно необходимо. Запас белья, видеокамеру, ноутбук.
Профессиональные атрибуты.
...- Эдик, мы подъехали, а он уже здесь. Когти рвать намылился, не иначе. Тебя ждать
или самим валить?
- Ждите, я буду минут через десять.
- А если не успеешь?
- Успею, Гнутый. Вы где встали? Вас из окна не видно?
- Будь спок, мы за углом, углядеть не должен.
- Не облажайтесь снова, ладно?
- Да ты чё, Эдик? За лохов держишь, да?..
Деньги! Черт побери. Так привык с оседлой жизни, что даже не подумал о них. Ведь в
ближайшее время нельзя показываться ни в моей квартире, ни в Ольгиной, ни в магазине,
ни у знакомых. А есть чего-то надо? Не мне так моей подруге.
Отодвинуть диван, сорвать со стены ковер, по ходу ловя на себе изумленные взгляды
Ольги, обнажить не оклеенный обоями участок стены с вмурованным в полуметре от пола
сейфом. Тридцать секунд на то, чтобы вспомнить шифр, еще десять на то, чтобы его
ввести. Доллары, универсальная валюта, здесь ее несколько пачек, по карманам не
рассуешь. Еще пара минут на поиски тары...
... - Пацан! Да, ты, ты... Хочешь стольник заработать? Конечно же хочешь. Вон машина
моего друга стоит, черная такая... Крутая? Да, крутая. Возьми вот ножичек и спусти ему
одно колесо, хорошо? Шутка такая. Да ладно, я ему сам помогу запаску поставить. Сто
пятьдесят? Гнутый, ты слышал, а? Ладно, бери сто пятьдесят, только быстро. Друг мой
вот-вот спустится...
Баксами я набил запасной футляр от Ольгиной видеокамеры. Остальные шмотки
уложились в спортивную сумку с эмблемой "Найк". Немного подумав, я снял пиджак и
надел под него две кобуры. Как говорится, кто с мечом к нам придет, от того и... Оценив
мою подготовку, Ольга без размышлений взяла сумку себе, чтобы оставить мои руки
свободными. Я поправил темные очки, и мы пошли.
На лестничной клетке нас не ждали. На соседних пролетах тоже никого не было,
дыхания, кряхтения, шелеста одежды, щелчков передергиваемых затворов и спускаемых
предохранителей я не услышал. Пользоваться в такой ситуации лифтом было бы
вопиющей глупостью, и мы двинулись по лестнице: я с пистолетами впереди, Ольга с
сумками сзади.
Вестибюль тоже сюрпризов не преподнес. Я кивнул портье, убирая руку из-под полы
пиджака, и направился к вращающимся стеклянным дверям.
Машина стояла на прежнем месте, и с ней вроде бы все было в порядке. Только вот
заднее колесо спустило, черт бы его побрал. Полагаясь на механических помощников,
будь готов, что они подведут тебя в самый неподходящий момент - или как там в законе
Мерфи? Я махнул Ольге рукой, чтобы она оставалась в вестибюле под призрачной
защитой охранника, а сам открыл багажник и достал домкрат.
... -Эдик, он вышел!
Я подъезжаю, еще минуту!
Лады, ждем...
Баллонный ключ куда-то запропастился. Я уж и не помню, когда в последний раз сам
менял колеса. По-моему, на этой машине еще ни разу, но ключ-то все равно должен быть.
Я установил домкрат и приподнял кузов, чтобы колесо на пару сантиметров оторвалось
от асфальта. Подразумевается, что срывать болты удобнее на неподдомкраченной
машине, но для вампиров разницы нет никакой. Одной рукой придерживаешь от
проворачивания колесо, другой - ключ. Не будь вокруг столько свидетелей, можно было
бы обойтись вообще без домкрата.
Днем телепатические способности вампиров не столь хороши, как ночью, но
направленные эманации уловить все же способны. А если несколько человек думают об
одном и том же...
Я почувствовал опасность, источник которой был вне моего поля зрения. Если бы к
шестому чувству добавить еще и локатор, а лучше видеокамеру...
На парковку у здания величественно вплыл серебристый "линкольн" с непрозрачными
стеклами. Появление этой машины послужило сигналом к атаке.
Из-за угла здания появилась морда уже знакомой иномарки, повернутой ко мне правой
стороной, ее окна были открыты, из них торчали черные вороненые стволы.
Когда стволы начали изрыгать огонь, я уже был в воздухе, перелетая через крышу
собственного автомобиля. Когда первая пуля разбила заднее стекло "мицубиси", я уже
лежал на асфальте. Когда осколки битого стекла достигли земли, я открыл ответный
огонь.
Я человек старомодный, холодное оружие мне больше по вкусу. Шпага - вот оружие
джентльмена и оружие профессионала, если ты мастерски владеешь шпагой, то можешь
обороняться от неограниченного числа врагов, вооруженных тем же оружием. Пуля же,
как известно, глупа, и зачастую исход поединка решает один досадный промах или
рикошет. Однако, когда в тебя палят из нескольких стволов, принимать сиксте и
салютовать противнику не слишком разумно.
Стреляю я неплохо, хотя и гораздо хуже, чем фехтую. Первым выстрелом я угодил в
дверцу машины, вторым, взяв чуть выше, вырубил стрелка на переднем сиденье. Кровь
фонтаном хлынула из перебитой шеи, и парень завалился вперед.
Водила надавил на газ, машина дернулась вперед метра на три, уходя из зоны обстрела,
и следующие очереди обрушились на мой несчастный автомобиль уже сбоку. Осколками
стекла мне порезало щеку, а одной шальной пулей (помните, что я говорил?!) зацепило
плечо. Болезненно, но не смертельно. Единственное, что меня беспокоило, это чтобы
Ольга не вздумала высунуться из безопасного вестибюля и подставиться под огонь.
Когда бандиты закончили пальбу, точнее, сделали перерыв на предмет перезарядить
оружие, я аккуратно, чтобы не схлопотать очередной пули, высунул голову над капотом.
Машина со стрелками стояла метрах в пятнадцати от меня и уезжать явно не собиралась.
"Линкольн" все еще находился на парковке, только теперь он был повернут ко мне
багажником, водительская дверца открыта, а на залитом солнцем асфальте стоял высокий
и коротко стриженный молодой человек с одноразовым гранатометом "муха" в руках.
Вовремя я на него посмотрел.
Вампиры очень быстры ночью. Возможно, более быстры, чем даже выпущенная из
"мухи" граната, но точно сказать не могу, до сегодняшнего дня удовольствия бегать с ней
наперегонки я не имел. Днем наша скорость падает и, хоть она и превосходит скорость
обычного человека, с гранатометом ей все же не сравниться. Поэтому часть пути я
пробежал по собственной воле, остальную часть меня пронесло взрывной волной,
пронесло и впечатало в стену здания на скорости курьерского локомотива. Моя машина
вспухла огненным бутоном взрыва, бутон набух, распустился и осыпался на землю
дождем металлических, стеклянных и пластиковых осколков. Кусок переднего крыла
вонзился в стену в нескольких сантиметрах от моей ноги.
Я позволил телу медленно сползти на землю и остался лежать на земле, постаравшись
придать своему лицу как можно более трупное выражение. Мне казалось, что выстрелом
из гранатомета ребята могли бы и утешиться, посчитав вечеринку законченной.
Но не прошло.
На этот раз парни настроены были серьезно, очевидно, третьего промаха они себе
позволить уже не могли. Я услышал, как хлопнула дверца машины и по асфальту ко мне
начали приближаться шаги. Пистолет я выронил во время своего импровизированного
полета.
Но второй ствол остался со мной, вот только вытащить его, не шевелясь и изображая
труп, не так-то просто. С другой стороны, кто знает, сколько времени займет регенерация
после прямого попадания гранаты. Для того чтобы остаться в живых, хоть фраза эта и
странно звучит в устах нежити, мне предстояло заплатить болью.
Едва приближающийся ко мне для контрольного выстрела киллер заметил мое
шевеление, он начал садить в меня одну пулю за другой. Судя по ощущениям, пули были
со смещенным центром тяжести, они буквально сверлили дырки в моем теле и гуляли по
внутренностям, причиняя адскую боль. В глазах уже начало темнеть, в голове распускался
красный шар боли, затопляя все свободное пространство. Когда он заполнит череп до
конца, я потеряю сознание. А вместе с сознанием я могу потерять и жизнь.
Третьей пулей он пробил мне легкое, и изо рта хлынула кровь. Но к этой секунде
магнум уже был в моей руке, и старая добрая пуля сорок пятого калибра, консервативная,
лишенная всяких новомодных выкрутасов, интересных только дилетантам, вышибла мозги
парня на горячий асфальт.
И как вы думаете, остановило это остальных? Черта с два.
Парень из "линкольна" слазил в багажник и вытащил второй гранатомет. Как он с
таким арсеналом по городу ездит?
Прыгать и бегать я уже более был не в состоянии. Организм не успевал регенерировать,
кровь из рассеченного лба заливала глаза, мешая целиться. Пистолет прыгал в руке, как
живой, хотя на самом деле это дрожала сама рука. Похоже, вот и конец вам, славный дон
из солнечной Кастилии. Не улыбалось мне закончить жизнь в чужой стране, не увидев
напоследок голубого неба своей родины.
Да и вообще заканчивать жизнь мне не хотелось вне зависимости от места, где это
могло произойти. Суицидальными устремлениями я никогда не страдал, жить мне
нравилось. А парень с гранатометом не нравился.
Он уже разложил свое оружие и наводил его на меня. Я выстрелил почти не целясь.
Пуля царапнула асфальт в метре от ботинка боевика. За планкой прицела я видел
улыбающееся, довольное лицо. Парень получал удовольствие от своей работы.
Я подумал, что если бы эта сцена происходила в кино и я был бы главным
положительным персонажем, парня сняли бы вовремя подъехавшие полицейские или, в
еще более душещипательном варианте, Ольга, появившаяся в дверях и сжимающая
пистолет обеими руками. Но милиция приезжает гораздо позже, пистолета у Ольги нет,
зато у нее есть мозги, чтобьг не лезть под пули, не умея стрелять, да и я - далеко не самый
положительный персонаж.
Так что в этой ситуации мне оставалось только одно - умереть, доказывая своей
гибелью, что вампира можно убить и обычным, не заговоренным и не мистическим
оружием, главное, чтобы того оружия было побольше. Миф о нашей неуязвимости
родился гораздо раньше, в эпоху шпаг и кремневых пистолетов, когда между выстрелами
возникала почти минутная пауза, за которую организм успевал регенерировать.
Иммунитета к автоматическому оружию у вампиров нет, и приобрести его нам уже не
успеть.
Один мой знакомый соплеменник во время Гражданской войны (не российской,
американской) схлопотал динамитную шашку в свой окоп. То, что от него осталось,
боевые товарищи собрали и похоронили в общей могиле. Регенерация заняла сто двадцать
два года, и я могу вас уверить, что ничего приятного за это время он не испытал. По мне,
так лучше оставаться мертвым. Сейчас парень напоминает инвалида, ветерана и
прокаженного в одном лице. Зрелище жалкое.
В последние, как я тогда полагал, секунды моей жизни во мне вдруг заговорила
гордость. Я, сын славного дворянского рода, прошедший через четыре войны,
участвовавший в доброй сотне дуэлей во времена их расцвета и запрета, побывавший не в
одном десятке подобных заварушек, буду убит какими-то отмороженными киллерами по
причине, мне самому непонятной? Ну и что с того, что я недооценил угрозу и киллеры
оказались чересчур настойчивыми в своем желании изжить меня с этого света?
В последний миг я собрал в комок всю свою боль и швырнул в парня с гранатометом.
Тот пошатнулся, нажимая на спусковой крючок, и граната ушла в сторону, превратив в
груду металлолома еще один, уже не мой, автомобиль.
Я провел дыхательное упражнение, отстраняясь от боли и прочищая голову. Боль
никуда не делась, она просто отступила на второй план, и на время о ней можно было
забыть. О чем нельзя было забывать, так это об оставшихся пассажирах первой машины и
о парне с разряженным гранатометом. Возможно, у него есть и третий.
Пошатываясь, я встал на ноги, тут и проявились оставшиеся два стрелка. Они
вынырнули из-за клубов дыма, вырывавшихся из останков моей "мицубиси", и оказались
со мной лицом к лицу. Не знаю, как я выглядел, но зрелище их впечатлило.
- Мать... - вспомнил детство один из них. Может, он хотел сказать и еще что-то, только
я и мой пистолет не дали ему такой возможности.
Второй развернулся и бросился бежать. Я отшвырнул пистолет в сторону - совсем не
потому, что не люблю стрелять в спину, на его счет у меня были свои планы.
Вложив остатки сил в прыжок, я навалился на беглеца и повалил на асфальт. Он
пытался сопротивляться, но я свернул ему шею и припал зубами к сонной артерии.
Лучший способ восстановить жизненные силы - это набраться их у кого-то еще.
Его теплая кровь ласкала мои внутренности, огонь боли затихал, а ярость разгоралась
все сильнее. Да что они о себе возомнили, эти людишки? Решили поиграть в игры с
бессмертными? В этих играх им отводится только одна роль - роль проигравших...
Когда я оторвался от трупа, прочувствовавший ситуацию парень из "линкольна" уже
впрыгнул на водительское сиденье и пытался дать газ. В два прыжка я настиг машину,
рванул на себя дверцу и выволок стрелка на асфальт.
- Что же ты творишь? - укоризненно спросил я и ударом кулака погрузил парня в
глубокий сон.
Потом взвалил тело на плечо, пошарил правой рукой под щитком приборов,
вытаскивая из замка зажигания ключи, и отправил парня досыпать в роскошный
вместительный багажник американского монстра.
Оставалось только два дела. Уже не шатаясь, я вернулся к догорающим останкам своей
машины и вошел в пламя. Одежда сразу же занялась, но я уже не обращал- внимания на
подобные мелочи. Меня интересовал мой меч.
Ящик покоробился и местами обгорел, но меч, хоть и был весь в копоти, оставался
целым. Я вытащил его, обжигая ладонь и обдавая ноздри запахом паленого мяса, которое
было моим собственным, и в таком виде, в окровавленных и тлеющих лохмотьях, с лицом,
запачканным чужой кровью, и с длинным мечом в руке, вошел в вестибюль здания, в
котором прожил последние десять лет. Портье прятался где-то за стойкой, какая-то
старушка, не помню с какого этажа, взвизгнула и принялась истово креститься. Но самое
главное, что я успел заметить, - Ольги в помещении не было.
Псы
Когда Александр с Женей вернулись в штаб-квартиру команды отца Доминика, вид у
них был усталый. Только Александр выглядел усталым и довольным, а Евгений - усталым
и непонимающим.
Александр снял куртку, повесив ее на спинку своего стула, сверху бросил обе кобуры,
уселся, закурил сигарету и расслабился. Команда во главе с отцом Домиником
выжидающе смотрела на него. Но ни словом, ни жестом никто не поторопил Александра,
предоставляя ему возможность собраться с мыслями и начать рассказ так, как он сочтет
нужным.
Когда сигарета была выкурена наполовину, Александр потянулся, да так, что кости
хрустнули, стряхнул пепел на пол и сообщил:
- Наш клиент.
Потом он рассказал все по порядку, начиная с того момента, как случайно подслушал
переговоры между дежурным по отделению и патрульной машиной и его заинтересовало
сообщение о перестрелке в центре города.
Внутренние правила группы запрещали выходить из штаб-квартиры в одиночку,
предписывая передвижение только парами. Александр поставил команду в известность о
своем маршруте, захватил с собой Евгения, так как не считал предстоящее занятие
особенно опасным, и отбыл. Он не знал, что отправляется на место недавнего побоища,
предполагая только посмотреть, где и как живет подозреваемый в вампиризме Стеклов, и
попытаться побеседовать с ним под каким-нибудь благовидным предлогом. Александр
знал, что телепатические способности вампиров днем практически не работают, и
научился ставить ментальные щиты, отгораживая в собственной голове мысли, которые
могли его выдать. В темное время суток его бы это не спасло, но в темное время суток на
такую прогулку он захватил бы не одного Евгения, а всю команду в полном боевом
оснащении.
У дома, где обитал предполагаемый вампир, было не протолкнуться от толпы народа, в
которую входили представители "скорой помощи", пожарной службы и службы спасения,
милицейские чины всех мастей и полный набор зевак, любопытствующих, местных
алкоголиков, старушек, мамочек с детьми и прочего люда, которому нечем занять себя в
рабочее время. Стоянка для машин носила личину поля боя. К прибытию Александра
трупы еще не успели убрать, и они, окруженные лужами крови, лежали на асфальте в тех
позах, в коих настигла их смерть; догорали останки двух автомобилей, третий был цел, но
на пассажирском сиденье развалился труп. Пространство вокруг стоянки было засыпано
стреляными гильзами, опытный глаз Александра сразу же заметил в стороне два
использованных одноразовых гранатомета. Александр знал, что живет в безумное время,
но чтобы средь бела дня в спальном районе палили из гранатометов... Это для него было в
новинку.
В такой ситуации узнать, что же тут произошло, достаточно просто, если знать, кого и
как спрашивать. Александр выцепил из толпы старушку, делившуюся впечатлениями с
соседкой, продемонстрировал ей липовое, но сделанное на таком уровне, что мало кто
смог бы отличить его от настоящего, удостоверение сотрудника ФСБ и попросил ответить
на пару вопросов. Раньше КГБ выступал под прикрытием церкви, теперь же церковь
воспользовалась потомком всемогущего комитета в своих целях, так что счет Александр
считал равным.
- Так вот, - сказал Александр. - У Клавдии Ивановны окна выходят во двор, и в тот
момент, когда началась заварушка, она высматривала свою внучку, которая должна была
вернуться из магазина, так что видела она все от начала и до конца.
Собственные мысли о благоразумии Клавдии Ивановны, при первых же выстрелах не
залегшей на пол и не вызвавшей милицию, Александр опустил. Пенсионерка явно никогда
не слышала о шальных пулях и рикошетах. Порой Александра удивляло, как при таком
небрежном отношении к собственной жизни старушки умудряются дожить до столь
преклонного возраста.
- Наш парень, Стеклов, вышел из подъезда и заметил, что у него спущено колесо. Он
полез в бага
...Поділитися у соцмережах
