Жанр: Фантастика
Клинок ворона
...о края. Попыталась завернуться в куртку, но этого явно не хватало - мех отсырел, и
его прикосновения были еще более омерзительны, чем просто холодный воздух - с таким же
успехом можно было попробовать согреться в проруби.
Пришлось вставать. Тело ломило нещадно, будто я накануне разгрузила четыре состава с
дровами, затем напилась до состояния разгруженных дров и вдобавок пробежала марафонскую
дистанцию.
В комнате было темно и неуютно, еле мерцающие угли в камине только подчеркивали
это. Стуча зубами от холода, я на четвереньках подползла к очагу - разогнуться затекшая
спина отказывалась. Здесь было чуть теплее. Пошуршав рядом с камином, я обнаружила
сложенные в углу дрова и вскоре уже с довольной физиономией отогревала замерзшие руки и
сушила куртку. После того, как первичные потребности были удовлетворены, пришла очередь
вторичных - есть хотелось, как хомячку, на неделю забытому хозяевами. Добравшись до
своего рюкзачка, я вытащила незаменимый пакет с бутербродами и, чувствуя себя жуткой
жадиной, слопала сразу три штуки.
Угощать было некого - оборотни, сбившись в кучу, спали на полу, ольт дремал рядом.
Покалеченный моим неудачным приземлением сэт, укутанный во все, что могло найтись
теплого в комнате, лежал в углу. Выглядел он плохо, и без того бледное лицо приняло
синеватый оттенок, а уголки губ почернели. Второй сэт, свернувшись клубком, тихо посапывал
неподалеку.
"Дети подземелья. Акт первый, картина восьмая", - невесело подумала я и передвинула
поленья в очаге - дрова отсырели и горели неохотно, все больше дымя. От шороха один из
сэтов проснулся. Молча осмотрелся по сторонам, стянул с себя куртку, укрыл своего
изувеченного родственника, а сам присоединился к моим бдениям возле камина.
- Ты чего не спишь?
- Холодно. Есть хочешь? - я уже потянулась за свертком с бутербродами, когда
вспомнила слова Медведя. - Прости, у меня только хлеб...
Беловолосый усмехнулся:
- Ничего. Мы можем обходиться без еды месяцами. Правда, сытому все-таки веселее.
- Вы пьете кровь? - забавно, а чем еще может питаться существо, настолько похожее на
классического вампира.
- Да. Когда предоставляется такая возможность. В том месте, где мы жили раньше,
водится мало зверья и оно хорошо умеет маскироваться, так что нам не привыкать к
длительным голодовкам.
- А твой друг...
- Брат.
- Прости. Твой брат, он поправится?
- Навряд ли. Когда мы голодны, кости не хотят срастаться, - сэт говорил спокойно,
словно смирился с неизбежным. - У него сломан позвоночник и обе ноги.
- Но ведь удар не был таким сильным...
- Для человека, оборотня или ольта - да. Мы устроены по-другому.
- Как?
- Тебе действительно интересно знать? - желтые глаза сэта испытующе уставились на
меня.
- Нет. Просто пытаюсь найти способ помочь, - честно призналась я. В голове крутилась
идея, признаться честно, не из самых лучших. - Сколько нужно крови твоему брату и тебе?
Остановиться вовремя сможете?
Сэт удивленно приподнял брови.
- Сабира предлагает...
- Да. При двух условиях. Во-первых: завтра я должна худо-бедно, но передвигаться.
Во-вторых: мне нужно знать, кто такой "предавший" и как его найти. Советую соглашаться
быстро, пока я еще смелая и пока остальные не проснулись.
Сэт бросил на меня еще один испытующий взгляд и кивнул. Радужка его глаз стала еще
ярче, а верхняя губа приподнялась, обнажая острые белые клыки.
- Мы сможем остановиться, когда нужно. С первым пунктом сложностей не будет. А вот
со вторым... Сабире может не понравиться ответ.
- Последнее время мне мало что нравится, - вздохнула я. - Ну, как? Сделку можно
считать действительной?
- Да.
Пальцы сэта железной хваткой сомкнулись на моем запястье, и он буквально поволок
меня в угол, где лежал его брат. Откинув в сторону тряпье, сэт склонился над братом, и стал
что-то быстро шептать ему на ухо. Судя по тому, что веки вампира чуть дрогнули, он
находился в сознании.
- Сабире будет немного больно.
- Да уж ясно, что не щекотно. Как лучше - рука или шея?
- Сгиб локтя, - после секундного раздумья сказал сэт.
Это действительно было больно. Хоть клыки нелюдей и были довольно тонкими, ранки
они оставили нешуточные. Никакого "блаженства, разливающегося по телу", которое так
любят описывать авторы бульварных романов о вампирах, не было и в помине. Больше всего
это напоминало действия неумелой практикантки-медсестры, которая шарит шприцем у вас под
кожей, стараясь найти вену.
Пока первый сэт жадно глотал кровь, второй осторожно придерживал его за плечи.
- Вас хоть как звать? А то как-то нехорошо выходит - мою кровь пьют незнакомцы, -
генератор шуток внутри выдал сбой.
- Дэв, - сжато представился сэт.
- Суод, - хрипло проговорил его брат, вытаскивая из меня клыки и откидываясь
обратно на солому.
Дэв в предвкушении облизал тонкие губы и замотал рану какой-то тряпицей:
- Сабире лучше закатать второй рукав - если я буду пить с той же руки...
- То она не заживет до конца дней, - покорно продолжила я, послушно подставила
другую руку и поморщилась, когда клыки пропороли кожу.
Тем временем с Суодом происходили метаморфозы: дыхание выравнивалось, лицо прямо
на глазах теряло синюшный оттенок и становилось белым, пропала ненормальная худоба.
Сытый вампир оказался существом привлекательным и по-своему красивым.
Я смотрела на него и чувствовала, как мои веки постепенно наливаются свинцом, а в
голове все плывет.
- Дэв, - вяло позвала я.
- Уже все, сейчас я перебинтую и...
- Рехнулась?!
Разъяренный рык Айса выкинул меня из оцепенения. В тот же миг на меня кинулось
что-то лохматoe - я даже не успела закрыться руками, как уже оказалась вмята в дурно
пахнущую солому здоровенной тушей волка. Сэт каким-то образом ухитрился уклониться в
сторону и теперь с удивлением смотрел на скалящего зубы оборотня.
- Айс! Тьфу ты, - рот оказался напрочь забит густой шерстью. - Айс, собака страшная,
а ну слезь с меня! - я уперлась волку в грудь, пытаясь спихнуть с себя эту тушу. Не тут-то
было - оборотень весил, по меньшей мере, тонну. - Чего ты разорался? Все в порядке!
- Сабира заключила сделку, - подал голос сэт. Кажется, его эта ситуация насмешила.
- Какую сделку?! - Айс по-прежнему восседал на мне, но теперь уже в человеческом
обличье.
- Рассказ в обмен на кровь. У меня ее много, могу себе позволить поделиться с теми,
кому не хватает гемоглобина! Дэв сказал, что знает, когда нужно остановиться. Слезешь ты с
меня сегодня или нет?!
Оборотень, глухо рыкнув, встал.
- И ты поверила?! Ты поверила на слово сэту?!
- Какого камня тут происходит? - из кучи шкур вырылся очень недовольный и
заспанный ольт. - Вы чего орете, как оглашенные?
- Я не ору, это все он, - наябедничала я, указывая пальцем на взбешенного оборотня.
- Она их накормила! - Айс не остался в долгу и тоже ткнул в меня пальцем.
- Кого? - зеленые глаза Рыси в полутьме сверкнули изумрудами. Рядом с ним тяжело
заворочался Медведь.
- Сэтов! - рявкнул Айс. - Они, видите ли, "знают, когда остановиться". Ты вообще
соображаешь, что делаешь?! Если бы я не проснулся, наутро замок Роз скорбел бы по
безвременно ушедшей сабире.
- Если бы ты не проснулся, я бы сейчас уже спокойно спала и видела бы во сне
очередной эпизод вашей славной истории! - терпеть не могу, когда на меня кричат. Тут же
начинаю выходить из себя. - Дэв мне уже руку бинтовал, когда ты на меня напрыгнул! И
вообще, чего тебя так взволновало мое здоровье? Влюбился, что ли? - хитро поинтересовалась
я.
От такой наглости Айс растерял последние остатки самообладания и человеческой речи.
Следующие пять минут он только рычал и фыркал.
- Да успокойся ты, серый, - сэт все это время скромно стоял в уголке и в скандал не
вмешивался. - Неужели думаешь, что у нас мозгов нет?
- То, что у вас их нет - это точно, - согласился Рысь. - Вопрос только, до какой
степени? Ты и твой полоумный братец соображаете, что последовало бы за ее смертью?
Сжигание на костре - не очень приятная процедура, и я к ней еще не готов.
В ответ сэт оскалился и коротко буркнул на незнакомом мне наречии. От этого Рысь
взбесился и был уже готов кинуться на вампира, но его удержал за ворот Медведь.
- Тихо, - ольт, имени которого я до сих пор не знала, попытался успокоить всю эту
оруще-рычащую братию, но его голос просто потонул в хоре обвиняющих выкриков.
Я была уже забыта. Теперь оборотни припоминали сэту какие-то старые прегрешения, тот
улыбался и отвечал тем же. Скандал планомерно перерастал в базарную склоку: Рысь
мимоходом высказался о предках Медведя, и тот добавил свой рокочущий бас в общую кашу.
- Так вот почему Ворон проиграл войну! Где уж тут выиграть, когда отряд отряду в
глотку готов вцепиться из-за любой мелочи, - тихо сказала я. Как ни странно, но меня
услышали. Ор прекратился сам собой, в комнате повисла недобрая тишина, в любой момент
готовая рвануть, как пороховой склад. - Дэв, ты задолжал мне рассказ.
Сэт откинул назад спутанные волосы, осторожно снял с руки шину и сделал пару резких
движений:
- Пусть волк расскажет. Ему лучше знать собственную историю.
- Ты о чем? - Айс подозрительно нахмурился.
- Сабира пообещала мне свою кровь в обмен на рассказ о том, где найти Предавшего, -
хмыкнул Дэв.
- Найти? Но это же невозможно, - Рысь удивленно переводил взгляд с меня на Айса,
потом Дэва и обратно на меня. - Он же подох, лёд знает, сколько лет назад!
- Зачем тебе это? - холодно спросил Айс.
- Меня попросили, - совсем не хотелось рассказывать про статую и голоса. И так все
принимают за умалишенную, а после таких историй и вовсе подарят обновку в виде рубашки с
длинными рукавами.
- Кто?
- Неважно.
- Кто?! - терпение Айса лопнуло, как мыльный пузырь, и он снова сорвался на рык.
- Дэв, ты задолжал мне историю, - невозмутимо повторила я. - Или оборотни правы, и
сэтам не стоит верить на слово?
Айс в бешенстве схватил куртку и пулей вылетел из комнаты, хлопнув дверью так, что
она отвалилась. Медведь неодобрительно покосился в мою сторону и вышел вслед за ним. Ольт
и Рысь, переглянувшись, последовали его примеру.
Дэв скептически пожал плечами и уселся около брата, который все это время спокойно
спал - его не смогли разбудить ни крики, ни гам, царящий вокруг.
- История известная и старая, как мир. Ворон проиграл не потому, что уступал в военной
силе - его банально предали. Такое случается вокруг да около, но... - вампир попробовал на
остроту собственный клык и продолжил. - У Ворона были хорошие командиры. Доверял он
им безоговорочно, как некоторые доверяют своим рукам. Во время одной из кратких стоянок он
отослал одного из них к таирам - две армии шли на соединение перед решающей битвой.
Обратно гонец так и не вернулся. Через некоторое время стало известно, что он перешел на
сторону сабиров и сдал им месторасположение таирских частей. Большого вреда это не
принесло - полки успели уйти из-под удара... Но с самим Вороном стали твориться
непонятные вещи: он зачем-то увел армию на запад, к Аметистовым горам, приказал разбить
лагерь и ждать таиров. А сам, с небольшим отрядом, ускакал на север, где устроил осаду
укрепленному форту сабиров. С военной точки зрения это было грубейшей ошибкой. Овчинка
не стоила такой выделки - позиция не была столь важна для дальнейших действий. Дар
Ворона к тому моменту так возрос, что ему не было нужды все время быть рядом с войском -
сабиры лишались силы, стоило им только перешагнуть рубеж из десяти лиг. Форт оказался
крепким орешком - не знаю уж, кто там засел, но атаки разбивались об него, как волны о
скалы. А потом Ворона убил тот самый командир-предатель. Никто так и не узнал, как ему
удалось миновать посты и часовых. А дальше...
- Армию оттеснили к подножию гор, они пытались сопротивляться. Без Ворона все были
заранее обречены на мучительную смерть. Их играючи перебил небольшой отряд сабиров. Там
земля была бордовой от крови, а они все шли и шли вперед, и умирали. И лес сзади
прозрачный... Сабиры даже не сражались - они просто развлекались. Я видела.
- Как ты могла это видеть?
- Во сне. Прошлой ночью, - я поспешила переменить тему. Видение битвы стояло
перед глазами настолько отчетливо, что к горлу подступала тошнота. - Так значит, тот
командир и есть Предавший?
- Да. Его ненавидели сильнее, чем самих сабиров, ненавидели так, что прокляли весь его
род. Он несколько лет жил среди людей, помогал выслеживать уцелевшие отряды. У него это
здорово получалось... а потом, во время одного из рейдов, его загрызла волчья стая. Сабиры
просто не успели ничего сделать - зверей было слишком много. Они появились словно
ниоткуда. Пока люди сориентировались и пустили в ход силу, Предавшего уже разорвали в
клочки. Я же говорил, что тебя не устроит такая история. Довольно сложно найти того, от кого
остались только обрывки одежды.
- Когда это было?
- Около полутора тысяч лет назад.
- А почему Айс...
- Неужто не догадалась? - усмехнулся сет. - Тот командир был из его рода. За
плечами волка пятнадцать веков позора и проклятия. Кому понравится, когда лишний раз
упоминают об этом?
- А что за проклятие?
- Из его колена никто не доживает до тридцати. Все гибнут - мор, обвалы, раскаленный
металл, нелепые случаи. Ровно за день до своего тридцатого дня рождения. Не знаю, как они
ухитряются не прерывать рода...
Сэт замолк. История была рассказана. Но что-то в ней не давало мне покоя. Ведь статуя
говорила о Предавшем так, словно он был жив и невредим. Как такое возможно? Либо
ошибается каменный ворон, и тогда незачем ломать голову над проблемой, можно свалить все
на игру воображения и стресс от дуэли - мол, мерещится тут всякое, статуи говорящие. Либо
ошибаются все остальные - тогда выходило что-то еще более нереальное. Все-таки полторы
тысячи лет - это не шутка...
- А сколько живут оборотни?
- Не больше шестидесяти. Волчий край - не место для долгожителей.
- А возможно...
Сэт угадывал мои вопросы наперед:
- Нет. Если бы дело касалось одного из моих собратьев, я бы еще подумал, но
оборотни... Нет. Такое невозможно.
- А сколько тебе лет?
- Пятьсот два года, и триста из них я провел в замке Роз. Мы живем очень долго,
достаточно долго для того, чтобы пожалеть об этом. Если, конечно, нас не убивают раньше, -
сэт поднялся с места. - Пойду, позову этих... На дворе не лето, замерзнут еще.
Снова заснуть мне так и не удалось.
Нелюди вернулись незадолго до рассвета, долго перешептывались, стараясь поставить на
место вынесенную с мясом дверь и, в итоге, ничего не добившись, улеглись спать.
А я все думала: о том, что через пару часов мне предстоит беседа с командором, после
которой я могу отправиться прямо на костер; о том, как переживает мама, думая, что меня уже
нет в живых; о том, что даже если я найду способ вырваться из этого мира, то буду четко знать
- оборотень, спасший мою жизнь, умрет ровно за один день до своего тридцатилетия, и с этим
ничего не поделаешь.
Думала, думала, думала, пока не поняла - еще чуть-чуть и моя голова лопнет, как
переспелая тыква. Тогда я строго погрозила себе пальцем и процитировала папины слова о том,
что проблемы нужно решать по мере их поступления. А какой вопрос первый на повестке дня?
Правильно - командор и иже с ним. А врага - что? Снова правильно - следует знать в лицо.
Зря я, что ли, таскаю в рюкзака этот Кодекс? Он, между прочим, тяжелый, как четыре тома
словаря Даля вместе взятые.
Отринув возражения собственного организма, я решительно достала злополучный
фолиант и уселась возле камина, используя колени на манер пюпитра.
Книга была толстой и ветхой - страницы норовили сломаться под руками. Витиеватый
шрифт и необычное начертание букв сбивали с толку. Через первые три абзаца я продиралась,
как лось сквозь терновник. Потом пошло легче - глаза привыкли разбирать при скудном и
неровном освещении завитушки и загогулины, которыми неизвестный писарь ухитрился
снабдить каждую литеру. Иногда приходилось прерываться, чтобы повторить про себя
прочитанное и постараться запомнить по возможности дословно.
Осилив первые несколько страниц, я сделала вывод: сабиры были ненормальной нацией.
Вся их жизнь от рождения и до смерти состояла из одних только правил. Сабир обязан
жениться и зачать ребенка не позднее, чем ему исполнится двадцать шесть. Сабир не может
лгать. Он должен спать головой на юг и владеть тремя любыми видами оружия на выбор.
"Должен, обязан, полагается" - эти слова повторялись через строчку. За малейшее
отступление от законов грозило суровое наказание - вплоть до казни. Например, за
разжигание конфликтов внутри рода с виновного снимали кожу, а за преднамеренное убийство
закапывали живьем в землю. Покушение на чужую собственность каралось усекновением
сначала рук, а затем и головы, а за ложь в любых ее проявлениях заливали в горло раскаленное
серебро. Дойдя до этого пункта, я испуганно икнула и рефлекторно потрогала собственную
шею - после всего того вранья, что я успела выдать на-гора, мне полагалась тройная норма
благородного металла.
Остальная часть фолианта посвящалась законам для обычных людей, а также правилам
для нелюди, которая "крови чужой и место ее рядом с животными, от коих она умом не
отличается".
Пролистав книгу в третий раз подряд, я выработала строгую линию поведения, которой
предстояло придерживаться все время, пока я нахожусь в замке. Она предполагала столько
вранья, что знай об этом составитель Кодекса, он придумал бы отдельную статью с самым
страшным наказанием.
Отложив фолиант в сторону, я забралась на лежанку и почти мгновенно отключилась. Кто
мог подумать, что подробное описание казней так убаюкает? В этот раз местный Морфей
сжалился надо мной - ни одно, даже самое простенькое, сновидении не решилось меня
потревожить.
- Не помню.
- Ваше родовое имя?
- Не помню.
- Как вы очутились на пустошах Волчьего края?
- Не помню.
Игра в пинг-понг продолжалась уже больше четырех часов. Командор делал подачу - я
отбивала. Иногда варианты моих ответов перемежались редкими "да" и "нет".
- При вас был перстень с гербом?
- Совершенно верно.
- Где он?
- Потерялся.
- Каким образом?
- Не помню.
Железной хваткой вцепившись в эту фразу и прикрываясь ей, словно пехотинец щитом, я
сидела в роскошно обставленном кабинете командора и мечтала о несбыточном. Например, о
том, как хорошо было бы сейчас оказаться в башне, слопать бутерброд и завалиться спать, а не
долдонить эти два слова с настойчивостью попугая-маразматика.
- Откуда у вас меч? - командор оставался спокоен, как удав - казалось, его абсолютно
не раздражают мои ответы. Лишь время от времени он начинал постукивать пальцами по
темной крышке стола, отбивая какой-то ритм.
Больше всего это напоминало допрос. Только вместо сырых застенков и крыс здесь были
шелка и бархат, а вместо бьющего в глаза света - витые канделябры на столах. Только суть от
этого не сильно менялась. Командор спрашивал - я отвечала.
- Он был при мне, когда я очнулась.
- С этим оружием у вас связаны какие-либо воспоминания?
- Нет.
Язык присох к нёбу, а горло драло, словно наждаком. В кабинете не предполагалось
наличие графинов с водой и тому подобных прелестей цивилизации - еще один пункт в
длиннющем списке причин, по которым мне не стоило приходить в замок. "Раньше надо было
думать", - ворчливо отозвался внутренний голос и умолк.
Командора, в отличие от меня, проблемы такого рода совсем не беспокоили - он
производил впечатление человека, который может обходиться без воды, еды и воздуха столько,
сколько потребуется для дела. Грегор, из рода Стайн, восседал в высоком кресле, сцепив на
животе руки, по которым синими змеями вились выступающие вены, и, не спеша, задавал мне
одни и те же вопросы, всякий раз чуть меняя формулировку и интонацию.
- Ваше имя?
- Предполагаю, что Аня.
- Вы не уверены?
- Да.
На стене кабинета висел большой гобелен с вытканной на нем, потускневшими от
времени нитями, картой. Чтобы хоть как-то отвлечься от однообразной тягомотины вопросов, я
стала разглядывать рисунок. Замок Роз на нем был ярко-алым цветком, рядом тонкой полосой
изогнулась темно-синяя река.
- Вы помните, что происходило до того, как вы очутились на равнине?
- Смутно. Только обрывки. Я с кем-то разговаривала, что-то пила. Скорее всего это было
вино... Хотя, нет. Не уверена.
Слева от замка тепло-коричневыми нитками были вышиты горы, а сразу за ними
начинались желтые пески пустыни. Сориентировавшись, я постаралась найти на карте поселок
оборотней и лес. Пустошь я обнаружила без труда - серое невыразительное пятно в правом
верхнем углу, прямо над еще одной горной грядой. А вот леса на карте не было - там, где он
должен был находиться, карта заканчивалась.
- Почему вы пришли в замок Роз?
- Хочу вернуть память.
- Похвальное стремление, - пальцы командора продолжали выстукивать навязчивую
мелодию - Что за герб был на вашем перстне?
- Серебряная перчатка на алом фоне, - изобретать велосипед не хотелось. Уж коли
такие флаги висят по всему замку, то почему бы неизвестной сабире не носить перстень с этой
символикой?
Свечи в канделябрах медленно таяли, превращаясь в бесформенные восковые лужицы.
Плотно зашторенные окна не пропускали дневной свет. Может, командору просто не нравилось
вялое осеннее солнце, а может, это было сделано специально - в таких условиях время
замирает, и ты теряешься, не понимая, что сейчас: середина дня или уже вечер?
- Нелюдь свидетельствовал, что мастер, сделавший ваш клинок, ему не знаком.
Так. Значит, с Айсом уже успели побеседовать. Наверно, это произошло еще утром: когда
я проснулась, его не было в башне, а в двери вовсю колотил посыльный командора.
- Вы считаете, с моим мечом что-то не так? - я напустила на себя самый невинный вид
из всех возможных и глупо хлопнула ресницами.
- Нет, - сабир криво улыбнулся, отчего приобрел сходство с классическим злодеем. -
Круг подтвердил ваше право на клинок.
Мне стало интересно, что же видели окружающие, пока я беседовала с приватными
глюками?
Крылатую змеюку, которая с серьезным видом кивает и выписывает мне справку о том,
что меч является частной собственностью? Или что-то еще более фантастическое?
Руки невольно легли на рукоять клинка, лежащего на коленях. Единственное, что я успела
провернуть утром, так это заново перемотать эфес и основание лезвия полосками кожи, чтоб
застраховаться от нелепых случайностей. Ножен мне никто не выдал, поэтому оружие
приходилось носить, просто закинув на плечо (к элитной коллекции моих синяков прибавился
еще один редкой красоты экземпляр).
- Вы не будете столь любезны погасить свечу, - командор указал на ближайший ко мне
канделябр. - Вторую в верхнем ряду.
О, это было уже что-то новенькое! Только на кой черт ему это понадобилось?
Я прицельно дунула на трепетавший огонек.
- Нет, я имел в виду другим способом, - командор уставился на меня как будущий
шашлык на мангал.
Уже понимая, чего он от меня добивается, я решила продолжить игру "ты начальник - я
дурак" и, послюнив пальцы, погасила следующую свечу, напрочь перекрыв бедной подачу
кислорода.
- Нет, - в голосе сабира прорезались металлические нотки - похоже, мне удалось
нащупать место, где его самообладание заканчивается. - Я хочу, чтобы вы погасили огонь
силой.
Картина Репина "Приплыли" в серии выставок "Нe ждали"! В принципе, я предполагала,
что именно этим и закончится моя бесславная карьера в замке Роз. На дальнем плане сознания
уже маячил уютный костерок и хитро подмигивал блестящим боком ковшик, до краев полный
расплавленного серебра.
- Прошу прощения, я еще туго соображаю после всего, что выпало на мою бедную
голову, - пришлось улыбнуться. Искренне и весело, словно силы у меня до фига и больше, и
свечки я гашу каждые пять минут.
- Итак...
Я незаметно передвинула меч под правую руку. Оставалась маленькая надежда на то, что
я успею ударить первой. Времени на раздумья катастрофически не хватало - пальцы сабира
все быстрее отстукивали ритм.
- Какая из свечей вас устроит?
- Любая.
Я с неприязнью глянула на канделябр, которому через несколько секунд предстояло стать
причиной провала новоявленного Штирлица. Меч под ладонью едва заметно дрогнул,
потеплел... и канделябр снесло со стола вместе со всеми свечками и еще парой-тройкой
предметов, имевших несчастье оказаться поблизости.
- Кру... кривовато вышло, - я успела переделать чуть было не выскочившее
междометие восхищения в разочарованную реплику, и перевела дух. Адреналин в крови
носился, как сорвавшийся с привязи цепной пес.
Командор разочарованно почесал подбородок. На него эта "демонстрация мощей"
произвела негативное впечатление.
- М-да... Хорошо, что хоть навыки фехтования остались при вас.
По сценарию мне полагалось стыдливо опустить голову, что я и проделала. А сабир
продолжил разнос:
- Концентрация отвратительная, контур вектора приложения - из рук вон плохо. Расход
силы просто неоправданно колоссальный. Думаю, что вместе с памятью вы утратили контроль.
Ваши способности равны талантам только что родившегося младенца, только мощь на
несколько уровней выше. Предстоит серьезная работа: заново тренировать контроль дело
трудное, но такое уже встречалось - у нас есть опыт в этом плане.
- Вы себе не представляете, как я рада это слышать, - чистосердечно призналась я. Еще
бы, поняв, что костер отменяется, я была готова тренировать и приручать контроли стадами. -
А как насчет воспоминаний? У вас есть предположения?
- Повторюсь, ваш случай очень интересный, уникальный в своем роде. Потеря памяти
вследствие какого-то внешнего воздействия... Возможно, с появлением контроля воспоминания
вернутся сами. Если этого не произойдет, мы будем искать другие пути. А пока я хотел бы
задать вам еще несколько вопросов, - командор смерил меня внимательным взглядом.
Он знал, что я лгу. Чувствовал вранье, как охотничий пес след зайца. Только вот прямых
доказательств у него не было. Уверена, что он уже разослал обо мне вести во все концы, и
получил сотню ответов содержания "у нас такая сабира не числится" - но эт
...Поділитися у соцмережах
