Жанр: Фантастика
Схаас
...ы у меня своеобразные, да, бывали и осечки,
но успехов-то гораздо больше! А в этом вашем городе, чувствую, работы непочатый край...
- Только не это! - воскликнул Джон. - Давай договоримся, Пин. В лесу, в твоем мире,
я слушался тебя, так ответь мне тем же. Это не твой мир, а мой.
- Вот это уже другой разговор, - резко переменился в голосе Пин. - Прав был
Аннагаир, когда назвал тебя умным. Значит, договорились: вы с Изабеллой берете меня в
ресторан, а я слушаюсь вас как папу и маму. Идет, решено.
- Почти договорились. У нас осталась еще одна... заминочка, - напомнил Джон. -
Один немаловажный вопрос.
- Ну это не проблема. Неужели граф Рэдхэнд, Победитель Дракона и Избиватель Орков,
Гроза Ведьм и Кара Разбойников, не придумает способ провести с собой по городу
обаятельного и очень талантливого лешака? Уверен, ты что-нибудь придумаешь.
- Изабелла, солнышко, так ты не возражаешь?
- Конечно нет, ведь он наш друг.
- Тогда начинаем думать. Пин, ты оборачиваться умеешь?
- В какую сторону?
- Нет, я имею в виду - перекидываться, то есть превращаться. Насколько я знаю, все
фэйри, ну или почти все, обладают способностью к оборотничеству.
- Это запросто, - весело откликнулся лесовик. - Перед крестьянами я чаще всего
появлялся в образе черного пса или жеребца. Бывали, конечно, и случаи позабавнее... Только
не думаю, что буду уютно чувствовать себя в ресторане жеребцом.
- А в человека, значит, не можешь?
- Разве я так сказал? - удивился Пин. - Это потруднее, но ради тебя я превращусь хоть
в тебя самого!
Он выскочил из кресла, в котором сидел развалясь, и... Изабелла только ахнула - в
комнате стояли два Джона.
- А можно и вот так, - сказал Пин, не дав на себя налюбоваться, и вновь обернулся.
Изабелла снова ахнула, прижав ладони к лицу и круглыми глазами разглядывая
собственный образ напротив.
- А что, давайте так и пойдем, - предложил этот образ голосом Пина. - Будем всем
говорить, что мы сестры. Нет, я еще лучше придумал, глядите! - увлекся лесовик. -
Изабелла, а почему ты не ахаешь? - поинтересовался он, глядя на девушку с высоты
семифутового роста. - Он перекинулся в Гарри. - По-моему, хорошо получилось. Я же
говорил, что теперь умею многое!
- Н-да, получается у тебя хорошо, - не мог не признать молодой граф. - А облик Бена
тебе доступен?
- Да сколько угодно! - Лесовик не заставил просить себя дважды.
У Джона зарябило в глазах. Он протер их и сказал:
- Так будет лучше. Нам не стоит привлекать к себе излишнее внимание, а с внешностью
нашего великана это трудновато. Бен - более подходящий вариант. А долго ли будет
удерживаться облик?
- Часа два, хотя, если постараться, можно и дольше.
- Дольше не понадобится, - решил Джон. - А к автомобилям ты как относишься?
Пин почесал затылок, медленно принимая естественный вид. Зрелище было не для
слабонервных, но скорее комичное, нежели неприятное.
- Как пешеход - терпеть не могу, а как пассажир - не знаю, не пробовал.
- Вот и проверишь в собственном облике, а когда будем выходить из машины -
обернешься Бенджамином. Так, теперь последнее. Нужно, чтобы ты придумал себе новый
костюм.
- Но я видел Бена только таким!
- Придется постараться, - развел руками Джон. - Потертый доспех средневекового
воина будет смотреться слишком экстравагантно. Попытайся облачить Бена хотя бы в ту же
одежду, какую видишь, на мне...
- Сэр Джон Рэдхэнд, если не ошибаюсь? - поклонился молодой швейцар. -
Проходите, граф, мистер Торн уже ждет вас.
Он распахнул двери и впустил гостей в небольшой, уютный зал, отделанный деревом,
окутанный мягким приглушенным светом, похожим на золотистую дымку.
- Рад приветствовать вас, сэр Джон, - широко улыбаясь, поднялся навстречу
американец. - Представите мне ваших спутников?
- Добрый день, мистер Торн, - ответил Джон, и они пожали друг другу руки. - Со
мной моя невеста Изабелла...
- Рада познакомиться, - не без удовольствия играя роль, знакомую главным образом
благодаря телевидению, сказала Изабелла.
- А это... - Джон чуть не подавился словами от неожиданности: справа от него
возвышался Гарри, неотразимый в новеньком смокинге, сорочке слепящей белизны и при
улыбке шириною ровно две американских. Единственным, хотя и весьма раздражительным
изъяном его внешности был невесть где позаимствованный золотой зуб. Джон прокашлялся и
невозмутимо продолжил: - Гарри...
- Сын дяди его отца, - перехватил инициативу Пин. Он тоже явно наслаждался ролью,
мастерски играя раскатистым басом Гарри.
- Э-э... - попытался сообразить мистер Торн.
- Внук брата дедушки Джона, - любезно пояснил Пин. - Родственник. Тоже,
разумеется, граф.
В глазах Торна мелькнуло сомнение, но он его подавил и ответил на рукопожатие,
короткое, но достаточно сильное, чтобы вызвать легкую бледность на щеках. Джон мысленно
застонал и оглянулся на Изабеллу в поисках поддержки, но девушка только боролась с озорной
улыбкой.
- Прошу, - не дал американец длиться паузе.
Садясь за столик, Джон незаметно пнул Пина в ногу и бросил на него красноречивый
взгляд, а тот вдруг посмотрел так спокойно и серьезно, что гнев молодого графа сразу
улетучился. Он все-таки пообещал себе никогда больше не брать проказливого фэйри в
приличную компанию. Захочет еще раз город посмотреть - лучше уж в луна-парк его сводить.
После общепринятых замечаний насчет погоды Джон начал разговор о своем замысле:
- Это представляется мне довольно прибыльным предприятием, мистер Торн. У меня нет
опыта в подобных проектах, но, если вы сочтете его разумным, я с удовольствием заключу с
вами партнерское соглашение. Речь идет о своего рода развлекательном парке с весьма
специфическим антуражем.
- Рад буду выслушать, - кивнул американец. - Однако сперва воздадим должное
кухне.
Он махнул рукой, и трое официантов расставили ароматные блюда. Откуда-то полилась
музыка.
- Тебе нравится здесь? - спросил Джон у Изабеллы.
- Очень интересное место. И кормят здесь вкусно.
- Отменно вкусно, любезная мисс! - улыбнулся Торн.
- И еще здесь тихо, - сказал Джон.
- Ничего удивительного, - сказал Пин, опережая собравшегося что-то ответить Торна.
- Прошу прощения? - приподнял тот бровь.
- У вас было такое лицо, будто вы собираетесь сказать: "Ничего удивительного", -
объяснил лесовик. - Разве я не прав?
- Вы правы, сэр Гарри. И впрямь ничего удивительного. Этот ресторан принадлежит
мне. Я купил его две недели назад. Собираюсь подарить своей невесте.
- Вы тоже намерены жениться? - по-американски шумно обрадовался Пин. - Вот это
да! Прямо поветрие какое-то, все кругом женятся. Пора, наверное, и мне подумать о будущем.
- Наверное, пора, - уже с отчетливо выраженным холодком согласился Торн.
Джон сделал вид, что устраивается поудобнее, и снова пнул Пина под столом.
Неугомонный фэйри, однако, предусмотрительно отодвинул ногу, и Джон покраснел, гадая, не
достался ли пинок корректному американцу.
- А где ваша невеста, мистер Торн? - спросила Изабелла, чувствуя неладное.
- Наверху. Скоро спустится.
- Мы будем рады познакомиться с ней.
- Я тоже. В смысле - буду рад представить вам.
Изабелла, внимательно наблюдая за собеседниками, пригубила вино и вновь попыталась
завязать разговор:
- Ты ничего не говорил о своей идее, Джон. Мне интересно, расскажи.
- Парк развлечений, быть может, не самый лучший способ увековечить историческую
память, но и не самый худший, - сказал Джон. - Помните, мистер Торн, вас интересовала
Драконова гора? С ней связано много легенд. Например, говорится, что когда-то в ней обитали
коблинай - сказочный народ английского фольклора, сродни более известным гоблинам. Мне
удалось найти красочные описания их подгорных дворцов, и я подумал, что было бы очень
хорошо попытаться воссоздать их. Особенно мне запомнилось описание Хрустального Чертога.
Помнишь его, Изабелла?
- Еще бы не помнить такую красотищу! - загорелась девушка. - Я поняла твою идею,
Джон. По-моему, отлично придумано. Соглашайтесь, обязательно соглашайтесь, мистер Торн!
Если это будет хоть вполовину так красиво, как строили коблинай, - у меня просто слов нет!
- Да, очень интересно, - рассеянно ответил тот.
Джон снова испытал раздражение. Он отнюдь не был уверен в успехе этого замысла, хотя
бы из-за отсутствия опыта, в котором честно признался мистеру Торну, и был готов к тому, что
миллионер в пух и прах разобьет всю идею, но для этого требовалось как минимум внимание
слушателя. А Хранитель лесов за считанные минуты не только перекрыл все возможности к
тому, но и, судя по всему, начисто истребил всякую симпатию, которую мистер Торн мог
испытывать к молодому графу. Экое свинство с его стороны!
- Брат Гарри, - с легким нажимом произнес он, указывая глазами в сторону
джентльменской комнаты, - кажется, у тебя галстук сбился.
- Тебе это только кажется, брат Джон, - в тон ему ответил Пин. - Я, кажется, сбил вас
с мысли, мистер Торн? Уж не сердитесь, такой у меня характер. Многие считают, что я веселый
и общительный.
- Это ничего, - ответил американец и мельком глянул на часы.
Теперь Джон готов был рассердиться и на него. Для Пина он уже заготовил несколько
весьма убедительных слов. Надо же уметь - без особых усилий так кардинально изменить
атмосферу встречи! Даже еда перестала казаться особенно вкусной... Джон уже собрался
извиниться и попросить Пина для короткой беседы где-нибудь в сторонке, но лесовик, как ни в
чем не бывало, продолжал:
- И все равно прошу прощения. Так неловко получилось... Давайте поговорим о
чем-нибудь отвлеченном, например, о литературе. Скажите, мистер Торн, вы читали Майринка?
- Читал, - усмехнулся американец, - Только, кажется, его творчество не совсем
годится для застольной беседы.
- Отчего же? Можно ведь и не углубляться в подробности. Знаете, недавно прочитал
один малоизвестный его роман... как же он назывался? Надо же, вылетело из головы. Ладно,
вспомню еще. Сюжет построен на одном уникальном магическом обряде. Никто не читал?
Обряд заключается в том, что одна прекрасная, но малоприятная дама, слывшая в Средние века
ведьмой, овладела секретом бессмертия и, не видя другого способа продолжить жизнь своего
возлюбленного, зачала от него, а потом похитила его душу и вложила в ребенка, которого
носила под сердцем. Потом родила его, вырастила и снова вступила с ним в связь с той же
целью...
- Вы обещали избегать подробностей, - откинувшись на спинку стула, сказал Торн.
- Поверьте, именно так я и поступаю, - заверил Пин. - Ритуал длился веками,
циклически повторяясь каждые тридцать-сорок лет. Меняются детали, но неизменной
остается суть. Мальчик рано теряет мать; не подозревая того, вырастает под ее неусыпным
надзором, и взрослым мужчиной встречает девушку ослепительной красоты, которая смутно
напоминает ему... надо продолжать? Удивительное художественное мастерство: автор
исследует эдипов комплекс и близкие психологические феномены и одновременно
развертывает древнейшую мифологему Вечного Материнства. Мрачная мистика и изощренные
психологические пассажи... Увлекательный роман.
Изабелла смотрела на Пина непонимающим взором, а Джон смотрел в стол, но видел
обрывки своего странного сна, привидевшегося в далеком прошлом, навеянного сенью
Драконовой горы. Истер, идущая к вершине. Истер, возделывающая сад... что еще было там, во
сне? Красивый бас Гарри завораживал, и казалось очень важным вспомнить давнее видение.
Сад... гора... Джок по прозвищу Длинный Лук, который...
- Интересный сюжет, - кивнул Торн. - Только, наверное, Майринк тут ни при чем?
- Может быть, - согласился Пин. - Не в обиду ему будь сказано, есть писатели и более
изощренные. Например, судьба... Да, а уж не так ли и назывался тот роман? "Судьба". Или нет
- "Схаас"!
Вздрогнули все. Не в силах поверить собственной догадке, Джон впился глазами в лицо
мистера Торна, будто надеясь отыскать знакомые черты. И, к ужасу своему, понял, что
действительно видит их.
Американец резко хлопнул в ладони, и стоявшие за спинами клиентов официанты
выхватили из-под сюртуков пистолеты. Швейцар, стоявший уже внутри помещения, щелкнул
замком и опустил решетку. Мышеловка захлопнулась.
Изабелла, не обращая внимания на нацеленное на нее дуло, собиралась встать из-за стола,
но Джон удержал ее:
- Осторожно, это очень опасное оружие, вроде многозарядного лука. Чему обязаны
таким вниманием... Джок?
- Узнал? Хорошо, меньше болтовни будет, - поднявшись на ноги, сказал человек,
носивший имя Торна. - Кто ты такой? - спросил он у Пина. - Я тебя как будто не
припомню.
- Хватит того, что я помню тебя, - отозвался тот.
- Не хочешь говорить? Ладно, не так уж трудно будет тебя вычислить. А может, Истер
узнает тебя. Или уже узнала... Спускайся, дорогая! - позвал Джок, обернувшись к лестнице.
В наступившей тишине, которую лишь подчеркивала негромкая музыка, ясно
послышалось цоканье каблучков, и вот по лестнице спустилась красивая девушка в неброском
брючном костюме. Хрупкая блондинка с искусно наложенным макияжем, меняющим лицо -
но недостаточно сильно, если знать человека. Ошибки быть не могло, перед ними стояла Истер.
Джон понял, почему она показалась ему смутно знакомой во время короткой встречи в
прошлом. Он уже однажды видел эту блондинку, тогда она носила немыслимо короткую юбку,
очки и кожаную папку в руках, Торн представил ее как свою секретаршу. Она прощебетала
несколько бессмысленных фраз, крепко утвердив в памяти Джона абсолютно ложный, как
теперь оказалось, образ.
- Добрый день! - мило улыбнулась она. - Как приятно встретить давних знакомых.
Впрочем... Изабелла, глупышка, вот уж тебя не ожидала увидеть вновь. Игра в любовь так
интересна, правда? Но опасайся, если это чувство невечно. Любовь приносит счастье лишь
богам и королям. Истинным королям, - добавила она, подойдя к Джоку и положив руку ему на
плечо. - Ну а тебя, Пин, совсем не узнать. Правду сказать, я чуть было не обманулась, да к
счастью, вашему верзиле неоткуда здесь взяться. Чувствую руку Ангира. Ведь это эльф снабдил
тебя силами, чтобы следить за мной?
- Я и сам многому научился, - сухо ответил Пин.
- Где он теперь, что поделывает? Доспехи Рота все еще при нем?
- Мы давно не виделись.
- Хороший ответ - ни да, ни нет, - усмехнулась Истер. - Раз уж попался мне, говори
начистоту. Что с доспехами Рота, Пин? Ангир сделал с ними то, что собирался?
- По всей видимости, да, - ответил Пин, следя за реакцией Истер.
Реакция оказалась положительной. Ведьма кивнула с облегчением и произнесла:
- Все к лучшему в этом лучшем из миров. А что, Пин, ты, наверное, до сих пор
сердишься на меня за ту шутку насчет души Финна? По глазам вижу, что да. И это тоже к
лучшему. Сумеешь понять, как сильно я на тебя сержусь, ибо твоя шутка стоила мне гораздо
дороже.
Истер прикоснулась к одному из плетеных стульев, и ближайший официант немедленно с
предельной галантностью помог ей сесть, где она указала, в трех шагах от столика. На лице его
читалось обожание. Остальные официанты не шелохнулись, но Джон заметил, что боковым
зрением они ловят каждое движение ведьмы.
Истер обвела всех удовлетворенным взглядом, точно режиссер, после долгах и
мучительных трудов идеально построивший немую сцену.
- Я так понял, обедать уже никто не хочет, - сказал Джон, вопросительно посмотрев на
неприятелей. - Значит, пора поговорить о делах.
Всеми силами сохраняя независимый вид, он отступил от стола и стал неспешно
прохаживаться взад-вперед. Трое парней с пистолетами, швейцар тоже наверняка вооружен.
Сейчас Джок должен сказать с нажимом: "Присаживайтесь", - и станет совсем плохо. Нет,
молодой граф не строил героических планов, но и покоряться не хотел. Поэтому старательно
играл на публику, ненавязчиво копируя манеру поведения Истер и Джока:
- Признаться, не понимаю, к чему было устраивать весь этот спектакль. Сработано
блестяще, но ради чего? Вам так нужен Рэдхэндхолл? Здесь и сейчас, даже при столь
убедительных аргументах с вашей стороны, оформить его продажу будет сложновато...
- Плевать мне на твой Рэдхэндхолл, - любезно улыбнулся Джок. Молодой граф не мог
похвастать тем, что хорошо узнал его за время своего путешествия в прошлое, но сейчас готов
был поклясться, что маска американского миллионера неотвратимо сползает, обнажая
истинную сущность все того же Длинного Лука. Впрочем, нет, не того же - куда более
опасного, владеющего опытом десятков жизней.
- Тогда тем более не понимаю. Неужели это...
- Садись, - с легким нажимом сказал Джок. - Присаживайтесь и вы, дорогие гости.
Пин с Изабеллой сели на свои места, но Джон, проигнорировав слова неприятеля,
наоборот, подался ему навстречу.
- Так что же это? Просто месть? - повторяя его интонацию, спросил он.
- Вся суета с замком была мне нужна, чтобы подобраться к тебе поближе, - усмехнулся
Джок. - Неужели не понял? Ты не так уж и умен, как думала Истер. Мы наблюдали за тобой и
ждали, когда свершится предначертанное. Потом выждали еще немного, хотели посмотреть,
изменит ли тебя путешествие. Нет, похоже, не изменило. И мы с Истер решили, что пора
действовать.
Джок наслаждался собственным рассказом. Шагнув к столику, он провел рукой над
блюдами:
- Ты говоришь, тебе пришлась по душе наша кухня? - спросил он и, достав из
внутреннего кармана нечто вроде темного шарика, положил в рот и запил вином. - Это
хорошо. Вполне возможно, это была твоя последняя трапеза в мире живых, и я рад, что угодил
твоим аристократическим вкусам. Видишь ли, тут все отравлено, абсолютно все. Противоядие,
конечно, существует, я проглотил его на твоих глазах. Все сделано по рецептам неподражаемой
Истер, так что другого спасения нет. Яд бесподобен. Нам уже доводилось применять его...
просто загляденье! Он отравляет мозг и сводит человека с ума. Смерть наступает через
несколько дней, в прошлый раз клиент скончался на четвертый вечер. Но самая соль в том, что
яд изменяет восприятие времени. Понимаешь меня, Джон? Каждый день будет для тебя
месяцем. Для тебя и для твоей невесты. От рассвета до заката - целый месяц страданий,
невыносимой боли и мучительных галлюцинаций. Этот яд - пытка, Джонни. Каждый кошмар
ты будешь изгонять новым, еще более страшным. Этот яд и святого заставит умереть
грешником.
- Очень поэтично изложено, - иронически похлопал в ладони Пин. - Джон, ты не
переживай, пока я рядом, никакой яд тебе не страшен. И тебе, Длинный Лук, тоже, так что,
между прочим, ты напрасно кушал тот овечий катышек.
- Заткнись! - рявкнул Джок и шагнул к нему, занеся кулак.
Для того чтобы нанести удар, он встал между Джоном и одним из своих прислужников,
который находился поблизости от Истер.
У Джона не было времени на размышления. Он действительно не готовился к какому-то
решительному поступку, по крайней мере сознательно (и хорошо - дьяволица Истер
непременно разгадала бы любой замысел по глазам), но в глубине души, можно сказать, на
уровне нервных окончаний, настроил себя на любое развитие событий. Поэтому не потратил и
доли секунды, чтобы оценить обстановку.
Пин с Изабеллой сидели рядышком. Лесовика держал на прицеле тип по ту сторону стола,
около Истер. Изабелле угрожал "официант", стоявший в двух шагах за спиной девушки. Джон
в этот момент находился на одной линии с ним, позади и чуть правее Пина-Гарри. Бандит,
державший пистолет у его головы, тоже поначалу был на некотором отдалении; он
приблизился, когда Джок велел Джону садиться, чтобы ухватить за плечо и бросить настырного
графа на стул, но не решился мешать, видя, что хозяин отвечает графу.
Не только колдовские яды способны замедлять восприятие времени. Все как будто
замерло для Джона. Всего лишь одно мгновение, когда Джок привлек к себе всеобщее
внимание, замахнувшись кулаком... одно верно выбранное мгновение.
Джон слегка отступил, на четверть разворачиваясь к "своему" бандиту, схватил его
пистолет и рванул точно в направлении второго. Глазомер у него всегда был хороший. Парень
не успел убрать палец со спуска. Такие, как он, любят взводить курки, держа пистолет у головы
человека, любят смотреть на выражение лица, когда сухо щелкает механизм. Теперь его палец
уперся в спусковой крючок - и грянул выстрел. Джон тянул пистолет дальше своего лица, но
все же пороховые газы дали ему пощечину. Пуля врезалась в грудь "официанта", который
приглядывал за Изабеллой. Парень опрокинулся на спину.
Джок уже не мог остановиться. Однако удара не последовало: лицо Гарри оказалось
бесплотной иллюзией, и кулак Длинного Лука провалился в пустоту, сам он рухнул на Пина и,
опрокинув стул, повалился вместе с ним на пол.
Отдача и больно хлестнувший по левой ладони затвор не заставили Джона упустить
оружие. Ребром правой ладони он нанес бандиту сокрушительный удар по переносице и,
выкручивая пистолет из ослабевших пальцев, загородился оглушенным противником от
третьего "официанта". Тот не счел ситуацию проблемной и открыл огонь.
Две пули впились в безвольное тело. Удержать его в вертикальном положении было
невозможно, и Джон позволил трупу упасть, одновременно приседая. Он уже завладел
пистолетом и стал стрелять с левой руки.
Первым выстрелом он ранил бандита в левое плечо, однако тот не остался в долгу и снова
нажал на спуск. Джон почувствовал, как раскаленный шмель коснулся его волос. Он выстрелил
еще дважды, "официант" выронил оружие и стал оседать на пол.
Истер уже была на ногах. Ее красивое лицо было перекошено яростью, рука поднята.
Быть может, следовало теперь убить ее, но оставался еще швейцар.
Этот не был готов к бою. Он ни к чему не был готов, ибо в задачу его входило
наблюдение за дверью. Бешеная перестрелка заняла несколько секунд, за это время швейцар
едва успел схватиться за рукоять своего пистолета, спрятанного в кобуре под мышкой.
Джок уже поднимался с пола, как вдруг Изабелла, подхватив подол, наградила его
крепким пинком по физиономии, так что Длинный Лук снова упал.
Молодой Рэдхэнд спокойно прицелился в завывшего от страха швейцара.
Но выстрелить не успел.
Неведомая сила выбила у него пистолет. В следующий миг из вытянутой руки Истер
вырвалась бледно-голубая молния, она полоснула по приподнявшемуся было Пину, а затем
что-то швырнуло его, впечатало в потолок и бросило вниз. На пол рухнул окутанный искрами,
стонущий лесовичок, сжавшийся в комок от боли.
Что это за боль, Джон испытал на себе - следующая молния досталась ему. Он не
потерял сознания, но на несколько секунд оглох и ослеп. Казалось, каждую мышцу в теле свело
судорогой. Потом боль отступила, и Джон, будто издалека, услышал слабый крик Изабеллы.
Вскоре зрение и слух вернулись, хотя шевелиться решительно не хотелось. Сморгнув,
Джон увидел перед собой Длинного Лука, размахивающего длинноствольным "магнумом".
- Мерзавец, подонок, висельник, ублюдок!.. - сыпал он.
Истер смеялась.
- Ну разве я не говорила тебе, что он хорош? - Ведьма приблизилась и склонилась над
Джоном. - Опасен как тигр и никогда не сдается. Обороняется, атакуя. И эта русская кровь...
Тогда, в минувшем, я не разгадала его, но теперь все понятно. Он не только потомок Томаса
Рэдхэнда, его русская линия тоже очень сильна, кровь русского рода защищает его. Поэтому он
одолел дракона, поэтому моя магия была слаба против него. Он из тех противников, которыми
можно гордиться.
- Он скотина и подлец, вечно мешающий нашим планам. Прикончить его, ворваться в
замок и забрать Меч!
- Ты забыл, Джок? Из рук в руки. Этот Меч служил Рэдхэндам на протяжении всей
истории их рода, он не позволит взять себя чужим людям просто так.
- Ты говорила, что не можешь сказать этого наверняка...
- Да, и добавляла, что мы все равно не должны рисковать. Это последнее вместилище
Силы на земле. Таланты ничтожны рядом с ним и разбросаны по свету, а других источников
нет. Я должна сперва присмотреться к Мечу, и лучше бы рядом со мной был его живой
владелец, готовый добровольно отдать его мне.
- Конечно, Истер, я все знаю. Извини. Просто этот тип умеет вывести из себя. Он вроде
очнулся?
- Очнулся и, уверена, слышал наш разговор. Хорошо - не люблю повторять дважды. Ты
славный воин, малыш Джон, но теперь должен смириться с тем, что проиграл. Не знаю, правду
ли сказал Пин, будто ему по силам справиться с ядом, не исключено, что блефовал. Он ведь
просто выполняет поручение Аннагаира и заботится только о том, чтобы Меч не попал в мои
руки, а жив ты или нет - не то чтобы совсем неважно, но и не принципиально. Подумай над
этим. Ну а мы будем действовать наверняка. Сейчас мы все выйдем отсюда, сядем в машину и
прокатимся в Рэдхэндхолл. Там пройдем в твой музей, вы подождете, пока я побуду рядом с
Мечом. Если понадобится, ты, Джон, соберешь всю силу воли, чтобы с чистым сердцем,
искренне того желая, подарить мне клинок. Не слишком обольщайся насчет своего будущего.
При малейшем подозрении мы убьем Изабеллу, я доконаю Пина, а потом и ты покинешь мир
живых. Может, я и не завладею Мечом, зато буду знать, что, кроме меня и Джока, на свете
больше нет никого, кто посвящен в его тайну. Значит, если не мы, то и никто не сможет им
воспользоваться. Ты внимательно меня слушаешь, Джон?
- А как ты думаешь? - буркнул тот и закашлялся, содрогаясь всем телом.
- Не пытайся играть со мной, - строго сказала Истер. - Девчонка будет на прицеле все
время. Итак, ваша смерть тоже устроит нас, и тем не менее я даю слово: если ты будешь
умницей, мы вас не тронем. Без Меча вы никакой опасности представлять не будете, так живите
себе в свое удовольствие. Что у вас останется? Таланты? Ну конечно, либо Ангир, либо Томас
одарили вас. Это в конечном счете сильная вещь, но я намного сильнее. Даже Клахар не мог
противостоять мне, а уж он был талантливее вас троих, вместе взятых.
- Звучит убедительно, - сказал Джон. - Думаю, о других гарантиях и речи не идет?
Истер помолчала, вглядываясь в него.
- Помнишь, я тебя предупредила? Твое благородство не спасет тебя от судьбы. Я была
честна с тобой, разве что умолчала, что судьба - это и есть я. Честна и сейчас - все из-за того,
что ты спас и меня, и Джока. Мы не нарушим своего слова. Ну
Закладка в соц.сетях
