Жанр: Фантастика
Белый пилигрим
...ого... Ведь Гаппонк плоть от плоти темных сил и только и жаждет, как вернуть в
Овраг своего повелителя, Темного Пилигрима, который бродит где-то поблизости, в
незнаемых безднах, и, быть может, еще и сам не ведает о том, КТО он... Не слушай
Гаппонка! Не слушай проклятого!"
По всей видимости, хитроумный Гаппонк Седьмой понял, что в данный момент не
сумеет противостоять напору волоховского черного пиара, который сливался
неудержимым потоком. Колдун подпрыгнул и вдруг исчез, а на том месте, где он только
что был, с грохотом разорвался клуб синего пламени. Гаппонк и на этот раз не смог
удержаться от визуальных спецэффектов и звукового к ним сопровождения...
- Это он!.. - прохрипел я. - Это он убил Лену, на нем сейчас даже был такой же костюм,
как тогда, когда он стоял на лестнице...
- Да ты что такое несешь, Винни? - послышался сбоку голос Макарки. - Чтобы Лена
целовалась с этим зубастым страшилищем, да еще на собственной свадь...
- Заткнись!!! - завопил я и, навернувшись на льду, упал навзничь, больно стукнувшись
затылком. К тому же я прикусил до крови губу. Как ни странно, от этого даже стало легче.
В голове толклось какое-то назойливое бормотание, а когда я несколько пришел в себя,
оно облеклось в глуховатые слова:
- Вставай, Илья... Он не он, та одежа или не та, в этом можешь разобраться только ты
один.
Я скосил глаза, увидел старика Волоха, присевшего рядом со мной на корточки, и
выговорил:
- Это он, этот колдун!.. Это он, он!.. На нем...
- Не торопись выносить свой приговор, - серьезно сказал старик. - Мало ли что тебе
может показаться. Ты ударился головой.
Я стиснул зубы и стал подниматься...
С исчезновением проклятого колдуна (все равно это он был на лестнице, он, я уверен!)
мороз стал ослабевать, и уже через несколько минут стало если не тепло, то, по крайней
мере, сносно. Сверху начало капать. Капель все усиливалась, и не нужно было быть семи
пядей во лбу, чтобы понять, что это тают те самые ледяные гирлянды, что величаво
красуются под потолком пещеры. Таяли они с быстротой, опровергающей все физические
законы (если о таковых вообще можно говорить, находясь в этом сумасшедшем мире!).
Потом ледяные глыбы стали падать. С грохотом они проламывали лед подземного озера,
вздымая в воздух целые фонтаны брызг и выворачивая здоровенные льдины, еще недавно
прочно спаянные в единый ледовый панцирь озера!.. Зрелище было впечатляющее, видно,
Гаппонк любил эффектные сцены.
- Надо отсюда уматывать, - сказал старик Волох, и все согласно закивали головами,
даже несговорчивая царевна Лантаноида, которая так и не успела забрать свой пистолет.
Слава богу, или кому они тут молятся... Светлому Пилигриму, е-мое!.. Возвращаться назад
тем же путем, каким мы сюда прибыли, не представлялось возможным: двигаться вверх
по промерзшему руслу реки, по уже подтаявшему льду никак нельзя, и трех шагов не
пройдешь, как скатишься на исходные позиции! Так что нужно следовать принципу,
продекларированному еще Владимиром Ильичом: мол, мы пойдем другим путем. Есть
такая партия!.. Итак, наша партия в составе трех лиц мужского пола и аж четырех
женского проследовала другим путем, обнаруженным зоркой Чертовой. Она довольно
быстро нашла в сплошном массиве камня, составлявшем стену пещеры, проход, стиснутый
меж двумя валунами. Чертова сама провела рекогносцировку и вместе со своей
напарницей дошла до конца обнаруженного тоннеля, в то время как мы щелкали зубами
от холода и приводили себя в порядок.
- Эгегей! - послышался из тоннеля голос экс-ведьмы. - Ступайте сюда, этот ход
выводит в лес!
- В лес? - насторожился старик Волох, в очередной раз запустив пятерню в косматую
бороду. Похоже, этот жест служил у него чем-то вроде нервной разрядки. - В какой лес?
- Да в любой, черт возьми! Желательно - тропический!.. - отозвался Макарка,
продолжая выбивать зубами дробь, хотя и не такую интенсивную, как при Гаппонке.
Вскоре мы выбрались на вольный воздух и оказались в сумрачном лесу, сквозь листья и
ветви которого с трудом продиралось солнце. Тут было прохладно, но по сравнению с
ледяной пещерой здесь была просто-таки финская баня. Расторопная Чертова немедленно
принялась осуществлять ориентировку на местности, а Макарка объявил, что он самым
постыдным образом хочет жрать. Дед Волох сказал:
- Кажется, я знаю, где мы. В Завидовском лесу. Тут недавно вихрем повалило много
деревьев, так что как бы нам не пришлось идти к реке через бурелом. Э-эх, что-то спину
прихватило от холода, от сырости...
- Ладно тебе прибедняться, дедушка, - сказала царевна. - Прыть у тебя, как я посмотрю,
просто молодая.
- Вы еще не видели, ваше высочество, как он через ограду больничного парка сигает, -
проворчал Макарка, не без опаски косясь на отпрыска царской фамилии. - Просто Сергей
Бубка какой-то. А теперь жалуется... Не верьте ему, девушки, он все врет. На самом деле
он втрое здоровее меня.
Дедушка полностью оправдал выданные ему авансы. Увидев, что никто не верит в его
немощность, он преисполнился бодрости и уже через полчаса вывел нас к сторожке на
берегу пустынной реки. Впрочем, сторожка- это довольно скромно сказано. Дом, к
которому привел нас дедуля Волох, по степени комфортности представлял собой нечто
среднее между особняком сыщицы Елпидофории Федотовны, в котором базировалось
агентство "Чертова дюжина", и хибарой Бабы-яги, поклонницы группы "Ленинград".
Возле дома мы увидели какого-то человека в пиджаке с орденскими планками, типичного
отставного военного, выехавшего на сельскую местность и наслаждающегося покоем. На
голове товарища красовалась бежевая дачная панама, похожая на рождественский пирог,
в руках имелась мотыга, которой тот старательно разрыхлял грядки с кустами помидоров
и перца.
- Приветствую вас!.. - замахал ему рукой старик Волох. - Как ваше здоровье?
Человек с орденскими планками пожевал губами и густым голосом ответил медленно:
- Блаходарю, товарищч. (У него было "г" южного образца, так называемое
фрикативное.) Не жалуюсь. А шо это... мням-мням... с вами за товарищчи?
Макарка Телятников всплеснул руками и воскликнул:
- Твою мать! Винни, глянь! Нет, только глянь! Это же типичный Брежнев! Он ведь
давно умер! Вылитый Леонид Ильич, поди ж ты! Да тут... нет, ты посмотри... манера
беседы, эти брови... орденская планка, только пяти Звезд Героя СССР не хватает!.. Или
сколько там у него было?
- Это лесник Леонид, - сказал старик Волох, - мой хороший приятель. Вышел на
пенсию и теперь вот землицей решил призаняться. Выращивает овощи, картошечку вот
посадил.
- Картошечку, - охотно подтвердил вышедший на пенсию товарищ.
Мы были приглашены в дом. Радушный хозяин немедленно состряпал немудреную
закуску и выставил на стол две бутылки зубровки. Макарка Телятников хотел сказать, что
у нас с собой есть, но я знаком показал ему - не стоит. Зачем мешать красное с
беленькой? Тем более нам выпить-то только для запаху, а дури да глупости, как
говорится, и своей вдосталь.
После того как было выпито по несколько рюмочек, общество раскололось по
интересам. Раскол вышел довольно неожиданным: хозяин сторожки, которому, казалось
бы, положено общаться с более близким ему по возрасту - да и вообще близким - дедом
Волохом, избрал совершенно другое общество. Не тут-то было - со старым песочником
Волохом!.. Местная ипостась дорогого Леонида Ильича оказалась в центре целого
цветника, а именно между Чертовой, Дюжиной и царевной Анастасией (признаюсь, я
время от времени подзабываю ее второе, химическое, имечко). Лесник хитро подмигивал,
выкатывал широкую грудь и произносил уморительные тосты, имевшие успех среди
женской аудитории. Телятников, наевшись до отвала картошки, тушенки и салата,
отвалился на дальний диван и играл там в "пьяницу" с моей племянницей Нинкой.
"Пьяница" - это такая карточная игра, если вспомните. Старик же Волох занялся мной.
Честно говоря, я и сам хотел с ним переговорить, и тут наши устремления совпадали.
- Не думал, что этот колдун Гаппонк так быстро оставит нас в покое, - признался
старик. - Опасается, стало быть, уважает!
- Да видал я в гробу его уважение.
- Глупые твои слова. В каком гробу?..
- В дубовом с кисточками, - буркнул я, - с сигнализацией! Ты лучше, дедушка,
пользуйся случаем и расскажи мне, что за чертовщина творится с нами и вокруг нас,
после того как мы с Макаркой повстречали вас в этом проклятом больничном парке! Я,
конечно, сам уже догадываюсь о многом, но лучше, - тут в моем тоне проскользнули
нотки, встречавшиеся, верно, у добрейших следователей гестапо на допросах участников
организации "Молодая гвардия", - но лучше, если ты сам мне все изложишь. И не думай
валить на склероз, а также на двух своих братцев. Тех бегунов и борцов... если они вообще
в твоей родне состоят!
- В чем лично мы очень сильно сомневаемся! - крикнул из угла Телятников, забирая
своим валетом Нинкину десятку.
Дедушка сложил руки на груди с таким скорбным видом, словно в ту же минуту
вознамерился помереть. Потом он профилактически покряхтел, несколько заискивающе
заглянул мне в лицо. Поняв, что отвертеться от развернутых объяснений не удастся,
начал:
- Да я, Илюша, особенно и не запираюсь... тут ведь дело такое, что лучше все
начистоту... Начистоту-то - оно всяк лучше, верно я говорю? Говорю, говорю!.. - прибавил
он поспешно, увидев мое задушевное лицо. - Тут все очень просто, Илюша. Древнее
пророчество гласит, что, когда Темный Пилигрим встретится с Белым лицом к лицу,
откроются границы Оврага и хлынет вся здешняя живность в пределы Истинного мира!..
(Это он о Трилогии Горыныче, Бабе-яге, кролокротах и змееящерах Гаппонка так нежно:
"живность", так, что ли?) Но вот уже много тысяч лет пути Светлого и Темного, живущих
где-то там, в Истинном мире, не пересекались. Однако последние десять или пятнадцать
лет странные дела стали твориться в Мифополссе, да и в Овраге... ох, спина!.. признаться,
тоже. К нам, в Мифополосу, стали просачиваться отголоски Истинного мира... слова,
веши... теперь вот люди - вы. Что это значит? Это значит, что все последние годы те двое,
что носят в себе души Светлого и Темного, живут совсем близко друг от друга. Совсем
близко и в любой момент могут встретиться. Ты меня понимаешь? Это... это как два
магнита, а между ними возникает такое... взаимодействие...
- Ну, вот только не надо читать мне основы школьной физики в этих... в начальных
классах. Знаю! А то, что с некоторых пор в этот ваш Овраг сливается все что ни попадя из
нашего мира, это я уразумел еще по нашим подругам из "Чертовой дюжины",
любительницам детективной литературки. Да и имя царя, Урана Изотопыча, как-то не
очень с основами самодержавия гармонирует... Вообще должен тебе сказать, что устроен
ваш мир очень бестолково, и в законах его толком не разберешься.
- А если и разберешься - себе дороже, - тихо сказал старик, не отрывая от меня взгляда
желтоватых глаз. - Таков уж этот мир Оврага. Только я не заметил, что ваш, Истинный,
мир устроен справедливее.
- Сейчас мы говорим о том, что вокруг нас, а не об Истинном!.. - глупо, помальчишески,
огрызнулся я. - Излагай дальше, дедуля!
- А что тут дальше излагать? - сказал он, и по его глуповатой улыбке я понял, что дед
сейчас снова начнет показательную маразматическую программу. - Я сам ничего не знаю.
Мы, мил-человек, живем по поговорке: "На кого бог пошлет!" Мне с братьями нужно
было найти того, кто примет эти три вещицы, доставшиеся всем нам, кто живет в
Мифополосе, от нашего Творца, Белого Пилигрима. Побывали мы во многих землях
Оврага, исходили всю Реку от устья до истока, хаживали и туда, и сюда, да так и не могли
найти, кому вручить сии предметы!.. А тут вдруг вышло,
что мы оказались в Истинном мире, и первыми, кто сумел нас увидеть, были вот как раз
ты с твоим другом. А уж почему вы нас углядели, о том вам судить!..
И старик Волох захихикал своим дурным дребезжащим смешком, за который он
заслуживал минимум тычка в скулу.
Но я думал уже о другом. У меня в голове все еще звучали последние слова нашего
престарелого провожатого, которые предстали в мыслях совсем уж в неожиданном свете.
"Уж почему вы нас углядели, о том вам судить!.. " Санитары! Те санитары, которые
прошли мимо стариканов. Значит, они их просто НЕ ВИДЕЛИ! А вот я и Макар отчего-то
сумели... Так, так! Нет, решительно окажется, что именно на нас взвалят идиотскую
обязанность избавлять этот мир от очередных неприятностей! А еще лучше - если
окажется, что в меня или в Макарку, а то и в Нинку (недаром у нее рожки выросли, а от
моего отражения разбилось тогда зеркало Истинного зрения!!!) вселилась, как коварный
вирус гриппа, эта злополучная психоматрица Белого Пилигрима!
Я так разгорячился от этой вздорной мысли, что немедленно высказал ее вслух. К
моему искреннему облегчению, старик Волох отрицательно покачал головой и сказал:
- Нет, сынок, это вряд ли. Светлый Пилигрим - это Бог. Ты давно видел себя в зеркало?
(Снова - зеркало!) Похож ты на Бога? Нет, не похож. А я и сам не знаю, почему мы тогда
отдали вам сундучок. Вот просто решили, что нужно отдать именно вам, мы и отдали...
Признаюсь, нам уже надоело таскать эти проклятые вещицы!.. К тому же мне кажется,
один из моих братьев стал часто прикладываться к бутылочке... Да-да, той самой... Его
тоже можно понять - стар он, чтобы бегать по земле и искать неизвестно что и кого - у
моря погоды... Гаппонк! Теперь он от нас так легко не отстанет. Думаю... думаю, что
придется ратиться с ним и с его этими... а может, не придется.
Маразматик!
Я вздохнул. Еще несколько дней назад я, наверно, вывалил бы на эту клочковатую
седую башку все, что знал о русском мате. Ведь все наши беды оттого, что трое
маразматиков, бегающих с тремя артефактами, доставшимися от бестолкового божества,
всучили нам сундучок... Но сейчас я уже выдохся, что ли... Овраг, Мифополоса! Я
вздохнул. Большего, большего я ждал от разговора со стариком Волохом. А так - все
чудеса объясняются просто-напросто наличием у нас шапки Белого (вариант, и тут
вариант - Светлого!) Пилигрима, портвейна с "тремя шестерками", а также дурацкой
книги, исписанной каракулями, которые никому не прочитать... Да и какой дурак вообще
станет читать эту дребедень?.. Грустно, девушки. Я вздохнул и собрался присоединиться к
компании во главе с лесником Леонидом. Этот ни о чем не задумывался, весело проводил
время в отличном обществе!..
И тут в дверь сильно постучали.
Признаюсь, я вздрогнул. Я скоро от всего буду вздрагивать, даже от вида собственной
пошатывающейся тени.
Старик Волох поднял голову и сказал скрипуче:
- Леонид, а вы кого-нибудь ждете?
- Я, товарищчи, - неторопливо принялся отвечать наш радушный хозяин, - никого не
жду, а вот недавно... мням-мням... заходил товарищч тролль, из числа наших немецких
товарищчей... так вот у него жена ждет ребенка... Уже седьмого! Думаю, что за такую
плодовитость... кгрррм... хм... ее нужно нахрадить...
- Так. Понятно, - сказал Макарка. - Тролль. Очень мило. Только мне кажется, что там
не... (С этими словами он нетвердо подошел к окну и стал припадать глазом к щели в чуу-уточку
оттянутой створке.) Там не тролль. Как бы это оказались не... Ох!
Тут во мне закрутились винтом внутренности, как будто кишки запустили в мясорубку.
Очень милое ощущение...
- Ох! - повторил Макарка...
2
- Кто?!
- Винни, вот это номер!.. Дак это ж царь! - поразился Макарка, приоткрыв створку и
едва ли не до половины высунувшись из окна. - Да еше пешком! Первый раз вижу, чтоб
цари пешком ходили!
- Царь? - Мне тут же припомнился известный советский фильм с участием царя
Иоанна Васильевича, и на мгновение во мне поселилось опасение, что от хронического
пьянства Макар Телятников все-таки поехал рассудком и несколько свихнулся на тучной
ниве белой горячки. Но, как показало ближайшее будущее, рано я пел панихиду по своему
приятелю. Стук в дверь усилился, он стал настойчивым, и, когда размякший хозяин, ворча
и шамкая, все-таки открыл дверь, выяснилось, что в гости к почтенному леснику Леониду
Ильичу в самом деле прибыли царь Уран Изотопович и его первый министр, синебородый
Дмитрий Иваныч. Последний был в лопнувшем на спине министерском мундире, а вид
имел помятый и в высшей степени несчастный. На лбу запеклась здоровенная ссадина, и
происхождение ее я, чуть припомнив, определил так: это я сам запустил в него томом -
там, в библиотеке, в свинцовой комнате!..
Но какими судьбами? Что вынудило царя и его сановника бросить свой дворец и
бежать через лес, проситься на постой в лесную сторожку? Забота о провалившейся в
кротовую дыру дочери? Да едва ли. Впрочем, сейчас все выяснится.
- Здравствуй... мням-мням... вуй-те... доро-хой царь, - объявил хозяин и
незамедлительно облобызал самодержца. Уран Изотопович поморщился, однако же
стойко выдержал натиск пенсионера и сказал:
- Не думал, что придется еще раз свидеться вот так. А вы кушаете, я смотрю? Царя не
угостите? Точнее... - по его лицу побежала тень, - бывшего царя...
Царевна выметнулась из угла навстречу отцу и воскликнула:
- Папа, что значит - "бывшего"? Что это за дурацкие шутки, а?
- Какие там еще шутки? Налейте царю, и все расскажу. И Дмитрию Иванычу тоже
плесните, а то он у нас все время химичит, ставит какие-то эксперименты со спиртом, а
до сих пор не то что губ, а и усов с бородой в водке толком не омочил.
- Это мы, товарищчи, мням-мням, немедленно... гм... исправим!.. - Радушный хозяин
разлил зубровки. Известие о том, что царь приобрел к своему титулу печальную приставку
"бывший", ничуть не омрачило сияющего выражения его широкого лица, щедро
украшенного бровями и отягощенного массивным щеками. Впрочем, что ему
печалиться?.. Даже если это пресловутый вариант Леонида Ильича, все равно, где вы
видели генсека, который скорбит из-за свержения царя?
Царь выпил и, подсадив к себе дочь и гладя ее по голове, начал свой невеселый
рассказ. Начал он так, что уже на первой фразе был перебит сразу несколькими голосами:
- Позавчера, когда вы самым возмутительным образом сбежали из моей тюрьмы...
- Позавчера? Да это было несколько часов назад!
- У вас в тюрьме отвратительное содержание!
- Кроты разные противозаконно лазают! Кролики скачут!..
- А пещеры под стольным городом кишат колдунами!
Эту последнюю фразу выговорила царевна Лантаноида, и именно к ней повернул свое
бородатое лицо царь Уран Изотопович. Он шевельнул ноздрями и глухо выговорил:
- Вы... вы тоже встретили его?
- Что значит - тоже? - спросила Чертова. - Если вы имеете в виду мага Гаппонка
Седьмого, то да, мы имели несчастье наткнуться на него в ледяной пещере, где он ждал
нас со своими тварями. Он был очень любезен и неожиданно быстро оставил нас в покое.
Это было не так уж и давно!..
- Сегодня? - вмешался Дмитрий Иванович.
- Да, сегодня.
- И вы говорите, что сбежали сегодня же? -Да.
- Этого никак не может быть. Вы убежали два дня назад, а через несколько часов после
вашего исчезновения орды мерзких тварей, каких нет на свете, осадили мой город, -
сказал царь, и не было в его лице ни кровинки. - Дмитрий Иванович говорил, что такого
не бывает и что это какой-то новый вид сложной коллективной галлюцинации... Однако,
после того как от высланного навстречу "галлюцинации" полка через считаные минуты
ничего не осталось, - ОНИ СОЖРАЛИ ВСЕ!!! - даже первый министр поверил, что ЭТО
существует на самом деле. И что именно такие твари причастны к убийству Хранителя и
похищению книг из...
Царь осекся. В его бороде, на висках посеребрились целые пряди волос. У Чертовой
подрагивали губы. Параська Дюжина закрыла лицо маленькими белыми руками, а
Макарка закусил губу. Только слышно было, как кряхтел дед Волох. Он-то первый и
заговорил:
- Вот. Началось. Они объявили войну. Они напали первые... Что ж, такие, как они,
всегда нападают первыми. А что нам показалось, будто в той пещере прошло совеем
немного времени... От такого холода даже само время замирает и сжимается. Замерзла
ведь и остановилась в своем течении подземная река... Таковы законы, таковы законы
Мифополосы...
- Дурацкие законы, - в который раз пробормотал я. Царь продолжал свой невеселый
рассказ. Многое из этого рассказа показалось мне совершенно диким, невероятным. Из
разряда того, что бывает только в особо изощренных кошмарах, возникших в чьем-то не
совсем здоровом мозгу. Царь рассказывал о том, что полчища чудовищ вторглись в город.
Город прекрасно защищен, крепость в его центре совершенно неприступна. Но есть
оговорка: она неприступна ДЛЯ ЛЮДЕЙ. В армиях же проклятого Гаппонка людей
замечено не было. Если не относить к человеческому племени его самого. Хотя кто-кто, а
я воздержусь от этого. Гаппонк... откуда ж ты взялся на наши головы, подлая тварь?
Неужели я прав, и тогда, на лестнице, видел именно его? Но Лена... как же она могла
общаться с ним, как она могла?.. Мне показалось, что даже сейчас я слышу тот
негромкий, чуть присвистывающий злой шепот, которым он что-то горячо ей
втолковывал. Помню, какое у нее было бледное лицо, как она слегка приподнимала
брови, когда он делал паузы... И ведь как я ни силился, никак не мог расслышать, что же
он ей говорит. Не для моих ушей!.. Как братья Волохи были не для глаз санитаров из
городской больницы...
Я позабыл слушать царя Урана Изотоповича и воспринял только несколько эпизодов из
всей его речи, горячей, страстной, перемежающейся бессвязными восклицаниями и
понятными требованиями немедленно выпить, залить горюшко. Я запомнил только то,
что половину стен крепости разрушили, Храм Белого Пилигрима источен кролокротами и
теперь напоминает пустые соты, очищенные от меда и воска, а небо над столицей
контролируется гаппонковскими люфтваффе, мерзкими змееящерами разного калибра, но
одинаковой свирепости и кровожадности. Именно этих чудищ, а вовсе не пресловутых
Боевых кролокротов, больше всего испугался царь-батюшка. Говоря о них, он едва не
ронял свою рюмку. Рюмка прыгала в трясущихся пальцах и норовила расплескаться и
выскользнуть. Царь рассказывал... Змееящеры снижались на бреющем полете и,
подхватывая с земли одного или сразу двух защитников города кольцами своего
удавообразного хвоста, снова взмывали в воздух. Несчастная жертва удушалась уже в
полете, и никогда, никогда не забыть царю и его первому министру Дмитрию Ивановичу,
как с неба ПАДАЛИ, как град небесный, мертвые, посиневшие от удушья солдаты... Черт
побери! Этот Гаппонк Седьмой с его уродами оказался еще большим изувером, чем
можно было предположить, исходя из содержания нашей встречи. Крепко он перепугал
отнюдь не робкого самодержца. Да и меры психического воздействия тут НА ВЫСОТЕ...
На высоте полета этих перепончатокрылых мерзостей!
Никто не решался проронить и слова. Царь давно уже умолк, а все продолжали сидеть,
стараясь не глядеть друг на друга. У Чертовой дергался рот. Даже благообразное лицо
лесника Леонида как-то осунулось, брови повисли, а ноздри отяжелели и раздулись,
словно от простуды. Наконец заговорил старик Волох. Он сказал:
- Тяжелые испытания грядут, братья и сестры. Только всем миром можем справиться с
погибелью, насланной Гаппонком Седьмым. Могущественны силы его магии, сильны и
кровожадны его слуги, и вездесущность их не может не ужасать. (В этот момент он
напомнил мне этакого одряхлевшего Тараса Бульбу, произносящего речь перед советом
куренных атаманов в Запорожской Сечи: дескать, есть еще порох в пороховницах, честны
панове козаци!) Но мы можем ответить на этот вызов.
- Все прохрессивные силы моих товарищчей... мням-мням... будут брошены на борьбу с
Гаппонком, - сказал хозяин дома.
- У нас тоже найдется чем ответить, - сказала Чертова и выразительно посмотрела на
меня, - к тому же мы можем сформировать ополчение. Мифополоса никогда не была
единой, но теперь мы должны сплотиться перед...
- ...перед лицом общего врага!!! - пискнула Дюжина. А царевна Лантаноида сказала:
- Предлагаю выехать во второй после столицы город нашего государства, Синеморск.
- Как-как? - переспросил Макар Телятников. - Сине-мор?.. А там нет пригородов
Хмелевки, Бухалова и мемориального комплекса Наливайко-не-Жалей?
На него глянули свирепо. Веселость была явно неуместной, более того, она была
просто возмутительной. Впрочем, ограничились легким внушением и перешли к
обсуждению регламента. Чертова произнесла:
- Немедленно нужно уведомить Трилогия Горыныча.
- Он уже знает, - быстро ответил царь. - Я успел воспользоваться телеграфом и
уведомил его о том, что происходит в столице. Скоро он должен быть здесь, и тогда с его
помощью мы отправимся в Синеморск. Уже там, в городе, приступим к формированию
добровольной армии и народного ополчения. Не верю, что мой народ покинет в беде
своего государя!
Свеженькое личико сыщицы Дюжиной раскраснелось. Она воскликнула, даже перестав
шепелявить:
- Лично я берусь рекрутировать весь личный состав чертей из трех омутов, в которых
сильно влияние моей родни!
- Возможно привлечь иноплеменных наемников, - сказала Чертова. - Из немецких и
иных инородных земель Мифополосы. Не очень-то мы с ними дружим, но Гаппонк равно
враг всем нам!..
Все вдруг страшно развеселились (насколько вообще можно говорить о веселье в такой
незавидной ситуации). Дмитрий Иванович огладил свою модную синюю бороду и сказал:
- А я берусь поднять силы науки. Есть в моем распоряжении...
- А я!.. - вскочила царевна, но тут же была перебита собственным родителем, который
закричал:
- Бросим все силы против ненавистного губителя и завоевателя! Костьми ляжем, но не
позволим!.. Ибо силен я и имею большие связи, и мои друзья из дружественных земель
придут на помощь, если сами не хотят попасть под пяту коварного Гаппонка! ("Бульбуль",
- сказала водка, лиясь в глотку разгорячившегося самодержца.) Мой союзник,
бабрбульонский герцог Шлиппершахт... Шапперлахт!..
- Ух! Ну и имечко, - сказал Макарка, с любопытством глядя на царя, силящегося
выговорить имя своего потенциального союзника в борьбе с коварным магом Гаппонком.
- Напоминает одну милую историю. Один наш
...Закладка в соц.сетях
