Жанр: Фантастика
сказания трех миров 5. Геомант
...овне, если так хочется.
- А что там, на девятом уровне? - беспокойно спросил Ниш.
- В основном вода, - ответил Леке. - Флин, он здесь по поручению дознавателя.
Лицо подростка стало непроницаемым, враждебность исчезла.
- А как насчет моей нормы? - прогнусавил он.
- Уверен, управляющий Ги-Хад предоставит скидку, - заверил его Ниш, хотя и не
был уверен в снисходительности последнего. - Так мы отправляемся?
- Так мы отправляемся? - нараспев передразнил его Флин. - Тогда прыгай в
корзину!
Ниш побледнел. Корзина покачивалась чуть ниже уровня земли и казалась ничтожно
маленькой по сравнению с зияющим провалом шахты. Если он промахнется... Даже ради
сохранения чувства собственного достоинства он не мог решиться на такой шаг.
- Поднимись повыше, - попросил он, и дрожь в его голосе вызвала ухмылку на
лице Флина.
Шахтер обменялся насмешливым взглядом с Лексом, и тот тоже ухмылялся. Будь
прокляты они оба, если бы только он обладал властью... Леке придержал рычаг, а Флин
все же немного поднял корзину, и Ниш наконец-то забрался в подъемник, цепляясь за
веревку.
- А теперь поторопись, - приказал он, пытаясь скрыть свою неловкость. - Дело
дознавателя не может ждать.
Флин без стеснения подмигнул Лексу и поднял вверх руку, в которой держал
молоток. Он ударил так резко, что Ниш пригнулся, опасаясь нападения, но молоток
ударил по рычагу тормоза. Корзина понеслась вниз, и желудок Ниша мгновенно взлетел к
самому горлу. Он поперхнулся, потом хватанул воздуха и громко вскрикнул. В темноте,
со стороны Флина, раздался заливистый хохот.
Освещенные уровни проносились мимо один за другим все быстрее. Ниш уже
готовился достойно встретить ужасный конец, но внезапно корзина замедлила падение.
Вот ушел вверх четвертый уровень, скорость еще упала, и корзина остановилась точно на
пятом. Леке отыгрался, отомстив нежеланному посетителю. Ниша подвергли испытанию
для новичков.
У входа в туннель стоял зажженный фонарь. Ниш выбрался из корзины, окинув
Флина на прощание разъяренным взглядом, на что тот ответил с безмятежной
невозмутимостью. Шахтеры - строптивый народ и не признают ничьих авторитетов,
кроме собственных. "Если бы я был следователем, - размечтался Ниш, - я бы обуздал
их непомерную гордость".
Однако на это рассчитывать не приходилось. Ему предстояло еще здорово
потрудиться, чтобы избежать армии и восстановиться в должности простого
осведомителя. Оставив на время мечты о могуществе и мести, Ниш попытался обуздать
свой страх, но и тут потерпел неудачу.
- Где мы можем найти Джо?
Флин поднял фонарь и шагнул в туннель. Он был еще ниже ростом, чем Ниш,
большинство шахтеров выглядели точно так же: невысокие и жилистые. Ниш зашагал
следом, вздрагивая при мысли о нависшей над ними скале.
Они не обнаружили Джоэна на его обычном месте работы, не нашли и в других
закоулках, о которых знал Флин. Ниш на ходу разглядывал кристаллы, блестевшие в
стенах, гадая о том, как умудрялся Джо выбирать из них годные для контроллеров камни.
По мнению механика, все они выглядели одинаково.
Осмотр пятого уровня занял несколько часов, в течение которых Флин не раз
добавлял масла в фонарь. Никаких следов Джо или Тианы. Ниш почувствовал, что Флин
забеспокоился на обратном пути к подъемнику. Он резко позвонил в колокол и поднял
корзину наверх. В течение всего этого времени боязнь замкнутого пространства не
оставляла Ниша, и он с огромным облегчением увидел огромные колеса лифта и
освещенный выход из шахты. Наступило утро. Они провели в поисках всю ночь. Как
только корзина остановилась, навстречу двинулась группа шахтеров.
- Никаких следов, - доложил Флин.
- И на верхних уровнях тоже, - сказал молодой шахтер. - Надо спуститься на
шестой.
Ниш взобрался на край корзины и оступился, чуть не упав в колодец. Рослый
мужчина удержал его и усадил на пол, поскольку ноги механика совершенно
отказывались двигаться. Вдруг Ниш увидел перед собой десятки ног и поднял глаза.
Перед ним стояли дознаватель, управляющий Ги-Хад и еще несколько человек, которых
он знал. В следующее мгновение все расступились, и вперед вышел невысокий круглый
мужчина. У Ниша замерло сердце. Как он мог добраться за такое короткое время? Ему
пришлось бы путешествовать днем и ночью в течение двух недель.
- Встать! - рявкнул следователь Ял-Ниш, его отец.
В наступившей тишине его голос прозвучал громче грохота камнедробильной
мельницы. Ниш поднялся на ноги и предстал перед отцом. Ял-Ниш был привлекательным
сорокалетним мужчиной, если не обращать внимания на короткие ножки, напоминавшие
окорока, и круглый шарообразный живот. К тому же он был выше сына, и тот никак не
мог простить отцу такую несправедливость. Следователь обладал гордым
аристократическим носом и аккуратно подстриженной бородкой, дерзко торчащей вперед.
Его темная шевелюра ничуть не поредела, а карие глаза частенько подмигивали всем,
кроме подследственных. Он мог быть очаровательным собеседником, когда дела шли
хорошо, хотя и был довольно жесток.
Разглядывая своего сына, следователь не подмигивал. Не стоит ждать никаких
скидок, понял Ниш. Родство ему не поможет.
- Ну? - произнес Ял-Ниш.
- Мы обыскали весь пятый уровень, Там нет никаких признаков Тианы.
- А ее приятель?
- Нет никаких следов Джоэна.
Рот Ял-Ниша скривился в недоброй усмешке:
- Ты идиот, сын. В один прекрасный день я займу пост наместника, и даже твоя
глупость не сможет мне помешать. Тебя ожидает передовая!
ГЛАВА 16
Ял-Ниш и Фин-Мак допросили Ниша. Он чувствовал себя так скверно, словно его
высекли во второй раз, даже хуже. Его отец держался отстраненно и был разгневан, а
Фин-Мак была сдержанна и немногословна. Лишь однажды Ниш заметил ее взгляд,
обращенный за окно. Она выглядела печальной и думала о чем-то постороннем. Что с ней
произошло?
Немного позднее их допрашивали вместе с Иризис, и это не добавило ему
уверенности. Дважды Иризис лгала его отцу с совершенно непроницаемым лицом, а
потом переводила взгляд на Ниша, словно умоляя не выдавать ее. Похоже, что девушку
мало заботило ее положение. Видимо, ей надоело жить.
Она призналась в том, что всячески досаждала Тиане, включая порчу ее журнала и
кражу технологии экранирования контроллеров. Но она неизменно отрицала все
остальные приписываемые ей преступления. Была ли она невиновна или признавалась
только в тех поступках, которые были доказаны? Ниш подозревал, что она виновна, и
сказал об этом на допросе. Иризис никак не отреагировала на его заявление.
В процессе расследования Ял-Ниш все больше приходил в ярость.
- Она и есть шпионка, - говорил он шепотом во время перерыва. - Я хотел бы
заковать ее в железо, чтобы добиться правдивых показаний.
Ниш случайно подслушал эти слова и ужаснулся. Речь шла о такой жестокой пытке,
которая применялась чрезвычайно редко, да и то только по отношению к самым
закоренелым преступникам. Если дойдет до этого, он не сможет остаться в стороне!
- Я бы не советовала прибегать к пытке до тех пор, пока мы не будем уверены в ее
виновности, - возразила Фин-Мак. - Ее мать - старинная приятельница наместника.
- Нет-нет, - торопливо произнес Ял-Ниш. - Мы пока воздержимся от этого
средства.
Всю ночь Ниш и Иризис пробыли в кабинете, а утром их отослали в шахту, чтобы
помочь в поисках Тианы. Ниш, страдая от боли в спине, даже не помышлял о побеге.
Участь отверженного беглеца, без надежды на прощение, казалась ему намного хуже
участи солдат на фронте.
Они осматривали уже восьмой уровень, и Ниш, не спавший двое суток подряд,
превратился в ходячего мертвеца. Во время поисков было обнаружено тело Джо, но никто
не смог с уверенностью его опознать, поскольку при попытке вытащить останки из завала
обрушился остальной потолок, похоронив под тоннами руды мертвеца, еще двоих
шахтеров и богатейшие залежи кристаллов.
Никаких следов Тианы в шахте не было обнаружено, и возникли сомнения,
спускалась ли она под землю. После двухдневных поисков люди в шахте вернулись к
своей обычной работе, поскольку каждая пара рук была на учете из-за острой потребности
в металле. Ниш вместе со всеми поднимал руду наверх, пока не был вызван на очередное
мучительное собеседование с отцом.
- Ты опорочил меня в глазах наместника, мальчишка! - рычал Ял-Ниш. - Я
никогда тебе этого не прощу!
- Что ты собираешься рассказать матери? - предпринял последнюю попытку Ниш.
Следователь, до этого энергично расхаживающий по кабинету, замер. Единственное,
чего он опасался больше, чем гнева наместника, был гнев его супруги.
- Пожалуйста, дай мне еще один шанс, отец.
- Ты позоришь нашу семью, - холодно ответил Ял-Ниш. - В другое время я мог
бы смотреть на это сквозь пальцы, но теперь - нет, даже ради твоей матери. Ты обратил
триумф Тианы в поражение. Если я пощажу тебя, наместник может подумать, что я такой
же мошенник, как и ты. И что тогда? Я знаю, Ранья согласится со мной в этом вопросе.
Ял-Ниш возобновил свое хождение по кабинету еще энергичнее, чем прежде. Ниш
снова попытался разжалобить отца, но тот оставался непоколебимым. Как только погода
станет благоприятной для путешествия, Ниш должен сесть на корабль, отправляющийся
на фронт, который проходит в двух сотнях лиг к северу от Тикси. Там, если он чудом
избежит участи быть убитым и съеденным, Ниш сможет заслужить прощение.
К счастью, в погоде не наблюдалось никаких признаков улучшения. Постоянные
ветры засыпали их попеременно холодными пронизывающими дождями, мокрым снегом
или изморосью. Ниш был благодарен судьбе хотя бы за это. На следующее утро он
проснулся до рассвета и лежал на своей кровати, прислушиваясь к порывам ветра и
ожидая удара гонга. Внезапно мир вокруг него содрогнулся, секундой позже раздался
глухой удар.
Землетрясения случались не так уж редко в этой местности и представляли немалую
угрозу. Ниш соскочил с кровати, надел ботинки и распахнул дверь.
- Что это было? - окликнул он стоявшего неподалеку стражника.
- Я не...
Следующий удар потряс здание завода.
- Это не похоже на землетрясение! - крикнул Ниш. - Кто-то атакует внешние
ворота! Скорее все занимайте свои посты!
Стражник, отлично вымуштрованный, как, впрочем, и каждый работник
производства, побежал к воротам. Ниш, которому по расписанию следовало находиться на
стене, пробежал через помещения женских спален, где полуодетые женщины и их тайные
дружки в спешке налетали друг на друга, стараясь побыстрее одеться. Впрочем, в
мужских спальнях картина была та же самая.
- Проснитесь, сони! - кричал Ниш. - Враги у ворот завода! Скорее! Торопитесь!
Он распахивал на ходу двери комнат тех работников, кто имел право на отдельные
помещения. Внутреннее убранство некоторых из них поразило его воображение, особенно
та спальня, в которой он обнаружил отца.
Обнаженный и еще не вполне проснувшийся, его отец вовсе не походил на того
важного чиновника, каким видели его днем. У него смешно колыхался живот и дрожали
губы. Ял-Ниш поскорее захлопнул дверь, но Ниш все же заметил за спиной отца Вики,
помощницу счетовода, стоявшую с широко разинутым ртом.
Ниш испытал немалое разочарование. И это его отец! Но времени на удивление не
оставалось. Он снова распахнул дверь и закричал:
- Следователь, ворота завода атакованы врагом!
Он намеренно употребил звание отца, а не его имя. Лицо Ял-Ниша исказилось
злобной гримасой, и Ниш побежал дальше. Мимо него по коридору торопливо прошла
Фин-Мак, ведя за собой стайку детишек, она вела их в безопасное место. Впервые Ниш не
увидел бесстрастной маски на ее лице, оно выражало сильнейшее страдание.
"Насколько по-разному ведут себя люди в минуту опасности, - подумал Ниш. -
Жаль, некогда заняться такими исследованиями". Ги-Хад выглядел так, словно старался
придать себе храбрости. Надзирателя Гриста нигде не было видно, так же как и двух
рослых мужчин-ремесленников, известных своим зазнайством и постоянным
хвастовством. Совсем не так вела себя Иризис. Она распахнула дверь как раз в тот
момент, когда Ниш пробегал мимо. Девушка держала в руке длинный кинжал, не
уступавший своими размерами короткому мечу. Но одета она была всего лишь в короткие
панталончики.
- Ты сказал, это враги?
- Да, они атакуют ворота.
- Где эта чертова рубашка? - Она оглянулась вокруг, потом сплюнула. -
Обойдусь без нее! - крикнула Иризис и побежала, величественно покачивая пышной
грудью.
Ниш устремился за ней, хотя и сознавал, что в поведении Иризис немало игры на
зрителя. Ее фигура с развевающимися волосами и иссеченной спиной напоминала
картины Мюссо, великого революционного художника прошлых лет. Так, друг за другом
они поднялись по ступеням на стену. Пламя срочно разожженных факелов металось под
порывами ветра, не в силах разогнать тьму за пределами завода. Там снаружи можно было
увидеть чьи-то тени, двигающиеся в предутреннем тумане. Стена снова дрогнула, снаряд
угодил в створку ворот и расколол ее. Ниш посмотрел вниз на огромный камень,
брошенный сверхмощной катапультой. Камень отскочил на ступени и откатился на
дорогу.
- Что там такое? - окликнул он ближайшего стражника.
Не успел тот и рта раскрыть, как булыжник меньшего размера ударил его прямо в
грудь и замертво опрокинул на землю. Иризис пробежала вдоль стены.
- Это лиринксы! - крикнула она, обогнула Ниша и помчалась к левой сторожевой
башне, прихватив на бегу один из факелов. Несколько камней взметнулись ей вслед, но ни
один не достиг цели. Иризис взлетела по ступеням наверх и через смотровое отверстие
высоко выбросила факел.
Пропитанная смолой солома, постеленная специально для этих случаев, ярко
вспыхнула, освещая пространство между воротами и лесом. Ниш подхватил второй факел
и помчался вслед за Иризис, а она уже навела арбалет в сторону деревьев. Девушка
спустила затвор, и через мгновение раздался короткий пронзительный крик.
Очередной снаряд ударил в поврежденную створку ворот и сбил ее с петель. В то же
мгновение вход был атакован тремя лиринксами, и у ворот закипела ожесточенная
схватка.
Босая Иризис стояла на покрытом снегом каменном полу и спокойно перезаряжала
арбалет. Казалось, она совершенно не чувствует холода, хотя ее кожа посинела от
пронзительного ветра.
- Черт побери! - вскрикнула она, когда заело затвор арбалета.
Ниш быстро исправил механизм, наконец-то употребив свой опыт механика, и
протянул оружие Иризис. Девушка перегнулась через перила, тщательно прицелилась
вниз и выстрелила. Глухой удар вызвал у нее возглас радости.
- Один готов!
Она пригнулась в попытке скрыться от летящих камней и оглянулась в поисках
дротиков. Ниш поразился произошедшей в ней перемене. Он никогда не видел, чтобы в
ней настолько сильно бурлила жизнь. Он перевел взгляд вниз. Жертва Иризис неподвижно
лежала на замерзшей земле, а вокруг увенчанной гребнем головы расплывалось кровавое
пятно. Разве она могла быть предателем? Это невозможно.
У ворот оставались еще два лиринкса. Ниш подобрал самый большой из упавших
камней, прицелился и бросил его вниз. Он промахнулся, камень угодил в ступеньку. Ниш
повторил попытку, и на этот раз удар пришелся по защищенному броней плечу одного из
нападавших. Лиринкс крутнулся на месте, потряхивая рукой, которая повисла почти без
движения. Внезапно он ринулся прямо в ворота. Стоны и крики отмечали его
продвижение.
Ниш прицелился во второго врага, но как только он выпустил камень, лиринкс
резким движением кисти метнул что-то прямо ему в лицо. Механик ощутил
ослепительную боль в горле, а от сильного удара опрокинулся на спину. Он стукнулся
головой о каменный выступ и погрузился в забытье, чувствуя только леденящий холод и
теплую струйку вытекающей из него крови. Через секунду его подняли и унесли; одним
из его спасителей оказалась Иризис, ее груди покачивались прямо над его лицом. Лицо
второго носильщика терялось в дымке, застилающей глаза.
Ниш пришел в себя только на операционном столе в госпитале и с удивлением
увидел, что на него уставились с десяток людей. Одним из них был его отец, и его взгляд
выражал такой ужас, какого Нишу еще не приходилось видеть. Может, Ял-Ниш все же
беспокоился о своем сыне?
Следующим он безо всякого удовольствия узнал лицо лекаря Тул-Кина. При
ближайшем рассмотрении нос и щеки лекаря оказались покрытыми густой сетью
прожилок, а дыхание благоухало перегаром вследствие употребления самогона,
производимого в шахтерской деревне. На самом производстве царил сухой закон,
разрешалось пить только слабое пиво, но лекарю позволялось держать самогон для
проведения хирургических операций. Не самое удачное исключение.
- Действуйте! - крикнул Ял-Ниш. - Удалите дротик и зашейте рану, пока он не
истек кровью.
Тул-Кин скрестил руки на груди:
- Я на это не пойду. Дротик угодил между двух артерий, а его наконечник состоит
из трех лезвий. Одно неверное движение, и он умрет.
- Пьяный дурак! - взревел Ял-Ниш. - Где Ги-Хад?
- Он участвует в погоне за врагами, - донесся до Ниша чей-то голос. - Один из
лиринксов прорвался к конторе.
Зрение Ниша подернулось дымкой, но мысли оставались ясными. Ему предстоит
умереть только потому, что пьяный лекарь не осмеливается спасти его жизнь.
- Этот подонок - единственный лекарь на заводе? - спросил следователь.
- Есть еще старуха Рузия, лар, - снова донесся незнакомый голос. - Но она почти
совсем ослепла и руки у нее дрожат. Еще был аптекарь Мал-Лим, он неплохо справлялся с
вывихами, но...
- Но и этот придурок умер, - прервал его Ял-Ниш. - Кончил жизнь
самоубийством, если только кто-то не помог. - Следователь посмотрел на сына. -
Должно быть, это проявление высшей справедливости.
Ниш тоже чувствовал иронию происходящего, но был не склонен разделять ее.
Неподалеку раздался звучный шлепок, потом чьи-то ругательства, перебиваемые
голосом Иризис:
- Придержи свои руки, а не то я вышибу тебе мозги. Прочь с дороги!
Толпа расступилась, и девушка подошла ближе. Она успела накинуть нижнюю
сорочку, которая так облегала тело, что только привлекала нескромные взгляды.
- Что ты собираешься делать? - воскликнул Ял-Ниш.
- Спасать жизнь вашего непутевого сына, - мягко ответила Иризис - А если не
удастся, то избавить его от страданий.
В одной руке у нее был свернутый в трубку лист меди, а в другой - небольшой
молоточек из набора инструментов ремесленников.
- Проклятие! Тул-Кин, немедленно сюда!
Лекаря вытащили из угла с фляжкой в руках. Когда сосуд выдернули из его пальцев,
лекарь так задрожал, что не смог удержать протянутый кем-то скальпель.
- Ну что? - высокомерно спросила Иризис. Ял-Ниш на мгновение прикрыл глаза и
смахнул слезу.
- Он умирает?
- Судя по тому, как быстро вытекает кровь, он не продержится и часа, - ответила
одна из сиделок.
Следователь обреченно махнул рукой:
- Ты уже не сможешь причинить ему вреда.
Иризис вышла вперед, склонилась над Нишем и исследовала рану.
- Дротик представляет собой металлический стержень не длиннее лезвия
перочинного ножа. Он спаян из трех прутьев, которые расходятся в разные стороны,
кроме того, на их концах - зазубренные лезвия. Он застрял в мускулах шеи. Одно лезвие
вышло на спине, рядом с позвоночником. Если вытаскивать или проталкивать дротик, то
можно разорвать артерию, и тогда он умрет в течение минуты.
Иризис взяла обрезок медной трубки, убедилась, что диаметр достаточно велик, и
приложила к ране на шее Ниша. Он вскрикнул и дернулся.
- То, что надо, - пробормотала Иризис и осторожно надела трубку на лезвие.
Как только она нажала посильнее, раздался чавкающий звук и кровь потекла через
отверстие трубки. На лице Иризис выступили капли пота. Вокруг стола стояла дюжина
людей, но никто не произнес ни слова. Казалось, что все перестали дышать.
Иризис стала легонько раскачивать трубку взад и вперед, словно пытаясь преодолеть
препятствие. Даже минимальное усилие способно разорвать артерию. Вот она освободила
трубку, вытерла ее о свою рубашку, потом таким же образом протерла пальцы, изменила
угол наклона и снова ввела трубку в рану. На этот раз получилось гораздо лучше.
- Поднимите ему голову! - хрипло попросила Иризис. Ял-Ниш мгновенно
выполнил ее просьбу. Он явно был потрясен. Иризис поправила его руку, чтобы
обеспечить необходимое положение головы.
- Держите его хорошенько!
Она достала из кармана маленький колпачок и надела его на конец трубы. Затем
Иризис взяла молоток и одним ударом загнала трубку внутрь. Казалось, что вместе с этим
ударом из легких наблюдателей вышел последний воздух. Ниш очнулся, вскрикнул и
задергался.
- Держите! - крикнула Иризис. - Или ему конец.
Несколько присутствующих очнулись и бросились помогать. Иризис достала пару
пинцетов, ухватилась ими за край и одним резким движением выдернула трубку вместе с
дротиком. Ниш снова закричал. Освобожденная струя крови выплеснулась наружу. Все
затаили дыхание, ожидая сильного потока из порванной артерии.
- Что происходит? - взмолился Ниш. - Я умираю? Иризис, тяжело дыша,
отступила назад. Ее панталоны и рубашка были пропитаны кровью. С трубки тоже тяжело
падали капли крови. Она внимательно смотрела на горло Ниша.
- Что?.. - снова простонал Ниш.
- Заткнись, Ниш! Ты, к моему глубокому сожалению, еще не умираешь. - Иризис
оглянулась на стоящих вокруг людей. - Кто-нибудь из вас умеет шить?
Лица присутствующих вытянулись и побледнели.
- Конечно, никто не умеет, недоумки! Принесите мне сумку лекаря и его бутылку.
Кто-то поспешно выскочил из комнаты и через несколько мгновений вернулся с
необходимыми предметами. Иризис разыскала иголку с ниткой, методичными
движениями зашила рану и облила ее самогоном.
Наконец она швырнула иглу, нитки и бутылку на стол и вышла из комнаты, даже не
оглянувшись.
Ниша мучила жажда, горло саднило, а шея болела так, что он не мог повернуть
головы. Обрывки воспоминаний сохранили ощущение поглаживаний по лицу чьей-то
ладони, но когда он открыл глаза, рядом сидела только Иризис.
- Ты спасла мне жизнь, - прошептал Ниш, коснувшись ее руки.
- Не вздумай, что я хоть сколько-то беспокоилась о тебе, Ниш-Наш, - сухо
ответила девушка.
- Тогда почему ты это сделала?
- Чтобы завоевать расположение твоего отца. Иначе мне грозил бы детский
питомник.
- Ясно, - протянул он, не заметив странного блеска в ее глазах. - А если бы ты
убила меня...
- Игра стоила свеч. Я люблю рисковать, особенно в тех случаях, когда мне нечего
терять.
- Тогда тебе стоит потребовать награды, - саркастически заметил Ниш. -
Другого я от тебя и не ждал.
Иризис стряхнула его руку:
- Я принесла тебе бульон. Только не вздумай умереть и все испортить.
- Еще чего.
Иризис зачерпнула ложкой бульон и поднесла к губам Ниша:
- Открывай рот!
Ниш с удовольствием выпил вкусный навар, не имеющий ничего общего с тем, что
он привык есть в столовой. Он даже облизнулся.
- Удивительно вкусно!
- Еще бы! Я сама его приготовила. Специально для тебя.
Иризис скормила ему все до последней капли и, не говоря ни слова, вышла из
комнаты. Ниш откинулся на спину, прислушиваясь к шуму крови в голове. Даже это
ничтожное усилие совершенно измотало его.
Иризис трудилась на своем рабочем месте. На этот раз она собирала очередной
контроллер, но внезапно дверь распахнулась, и в мастерскую торопливо вошел Ял-Ниш.
Он всегда и везде торопился, но при его телосложении выглядел по большей части
смешным.
- Что случилось? - нетерпеливо спросила Иризис, опасаясь новой беды.
Большую часть жизни ее преследовали различные опасения, которые она тщательно
скрывала. Одно слово главного следователя, и она превратится в чернорабочего или раба,
а может, ее ждет и худшая участь. Иризис не смогла бы пережить такого позора.
- Я пришел поблагодарить тебя за спасение жизни моего шалопая-сына.
- Шалопая? Да, верно. Но кое-какие таланты у него все же имеются. - Иризис
насмешливо глянула на следователя.
- Я не хочу об этом слышать, - сердито ответил он.
- Не сомневаюсь. Зато я знаю о ваших ночных похождениях. - Иризис небрежно
откинула назад белокурую прядь волос. - Какова моя дальнейшая судьба? Полагаю, я
имею право узнать это уже сейчас.
Следователь принялся расхаживать по кабинету, искоса поглядывая на свою жертву,
словно именно в этот момент решал ее участь.
- Ни один рапорт не дает полных сведений о твоем характере.
- А что пишет обо мне Фин-Мак? Считает ли она меня виновной в предательстве и
даже в убийстве, как думает мой бывший любовник?
- У нас есть... основания сомневаться.
- Почему?
- Трудно представить предателя, так блистательно убивающего одного из своих
покровителей.
- Зачем приходили лиринксы?
- Здесь много неясного. - Казалось, что Ял-Ниш размышляет вслух. -
Непонятно, откуда они появились и чего добивались.
- Я слышала, что один из врагов, пока его не прикончили, прорывался в кабинет
Ги-Хада. Похоже, у них была вполне определенная цель.
- Может быть, они стремились уничтожить какие-то улики, - неуверенно
предположил Ял-Ниш.
- Следует ли из этого, что предателем является Ги-Хад?
- Не говори глупостей. Лиринксы стремились завладеть сломанным индикатором
Тианы. Мы считаем, что в нем хранится информация о личности предателя, это снимает с
тебя подозрение в сотрудничестве с врагами.
- А другие?
- Тебя обвиняют в серьезных нарушениях, и Фин-Мак утверждает...
- Что? - Иризис суеверно скрестила пальцы под столом.
- Что ты тщеславна, горда и обладаешь непомерно высоким мнением о своей особе.
Но все это своеобразный способ защиты от властной матери и отца-неудачника, от
давления семьи, изо всех сил пытающейся возобновить былую славу вашего рода. Еще
она уверена, что ты совершенно лишена понятий о морали и способна на все, лишь бы
возвыситься самой и унизить соперников. И ты обладаешь смелостью, граничащей с
безрассудством, нацеленной на достижение личной выгоды. Ты добиваешься более
высокого положения...
Иризис не сочла возможным опровергать его слова, это грозило потерей лица.
- Все верно, - притворно-скучающим тоном произнесла она. - Я такая, какая
есть. Или какой меня сделали обстоятельства моей жизни.
- Конечно, и это одна из причин моего прибытия сюда. Я
...Закладка в соц.сетях
