Жанр: Фантастика
Кочевник
..., - Сорак и Рианы. И никакого признака Молчаливой.
Валсавис еще раз оглядел все кругом. Ветки некоторых деревьев обломаны, у некоторых
растений кинжал-трава нет листьев. Повсюду в роще, а особенно в ее центре, остались
следы бурной деятельности антлоидов. Но что именно они делали? И почему Сорак и
Риана пришли сюда?
В добавок к веткам, аккуратно обломанных антлоидами, было также отчетливо видно,
что некоторые ветки были вырваны и обломаны сильнейшим ураганом, хотя было похоже
на то, что ураган был только в роще, и только в ее центре. Да, бывает, такие вещи
случаются в пустыне, подумал Валсавис, но удивительно то, что это случилось именно
здесь, где и без того так много удивительного. Он нахмурился. Ну так что именно
случилось здесь?
Он пошел обратно по следу, оставленному Сораком и Рианой. Они бежали. Это было
яснее ясного, он мог сказать это по весу, с которым они наступали на землю. Но почему?
Побыстрее оказаться в роще? Куда же они тогда спешили? Если, подумал Валсавис, они
не бежали для того, чтобы быть наравне с кем-нибудь или чем-нибудь. Он нагнулся и еще
раз самым внимательным образом проверил след. Точно, вот оно! След расклинна. Но что
расклинн делает на равнине? Это не их нормальное место обитания. И так близко от
деревни. С другой стороны, подумал он, если только это не особый расклинн. Может
быть, подумал он, Молчаливая действительно пирена, меняющая форму.
Он пошел по следу расклинна. Идти по нему было труднее, чем по следу Сорака и
Рианы, но он справился. След вел прямо в рощу, а потом исчезал. В точности, как и след
Сорак и Рианы. Куда же они делись? И как?
Валсавис знал, что должен быть ответ. Он собрал вместе все странности. Антлоиды
делали что-то очень странное и необычное, то, что они обычно не делают никогда, то, что
далеко выходит за пределы их естественного поведения. Расклинн ведет Сорака и Риану в
рощу и исчезает вместе с ними без следа. Признаки жестокого шторма, урагана. Очень
сильный и невероятно узкий ураган. Или скорее...
- Элементаль? - сказал Валсавис вслух. И негромко выругался. Итак, все свидетельства
ведут к одному. Молчаливая действительно пирена, меняющая форму, способная влиять
на поведение диких животных и призывать элементаль. Но с какой целью? И что именно
делали антлоиды?
Он еще немного побродил по роще. Земля было вся перепахана, не только антлоидами,
бегавшими взад и вперед, но и ураганом, премешавшим ее как масло в ступке. Ну просто
маленькое торнадо. А возможно несколько маленьких торнадо. Несколько элементалей?
Возможно. Сколько она способна призвать?
Что-то на земле привлекло его взгляд, он остановился и поднял его. Это был кусок
листа кинжал-травы, расщепленный очень тщательно вдоль, по волокну, как если бы их
него делали веревку...Стоп, веревка, подумал он. Если из листьев конжал-травы сделать
веревку, это будет очень крепкая веревка. Такой веревкой можно связать вместе ветки,
которые антлоиды отгрызли от деревьев пагафа... Плот? - вслух сказал он.
И внезапно все встало на свои места. Сорак и Риана пришли в рощу, но нет ни
малейшего следа из рощи. Как если бы они просто исчезли, растворились в воздухе. Или
улетели по воздуху. Поднятые элеметалями, вызванными пиреной.
Недовольный сам собой, Валсавис бросил кусок листа кинжал-травы на землю.
Конечно, подумал он. Вот теперь все приобрело смысл. Вот почему они не взяли с собой
канков. И тем не менее они не пошли пешком. У них появился намного более быстрый
способ передвижения, на деревянном плоту, сделанном антлоидами под рукодством
пирены, и поднятый в воздух элементалями, которых она призвала. И они легко и изящно
решили проблему с иловыми озерами. Им не надо обходить их кругом, тратя уйму
времени. Они пролетят над ними, и все дела. Но тогда ему никогда не схватить их,
внезапно сообразил он. Он проиграл. И это его собственная ошибка. Он недооценил их.
Он был слишком уверен в себе. И теперь ему придется заплатить за это.
Хорошо, подумал он, но никто никогда не скажет, что Валсавис не принимает
ответственность за свои ошибки. Он поднял руку и посмотрел на закрытый золотой глаз
на своем пальце. Несколько мгновений он только смотрел на него, концентрируясь и
представляя, как его призыв лежит через пространство. Потом руку закололо, и золотой
глаз открылся.
У тебя есть что-то, что ты хочешь сказать мне? сказал в его мозгу голос Короля-Тени.
- Да, милорд. Боюсь, я упустил их.
Какое-то долгое мгновение в его мозгу была тишина. Потом голос заговорил опять.
Как?
Валсавис быстро расказал Королю-Тени, что он обнаружил, не скрывая своей ошибки,
из-за которой он упустил их, дал им сбежать. Когда он закончил, король-дракон не
ответил сразу. Золотой глаз некоторое время просто глядел на него, потом моргнул.
Ты сделал ошибку, Валсавис, сказал Нибенай. К счастью, поправимую. Смотри, не
ошибись опять. Оставайся там, где ты находишься сейчас. Я пришлю тебе способ
преследовать их. Золотой глаз закрылся.
Способ преследовать их? Валсавис спросил себя, что Нибенай имел в виду. Каким
образом он может преследовать их? Король-Тень, что, дарует ему способность летать? На
таком расстоянии? Нибенай, конечно, могучий волшебник, но не до такой же степени,
чтобы наложить заклинание через Великую Желтую Пустыню и Горы Мекилота!
Очевидно, впрочем, что он имеет в виду что-то. И он, вероятно, простил ему его ошибку.
Не малое дело! Впрочем, кое-что абсолютно ясно. Вторую ошибку король-дракон ему не
простит.
Оставайся там, где ты находишься, сказал он. Хорошо, он останется. Осбенно теперь,
когда ему вообще нечем заняться и непонятно что делать. Но как долго должен он будет
сидеть в этой роще? Пока Нибенай что-то там сделает, у него есть масса времени.
Например для завтрака. Он ведь еще не завтракал. Валсавис подощел к канку, вынул
немного еды, расположился на земле и начал есть.
Прошел час, он все еще ждал. Прошло еще полчаса. А потом над Валсависом прошла
тень. Он взглянул вверх. Тень снова прошла над ним. Птица-рок. Гигантская птица,
пятьдесят футов в длину от головы до перьев хвоста, с размахом крыла до сотни футов.
Она сделала над ним круг, потом еще, потом скользнула вниз.
Валсавис вытащил меч. Потом он сообразил, что птица не атакует его. Она скользила
вниз и готовилась сесть. Ага, это и есть способ преследовать их, который Нибенай послал
ему от Гор Барьера. Валсавис усмехнулся. Тем временем птица села, ее огромная,
вызывающая страх голова нависла над ним.
- Один момент, мой пернатый друг, - сказал ей Валсавис, снимая свой рюкзак со спины
канка и вешая некоторые из своих сумок себе на плечи. Он должен был оставить все
остальное вместе с канком, естественно, и взять с собой только то, что он может нести на
себе. Этого будет достаточно. Ему больше не надо пересекать пустыню и идти вокруг
иловых озер. Он полетит над ними, как и Риана с Сораком.
Он взобрался на массивную спину и обхватил ногами толстую шею. Огромная птица
закричала, забила своими гигантскими крыльями и поднялась в воздух. Эта троица
доберется до Бодаха в полной уверенности, что они избавились от него, что он никогда не
сможет догнать их.
Валсавис засмеялся. Они ошибаются.
Восьмая Глава
Пока они летели под свист ветра, пустыня, освещенная лунным светом, лежала под
ними, за ними, вокруг них, широкая, простершаяся до самого горизонта. Свет обеих лун,
Рала и Гутея, отражался на кристалликах соли под ними, придавая Желтой Пустыне
загадочный и даже мистический вид. Наверху было довольно холодно, и ветер выдувал
последние капли тепла, забираясь в волосы и в одежду, так что их тряс озноб, пока они
неслись над пустыней, прижавшись к деревянному помосту.
- Это просто замечательно, - сказала Риана, очарованная открывшимся перед ней
видом, несмотря на жестокий холод. Поначалу она очень испугалась, когда земля начала
проваливаться вниз, а они поднимались все выше, она не могла сопротивляться настоящей
панике, охватившей ее, она была уверена, что еще немного, и они упадут. Но элементали
воздуха были сильны, а Кара держала их вместе и руководила ими, так что Риана скоро
расслабилась и полностью отдалась новым ощущениям.
Позади себя она услышала внезапный взрыв радостного, абсолютно естественного
смеха, она взглянула на Сорака и увидела его лицо, светящееся от удовольствия. Губы
широко раскрылись в довольной улыбке, ноздри трепетали, его лицо буквально светилось
от счастья, и все это вместе тут же сказало ей, что это больше не Сорак, а Кивара, озорная
и ребячливая девушка, которая всегда стремилась только к новым удовольствиям, всюду
искала наслаждения и новые ощущения.
- Я лечу! - счастливо закричала она. - Риана, это замечательно, я так счастлива!
Несмотря на то, что это был не Сорак, которого она знала и любила, а совсем другая
личность, Риана не смогла не обрадоваться, видя "его" таким счастливым и
изменившимся. Обычно молчаливый и суровый, иногда мрачный и зачастую унылый,
Сорак никогда не радовался. Возможно, что та часть его души, которая умела радоваться,
и стала отдельной личностью, Киварой. Кивара умела радоваться. Зато она и не имела ни
одного из других его качеств. Это были два абсолютно разных человека, разного возраста,
и даже разного пола, которые, так получилось, разделяли одно и то же физическое тело.
Кивара была совершенно безответственной юной девушкой, которой правили только
страсти и любопытство. Она не знала и не умела ничего другого, и, похоже, не могла
ничему научиться. А возможно не хотела. Из всех личностей, составлявших племя в
одном, которое Риана знала как Сорак, Кивара была самой непредсказуемой.
На Страж всегда можно было полагаться, всегда наготове был ее мудрый совет и
тщательно продуманная мысль, и ее сильное, почти материнское, стабилизирующее
влияние. Путешественник говорил редко и в основном оставался замкнут сам в себе, он
был охотник и следопыт, сильный, обладающий многими талантами мужчина, который
добывал для племени еду.
Поэт был наивным, ребячливой, невинным и милым ребенком, который был всегда
счастлив и постоянно глядел на мир, как на непрерывное и бесконечное чудо, и выражал
свой восторг песнями. В некоторых отношениях, он был копией Кивары, только
мужчиной, и без ее аморальных инстинктов и упрямства. Из всех личностей богатого
внутреннего мира Сорак он был ближе все к Первоначальному Ребенку, который спал
беспробудным сном в общем подсознании племени.
Темный Маркиз не походил на одну из всех разнобразных личностей племени, что-то
вроде обратной стороны монеты для всех них. Это была мрачная и угрожающая,
излучающая ужас, в чем-то звериная личность, обычно находившаяся в самых глубинах
подсознания Сорака, и выходившая наружу без всякого предупреждения только тогда,
когда племени грозила страшная опасность. Иногда Сорак мог как-то контролировать его.
Чаще всего не мог. Чаще всего Сорак даже не помнил, что случалась в те моменты, когда
Маркиз контролировал тело, но Риана видела несколько раз, что при этом происходило, и
это было ужасающее зрелище.
Скрич был той частью Сорака, которая была наиболее близка к животному миру, и
походил на тех дикарей, которые сами мало чем отличались от животных. Он мог
общаться с любой живой тварью Атхаса, и говорил с ними на их собственном языке,
понимал их инстинкты и поведение, и мог сам вести себя точно также, как и они.
Эйрон был, в некотором отношении, самой человеческой из всех разнообразных
личностей Сорака, хотя в Сораке вообще не было человеческой крови. По меньшей мере,
подумала Риана, ни он, ни она не знали об этом. Эйрон был холодный прагматик,
мыслитель и разработчик планов действий в критических ситуациях, но по природе был
циничен и пессимистичен. Он был скорее осторожностью, которая есть у каждого
человека, развившейся до масштабов личности. По большей части Эйрон откровенно
надоедал и раздражал, что он очень хорошо умел делать, учитывая его ум, но он был
одним из важнейших членов племени в одном, и без него оно было неполно.
И еще, конечно, был мистический Кетер, самая загадочная личность из племени,
которую никто из них не мог объяснить. Кетер и был и не был одним из них. Сам Сорак
настаивал, что Кетер не родился из него, но, каким-то образом, пришел к ним снаружи,
неизвесто откуда, загадочный и могущественный, суровый и бесконечно добрый, быть
может являющийся воплощением существа с другого уровня существования. Но Кивара...
Риана знала, что нет никакого способа предсказать, что Кивара может выкинуть в
очередной момент. Например самым страшным из всех личностей Сорака был Темный
Маркиз, но Риана по меньшей мере знала, чего ждать от его. С Киварой она никогда не
была ни в чем уверена, и когда Кивара выходила наружу, Риана чувствовала себя в высшей
степени неловко. Верно, она выходила не часто, но когда это все-таки происходило, она
вела себя упрямо, своевольно и безответственно. И Риана внезапно ощутила всей кожей,
что они находятся на непрочном деревянном плоту, который не раваливается только из-за
листьев кинжал-травы и слюны антлоидов, а держится высоко в воздухе только благодаря
крутяшимся воронкам элементалей воздуха. И вряд ли это самое лучшее место для
Кивары, внезапно вынырнувшей из подсознания Сорака и получившей контроль над
телом.
- Глядите на меня! - крикнула Кивара, вскакивая на ноги и раскидывая свои руки
широко в воздухе, как крылья. - Я птица.
Плот покачнулся, так как равновесие было нарушено, и Риане стало очень тревожно.
Он схватила Кивару за ногу. - Садись, глупая маленькая девчонка, - крикнула она. - Ты
что, хочешь перевернуть плот и послать нас всех вниз кувыркаться на землю?
- Подумаешь, - нагло бросила Кивара. - Ты что, боишься?
Это был голос Сорака, хотя и немного более высокий, но звучал он совершенно по
другому - кокетливо и своенравно, немного зло, а больше всего упрямо. Это был голос
ребенка, танцующего на краю пропасти, и совершенно не соображающего, что он в любой
момент может свалиться.
- Да, я боюсь, - ответила Риана, - и ты должна, если у тебя есть хоть капля разума.
Только этот плот удерживает нас в воздухе, без него мы полетим вниз и разобьемся
насмерть. Садись и перестань вести себя как ребенок!
- Ох-пух, - обиженно сказала Кивара, но села. На самом деле она скорее плюхнулась на
плот, упав на попу, как часто делают дети, и помост еще раз покачнулся, на этот раз
сильнее. Риана схватила ее и прижала к деревянной поверхности, пока плот опасно
качался на крутящихся ветрах, а Кивара только хихикала от радостного возбуждения.
- Я сейчас стащу с тебя штаны и надаю по попе, - зло сказала Риана.
- Ай-я-яй, как страшно, - возразила Кивара, бросая на Риану упрямый и капризный
взгляд. - Давай, почему же ты остановилась?
- Потому что я очень хорошо тебя знаю, вот почему. Ты не почувствуешь боли. Как
только я начну вгонять тебе ума через задние ворота, ты тут же сбежишь, и окажется, что
я в глупом положении и луплю по попе Сорака или кого-то еще, совершенно не
виноватого.
- О, откуда ты знаешь, а может быть Сораку это понравится, - сказала Кивара. - А
может быть и тебе самой. Может быть это именно то, что вы оба по-настоящему хотите!
- О-oх, ты абсолютно невыносима!
- А ты совершенно не умеешь веселиться и получать удовольствие.
- Удовольствие? - сказала Риана. - А ты вообще знаешь, что мы делаем? Куда идем?
- Какая разница? - спросила Кивара, глядя сверху на потрясающий вид - бесконечную
пустыню с высоты полета плота. - Лучше посмотри на это! Разве это не совершенно
потрясно?
- Кивара, мы летим в Бодах, город немертвых, - твердо сказала Риана.
- Немертвых? - переспросила Кивара, глядя на нее неуверенным взглядом.
- Да, немертвых. Их там целый город. Сотни, возможно тысячи или десятки тысяч.
- И что мы собираемся делать там? Это же глупость, настоящее безумие!
- Мы должны найти там старинный талисман, известный как Серебряный Нагрудник, и
принести его Мудрецу.
Кивара скривилась. - Ну вот, опять он. Мы уже бегали для него в одну сторону, потом в
другую, избегали всю пустыню как глупый эрдлу, и для чего? Что этот Мудрец сделал для
нас?
Риана попыталась побороть поднимавшееся в ней раздражение. В прошлом, когда
Кивара выходила наружу, остальные разрешали ей немного порезвиться, но ее
непредсказуемая и упрямая натура постоянно заставляла Страж контролировать ее и,
когда дело переходило все границы, заставлять уйти вниз. В последнее время, однако,
когда Кивара была наверху, она удачно сопротивлялась любым попыткам Страж удержать
ее под контролем. Это было очень тревожное развитие событий. И Риана просто
опосалась, что призыв к Страж вызовет еще большее раздражение у Кивары, еще больше
озлобит ее, а последствия конфликта внутри племени легко предсказать. И тем не менее
здесь и сейчас, на плоту, летящем через пустыню в Бодах, Киваре совсем не место. С ее
пламенным темпераментом и неумением терпеть все это может кончиться очень плохо.
- Мудрец работает ради нас всех, - терпеливо объяснила Риана. - Он - та единственная
сила, которая стоит между нами и королями-драконами, единственная надежда на
будущее этого мира. И он единственный, кто может рассказать Сораку правду о нем
самом.
- Ну, в этом я не вижу никакого смысла, - упрямо сказала Кивара.
- Сорак видит, - сказала Риана, отчаянно стараясь сдержать свой темперамент. Кивара
умела расбесить ее до невозможности.
- Но это же ничего не изменит, ты сама знаешь, - ответила Кивара. - А потом бросила
на Риану внезапный тревожный взгляд. - Или изменит?
- Я не знаю, - сказала Риана. - Этот вопрос племя должно решить само, когда
повстречается с Мудрецом. Разве ты сама не хочешь узнать, откуда ты пришла?
- Зачем? Я и так здесь, остальное меня не интересует.
Да, это одна из основных особенностей характера Кивары, подумала Риана. Жить
только настоящим. - Возможно, для тебя это неважно, - сказала она, - но Сораку очень
важно знать о своем происхождении. И возможно еще кое-кому, тоже.
- Настолько важно, чтобы рисковать и идти в город, полный немертвых? - сказала
Кивара. Она потрясла головой. Было очень странно видеть ее поведение и манеры,
настолько отличающиеся от поведения остальных. Хотя Риана и выросла с этим, это было
что-то, к чему она так и не смогла привыкнуть. Это всегда поражало ее, хотя и не так, как
в начале.
- Но это не единственная причина, я уже говорила тебя, - сказала Риана. - Мы идем в
Бодах чтобы помочь Мудрецу.
- Это скучно, - заявила Кивара, которая была не в состоянии сосредоточиться на чем-то
одном достаточно долго. - Я больше не желаю говорить об этом.
- Тогда о чем ты хочешь говорить?
- Не знаю. С тобой вообще не о чем говорить, никакого удовольствия. Ты не знаешь
ничего интересного, а если и знаешь, не умеешь о нем рассказать. С тобой всегда только
скучно, никаких развлечений!
- Я умею быть веселой, как и все, - сказала Риана. - Но есть время и место для
подобных вещей, и это не сейчас.
- У тебя всегда не время и не место! - капризно ответила Кивара. - Да посмотри же ты
вокруг, Риана. Мы летим! Мы парим высоко, как птицы. Неужели ты не чувствуешь, как у
тебя захватывает дух?
- Да, - сказала Риана, - но если я буду обращать внимание только на то, как мой дух
парит в небесах, тогда я стану беспечной, мы обе упадем и разобьемся насмерть, потому
что мы совсем не птицы. Есть кое-что, что ты должна выучить, Кивара. Нет ничего
плохого в том, как ты радуешься всем новым ощущениям, в твоих эмоциях и
переживаниях, но тебе надо научиться сдерживать себя. Поскольку когда ты перестаешь
контролировать себя, ты теряешь понятие о том, что может произойти, и теряешь чувство
самосохранения.
- Пускай Страж заботится об этом, - безразлично сказала Кивара. - Я никогда не
думала и никогда не буду думать о таких скучных вещах. И тем более сейчас, когда я лечу!
- Она опять прыгнула на колени и раскинула руки в стороны. Плот на этот раз затрясся
под действием ревущих ветров так, что Риана на какое-то мгновение решила, что он
разваливается, и вцепилась в него обеими руками.
- Я думаю, что этого было достаточно, - сказала Страж, оттесняя Кивару вниз. Голос
был по-прежнему Сорака, но тон голоса изменился, и сильно изменился. Голос стал
ниже, тверже и спокойнее, он излучал полный самоконтроль и уверенность в себе. Риана
легко могла себе представить, как громко протестовала Кивара внутри сознания Сорака,
но Страж вышла наружу и твердо держала контроль. - Прости меня, - сказала она Риане. -
Она ускользнула от меня.
- Все в порядке, Страж, - ответила Риана. - Все живы, никто не пострадал.
- Я не уверена, - сказала Страж. Ее тон стал более озабоченным. - Кивара становится
все более сильной, ее все труднее контролировать. Каждый раз, когда она выходит
наружу, она все более упрямо сопротивляется, и мне все труднее и труднее загнать ее
назад. А что будет дальше, если она станет невероятно сильна?
- Ты считаешь, что можешь потерять над ней контроль, есть такая возможность? -
спросила Риана, испуганная и усталая после борьбы с Киварой.
- Я не уверена полностью, - сказала Страж. - Но надеюсь, что нет. Это нарушило бы
ментальное равновесие внутри племени.
- Да уж, это может нарушить не только ментальное равновесие, - мрачно заметила
Риана, с опаской глядя на успокоившийся плот. - Она не так плоха, я понимаю, но
проблема в том, что она не хочет, или не умеет думать.
Она очень молода, - ответила Страж. - А это тело - тело взрослого, созревшего
мужчины. Это делает проблему еще сложнее.
- Ну, не все так плохо, - сказала Риана. - Мы можем взглянуть и на светлую часть
происходящего. Смотри, мы избавились от Валсависа. Теперь он не в состоянии догнать
нас.
- Ты уверена?
Риана пожала плечами. - Даже если представить себе, что он поедет на смом быстром
канке в мире, у него уйдет много дней только на то, чтобы добраться до внутренних
иловых озер, а потом ему еще надо будет обогнуть их и добраться до полуострова, на
котором лежит Бодах. К тому времени, когда он окажется там, мы уже давно закончим
нашу миссию, так или иначе.
- Возможно, - ответила Страж. - А потом? От Бодаха далеко до любого города Атхаса.
Если я правильно помню Журнал Странника, самое ближайшее к Бодаху поселение -
Северный Лодополус, а ближайший город - Балик, но он лежит по ту сторону Дельты
Раздвоенного Языка. Нам придется пройти огромное расстояние по земле, прежде чем мы
достигнем цивилизации, и у Валсависа будет очень много возможностей сократить между
нами расстояние.
- Я даже не подумала об этом, - озабоченно сказала Риана. - А что об этом думает
Сорак?
- Он то как раз обдумал эту ситуацию, - сказала Страж, кивая головой. - В настоящее
время самое главное - выжить в Бодахе, несмотря на всех немертвых, и найти Серебяный
Нагрудник. Это уже достаточно трудная и рискованная задача. С Валсависом можно будет
справиться позже, но ты не должна думать, что мы больше не увидим его. Он слишком
умный и решительный человек, и просто так не сдастся. Верно, чтобы добраться до
Бодаха ему надо проделать долгий путь, но и невозможно сказать, сколько времени
займут у нас поиски талисмана. И тем более невозможно сказать заранее, сколько
времени понадобится, чтобы справиться с немертвыми. А Валсавис безусловно
отправится в Бодах, так как он знает, что это наша цель. А еще он знает, что
единственный путь из Бодаха обратно в цивилизацию лежит на запад.
- Мы могли бы перелететь над ним, - сказала Риана.
- Возможно, - согласилась Страж. - Но мы не знаем, захочет ли Кара перенести нас к
нашей следующей цели. Она и так уже сделала очень много ради нас. Или скорее ради
Мудреца, я бы сказала. В любом случае не очень-то често ожидать он нее слишком
многого. Если она решит, что, доставив нас в Бодах, она выполнила свою часть и вернется
в Соленое Поле, это будет ее право.
- Да, конечно, - сказала Риана. - Я понимаю.
- Не беспокойся, младшая сестричка, - сказал Сорак, внезапно выходя на поверхность. -
Мы справимся. Мы всегда справляемся.
Она улыбнулась, обрадованная тем, что опять видит его, особенно после кошмарного
опыта с Киварой. - Ну как, хорошо поспал?
- Да, мне действительно было необходимо отдохнуть. А как ты? Ты же не спала.
- Ты думаешь, что я смогу заснуть в таком месте? - сказала она.
- Я думаю, что ты можешь попытаться, - сказал он. - Тебе потребуется вся твоя сила и
энергия, когда мы окажемся в Бодахе.
- Будет уже утро, когда мы прилетим туда, - сказала она. - Немертвые попрячутся в
свои щели.
- Да, - сказал Сорак. - Если нам повезет, мы сможем закончить все свои дела до
наступления ночи и убраться из Бодаха. Но мы не можем полагаться на это. Мы не в
состоянии предвидеть будущее. Так что тебе лучше всего поспать. По меньщей мере
несколько часов.
Она неуверенно поглядела вокруг. - Спать на крошечном деревянном плоту, который
несется на четырех ветрах на высоте нескольких сотен футов над землей? - Она покачала
головой. - Хорошо, я попробую, но, често говоря, не думаю, что это хорошая мысль.
- Сюда, - сказал он. - Я подержу тебя. Попытайся закрыть глаза, расслабиться и уснуть.
Она нырнула в его надежные объятия.
- Закрой глаза, - сказал он.
Она глубоко вдохнула и закрыла глаза. Внезапно она улышала какую-то тихую,
успокаивающую мелодию внутри себя, поначалу очень тихую, потом ставшую громче, еще
громче, и вот голос Поэта, поющий чудесную, прекрасную песню наполнил все ее
существо. На мгновение она даже задержала дыхание, от восхищения и наслаждения. Она
никогда даже не подозревала, что он может сделать такое для нее.
Потом она вздохнула и поудобнее устроилась в сильных руках Сорака, чувствуя себя в
полной безопасности в его объятиях, а Поэт все пел монотонную, успокаивающую
мелодию, пел для нее и только для нее одной. Тихое покачивание плота под ветром стало
напоминать равномерное покачивание детской колыбели. Она улыбнулась, уютно лежа в
руках Сорака, песня продолжала наполнять сознание, и скоро она поплыла по волнам сна
по зеленым и цветущим горным лесам Поющих Гор, а ветры продолжали нести ее к
городу немертвых.
- Р
...Закладка в соц.сетях
