Жанр: Фантастика
Меч Истины 9. Девятое правило волшебника, или огненная цепь
.... Он подумал, что стоит пойти забрать меч, но не хотел оставлять
Кару.
После того, как ушел последний человек, Никки села положив руку Каре на лоб. Ричард
опустился на колени рядом с ней.
- Как ты думаешь, что случилось? - Спросил он.
Рука Никки замерла. - Понятия не имею.
- Но ты можешь помочь ей? Можешь что-то сделать?
Никки долго раздумывала, прежде чем ответить. - Не уверена. Но сделаю все, что смогу.
Ричард взял Кару за дрожащую холодную руку. - Как ты думаешь, не закрыть ли ей
глаза. Она даже не моргает.
Никки кивнула. - Возможно, стоит. Я думаю, это из-за пыли у нее текут слезы.
По одному Никки осторожно закрыла Каре глаза. Ричард почувствовал облегчение теперь,
когда не видел смотрящих в никуда глаз.
Никки опять положила руку Каре на лоб. Ее другая рука лежала на ее груди. Пока Никки
держала запястье, лодыжку и проводила рукой под задней частью шеи Кары, Ричард отошел к
раковине и вернулся с влажным полотенцем. Он тщательно вымыл лицо Кары и вычистил часть
пыли и штукатурки из ее волос. Через влажную ткань он чувствовал ледяной холод ее плоти.
Ричард не мог понять, как она могла быть такой холодной, когда вокруг так тепло и
влажно. Он помнил тот ледяной холод, когда в его комнату вошла эта черная тень, и свое
ощущение жуткого холода от контакта с этим явлением, когда он двигался мимо него и прыгал
из окна.
- Разве у тебя нет никаких мыслей - почему это случилось с ней? - снова спросил
Ричард.
Никки рассеянно покачала головой, в этот момент она сосредоточенно сжимала пальцами
виски Кары.
- Есть у тебя хоть какая-нибудь идея, что из себя представляло то, что проникло через
стены?
Никки повернулась, вглядываясь в него. - Что?
- Я спросил, есть ли у тебя предположения, что это было? То, что разрушило стены?
Никки выглядела рассерженной его вопросами. - Ричард, выйди, подожди снаружи.
Пожалуйста.
- Но я не хочу оставлять ее. Хочу быть рядом.
Никки мягко взяла его за запястья и убрала его руку от Кары. - Ты мешаешь.
Пожалуйста, Ричард, позволь мне спокойно заняться ею. Лучше, если ты не будешь дышать мне
в затылок.
Ричард почувствовал себя неловко. - Ну, если это поможет Каре.
- Так и будет, - произнесла она, возвращаясь к женщине, лежащей на кровати.
Краткое мгновение он наблюдал. Никки проводя рукой вдоль позвоночника Кары, была
полностью поглощена исследованием.
- Иди, - пробормотала колдунья.
- То, что проникло в наши комнаты, было очень холодным.
Никки оглянулась через плечо. - Холодным?
Ричард кивнул. - Настолько, что я видел собственное дыхание. Мне кажется, холоднее
быть просто не может.
Никки немного обдумала его слова, прежде чем вернуться к Каре. - Спасибо за
информацию. Как только смогу, я выйду сообщить как дела. Обещаю.
Ричард чувствовал свою беспомощность. Мгновение он стоял в дверях, наблюдая за почти
незаметными движениями неглубокого дыхания Кары. Свет лампы осветил водопад светлых
волос, когда она наклонилась к Морд-Сит, стараясь понять, что же произошло.
Ричарда охватило ужасное чувство, что он уже знает, что же случилось с Карой. Он
боялся, что она непосредственно соприкоснулась со смертью.
Глава 17 (MagG)
Откопав в груде щебня свой мешок, Ричард стряхнул с него пыль, достал и надел
рубашку. А еще он надел перевязь с мечом.
Хотя он и не знал, что нанесло такие разрушения, но предполагал, что скорее всего оно
охотилось на него. Он понятия не имел, поможет ли меч в борьбе против этого, но его
присутствие все же позволяло чувствовать себя немного более уверенным.
Ночной воздух был все еще теплым. Кто-то из людей, увидев, что он выходит из двери,
подошел поближе.
- Как госпожа Кара?
- Пока непонятно. По крайней мере она жива - это уже хорошо.
Мужчина кивнул.
Ричард узнал его шляпу. - Это вас я видел, когда висел на окне?
- Правильно.
- Вам удалось рассмотреть то, что напало на нас?
- Боюсь, что нет. Я услышал крики, увидел, что вы висите на одной руке. Я тогда еще
подумал, что вы можете упасть. Вот и все.
- Вы видели, как черная тень выходила из окна?
Человек заложил руки за спину и задумался. - Ну... возможно я заметил что-то. Даже не
тень, скорее всего - тень тени. Меня больше интересовало, как успеть к вам на помощь, пока
вы не упали.
Поблагодарив своего спасителя, Ричард некоторое время шел, не понимая куда. Он
совершенно растерялся, его мысли были такими же тяжелыми и темными, как эта душная ночь.
В голове царил сумбур из обрывков мыслей и желаний. Он чувствовал себя совершенно
беспомощным.
Влажная тьма затянула звезды и приглушила свет луны, но городские огни,
отражающиеся от туманной пелены давали достаточно света, чтобы разглядеть дорогу к
подножию холма. Невозможность помочь Каре заставила его остро ощутить свою
бесполезность. Сколько раз Кара неизменно оказывалась рядом, чтобы помочь ему. Но вот
сейчас она столкнулась в чем-то, что оказалось выше ее сил.
Некоторое время Ричард стоял на склоне холма, с высоты пристально глядя на Сильную
Духом . Это Виктор придумал и сделал подставки для факелов, окружающих статую. Кэлен,
очарованная процессом, горячо его поддержала. День за днем она проводила в душной кузнице,
наблюдая как из раскаленного добела железа искусство кузнеца создает красоту. В такие дни
Виктор не хмурился. Посмеиваясь над ее наивным интересом, он показывал ей, как нужно
работать с металлом, чтобы достигнуть задуманного.
Ричард еще вспоминал невольный страх Кэлен, когда она видела свою душу,
воспроизведенную в белом мраморе и возвещающуюся над городом. Он помнил тот день, когда
маленькая статуэтка из орехового дерева наконец вернулась к своей владелице и как она
прижала ее к груди. Как она любовалась ее линиями, ее взгляд скользил по плавным изгибам
платья. Ричард никогда не забудет, как в тот день сияли ее глаза, устремленные на него.
То, что никто не верит, когда он говорит о Кэлен, заставляло его чувствовать себя
абсолютно одиноким. Прежде ему никогда не доводилось оказываться в ситуации, когда люди,
преданные ему, искренне за него переживающие, тем не менее не верили его словам, принимая
их за игру воображения. Это было пугающе-беспомощное чувство - ощущать, что
окружающие принимают его за человека, полностью утратившего связь с реальностью.
Но все же это не так пугало, как беспокойство о Кэлен, незнание того, что с ней
случилось.
Он просто не представлял, что делать, чтобы найти ее. Он лишь понимал, что ему нужна
помощь. Он не знал, к кому обратиться, да и есть ли кто-то, кто сможет помочь. Но в одном он
был твердо уверен - он не успокоится, пока не получит такую помощь.
Постояв еще немного, Ричард вернулся к гостинице. Джамиля убирала пыль и куски
штукатурки на нижней площадке лестницы.
Она наблюдала, как он входит. - Вы должны заплатить за все.
- О чем это ты?
Ручкой метлы она указала наверх. - За все разрушения. Я видела, что там творится. Вы
должны заплатить за ремонт.
Ричард был озадачен. - Но это сделал не я.
- Это - ваша вина.
- Моя вина? Я был в своей комнате. Не я разрушил все это, и не знаю, почему это
произошло.
- Вы и та женщина были единственными жильцами в верхних комнатах. Когда вы их
заняли, комнаты были в порядке. Теперь они разрушены. Их ремонт обойдется очень дорого.
Не я сделала это, почему тогда я должна ремонтировать их за свой счет? Комнаты разрушены
по вашей вине, поэтому вы должны учесть еще и потерю оплаты за эти комнаты, пока их будут
ремонтировать.
Она потребовала оплаты, даже не поинтересовавшись состоянием Кары, без единого слова
сожаления о том, что с ней случилось.
- Я скажу Ицхаку, чтобы вычел всю сумму из того, что он мне должен. - Ричард
пристально смотрел на женщину. - А теперь, если позволите...
Тыльной стороной руки он отодвинул ее, проходя в темный холл. Она обиженно
взглянула, возвращаясь к своему занятию. Не зная, куда деваться, он медленно шагал
взад-вперед по холлу. Джамиля уже закончила убирать первый этаж и занялась другими
делами, а он все продолжал ходить из угла в угол.
Наконец, он уселся, прислонившись спиной к стене рядом с дверью в комнату Никки. Он
не знал, что делать, куда пойти. Он хотел видеть Кару.
Опустив подбородок на кисть руки, упершись локтем в колено, он обдумывал то, что
сказала Джамиля.
В чем-то она права. Это нечто приходило за ним. Всего этого не случилось бы, если бы
там не было его. Если бы еще кто-нибудь был ранен или убит, на самом деле виноват был бы
он, Ричард. Он виноват в том, что навлек опасность на других. Если бы не он, Кара не
пострадала бы.
Нельзя обвинять невиновного, остановил он себя. Виноват Джегань и те, кто работает на
него. Это Джегань приказал создать зверя, который охотится за Ричардом. Кара всего лишь
оказалась у него на пути, она пыталась защитить его от того, что создали Джегань и Сестры
Тьмы.
А еще люди Виктора, убитые несколько дней назад... Ричард не мог не чувствовать
ужасную тяжесть вины за их гибель.
И все же, то, что разрушило гостиницу, не нанесло ему вреда. Оно исчезло не закончив
свою зловещую работу, и Ричард не понимал почему так получилось. И почему оно вошло
таким сложным путем - разрушая стены? В конце концов, если оно вышло через окно, что
мешало ему таким же образом проникнуть в здание? Что бы это ни было, оно направлялось
прямо в его комнату. Но если бы оно вошло в окно, оно могло бы победить его еще до того, как
он бы понял, что происходит. То, что убило людей Виктора вело себя совершенно по-другому.
Кара ведь не была разорвана в клочья, хотя тоже серьезно пострадала.
Он начал сомневаться, что это было существо, погубившее отряд Виктора. А что, если
Джегань создал не одно существо, а больше? Что, если Сестры Тьмы породили целую армию
созданий, чтобы охотиться на него? Вопросы кружились в голове, но разум не был способен
дать ответа ни на один из них.
Ричард подскочил, когда Никки тронула его плечо, и тогда понял, что, должно быть,
заснул.
- Что? - спросил он, протирая глаза. - Который час? Сколько...
- Прошло несколько часов, - устало ответила Никки тихим голосом. - Сейчас
полночь.
Полный надежды, Ричард поднялся на ноги. - Как Кара сейчас? Ты ее вылечила?
Казалось, Никки смотрела на него целую вечность. Бесконечно глядя в глаза Никки,
Ричард чувствовал, что его сердце стучит где-то в горле.
- Ричард, - наконец произнесла она столь мягко и сострадательно, что его дыхание
замерло. - Кара не может...
Ричард закрыл глаза, чтобы убедить себя, что неправильно понял слова Никки.
- Я не понял, - он откашлялся. - Что ты хочешь сказать?
Никки мягко взяла его за руку. - Я думаю, ты должен повидать ее, пока она еще с нами.
Ричард схватил ее за плечи. - О чем ты говоришь?
- Ричард... - Никки пристально смотрела в пол. - Кара не может... Она умирает. Она
не... Ричард попытался отодвинуться от колдуньи, но его спина уперлась в стену. - Почему?
Что с ней происходит?
- Я точно не знаю. Ее коснулось что-то, что... что наполнило ее смертью. Я не знаю, как
тебе объяснить, потому что я действительно не знаю от чего она умирает. Я лишь знаю, что это
разрушает ее тело и с каждым мгновением она все дальше уходит от нас.
- Но Кара сильная. Она будет бороться. Она должна.
Никки встряхнула головой. - Нет, Ричард, не будет. Не хочу давать тебе ложную
надежду. Она умирает. Думаю, она даже, возможно, желает смерти.
Ричард отступил от стены. - Что? Это сумасшествие. У нее нет причин желать смерти.
- Тебе легко говорить, Ричард. Ты не можешь знать, через что она проходит. Ты не
можешь знать причин этого. Возможно она слишком сильно страдает. Возможно она не может
больше выносить эту боль, и только хочет, чтобы все скорее закончилось.
- Не ради себя. Кара сделает все, чтобы остаться в живых и защищать меня.
Никки облизнула пересохшие губы, пока он утешающе обнимал ее.
Шагнув к двери он оглянулся на волшебницу. - Никки, ты можешь ее спасти. Ты знаешь,
как это сделать.
- Лучше бы тебе повидать ее прежде чем...
- Ты должна что-нибудь сделать. Должна.
Никки обхватила себя руками. Ее глаза, наполненные слезами смотрели в никуда.
- Клянусь тебе, Ричард, я перепробовала все, что только могла придумать. Ничего не
помогло. Смерть уже забрала ее душу, она так далеко, что я не могу до нее добраться. Она
дышит, но и только. Ее сердце слабеет и почти остановилось. Все ее тело словно прекращает
жить, она будто ускользает. Я даже не уверена, что она все еще жива, в том смысле, как мы это
понимаем. Ее здесь удерживает лишь тоненькая нить, но эта нить не продержится долго.
- Но нельзя же... - Он не мог подобрать слов, чтобы выразить горе, навалившееся на
него.
- Ричард, прошу тебя, - прошептала Никки, - пойди к ней, ты должен повидать ее,
прежде чем она уйдет. Пока у тебя еще есть такая возможность. Если не успеешь, ты всю жизнь
будешь ненавидеть себя.
Когда Никки вела его в комнату, Ричард словно оцепенел. Этого не может быть. Только
не это. Это же Кара. Она словно солнце, она не может умереть. Она была... Она - его друг.
Она не может умереть.
Слабый свет двух ламп не мог осветить мрачную комнату. Та, что поменьше, стояла в
углу стола, будто сжавшись в присутствии смерти. Вторая, отбрасывая неясные тени, стояла на
ночном столике, рядом был приготовлен стакан и влажное полотенце. Кара была укрыта
парчовым покрывалом с роскошной золотой бахромой. Ее руки безвольно лежали поверх
покрывала, один из углов которого свесившийся до пола, попал в небольшую лужицу возле
кровати.
Кара не была похожа на себя. Она выглядела как труп. Даже в золотистом свете лампы ее
лицо было пепельного цвета. Она дышала так тихо, что Ричард было решил, что она уже не
дышит вовсе.
Он и сам с трудом мог воздохнуть. Он чувствовал, как дрожат колени. В горле стоял
комок, который, казалось, вот-вот задушит его. Он готов был на коленях умолять ее
проснуться.
Никки наклонилась ближе к мягкому и трогательному лицу Кары и прикоснулась к ее
шее. Ричард обратил внимание, что жуткая дрожь наконец оставила Кару. Могло показаться,
что это - изменение к лучшему, но это было лишь кажущееся улучшение.
- Она... Что ...
Никки оглянулась через плечо. - Она еще дышит, но, боюсь, все медленнее.
Ричард едва мог произносить слова пересохшим ртом. - А ты знаешь, что у Кары есть
возлюбленный?
- Возлюбленный? В самом деле?
Ричард кивнул. - Все считают, что Морд-Сит не умеют любить, но это не так. Они тоже
любят. Кара влюблена в солдата. Генерал Мэйфферт, Бенджамин, тоже ее любит.
- Ты его знаешь?
- Да. Он - хороший человек. Ричард уставился на белокурую косу, спадавшую с плеча
Кары на покрывало. - Я очень давно его не видел. Он командует армией Д`Хары.
Всем своим видом Никки выражала недоверие. - И Кара сама призналась, что любит
этого человека?
Ричард встряхнул головой и уставился на красивое и такое знакомое лицо. Теперь оно
было осунувшимся и бледным. Это было лишь призрачное отражение облика прежней Кары.
- Нет. Мне рассказала Кэлен. В тот год, что они провели с армией Д`Хары, они очень
сблизились. Пока ты держала меня здесь, в Алтур`Ранге.
Никки принялась поправлять одеяло Кары старательно отводя взгляд. Ричард
придвинулся ближе и Никки убрала стул, мешающий ему. Он ощущал себя так, словно
находился вне собственного тела, наблюдая со стороны за происходящим в комнате. Видел, как
опускался на колени, как взял Кару за холодную руку, как прижал ее к своей щеке.
- Милосердные духи, не делайте этого, - шептал он. - Пожалуйста, - добавил он со
сдавленным всхлипом. - Не забирайте ее.
Он посмотрел поверх Никки. - Она мечтала умереть как Морд-Сит - в бою, не в
постели.
Никки чуть улыбнулась. - Ее желание исполнилось.
Слова, прозвучавшие так, словно Кара уже умерла, поразили его, как удар. Он не мог
позволить этому случиться, как не мог позволить Кэлен пропасть без следа. Он этого не
допустит.
Он провел рукой по ледяному лицу Кары. Ощущение было таким, будто он прикоснулся к
мертвому телу. Ричард сглотнул слезы.
- Никки, ты владеешь магией. Ты спасла меня, когда я был на грани смерти. Ты смогла
найти выход их безнадежного положения, нашла решение, которое не каждому пришло бы в
голову. Возможно, кроме тебя никто не смог бы меня спасти. Неужели же ты ничего не
сможешь сделать для Кары?
Никки соскользнула со стула, опускаясь на колени рядом с ним. Она взяла его руку и
поднесла к губам, держа ее так, словно вымаливала его прощение. Тыльной стороной руки он
чувствовал ее слезы.
- Мне очень жаль, Ричард, но это невозможно. Ты же знаешь, я сделала бы все, что
только возможно, чтобы спасти ее, но я не могу. Это выше моих способностей. Для каждого из
нас настает время умереть. Сейчас пришло время Кары, и я не могу изменить этого.
Ричард прикрыл глаза, чтобы не видеть картины смерти. В комнате, освещенной лишь
слабым светом двух маленьких ламп, кровать с лежащей на ней Карой казалась плотиком,
уносящим ее в ожидающую тьму.
Он кивнул. - Пожалуйста, Никки, ты можешь оставить меня с ней наедине? Я хочу быть
один, когда настанет ее час... Ты тут ни при чем. Просто я считаю, что в этот час она и я
должны быть одни.
- Я понимаю, Ричард. - Никки встала и провела пальцами по его спине. Затем
прикоснулась к плечу, словно боясь уйти и разорвать этот контакт с жизнью. - Я -
поблизости, если вдруг буду нужна тебе, - сказала она, и ее живое прикосновение прервалось.
Дверь за ней мягко закрылась, оставляя комнату погруженной в тишину. Снаружи
доносились крики цикад, несмотря на закрытое окно и задернутые тяжелые шторы.
Он больше не мог сдерживать слезы. Положив голову на грудь Кары, он заплакал, сжимая
ее безжизненную руку.
- Кара, мне так жаль. Это - моя вина. Оно пришло не за тобой, а за мной. Кара, как же
это больно. Пожалуйста, Кара, не оставляй меня. Ты так мне нужна.
Кара была единственной, кто следовал за ним только потому, что верила в него. Пусть она
и согласилась с Никки, что он выдумал Кэлен, но все же доверяла ему. Она никогда не
противоречила ему. В последнее время эта вера была всем, что поддерживало его, помогало
сосредоточиться на том, что он должен сделать. Даже в минуты, когда он сам терял
уверенность в себе. Как тяжело было противостоять всему миру, когда все думали, что он
бредит. Как трудно делать что-то, когда никто в тебя не верит. Но Кара доверяла ему даже
когда не верила в существование Кэлен. В этом ее чувстве было что-то уникальное, что
отличалось от отношения к нему Никки или того уважения, которое выказывал Виктор.
Взяв в ладони лицо Кары, он поцеловал ее лоб.
Он надеялся, что она не страдает. Он надеялся, что это будет мирный конец жизни,
которая никогда не была мирной.
Она была бледной, ее дыхание - почти незаметным.
Ее тело было холодным, как смерть.
Придя в ярость от того, что ей так холодно, Ричард откинул в сторону покрывало и обнял
ее, надеясь, что сможет ее согреть.
- Возьми мое тепло, - шептал он ей в ухо. - Возьми все, что тебе нужно. Пожалуйста,
Кара, возьми мое тепло.
Так, лежа и обнимая ее, Ричард опускался в туман агонии. Он знал, как страдала эта
женщина. Он представлял, какой была ее жизнь, ведь и сам он испытал кое-что из тех мук,
которым она была подвергнута по приказу его отца, Даркена Рала. Часть той боли и
безнадежности достались и на его долю. Возможно, он мог посочувствовать ей больше, чем
кто-либо еще. Он знал, каково это - жить в мире безумия и боли, потому что и сам побывал
там. Он очень хотел из тьмы и ужаса вернуть ее обратно.
- Бери мое тепло, Кара. Оно - твое.
Он открылся ей, открыл свою необходимость в ней, открыл себя тому, в чем она
нуждалась.
Он с силой сжимал ее в объятиях и плакал у нее на плече. Ему казалось, что если он будет
обнимать ее достаточно сильно, она не сможет ускользнуть в смерть.
Держа ее в объятиях, Ричард чувствовал, что она еще жива, и что он не вынесет, если все
закончится. Он сожалел, что Никки не смогла сделать больше того, что делала. Если кто-то и
заслуживал исцеления, то это была Кара. Он никогда ничего так не желал, как в этот момент
хотел исцелить Кару.
Всего себя, всю свою душу Ричард вложил в достижение этой цели.
Он вкладывал всего себя в сочувствие этой женщине, которая дала ему так много. Чтобы
следовать его приказам, она не раз рисковала жизнью. И не раз рисковала жизнью, открыто
бросая вызов его приказам. Она готова была, не раздумывая, следовать за ним куда угодно.
Бесчисленное количество раз между смертью и жизнями Кэлен и его собственной Кара
оставалась единственной преградой. Она заслужила жизнь во всем ее совершенстве. Он не
хотел ничего, только бы она снова была здорова. Он весь был лишь одно это желание. Не
осталось никаких преград для его потребности сделать так, чтобы Кара осталась среди живых.
В этом отчаянном желании он сознательно начал искать искру жизни в потоке ее
страдания. Его мысли прикоснулись к ее разуму, наполненному мучительной болью.
Напряженно держа ее в объятиях, он плакал от испытываемой ею боли.
Стиснув зубы, задержав дыхание, он начал забирать ее боль себе. Он старался забрать ее
всю. Он даже не пытался защититься от того натиска боли, что внезапно наполнил его. Он
чувствовал все, что чувствовала она. Он вынес все, что выстрадала она. Ее плечом он зажал
свой открытый рот, чтобы приглушить крики боли, проходящей через него.
Они были в темноте и пустоте, полной безнадежности... в безжизненном месте.
Он стряхнул ее страдание, снимая часть ее бремени. Она напряглась, не желая передавать
ему свою боль. Особенно ему. Но в таком состоянии она была слишком слаба, и ему удавалось
забирать боли все больше и больше.
Поднимаясь все выше и открывая все новые пласты ее страдания, он ощутил ледяное
присутствие смерти.
Ледяная тьма причиняла физическую боль, такую, с которой ему еще не доводилось
встречаться никогда. Это внушало жуткий, нечеловеческий ужас. Его поражала сила этого
столкновения. Это обладало такой мощью, какой ему еще ни разу не доводилось противостоять.
А Кара была наполнена той ледяной тьмой. Он был потрясен страданием, которое делил с нею,
ужасом, в который они падали вместе. Его сознание смешивалось с мучительной болью, но эта
ужасная и казавшаяся безнадежной борьба только поддерживала в нем желание продолжать ее.
Ричарда захлестнуло потоком безысходного страдания, который поглотил его. Казалось,
больше он вынести не сможет, но он вынес и это и еще многое. Он хотел передать ей свою
силу, свое живое тепло. Но чтобы этого добиться, сначала он должен был принять на себя этот
темный яд, пережить его и отдать ей свою силу.
Время потеряло свое значение. Боль была воплощением бесконечности.
- Скоро придет смерть, предложит забрать тебя... захочет забрать тебя, - шептал он ей
на ухо. - Не принимай ее предложения, Кара. Живи. Не принимай смерти.
Я хочу умереть.
Эта мысль пришла, постепенно проявляясь на поверхности мучительной пустоты. Она
потрясла и ужаснула его. Что, если она не сможет вынести его попыток удержать ее в мире
живых. Что если этого не перенесет он сам? Что, если он просит у нее больше, чем она в силах
дать?.. больше, чем он имеет право просить?
- Кара, - шептал он ей - ты нужна мне, чтобы жить. Пожалуйста, ты нужна мне чтобы
жить.
Не могу.
- Кара, ты не одна. Я здесь, я с тобой. Держись. Ради меня, держись, позволь мне помочь
тебе.
Пожалуйста, позвольте мне уйти. Дайте мне умереть. Я прошу вас, если вы любите
меня - отпустите... позвольте мне умереть.
Она начала отдаляться. Он сильнее обнял ее, снова стал забирать ее боль. Его душа
вопила в муке, когда она сопротивлялась.
- Кара, пожалуйста, - он задыхался, боль потоком текла через него, - позволь мне
помочь. Пожалуйста, не покидай меня.
Я не хочу жить. Я подвела вас. Я должна была защитить вас, когда Никки пришла за
вами. Теперь я знаю - вы заставили меня увидеть это. Я готова умереть ради вас, но я не
исполнила своих обязанностей, нарушила свою клятву. Я не имею права жить. Я не достойна
быть вашим защитником. Пожалуйста, отпустите меня.
Ричард был ошеломлен, почувствовав ее тоску и отчаяние, но еще больше это его
напугало.
Вместе с болью он стал забирать и это тоже, с усилием вытягивая их из души Кары,
несмотря на ее попытки помешать ему, убежать от него.
- Кара, я люблю тебя. Пожалуйста, не покидай меня. Ты нужна мне.
Он старался забрать в себя как можно больше ее боли. Он переломил ее сопротивление и
все же сумел этого добиться. Она уже не могла остановить его. Он снял пепельный покров
смерти, давящий на нее. Ричард крепко держал ее в объятиях, открывая ей свое сердце, свою
душу, свою потребность в ней.
Она душераздирающе кричала. Он постигал сокрушающее одиночество.
- Я с тобой, Кара. Ты не одна.
Ричард успокаивал ее, изо всех сил стараясь вынести ошеломляющую муку того зла,
которое прикоснулось к ней. Это была не просто боль, это был убивающий ее холодный ужас, и
теперь та же холодная пустота медленно заполняла его, и в то же самое время ее страдание
мешало исцеляющим силам проникнуть в нее.
Внезапно он почувствовал себя так, словно он старался спасти тонущего человека, но
теперь они оба были захвачены диким потоком и оба тонули в черных водах смерти.
Если он хочет получить шанс на спасение - если она хочет - прежде всего, необходимо
облегчить ее страдания. Всю их тяжесть должен выдержать он. Он принимал и принимал боль,
приветствуя ее, используя всю свою силу.
Когда он почувствовал, что собрал всю боль, все страдания внутри себя, он вынужден был
изо всех сил цепляться за собственную жизнь, одновременно отдаваясь потоку собственной,
исцеляющей силы. Ричарда никогда не учили, как управлять этой силой, он мог только
подчиняться ей, только позволить теплому потоку заполнять ее.
Я не хочу жить. Я подвела вас. Пожалуйста, позвольте мне умереть.
- Почему? Почему ты хочешь оставить меня?
Только так я могу служить вам. Потому что тогда вы можете найти кого-нибудь, кто
не подведет.
- Кара, это не так Это невозможно. Это непостижимо. - Ричард боролся с болью,
заставляя себя говорить. - Ты вовсе не под
...Закладка в соц.сетях
