Жанр: Фантастика
Трое за ларцом
...перечным. За что же нам честь такая?
Вигала чуть слышно фыркнул. И, не глядя, протянул руку к по-прежнему красной
лауцинии терзере.
Бедный цветочек моментально втянул свои клыки в глубь пухлых, словно кровью
налитых лепестков. И одновременно перелился в прежний нежно-розовый цвет. Эльф погладил
цветок. Тот принял ласку, затрепыхавшись всеми лепестками сразу, и даже обвился вокруг
могучей ручищи эльфа.
Тимофей глядел на это, разинув рот.
- Вот именно поэтому, - назидательно проговорила ведьма. - Все живое любит
эльфов. Уж не знаю, из какой глины создал их Единый Наш Бог, но цветы эльфов просто
обожают. Так что мне необходимо время от времени приводить сюда какого-нибудь эльфа -
на манер удобрения, на предмет подкормки. Вот он побывал здесь, и мои цветочки будут
цвести дальше еще пышнее. Мой сад - моя тайная радость. Наперекор всем уложениям,
наперекор всем постановлениям...
- Как интересно-то, - с наигранным простодушием восхитился Тимофей. - Значит, ты,
Вигала, на эту клумбу действуешь, как навоз... Я имею в виду - столь же пользительно.
Эльф посмотрел на него отнюдь не ласково. Нежно-розовая лауциния терзера, до этого
любовно теревшаяся о плечо эльфа - поскольку руку он от нее уже отвел, - моментально
вновь приняла свою боевую темно-красную окраску. И наставила клыки на Тимофея.
- И да не обидит никто эльфа ни в лесу, ни в поле, ни на любом другом живом
раздолье... - явно развлекаясь, процитировал из какого-то неизвестного источника эльф.
- Да что ты его все учишь-то, - возмутилась ведьма. - Такие вещи надо чувствовать.
Или ты уж и вовсе дурак дураком? Давай сюда вещь своего друга. Нюхать буду...
Вигала торопливо передал шмотку из Лехиного чемодана старухе, потом отступил назад.
И очутился рядом с Тимофеем.
- Что ты ей дал? Лехины штаны? - шепотом поинтересовался Тимофей, глядя, как
ведьма подносит к своему бородавчатому носу темно-синюю тряпицу и начинает ее тщательно
обнюхивать. - О боже, надеюсь, они хотя бы стираные...
- Лучше не надейся, - свирепо прошептал в ответ эльф. - На стираных штанах
обнаружение проходит хуже. Кстати... Если действительно придется идти с визитом в подвалы
главного мага - наверное, будет лучше оставить тебя здесь. В оранжерее. Тут относительно
безопасно - ведьма это помещение тщательно защищает от любых поисков, и чары здесь не
шуточные, сломить их будет трудно. Эта ведьма - поклонница зеленой, растительной магии. А
у нее свои фокусы, и в ней далеко не всегда побеждает тот, кто сильнее. Чаще - тот, кого
растения любят...
Кроваво-красная лауциния терзера вновь предприняла попытку дотянуться до Тимофея,
звучно пощелкивая при этом своими длинными клыками - каждый был сантиметра по два
длиной и поблескивал в ярком свете, освещавшем оранжерею, своим заостренным кончиком.
- Меня тут не любят, - пожаловался Тимофей, придвигаясь поближе к эльфу. - Я уж
лучше с тобой, в подвалы главного мага направлюсь - там наверняка безопаснее. Лично для
меня, во всяком случае.
Эльф фыркнул. Как показалось сенсею, с одобрением.
Ведьма водила носом над Лехиными джинсами. Потом вдруг неожиданно рявкнула:
- Хрякин бук !
- Это что-нибудь да значит? - поинтересовался Тимофей.
Вигала отмахнулся от него широченной ладонью.
- Нет, просто мысли вслух. Стой пока тихо.
Ведьма еще раза два помыслила вслух. Потом брезгливо отбросила в сторону темно-синие
джинсы и твердо сказала:
- Нет его нигде. Не вижу...
- Ты везде смотрела? - озабоченно спросил Вигала. - Может быть, чары против
видимости мешают? Их вполне могли наложить.
Ведьма помотала головой.
- Нет его нигде, - хрипло повторила она. - Я все просмотрела. Хотя он жив, я это
чувствую. Но... не могу поймать, где он. Словно смотрю сквозь него, а не на него. Как в
прозрачную воду, понимаешь? Какие-то очертания - и все.
Эльф помрачнел.
- Что же делать...
- Подожди, - сказала ведьма, напряженно теребя свой длинный нос. - Ко мне тут
недавно приходили. Кое-кто из ваших. В городе магов недавно пропал эльф, слышал?
- Слыхать слыхал, - проворчал эльф. - Но ничего определенного - так, сплошные
слухи. Ты считаешь, это может быть связано между собой? Я имею в виду - исчезновение
моего друга и пропажа одного из наших?
- Возможно, - задумчиво проговорила ведьма. - Все может быть, все может статься...
Он, кстати, пропал из той же самой гостиницы. А хозяин гостиницы Гондола заявил, что эльф
пошел к русалкам - и не вернулся. Сами русалки твердо утверждают, что он у них был, но
буквально через час благополучно сбежал, позевывая на ходу от скуки. Сладкие девки, но уж
больно утомительные. И упрощенные аж до зевоты... И где-то в этих пяти шагах - между
русалочьей лужицей и порогом двери, ведущей обратно в трактир, - эльф потерялся. Надо
отметить, что до сих пор пропадали только беженцы... а кто же их будет искать-то? Разве что
их враги - но вот как раз они-то честно полагают, что бедолаги уже благополучно
перемещены в мир иной, их не догонишь и все такое. Я хочу сказать, людей пропало много,
слухи уже ползут по другим мирам, приток беженцев резко упал, причем упал практически до
нуля, - но этот эльф и ваш друг первые, кого стали искать. Ваши хотели, чтобы я нашла их
пропажу. И до чего же это удачное заклинание - то, которое отыскивает сбежавших мужей!
- Да-да, - нетерпеливо сказал эльф. - И что же было дальше?
- А дальше, - тяжело вздохнула ведьма, - было то же, что и сейчас. Прозрачная вода,
какие-то очертания - опять-таки прозрачные, прямо как налитые водой - и ничего больше.
М-да...
Наступила долгая томительная пауза. Потом эльф тихо спросил:
- И что же ты мне посоветуешь, мудрая?
Ведьма сделала несколько размашистых шагов в глубь своей оранжереи. И склонилась
над чем-то сильно напоминающим бабочку. На тонком зеленом стебле возвышались четыре
попарно сложенных лепестка, ярко-оранжевых, с траурно-черной окантовкой по краям. И с
глазками по оранжевому полю - бежевыми, желтыми и коричневыми.
- Когда твои соплеменники приходили сюда в тот раз, она еще не подросла. А сейчас,
пожалуй, она уже переспевает... Гм... Думаю, я могу с легким сердцем отдать ее тебе. Только
смотри, береги. - Она протянула руку к цветку, развернула ее ладонью вверх. И, глядя в
пространство, медленно и торжественно произнесла:
Есть тонкие властительные связи
Меж контуром и запахом цветка.
Так бриллиант невидим нам, пока
Под гранями не оживет в алмазе...
Слова что-то неощутимо изменяли в атмосфере оранжереи. Четыре лепестка начали
медленно оживать. Вот они неторопливо вздрогнули, потом поплыли вверх, сложились
попарно... Обратная сторона у лепестков оказалась блеклой, грязновато-коричневой.
Совсем как у бабочек, припомнилось Тимофею. У тех тоже яркие крылышки, под
которыми прячется скромная изнанка.
- Послушай, - приглушенным тоном сказал он стоявшему сбоку эльфу. - А стихи
какие-то знакомые. У одного из наших поэтов, помнится, были примерно такие же...
- Энергоинформационные среды всех миров соединяются, - противным заумным
шепотом известил его эльф. - Что написано в одном, незамедлительно оказывается в другом.
Если, конечно, здесь находится разум, способный эти стихи оттуда изъять. Кстати, стихи
другого мира - самая лучшая основа для создания новых заклятий. Если б ты знал, что тут
один умелец умудрился налепить из знаменитого "Я взял твои белые груди и узлом завязал на
спине"
- Что?
- Заклятие по увеличению грудных желез для всех желающих, - совершенно серьезно
прошептал эльф. - У вас это делается операцией, а тут все проще и быстрей - сел себе
маг-лечебник над страждущей, поводил над ней руками, процитировал поэта из иного мира. И
на тебе, получай, дорогая. Раз-два и готово!
Ведьма глянула на них сердито, строго цыкнула. И снова переключилась на наблюдение
за цветочком.
Через несколько томительно долгих мгновений лепестки пошли вниз - и все это снова в
замедленном танцующем ритме. На свет вновь появилось яркое оранжево-черное великолепие,
утыканное мелкими зернышками других цветов. Лепестки проплыли до стебля, соприкоснулись
с ним под легкий мелодичный перезвон-перестук. Взявшийся непонятно откуда. Тимофею, не
сводившему с этого зрелища глаз, даже показалось, что с лепестков с тишайшим шорохом
начали осыпаться вниз черно-золотые песчинки. И сияющим крутящимся вихрем поплыли
вдоль ствола по направлению к подножию цветка.
Тихая музыка зарождалась в оранжерее, кружилась под высоким потолком в странном
крутящемся ритме...
В какой-то момент - Тимофей так и не успел уловить, когда и как это случилось, -
четыре лепестка отделились от стебля. Надменно и медленно взмахнули всеми четырьмя
длинными яркими полями во влажном и теплом воздухе оранжереи. Цветок обернулся
бабочкой?
Цветок-бабочка взмыл вверх на вершок, а затем важно и неторопливо спланировал на
руку ведьмы.
- Все, - сказала ведьма и бережно завернула оранжево-черное чудо в лоскут шелка,
неизвестно откуда взявшийся у нее в руке. - Бери, эльф. Это та самая Лика Вера. Цветок всех
ищущих. Держи ее при себе. С ней, куда бы ты ни шел, все равно придешь куда надо. И ей не
требуется никаких слов - нужно лишь верить и искать.
- И все?
Вигала с сомнением на могучем широкоскулом лице посмотрел на руку ведьмы.
Скептически дернул краешком рта.
- Эх эльф... А еще говорят, что эльфы знают о травах и цветах практически все. А что не
знают - то чуют, как звери. Разве Вере нужно что-нибудь еще, кроме веры?
Ведьма молча и весьма почтительно подала эльфу шелковый узелок. Края узелка слегка
вздымались и легонько трепетали. Эльф принял увернутую в шелк Лику Веру, с некоторой
неловкостью засунул ее себе за пазуху.
- Ну а теперь пошли отсюда! Давайте-давайте, убирайтесь. Ходят тут всякие, приличным
женщинам, отдыхающим после разнообразных ночных трудов, спать не дают...
Носатая старушонка с завидной решимостью выставила их из своего дома и тут же
заперла за ними дверь. Накрепко заперла, под звуки громкого ворчания и утробные скрипы и
перестуки дверных запоров. Ясно было, что аудиенции - the end...
На улице уже рассвело. В разные стороны текли ручейки магов, облаченных в свои
традиционные хламиды. Лица у всех были задумчивые и деловитые - ни дать ни взять
должностные лица, спешащие поутру в свой любимый Пентагон...
- Ну? - спросил Тимофей у вставшего в задумчивую позу Вигалы. - Куда идем мы с
Пятачком?
- Секрет, - огрызнулся эльф. - Куда идти, если я и сам не знаю? Одно точно: цветочек
у меня в кармане - готовый смертный приговор нам обоим. Последнего натуралиста,
возжелавшего позаниматься зеленой магией непременно с травинкой в руке, кураторы среды
приговорили к располосовыванию заживо. Вот так-то, человек. Боятся в городе магов зелени,
до ужаса боятся - поскольку мир Эллали этот город не принял, ему его навязали... А
обиженные миры, в отличие от вашей и нашей бедной планеты по имени Земля, умеют за себя
мстить. Даже в одном листке может таиться сила, способная крушить та-акие заклятия. И все -
одним лишь своим присутствием в городе...
- А как это - располосовывание? - с дрожью в голосе поинтересовался Тимофей.
Умные сведения о том, почему все-таки город магов боится всякой зеленой травки, его
интересовали мало. Говоря словами домового Трегуба, посиживающего сейчас в полной
безопасности за стенами города в компании с грозным Эскалибуром, - не спрашивай о
многом, спрашивай о нужном.
- Вашу земную газонокосилку представляешь? - не слишком дружелюбно просветил
его Вигала, хмуро озирая окрестности и спешащих магов. - Вот под нее и засовывают. Чаще
- вперед ногами, чтоб подольше мучился. Слишком уж боится город магов всего зеленого и
растительного, прямо-таки до жути боится. Даже зеленой магией, по определению - магией
травы и листа, здесь занимаются не иначе как на расстоянии. Маг тут, а травка - непременно в
другом мире. И заказы на этот вид магии принимают исключительно из других миров, чтоб
подальше и незаметно...
- Виртуально, значит, работают, - блеснул эрудицией Тимофей.
- Вот-вот...
Эльф покрутил головой в стороны, щелкнул зубами, досадливо дернув углом рта.
- Значит так. Сказано было - иди куда захочешь, хоть направо, хоть налево, все равно
придешь куда надо. Только верь... Так куда двинем, человече, направо или налево?
- Э-э... - подрастерялся Тимофей и потерянно промямлил: - А что я-то? Я вообще
чуять не умею, как собака...
- Здесь не надо чуять. Тут верить надо. А вы, человечки, в этом деле первые мастера.
Верите во все, что сумели сами себе напридумывать, - и в чертову дюжину, и в чих, и в сон, и
в бабкин сглаз...
- Ладно-ладно, - поспешно вставил Тимофей, краснея по ходу перечисления. - На...
налево.
- Почему налево?
- Не знаю, - убито сказал Тимофей. - Знаешь, как в стихах - кто там шагает правой?
А ну, все разом - налево!
- Ну-ну. Но ты веришь, что Леху мы найдем?
- А то как же, - пробормотал Тимофей, хотя на деле верил в это мало.
Потому что искать чужака в городе, попавшем под террор своего собственного
руководства, - дело практически безнадежное. И даже опасное - для участников поиска.
Хотя верить в то, что Леху они найдут и непременно спасут, хотелось до ужаса.
Эльф широко шагнул, сразу же завернув налево. И потопал по каменной мостовой
длиннющими шагами.
Тимофею ничего не оставалось, как потрусить за ним следом. Как всегда - что для эльфа
ходьба, то для бедного сенсея быстрый бег трусцой...
С этого момента события стали раскручиваться быстро и стремительно, как эпизоды из
кошмарного сна.
Бег налево продолжался. Время от времени Вигала тормозил на перекрестках и быстро
переспрашивал Тимофея - куда идти дальше? Тот отвечал наугад. И снова мчался трусцой за
эльфом.
Они неслись по узким улицам уже часа три, не меньше. У Тимофея давно уже появилось
полное ощущение того, что каменный город строился когда-то как лабиринт. И сейчас они
просто бесконечно кружили по его улицам, вновь и вновь пробегая одни и те же перекрестки.
Очередной поворот завел их в тупик. Вигала посмотрел на Тимофея, пренебрежительно
хмыкнул - дескать, дерьмовый из тебя верующий! И проводник тоже - того, на манер
Сусанина... Затем эльф развернулся, изготовившись для бега обратно. Видно было:
выносливому эльфу этот забег, что бешеной собаке, - семь верст не крюк.
А вот Тимофей устал. Три часа по жаре, по каменным жестким мостовым...
- Вигала! - дрожащим голосом позвал он и опустился на корточки возле одной из
стен. - Давай передохнем, что ли...
Стена под спиной была твердая и прохладная. Тимофей весьма предусмотрительно присел
на теневой стороне улицы.
- Некогда передыхать! - твердо сказал эльф. Но все же остановился.
- Передохнем, умоляю... - страдающим голосом воззвал Тимофей к чувству
сострадания.
Хотя есть ли оно у эльфа?
Вигала фыркнул. Но возле стены присел.
Вокруг каменными громадами нависали дома, на которых краска кое-где потрескалась, а
кое-где полопалась. Дома в этом тупике были окрашены исключительно в теплые тона -
красный дом, оранжевый, нежно-персиковый... Тимофей, правда, и не помнил, какой вид магии
эти -цвета означали.
На другой стороне улицы вдруг скрипнула дверь. И слегка приоткрылась.
- Что-то пить хочется, - неуверенно проговорил Тимофей и приподнялся с корточек.
Дощатая дверь, прятавшаяся в глубоком стенном проеме, была приотворена на ладонь. Из
нее тянуло темнотой, тишиной и прохладой. Тимофей для приличия постучал об косяк, громко
крикнул в глубь дома:
- Хозяева! Попить не дадите?
В ответ на крик из глубины дома раздались шаркающие шаги. Секунд через пять на
пороге появился громадный субъект - голый по пояс, с обрюзглой волосатой грудью и
жирным обвислым пузом. Сверху возвышалась огромная рожа, вся в каких-то рожках и
иголках. Как у дикобраза. Да еще и серо-фиолетового цвета. Спереди рожа переходила в
свинообразное рыло, затейливо украшенное толстой щетиной и клыками, как у вепря, - по обе
стороны от пятачка.
А снизу, на серой груди красовалась цепочка. Толстая такая, золотая, с замысловатым
плетением.
- Мне водички бы... - протянул Тимофей, не отрывая глаз от блестящей золотой
цепи. - А то так пить хочется, что и переночевать негде...
Усталость и сонливость с него как рукой сняло. Не подвела Лика Вера, цветок ищущих...
- Нету! - утробно рыкнул субъект и попытался было закрыть дверь.
Сенсей, по-змеиному изогнувшись, сунул ногу в щель. Цапнул хозяина за плечо и руку,
закрутил конечность назад, отчего тот истошно взвыл. И сделал довольно-таки уверенную
попытку разогнуться. Силы у субъекта было немерено. Но и захват сенсей удерживал под
крутым углом - без слез не разогнешься никак, даже и пробовать не следует.
Тимофей нажал на локоть еще разок, чтобы пресечь у клиента всяческие трепыхания. И
сказал через плечо подошедшему сзади и вечно невозмутимому Вигале:
- Удивительно, до чего же знакомые украшения носят здесь, в городе магов. И висят на
грудях буквально через одного, через одного...
- И правда, - отозвался эльф, растягивая в улыбочке губы и показывая на свет два ряда
острых длинных клыков. - Я, кажется, даже знаю поставщика... Вот только не знаю, где он
сейчас обретается. Меня это почему-то огорчает.
- В каких, блин, Палестинах затерялся и все такое... - пробормотал Тимофей, наклоняя
субъекта пониже и пальцем переворачивая золотой жгутик на толстой серой шее. - О, глянь,
тут и проба земная имеется...
- Не подскажешь, уважаемый, где сейчас хозяин цепочки? - совершенно серьезно и
даже уважительно спросил Вигала у стонущего толстяка. - А то мы с ним так жаждем
встретиться - просто терпения нет.
- Не знаю! - всхлипнул толстяк.
- Знаешь, - не одобрил такое поведение Витала. - Но молчишь...
Он взялся двумя пальцами за один из рожков, слегка прижал. Свиномордый толстяк
мгновенно застыл.
- Думаю, ты знаешь, что будет, если я сломаю хотя бы один из твоих рожков, -
спокойно произнес Вигала. - Потеря права называться настоящим лерком. Ведь я прав - ты
боевой лерк из мира Гандотьеров?
Хозяин односложно хрюкнул.
- И если ты позволишь сломать на своей голове хоть один рожок из твоей "короны
настоящего воина", тебя лишат права быть лерком твои же собратья. И почему так приятно
иметь дело с теми, у кого есть по-настоящему слабое место? Итак, вот он, твой небогатый
выбор - или ты назовешь нам, где и у кого взял эту вещь... - Вигала другой рукой
пренебрежительно щелкнул по цепочке, петлей свисающей с толстой шеи вниз. - Или я сейчас
по очереди начинаю ломать твои рожки. Если я не ошибаюсь, после потери седьмого рожка
тебя не примут даже отверженные лерки, изгои вашего мира. И тогда ты должен будешь
совершить самоубийство. Все строго ритуально, все строго в соответствии с законами твоей
расы - надрезать свой собственный пупок, вытащить наружу кусочек своей кишки, прицепить
ее к дереву и начать бегать вокруг ствола. Пока все твои кишки не вытянутся наружу и ты не
упадешь замертво у корней дерева...
Субъект со свинообразным рылом печально застонал.
- Подумать только, чего можно добиться, семь раз несильно нажав пальцами, -
хладнокровно заметил эльф. - Да не дыши так, в обморок хлопнешься. Это я тебе, Тимофей, а
не лерку...
Тимофею и вправду в этот момент дышалось тяжко. То, на что Вигала собирался обречь
свинорылого лерка, его простую российскую душу почему-то смутило.
А вот самому Вигале, судя по его скучающей морде лица, было наплевать на подобные
сентиментальные тонкости. Хладнокровный сукин сын...
- Итак? - скучающим тоном спросил эльф. - Начать ломать их тебе прямо сейчас или
дать еще три секунды - исключительно на рассказ о хозяине этой штуки?..
- Я скажу, - угрюмо рыкнул лерк. - Я скажу все, что знаю. Цепочка принадлежала
одному уроду...
Жалость Тимофея к свинорылому лерку отчего-то сразу поуменыдилась.
- Жрица Стеклянноголового Хартгарта... - Она каким-то образом затащила вашего
дружка в свой храм.
- Жрица Стеклянноголового Хартгарта, - задумчиво повторил вслед за лерком эльф. -
Но, насколько я помню, этот культ давно уже запрещен во всех мирах.
- Запретить-то его запретили, - сообщил лерк, кривя рыло набок. - Но ведь всех жриц
не перебили, так ведь? Кого пожалели, а кого и просто так отпустили... за определенную мзду.
К тому же все женщины, местами даже красивые... А те, кто уцелел, перебрались сюда, осели
под видом учащихся магии. Где-то же им надо жить? Так что они обретаются тут - и тайно
совершают свои службы. Целая община жриц Стеклянноголового Хартгарта. У них в городе
даже сообщники имеются. Из числа приспешников главного мага.
- А сам он? - резко спрбсил Вигала. Лерк пожал плечами:
- Не знаю. Я у них на положении наемника. То есть был на положении наемника. Но
думаю...
Свинорылый субъект на мгновение запнулся.
- Думай громче, - предложил Вигала. И недобро улыбнулся.
Лерк хрюкнул, покосился на них обоих озлобленным мутно-фиолетовым глазом,
униженно-злым тоном сообщил:
- Стеклянноголовый Хартгарт, как и положено божку, имеет собственную силу.
Большую силу. И черпать эту силу из божественных закромов сладко и приятно. И гораздо
легче, чем беспрестанно трудиться самому, изобретая все новые и новые заклятия. А без них
пукели не поимеешь, будь ты хоть простой маг, хоть трижды главный...
- Намекаешь, что нет ничего невозможного? - поинтересовался Вигала. - И что
главный маг, возможно, тоже черпает из бесплатной кормушки божественной силы...
- А зачем магам изобретать все новые и новые заклятия? - встрял Тимофей в
слаженную беседу лерка и эльфа со своим вопросом. - Разве нельзя делать проще -
наготовил себе кучку заклинаний на все случаи жизни - и пользуйся ими, пока не надоест...
- Заклинания не живут долго, - холодно объяснил эльф. - Рано или поздно они
перестают действовать. Причем скорее рано, чем поздно - особенно это верно для сложных
заклинаний, с эффектом выше эффекта распахнутой двери. Маги здесь живут при классическом
капитализме, поэтому должны постоянно создавать все новые и новые заклинания и продавать
их, потому что кушать хочется. Ибо еда, питье и просто валютные запасы - это единственное,
что невозможно наколдовать в принципе.
- Понятно, - пробормотал Тимофей, - создаешь, продаешь, потом создаешь новые -
и опять продаешь. А на вырученные средства закупаешь икру и мармелад коробками.
- В принципе верно, - безразлично согласился Вигала. - Но зачем придумывать новое,
когда можно нырнуть в закрома силы злобного божка - и вынырнуть оттуда с готовым
новеньким заклинанием. Однако к божку можно прикоснуться только через посредство жриц,
которые, в свою очередь, должны приносить жертвы, чтобы божество от голода не сдохло...
Все это, вместе взятое, почему-то не наводит меня на радужные мысли относительно Лехиного
существования, совсем даже наоборот... Ну и что же ты делал у жриц Стеклянноголового, а,
боевой лерк?
- Как что - работал наемником, - уныло пробормотал лерк.
- Ну да, жрицы, как ты сказал, сплошь дамы, местами даже красивые. Таким непременно
нужны охранники, наемники, они свои ногти об жертвы обламывать не намерены - им следует
думать о красоте ногтей, и никак иначе... Меняю свой вопрос - что жрицы делали с твоей
помощью?
Свинообразное рыло опять хрюкнуло:
- Скажу, но при условии...
- Слушаю... - равнодушно бросил эльф.
Вот так вот - с каким-то лерком эльф беседует просто равнодушно, а с ним, с Тимофеем,
с боевым и просто соратником - с этаким холодным пренебрежением в голосе. Обидно...
Лерк осмотрелся воровато.
- Э-э... После того как я вам кое-что скажу, мне здесь оставаться нельзя. Я, вообще-то, и
сам давно собирался отсюда исчезнуть - слишком уж муторная у этих баб работа. Но то денег
не было, то еще что-то отвлекало...
- Короче, - распорядился эльф.
- А короче - я у вашего товарища тут кое-что поимел...
Свиномордый лерк на глазах засмущался.
- Хватит из себя красну девицу разыгрывать, - рявкнул грубый Вигала. - Поимел и
поимел. Дальше.
- Это он про наши пукели? - с некоторой печалью всполошился Тимофей. - Слушай, а
ведь при Лехе немалая сумма была! Неужто все ему так и останется?
- Забудь, - отрезал эльф. - Мы ищем Леху. А ты, лерк, продолжай. Клянусь, если
скажешь нам всю правду, то мы, в свою очередь, напрочь забудем про все пукели, которые ты
спер у нашего друга. А вот если ты нам наврешь и мы Леху не найдем - вот тогда у нас, за
неимением Лехи, который для нас что дитя родное, в смысле - с ним так же хлопот полон рот,
как и с младенцем... вот тогда у нас появится столько свободного времени, что мы
всенепременно навестим тебя там, куда ты сбежишь. Пукели поимеем обратно, да и еще
кое-что сделаем...
- А ты мне не грози, а лучше за себя побеспокойся, - огрызнулся лерк. - Перед вашим
товарищем я занимался как раз эльфом. Жрицы Хартгарта, когда они при божестве и на них не
давят маги-защитники, - они даже тебе не по зубам!
- Продолжай-продолжай, - ласково предложил Вигала. И подобрался.
Лерк посопел. Тимофей, чтобы тот не слишком загружал свои слабые мозги тяжкими
раздумьями, ненавязчиво нажал ему на локоть, отгибая его вверх. Свинообразное рыло мелко
взвизгнуло и зачастило:
- Они... они вылавливают постояльцев из гостиницы! И жертвуют их своему
Стеклянноголовому. У них там на линии межмирового перехода, ну, между гостиницей
Гондолы и миром русалок, вставлен свой маленький такой коридорчик... Так вот, из него парни
попадают прямо в их храм. Все тепленькие, размякшие после тесного общения с этими
водными красотками. А уж мое дело скромное - я их там придерживаю, чтобы жриц не
обидели, пока Хартгарт их того...
- Что - того?
- Придешь туда - сам увидишь, - уже тише произнес лерк. - Но зрелище... гм...
- Понятно, - жестко заключил эльф. - Значит, Леху и того эльфа уже тоже - того.
- Ну...
- Но они живы?
- Если это можно назвать жизнью. Но что-то там еще теплится, подрагивает...
- А ты, значит, не только держишь, но и пукели с тел снимаешь? - поинтересовался
Тимофей.
Лерк хмыкнул.
- А это уж когда как. Обычно дамочки первые бедолаг обыскивают. И все у них
подчистую забирают. Из этих денег и жалованье мне платят...
...Закладка в соц.сетях
