Жанр: Фантастика
Вор и книга демона
...о одной особой причине тебе нужно об этом знать. Смотри на это
именно так, Альброн. Мы устроим им розыгрыш. Я делаю это по религиозным соображениям, а
ты - за деньги, но мы все равно партнеры, поэтому нам важно иметь взаимопонимание.
- Теперь ты начинаешь рассуждать здраво, Альтал, - сказал Альброн, широко
улыбаясь. - Если мы будем основываться на этом, то прекрасно поладим друг с другом. - Он
протянул ему руку. - Партнеры?
- Да, партнеры, - согласился Альтал, пожимая ему руку.
Все две недели после визита вождя Альброна в Дом непрерывно шел снег, и весь Арум
стал белым. Все дороги стали непроходимыми, и посланцам Альброна пришлось буквально
продираться через заносы, чтобы вернуться в замок, находящийся в центре Арума.
- Примерно этого я и ожидал, Альтал, - сказал в один из снежных дней Альброн, когда
они сидели вдвоем в его кабинете. - Большинство вождей кланов приедут на совет.
- Большинство?
- Всего десять кланов, но кланы Делозо и Агуса отказались участвовать. На самом деле я
и не ждал, что они приедут. Их земли находятся на восточной границе Арума, и мы все считаем
их скорее кагверцами, нежели арумцами. У них много смешанных браков по ту и другую
сторону границы, так что эти кланы никогда не были чисто арумскими. Впрочем, это
небольшие кланы и не очень хорошие воины. Не думаю, что нам их так уж будет не хватать. -
Он возвел глаза к небу. - Лично мне - точно. Мне не нравится Делозо, и я презираю Агуса.
- Правда?
- Они оба только и делают, что пресмыкаются перед владельцами рудников в Кагвере,
потому что все деньги они получают оттуда. Их кланы полностью посвятили себя охране
кагверских рудников. Они не выступают в походы, не сражаются. Они только охраняют. Они
толстые и ленивые, согласны работать за небольшую плату, так как сидеть на месте не
составляет большого труда.
- Думаю, мы можем обойтись и без них. Есть ли у других кланов какие-нибудь
особенности, о которых мне следовало бы знать?
- Мы арумцы, Альтал. Мы все особенные. У нас нет ни культуры, ни хороших манер. Ни
один арумец не написал ни строчки стихов, не сочинил ни одной песни. Мы абсолютные
варвары.
- Мне кажется, ты слишком строг по отношению к себе, Альброн.
- Подожди, ты еще остальных не видел. Не сомневаюсь, что ты сразу заметишь, что все
мы считаемся с мнением Делура. Если бы не то обстоятельство, что его клан самый большой в
Аруме, мы не стали бы придавать ему ни малейшего значения. Ему лет восемьдесят, и он
возомнил себя вождем всех вождей кланов. Старый дурень даже корону надел. Его
соплеменники - отличные воины, так что нам всем приходится с ним мириться. Он
надоедливый, дряхлый болтун, но я буду всячески льстить ему и ублажать, потому что он -
ключевая фигура в нашем деле. Как только я привлеку на нашу сторону Делура, остальные,
скорее всего, сразу будут нашими. Лично он нас мало интересует, но нам нужно много хороших
солдат, которых мы можем выставить на поле битвы.
- Ты его знаешь, Альброн, так что оставляю его тебе.
- Хорошо. Значит, я смогу заработать комиссионные.
- Комиссионные?
- Ты же собирался заплатить мне премию за каждого из вождей, которого я завербую,
Альтал?
- Обговорим это позже. Расскажи мне про других вождей.
- Клан Гуити почти такой же большой, как и клан Делура, но Гуити не слишком жалуют.
Он жаден и ужасно скуп. Он платит своим соплеменникам самое низкое жалованье во всем
Аруме и заставляет их самих покупать себе оружие. Его соплеменники ненавидят его, но
терпят, потому что он их вождь. Он тощий, с седеющими волосами и приплюснутым лицом. Он
все время занят пересчитыванием своих денег, и от него исходит какой-то тухлый запах.
- И тебе он не нравится, насколько я понимаю.
- Как, черт возьми, ты догадался, Альтал? - отозвался Альброн с притворным
удивлением. - Я почти уверен, что у Гуити есть свои хорошие стороны. То, что я ни разу их не
замечал, еще не значит, что их у него нет. Лучше я предостерегу тебя насчет Твенгора. Он
большой, крепкий и воинственный. Ввязывается в драку с пол-оборота, так что осторожно
выбирай выражения в его присутствии. Он крепко выпивает, и голос его похож на мычание. У
него всклокоченная черная борода, которая торчит во все стороны, и я сомневаюсь, чтобы он
хоть раз принял ванну за последние лет двенадцать. Но его соплеменники пойдут за ним даже в
преисподнюю. Он невероятно удачлив в сражении, и, когда он набирает воинов, весь клан
встает под его знамена. Он не станет набирать один отряд или один батальон. Для Твенгора -
либо все, либо ничего, и он лично ведет своих людей.
- Насколько я понимаю, он увлеченный человек.
- Хоть один увлеченный, а его племянник Лайвон почти такой же, как он. Так что у нас
будет два клана страстных фанатиков.
- Они принадлежат к разным кланам? Это как-то необычно. Я думал, клан - это просто
большая семья.
- Несколько сот лет назад так оно и было. В те времена был один клан с восточной и
западной ветвями, которые были соединены узкой тропой, проходившей по дну глубокого
ущелья. Потом, около двухсот лет назад, эту тропу засыпало во время обвала, так что они
оказались оторваны друг от друга. Через некоторое время вместо одного клана образовалось
два. Теперь, когда междоусобные войны прекратились, они могут безопасно путешествовать
через земли других кланов и навещать друг друга. Теперь между кланами заключается много
смешанных браков, и я подозреваю, что, когда Твенгор упьется до смерти или потерпит
неудачу в сражении, Лайвон попытается объединить кланы снова - вероятно, прорубив новую
дорогу через это ущелье.
- Политические отношения в Аруме гораздо сложнее, чем я думал.
- Войны - это летнее занятие, Альтал. А в политику можно играть круглый год. Южные
кланы - Смеугора и Таури - довольно большие, но это не самые лучшие в мире воины.
Думаю, они слишком близки к цивилизации. Во всяком случае, жители нижних земель не
станут нанимать их для серьезной войны. Смеугор и Таури заставляют своих людей строить
красивые дворцы и хорошие дороги, так что их соплеменники известны больше как строители,
нежели как солдаты. Похоже, Смеугор и Таури и сами толком не знают, кто они такие. Они
пытаются произвести впечатление на жителей нижних земель, делая вид, что они арумцы, а на
нас они стараются произвести впечатление, делая вид, будто они цивилизованные жители
нижних земель.
- Ни рыба ни мясо? - предположил Альтал.
- Точно. Боюсь, их слову нельзя верить. Они мгновенно согласятся взять твои деньги, но
пройдет немало времени, прежде чем кто-то из их людей появится на поле битвы.
- Я буду иметь это в виду. - Альтал произвел быстрый расчет. - Итак, девять кланов,
включая твой, Альброн. Кто же вождь последнего?
Альброн скорчил кислую мину.
- Нейгваль, - ответил он с некоторым отвращением. - Я, наверное, не смог бы это
доказать, но подозреваю, что он, возможно, какой-нибудь незаконнорожденный потомок
нашего обожаемого Гасти Большое Брюхо. Боги знают, что он, во всяком случае, такой же
толстый, как Гасти, - и почти так же умен. Только со здоровьем у него неважно, так что он,
вероятно, недолго протянет.
- А что с ним?
- Он обжирается до смерти, - прямо сказал Альброн. - Он такой толстый, что не
может пролезть в обычную дверь, и после малейшего усилия начинает дышать, как рваные
кузнечные меха. Уверен, что сам он на конклав не явится, но его сын Колейка обычно его
заменяет. Колейка настолько тощ, насколько отец его толст. У него огромная нижняя челюсть,
и он почти все время молчит. Он фактический вождь клана, но всегда говорит, что перед
принятием решения он должен получить согласие отца. Это дает ему возможность посмотреть
сперва, откуда дует ветер, прежде чем на что-то решиться самому.
- А вы, арумцы, не так просты и незатейливы, как о вас думают, а?
- Это еще не все, Альтал. У тебя есть преимущество, которое покоится в тех двадцати
бочках золота, стоящих у тебя в Доме. Напирай на это, сколько хватит сил. При каждом
удобном случае показывай им золото. Позвени монетами во время разговора, и они согласятся
на все, что ты ни предложишь. Ты забавный парень, партнер, но твое золото покажется им куда
интересней. Скучнейший человек становится невероятно обаятельным, когда пересыпает из
одной руки в другую золотые монеты.
Зима тянулась бесконечно, одна снежная буря однообразно сменялась другой. Альтал
проводил время, обучая Гера тонкому искусству карманного вора. Ничего не скажешь,
мальчишка был смышлен, но иногда он витал где-то в облаках.
- Сосредоточься, Гер, - в очередной раз одернул его Альтал. - Твоя попытка сейчас
была очень неуклюжей.
- Простите, мистер Альтал. Мне только что пришла в голову мысль, и я отвлекся.
- Что за мысль?
- Генд пытается изменить весь мир, возвратившись назад через двери во Всегда и играя с
тем, что происходило в реальности, - так?
- Двейя говорит, что так.
- Если это может сделать Генд, почему мы не можем?
- Может быть, если Двейя нам позволит.
- Это совсем не трудно. Ты можешь заставить Двейю сделать практически все что
угодно. Каждый раз, когда ты к ней прикасаешься, она мурлычет от удовольствия. Андина
ведет себя точно так же по отношению к Элиару. Может быть, когда-нибудь ты мне все это
объяснишь. Я не совсем понимаю, что происходит с людьми, когда они становятся взрослыми.
В общем, если Генд изменит что-то в прошлом, тогда тебе придется проследить за ним и все
поменять обратно.
- Скорее всего.
- А не легче ли просто отправиться в прошлое и убить отца Генда? Тогда Генд исчезнет.
Альтал заморгал от удивления.
- Разве это не самый простой способ убить кого-то? Тебе не придется убивать его
самого. Ты просто отправишься в прошлое и убьешь его отца.
Мальчик нахмурился.
- Конечно, тогда у тебя не будет причин желать ему смерти, правда? Я хочу сказать,
какой смысл желать смерти тому, кто никогда не жил? Но не это меня отвлекло, когда я задел
тебя, забираясь к тебе в карман. Я обдумывал способ, как добраться до Генда. Он собирается
отправиться в прошлое, а не можем ли мы отправиться вместо этого в будущее? - Он
нахмурился. - Я непонятно объясняю?
Я хочу сказать, что если что-то происходит сейчас, то что-то другое должно произойти на
следующей неделе.
- Это называется "причина и следствие", Гер.
- Наверное, - рассеянно сказал Гер, - Положим, ты взял камень в одном месте и
переложил его на другое место - так?
- Пусть так.
- Но предположим, ты отправишься в будущее и переложишь этот камень обратно на
прежнее место. Разве это не будет означать, что ты его вообще никуда не перекладывал? Вот
тут-то я и столкнулся с проблемой. Если ты так сделаешь, ты будешь что-либо делать и не
делать одновременно.
- У меня от тебя снова голова разболелась, Гер.
- Дай мне еще немного подумать над этим, мистер Альтал. Я почти уверен, что
придумаю какой-нибудь способ это сделать.
- Но с какой целью?
Гер с изумлением посмотрел на него.
- Неужели вы не понимаете, мистер Альтал? Если мы вытворим это с Гендом -
заставим его таким образом сделать и одновременно не сделать что-то, - он застынет на месте,
как будто его обратили в камень! После этого вы сможете вешать на него свою шляпу.
Впрочем, на самом деле я хочу сказать, что почти уверен в том, что время не линейно. Я
считаю, что это, скорее, круг, и если мы меняем что-то, происходящее где-то в этом вечном
круге, то меняется и все остальное, верно ведь? Разве это не самая забавная идея, которую ты
когда-либо слышал? Мы можем когда угодно изменить все, что когда-либо происходило.
- Но почему я? - простонал Альтал, закрывая лицо руками.
Ранней весной в замок Альброна явился перепачканный грязью арумец и предупредил,
что вождь Делур прибудет на следующий день.
- Рановато, - заметил Альтал. - Некоторые дороги еще занесены снегом.
- Это не слишком беспокоит Делура, друг мой, - ответил Альброн. - Его клан -
самый большой в Аруме, и Делур любит утереть нам нос, демонстрируя это. Вероятно, он уже
выслал вперед несколько сотен человек, чтобы протоптать в снегу проходы на дорогах. Он
слишком стар, чтобы ездить на лошади, поэтому путешествует на носилках или на санях.
Подробности его не волнуют. В целом он считает себя почти королем Арума, так что я не
сомневаюсь, что он хочет явиться сюда и взять все в свои руки прежде, чем прибудут
остальные вожди кланов.
- А остальные вожди кланов будут с ним считаться?
- Они гораздо больше будут считаться с твоими деньгами, но нам все равно нужно
заручиться его поддержкой, потому что он может дать нам много воинов. Я буду льстить ему и
изображать подобострастие. Это расположит его к нам, а твои бочонки с золотом решат исход
дела.
- Для этого они и нужны, Альброн. С двадцатью бочонками золота можно выиграть
любой спор.
Вождь Делур оказался высоким стариком с белоснежно-седыми волосами и длинной
белой бородой. Когда он пребывал в задумчивости, то стоял прямо, вытянувшись, как будто к
спине его была привязана жердь. Однако когда внимание его рассеивалось, осанка терялась, как
будто он сгибался под тяжестью прожитых лет. Его одежды были сделаны из роскошных
мехов, а когда старый вождь с трудом выбрался из саней, которые втащили на двор замка
Альброна четыре дюжих парня, Альтал заметил, что надетый на нем стальной шлем был
увенчан широкой золотой полоской, едва не дотягивавшей до короны.
- Приветствую тебя, сын мой Альброн! - слабым и бесцветным голосом крикнул он
хозяину замка.
- Ты оказываешь честь моему дому, великий вождь, - отозвался Альброн с витиеватым
поклоном. - Мы не ожидали столь раннего твоего приезда.
- Твое послание возбудило во мне великое любопытство сынок, - отвечал старик. Затем
он хитро посмотрел на своих вассалов. - Более того, мне показалось, что моим людям нужно
немного размяться, и небольшая прогулка по горам может развеять их мозги и закалить их тела,
чтобы они лучше мне служили - если принять во внимание их уверения, что служение мне -
единственная цель их жизни.
Эта ироничная тирада навела Альтала на мысль, что мнение Альброна о вожде Делуре
было не совсем верным. Делур был не так уж дряхл, как считали остальные вожди кланов.
Альтал решил понаблюдать за стариком повнимательнее, дабы составить о нем свое
собственное суждение.
- Пойдемте в дом, великий вождь, - предложил Альброн. - Погода сейчас сырая и
неприветливая, а в моей гостиной для вас горит веселый, жаркий огонь.
ГЛАВА 20
Примерно неделю спустя в один из непогожих дней незадолго до полуночи Эмми
разбудила чутко спящего Альтала, ткнувшись ему носом в затылок. Ее нос был таким же
холодным и влажным, как и всегда, и Альтал вскочил, как бывало раньше.
- Прошу тебя больше этого не делать, - проворчал он.
- Раз уж это срабатывает, зачем что-то менять? Пойди разбуди остальных, Альтал. Нам
нужно кое о чем поговорить - там, в Доме.
Он сдернул с себя одеяло, оделся и вышел в коридор, чтобы разбудить друзей.
- Что случилось? - спокойно спросил Бхейд, когда они собрались все в холле.
- Не знаю. Она ничего мне не сказала, но она хочет с нами поговорить - наедине.
Отведи нас в Дом, Элиар.
- Хорошо.
Элиар повел их в оружейную комнату, открыл дверь, и они снова очутились в знакомой
башне.
- У нас какие-то проблемы, Эмми? - спросил Гер у Двейи, когда она приняла свой
истинный облик.
- Вовсе нет. Я просто подумала, что нам нужно обсудить, как мы представим наше
предложение вождям кланов, вот и все. Все пройдет более гладко, если мы будем рассказывать
им одно и то же. Само собой разумеется, мы не сможем рассказать им, что происходит на
самом деле.
Если Альброн прав, арумцы не любят участвовать в религиозных войнах, и, чтобы их
отвлечь, нам нужно придумать какой-нибудь политический повод.
- Если тебе нужна война, Двейя, я буду чрезвычайно счастлива одолжить тебе свою, -
предложила Андина. - Мне приятно, когда я представляю себе, как все кланы Арума
маршируют по городу Кантону.
- Это подходящее решение, - согласился Бхейд. - Арумцы уже наслышаны об этой
бесконечной войне между Остосом и Кантоном, так что нам не придется придумывать никаких
скучных историй, чтобы объяснить, зачем нам понадобилась такая огромная армия.
- А я смогу произнести перед ними страстную речь с призывом помочь нам сокрушить
кантонских выродков, - добавила Андина.
- Здесь есть о чем поговорить, Двейя, - сказал Альтал. - Андина - эрайя Остоса,
поэтому само собой разумеется, что у нее в кармане есть ключ от казны. Это могло бы
объяснить, откуда у нас золото - на случай, если вожди кланов станут интересоваться.
- А умеешь ли ты выступать перед публикой, Андина? - спросила Лейта у своей
миниатюрной подруги.
- Ты что спала все эти несколько месяцев, Лейта? - насмешливо сказала Андина. - Да
я все время только и выступаю на публике. Неужели ты думала, что я не нарочно говорю таким
драматическим голосом? Мой голос - самый точно настроенный инструмент в Треборее. Если
я захочу, то могу спеть так, что птицы попадают с деревьев и камни зарыдают. Мне, может
быть, даже не понадобятся все эти бочки золота. Дай мне полчаса и небольшую комнату, и
одним своим голосом я поставлю под знамена всех арумцев.
- Возможно, она и права, - сказал Элиар. - Когда я стоял привязанный к столбу в ее
тронном зале, она так много обо мне наговорила, что я и сам поверил в то, что участь этого
чудовища, Элиара, будет ужасна.
- Все как будто сходится, Двейя, - согласился Альтал. - Мы попросим Альброна ее
представить, а затем она произнесет пламенную речь с призывом о помощи. Потом она может
передать слово мне, и я объясню им детали сделки. Альброн знает, что на самом деле
происходит, так что он сумеет сказать вступительное слово, а также сгладить некоторые
шероховатости. - Он откинулся в кресле. - Однако есть одна неувязка. Будет ли прилично
для правителя вот так, лично, произносить речи? Разве не для этого нужны дипломаты?
- А откуда ты взял, что я стану вести себя подобно другим правителям? - спросила
Андина. - Мои поступки почти всегда неожиданны. Я всегда такая, Альтал. Несмотря на
яростные возражения моих советников, отбросив всякую предосторожность и взяв с собой в
дорогу лишь нескольких слуг, я отправилась в Арум, чтобы попросить помощи в
продолжающейся войне против ненавистных кантонцев. С большим риском для жизни я
презрела все опасности неспокойного мира и явилась в замок Альброна, чтобы рассказать о
своей просьбе благородным вождям кланов. Моя храбрость настолько велика, что вы и все
остальные, кто будет там, едва ли осмелитесь находиться в одной комнате со мной.
- А не слишком ли это отдает мелодрамой? - заметил Бхейд.
- Я буду говорить с арумцами, брат Бхейд, - подчеркнула Андина. - К жителям
Перкуэйна или Экуэро я применила бы другой подход. Арумцы любят мелодраматические
сюжеты, и я разыграю перед ними такой спектакль, который они никогда не забудут. Просто
попроси Альброна представить меня, а затем отойди в сторону. Через полчаса все эти вожди
кланов будут моими.
- Не слишком ли мы самонадеянны? - засомневалась Лейта.
- Нисколечко, Лейта, - отозвалась Андина. - Я самая лучшая.
- Простите... - сказал Гер.
- Говори, Гер, - подбодрил его Альтал. - Ты хотел что-то добавить?
- Не слишком ли все это просто? Я хочу сказать, поверят ли арумцы в то, что для защиты
всего лишь одного города потребовалось так много солдат?
- А он ведь прав, Альтал, - согласился Элиар. - Сержант Халор всегда говорил нам,
что жители нижних земель всегда стараются обходиться как можно меньшим количеством
солдат. Думаю, нам нужна война побольше, чтобы вожди кланов нам поверили.
- Но это единственная война, которая у нас пока есть, - ответил Альтал.
- Ну, не совсем, - возразил Гер. - Есть ведь еще война между тобой и Гендом.
- Это религиозная война, Гер. Разве ты не слышал, что сказал Альброн: арумцы не
вмешиваются в войны, которые развязываются на религиозной почве? - Он покачал
головой. - Нам нужно придерживаться политических причин, а религию отбросить подальше.
- Почему бы просто не сказать, что кантонцы служат Некверу? Или что они на их
стороне, или что-то вроде этого? По словам Лейты, никто толком ничего не знает о жителях
Неквера - кроме того, что это жуткие типы. Может, нам просто сказать, что в Нагараше есть
некий король, который хочет владеть целым миром, и что ему удалось уговорить этих дурачков
из Кантона примкнуть к нему?
Не будет ли это несколько ближе к тому, что происходит в действительности? Разве
добрая ложь не должна содержать в себе некоторой доли правды? Если мы станем говорить
только о войне между леди Андиной и тем придурком из Кантона, история будет какой-то
слишком ясной и понятной. Может, оставить в ней некую недосказанность, что-то
необъяснимое?
- Гляди-ка, Альтал, тебе наступают на хвост, - заметила Лейта. - По-моему, этот
мальчишка тебя нагоняет.
В ночь после того, как Альтал с друзьями вернулись в замок Альброна, с гор Арума
повеял теплый ветерок и смел снег с дорог, как горячий нож срезает масло. От талого снега
ручьи и реки вышли из берегов, а когда паводки спали, начали подъезжать остальные вожди
кланов.
Первым до замка Альброна добрался Колейка - очевидный наследник толстого вождя
Нейгваля. Колейка оказался тощим молодым человеком с мягкими черными волосами и
выступающей нижней челюстью. Это был суровый человек в кожаной куртке,
предпочитающий носить облегающие кожаные штаны, а не традиционный килт, как
большинство арумцев. Он был очень скуп на слова, а когда что-нибудь говорил, то
обнаруживал странную привычку держать верхнюю губу неподвижной. По прибытии он
коротко переговорил с вождем Альброном, а затем погрузился в глубокое молчание.
Несколькими днями позже прибыли Смеугор и Таури - вожди двух южных кланов.
Смеугор был коренастый человек с багровым лицом, испещренным едкими красными прыщами
и глубокими шрамами. На лице он силился изобразить наигранную веселость, но взгляд его
узких глаз оставался холодным и суровым, как стекло. У Таури были жиденькие светлые
волосы и никаких следов бороды на лице. Очевидно, он считал себя дамским любимцем. Одет
он был в элегантное, хотя и не очень чистое платье, скроенное по моде, принятой у жителей
нижних земель, и с неприкрытой похотью глазел на каждую особу женского пола в замке
Альброна. После своего приезда Смеугор и Таури, подобно Колейке, предпочитали больше
молчать, чем говорить.
- Я чувствую в воздухе намек на прошлые раздоры, Альброн, - несколько позднее
сказал Альтал хозяину замка. - Не затевается ли здесь что-нибудь такое, о чем мне следовало
бы знать?
- Это пережитки старых междоусобных войн, Альтал, - признался Альброн. - На
самом деле никто из вождей кланов не доверяет друг другу. Совет, который ты попросил меня
созвать, идет вразрез с традицией, и другие вожди относятся ко всему этому с большой
подозрительностью. История Арума - это печальная череда обманов, предательств и открытых
убийств. Мы всегда настороже, когда входим на территорию другого клана. Если бы я не
рассказал им о твоем золоте, большинство из них наверняка бы не приехали. Когда приедет
Твенгор, дела должны немного оживиться.
Вождь Твенгор - большой, крепкий человек с лопатообразной бородой - был пьян в
стельку, когда добрался до замка Альброна, а его племянник вождь Лайвон ехал рядом с ним,
чтобы не дать дяде свалиться с лошади. По дороге Твенгор орал старинные застольные песни,
фальшивая мелодия которых эхом разносилась по всему ущелью.
Лайвон оказался суровым молодым человеком, который, бесспорно, держался в тени
своего более знаменитого дяди.
Последним прибыл вождь Гуити, и Альтал сразу заметил, что остальные вожди кланов
изо всех сил стараются обходить его стороной. У Гуити была несоразмерно большая голова и
очень маленькое лицо, которое едва ли занимало на ней даже четверть. Это придавало ему
приплюснутый вид. Его глаза навыкате беспрестанно вращались, а одна щека подергивалась в
нервном тике. Когда он говорил, его голос был очень похож на овечье блеяние.
- Я думал, они будут больше похожи на Альброна, - слегка нахмурившись от
беспокойства, сказала своим друзьям Андина, - но это же сущие варвары!
- У нас возникли сомнения по поводу наших ораторских способностей, дорогая? -
спросила Лейта у подруги.
- Нет, конечно нет, - отозвалась Андина. - Думаю, мне нужно изменить подход, вот и
все. Альброн сравнительно культурный человек, но любой тонкий намек будет выше
понимания всех остальных. Чтобы привлечь их внимание, мне придется бить их дубинкой по
головам.
- Мне просто не терпится услышать твою речь, Андина.
- Если честно, Лейта, мне тоже, - с тем же обеспокоенным видом ответила Андина.
Наутро после приезда Гуити одетые в килты вожди арумских кланов и их свита, которая
была им под стать, собрались к завтраку в гостиной Альброна, и в этот раз там было несколько
шумнее, чем обычно. Во время трапезы Альброн предпочитал соблюдать некоторые правила
этикета, однако вожди других кланов вели себя несколько развязно. После завтрака Альброн
предложил вождям и их ближайшим советникам собраться в каком-нибудь более спокойном
месте и обсудить причины, по которым он созвал этот совет.
Зал для собраний, куда он их привел, был расположен в Дальней части замка, в стороне от
шума и бесчинств, творившихся в столовой. Здесь было безопасно, зал хорошо охранялся, к
тому же он не был расположен в одной из башен. В старом народном предании Арума
рассказывалось о массовом убийстве, которое однажды произошло в башне, поэтому по
традиции все встречи вождей разных кланов проходили на первом этаже. В середине комнаты
стоял стол, окруженный широкими креслами для вождей, а позади них располагались кресла
поменьше для всякого рода советников. Двадцать бочонков, которые Альтал и Элиар принесли
из Дома, незаметно стояли в углу, а у дальнего края стола для Альтала и его друзей были
приготовлены стулья, так что они могли видеть собравшихся вождей.
- Что случилось, Альброн? - проревел Твенгор. - Никто не собирал всеобщий совет
уже более ста лет.
- Ко мне обратился за помощью правитель о
...Поділитися у соцмережах
