Жанр: Фантастика
Меченые проклятием
...штучки
Лабранцы. - Тибал повернул нахмуренное лицо к Булриону. - Надо кого-то оставить с
лошадьми. Пока вам ничто не угрожает.
Булрион поручил Джукиону и Ульпиону присматривать за лошадьми и начал вместе с
Гвин подниматься по лестнице. Судьбы, как же все затекло! Тибал быстро пошел вперед, и
Булриону было трудно за ним угнаться. Он вспомнил свой визит к правителю Далинга: ничто
так не выявляет возраст, как лестница.
- Уф! - выдохнула Гвин. - Куда ты спешишь, долгоногое чудище? У меня такое
чувство, словно это я везла на спине проклятую лошадь, а не она меня. - Она остановилась и
обернулась. - Погляди, Булл. Отсюда виден весь кратер. Потрясающе, правда? Тайный город,
затерянное царство волшебников! И как нас сюда занесло?
И главное, как нам отсюда унести ноги?
- Повезло, вот и все, - ответил Булрион. - Какой воздух замечательный, - добавил
он, делая глубокий вдох. - И ты у меня замечательная, любимая.
Вестибюль Дворца легко вместил бы большую часть Тарнской Долины вместе с
деревьями. Через многочисленные сводчатые двери открывался вид на череду внутренних
дворов и колоннад. Первым впечатлением от колоссальных размеров Дворца было изумление.
Но затем гости начинали замечать пустые постаменты, трещины в стенах и неровности пола.
Гвин посмотрела на потолок.
- А облака к вам не залетают? - ошеломленно спросила она. - И куда подевались
остальные карнизы?
- Спроси лучше, что стало с людьми, которые под ними стояли, - весело отозвался
Тибал. - Боюсь, что они чувствовали себя подавленными. Добрый вечер, Ордур-садж.
- Флаги сообщили, что вы уже на подступах. - Авайлграт встал с мраморной скамьи и
подошел к вновь прибывшим. Он был один. Видимо, он проспал ночь, не снимая балахона и
штанов. А скорее всего, судя по спутанным волосам, красным глазам и золотистой щетине на
щеках, он провел предыдущую ночь вовсе без сна. Гвин бросила на него откровенно
подозрительный взгляд.
- Джасбур подозревает, что ты развлекался в чужой постели.
- Если бы так! - Ордур оглянулся. Убедившись, что остальные Тарны разглядывают
гигантское здание и не слушают их разговор, он подошел к Гвин и сказал всем троим: - Я тут
поговорил с разными людьми. Большую часть дня я провел в библиотеке. С Лабранцей не
встречался. Ну, спрашивай, Гвин.
Его прямота несколько ее огорошила.
- Бывают ли поулграты?
Ордур кивнул и пригладил волосы.
- По-видимому, да. Я как-то читал о людях, наделенных фатальными способностями,
непохожими на способности остальных шести категорий меченых. Они появляются очень
редко, и я не смог найти тех книг.
- Лабранца припрятала?
- Надеюсь, что нет. Возможно, просто затерялись. И я не нашел ни одного человека,
который бы помнил, что в них написано. Это все равно что у некоторых людей глаза разного
цвета. Ну, бывают такие. И что с того? Мне жаль, что я не смог сделать для тебя больше.
- Мне тоже. Но сам-то ты что об этом думаешь?
Ордур беспомощно посмотрел в сторону Тибала, как бы взывая о помощи, но тот молчал.
- Сам я думаю, что у тебя есть какая-то власть над другими мечеными. Например, когда
я уклоняюсь от твоих вопросов, мне делается очень скверно - точно кто-то ударил ногой в
живот. И не смотри на меня так! Я стараюсь!
- Но что это за власть? Власть вытягивать из тебя ответы на вопросы?
- Нет, гораздо больше. Помнишь, как ты порола хлыстом Мандасила? Тебе полагалось
бы по крайней мере свалиться на землю с жуткой головной болью. А ты сумела заставить его
снять порчу, которую он сам же и напустил на Булриона. Этого не смог бы сделать никто в
Рарагаше, за исключением, пожалуй, муолгратов. Ты защитила нас, когда Ниад пришла в
неистовство, узнав о гибели своего мужа. Необученный ивилграт в таком состоянии изуродовал
бы всех кругом. Я убежден, что нашим здоровьем мы обязаны тебе.
Булрион слушал Ордура со смятением в душе. Он склонялся к мысли, что тот говорит
правду, - но этой правде он отказывался верить. "Чушь!" Если Гвин окажется меченой, о
последствиях невыносимо даже думать.
- Я сказала Ордуру, что иногда слышу Голос, - сказала мужу Гвин. - И он нисколько
не удивился.
- Об этом я ничего не сумел узнать, - виновато сказал Ордур. Потом вдруг
скорчился. - Перестань, Гвин! Я же стараюсь!
Если он притворялся, то делал это артистически. От скользкого как угорь насмешника не
осталось и следа.
- Я буду искать книги! - Он умоляюще обратился к Булриону: - Я ведь предупреждал,
садж, что тебе, возможно, грозит опасность, но еще большая опасность грозит твоей жене.
Самое главное - чтобы об этом не пронюхала Лабранца!
Гвин казалась не столько испуганной, сколько разозленной.
- А может, она уже пронюхала?
Ордур пожал плечами.
- В Рарагаше стоит чихнуть, и все уже знают твой секрет. Если джоолграт у Южных
ворот уловил хотя бы обрывок мыслей кого-нибудь из нас о поулграте, то Лабранца, без
сомнения, об этом уже знает. Поэтому я и не хотел тогда с тобой разговаривать.
- Вообще-то власть над мечеными - не такое уж плохое дело. Но чем мне за это
придется платить?
- Не знаю! И, может быть, никто не знает. Поулграты появлялись так редко, что в
Академии ими не успели заняться. Не существует пособия по их обучению. Если ты -
поулграт, тебе придется самой учиться обуздывать себя.
Булрион обнял Гвин за плечи.
- Это можно делать и в долине, дорогая.
Гвин прижалась к нему, но ее взгляд был прикован к авайлграту.
- Поуль - дарительница жизни. Тот человек, который погиб в гостинице, пытаясь меня
похитить... это было моих рук дело?
Ордур помялся, потом искривился, словно его действительно ударили в живот.
- Очень может быть. Ивилграты редко убивают, а Поуль не только дарит, но и отнимает
жизнь.
- Только не надо проверять, можешь ли ты отнять жизнь, любимая, - сказал Булрион,
стараясь скрыть беспокойство. Он уже начинал верить, что умение Гвин управляться с
мечеными, даже с огоулгратами, не просто случайность. - Пусть это останется нашим
секретом. Мне кажется, что он говорит правду.
Возион заметил их перешептывание и захромал к ним - узнать, о чем они шепчутся. За
ним пошел Занион.
Гвин слабо улыбнулась Ордуру. Она тоже была встревожена, но старалась этого не
показывать.
- Да уж, врать ему не с руки. Но, пожалуй, я с тобой согласна. Хватит бить его ногой в
живот.
Все это время Тибал помалкивал и не вмешивался в разговор. Но тут спросил Ордура:
- А про войну что-нибудь узнал?
Авайлграт сердито нахмурился.
- Тебе-то зачем меня спрашивать - сам, что ли, не знаешь?
- Тогда мне расскажи, - попросила Гвин.
- Узнал, но не так уж много. Лабранце все время поступают донесения, но она держит их
под замком. Говорят, карпанцы опустошили Нимбудию. Веснар с Моктом отложили
собственные распри до тех пор, пока не выяснятся планы карпанцев. Но все это только слухи.
Тибал удовлетворенно кивнул.
- И расскажи им про Совет.
Ордур стиснул кулаки, но ответил:
- Пар А-Сиур требует созыва Совета. Лабранца пока что не соглашается. Говорит, что
все эти войны не имеют отношения к Рарагашу:
Тибал выжидательно поднял брови. Ордур сердито молчал. Наступила долгая пауза. Гвин
показалось, что оба что-то недоговаривают.
- Ну и что? - спросила она, переводя взгляд с одного на другого.
Тогда Тибал с улыбкой посмотрел на Булриона.
- Скажи, любимый, - попросила Гвин.
- Что сказать?
- То, что тебе хочется сказать.
Булрион раздраженно дернул плечом. Подумать про себя ничего нельзя!
- Я просто подумал... Если Лабранца настроена к нам враждебно... Я подумал, что
должны же у нее быть противники... Может, стоит сговориться с ними?
- Я рад, что кто-то это наконец предложил, - словно про себя проговорил Тибал.
Ордур потер глаза.
- Мне самому следовало до этого додуматься. Но я так устал, что падаю с ног. Давайте
завтра съездим к ним и потолкуем. - Он вгляделся в непроницаемое лицо Тибала. - Или
сегодня?
- Так-то лучше.
- Ты чего-то еще от меня хочешь? Если ты заставишь меня работать головой, ты
изменишь будущее - и настоящее тоже... А! Кворум?
Тибал ухмыльнулся. Эти двое не очень-то дружили, но сейчас, судя по всему, были
союзниками. И были на стороне Тарнов - хотя Гвин не совсем понимала, что все это значит.
- Сколько союзников вам нужно? - спросил Булрион.
- Четверо. В Совете шестеро членов, и Лабранца имеет право решающего голоса, если
голоса разделятся пополам.
- С Циберорой я бы на твоем месте не связывался, - сказал Тибал. - Она все равно
будет против. Ордур кивнул и прикрыл рукой зевок.
- Если я засну, можешь проголосовать за меня. Да я и не знаю, имею ли я по закону
право голосовать. В полночь? Где?
- В Восточном крыле, - сказал Тибал. - Привези Баслина, даже если тебе придется
привязать его к лошади.
- От его лошади скорей услышишь что-нибудь путное.
Ордур почтительно поклонился Гвин и ушел - видимо, с большой готовностью.
Булрион заметил, что жена пристально на него смотрит.
- Я хочу домой, - прошептала она. - Как же хочется домой!
- Мне тоже.
- Кто-то идет, - предостерегающе сказал Возион.
Наконец-то! Подошел низенький толстый человечек со смуглой кожей нурцийца. На нем
была пышная желто-синяя ливрея - очевидно, восходящая еще к эпохе империи. Булрион
видел подобный наряд только раз - во дворце правителя в Далинге. От обтянутых чулками икр
до пышного жабо на груди человечек являл собой крайне нелепое зрелище. К тому же он не то
от природы отличался высокомерием, не то просто стеснялся показываться на людях весь в
лентах и кружевах, но на лице у него было крайне надменное выражение.
- Вы находитесь в частном владении! - провозгласил он. - Что вам здесь надо?
Тарны свирепо нахмурились. Тибал фыркнул:
- Не обращайте внимания на этого попугая. Я проведу вас в помещение для гостей. А ты,
брат, займись их лошадьми. Можешь не сообщать Чингу, что люди, которых он ждал, прибыли.
Он это уже знает. Пошли, ребята. - Смуглые щеки лакея побагровели. -Ты не имеешь права!
- Имею-имею. Я член Совета, Тибал Фрайнит, - если ты этого не знаешь. Беги к своему
хозяину. Чудо-ребенок тебя ждет.
И Тибал зашагал через вестибюль к одной из арок. Тарны пошли за ним.
48
Пройдя сквозь арку, Тибал сбежал по ступенькам к аркаде мраморных колонн, с одной
стороны которой шла стена с барельефами, а с другой открывался вид на внутренний сад.
Погруженный в мучительные размышления, Булрион только смутно заметил, что многие из
панелей с барельефами иссечены трещинами, что трава в саду пожухла, а клумбы запущены.
Тибал усмехнулся:
- Зря спешим. Все равно придется возвращаться этим же путем.
- Что-то я не понимаю, - сказал догнавший их Возион. - Почему мы так опасаемся
Лабранцы, отец?
Булрион вздохнул:
- Все очень просто. За последние сто лет несколько раз появлялся человек, который
пытался убедить народ, что он - новый император, что он - Обновитель.
- Ну и что с того?
- А то, что я буду первым, который пытается всех убедить, что он вовсе не Обновитель.
Возион резко хохотнул:
- Ну, я по крайней мере тебе верю.
- Я тоже, - сказал Занион. - Какой ты Обновитель! ~ Я тронут вашей верой в меня,
мальчики.
- Мы все тебя поддержим, отец, - добавил Тисвион. - Вернее, удержим.
- Ну, хватит резвиться, дети, - с улыбкой вмешалась Гвин. - а мне так очень нравится
представлять себя императрицей в длинном платье из пурпурного шелка, обвешанной
драгоценностями и целыми днями возлежащей на бархатном диване.
Раздались дружные возгласы:
- Да кто спорит!
- Мы все станем графьями!
- А Бранкион наследником престола!
Хорошо, когда близкие люди тебя понимают.
Тибал, который все еще шел впереди всех, вдруг издал какой-то странный звук и
зашатался. Занион подхватил его под одну руку, Булрион - под другую. Ноги Тибала
подломились, голова откинулась, глаза закатились.
- Он потерял сознание! - воскликнул Возион. - Положите его на пол...
- Нет! - отчаянно крикнула Гвин. - Тащите его дальше - да бегом!
Ее голос был похож на щелчок бича. Занион и Булрион поволокли обмякшего Тибала по
галерее со всей возможной быстротой. Остальные спешили следом. Позади всех хромал
Возион. Когда мужчины замедлили шаг, Гвин крикнула: "Быстрее!" Булрион споткнулся.
Тисвион оттолкнул его и занял его место.
- Ладно, достаточно, - наконец сказала Гвин.
И, правда, в глазах Тибала появились проблески смысла. Тарны продолжали
поддерживать его под руки, но он уже и сам переставлял ноги. Но явно не понимал, что
произошло.
- Что это было? - спросил Булрион.
Тибал что-то пробормотал. У него подергивались мускулы, изо рта текла слюна.
Булрион обернулся к Гвин и был потрясен ее бледностью.
- Что происходит, милая?
Она покачала головой, подошла к мужу и ухватилась за него. Ее била дрожь.
- По-моему, нам нельзя останавливаться.
- Ну, тебе, кажись, виднее, - сказал Булрион.
На лицах остальных отражались его недоумение и тревога.
- Тибал, как ты себя чувствуешь? - спросил Булрион.
- А? Ч-что случилось?
- Мы не знаем. Ты потерял сознание. А ты знаешь, Гвин?
- Я тоже не знаю.
- Тогда откуда тебе?.. Впрочем, не важно.
Булрион почувствовал, что с Гвин опять произошло что-то загадочное. Если ему удастся
благополучно привезти жену домой, в долину, впредь он не подпустит к ней ни одного
меченого.
- Извините, - пробормотал Тибал. Он попытался вытереть подбородок о плечо, потом
высвободил руку, которую держал Тисвион, и вытер слюну тыльной стороной ладони.
- Я сам виноват, - пробурчал он. - Пошли дальше. Он все еще с трудом держался на
ногах, но быстро приходил в себя.
- Понятно, - сказала Гвин. - Ты изменил будущее.
Он кивнул, ни на кого не глядя.
- Сейчас все пройдет.
Возион наконец догнал их и расслышал последние слова.
- Ты сказал, что мы зря спешим.
- Верно. - Тибал высвободил и вторую руку. - Никак меня жизнь не научит. Сейчас
мы идем туда, а потом будем возвращаться назад. - Он со смущенной улыбкой оглядел
встревоженные лица. - Я хотел избавить вас от лишней ходьбы. Знал ведь, что нельзя...
Ничего, все уже в порядке. Спасибо.
Еще в долине он говорил, что маленькие изменения будущего могут разрастись как
снежный ком и перевернуть ход истории. Но не может же жизнь измениться от того, что они
пройдут по галерее сначала в одну сторону, а потом назад!
- Это Гвин его спасла, - сказал Возион. - Так ведь?
Никто не ответил.
Булрион, разумеется, помнил хлесткие команды жены, но, поглядев на ее испуганное
лицо, решил ни о чем ее не спрашивать.
- Конечно, - ответил он. - Молодец девочка.
Гвин жалась к нему, не говоря ни слова.
Они почти дошли до конца галереи. Налево отходил коридор, конца которого им не было
видно.
- Где-то здесь, - уже почти нормальным голосом сказал Тибал.
Позади них раздался возглас:
- Фрайнит!
- Вот он.
Все оглянулись. У основания лестницы, которая вела из вестибюля, стоял человек и
смотрел им вслед.
- Не отвечайте, - сказал Тибал. - Пусть подойдет к нам. Все стояли.
- Фрайнит! Веди их назад!
Высокий голос каким-то странным и .пугающим эхом прокатился вдоль колоннады.
- Они хотят помыться! - крикнул Тибал.
- Ты не туда их ведешь!
Тибал подмигнул своим спутникам.
- Почему не туда? Я знаю дорогу.
Человек издал звук, похожий на приглушенный рык, и направился к ним. Шел он
медленно. Тарны, следуя совету шуулграта, ждали его, не двигаясь с места.
Когда человек подошел ближе, Булрион с удивлением увидел, что это - юноша. У него
было загорелое лицо, хотя, может быть, это - естественный смуглый цвет кожи. Темно-русые
волосы резко оттенялись зелено-голубым, украшенным вышивкой и аппликациями балахоном.
Его наряд был даже роскошнее того, который они видели на толстом лакее. Казалось, что это -
принц, каким-то чудом уцелевший со времен империи. Рукава с разрезами почти волочились по
полу, а балахон, плотно прилегавший к груди и плоскому животу, был собран на талии и
фонарем раздувался вокруг бедер. Молодой человек весь был усыпан драгоценностями - от
золотых пряжек на башмаках до сверкающего изумрудами воротника.
И у него была какая-то странная походка: казалось, что он хромает на обе ноги.
Тибал с презрительным видом наблюдал за его приближением. Остальные недоуменно
переглядывались.
Юный гранд остановился, подойдя на расстояние, с которого можно было без напряжения
разговаривать.
- Ты ведешь их не туда.
- Знаю, - дружелюбно отозвался Тибал. - Но это за ставило тебя вылезти из своей
помойки, гадина.
- Укороти язык! - негодующе сверкнул глазами юноша.
- Сам укороти. Научись, наконец, уважать старших! Булрион-садж, я тебе еще не
показывал наши знаменитые грязевые ямы. Они широко известны и отвратительны до
крайности. Они булькают, воняют и пердят без передышки, как чаны с кипящим дерьмом. И все
же они гораздо приятнее этого подонка.
Тарны изумленно таращились.
Юноша залился краской, но Тибал только входил во вкус.
- Его зовут Чинг Чилит. Чинг Чилит - это то, что вы с отвращением соскребаете с
башмаков, ступив в кучу навоза. В Рарагаше Чинг Чилит всесилен. Официально он секретарь
Лабранцы, но на самом деле это человек, которому она поручает всю грязную работу, который
издает приказы от ее имени и вонзает нож в спины ее недоброжелателей. Чинг Чилит - также
ее болонка и ее жиголо. Когда она велит, он ее трахает, и ни одна порядочная женщина не
подпустит его к себе на милю. Заметили, как он ходит, друзья? Любой человек, которому
нанесли травму в таком деликатном месте, поспешил бы в лазарет и попросил бы
какого-нибудь ивилграта вылечить его. Но Чинг Чилит знает, что ни один ивилграт в Рарагаше
не согласится не только его лечить, но даже до него дотронуться. К тому же он не хочет, чтобы
кто-нибудь узнал, кто его так отделал. Его стукнула по...
- Замолчи! - завизжал юноша.
- Не замолчу, - продолжал Тибал тем же ровным тоном. - Меня тошнит от одного
твоего вида.
- Ты об этом пожалеешь, Фрайнит!
- Ты решил предсказать будущее шуулграту? Так вот, гнусный слизняк, мне тебя бояться
нечего. Заметьте, друзья, что ко всему этому в придачу Чинг Чилит - жалкий трус.
Тибал шагнул вперед и размахнулся.
Чинг отскочил назад и согнулся, заскулив от боли.
- О Судьбы, до чего противно! - Тибал отвернулся. - Мне стыдно вам признаться, что
в Рарагаше живет этот сгусток гноя. Он...
- Ладно, мы тебя поняли, - перебил его Булрион. Он и не подозревал, что шуулграт
способен на такую жестокость. Гвин был ошарашенный вид. Таким обвинениям было бы
трудно поверить, если бы слова Тибала не подтверждались поведением его жертвы. Пусть бы
кто-нибудь попытался осыпать подобной бранью Тарна! Получил бы в зубы, не успев
произнести второй фразы.
- К счастью, я не обязан нюхать эту вонь, - продолжал Тибал. - я лучше нанесу визит
дорогой Лабранце. По сравнению с ним она чиста как стеклышко.
И он зашагал своей размашистой поступью.
Чинг всполошился.
- Госпожа Председательница не велела ее беспокоить! - проблеял он вслед Тибалу.
- А я побеспокою, - бросил тот через плечо, не замедляя шага.
Юноша вытер лоб и попытался - с большим опозданием - утвердить свое поруганное
достоинство:
- Я личный секретарь Председателя Академии Лабранцы Ламит. Она просила меня
позаботиться о вас. Добро пожаловать в Рарагаш!
Булрион назвал себя, внимательно наблюдая за Чингом: как он отреагирует на его имя?
Но Чинг остался невозмутим. Или он не знал о ложном пророчестве, или был готов к этой
встрече. Затем Булрион представил ему Гвин и остальных членов своей семьи.
Чинг надменно кивнул каждому. К нему возвращалась его спесь.
- Следуйте за мной. Я поручу кому-нибудь из слуг проводить вас в ваши покои в
Восточном крыле. Председательница сожалеет, что неотложные дела не позволяют ей принять
вас сегодня, но она надеется найти для этого время завтра.
- Я изнываю от нетерпения, - проворчал Булрион. Гвин бросила на него укоризненный
взгляд. Кажется, он перенял манеру Тибала разговаривать с Чингом.
Гвин нисколько не удивилась, увидев, что Восточное крыло сильно напоминает гостиницу
на улице Феникса. Дом имперских времен всегда имел внутренний двор. Конечно, здесь были
три этажа вместо двух, мраморные, а не деревянные балконы и лестницы. И повсюду колонны.
Гостям отвели комнаты на верхнем этаже - просторные, прохладные, с высоким потолком.
Прямо королевские покои.
Но...
Но Гвин было не по себе. Для беспокойства не требовалось фатальных сил. Для этого
было достаточно зрения и разума, которыми ее наделила природа.
Булрион бросил шляпу на огромную кровать и сам присел на ее краешек, чтобы
отдышаться от подъема на третий этаж. Задумчиво поглядев на жену и почесав бороду, он
сказал:
- У меня к тебе вопрос.
Само собой, у него к ней вопрос, но сейчас перед ними стоят целых два, причем один из
них - вопрос жизни или смерти.
- Да, милый, я и сама хочу с тобой это обсудить - но не сейчас.
Тревога не давала ей сесть и расслабиться, и она подошла к окну. За ним открывался
поразительный по красоте пейзаж кратера. Она мельком глянула на потрескавшиеся фрески на
стене. Провела пальцем по резной крышке одного из четырех огромных сундуков, в которых,
как предполагалось, гости будут держать одежду. Одежды у них была пропасть - на каждого
две переметных сумы. Затем Гвин прошла через комнату к двери, внимательно разглядывая
полированный дубовый пол - вроде чувствуется наклон в сторону балкона. Вышла опять на
балкон, осторожно перегнулась через балюстраду и посмотрела вниз во внутренний двор. Он
вполне мог бы служить рыночной площадью в городе средней величины. Двор зарос деревьями
и кустарником, из которого там и сям торчали одинокие покосившиеся статуи, похожие на
купальщиков в зеленом прибое. В центре был большой давно пересохший фонтан.
Груда камней в дальнем конце двора когда-то, по-видимому, была лестницей и двумя
балконами. Груда пока не заросла сорняками, значит, балконы и лестница упали недавно.
Многих колонн в аркаде не хватало, некоторые покосились. Стены во многих местах
накренились, крыши просели. Да это же все в любую минуту может рухнуть!
Ее отвлекли голоса. По балкону шли Джукион и Ульпион. Они были явно поражены
великолепием своих покоев.
- А, вот вы где! - сказал им Занион, выходя из соседней Двери. И бегло улыбнулся
Гвин и братьям - словно его сверлила какая-то мысль.
- Зайдите все ко мне, - сказала им Гвин и пошла обратно в комнату. - Ваше
величество, не изволите ли приподнять на минуту свой императорский зад?
- Отрубить оскорбительнице голову! - рыкнул Булрион, но встал с постели - Что ты
еще придумала?
- Какой смысл обзаводиться дюжими родственниками, если нельзя воспользоваться
силой их мышц? Ну-ка, ребятки, сдвиньте кровать вон туда. Только не толкайте ее, а тяните.
Кровать заскрипела и вонзила ножки, сделанные в виде птичьей лапы, в пол. Но куда ей
было тягаться с тройкой Тарнов! Они сдвинули ее, куда показала Гвин.
- Так и есть, - удовлетворенно сказала она. - Пыль. И следы ног. Как странно -
следы под кроватью! Какие-то коротышки там, видно, разгуливали.
На лицах Тарнов не было удивления, что ее немного разозлило.
- И какой ты из этого делаешь вывод? - спросил Занион. - Что комнаты стояли
пустыми до...
- Скорей всего до сегодняшнего утра.
Булрион усмехнулся. Он не был глуп и не был слеп. Он заметил то же, что и жена, но
предоставил беспокоиться по этому поводу ей.
- Тибал Фрайнит хотел нам сказать что-то важное.
- Он три раза упомянул землетрясения.
- Но если он предвидит, что мы погибнем во время землетрясения, он не может нас
предупредить, не изменив будущее.
- Вот именно. - До этого Гвин уже сама додумалась. - Но он вроде как предупредил
нас и этим показал, что он на нашей стороне. Хотя я и без него пришла бы к тому же выводу.
В дверях возник Возион.
- Я его не слышал, но я тоже пришел к этому выводу.
- Извините, - сказал Джукион, - но мне что-то захотелось пойти погулять - и
подольше.
Булрион опять сел на кровать.
- Это здание простояло сотни лет. Через несколько дней мы отсюда уедем.
- А я из него уйду через несколько минут, - отрезала Гвин. Ее нервы были напряжены
до предела. - Вы забыли, что Лабранца - огоулграт? Ей не нужно землетрясения. Она может
свалить это здание, скорчив ему гримасу.
Что решит Булрион? Он гордый человек, человек земли. Он не склонен бежать от теней.
Ее муж мрачно чесал бороду.
- Они обещали скоро принести ужин. Страшно хочется есть.
- Давайте заберем еду с собой и спустимся во двор. Посередине двора есть открытое
место. Я буду себя чувствовать спокойнее, если мы поужинаем там.
- И спать там будем?
- Да!
Булрион нахмурился.
- Слуги об этом будут болтать, - вмешался Возион, - и наша хозяйка, возможно,
почувствует себя оскорбленной. Но во всем, что касается сил судьбы, отец, я склонен
довериться чутью своей дорогой матушки.
Гвин благодарно ему улыбнулась. Как говорил Кэрп, калеку Возиона не следует судить по
внешности. Теперь он ей уже нравится, и, кажется, он к ней тоже относится неплохо.
Булрион пожал плечами, как будто признавая поражение, хотя, по существу, он с Гвин и
не спорил.
- Ну ладно! Разобьем лагерь во дворе. Только не жалуйтесь, если пойдет дождь. Топайте,
ребята!
Он встал.
Тарны направились к двери. Булрион вопросительно посмотрел на жену. Они молча
глядели друг на друга, пока Тарны не вышли из комнаты. Настало время для обсуждения
второго вопроса. Захочет ли Булрион иметь женой меченую? У патриарха был суровый вид.
- Тибал? - Гвин прошла к окну. Она была не в силах стоять на месте. - Ты хочешь
поговорить о Тибале? Я знаю немногим больше тебя.
"Голос! Помоги мне! Дай мне совет!" Ответа не было.
- Почему ты велела тащить его дальше? Откуда ты знала? Вот он - момент истины!
- Я не знала. Это говорила не я. Это говорил Голос. Я не произнесла ни слова.
Гвин повернулась к мужу. Поверит ли он ей? А если поверит, откажется ли от нее? Он
имеет на это полное право, и это будет мудрым решением. Кому нужны неприятности, которые
она может на них навлечь? Он сделает правильно, если оставит ее в Рарагаше - так же, как они
оставили Ниад остальных меченых, - а сам вернется в Долину. В кратере явитс
...Закладка в соц.сетях
