Жанр: Фантастика
Ступени из пепла
...ыло видно.
Лас с Хеваином поблагодарили и сошли на скалу - причал, вернее, его остатки.
Тропинку было еле видно - действительно, землетрясения потрудились на славу. Лас,
оказывается, догадалась взять и фонари, и кое-какое прочее снаряжение. А я-то хорош, мрачно
подумал Хеваин, принимая у нее рюкзак. Словно на веселую прогулку по лесу выехал. Налегке.
Минут через пять, когда весь остров предстал перед их глазами, захотелось немедленно
бежать. Со всех ног, подальше.
Пустынно и безжизненно. Прекрасная некогда долина, вписанная в отточенные ветром
скалы. По правую руку, в четверти мили, то, что служило маяком. Частично сохранившуюся
сигнальную башню венчала призрачная корона синеватых огоньков. Остров невелик - три
мили на пять - и весь лежал, как на ладони. Некогда красивый, теперь он навевал уныние.
- Смотрите! - указала Лас, отступая на шаг.
В самой низкой части долины светились огоньки. Поднимался дым. Словно от костра.
Большого костра - различимого даже отсюда.
Поселение, что занимало восточную часть долины, давно лежало в руинах. Очертания
рухнувших домов угадывались с трудом.
Хеваин поднял камеру. Тут же разряд молнии ударил прямо в костер - или что это было?
Удар грома едва не сбросил пришельцев наземь. Дым пошел гуще.
Оба подняли головы.
На небе ни облачка.
- Я туда не пойду, - заявила Лас. - Не нравятся мне такие молнии.
- Сделаем несколько кадров, - предложил Хеваин. - попытаемся подобраться к маяку
- по-моему, достаточно безопасно. Здесь, похоже, никого нет.
Молния ударила поблизости. Лас, на вид невозмутимая, широко раскрытыми глазами
смотрела, как сигнальная башня маяка взрывается, распадается, рушится.
Еще одна молния. В центре острова.
И тут сирена взвыла за их спинами.
- Замечательная идея, - прошептал Хеваин. - Лас, надо уходить. Я не знаю, что это, но
нам здесь не рады.
Ласточка кивнула. Хеваин в последний раз обвел все вокруг объективом. Только бы
записалось...
Когда они уже вернулись на борт, еще одна молния ударила в маяк, уничтожая последние
следы сигнальной башни.
- У меня плохие предчувствия, - "Капитан" взял курс на запад. - Очень плохие. Надо
убираться подальше от Головы.
- Хельт опоздал, - мрачно сообщил Хеваин. - Здесь ничего уже не найти.
- Хельт эс Тонгвер? - повернул голову "Капитан", - Это он направил вас сюда?
- Да, - кивнула Ласточка.
- Я знаю, зачем он мог это сделать... но пока не могу сказать вам. Извините. Очень
немногие могут услышать это. Должен быть знак.
Хеваин и Лас переглянулись.
- Я... могу показать вам ту, что отправила нас сюда, - пояснила Лас. - Нам очень
нужно то, что оставлял Хельт.
"Капитан" размышлял.
- Теаренти, я не могу ничего обещать. Если она сможет дать знак, я помогу вам. Если
нет - тайна умрет вместе со мной.
- Проклятие, связи нет, - огорчился Хеваин. - Помехи... сильные помехи.
- Отойдем от острова, - предложил "Капитан". - Там попробуете. Я не могу
возвращаться на материк. Во второй раз вы меня уже не увидите. Таковы условия.
Лас кивнула. Хеваин заметил, что она что-то шепчет, закрыв глаза, но не стал
прислушиваться.
- - -
Я все-таки задремала. Мне приснилось что-то обрывочное, сумрачное. Вспомнилась часть
кошмара, который я видела в лечебнице - дети возле костра. Потом... бурное море, молнии,
огонь... Бессвязные образы.
Сигнал!
Я выпрыгнула из постели, как ошпаренная. Так и не разделась. Завтра буду совершенно
никакая. Хеваин! Наконец-то!
Ну, Чародей... Давай, пропускай звонок, это свои.
Пошел видеосигнал.
Корабль, несомненно. Хеваин справа. Лас слева. Посредине - незнакомый мне
низкорослый человек - с короткими, мокрыми волосами. Мундир, точнее остатки мундира.
Знаки различия срезаны. Судя по лицу - из Роан, как и Ласточка.
И я поняла, кто это. Записку Дени я помню наизусть.
Старший брат Дени. Как он изменился... Семнадцать лет...
- Дайнаэри-Сайта? Владелец "Дельфина"? Лас, похоже, переводит. Ясно.
- Да, - человек был поражен, хотя и пытался скрыть это.
- Вам сообщили уже, что Хельт эс Тонгвер указал это место... что должен был что-то
оставить?
- Да, теаренти. Но я должен быть абсолютно уверен, что обращаюсь к тем, кто имеет
на это право.
У меня только обрывки воспоминаний. Память, просыпайся...
- Семнадцать лет назад, - голос мой стал хриплым. - Дети играли у костра, на
острове... на Aef ... У них была дружная компания.
Лас переводит. Лицо Дайнаэри становится напряженным.
- Была полная луна. Той же ночью начался сильный шторм. Совершенно неожиданный.
Очень сильный.
Память, прошу тебя...
- Один из мальчиков... едва не утонул. Девочка спасла его. Чуть не утонула вместе с
ним. Той же ночью... или на следующее утро девочку увезли на материк, провожать первую
луну - так требовал обычай. Мальчик был еще болен... его звали Дайнакидо-Сайта. Им не
позволили попрощаться.
Дайнаэри делает шаг ко мне, прикрывая глаза ладонями.
- Через десять лет... или раньше, я не помню точно, Дайнакидо тоже уехал на материк.
Искать ту самую девочку... ее звали Майтенаринн. Он звал ее "Королева".
Дайнаэри опускает голову, убирает ладони.
- Он должен был что-то сказать ей... не успел. Так и не успел. Его убили раньше. Не
хватило нескольких минут.
Дайнаэри поднимает взгляд.
- Я Майтенаринн, Дайнаэри. Я любила его, но потеряла на это право. Рядом с вами
Лас-Таэнин. Та, что любила его... Та, что продолжает любить.
Лас опускает голову, закрывает глаза ладонями, но переводит.
Видно, что слова даются ей с трудом.
- Прошу вас. Помогите нам. Мы не знаем, что происходит. Не можем вспомнить до
конца.
- Знак, теаренти, - шепчет Дайнаэри. - Прошу Вас. Любой, чтобы я убедился.
Я снимаю диадему.
- Ты больна, Королева, - читаю я нараспев, дряхлеющий призрак из сновидения бредет
ко мне из тьмы. - Ты стара, Королева. Заберу я владенья твои...
Дайнаэри стремительно падает на колени, прикасается лбом к палубе. Поднимается.
- Я выполню все, что Вы прикажете, Королева. Все, что позволит клятва.
- Хельт... Хельт эс Тонгвер оставил что-то?
- Да, Королева. Это было давно, но все цело.
- Вы успеете передать все это моим друзьям?
- Да, Королева. "Махени" не успеет поймать нас. Мы уже в пути.
- Что вы должны были делать дальше?
- Извините, Королева. Даже вы не имеете права знать это. Даже Лас-Таэнин. Только
Дайнакидо-Сайта.
- Тогда... я прошу вас. Скрывайтесь. Прячьтесь. Но я хотела бы иметь возможность
отыскать вас, когда все Это кончится.
- Хорошо, - кивает он. - Тем же путем. Таким же образом. Мне дадут знать, Королева.
- Спасибо, Дайнаэри-Сайта. Удачного пути. Да избегнете Пучины.
Он сложил руки и коротко поклонился. Хеваин кивнул, сделал мне знак, собрался
выключить связь. Передумал. Ушел из кадра.
Никого.
Звездное небо на горизонте. Молнии... видны зарницы. Странно, нет ни облачка.
Ласточка возникает передо мной.
- Спасибо, Май, - шепчет она. Прижимает ладонь ко лбу, кланяется.
Я делаю то же самое. Конец связи.
Как сильно бьется сердце... Прости, Лас, я должна была выдать твою тайну. Иначе он мог
не поверить.
"Норвен Экспресс" стал первой и единственной газетой, чей репортаж о последних
минутах Головы Ската был получен от собственного корреспондента.
"Дельфин" отошел от острова миль на тридцать, когда молнии принялись бить в
невидимый на таком расстоянии кусочек суши так часто, что окружающее остров пространство
исполнилось слабым, призрачным сиянием - пляшущим, неверным, неприятным.
Побледневший Дайнаэри время от времени осенял себя охранными знаками.
Лас молча смотрела на происходящее.
Хеваин поспешно перезарядил камеру и старался ничего не упустить.
Молнии сыпались секунд двадцать или тридцать. Затем последняя ударила - похоже, в
самый центр - и воцарилось спокойствие.
Море успокоилось. Полностью. Поверхность воды стала ровной, плоской; луна,
четвертый день терпящая ущерб, показалась непереносимо яркой, холодной.
- Сейчас, - равнодушно заметила Лас.
Водная гладь сменилась мелкой рябью.
Красным озарило ту часть моря, где находился остров. Мощная вспышка... Огромный
столб оранжевого огня взметнулся в небеса, дождем разбрызгиваясь вокруг, набирая мощь.
Видны были падающие скалы, остров словно приседал, вжимался в море.
Ударная волна больно хлестнула по ушам.
- Берегитесь! - крикнул Дайнаэри. - Идет волна! Уходите с палубы!
Второй взрыв был менее эффектным - издали. Бурое пламя неровным куполом накрыло
остров. Все, что оставалось от Aef после предыдущего взрыва, взмыло в воздух и, превращаясь
на лету в крошево, обрушилось в кипящие волны. Оранжевое пламя горело непрерывно -
низкое, но постепенно поднимающееся.
Лас чуть ли не силой потащила Хеваина вниз, под защиту палубы. Вовремя: то и дело на
палубу падали вулканические бомбы.
"Дельфин" не перевернулся, но отчего - Хеваин так и не понял. Им с Лас пришлось
пережить несколько очень неприятных минут... когда не было понятно, сумеют ли они
выбраться из всего этого живыми.
Корабль потрепало, но серьезно он не пострадал. Людям досталось гораздо сильнее. Все
трое стояли на палубе, глядя на вздымающийся в небеса султан дыма и пепла.
- Сагари может спать спокойно, - заметил Дайнаэри. - Острова больше нет.
Проклятие исполнилось.
Глаза Лас широко раскрылись.
- Сагари? Но почему?
- Он провел на Голове последние дни жизни. А... Понимаю. Вы читали традиционную
историю. А на самом деле все было не так красиво и романтично. Я расскажу, теаренти. У нас
будет немного времени. Через два часа мы прибудем ко мне домой, - капитан корабля указал
направление. - Если сможете, попытайтесь заснуть.
Лас кивнула. Хеваин помог ей спуститься в каюту, забрал вещи и ушел в другую. Но
заснуть не удалось. Не страшно. Выспится в самолете, не впервые.
Лас спала без сновидений. Провалилась в сон мгновенно, едва только легла.
Часа за два до рассвета меня разбудил вызов. Прямая связь. Неужели Хеваин... неужели
что-то случилось... Чародей.
- Это очень странная история, - пояснил он. - Мы нашли девушку. Ее тело. На отмели
у реки, чуть ниже места, где был оставлен плащ. Ее зарезали. Пытались изобразить
самоубийство.
Я молчу.
- Ее увезли в морг. Но когда доехали, тела в машине не оказалось. Никто ничего не
заметил. Остался только кухонный нож, старый и тупой. Удивительно, как удалось убить им -
нападавший должен быть очень сильным. И знать, как убить таким неподходящим оружием.
Всего одна рана.
Что тут можно сказать...
- Это все, тахе-те. Извините, что разбудил. Теперь нет никаких сомнений, она мертва.
Думаю, тело отыщется.
- Спасибо, Чародей, - произнесла я, не без усилий над собой оставаясь вежливой.
Глава 7. СТЕНЫ ЧУЖОГО ДОМА
Проснувшись, я ощутила себя никакой. Как и ожидалось. Впервые за последнее время я
решила завтракать одна, заказала себе всего понемногу - мне было не по себе. И так не
удавалось уснуть, а тут еще сны. Огонь, волны, играющие дети. И отчего-то маяк. Сигнальная
башня, чье-то лицо, выглядывающее оттуда, электрические огни на самой макушке.
Бр-р-р...
Ну да ладно. Никому, кроме меня, это неинтересно. Сообщений набежало... нуда, теперь я
стала всем нужна. Правители провинций и соседних городов начали приглашать меня -
посетить их позабытые, никому не нужные (если верить сообщениям) места, осчастливить...
Они издеваются? Во время траура? А... ясно. Просто пожелания, никаких конкретных дат не
стоит. Придется посещать, раз уж стала талисманом.
Где Лас? Где Хеваин? Дядя часто повторял: нет новостей - добрые новости. Соглашусь.
Завтра и последующие два дня у меня будет много времени подумать о прошлом и о себе, а
пока надо думать о настоящем.
Первый визит - к градоначальнику. Так. Начинаем привыкать к новой выходной одежде.
И к сопровождению охраны. Теперь это не просто охрана Университета, и далее не личная моя
охрана - это специальное подразделение, из "пси"-отдела. Те самые бойцы, которыми
гордится Чародей. Бедняги, как они смущаются, что надо одеваться в такую неудобную и мало
практичную (с точки зрения их обязанностей) одежду.
Ничего. "Скат", моя невидимая рыбка, со мной. Хоть я им и не пользовалась, чувствую
себя увереннее.
- Плохо дело, - Дайнаэри приветствовал пассажиров, предложил усесться. Завтрак -
ужин? - был из концентратов, но аппетит у всех был волчий. - Не беспокойтесь, автопилот
надежный. Через полчаса будем на месте. "Махени" сменила курс.
- Куда? - спросила Лас, хотя уже догадывалась.
- Вслед за нами, теаренти. Хотя мне кажется, вы двое тут ни при чем. Ей нужна
коробка, которую вы ищете. Знаете, я ведь никому не говорил, что изъял ее из маяка в тот же
день, когда Хельт, да пребудет под Светом, поручил мне заботиться о ее содержимом. Что с
вами, теаренти?
Лас посерела, Хеваин подумал, что ей станет худо.
- Он... умер?
- Да, теаренти. Во время урагана. Корабль терпел бедствие, Хельт помогал людям
выбраться на берег. Поскользнулся, упал, ударился головой о камни... Умер у меня на руках.
Прекрасный был человек.
- Четырнадцать... лет назад? - язык не повиновался.
- Да, теаренти. Похоронен не так далеко отсюда, в ваших владениях... бывших
владениях, прошу меня извинить. Я знаю, что с вами стряслось, море знает все. Хельт спас в тот
вечер многих из вашей... бывшей... семьи.
Лас долго глядела в глаза Хеваину.
- Это то самое... что...
- Да, тахе-тари. Я не знаю, что и делать. Я уже направил запрос о разрешении на
изучение останков. Думаю, Ее Светлость поддержит нас.
Лас помотала головой.
- Не позволят, Хеваин. Сагари, Те-Рао, Майри-Та, многие другие Видящие погребены на
том кладбище. Даже просьба Великой Матери не поможет. Я знаю.
Все вернулись к еде.
- Я понимаю, у вас около пятнадцати часов, чтобы вернуться домой, - Дайнаэри
взглянул на часы. - Мы успеваем. Жителей уже эвакуируют, ураган очень сильный. Я должен
буду немного задержаться, забрать родственников, и тогда...
- Мы поможем, - твердо заявила Лас. Хеваин кивнул.
- Благодарю.
- Дайнаэри-Сайта, - Хеваин оглянулся. Лас кивнула - говори. - Послушайте...
почему Клятва Восьми? Что за Восемь?
- Королева расскажет, если захочет, теариан. Если вспомнит. Я - брат одного из тех
детей, что играли в тот вечер, у того самого костра. На Голове, - капитан содрогнулся. - Это
все, что вы услышите от меня.
Градоначальник, Мерстеринн ан Айдаро эс Тонгвер эс ан Тегарон, держался с
достоинством. Я знаю, что он поддержал просьбу о лишении меня имени... но что было, то
было. Не подобает девице благородного происхождения так мелко мстить. На сей раз говорю
безо всякой иронии.
- Таха-тиа, - обратилась я. - Не думаю, что отвлеку вас надолго. Это личный визит. У
меня теперь множество забот, мне нужна ваша поддержка.
Он кивнул.
- Думаю, могу рассчитывать на разговор наедине?
- Разумеется, Светлая. Угодно ли позавтракать?
Ой... я об этом не подумала. И зачем я уже позавтракала?
- Сочту за честь.
Он кивнул, низко поклонился, получил полагающееся прикосновение к щеке и лбу.
По заверениям Чародея, все "сорвавшиеся" в штате Мерстеринна были уже в лечебнице.
Тяжело им. После атаки "пси" не каждый может восстановить рассудок.
- Прежде всего, таха-тиа, - когда дошло до вина и десерта, можно говорить. - Мне
не нужны головы, покаяния и возмещения. Вы знаете... солгать мне могут не всякие. Поступим
так. Объявите, что каждый, кто не сможет, при случайной встрече со мной, держать себя в
руках, может сдать обязанности добровольно. Преследований не будет.
- Рад слышать. Я был о вас... извините, тахе-тари-ан.
- У меня есть и другие, не менее обременительные обязанности. Я буду рада выбрать
преемницу как можно скорее. Поэтому я прошу вас объявить о созыве собрания малого дома
сразу после Дня Возрождения. Руководство делами дома будет сдано на одном-единственном
условии. Новая глава дома обязуется поддерживать человека... близкого мне человека. Она
находится под формальным покровительством лично Ее Светлости.
Он кивнул.
- Я понимаю, тахе-тари-ан. Мы избежали крупных неприятностей и немилости,
благодаря вашей поддержке. Малый дом выполнит все, что вы ни потребуете. Без
принуждения.
- И, наконец, то, ради чего я пришла. Мне необходимо выяснить, куда направлялись
средства малого дома за время моего обучения в Университете. Включая то, на что тратила
деньги лично я. Вы в курсе, что... я помню не все. Мне нужен подробный отчет. Пусть даже
там будет много неприятных для меня моментов.
- Отчет будет готов в ближайшие дни, - подтвердил Мерстеринн. - Не посмею
отвлекать вас во время траура, но к Дню Возрождения и столь приятному для вас личному
празднику отчет будет у вас. Слово чести.
- Благодарю вас, - я встала. Визит завершен.
- Мерстеринн, - шепнула я, пока он провожал меня. - Вам требуются деньги на
поправку вашего здоровья, здоровья ваших родственников. Вы не обманете меня. Я не стану
возражать против траты денег малого дома на подобные цели.
Он покраснел, но этим все и кончилось.
- - -
Да. Я направлялась в Университет - переодеться - а сама вспоминала "покаяние".
Когда бледный и не верящий в свое освобождение Саванти вернулся в медицинский центр (Реа
уже готовила меня к операции), его ждала очередь перепуганных коллег по центру. Всем было,
в чем признаться. Не все смогли сохранить достойный вид. И не все, конечно, были передо
мной в тот печальный день в Зале Заседаний.
Саванти поступил... вернее, я поступила сегодня, как он. Кто не сможет глядеть мне в
глаза, в глаза Реа или Светлой, может уходить. Преследований не будет. Некоторые ушли.
Многие долго извинялись, признавались в разных проступках. Саванти... бедняга... он
выслушивал это пять часов подряд. А потом помогал удалять из меня то, чем меня
нашпиговали "Жуки".
Шутил, что на одних только возвращенных в хранилище реактивах можно год проводить
самые дорогостоящие синтезы.
А потом "каялись" другие службы Университета.
Признаться, теперь мне уже не было смешно. Я помнила, с какими глазами подходили ко
мне "старцы". Пустота, отчаяние и скверная, рабская надежда на самом дне.
Великая Матерь, неужели я такое чудовище?
На новый дом Дайнаэри, остров Eafarin , Каракатицу, корабль прибыл с опозданием
минут в пять. Действительно, хороший автопилот.
- "Махени" снова меняет курс, - уже высадившись, Дайнаэри послушал сводку и
вернулся к своим пассажирам. - Идемте, это недалеко.
Кораблей было немало. Дайнаэри разрешил грузить на "Дельфин" часть чужого
имущества, но отказался пока что брать людей на борт. Впрочем, теперь, когда ураган
поворачивал на север, в сторону Шеам... Интересно, насколько сильным он дойдет до
континента? Конечно, метеорологи Союза наготове, специальные ракеты - тоже, рассеивать
воронку, ослаблять ее, вынуждать отходить от населенных пунктов и других, не менее ценных,
территорий.
Погрузка заняла сорок минут. Край "мантии" "Махени" уже показался на горизонте,
волнение достигало двух баллов. Все, корабли уже покидают остров; если повезет, почти все
вернутся сюда.
Как только они ступили на остров, Лас категорически воспретила Хеваину снимать что бы
то ни было.
- Я довезу вас до порта, как обещал, - сообщил капитан. - О дальнейшем мы
поговорим, когда встретимся. Вот, пожалуйста.
Он положил перед Лас тяжелый старый саквояж. Внутри была герметично закрытая и
облитая воском металлическая коробка.
- Там какие-то бумаги, - пояснил Дайнаэри. - Я не интересовался, да и языка особенно
не знаю. Раз в два-три года вскрывал, чтобы убедиться, что не заплесневели, да прятал назад.
- Откроем? - Хеваин явно был возбужден возможными находками.
- Нет, - Лас была непреклонна. - Откроем дома. Я боюсь. Пусть ее сначала изучат.
Хеваин кивнул. Что-то в этом есть. Оттенок нереальности... он теперь на всем. Лучше
предполагать самое худшее.
На протяжении почти всего обратного пути особенно ни о чем не говорили. На
"Дельфине" присутствовали теперь сестры Дайнаэри и их дети; старик - дядя капитана, да
совсем маленькая внучка. Они поглядывали на чужаков с опаской и помалкивали.
Идею погулять в руинах дома Чародей поддержал, но с прохладцей.
- С вами будет сопровождение, тахе-те, - пояснил он. - Правила просты. Если вы
что-нибудь замечаете, не пытайтесь сами взять, прочесть вслух, переместить. Предоставьте это
моим людям. Честно говоря, когда вы в Университете, я чувствую себя спокойнее.
Счастливый. Я перестала себя чувствовать спокойно с того момента, как дядя Хельт
пробрался ко мне через окно.
Пока я переодевалась для прогулки в свой бывший дом, пришло сообщение. Лас и Хеваин
на пути в аэропорт, часам к четырем пополудни будут в Университете.
Превосходно.
С четырьмя сопровождающими я отправились к Северному дому. Уж не знаю, что имел в
виду Хеваин, когда предлагал побродить там. Обойду все комнаты по разу... да и все.
Он зашел к ним незадолго до прибытия.
- Извините, - Дайнаэри опустил взгляд. - Мы живем замкнуто. Я редко бываю дома,
по многим обстоятельствам. Не удивляйтесь, что с вами не стали разговаривать.
Лас пожала плечами.
- Я обещал рассказать про Сагари, - он извлек из сундучка в углу каюты пыльную
бутылку. - Прошу вас. Совсем немного... мне будет спокойнее.
Вино оказалось не очень крепким и удивительно вкусным.
- Принято считать, что Сагари написал свое последнее стихотворение у себя в замке, в
ожидании той, в которую был влюблен. Что он прочел ей его... и осознал, что никогда не
любил ее. Что она добилась его благорасположения исключительно из корыстных побуждений.
Его обуяла неожиданная ярость. Он выгнал ту, ради которой минуту назад был готов на все, а
ночью наваждение прошло. Сагари бросился на поиски той, которую выгнал в бурю... но
лодка, в которой прекрасная Та-Раэни попыталась вернуться к себе домой, пропала бесследно.
Лас слушала, молча глядя на поверхность стола.
- Сагари долгие недели искал Та-Раэни... но напрасно. Он вернулся в замок и попытался
уничтожить то самое стихотворение, но не смог. Он сжигал свитки, но текст проступал на
других свитках, на стенах, на утвари. Ночью, когда началась новая буря, страшнее прежней,
Сагари бросился со стены замка. Так звучала легенда?
Лас кивнула.
- Мой прадед был капитаном "Благосклонной", - Дайнаэри налил еще немного. - Он
привез Та-Раэни на Голову... там была старая заброшенная крепость, там Сагари назначил ей
свидание: оба их Великих дома не были в восторге от их отношений. Он долго создавал
стихотворение... то самое, последнее. Когда Та-Раэни прибыла, он, вероятно, прочитал его. Как
раз начиналась буря.
Лас пристально глядела в глаза капитана.
- Что-то случилось там, в башне, - продолжал Дайнаэри. - Когда Та-Раэни выбежала
наружу, она была бледнее снега. От страха не могла говорить. Добежала до шлюпки, велела
немедленно отвезти себя на корабль. Ее не довезли до корабля. Она вскрикнула, упала
замертво, вся в крови. Но никто не притрагивался к ней! Одежда оставалась невредимой!
Сагари появился через несколько минут - вплавь, чудом не утонул. По его словам,
Владыки мира дали ему знак: увидев, что Та-Раэни в страхе бежала от него, он схватил кинжал
и ударил себя в грудь - жизнь более не имела смысла. Но кинжал не причинил ему вреда.
Та-Раэни оказалась заколотой в сердце, - Дайнаэри прикрыл глаза. - Сагари просидел
рядом с ней до рассвета. Затем велел отвезти ее домой, сам вернулся в башню. Утром
следующего дня в башне, нашли его тело и пепел от сожженных книг и свитков. Стихотворение
проступило на стене башни, счистить его было невозможно. Последние слова Сагари написал
кровью, на другой стене. Я не знаю, что там было сказано.
- Я видел ту стену, - Дайнаэри поднял глаза. - Прошу вас, поверьте мне. Я читал
стихотворение, написанное нечеловеческой рукой. По счастью, у меня хватило ума не читать
его вслух и целиком. В нем ощущается сила... жуткая сила. Не злая, но и не добрая. Затем из
крепости устроили маяк. Ту самую стену Хельт эс Тонгвер обнаружил случайно. Перед ней
долгое время стояли шкафы с разным хламом. В тот же год все жители покинули остров. В тот
же год Хельт эс Тонгвер умер, а на острове стало твориться нечто ужасное. Так оно было.
На экране радара уже появились очертания порта Тан-Каоти.
- Зачем вы рассказали это? - тихо поинтересовалась Лас.
- Хельт эс Тонгвер часто играл с нами. Он прочитал несколько строф Королеве...
маленькой Майтенаринн. Оно очень понравилось ей. Вы знаете, как звучат стихи Сагари. Они
не могут не понравиться. А затем, когда его девочку уже забрали, он увидел стену, понял, чему
именно научил ее. Может быть, он хотел попросить ее быть осторожнее. Не знаю. Он всегда
переживал, что обучил ее такому "паролю". Ему не позволяли увидеть Майтенаринн. Думаю,
его письма попросту уничтожали.
Лас закрыла глаза ладонями.
- Простите меня, теаренти, - Дайнаэри поднялся. - Я не знаю, смогу ли увидеть вас
еще раз. Смогу ли поговорить с Королевой. Я не хотел бы, чтобы последние слова Хельта
остались предоставленными только ветру. Лас кивнула.
- Я передам предостережение, - отозвалась она. - Я надеюсь, у меня хватит смелости.
Они коротко простились в порту... Дайнаэри вернулся на корабль молча.
- Я все равно люблю это стихотворение, - тихо добавила Лас-Таэнин, глядя вслед
кораблю. - Я прочла всего Сагари. Это... солнце, Хеваин. Оно может быть жгучим, но оно не
бывает злым. Понимаете?
Хеваин кивнул.
- Вы назвали его Видящим. Что это такое?
- Сагари был провидцем. Он спас Империю от многих бед. Каждое видение стоило ему
многих лет жизни. Говорят, его мертвое тело было телом дряхлого старика, а накануне смерти
он еще выглядел, как и должен был выглядеть человек тридцати лет от роду. Прошу, Хеваин...
поговорим об этом потом.
Вот место, где сидел, любуясь видом на горы, старик Ройен. Я присела, представила его
кресло, которое ему позволяли выносить на улицу - с суставами у него было уже не очень.
Нечто... нечто странное. Похоже на запах, но не запах. Как будто Ройен здесь,
благодушно воспринимает очередную мою выходку. Как будто он тут еще, рядом со мной.
О
...Закладка в соц.сетях
