Жанр: Эзотерика
Сто великих тайн
...и сзади - это совпадало с официальной
версией об Освальде как убийце-одиночке. Однако новое обследование
полицейской магнитофонной записи показало, что было четыре выстрела,
причем один из них прозвучал спереди и справа от машины президента! И
он оказался смертельным, снеся полчерепа, именно от этой пули голова
Кеннеди дернулась назад, и это видно на пленке Запрудера...
Какими бы ни были дальнейшие выводы,-ясно одно - Кеннеди убила мафия
(что бы мы ни вкладывали в это слово), организовав заговор. Правда, до
сих пор невозможно объяснить, почему профессиональные гангстеры
обратились к такому малоподходящему кандидату, как Освальд, а затем
убрали его с помощью такого же несчастного исполнителя, как Руби.
Так или иначе, правительство США до сих пор скрывает важную
информацию.
"Думаю, мы никогда ничего не узнаем, - говорит член Палаты
представителей Луис Стоке, - маловероятно, что эту тайну когда-нибудь
раскроют".
ТАЙНУ ГИБЕЛИ ГАГАРИНА СХОРОНИЛИ ПО ГОРЯЧИМ СЛЕДАМ
Тайна гибели Юрия Гагарина, который разбился вместе с инструктором В.
Серегиным во время тренировочного полета 28 марта 1968 года, так и не
раскрыта. Поэтому трагедия до сих пор порождает самые необычные
версии. Питательной почвой для домыслов служит то, что государственная
комиссия, расследовавшая причины авиакатастрофы, так и не установила,
почему исправный самолет, пилотируемый опытными летчиками, которые до
последней минуты вели спокойный радиообмен, вдруг потерял управление,
вошел в штопор и рухнул на землю.
И причина не только в том, что УТИ МиГ-15 не был оснащен "черным
ящиком". По мнению многих специалистов, госкомиссия сознательно, по
идеологическим и ведомственным соображениям уходила от истинных причин
катастрофы.
Как это ни кощунственно, но бытует слух, что летчики, дескать, были
"под мухой". Перед полетом В. Серегин и Ю. Гагарин прошли двойной
медицинский контроль, после гибели производились тщательные анонимные
тесты останков в нескольких учреждениях. Ни малейших признаков
алкоголя или какого-либо иного отравления обнаружено не было. К этой
же области относятся прорицания Ванги, суждения телекомментатора
Балашова о будто бы живом Гагарине.
Недоработок и упущений в этом полете было множество. Отдельно взятые,
они не могли стать причиной катастрофы, но все вместе
свидетельствовали о вопиющей халатности руководства. Самолету УТИ
МиГ-15, на котором предстояло выполнить тренировочный полет В.
Серегину и Ю. Гагарину, было уже полтора десятка лет. Машина прошла
два
капитальных ремонта, а двигатель - даже четыре. Мало того, на самолет
были подвешены два бака с горючим, по 260 литров каждый, что снижало
допустимые перегрузки в 3 раза и резко ухудшало аэродинамические
нагрузки. Это принципиальный момент. Ни до катастрофы, ни после нее
эксперименты по изучению особенностей полета машины такой конфигурации
не проводились. В так называемой спутной струе (вихревом следе от
другого самолета) бывали многие летчики, но "гагаринскую" ситуацию
никто не удосужился смоделировать.
Погодные условия в небе оказались гораздо хуже, чем предсказывала
метеоразведка, и В. Серегин принял решение сократить задание К).
Гагарину до минимума. За 60 секунд до катастрофы полет проходил на
совершенно спокойном фоне. И вдруг самолет потерял управление.
Экспертиза показала, что летчикам, чтобы избежать столкновения с
землей, не хватило нескольких секунд и всего 150 метров высоты, ошибка
же метеоразведки в определении нижней границы облачности составила
около 400 метров.
Почему летчики не катапультировались? Тому, вероятно, две причины.
Кроме ошибки синоптиков, как показала экспертиза, давал неверные
показания и высотомер. Ветераны отряда космонавтов говорили мне и о
другой причине. Штатный порядок катапультирования на УТИ МиГ-15 таков,
что первым кабину покидает инструктор. Ни у кого не вызывает сомнения,
что В. Серегин, боевой летчик-штурмовик, получивший звание Героя
Советского Союза в годы войны, предложил Гагарину катапультироваться
первым. И ни у кого не вызывает сомнений, что Гагарин отказался
подчиниться командиру. На принятие решения им было отпущено всего 15
секунд...
Еще вопрос: почему летчики не сумели справиться со штопором?
Поговаривают, что для хороших пилотов это дело плевое. Однако анализ
последних авиакатастроф говорит, что со штопором не всегда справляются
даже лучшие пилоты. Один из самых авторитетных наших космонавтов и
летчиков-испытателей Герой Советского Союза Игорь Волк отметил: штопор
требует специальной подготовки, и на высоте 4 тысячи метров, как в
данном случае, обычно принимается решение о катапультировании.
Но главный вопрос остается: почему исправная машина вошла в
злополучный штопор? Почему кабина самолета оказалась
разгерметизирована? Птица, воздушный зонд, шар? Целые подразделения
солдат несколько недель обследовали окрестности - никаких
подтверждений этой версии не обнаружено. И госкомиссия оставила вопрос
без ответа.
Летчик-космонавт А. Леонов убежден, что в зоне полета УТИ МиГ-15
находился другой самолет. Неподалеку, под Киржачом, выполняли
парашютные прыжки космонавты (В. Быковский, А. Леонов и другие). В
момент катастрофы они услышали взрыв, а через секунду - хлопок,
терный для самолета, переходящего звуковой барьер. Позднее местные
колхозники в точности описали сверхзвуковой Су-15, летавший в зоне
аварии. Косвенным подтверждением этой версии служат показания
диспетчера на аэродроме Чкаловский, который еще две минуты после
катастрофы на своем локаторе вел, как ему казалось, самолет Гагарина.
А. Леонов доказывает теоретическую возможность такой аварии
конкретными примерами и расчетами, это мнение разделяет и
генерал-лейтенант авиации академик Белоцерковский.
По этому поводу существует рекордное число противоречивых оценок.
Начальник отдела службы безопасности ВВС и член госкомиссии И. Рубцов
опровергает версию Леонова: в зоне полетов такого самолета вообще не
было. Герой Советского Союза, заслуженный летчик-испытатель СССР,
лауреат Ленинской премии шеф-пилот МАЛО В. Меницкий говорит, что
самолет все же был, но к "гагаринской" машине на опасную дистанцию не
приближался. И. Волк добавляет, что этот самолет принадлежал фирме
Сухого и взлетел с аэродрома ЛИИ в Жуковском под Москвой. Заслуженный
летчик-испытатель СССР, ветеран ЛИИ П. Казьмин просил передать, что
версия о какой-либо причастности института к аварии - бред, и
посоветовал не лезть в расследование, где до истины не доберешься.
Как ни абсурдно, но до сих пор не изучена сама возможность сваливания
УТИ МиГ-15 в штопор при попадании в спутную струю. Эксперименты не
проводились, заключения строились на личном опыте, полученном в схожих
ситуациях, на других машинах. Но, к примеру, заместитель начальника
Летно-испытательного центра инженер-испытатель 1-го класса В. Архипов
вспоминает, что на тяжелом Ту-16 при попадании в спутную струю он
потерял 400 метров высоты. Каковы же могли быть последствия для
легкого УТИ МиГ-15?
И. Волк уверен, что госкомиссия не представила серьезных выводов,
потому что опасалась вмешиваться в политику. А. Леонов добавляет:
версию о нарушении воздушного эшелона сверхзвуковым самолетом сочли за
лучшее не разрабатывать, ибо тогда выяснилось бы, что в небе над
Москвой грубейшим образом нарушаются правила безопасности и царит
беспризорщина.
Тайну гибели Гагарина предпочли по горячим следам схоронить. По
прошествии многих лет все справедливее становится печальное замечание
И. Волка: восстановить картину гибели первого космонавта планеты уже
вряд ли удастся. И сегодня, по существу, всерьез обсуждается лишь одна
версия о попадании самолета Гагарина в струю сверхзвукового
истребителя. Версия не бесспорная, но другой не существует...
ГИБЕЛЬ МАШЕРОВА:
НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ ИЛИ УБИЙСТВО?
"Хорошо помню тот лень, 4 октября 1980 года. Около 20 часов в
следственной части раздался звонок заместителя Генерального прокурора
СССР Найденова. "Под рукой" оказался один я. Поинтересовавшись, нет ли
кого-нибудь поопытнее, предложил срочно зайти к нему, - рассказывает
прокурор Владимир Калиниченко.
- У нас ЧП. Несколько часов назад в Минске в автодорожной катастрофе
погиб Петр Миронович Машеров. Берите мою машину, езжайте домой,
соберитесь к 22.30. Вас ждут в комнате милиции на Белорусском вокзале.
Туда подъедет начальник управления ГАИ МВД СССР генерал Лукьянов.
Билетами обеспечат. Выезжайте в Минск. С местными товарищами
организуйте осмотр места происшествия и вскрытие трупов. Справитесь?
- Думаю, справлюсь, Виктор Васильевич. Водитель тоже погиб?
- И водитель, и офицер охраны. В общем, сориентируетесь на месте и
завтра к концу дня доложите ваше мнение о том, что произошло. И еще,
имейте в виду: несколько лет назад так же, в автокатастрофе, уже
разбился один из руководителей республики. Но это так, информация к
размышлению...
Утром в Минске нас встречало и наше, и милицейское начальство.
Прокурор республики Могильницкий познакомил с Николаем Игнатовичем,
следователем по особо важным делам. Поехали в морг.
...На секционном столе крайним справа лежал Петр Миронович
Машеров, Герой Советского Союза, активный участник партизанского
движения в Белоруссии, кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. Рваная рана
на лбу, вывернутая правая нога, переломанные руки. Бросилось в
глаза, что одет он был для столь высокопоставленного партийного
работника очень скромно. И еще запомнилось, что на водителе его
служебной машины, под рубашкой, был надет широкий и плотный бандаж. Он
у меня вызвал некоторое недоумение, но большого значения этому я тогда
не придал".
Герой Советского Союза Машеров выгодно отличался от остальных членов
Политбюро того периода. Скромный и обаятельный, он пользовался
огромным уважением не только в Белоруссии. Все знали о его
приверженности старым автомобилям ГАЗ-13 "Чайка". Поступившие им на
смену бронированные и мощные "ЗИЛы" он не любил. Как не любил и
помпезные выезды: его раздражали машины сопровождения, особенно
снабженные проблесковыми маячками.
Между тем с 1 июля 1980 года были введены в действие новые "Правила
дорожного движения", предусматривавшие порядок движения на дорогах
автотранспорта специального назначения - так называемых спецкортежей.
Теперь они обязаны были двигаться в сопровождении автомобилей ГАЙ,
имеющих специальную окраску и снабженных мигалками, из которых не
менее одной красного цвета. В соответствии с правилами, водители
встречного транспорта при разъезде с автомобилями специального
назначения должны были "остановиться на тротуаре или на обочине, а при
их отсутствии у края проезжей части".
4 октября 1980 года в 14 часов 35 минут от здания ЦК КП Белоруссии в
сторону города Жодино выехала автомашина ГАЗ-13 "Чайка", госномер
10-09 ММП, под управлением водителя Е.Ф. Зайцева. Рядом с водителем
сидел Машеров, сзади - офицер охраны майор В. Ф. Чесноков. Вопреки
правилам и существующим инструкциям впереди шла автомашина
сопровождения "ГАЗ-24" обычной окраски, без мигалок. Спецавтомашина
ГАИ, сигнализировавшая сиреной и проблесковыми маячками, двигалась
сзади.
На трассе Москва - Брест набрали скорость 100-120 километров в час.
Такая скорость рекомендуется службой безопасности, так как, по
расчетам, она не позволяет вести по автомобилям прицельную стрельбу.
Дистанция между машинами 60-70 метров. За километр до пересечения
трассы с дорогой на Смолевическую бройлерную птицеферму шедшая впереди
"Волга", преодолев подъем, пошла на спуск. До катастрофы оставались
секунды. Грузовик, вынырнувший из-за прижимавшегося к обочине
встречного "МАЗа", увидели сразу. Старший эскорта резко увеличил
скорость, и "Волга" пролетела буквально в нескольких метрах от
грузовика. Водитель Машерова вначале попытался затормозить, но затем,
повторив маневр "Волги", тоже резко увеличил скорость. Петр Миронович,
как бы отстраняясь от надвигающегося препятствия, уперся правой рукой
в лобовое стекло. Страшный удар. Взрыв бензобака. Мгновенная смерть.
В этот день Николай Пустовит, водитель экспериментальной базы "Жодино"
Белорусского научно-исследовательского института земледелия, выполняя
обычный рейс, ехал в сторону Минска. Дорога была дальней, уже
несколько часов он крутил баранку. Впереди шел тяжелый грузовик
"МАЗ-503", принадлежавший автокомбинату N 4 Минского городского
управления грузового транспорта. Пустовит держал дистанцию 50- 70
метров...
Водитель "МАЗа" Тарайкович первым увидел спецкортеж. Следуя правилам,
он взял вправо и стал тормозить. Скорость автомобиля резко упала.
Из показаний Николая Пустовита:
"Дорогу, по которой я ехал в день аварии, хорошо знаю. Спокойная езда
не вызывала напряжения. Когда я поднял голову, у меня перед глазами
был лишь внезапно возникший задний борт "МАЗа". Создавалось
впечатление, что "МАЗ" внезапно остановился передо мной. Это заставило
меня вывернуть руль машины влево. В моей памяти как бы отложился
момент столкновения с препятствием, страшный удар, пламя..."
Пустовит утверждал, что отвлекся от управления, чтобы бросить взгляд
на приборы. Я же не исключаю: монотонный путь после практически
бессонной ночи (у Пустовита трое малолетних детей) подействовал на
него усыпляюще, и он задремал, "выключившись" как раз в тот момент,
когда "МАЗ" резко сбросил скорость. Маневр влево, столкновение - от
страшного удара его "ГАЗ-53 Б", груженный пятью тоннами картофеля,
взорвался. Пустовита выбросило вместе с отлетевшей дверцей. Он горел и
остался жив только потому, что на помощь подоспели прохожие. Вторая
"Волга" сопровождения чудом затормозила в нескольких метрах от
остановившегося на обочине "МАЗа".
Из заключения судебно-автотехнической экспертизы ВНИИ судебных
экспертиз Минюста СССР:
"В сложившейся обстановке при своевременном принятии мер к снижению
скорости движения автомобиля ГАЗ-53Б водитель его имел возможность
предотвратить дорожно-транспортное происшествие. В сложившейся
обстановке водитель ГАЗ-13 "Чайка" не имел технической возможности
применением торможения предотвратить столкновение.
Водитель автомобиля ГАЗ-2401-30 МИК и старший группы эскорта не
располагали возможностью, действуя в соответствии с "Правилами
дорожного движения" и специальными инструкциями, воспрепятствовать
выезду автомобиля на полосу встречного движения".
Около двенадцати часов мы были на месте происшествия. Посередине
трассы - исковерканная, засыпанная картошкой "Чайка". На обочине
сгоревший "ГАЗ-53Б". Осматривая автомобиль Машерова, мы нашли очки с
фиолетовыми линзами. Позже выяснилось, что они принадлежали
водителю Зайцеву. Он возил Петра Мироновича много лет и, когда пришла
пора оформлять пенсию, не захотел уходить на заслуженный отдых,
уговорил первого секретаря и остался на работе. Таким образом,
водителем у Машерова был пенсионер с подорванным здоровьем (тут я и
вспомнил про бандаж) и к тому же с плохим зрением. 4 октября день был
пасмурным. Все это в совокупности усугубило предаварийную ситуацию.
Зайцев не смог адекватно среагировать на действия Пустовита, грубо
нарушившего правила дорожного движения. Но была ли у него возможность
спасти жизнь себе и тем, кто находился в автомобиле? Опытные водители
гаража ЦК утверждали, что была. Автомобили столкнулись практически на
пересечении со второстепенной дорогой, и при хорошей реакции возможен
был маневр с выездом на нее или на поле, где можно было погасить
скорость.
За несколько лет до этого в похожей ситуации оказался Председатель
Совета Министров СССРА.Н. Косыгин. Реакция его водителя была
мгновенной, и он выбрал правильное решение. Правда, премьер тогда
потерял сознание, а когда очнулся, решил, что водитель чуть его не
угробил. Требовал ареста. С трудом удалось убедить Алексея
Николаевича, что Он, наоборот, обязан своему водителю жизнью.
Не могу не вспомнить и о том, как родился слух о гибели Машерова в
результате "заговора и инсценированной автоаварии". Милицейский
генерал, возглавлявший службу ГАИ страны, после перепоя прибывший в
район происшествия, разговаривая с людьми, глубокомысленно изрекал:
"Нет, здесь не все чисто. Похоже, кто-то это подстроил". Мне сказали
об этой болтовне работники КГБ, и пришлось довольно круто поставить
вопрос о, мягко говоря, несерьезном поведении генерала.
Через несколько дней в Минск прилетели Найденов и Каракозов. К этому
времени выяснилось, что в разработанных МВД инструкциях по
сопровождению спецкортежей много нелепостей и положений, прямо
противоречащих друг другу. Обсуждали мы один вопрос: есть ли основания
для привлечения к уголовной ответственности за халатность коголибо из
должностных лиц органов внутренних дел? Сошлись на том, что нет.
Самодело сложности не представляло, и его успешно закончил Николай
Игнатович. Пустовита осудили к 15 годам лишения свободы за нарушение
правил безопасности, повлекшее гибель нескольких лиц.
7 октября 1980 года республика прощалась со своим любимцем Петром
Мироновичем Машеровым. У гроба прошли десятки тысяч минчан. Не меньше,
несмотря на дождь, стояли вдоль всего пути на кладбище. От ЦК КПСС
попрощаться с кандидатом в члены Политбюро приехал только секретарь ЦК
Михаил Зимянин. Брежнев прислал товарищу по партии венок.
Они, лидеры партии, играли по своим правилам. Такие, как Машеров,
выпадали из обоймы, и им мелко, иногда и по-крупному, мстили. А потому
после трагедии в Минск - венок.
Героя Советского Союза Петра Мироновича Машерова похоронили на обычном
городском кладбище. Места у Кремлевской стены он не заслужил. Еще и
поэтому, быть может, так упорно живет слух о его неслучайной гибели".
ПРОИСШЕСТВИЕ НА КУТУЗОВСКОМ
Это случилось 1 1 декабря 1981 года. В дом на Кутузовском, 4, приехал
молодой человек - навестить свою тетю. Звонил, стучал, барабанил в
дверь - в ответ ни звука. А ведь о встрече условились заранее... Тете
семьдесят четыре... Мало ли что... Да еще торчащая в двери записка ее
приятельницы, которая тоже не дозвонилась и не достучалась. И молодой
человек помчался домой за запасными ключами... Когда открыли дверь и
вошли в гостиную, увидели сидящую в кресле тетю... с простреленной
головой. Этой тетей была известная и всеми любимая киноактриса Зоя
Федорова. Преступление до сих пор не раскрыто.
Много лет назад, а именно в 1927 году, двадцатилетняя Зоенька Федорова
обожала три вещи: фельдиперсовые чулочки, крохотные шляпки и...
фокстрот. Танцевать она могла, как никто: красиво, зажигательно и, в
самом прямом смысле слова, до упаду. Не думайте, что она не любила
чарльстон или шимми - любила, но не так. И ничего странного в этом
нет! Чарльстон танцуют, в лучшем случае, взявшись за руки, а то и
вовсе на расстоянии, о шимми и говорить нечего. А вот фокстрот... О,
фокстрот! Это такой эротически-соблазнительный, такой быстрый и
непредсказуемый танец, тут можно так импровизировать, что все подруги
лопнут от зависти, а кто-нибудь из парней восхищенно всплеснет руками
и совершенно искренне скажет: "Ну, прямо артистка. Прямо Мери
Пикфорд!" Фокстрот-то и довел Зою Федорову до беды: ее арестовали.
"Передо мной совершенно секретное Дело N 47268, заведенное ОГПУ
14 июня 1927 года на легкомысленную любительницу танцев, - пишет
журналист Борис Сопельняк. - Здесь же ордер N 7799, выданный
труднику оперативного отдела ОГПУ тов. Терехову на производство ареста
и обыска гражданки Федоровой Зои Алексеевны. О том, что это дело не
пустячок и речь идет отнюдь не о фокстроте, свидетельствует
размашистая подпись всесильного Ягоды, сделанная синим карандашом".
Арестовали Зою в три часа ночи. При обыске ничего компрометирующего не
нашли: какие-то шпильки, зеркальца, пудреницы... Ничего не дала и
анкета арестованной, заполненная в тюрьме. Семья самая что ни есть
простая: отец - токарь по металлу, мать - фасовщица, шестнадцатилетний
брат вообще безработный. Связи, знакомства, контакты - тоже ни одной
зацепки. А обвинение между тем предъявлено более чем серьезное:
подозрение в шпионаже. И вот первый допрос. Можно представить
состояние двадцатилетней девушки, когда конвоир вызвал ее из камеры и
по длинным коридорам повел в кабинет следователя. Страха Зоя
натерпелась немалого, но вела себя собранно. Вот ее показания по
существу дела:
"В 1926-1927 годах я посещала вечера у человека по фамилии Кебрен, где
танцевала фокстрот. У него я познакомилась с военнослужащим Прове
Кириллом Федоровичем. Он играл там на рояле. Кирилл был у меня дома
один раз, минут десять, не больше. О чем говорили, не помню, но, во
всяком случае, не о деле. Никаких сведений он у меня не просил, и я
ему их никогда не давала. О своих знакомых иностранцах он тоже никогда
ничего не говорил. У Кебрена при мне иностранцев не было, и у меня
знакомых иностранцев нет".
При чем тут фокстрот, пианист, иностранцы, которых она не знала?
Казалось бы, после таких показаний перед девушкой надо извиниться и
отпустить ее домой, но не тут-то было: по данным ОГПУ, Прове работал
на английскую разведку. И все же, поразмышляв, следователь А.Е.
Вунштейн решает использовать Зою в качестве живца и принимает довольно
хитрое постановление: "Рассмотрев дело N 47268 по обвинению Федоровой
З.А. в шпионаже и принимая во внимание, что инкриминируемое ей
обвинение не доказано и последняя пребыванием на свободе не помешает
дальнейшему ходу следствия, постановил: меру пресечения в отношении
арестованной Федоровой З.А. изменить, освободив ее из-под стражи под
подписку о невыезде из г. Москвы".
Здесь же - четвертушка серой бумаги, на которой рукой Зои написано:
"Я, нижеподписавшаяся гр. Федорова, даю настоящую подписку начальнику
Внутренней тюрьмы ОГПУ в том, что по освобождении из вышеуказанной
тюрьмы обязуюсь не выезжать из города Москвы".
О том, что Вунштейн установил за ней наблюдение и следствие по ее делу
продолжалось, Зоя, конечно, не знала, но что-то заставило ее не бегать
больше на танцульки, порвать старые связи. Были ли у нее впоследствии
беседы со следователем и контакты с Ягодой, не известно, но этот
человек с репутацией холодного палача сыграл в ее судьбе немалую
роль. Именно он 18 ноября 1927 года подписал редчайшее по тем временам
заключение: "Гражданка Федорова З.А. была арестована по обвинению в
шпионской связи с К.Ф. Прове". Далее излагается суть ее единственного
допроса, показания самого Прове и уникальный вывод: "На основании
вышеизложенного следует констатировать, что инкриминируемое гр.
Федоровой З.А. обвинение следствием установить не удалось, а посему
полагал бы дело по обвинению Федоровой З.А. следствием прекратить и
сдать в архив. Подписку о невыезде аннулировать".
Сказать, что Зое повезло - значит не сказать ничего. Вырваться из лап
Ягоды - этим мало кто мог похвастаться. Но на этот раз гроза лишь
прошумела над головой Зои. То ли мать особенно усердно молилась за
дочку, то ли у Ягоды было хорошее настроение, то ли еще что... Однако,
как ни горько об этом говорить, тоненькую папку с Делом N 47268
дополнили четыре толстенных тома, а впоследствии еще семь.
Прошло девятнадцать лет... Никому не ведомая счетчица Госстраха Зоя
Федорова стала одной из самых популярных актрис советского кино. Она
снялась в фильмах "Музыкальная история", "Шахтеры", "Подруги",
"Великий гражданин", "Свадьба", была награждена орденом Трудового
Красного Знамени, стала дважды лауреатом Сталинской премии. Все шло
прекрасно... Но после 1940 года отношение к ней резко изменилось:
сниматься не приглашали, а если и приглашали, то предлагали такие
крохотные роли, браться за которые Зоя Алексеевна считала ниже своего
достоинства. И объясняла это тем, что ее бывший муж кинооператор
Рапопорт, используя свои связи, делал все возможное и невозможное,
чтобы погубить ее как актрису.
Она вынуждена была пробавляться концертами, выступая в самых разных
уголках Союза, а во время войны - поездками на фронт. После войны
стало еще хуже. Федорова в отчаянии писала Сталину, Берии, напоминала
о себе и просила помочь. Сталин не ответил, а Берия ответил, но так
по-бериевски, что лучше бы промолчал.
Как известно, этот человек никогда ничего не забывал и никому ничего
не прощал. А обидеться на Зою Федорову ему было за что: он помог ей,
вытащил из тюрьмы отца, арестованного в 1938-м по обвинению в шпионаже
в пользу Германии, а она этого не оценила. Позже Зоя Алексеевна
рассказала, что до января 1941-го неоднократно встречалась с Берией,
благодарила его за помощь, но ему этого было мало и он откровенно ее
домогался, а в 1940-м дважды пытался изнасиловать.
Новый министр государственной безопасности Абакумов, конечно же, знал
о своеобразных отношениях своего шефа с артисткой и наверняка
советовался с ним, прежде чем подписать этот страшный документ,
сломавший жизнь Зое Федоровой
...Поділитися у соцмережах
