Жанр: Энциклопедия
Сто великих путешественников
...Джон Дэвис. "Шеклтон, - пишет X. Милль, - считал неудобным ехать на
своем судне пассажиром, поэтому, пожертвовав во имя долга своим самолюбием,
зачислился сверхштатным помощником капитана на "Аврору".
В начале января 1917 года экспедиция была в проливе Мак-Мердо. На мысе Эванс, в
доме, построенном второй экспедицией Скотта, находились семь участников группы
из отряда Макинтоша.
Несмотря на все неудачи, постигшие Шеклтона, его экспедиция в целом сделала
немало полезного для науки, пополнив знания о метеорологическом и ледовом
режиме, глубинах морей Уэдделла и Росса.
"По возвращении в Лондон, - пишет X. Милль, - Шеклтон несколько месяцев
занимался чтением публичных лекций о своих полярных путешествиях и исполнял
различные мелкие поручения, дававшиеся ему английским правительством".
Шеклтон обратил свои взоры на американский Север и начал переговоры с канадским
правительством об организации экспедиции, которая обследовала бы море Бофорта.
Его предложение послать океанографическую экспедицию для обследования побережья
Антарктиды в африканском квадрате - от Земли Котса до Земли Эн-дерби нашло
поддержку у лордов Адмиралтейства. А 24 сентября 1921 года экспедиционная шхуна
"Квест" уже отплыла из Плимута на юг. Небольшое, менее 200 тонн водоизмещения,
судно было оборудовано по последнему слову мореходной техники, приспособлено для
серьезных океанографических работ. На нем имелась радиостанция, гирокомпас,
приборы для наблюдений над верхними слоями атмосферы, глубоководные лоты,
моторные лебедки и многое другое, вплоть до электрических грелок в "вороньем
гнезде" В далекий путь с Шеклтоном отправились его старые друзья Уайлд, капитан
Уорсли, врачи Маклин и Мак-Иль-рой, метеоролог Хуссей.
4 января 1922 года "Квест" бросил якорь в бухте Гритвикен у знакомого поселка
китобоев. Шеклтон сошел на берег, чтобы повидать своих старых друзей,
принимавших такое живое участие в спасении экспедиции "Эндьюрэнса". Вечером он
вернулся на судно, оживленный, довольный тем, что кончились все приготовления и
что утром можно отправляться на юг. Перед сном Шеклтон по обыкновению сел писать
свой дневник. "С наступлением сумерек я увидел одинокую, поднимавшуюся над
заливом звезду, сверкающую, как драгоценный камень" - записал он последнюю фразу
и лег спать .. А в 3 часа 30 минут 5 января он скончался от приступа грудной
жабы
С согласия вдовы покойного тело Шеклтона было погребено в Гритвикене, на
оконечности вдающегося в море мыса А когда "Квест" на обратном пути из
Антарктики снова зашел на Южную Георгию, друзья Шеклтона воздвигли на его могиле
памятник - крест, увенчивающий вершину холма, сложенного из гранитных обломков.
622
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
СЕДОВ ГЕОРГИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
97. СЕДОВ ГЕОРГИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
(1877-1914)
Российский гидрограф и полярный исследователь. В 1912 году организовал
экспедицию к Северному полюсу на судне "Святой Фока". Зимовал на Новой Земле и
Земле Франца-Иосифа. Пытался достигнуть полюса на собачьих упряжках. Умер близ
острова Рудольфа.
Георгий Седов родился в семье азовского рыбака с Кривой Косы. В семье было
девять детей. Отец ушел на заработки и пропал на годы. С семи лет пришлось Ерке
рыбачить, ходить на поденщину в поле.
До четырнадцати лет он был неграмотен, а потом, когда вернулся отец, кончил за
два года трехклассную церковноприходскую школу и... убежал из дома.
В двадцать один год Седов получил диплом штурмана дальнего плавания, в двадцать
четыре экстерном сдал экзамен и был произведен в поручики по Адмиралтейству,
направлен в гидрографическую экспедицию Северного Ледовитого океана.
В экспедиционных плаваниях Седов зарекомендовал себя блестяще. Георгий Яковлевич
становится помощником начальника экспедиции. Биографы утверждают, что еще в 1903
году он впервые задумался о достижении полюса, когда познакомился в Архангельске
с участниками американской полюсной экспедиции Циглера - Фиала. Это вполне
вероятно. Но начинается русско-японская война, и он подает рапорт об
откомандировании его на Дальний Восток. Седов командует миноноской № 48, которая
несет сторожевую вахту в Амурском заливе. А в 1906 году его назначают помощником
лоцмейстера Николаевской-на-Амуре крепости.
В газете "Уссурийская жизнь" молодой гидрограф выступает со статьями, в которых
подчеркивает "значение Северного океанского пути для России", призывает к его
освоению.
В 1908-1910 годах Седов работал в экспедиции Каспийского моря, затем проводил на
Колыме обследование устья реки, а на Новой Земле картировал Крестовую Губу, где
был заложен Ольгинский поселок.
Летом 1910 года, как раз перед экспедицией на Новую Землю, Седов женился на Вере
Валерьяновне Май-Маевской.
По ее воспоминаниям, вернувшись с Новой Земли, Седов начал постоянно говорить о
полюсной экспедиции. Но его вновь посылают на Каспий. Только 9 (22) марта 1912
года он подает докладную записку начальнику Главного гидрографического
управления генерал-лейтенанту А. И. Вилькицкому: "Горячие порывы у русских людей
к открытию Северного полюса проявлялись еще во времена Ломоносова и не угасли до
сих пор. Амундсен желает во что бы то ни стало оставить честь открытия за
Норвегией и Северного полюса. Он хочет идти в 1913 году, а мы пойдем в этом году
и докажем всему миру, что и русские способны на этот подвиг..."
Газеты восторженно приняли идею Первой русской экспедиции к Северному полюсу.
Седова поддержали А. И. Вилькицкий, морской министр России И. К. Григорович.
Николай II отнесся к плану экспедиции с пониманием. Седову был предоставлен
двухлетний отпуск с сохранением содержания, из капитанов по Адмиралтейству он
бьш переведен во флот с чином старшего лейтенанта. Сменив серебряные погоны
гидрографа на золотые, сын азовского рыбака был, можно сказать, введен в высший
свет.
Однако вскоре Георгия Яковлевича поджидало горькое разочарование. Специально
созданная при Гидрографическом управлении комиссия резко и во многом справедливо
раскритиковала план экспедиции. К 1912 году Георгий Яковлевич много и успешно
поработал на Севере, но он не знал зимней Арктики, не имел никакого опыта
движения по дрейфующим льдам Отсюда и проистекали все промахи разработанного им
плана. У Каньи, например, была сотня собак и два вспомогательных отряда. У Пири
- двести пятьдесят собак и четыре вспомогательных отряда. По плану Седова
переход к полюсу должны были осуществить всего три человека с тридцатью девятью
собаками.
К тому же, стремясь "опередить" Амундсена, Георгий Яковлевич намечал срок выхода
экспедиции на 1 июля. Времени на подготовку было явно недостаточно.
В конце мая Седов подготовил новый, уточненный план экспедиции. Количество собак
увеличивалось теперь до шестидесяти, а груз был уменьшен с 3,25 до 2,18 пуда на
одну собаку (около 38 килограммов) Но дневной рацион собаки пришлось снизить с 1
до 0,6 фунта (приблизительно до 250 граммов). Так что и в новом плане были явно
нереальные цифры. Весь поход к полюсу и обратно должен был теперь продолжаться
172 дня - без малого шесть месяцев!
Однако Седов верил в свои силы, в силы русского человека. "Кому же, как не нам,
привыкшим к работе на морозе, заселившим Север, дойти и до полюса? И я говорю:
полюс будет завоеван русскими..."
Комиссия отвергла планы Седова. Император пожаловал 10 тысяч рублей, но
правительство отказалось выделить деньги на экспедицию.
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ I СВДОВ ГЕОРГИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
Может быть, объявить подписку? В газетах печатаются объявления. Кто-то жертвует
сто рублей, кто-то несколько копеек. Создан комитет по подготовке экспедиции, во
главе которого становятся издатели.
Бесконечное число самых неожиданных, самых нелепых препятствий пришлось
преодолеть Седову во время подготовки экспедиции. Судно "Святой мученик Фока"
удалось, например, зафрахтовать только 10 июля.
26 августа "Святой Фока" переведен из Соломбальской гавани к Соборной пристани
Архангельска, а уже на следующий день - торжественные проводы, молебен,врется
шампанское...
По плану "Фока" должен был доставить отряд Седова на Землю Франца-Иосифа и
вернуться в Архангельск. Однако из-за позднего выхода выполнить план не удалось.
Судно было затерто льдами у северо-западного побережья Новой Земли.
Нелегкой была эта зимовка: не хватало теплой одежды (ею был обеспечен только
полюсный отряд), не хватало многих необходимейших "мелочей". Из-за спешки при
сборах никто не знал даже, что взято, а что так и не успели получить.
Выяснилось, что поставщики жестоко обманули Седова. Солонина оказалась гнилой,
как и треска.
Несмотря ни на что, Георгий Яковлевич не терял бодрости духа и даже подумывал
идти к полюсу с Новой Земли. Участники экспедиции проводили разнообразные
наблюдения и совершили несколько санных походов, существенно уточнив карту Новой
Земли. Сам Седов вместе с боцманом А. И. Инютиным прошел со съемкой около
семисот километров и впервые закартировал северное побережье архипелага. Это
путешествие было очень нелегким - Георгий Яковлевич обморозил несколько пальцев
на ногах, похудел на 15 килограммов.
"На обратном пути жизнь наша была трудна, больше - мучительна, ужасна, - писал
он жене. - Около одного большого ледника... оторвало сильным ветром лед вплотную
и унесло в море. Образовалась полынья шириной сажен 200. Эта полынья благодаря
большому морозу покрылась тонким слоем льда (1,5 вершка). Так как нам деваться
некуда было - либо идти назад, либо жить по ту сторону полыньи, обойти нельзя,
либо переправляться, я решился на последнее. Сам пошел вперед, пробивая палкой
лед и тем выбирая себе дорогу, а матросу приказал точно следовать с нартой по
моим следам. Я уже благополучно переходил на другую сторону и в душе радовался,
что нам удается переправиться, как вдруг слышу крик. Оглянулся: вижу нарту,
собак и человека болтающимися в воде. Я поторопился, как только можно было, на
помощь, но, не дойдя до человека шагов 10, сам провалился по грудь. Матрос
просит помощи, а я сам в ней нуждаюсь.
...Не было никакой надежды на спасение. Лед обламывался, не за что было
хвататься. Дул резкий холодный ветер со снегом, морозу - 12,5°. Члены коченели.
Но Господь, по-видимому, был к нам милостив. Мы выползли снова на лед,
подобрались с большой осторожностью к собакам, вцепились в постромки обеими
руками, и я крикнул на собак изо всей силы, как только мог: "Прррр..." (вперед).
Собаки рванулись, и нарта выскочила на лед, а затем с большой осторожностью
добрались до берега..."
В начале лета пять человек во главе с капитаном Н. П. Захаровы^ Ушли на юг,
чтобы добраться до ближайшего становища, а оттуда в Архангельск- ^а сУДне
кончался уголь. Седов надеялся, что еще летом 1913 года комитет сумееТ
обеспечить доставку угля и других припасов на Землю Франца-Иосифа.
Когда "Фока" в 1912 году не вернулся, в России раздавались голос;а" призывавшие
к организации спасательной экспедиции. Ведь на "Фоке" не бь)л0 Р^*10" станции, и
судьба его оставалась неизвестной. Предполагали худшее.
Седов был полон решимости во что бы то ни стало продолжить п^авание к берегам
Земли Франца-Иосифа и оттуда идти к полюсу. Но прошло ле'Г0' а льл-ы все еще
держали "Фоку" в плену, точнее, уже не "Фоку", а "Михаила (^уворина": во время
зимовки Седов переименовал "Святого Фоку" в честь редакт0Ра Газеты "Новое
время".
Только 6 сентября подул восточный ветер, и судно вместе со льдам*1 отнесло от
берега...
Офицеры экспедиции посчитали достижение Земли Франца-Иос1"Фа очень маловероятным
и призюли Седова повернуть назад. Это был ультимагУм" почти бунт на корабле.
Но Седов повел судно вперед! Несколько дней начальник экспедийии практически не
сходил с мостика. Лавировали в тяжелых льдах, жгли в топ)^е бревна, доски,
старые ящики. И все-таки они пробились! "Больших трудов сто^ло стаР°~ му
дряхлому судну добраться до этих широт, тем более что на пути вс^Ретилось нам
столько льду, сколько ни одна экспедиция, кажется, не встреча-"8-"*- На вторую
зимовку судно встало в бухте Тихой на острове Гукера. НадвиСалась по~ лярная
ночь. Условия жизни были на этот раз крайне тяжелыми. п"?мещения едва
отапливались, в каютах лежал лед, и одеяла по утрам нередко приМеРзали к
переборкам. Многие продукты уже кончились.
Свежего мяса добыть удавалось редко. Пришлось есть и полутухлу^7 солони~ ну. В
подборе пищевых рационов тоже сказались и спешка при подг'отовке" и отсутствие
опыта у Георгия Яковлевича.
Первая зимовка прошла относительно благополучно, но в бухте Ти*0^ болели почти
все, только трое оставались здоровыми. Кровоточили десн^1' многие жаловались на
одышку, на странные "ревматические" боли, некоторые ^два передвигались на
опухших скрюченных ногах. Болен был и Георгий Яковлев?14' иногДа он целыми днями
не выходил из каюты. "Совсем разбиты ноги ревмат^змом" ~~ день за днем читаем мы
в его дневнике. - Я по-прежнему слаб, кашля)0 отчаянно... Испытываю какое-то
болезненное состояние... Опять ноги просту/^ил" опять голени болят..."
Несмотря на болезнь, несмотря на то, что еще первой зимой бол^шинство ездовых
собак погибло, Седов продолжал подготовку к полюсному по?содУ- Пожалуй, никто,
кроме самого Георгия Яковлевича, не верил, что есть 1Иалейшие шансы на успех.
Выход был назначен на 2 (15) февраля 1914 года. Вместе с Седовым шли два матроса
- Григорий Васильевич Линник и Александр Матвеевич Пустотный.
Из дневника Седова: "2 февраля. С утра тихо, пасмурно, температур - 13 .
-"-!'
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
В 12 часов при температуре - 20° под пушечные выстрелы отвалили от судна к i
полюсу. Провожали нас верст пять вся здоровая команда и офицеры. Сначала дорога
была плохая, но зато собакам помогала команда, а затем дорога улучшилась, а в
конце Гукера встретили огромные ропаки, через которые пришлось переправляться
благодаря наступившей темноте с большим препятствием; нарты опрокидывались, и
люди падали. Я с больными ногами полетел несколько раз...
3 февраля. В 9 снялись с лагеря. Дорога скверная. Выпало много снега, и нарты
врезаются в него. Собаки еле тащат. Подвигаемся тихо, тормозом является также
третья нарта, которая без человека. Холод собачий -35°, при этом ветерок прямо в
лоб... Ноги мои поправляются, слава Богу.
4 февраля. В 9 снялись. В полдень чудная красная желанная заря. Дорога
несколько лучше, снег утрамбовало. Собаки идут хорошо, хотя третий день ничего
не едят, сало медвежье есть отказались, сегодня дали галет - съели!.. Сегодня
было здорово холодно. Я шел в рубашке, сильно продрог. Спасаемся примусом, жжем
керосину около двух фунтов в день...
5 февраля. ...В общем сегодня дорога выпала отвратительная, много рыхлого снега
и ропаков. К вечеру... было адски холодно, а я умудрился и сегодня шагать в
рубашке, ибо в полушубке тяжело. Продрог снова, в особенности замерзла холка,
спина, плечи. Кашляю, тяжело очень при большоиЧюрозе дышать на ходу, приходится
глубоко втягивать в грудь холодный воздух; боюсь простудить легкие...
7 февраля. ...Сегодня термометр минимальный показал - 40°. Дорога была ужасно
мучительна, ропаки и рыхлый глубокий снег. Страшно тяжело было идти, а в
особенности мне, больному. Собаки, бедняжки, не знали, куда свои морды
прятать... От двух до четырех была вьюга. Это окончательно нас убило, мы едва
продвигались вперед. Я все время оттирал лицо и все-таки не усмотрел, как
немного обморозил нос...
...10 февраля. В 9 двинулись дальше. Я до того оказался слаб благодаря бронхиту,
что не мог десяти шагов пройти вперед. Сидел опять на нарте. Адски промерз, так
как был одет для ходу. Кажется, еще больше усилил простуду, ибо стала болеть
грудь и все ниже в правой стороне, страшно лихорадит. Дорога была скверная, а я
все-таки был вынужден управлять своей нартой, был настоящим мучеником. Сейчас в
палатке при огне очень дурно себя чувствую. Ужасно боюсь, чтобы не получить
воспаление легких. У Пустошного шла кровь ртом и носом. У Линника сильно мерзли
ноги. Сегодня был особенно холодный день.
...13 февраля, 13-е число неудачное, как вообще. Снялись в 9 и пошли в тумане
(идет снег). Дорога тяжелая, собаки еле везут, ничего не видно... В 5 часов
остановились ночевать. Вечером пришел медведь к палатке, огромный, собаки его
погнали. Я, несмотря на болезнь, пошел с Линником на собачий лай. Пройдя кое-как
около двух верст, мы нашли медведя сидящим в лунке, окруженного собаками. Я
несколько раз стрелял в него с аршинного расстояния, но ружье так замерзло, что
не дало ни одного выстрела. Когда пошли мы, разочарованные, назад, то я уже
двигаться не мог, так плохо себя чувствовал. Пришлось остаться с собаками
сторожить медведя, а Линник пошел за нартой. Вскоре медведь высСТЕФАНСОН
ВИЛЬЯЛМУР
кочил из лунки и побежал... собака за ним. Часа через два меня нашла нарта и
привезла, как труп, в палатку. Здоровье свое ухудшил, а тут еще нужно залезать в
замерзший обледенелый мешок.
14 февраля. Сегодня в 9 часов потащились дальше Снег, туман, ничего не видать,
собаки не везут - караул. Протащились около трёх-четырех верст и стали
лагерем... Здоровье мое очень скверно, вчерашний медведь ухудшил его...
16 февраля... Болен я адски и никуда не гожусь. Сегодня опять мне будут
растирать ноги спиртом. Питаюсь только одним компотом и водой, другого ничего
душа не принимает.
Увидели выше гор впервые милое, родное солнце. Ах, как оно красиво и хорошо! При
виде его в нас весь мир перевернулся. Привет тебе, чудеснейшее чудо природы!
Посвети близким на родине, как мы ютимся в палатке, больные, удрученные, под 82°
северной широты!"
Матросы похоронили Седова на острове Рудольфа, самом северном острове самого
северного нашего архипелага. Вместо гроба - два парусиновых мешка, в изголовье -
крест, сделанный из лыж. В могилу положили флаг, который Седов мечтал водрузить
на полюсе.
24 февраля (9 марта) Линник и Пустошный двинулись в обратный путь. В упряжке
оставалось 14 собак. Керосину - на 5 варок. Экономя горючее, они ели мерзлое
сало, вместо чая пили холодную воду, растапливая снег дыханием. Через пять дней
керосин кончился.
Утром 6(19) марта Линник и Пустошный вернулись на корабль.
Вечером все собрались вместе. Читали дневник Седова, потом Линник рассказывал о
последних днях Георгия Яковлевича.
Именем Седова названы архипелаг и остров, мыс и пик, пролив, два залива, две
бухты... Именем его назван поселок Седова (бывшая Кривая Коса), где он родился и
где открыт музей Георгия Яковлевича Седова. Улица Седова есть в Москве и во
многих других городах и поселках. Именем Седова называли и называют корабли.
Так, например, в историю полярных путешествий вошел героический, длившийся 812
суток дрейф ледокольного парохода "Георгий Седов", который пересек Северный
Ледовитый океан.
98. СТЕФАНСОН ВИЛЬЯЛМУР
(1879-1962)
Канадский полярный исследователь, этнограф и писатель. В 1904-1912 годах
руководил экспедицией в Исландию, на Аляску, в арктическую Канаду. В 1913-1918
годах исследовал острова Банкс, Принс-Патрик.
Знаменитый путешественник Пири говорил. "Стефансон способен преодолеть любую
проблему Севера... Сочетая грандиозные природные физические и
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
умственные способности с практическим здравым смыслом, он побил все рекорды...
Мы, старшие исследователи XIX века, приветствуем исследователя XX века, который
нас превзошел..."
Отец Вильялмура, фермер из Северной Исландии Иохан Стефансон, в 1876 году
переехал в Канаду, где поселился с другими фермерами на берегу озера Виннипег в
провинции Манитоба. Не найдя там счастья, Стефансоны в 1881 году перебрались в
США.
Вильялмуру было всего 13 лет, когда умер отец. Пришлось батрачить на фермах,
наниматься в пастухи, чтобы содержать мать и младших братьев. Несмотря на
тяжелую работу, Вильялмур продолжал учиться Он был принят в университет Северной
Дакоты, но был исключен из числа студентов за трехнедельный прогул. Тогда
Стефансон сдал экзамены и поступил в университет штата Айова. Проучившись до
конца года, юноша получил степень бакалавра.
СТЕФАНСОН ВИЛЬЯЛМУР
В сентябре 1903 года Вильялмур был уже студентом богословского факультета
Гарвардского университета Здесь он увлекся антропологией. В июне 1905 года в
журнале "Американский антрополог" появилась статья Стефансона "Исландская
колония в Гренландии", которая привлекла внимание геолога Эрнеста де Ковен
Лефингуэла, занятого тогда подготовкой "Англо-американской полярной экспедиции",
отправлявшейся на поиски еще не открытого, но якобы существующего острова
Лефингуэл предложил Вильялмуру занять должность антрополога
Так начался период полярных путешествий Стефансона. В общей сложности он провел
в Арктике 10 полярных зим и 13 летних сезонов. Из них более пяти лет Стефансон
жил в Арктике беспрерывно
Англо-американская экспедиция должна была отправиться ранней весной 1906 года на
паруснике "Дэтчесс оф Бедфорд" из порта Виктория в Британской Колумбии, обогнуть
Аляску и плыть на восток вдоль северных берегов Канады.
Но Стефансон получил разрешение присоединиться к основному отряду в заливе
Маккензи, куда он решил добираться сухим путем, а также по рекам и озерам
Канады. Он хотел познакомиться с жизнью индейских племен Северной Канады,
прибрежных эскимосов и собрать интересные для науки образцы и материалы.
Весной Стефансон прибыл по железной дороге в Эдмонтон. Отсюда началось его
путешествие по рекам и озерам. Пешком и на колесных пароходах, баржах и плотах
Стефансон медленно продвигался к океану. В дороге он внимал рассказам случайных
попутчиков: промышленников, миссионеров, чиновников Компании Гудзонова залива,
представителей местных властей
Спустя несколько месяцев Вильялмур добрался до устья реки Маккензи и впервые
увидел полярное море, покрытое плавающими льдами.
От устья Маккензи Стефансон на китобойном судне добрался до острова Хер-шел, где
была назначена встреча с "Дэтчесс оф Бедфорд". Однако парусника там не было.
Молодой антрополог оказался на Крайнем Севере без денег, без оснащения, без
каких-либо припасов. Вильялмур принял смелое решение самостоятельно изучать быт
эскимосов, рассчитывая на их гостеприимство.
Всю зиму он провел у эскимоса Оваюка, ходил с ним на охоту и рыбалку, помогал во
всех хозяйственных работах. Стефансон научился строить снежные хижины и в
совершенстве овладел эскимосским языком.
Лишь весной 1907 года Вильялмур узнал, что парусник "Дэтчесс оф Бедфорд"
затонул. Но молодой исследователь не оставил надежды попасть на остров Виктория
В 1908 году Американский музей естественной истории и Канадский институт
геологических исследований заинтересовались дешевой, но многообещающей
экспедицией на остров Виктория и ассигновали на нее две тысячи долларов. В
экспедицию неожиданно включился Рудольф Мартин Андерсен, заслуживший признание
как блестящий геолог и зоолог.
Ранней весной 1908 года Стефансон и Андерсен отправились на север, взяв с собой
два фотоаппарата с запасом пленки, два полевых бинокля, три ружья, две палатки,
табак для эскимосов, карандаши и бумагу для записей Они придерживались пути,
пройденного Стефансоном весной 1906 года. Предполагалось, что экспедиция
продлится один год, однако она растянулась на долгие пять лет.
Летом 1908 года Стефансон и Андерсен пришли на остров Хершель, где рассчитывали
раздобыть необходимые для дальнейшего путешествия вещи. Но это им не удалось, и
исследователи отправились на мыс Барроу, лежащий в 700 километрах от острова. По
пути они пополнили свои научные коллекции. Стефансон продолжил составление
эскимосского словаря, который теперь насчитывал 9 тысяч слов; кроме того, он
записывал эскимосский фольклор.
Стефансон предпочитал путешествовать налегке и всегда надеялся на удачную охоту
Когда ему и его собакам приходилось голодать, он употреблял в пищу кожаную
одежду, отмечая, что "свежая сырая шкура даже вкусна, если ее хорошо поджарить;
она напоминает свиные ножки". Вильялмур, в отличие от большинства других
полярных исследователей, никогда не убивал собак, чтобы накормить других или
себя.
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
СТЕФАНСОН ВИЛЬЯЛМУР
Осенью 1909 года экспедиция вернулась на остров Хершель и проследовала дальше на
мыс Парри, откуда намеревалась идти к острову Виктория. Но наступила полярная
ночь. Стефансон и Андерсен провели ее с эскимосами, занимаясь охотой и пополняя
запасы мяса, шкур и ворвани.
В апреле 1910 года ученые двинулись на восток. Следуя вдоль берега пролива
Долфин-энд-Юнион, путешественники обнаружили следы нарт и вскоре оказались у
селения, состоящего из снежных хижин. Жителей этого поселка Стефансон назвал
"медными эскимосами". Они встретили экспедицию настороженно. Но, убедившись, что
перед ними живые люди, а не духи, пригласили в свои жилища и стали угощать.
15 мая экспедиция отправился дальше на север, туда, где, по словам "медных
эскимосов", жили люди, у которых были голубые глаза и рыжие волосы.
О своей незабываемой встрече с жителями поселка, расположенного по ту сторону
пролива Долфин-энд-Юнион, на самом берегу острова Виктория, Стефансон писал:
"Они стояли перед своими снежными домиками и шалашами из звериных шкур... Увидев
их, я подумал, что нахожусь на пороге крупного научного открытия... Глядя на
этих людей, я понял, что либо наткнулся на последнюю главу одной из исторических
трагедий далекого прошлого, либо передо мной новая загадка, которую еще
предстоит разрешить: почему эти люди похожи на европейцев, если они не
европейского происхождения?"
Посетив остров Виктория, экспедиция повернула обратно на запад. Поначалу отряд
двигался вдоль берега моря. Вблизи Пойнт-Стивенса были произведены обширные
раскопки древних поселений и захоронений. Стефансону и Андерсену удалось найти
множество стрел, копий и гарпунов с медными наконечниками, а также разные
изделия из китового уса, моржовой кости и оленьего рога, медные котелки и
сосуды-светильники. Исследователи извлекли из раскопов большое количество
глиняных черепков. Последняя находка
...Закладка в соц.сетях
