Жанр: Энциклопедия
Сто великих путешественников
...чит, можно зимовать и на леднике.
Готовя полюсный поход, Амундсен еще осенью заложил несколько продовольственных
складов. Он писал: "...От этой работы... зависел успех всей нашей битвы за
полюс". Амундсен забросил к 80-му градусу более 700 килограммов, к 81-му - 560,
к 82-му - 620.
Амундсен использовал эскимосских собак. И не только как тягловую силу. Он был
лишен "сентиментальности", да и уместны ли разговоры о ней, когда в борьбе с
полярной природой на карту ставится неизмеримо более ценное - жизнь человека.
План его может поразить и холодной жестокостью, и мудрой предусмотрительностью.
"Так как эскимосская собака дает около 25 килограммов съедобного мяса, легко
было рассчитать, что каждая собака, взятая нами на Юг, означала уменьшение на 25
килограммов продовольствия как на нартах, так и на складах. В расчете,
составленном перед окончательным отправлением на полюс, я точно установил день,
когда следует застрелить каждую собаку, т. е. момент, когда она переставала
служить нам средством передвижения и начинала служить продовольствием.. "
Выбор места зимовки, предварительная заброска складов, использование лыж,
АМУНДСЕН РУАЛ
603
г
более легкое, более надежное, чем у Скотта, снаряжение - все сыграло свою роль в
конечном успехе норвежцев.
Сам Амундсен называл свои полярные путешествия "работой". Но годы спустя одна из
статей, посвященных его памяти, будет озаглавлена совершенно неожиданно:
"Искусство полярных исследований".
К моменту возвращения норвежцев на береговую базу "Фрам" уже пришел в Китовую
бухту и забрал всю зимовочную партию. 7 марта 1912 года из города Хобарта на
острове Тасмания Амундсен известил мир о своей победе и благополучном
возвращении экспедиции.
"И вот... завершив задуманное, - пишет Лив Нансен-Хейер, - Амундсен в первую
очередь приехал к отцу. Хелланд, находившийся в это время в Пульхёг-де, живо
помнит, как они встретились: Амундсен, несколько смущенный и неуверенный,
неотрывно глядя на отца, быстро вошел в зал, а отец непринужденно протянул ему
руку и сердечно приветствовал: "Со счастливым возвращением, и поздравляю с
совершенным подвигом!".
Еще почти два десятка лет после экспедиции Амундсена и Скотта никто не был в
районе Южного полюса.
В 1925 году Амундсен решил совершить пробный полет на самолете к Северному
полюсу от Шпицбергена. Если бы полет оказался удачным, то потом он планировал
организовать трансарктический перелет. Финансировать экспедицию вызвался сын
американского миллионера Линкольн Элсуорт. Впоследствии Эл-суорт не только
финансировал воздушные экспедиции знаменитого норвежца, но и сам участвовал в
них. Были приобретены два гидроплана типа "Дорнье-Валь". Пилотами были
приглашены известные норвежские летчики Рисер-Лар-сен и Дитрихсон, механиками -
Фойхт и Омдаль. Обязанности штурманов взяли на себя Амундсен и Элсуорт. В апреле
1925 года участники экспедиции, самолеты и снаряжение прибыли пароходом в
Кингсбей на Шпицбергене.
21 мая 1925 года оба самолета поднялись в воздух и взяли курс на Северный полюс.
На одном самолете находились Элсуорт, Дитрихсон и Омдаль, на другом - Амундсен,
Рисер-Ларсен и Фойхт. Примерно в 1000 километров от Шпицбергена мотор самолета
Амундсена стал давать перебои. К счастью, в этом месте среди льдов оказались
полыньи. Пришлось идти на посадку. Сели сравнительно благополучно, если не
считать, что гидроплан ткнулся носом в лед в конце полыньи. Спасло то
обстоятельство, что полынья была покрыта тонким льдом, который замедлил скорость
самолета при посадке. Второй гидроплан также сел невдалеке от первого, но при
посадке он получил сильное повреждение и вышел из строя.
Но взлететь норвежцы не смогли. В течение нескольких дней они предприняли три
попытки подняться в воздух, но все закончились неудачей
Положение казалось безнадежным. Идти на юг пешком по льдам? Но продовольствия
оставалось слишком мало, они неминуемо погибли бы от голода в пути Со
Шпицбергена они вылетели с запасом еды на один месяц. Сразу после аварии
Амундсен тщательно подсчитал все, что у них было, и установил жесткий паек. Шли
дни, все участники полета работали не покладая рук. Но все
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
АМУНДСЕН РУАЛ
чаще и чаще руководитель экспедиции урезал норму питания. Чашечка шоколада и три
овсяных галеты на завтрак, суп из 300 граммов пеммикана в обед, чашка горячей
воды, сдобренная щепоткой шоколада, и те же три галеты на ужин. Вот и весь
суточный рацион для здоровых людей, занятых почти круглосуточно тяжелой работой.
Потом количество пеммикана пришлось сократить до 250 граммов.
Наконец, 15 июня, на 24-й день после аварии, подморозило и они решили взлететь.
Для взлета требовалось не менее 1500 метров открытой воды. Но им удалось
выровнять полосу льда длиной лишь немногим более 500 метров. За этой полосой
была полынья шириной около 5 метров, а дальше - плоская 150-метровая льдина.
Заканчивалась она высоким торосом. Таким образом, полоса для взлета имела в
длину всего лишь около 700 метров.
"Из самолета выбросили все, кроме самого необходимого. Пилотское место занял
Рисер-Ларсен. Остальные пятеро едва уместились в кабине. Вот пущен мотор, и
самолет тронулся с места.
Следующие секунды были самыми захватывающими во всей моей жизни. Рисер-Ларсен
сразу же дал полный газ. С увеличением скорости неровности льда сказывались все
сильнее, и весь гидроплан так страшно накренялся из стороны в сторону, что я не
раз боялся, что он перекувырнется и сломает крыло. Мы быстро приближались к
концу стартовой дорожки, но удары и толчки показывали, что мы все еще не
оторвались от льда. С возраставшей скоростью, но по-прежнему не отделяясь от
льда, мы приближались к небольшому скату, ведущему в полынью. Мы перенеслись
через полынью, упали на плоскую льдину на другой стороне и вдруг поднялись в
воздух..."
Начался обратный полет. Летели они, как выразился Амундсен, "имея ближайшим
соседом - смерть". В случае вынужденной посадки на лед, даже если бы они
уцелели, их ждала голодная смерть. Через 8 часов 35 минут полета заело приводы
рулей. Но, к счастью, самолет уже летел над открытой водой вблизи северных
берегов Шпицбергена, и пилот уверенно посадил машину на воду и повел ее как
моторную лодку. Путешественникам везло и дальше: вскоре к ним подошло небольшое
рыбацкое судно, капитан которого согласился отбуксировать самолет в Кингсбей...
Экспедиция закончилась.
От Шпицбергена участники ее вместе с самолетом плыли на пароходе. Встреча в
Норвегии была торжественной. В Ослофьорде, в порту Хортен, самолет Амундсена был
спущен на воду, участники воздушной экспедиции сели в него, взлетели и совершили
посадку в гавани Осло. Их встретили тысячные толпы ликующих людей. Это было 5
июля 1925 года. Казалось, все невзгоды Амундсена остались в прошлом. Он снова
стал национальным героем.
В 1925 году Элсуорт после длительных переговоров купил дирижабль, получивший
название "Норге" ("Норвегия"). Руководителями экспедиции были Амундсен и
Элсуорт. Создатель дирижабля итальянец Умберто Нобиле был приглашен на должность
капитана. Команда была сформирована из итальянцев и норвежцев.
В апреле 1926 года Амундсен и Элсуорт прибыли судном на Шпицберген,
чтобы принять ангар и причальную мачту, построенные за зиму, и вообще
подготовить все к приему дирижабля.
8 мая 1926 года к Северному полюсу стартовали американцы. На борту самолета,
получившего название "Жозефина Форд", вероятно, в честь жены Форда,
финансировавшего экспедицию, находились только двое: Флойд Беннетт в качестве
пилота и Ричард Бэрд в роли штурмана. Через 15 часов они благополучно вернулись,
совершив полет до полюса и обратно. Амундсен поздравил американцев со счастливым
завершением полета.
В 9 часов 55 минут 11 мая 1926 года, в тихую ясную погоду, "Норге" взял курс на
север, к полюсу. На борту находились 16 человек. Каждый занимался своим делом.
Моторы работали ровно. Амундсен наблюдал за ледовой обстановкой. Он видел под
дирижаблем бесконечные ледяные поля с грядами торосов и вспоминал свой
прошлогодний полет, закончившийся посадкой у 88° северной широты.
Через 15 часов 30 минут полета, в 1 час 20 минут 12 мая 1926 года, дирижабль был
над Северным полюсом.
Сначала Амундсен и Вистинг сбросили на лед норвежский флаг. И в этот момент
Амундсен вспомнил, как он и Вистинг водрузили флаг на Южном полюсе 14 декабря
1911 года. Почти пятнадцать лет Амундсен стремился к этой заветной точке. Вслед
за норвежцами сбросили флаги своих стран американец Элсуорт и итальянец Нобиле.
Дальше путь пролегал через Полюс недоступности - точку, равноудаленную от
берегов окружающих Северный Ледовитый океан континентов и отстоящую от Северного
географического полюса почти на 400 миль в сторону Аляски. Амундсен внимательно
всматривался вниз. Они летели над местами, которых никто до них не видел. Многие
географы предсказывали здесь землю. Но перед взором воздухоплавателей проходили
бесконечные ледяные поля. Если между Шпицбергеном и полюсом и далее за полюс до
86° северной широты иногда встреча-лясь полыньи и разводья, то в районе Полюса
недоступности был сплошной лед с мощными грядами торосов. К своему удивлению,
даже в этой наиболее удаленной от берегов точке Амундсен увидел медвежьи следы.
В 8 часов 30 минут дирижабль вошел в густой туман. Началось обледенение наружных
металлических частей. Пластины льда, срываемые струей воздуха от пропеллеров,
пробивали оболочку аппарата. Пробоины приходилось заделывать тут же, на ходу. 13
мая слева по курсу путешественники увидели землю. Это был берег Аляски,
приблизительно в районе мыса Барроу.
Отсюда дирижабль повернул на юго-запад, к Берингову проливу. Амундсен узнал
знакомые окрестности эскимосского селения Уэнрайт, откуда он и Омдаль собирались
в 1923 году лететь через полюс. Он увидел строения, людей и даже дом, который
они построили здесь. Вскоре дирижабль вошел в густой туман. С севера задул
штормовой ветер. Навигаторы сбились с курса. Поднявшись над полосой тумана, они
определили, что находятся в районе мыса Сердце-Камень Чукотского полуострова.
После этого повернули на восток - снова к Аляске и, увидев берег, направились
вдоль него на юг. Прошли мыс принца Уэльского -
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
СКОТТ РОБЕРТ ФОЛКОН
самую западную точку Северной Америки Над льдами полет проходил спокойно и
плавно А здесь, над открытым бурным морем, дирижабль бросало как мяч, вверх и
вниз Амундсен решил закончить полет и отдал приказ идти на посадку
Возвращение путешественников было триумфальным Они пересекли Соединенные Штаты
Америки с запада на восток на трансконтинентальном экспрессе На станциях их
встречали с цветами толпы людей В Нью-Йорке торжественную встречу возглавил
Ричард Бард, только что вернувшийся со Шпицбергена на родину
12 июля 1926 года Амундсен и его друзья прибыли пароходом в Норвегию, в Берген
Здесь их встретили салютом из крепостных орудий Как победители, проехали они по
улицам Бергена под дождем цветов, под восторженные овации горожан От Бергена до
Осло по всему побережью пароход, на котором они плыли, встречали флотилии
разукрашенных судов Прибыв в Осло, они проехали по запруженным людьми улицам в
королевский дворец, где им был устроен торжественный прием
24 мая 1928 года Нобиле на дирижабле "Италия" достиг Северного полюса и два часа
находился над ним На обратном пути он потерпел крушение 18 июня из Бергена на
спасение экипажа "Италии" вылетел Руал Амундсен После 20 июня его самолет пропал
без вести Так, стремясь спасти полярников, погиб Амундсен, величайший по размаху
исследований полярный путешественник Он первым достиг Южного полюса и первым
совершил перелет из Европы в Америку (Шпицберген - Аляска), он первым на яхте
"Йоа" с севера обошел Америку и первым проследовал вдоль всего побережья
Северного Ледовитого океана, после того как на судне "Мод" в 1918-1920 годах
обогнул с севера Европу и Азию
три года умер его отец, еще через год - брат В тридцать лет лейтенант Роберт
Фолкон Скотт остался единственной опорой для матери и четырех своих сестер
Он был на хорошем счету у начальства - волевой, целеустремленный морской офицер
Но только через десять лет после производства в лейтенанты он должен был
получить следующий чин - капитана 2-го ранга Рассчитывать на протекцию не
приходилось
В 1898 году в Лондоне была издана тоненькая брошюрка "Исследование Антарктики
Призыв к посылке национальной экспедиции", а в июне следующего года лейтенант
Скотт случайно встретил на улице автора брошюры - Клементса Маркхема, президента
Королевского географического общества Маркхем сообщил ему, что готовится
экспедиция в Антарктику
Через два дня Скотт подал рапорт о своем желании возглавить экспедицию Год
спустя он был досрочно произведен в капитаны 2-го ранга, стал начальником
экспедиции
Скотт не имел ни малейшего полярного опыта Но он был настойчив, целеустремлен,
честолюбив, умел командовать людьми и умел подчиняться
Еще перед началом экспедиции, в 1900 году, Скотт специально ездил в Норвегию,
где консультировался с Фритьофом Нансеном Потом посетил Германию, ознакомился с
подготовкой антарктической экспедиции Эриха Дригальского
Перед началом экспедиции Скотт закупил в России два десятка ездовых собак Но
первая же попытка использовать их совершенно разочаровала его Хотя собачьей вины
тут не было, сказалось полное отсутствие опыта у англичан
По официальным документам, экспедиция не ставила своей целью достижение Южного
полюса Но об этом думали и Маркхем, и Скотт Когда кончилась длинная полярная
ночь и наступило лето, попытка была предпринята
95. СКОТТ РОБЕРТ ФОЛКОН
(1868-1912)
Английский исследователь Антарктиды. В 1901-1904 годах руководил экспедицией,
открывшей полуостров Эдуарда VII, Трансарктические горы, шель-фовый ледник
Росса, исследовал Землю Виктории. В 1911-1912 годах руководил экспедицией,
достигшей 18 января 1912 года Южного полюса (на 33 дня позже Р. Амундсена).
Погиб на обратном пути.
Роберт Фолкон Скотт родился 6 июня 1868 года В тринадцать лет Роберт становится
кадетом на учебном корабле "Британия", в пятнадцать - мидшипме-ном на "Боадише",
затем на "Монархе", "Ровере", в двадцать - младшим лейтенантом на "Амфионе"
В двадцать три года Скотт поступил в минно-торпедное училище В двадцать пять,
окончив его, стал лейтенантом, минным офицером на "Вулкане"
В 1894 году семья Роберта Фолкона лишилась всего своего состояния Через
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
СКОТТ РОБЕРТ ФОЛКОН
Роберт Скотт, Эдуард Уилсон, Эрнст Шеклтон составляли полюсный отряд. Их
сопровождала вспомогательная партия из 12 человек. На нартах вспомогательной
партии развевался флаг с надписью: "В услугах собак не нуждаемся". Но полюсный
отряд все же рассчитывал на собак - другого транспорта не было. И собачья
упряжка за несколько часов сумела догнать вспомогательную партию, которая вышла
на три дня раньше.
Скотт торжествовал: "С верой в себя, в наше снаряжение и в нашу собачью упряжку
мы радостно смотрим вперед"
Но когда, достигнув 79-й параллели, вспомогательная партия повернула обратно,
собаки отказались везти груз "Поезд", составленный из пяти нарт, был перегружен.
Пришлось разделить поклажу на две части, а потом и на три и, соответственно,
каждую милю проходить дважды или трижды.
Зимой собаки питались специальными сухарями из пеммикана (изготовленными для
собак лучшими фирмами Англии), но в санном путешествии по совету какого-то
"знатока" их перевели на "диету" из мороженой рыбы, которая оказалась
подпорченной. Собаки слабели с каждым днем Через пять недель одна за другой
стали умирать...
Мясо погибших или убитых собак уже не могло поддержать силы живых. По утрам,
впрягая в нарты, собак зачастую приходилось поддерживать - от слабости у них
подкашивались ноги. За день удавалось пройти четыре, потом только две мили.
Паек людей сократился до полутора фунтов в день, и чувство голода не покидало
их. Все страдали от снежной слепоты, Уилсон, придерживаясь за нарты, временами
брел с завязанными глазами. У Шеклтона появились первые признаки цинги.
1 января, достигнув широты 82° 17', они повернули обратно. Ветер стал попутным,
и они поставили импровизированный парус. Но скорость резко возросла только
тогда, когда путешественники окончательно отказались от помощи собак. За этот
день они прошли десять миль. Оставшиеся еще в живых собаки трусили рядом. Но
собачий корм на нартах был лишним грузом, и 13 января убили последних.
Шеклтон слабел, он кашлял, отхаркивался кровью. Теперь он уже не помогал тянуть
сани, не участвовал в лагерных работах. Иногда его даже усаживали или укладывали
на сани. У Скотта и Уилсона тоже были явные признаки цинги. Все они тащились из
последних сил...
В тот год высвободить судно из ледового плена не удалось, пришлось остаться на
повторную зимовку. И весной Скотт возглавил новое санное путешествие - в глубь
Земли Виктории. На этот раз без собак. Впрягшись в лямки, они прошли за 59 дней
725 миль. Почти по тринадцать миль в сутки, а бывало и по тридцать! Как писал
Скотт, они "развили скорость настолько близкую к скорости полета, насколько это
возможно для санной партии"
Проведя в Антарктиде две зимы, английская экспедиция вернулась на родину с
триумфом. Двенадцать объемистых томов стали ее итогом - метеорологические,
гидрологические, биологические, магнитные наблюдения, работы по
физической географии, геологии Антарктиды. Англичане исследовали шельфо-вый
ледник Росса, внутренние части Земли Виктории.
Скотт как начальник экспедиции заслужил общее уважение за решительность - когда
пробивался на судне к берегу Антарктиды, за мягкость - во время зимовки и,
наконец, за личное мужество. Он получил золотые медали от географических обществ
Англии, Америки, Дании, Швеции. Географическое общество России избрало его своим
почетным членом. Скотт был произведен в капитаны 1 -го ранга. Английский король
пригласил его погостить несколько дней в своей резиденции и вручил ему орден
Виктории К чести Скотта, все похвалы в свой адрес он относил на счет экспедиции
в целом. "Антарктическая экспедиция - это не спектакль одного, двух или даже
десяти актеров. Она требует активного участия всех... мне представляется, что
нет причины особо выделять мою персону".
Скотт признавал: "Мы были ужасающе невежественны: не знали, сколько брать с
собой продовольствия и какое именно, как готовить на наших печах, как разбивать
палатки и даже как одеваться. Снаряжение наше совершенно не было испытано, и в
условиях всеобщего невежества особенно чувствовалось отсутствие системы во
всем".
Когда Скотт читал первую публичную лекцию в Альберт-холле, здесь собралось около
семи тысяч членов и гостей Королевской академии, Королевского географического
общества. А на украшенной флагами трибуне разместилась вся команда "Дискавери"!
Он получил звание капитана 1-го ранга, служил некоторое время помощником
начальника военно-морской разведки, командовал линкорами "Викториэс",
"Альбемерлен".
Ему было тридцать семь, когда он познакомился с молодой художницей, скульптором
Кетлин Брюс и полюбил ее. Через два года решился просить ее руки.
По словам биографа, "Кетлин обладала ясным логическим умом, открытым и искренним
характером, была совершенно свободна от претенциозности и чрезмерных
потребностей: не выносила косметики, драгоценностей и дорогих туалетов". 2
сентября 1908 года они обвенчались, а 14 сентября 1909 года у них родился сын.
Его назвали Питером в честь Питера Пэна, героя книжки Дж. Барри - друга Скотта.
Свое будущее Скотт уже навсегда связал с Антарктидой. Накануне рождения сына, 13
сентября 1909 года, он объявил об организации новой антарктической экспедиции.
"Главной целью, - сказал Скотт, - является достижение Южного полюса, с тем чтобы
честь этого свершения досталась Британской империи".
В сентябре 1909 года Фредерик Кук и Роберт Пири почти одновременно заявили, что
Северный полюс покорен. Но оставался еще другой полюс - Южный. Летом того же
1909 года из Антарктиды возвратился Эрнст Генри Шеклтон, бывший спутник Скотта
Его попытка достичь полюс закончилась неудачей, хотя экспедиция продвинулась до
рекордной широты - 88°23'. До полюса оставалось 179 километров!
100 ВЕЛИКИХ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
В октябре, уже начав сбор средств на организацию экспедиции, Роберт Скотт
выступал в резиденции лондонского лорд-мэра. Газета "Тайме" сообщала: "Вопрос
был поставлен так: желают ли наши соотечественники, чтобы британский подданный
первым достиг Южного полюса?"
О своем намерении покорить Южный полюс заявляли также Роберт Пири, а затем Руал
Амундсен.
Пири так и не смог собрать денег на организацию экспедиции. И Амундсен
становился главным конкурентом.
Уже в Антарктиде выяснилось, что Амундсен устроил свою базу на шельфо-вом
леднике Росса, всего в нескольких сотнях километров от мыса Эванс, места зимовки
англичан. Скотт записывает в дневнике: "...всего разумнее и корректнее будет и
далее поступать так, как намечено мною... идти своим путем и трудиться по мере
сил, не выказывая ни страха, ни смущения. Не подлежит сомнению, что план
Амундсена является серьезной угрозой нашему. Амундсен находится на 60 миль ближе
к полюсу, чем мы. Никогда я не думал, чтоб он мог благополучно доставить на
Барьер столько собак".
У Амундсена - 120 собак. У Скотта - три мототягача, 19 низкорослых, но
выносливых маньчжурских лошадок и 35 ездовых собак. Но один тягач затонул при
разгрузке, а осенью и зимой погибли по разным причинам девять лошадей и десяток
собак.
План экспедиции сложился давно. Вначале - шельфовый ледник Росса, 700
километров. Затем между широтами 83,5° и 85,5° предстоит трудный подъем на
высоту более трех тысяч метров по рассеченному трещинами леднику Бирдмо-ра. А
дальше, вероятно до самого полюса, высокогорное ледяное плато. Еще полтысячи
километров.
Весь путь до полюса и обратно составлял около трех тысяч километров. Скотт
рассчитывал затратить на него около 145 суток. Мототягачи должны были доставить
грузы для склада на широту 80°30'. Предполагалось, что лошади и собаки смогут
довезти большую часть необходимых грузов по крайней мере до ледника Бирдмора.
В путь он выступил 2 ноября 1911 года
Капитану Скотту нелегко управлять своим "беспорядочным флотом". Сильные лошади
работают с неполной отдачей, на несколько часов меньше, чем слабые. Собачьи
упряжки за пару часов легко пробегают те 10 миль, которые лошади преодолевают за
день. Бывшая моторная партия, дотащив свой груз до указанной в инструкции широты
80°30', шесть дней вынуждена ждать подхода основной группы и новых указаний.
Невосполнимая потеря времени1 21 ноября все три группы наконец соединились
Моторные сани пришлось бросить, пони перебили за 83-й параллелью, когда вышел
весь фураж Вскоре у 84° были отправлены обратно собачьи упряжки, и англичане
сами тащили тяжело нагруженные сани
За 85° Скотт приказал вернуться четверым участникам экспедиции
3 января на широте 87°30' Скотт объявляет свое решение. Трое завтра возвращаются
К полюсу пойдут пятеро: бакалавр медицины, врач Эдвард Уилсон, кварСКОТТ
РОБЕРТ ФОЛКОН
тирмейстер Эдгар Эванс, капитан драгунского полка Лоуренс Отс, лейтенант корпуса
морской пехоты Генри Боуэрс и сам Скотт.
Решающий бросок к полюсу - награда. Трое возвращающихся ужасно огорчены. "Бедный
Крин расплакался", - записывает Скотт.
Первые дни им сильно мешают поперечные заструги. Кажется, вокруг море острых,
мерзлых волн. Температура постоянно держится около минус 30°, заструги покрыты
щетиной острых ледяных кристаллов, и сани совершенно не скользят по этой ледяной
щетине.
"Теперь мы делаем немного больше 1/4 мили в час, и это результат больших
усилий".
9 января позади рекордная широта Шеклтона. Час за часом, день за днем они
налегают на лямки. "Ужасно тяжело идти... как видно, чтобы дойти туда и оттуда,
потребуется отчаянное напряжение сил... До полюса около 74 миль. Выдержим ли мы
еще семь дней? Изводимся вконец. Из нас никто никогда не испытывал такой
каторги".
13 января достигнута широта 89°9' До полюса - 51 миля. "Если и не дойдем, то
будем чертовски близко от него".
Когда до полюса было всего несколько километров, Скотт занес в дневник следующую
запись: "...разглядели черную точку впереди... [оказавшуюся] черным флагом,
привязанным к полозу от саней. Тут же поблизости были видны остатки лагеря...
Норвежцы нас опередили. Они первыми достигли полюса. Ужасное разочарование!" 18
января англичане нашли палатку, а в ней - несколько брошенных инструментов, три
мешка с "беспорядочной коллекцией рукавиц и носков" и записку на имя капитана
Скотта от Амундсена с просьбой доставить от него письма норвежскому королю.
Англичане сфотографировали и зарисовали палатку, у полюса водрузили английский
флаг, сфотографировались и пустились в обратный путь. "Ужасное разочарование!
Мне больно за моих верных товарищей".
Короткое грустное торжество на полюсе: "К нашему обычному меню мы прибавили по
палочке шоколада и по папиросе".
Впереди обратный путь, полторы тысячи километров.
"Борьба будет отчаянная. Спрашивается, удастся ли победить?" - записывает Скотт.
С первых же дней в его дневнике появляются тревожные нотки. У Отса постоянно
зябнут ноги. Уилсон мучается с глазами - снежная слепота. Эванс еще по дороге к
полюсу сильно порезал руку при переделке саней, вдобавок у него обморожены
пальцы рук и нос.
Они не могут позволить себе ни дня отдыха - только шагать и шагать. Девять,
десять, двенадцать часов в день. Запаса продуктов на очередном складе хватает
лишь на то, чтобы дойти до следующего День-другой задержки, и весь отряд
окажется на грани гибели...
Днем 17 февраля, когда сделали привал, Эванс далеко отстал. "Я первый подошел к
нему. Вид бедняги меня немало испугал. Эванс стоял на коленях. Одежда его была в
беспорядке, руки обнажены и обморожены, глаза дикие. На вопрос, что с ним, Эванс
ответил, запинаясь, что не знает, но думает, ч
...Закладка в соц.сетях
