Жанр: Энциклопедия
Сто великих писателей
... разражался такими остротами и каламбурами,
которые долго потом гуляли по Лондону.
В 1704 году Свифт опубликовал книгу, по-прежнему анонимно, под названием "Сказка
бочки, написанная для общего совершенствования человеческого рода" (английское
выражение "сказка бочки" приравнивается к русскому "молоть вздор"). В "Сказке"
под сатирический обстрел попали всевозможные проявления человеческой глупости:
бесплодные религиозные споры, бездарные литературные сочинения, продажность
критиков, заискиванье перед сильными мира и т.д. Свифт предлагал поискать
светлые умы среди обитателей Бедлама (дом для Умалишенных в Лондоне), которые
вполне могли бы занять ответственные государственные, церковные и военные
должности. Особенно досталось от автора церковным распрям между тремя
христианскими Церквами: католической, англиканской и пуританской. К тому времени
Свифт защитил еще одну диссертацию и стал доктором богословия,
128
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ" ДЖОНАТАН СВИФТ
но после публикации этой книги вряд ли мог рассчитывать на церковную карьеру
Выше настоятеля он не поднялся
"Сказка бочки" стала сенсацией и за год выдержала три издания Читающая публика
интересовалась кто же автор9 Свифт не устоял' перед искушением славы и, подавив
врожденную скрытность, назвал- : ся Он сразу был принят на равных в круг
известных литераторов, художников и государственных деятелей, получив признание
как самый' талантливый писатель и остроумный человек своего времени
Так в Свифте стали уживаться два человека скромный настоятель деревенского
прихода и знаменитый писатель, позволяющий себе откалывать вполне богемные
чудачества, как, например, проделка с астрологом Джоном Партриджем Этот астролог
ежегодно выпускал популярные календари с предсказаниями Неожиданно в Лондоне
появилась брошюра "Предсказания на 1708 год", подписанная неким Исааком
Бикерстафом Он предсказывал число и время, когда его коллега Партридж умрет от
горячки, и советовал ему срочно привести в порядок свои дела
На следующий день после указанной роковой даты вышла листовка "Отчет о смерти
мистера Партриджа, автора календарей ", которую бойко распродавали мальчишки
Почтенный Партридж гонялся за ними, уверяя, что он жив "Отчет" был составлен
столь правдоподобно, что бедного астролога замучили визитами гробовщики и
пономари, предлагающие услуги, а книгопродавцы вычеркнули его имя из своих
списков В далеком же Лиссабоне португальская инквизиция предала публичному
сожжению "Предсказания на 1708 год" Исаака Бикерстафа, поскольку они сбылись, а
это означало, что их автор связан с нечистой J силой Откуда им было знать, что
это всего лишь мистификация, при- '• надлежащая перу Джонатана Свифта
Со Свифтом связывали еще одну мистическую историю, но более] зловещую
В 1726 году, почти одновременно с "Путешествиями Гулливера" Джонатан Свифт
опубликовал автобиографическую поэму "Каденус и| Ванесса"
Ванессе меньше двадцати, Поэту сорок пять почти Он пожилой, подслеповатый (В
последнем книги виноваты)
Ванессой Свифт называл свою юную подругу Эстер Ваномри В| момент выхода поэмы ее
уже три года как не было в живых О прича-1 стности писателя к ее ранней смерти
говорят и предания, и докумен-1 тальные свидетельства Сохранилось письмо
епископа Эванса архи-j
епископу Кентерберийскому, в котором тот извещал вышестоящего иерарха об
обстоятельствах, предшествующих печальному событию "Молодая женщина мисс Ваномри
(тщеславная и остроумная особа с претензиями) и декан состояли в большой дружбе
и часто обменивались письмами (содержание коих мне неизвестно) Говорят, будто он
обещал жениться на ней В апреле месяце она узнала, что декан уже женат и
высказала по этому поводу крайнее негодование, написав новое завещание и оставив
все доктору Беркли"
Джордж Беркли, в будущем известный философ, был знакомым Ванессы, а деканом
автор письма называет Свифта, к тому времени занимавшего эту должность в
Дублинском соборе
Ванессу писатель знал с детства, часто навещая ее отца, мэра Дублина Позже,
будучи на пятом десятке, "он девушку в себя влюбил", как написал в поэме и о чем
свидетельствуют письма девушки
"Существуют ли иные признаки божественности, кроме тех, какие отличают вас7 -
писала ему Ванесса - Я нахожу вас повсюду, ваш дорогой образ всечасно передо
мной" Постепенно высокий стиль обожествления сменился более человеческими
признаниями Ванессы "Любовь, которую я питаю к вам, заключена не только в моей
душе во всем моем теле нет такой мельчайшей частицы, которая не была бы ею
проникнута" Шло время "Знайте, ни время, ни случайность не в силах уменьшить
невыразимую страсть, которую я питаю к ", - писала Ванесса Предмет страсти не
назван, поскольку Свифт, мастер конспирации, запрещал ей называть себя в письмах
по имени
Встречи и послания продолжались около десяти лет Встречи - все реже, письма -
все чаще Пока Ванесса, которая, по воспоминаниям графа Оррери, всегда "держалась
дерзко, весело и гордо", не прослышала, что в жизни Свифта существует другая
женщина Ею была Эстер Джонсон, Свифт называл ее Стеллой Еще девочкой она жила с
ним в одном доме, и Свифт, отлучаясь из Ирландии в Англию, слал ей подробные
письма о своих делах (впоследствии изданные под названием "Дневник для Стеллы")
В мемуарной литературе бытует версия, будто в 1716 году Свифт тайно обвенчался с
ней Точных доказательств этого нет, но есть косвенные - Свифт, ушедший из жизни
позже Стеллы, похоронен рядом с ней
Услышав о тайном браке, Ванесса написала сопернице письмо, а та переслала его
Свифту Примчавшись к "дерзкой" Ванессе, он испепелил ее взглядом (которого она
всегда боялась - "Это так ужасно, что я лишаюсь дара речи") и, не проронив ни
слова, ушел Через две недели, без всяких видимых причин, бедная Ванесса
скончалась Невероятная история1
Много лет спустя Вальтер Скотт, работая над книгой о Свифте, Послал в аббатство
Марли, где последние годы жила Ванесса, своего
1зо
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕ*
ДЖОНАТАН СВИФТ
помощника. Тот успел застать там девяностолетнего свидетеля тех co-j бытии. По
его словам, Ванесса "избегала людей и всегда была печаль-j на, кроме гех
случаев, когда приезжал настоятель Свифт, - тогда она становилась веселой"
Посланец обратил внимание на необычайно раз-] росшиеся лавры в саду, Старец
объяснил: их разводила Ванесса, чтоб! венчать лавровыми венками своего
"триумфатора" во время его визи-| тов.
Ценил ли такое трогательное поклонение молодой женщины сад "триумфатор",
разменявший уже шестой десяток? В той же поэме Сви4 признавался: "Он увлекался в
передышке, / Любовь ценил, но понас-i лышке". То есть "в передышке" между
главными делами, которых Свифта было несколько - его творчество, призванное
совершенствовать человеческий род, и борьба за независимость Ирландии ("Не
верь,] не верь поэту, дева, / Его своим ты не зови", - писал со знанием дела
русский поэт.)
С 1702 года Англия вела многолетнюю войну с Францией. Английский
главнокомандующий герцог Мальборо затягивал ее окончание,] поскольку на военных
поставках наживали целые состояния он сам, также предприниматели и банкиры,
сторонники партии вигов. К том} времени острое перо Свифта выдвинуло его в центр
политической жизни.] Лидеры партий и министры оказывали ему особые почести,
заручались его поддержкой, опасаясь стать мишенью ядовитых сатирических стрел.|
Свифт, разочаровавшись в вигах, примкнул к тори, которые вели борьбу за
прекращение войны.
Десятки гневных Памфлетов Свифта были направлены против злоупотреблений герцога
Мальборо и близких ему вельмож. В итоге власти пришли тори, и в 1713 году, в
немалой степени благодаря Свифту, с Францией был заключен мирный договор. В 1715
году Джонатан) Свифту предоставили место декана Дублинского собора. В сущности
это была почетная ссылка - новая власть опасалась его возрастающего влияния, а
Церковь не могла простить критики в "Сказке бочки".
В 1724 году Свифт обрушился на английское правительство в анонимных памфлетах
"Письма Суконщика" (всего их семь), написанных от лица дублинского торговца.
Причиной послужила выдача англичанину Вуду королевского патента на чеканку
разменной монеты для Ирландии. Вуд наводнил страну неполновесной монетой. На
этом "законном грабеже" Нажились и он, и английское правительство. Свифт устами
Суконщика предлагал ирландцам бойкотировать монету Вуда настолько faneKCH, что
кончил призывами к восстанию против английского владычества вообще.
Автора "Писем Суконщика" вычислить было нетрудно - сатирический слог Свифта
давно стал знаменитым. Премьер-министр Англии распорядился арестовать писателя,
на что английский наместник в Ирландии
ответил: "Чтобы арестовать Свифта, нужен экспедиционный корпус в десять
тысяч солдат".
Суровый декан Дублинского собора сделался кумиром ирландцев. Специальный отряд
круглосуточно охранял дом Свифта, на улицах Дублина выставлялись его портреты, в
честь писателя был основан "Клуб Суконщика", а в народе ходила легенда, будто
Свифт - потомок древних и справедливых ирландских королей... Англия была
вынуждена "дело Свифта" замять.
В эти же годы Джонатан Свифт писал свою главную книгу "Путешествия в некоторые
отдаленные страны света Лемюэля Гулливера, сначала хирурга, а потом капитана
нескольких кораблей". В 1726 году издатель получил от "неизвестного лица"
рукопись "Путешествий Гулливера" и опубликовал без имени автора, хотя ни
издатель, ни читатель не сомневались в авторстве Свифта.
За год книга выдержала пять изданий. В необычайных и фантастических приключениях
Гулливера среди лилипутов и великанов, лапу-тян и гуигнгнмов читатели находили
(каждый в меру своих возможностей) и веселую фантастическую сказку, и
философскую притчу, и беспощадную сатиру на английские порядки и притязания
англичан на мировое господство... Так, лилипуты считали своего крохотного короля
самым могущественным монархом в мире. Враждующие партии лилипутов -
высококаблучники и низкокаблучники - напоминали английских тори и вигов, а секты
остроконечников и тупоконечников, ведущих бесконечные споры о том, с какого
конца следует разбивать яйцо, воспринимались как сатирическое изображение
религиозного раскола между католиками и протестантами...
Всевозможные иносказания и намеки привели к тому, что со временем книга обросла
комментариями, превышающими объем самого произведения. К примеру, нам могут
показаться не вполне понятными выпады Свифта против создателя теории всемирного
тяготения Ньютона, если не знать, что именно Ньютон, будучи директором Монетного
двора, разрешил чеканку неполновесной монеты для Ирландии, чего Свифт не мог ему
простить.
С другой стороны, многие фрагменты этой неисчерпаемой книги сегодня читаются,
как фельетоны на злобу нашего дня: "Словом, нельзя перечесть всех их проектов
осчастливить человечество. Жаль только, что ни один из этих проектов еще не
доведен до конца, а пока что страна в ожидании будущих благ приведена в
запустение, дома разваливаются и население голодает и ходит в лохмотьях", -
намекал Свифт на спекулятивную горячку в Англии 1720-х годов, когда созданные
авантюристами многочисленные акционерные компании и коммерческие общества
увлекали легковерную публику самыми фантастическими прожектами быстрого
обогащения. Чем это не про нас?
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
Под конец жизни Свифт начал страдать мучительными головными болями и
головокружениями, потерял слух, сделался еще более угрюмым, никого к себе не
допускал, проводя дни в полном одиночестве Память его настолько ослабела, что он
не мог даже читать
Когда-то во время прогулки, глядя на вершину засыхающего вяза, Свифт сказал
своему спутнику "Так же вот и я начну умирать - с головы" Видимо, он знал
разрушительную силу язвительной мысли Джонатан Свифт ушел из жизни в 1745 году и
завещал похоронить его в Дублинском соборе
В России со Свифтом познакомились в 1773 году, когда вышли "Путешествия
Гулливеровы", переведенные Ерофеем Коржавиным с французского языка Русским
последователем "злой сатиры" Свифта стал Салтыков-Щедрин
Любовь Калюжная
ВОЛЬТЕР
(1694-1778)
"Ах1 окаянный вольтерьянец1" - вскричала старая графиня о Чацком, который
"переменил закон" Слово "вольтерьянец" в грибоедовские времена, да и позже
было весьма обиходным для определения безбожников, вольнодумцев и скептиков, что
i свидетельствует о стойкой популярности Вольтера в России И не только в ней Помефистофельски
он искушал и отрезвлял сильные и губил слабые европейские умы
"Нет такого зла, - говорит ангел вольтеровскому герою Задигу, - которое не
порождало бы добра" Сравним со словами Мефистофеля Гете "Я -; часть той
силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо" Сомерсет ] Моэм, к примеру,
перед тем как! браться за перо, освежал себя вольтеВОЛЬТЕР
ровским "Кандидом" "Читая его, я как бы подставлял голову под душ блеска,
остроумия, изящества"
Чтобы представить полноту понятия "вольтерьянец", а оно стало определением
человеческого типа, стоит вспомнить то, с чем сражался французский Мефистофель
своим язвительным пером "Вольтеру нравилось выводить на сцену
священнослужителей, которых он называл магами, судей, именуемых муфтиями,
банкиров, инквизиторов, простаков и философов", - пишет Андре Моруа
Что касается женщин, их Вольтер тоже не очень жаловал "Увидев, таким образом,
решительно все, что на свете было доброго, хорошего и достойного внимания, я
решил не покидать больше моих пенатов никогда, - саркастически говорит его
герой-путешественник Сакрмен-тадо - Оставалось только жениться, что я вскоре
исполнил, и затем, став как следует рогат, доживаю теперь на покое свой век в
убеждении, что лучшей жизни нельзя было придумать"
Словом, "ничего во всей природе благословить он не хотел", - как писал Пушкин о
великосветском последователе Вольтера Александре Раевском Да и сам поэт пережил
отроческое увлечение Вольтером, в шестнадцать лет провозгласив
Соперник Еврипида, Эраты нежный друг, Арьоста, Тасса внук - Скажу ль 9 отец
Кандида - Он все, везде велик, Единственный старик'
Настоящее имя Вольтера - Мари Франсуа Аруэ Он родился 21 ноября 1694 года в
Париже Отец его служил нотариусом и настаивал на том, чтобы сын также избрал
профессию юриста Однако Вольтер, окончив иезуитский колледж и вырвавшись на
свободу из иезуитских тисков, сблизился с аристократическими вольнодумцами (так
называемое общество Тампля) и начал упражняться в жанре "легкой поэзии"
Сардонический нрав поэта взял свое, и вскоре эпикурейские мотивы в его стихах
сменили язвительные выпады по адресу регента и его двора Вольтер был заключен в
Бастилию (1717), где, надо сказать, с пользой провел время, написав свою первую
трагедию "Эдип"
После успешной ее постановки на парижской сцене в 1718 году Двор увидел в нем
преемника Корнеля и Расина, все простил и приблизил к себе Вольтер стал модным
поэтом великосветских салонов, но после громкого скандала с неким дворянином
Роганом снова оказался 8 Бастилии, а затем, в 1726 году, был выслан из Франции
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
С 1726 по 1729 год он жил в Англии, после чего вернулся в Париж. Его философские
"Письма об английской нации", изданные в Лондоне в 1733 году, противопоставляли
"свободное английское общество" аб-', солютистской Франции: "Я не знаю, кто
полезнее для государства, хорошо напудренные господа, точно знающие, когда
встает король и когда он отходит ко сну, или же торговцы, обогащающие страну".
По мнению Вольтера, торговля сделала англичан свободными, а Англию - великой. В
следующем году "Письма" вышли во Франции и как еретические были осуждены
парламентом на сожжение. Вольтер бежал в имение маркизы дю Шатле (на границе
Лотарингии), с которой его связывала нежная дружба, и прожил там одиннадцать
лет.
Эти годы можно назвать самыми благополучными для "одержимого" Вольтера. Мадам дю
Шатле умиротворила его чувства и своей заботой обеспечила ему независимость, что
позволило сосредоточиться на литературном труде. За это время были написаны
философские и исторические работы: "Век Людовика XIV" (изд. 1751), "Опыт о
нравах и духе народов" (изд. 1756) и др.; дидактические поэмы "Светский человек"
(1736) и "Рассуждение в стихах о человеке" (1738); трагедии "Аль- ! зира, или
Американцы" (1736), "Фанатизм, или Пророк Магомет" (1742), i "Меропа" (1743) и
др.
В этот же период Вольтер создает сколь ироническую, столь и ! кощунственную
поэму "Орлеанская девственница" (1735). Народная героиня Франции Жанна д'Арк -
Орлеанская дева, - возглавившая ; борьбу своего народа против английских
захватчиков в ходе Столет- ! ней войны (1337-1453), становится в поэме
комическим персона- i жем, а вся война сводится к скабрезным "битвам" короля и
свиты за обладание Жанной. (В 1920 году Жанна д'Арк канонизирована като- ]
лической церковью.) Пафос поэмы обнаружил, что главный против- j ник Вольтера не
монархия, которая может стать "просвещенной", а Церковь, по его мнению, с
просвещением несовместимая. Поэма была опубликована анонимно в 1755 году. Но
вернемся к Вольтеру, который пока не разгибает спины за письменным столом в
замке маркизы дю Шатле.
К 1745 году Вольтер благодаря острому перу становится настолько известен и
популярен как "просвещенный ум", что едва ли не все короли Европы приглашают
философа к себе, французский двор начинает заигрывать с ним, его поддерживает
фаворитка Людовика XV всесильная мадам де Помпадур, и он снова обживается в
Париже.
Королевский двор обласкивал Вольтера всевозможными знаками внимания. Людовик XV
пожаловал ему титул камергера и назначил придворным историографом, Французская
академия избрала его своим членом. Однако Вольтер не стал бы тем Вольтером,
которого мы знаем, если бы позволил себя приручить. Его боевой запал по отношеВОЛЬТЕР
нию ко всем государственным установлениям неустанно срабатывал, что вынуждало
Вольтера скитаться по Европе.
Сторонник просвещенного абсолютизма, Вольтер хотел влиять на королей и попытался
превратить Людовика XV в образцового монарха. Одно из главных условий
"просвещенной монархии" по Вольтеру - выход короля из-под влияния Церкви. Из
этого ничего не вышло, и пребывание в Париже для Вольтера стало невозможным. Он
покинул Версаль, приняв приглашение прусского короля Фридриха II, который
увлекался в ту пору ролью "просвещенного монарха". Наставник королей провел при
его дворе три года (1750-1753), но потерпел ту же версальскую неудачу, насмерть
рассорившись и с Фридрихом.
Наконец в 1758 году Вольтер навсегда поселился в своем имении ферне в Швейцарии,
на границе с Францией, и оттуда бомбардировал весь мир письмами, памфлетами,
трактатами со своим знаменитым призывом "Раздавите гадину!" - в сторону Церкви.
Там же он создал свою самую известную книгу - "Кандид, или Оптимизм". Вольтер
приступил к работе над ней в 1758 году. К тому времени все обольщения отлетели
от него. Маркиза дю Шатле обманула его с лучшим другом и умерла в родах,
творческие муки над композицией трагедий и эпопей не сделали его знаменитым
поэтом, короли не желали становиться просвещенными монархами по предлагаемому им
образцу, и от их гнева приходилось ударяться в бега... "Увидев, таким образом,
решительно все" и, подобно своему герою Сакрмента-до, "став как следует рогат",
Вольтер окончательно разочаровался в мироустройстве, что еще более обострило его
язвительное перо. Музой его сделался гнев (к слову, довольно сильный и не такой
уж редкий род вдохновения). "Кандид, или Оптимизм", где Вольтер сводил счеты со
всем миром, был написан в жанре философско-сатирической повести, начало которому
положил почитаемый им Монтескье в "Персидских письмах" (1721).
Вольтер называл себя служителем всех девяти муз, но более всего преуспел именно
в жанре философской повести И, надо сказать, обратился он к этому жанру в
философском возрасте - наиболее известные произведения написаны им после
шестидесяти лет. "В восемнадцать лет Вольтер верил, что он оставит по себе
память как большой трагический актер; в тридцать - как крупный историк; в сорок
- как эпический поэт, - пишет Андре Моруа. - Он и не думал, создавая в 1748 году
"Задига", что в 1958 году люди с удовольствием будут читать эту маленькую
повесть, тогда как "Генриада", "Заира", "Меропа", "Тан-кред" будут покоиться
вечным сном на полках библиотек".
Первая повесть Вольтера "Мир, как он есть", которую можно назвать философской,
была написана еще в 1747 году, когда он вместе с мадам дю Шатле, после очередной
неприятности при королевском дворе,
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
ВОЛЬТЕР
вынужден был искать убежища у герцогини де Мен. Там же, чтобы развлечь
герцогиню, он написал "Видения Бабука", "Мемнон, или Человеческая мудрость",
"Путешествие Сакрментадо", "Задиг, или Судьба". Ежедневно Вольтер писал по одной
главе, а вечером давал читать герцогине. Эти остроумные повести настолько
нравились ей, что она заставляла Вольтера читать их гостям. На все просьбы
издать их писатель отмахивался, говоря, что эти повестушки, написанные для
увеселения публики, не заслуживают внимания.
В "Кандиде" писатель сатирически обыгрывает популярную в то время теорию
немецкого философа Лейбница (1646-1716), в соответствии с которой существует
некая свыше "предустановленная гармония", а значит, мир создан Богом как
"наилучший из всех возможных миров". Вольтер вложил эту идею в уста одного из
главных героев - философа-оптимиста Панглоса, пытающегося убедить своего
молодого ученика Кандида, что все к лучшему в этом лучшем из миров.
По существу вольтеровский спор с Лейбницем вылился в пасквиль на христианские
представления вообще. Вольтер, "в науке искушенный", хотел логикой язвительного
ума "поверить гармонию", которая постигается чувством.
Автор отправляет Кандида бродить по свету, сталкивает его с инквизицией, делает
свидетелем убийств, краж, насилий, происков парагвайских иезуитов, посылает на
войну, которая в свете теории Лейбница представлена так: "Что может быть
прекраснее, подвижнее, великолепнее и слаженнее, чем две армии! Трубы, дудки,
гобои, барабаны, пушки создавали музыку столь гармоничную, какой не бывает и в
аду. Пушки уложили сначала около шести тысяч человек с каждой стороны; потом
ружейная перестрелка избавила лучший из миров не то от девяти, не то от десяти
тысяч бездельников, осквернявших его поверхность. Штык также был достаточной
причиной смерти нескольких тысяч человек. Общее число достигало тридцати тысяч
душ Кандид, дрожа от страха, как истый философ, усердно прятался во время этой
героической бойни".
Простодушному Кандиду недостает фанатичности Панглоса, чтобы по его примеру
оставаться оптимистом и воспринимать все "к лучшему", даже когда высечен
инквизицией. "Что такое оптимизм9" - спросил Какамбо. - "Увы, - сказал Кандид, -
это страсть утверждать, что все хорошо, когда в действительности все плохо"
Когда Кандид снова встречается с Панглосом, который за время их разлуки тоже
прошел свои мытарства, потеряв нос, ухо и глаз, между ними происходит такой
диалог: "...Мой дорогой Панглос, - сказал ему Кандид, - когда вас вешали,
резали, нещадно били, когда вы гребли на галерах, неужели вы продолжали думать,
что все в мире идет к лучшему?" - "Я всегда оставался при своем убеждении, -
отвечал ПанrJ]0C)
_ потому что я философ. Мне непристойно отрекаться от своих мнений:
Лейбниц не мог ошибиться, и предустановленная гармония есть самое прекрасное в
мире, так же как полнота вселенной и невесомая материя".
Каждый эпизод книги, сюжет которой охватывает весь мир, содержит сатирический
намек. Перед читателем проносятся разные страны: Германия с пошлыми
геральдическими притязаниями баронов, Франция, где "обезьяны поступают как
тигры", Венеция, где "хорошо только одним нобелям"...
Женевские издатели братья Крамеры отважились напечатать "Кандида", и в феврале
1759 года повесть появилась во Франции, чтобы тут же попасть в список
запрещенных книг. Однако в марте разошлось еще пять тайных изданий. Вольтер
открещивался от своего создания как мог: "Что за бездельники приписывают мне
какого-то Кандида, забавы школьника. Право, у меня есть другие дела", - писал он
аббату Верну.
В 1767 году выходит философская повесть "Простодушный", полемизирующая со
взглядами Жан Жака Руссо. Вольтер сталкивает руссоистского "естественного
человека" с нравами абсолютистской Франции, и из этого столкновения его пылающий
ум высекает множество сатирических искр.
Продолжающая линию философских повестей "Вавилонская принцесса" содержала
кощунственные выпады против Священного писания и религиозных ритуалов, что стало
последним камнем в стене между Вольтером и Церковью. Век спустя критик Эмиль
Фаге, упрекая Вольтера в том, что тот все изучил и рассмотрел, но ничего не
углубил, задавался вопросом: "Кто он - оптимист или пессимист7 Верит ли он в
свободу воли или в судьбу? Верит ли в бессмертие души? Верит ли в Бога?" И эти
вопросы возникают у каждого человека над страницами вольтеровских произведений.
Вольтер, нападая на Церковь, тем не менее нигде прямо не декларировал своего
атеизма. О нем ходил такой анекдот: "Господин Вольтер, вы помирились с Богом?" -
"Мы с ним кланяемся, но не разговариваем".
Думается, что ближе всех к разгадке вольтеровского феномена подошел Василий
Розанов. В одной из своих записей он приводит слова Ивана Карамазова: "Один
старый грешник (имеется в виду Вольтер. - Л.К.) сказал в прошлом веке, что если
бы не было Бога, то следовало бы его выдумать", и далее так комментирует
вольтеровскую фразу: "И не то странно, не то было бы дивно, что Бог в самом деле
существует; но то дивно, что такая мысль - мысль о необходимости Бога - могла
залезть в голову такому дикому и злому животному, как человек: до того она
свята, до того премудра и до того она делает честь человеку" (курсив Розанова).
100 ВЕЛИКИХ ПИСАТЕЛЕЙ
Фигура Вольтера по влиянию была самой значительной в XVIII веке (этот век
называют "вольтерьянским") и ознаменовала то состояние челов
...Поділитися у соцмережах
