Жанр: Энциклопедия
Сто великих узников
...ереносном смысле.
До Красноярска И.В. Сталина везли в арестантском вагоне. При отправке его из
красноярской тюрьмы на всех станциях Турухан-ского края уже знали, что везут
И.В. Сталина, которого запрячут в самые отдаленные места. Ходили самые
разнообразные слухи о его невероятных способностях бежать из-под любого конвоя и
среди любой обстановки. Знали, что он уже довольно много просидел в тюрьмах и за
ним числятся побеги из вятских, архангельских и нарымских ссылок. Енисейскому
губернатору подробно сообщили, какой опасный политический преступник к ним
направляется, и потому требовалось "принять меры к строгому надзору за
Джугашвили для предотвращения возможности совершения им нового побега с места
высылки". А начальнику Енисейского жандармского управления особо было указано
"водворить Джугашвили по его прибытии в один из отдаленных пунктов Туруханс-кого
края с установлением за ним... надзора полиции с тем, чтобы о времени прибытия
Джугашвили и о пункте, в который он будет назначен на жительство, приставом было
своевременно со*
Роман Малиновский - бывший уголовник, четыре раза судившийся за вооруженные
ограбления. В 1910 году по приказу царской охранки, на которую он работал уже
несколько лет, примкнул к большевикам.
В ТУРУХАНСКОЙ ССЫЛКЕ
489
общено жандармскому надзору". Таким образом, не успел еще И.В. Сталин прибыть,
как о нем уже шли подробные донесения и везде указывалось водворить ссыльного в
самое глухое и отдаленное место. Его действительно постарались так запрятать,
что общаться с ним могли лишь немногие.
По неписаному закону было принято, что каждый вновь прибывший делал сообщение о
положении дел в партии. Да и от кого же было ждать интересного и глубокого
освещения всех происходящих событий в далекой, так давно оставленной России, как
не от члена Центрального комитета? Группа ссыльных, среди которых были Я.М.
Свердлов и Ф. Захаров, находилась тогда в селе Монастырское, куда и должен был
прибыть И.В. Сталин. Для него приготовили отдельную комнату, из весьма скудных
средств все-таки состряпали незамысловатое угощение и стали ждать... Прибывший
сразу прошел в комнату и более уже из нее не показывался, доклад о положении дел
в России он не сделал, чем ссыльные были очень смущены...
Сначала И.В. Сталину местом ссылки назначили поселок Кос-тино. Петербургские
товарищи хотели организовать ему, С.С. Спан-даряну и Я.М. Свердлову побег, и
Н.К. Крупская послала им деньги и паспорта для дальнейшей поездки за границу.
Все это было сделано через того же Р. Малиновского, который обо всем сообщил
властям. Как только царское правительство узнало о готовящемся побеге, вся
полиция Туруханского края была поднята на ноги: охранному отделению, тюремным
инспекторам, жандармам и другим должностным лицам было предписано принять самые
строгие меры, чтобы предотвратить побег ссыльных. С.С. Спандаряна велено было
"препроводить в распоряжение Туруханского отдельного пристава этапным порядком,
а впредь до отхода партии заключить под стражею при Канском тюремном замке".
После нескольких дней заключения в одиночной камере он был отправлен на вонючей
барже в далекий заполярный Туруханск. После длительного мучительного
путешествия, проделав 2000 километров по Енисею, С.С. Спандарян в конце июня
1914 года прибыл в село Монастырское - естественную тюрьму, откуда бежать было
невозможно. На севере решившихся на побег ждала бы неминуемая голодная смерть в
безлюдной тундре, на восток и запад простиралась непроходимая тайга, где не было
не то что дорог, а даже и троп. Непосилен был беглецам
И.В. Сталин. Фото начала XX в.
100 ВЕЛИКИХ УЗНИКОВ
путь через дебри, где не ступала нога человека и лишь бродили хищные звери.
Оставалась одна дорога - Енисей, ширина которого местами достигала восьми
километров, а длина равнялась почти 4000 километров.
И.В. Сталина отправили в глухую деревушку Курейку, располагавшуюся в 40
километрах севернее Полярного круга. О побеге отсюда помышлять и вовсе не
приходилось, ведь даже в летнюю навигацию пароходы останавливались здесь крайне
редко. Заходили они в Курейку только для того, чтобы забрать графит, который
добывали за 60-70 верст от устья реки.
Выдержать Туруханку с ее ледяным климатом, снежными буранами, сырым и коротким
летом, мошкарой, с ощущением таежной пустыни и трагической отдаленности от
остального мира могли лишь очень крепкие люди, и многие уставали ждать и
надеяться.
Туруханская ссылка была самым длительным вынужденным отрывом И.В. Сталина от
революционной деятельности. В ссылке он держался замкнуто и сдержанно, ни с кем
особенно не сходился, впрочем замкнутость эта была в природе его характера.
Когда выяснилось, что в Курейке у него каким-то образом оказались все книги
ссыльного Дубровинского, Ф. Захаров поехал к нему объясняться по этому поводу.
Ю. Трифонов в своем романе "Отблески костра" пишет, что по воспоминаниям Р. Г.
Захаровой, жены ссыльного, И.В. Сталин принял того так, как примерно царский
генерал мог бы принять рядового солдата, осмелившегося предстать перед ним с
какими-то требованиями. Возмущенный Ф. Захаров на всю жизнь сохранил неприятный
осадок от этого разговора.
Одно время жить вместе с И.В. Сталиным пришлось Я.М. Свердлову, который позднее
так писал об этом: "Со мною грузин Джугашвили, старый знакомый, с которым мы уже
встречались в другой ссылке. Парень хороший, но слишком большой индивидуалист в
обыденной жизни... На этой почве нервничаю иногда".
В доме, где поселились И.В. Сталин и Я.М. Свердлов, жили и хозяева, и потому там
всегда было тесно. После короткого совместного проживания Я.М. Свердлов
выразился уже резче: "Мы слишком хорошо знаем друг друга. Притом же, что
печальнее всего, в условиях ссылки, тюрьмы человек перед вами обнажается,
проявляется во всех своих мелочах. С товарищем Сталиным мы теперь на разных
квартирах, редко видимся".
Если каждая минута ссыльного Я.М. Свердлова была посвящена работе (он писал
статьи, давал уроки, даже помогал на местной метеостанции), то И.В. Сталина как
будто интересовали только охота и рыбалка, и угол комнаты, где они ютились, был
забит капканами и рыболовными снастями. Правда, одно время И.В. Сталин хотел
было заняться изучением эсперанто по учебнику, привезенному одним из ссыльных,
но быстро охладел к этой
В ТУРУХАНСКОЙ ССЫЛКЕ^
затее. Жил он отрешенно и отчужденно, и отшельничество его нарушалось лишь
редкими поездками к С.С. Спандаряну в село Монастырское. На собраниях,
устраиваемых ссыльными, И.В. Сталин чаще всего молчал, изредка отделываясь
репликами, и складывалось впечатление, что он чего-то ждал или уже устал от
побегов. Письма ссыльных, приходившие в Петербург, были полны жалобами на то,
что из-за И.В. Сталина, грубо обошедшегося с дочерью местного жителя
Барышникова*, жандармский начальник натравливает на них якутов.
В ссылке И.В. Сталин не был обременен какими-либо обязанностями и потому все
время мог посвятить работе. Но все четыре года ссылки он был пассивен и
совершенно не проявлял себя как член Центрального комитета партии. Обычно
ссыльные революционеры, если судить по их воспоминаниям, очень много читали, так
что тюрьмы и ссылки были для них своего рода университетами. И.В. Сталин тоже
много читал и всегда удивлялся тому, как неумело царское правительство борется
со своими "могильщиками", которые могли не работать, сколько угодно читать и
даже бежать. Но с февраля 1913 года по март 1917 года он ничего своего не
написал - ни одной строчки, которая была бы напечатана. Правда, в книге старой
большевички В. Швейцер "Сталин в Туруханской ссылке" отмечается, что в ссылке он
переводил книгу Р. Люксембург на русский язык и вообще все время напряженно
работал. Однако книга была издана в 1939 году, и ее апологетический характер
очевиден, но в те годы объективные работы о И.В. Сталине и не могли появиться.
Хотя в Курейку газеты приходили с большим опозданием, он чувствовал, что в
стране назревают большие события. Но когда разразилась Первая мировая война, в
нем не наблюдалось каких-либо признаков активности. Хотя В. Швейцер в
упоминавшейся уже книге утверждает, что с началом войны он выступил с письмом,
осуждающим "оборончество", и сразу же занял интернациональную позицию. Правда,
вот письма этого не сохранилось, и более того, ссыльные Туруханского края
никогда не вспоминали и даже не слышали о нем.
Отношения между Я.М. Свердловым и И.В. Сталиным при их совместном проживании
накалились до такой степени, что последний, как пишет Ф.В. Волков в книге "Взлет
и падение Сталина", подговорил уголовников напасть на Я.М. Свердлова. Те
бросились с ножом, но его спас ссыльный Б. Иванов, человек боль*
В книге В. Успенского "Тайный советник вождя" говорится, что И.В. Сталин
совершил недопустимый поступок в отношении дочери приютившего его хозяина, и тот
грозился обратиться в суд. С большим трудом после обещаний И.В. Сталина жениться
удалось замять дело. Родившегося мальчика назвали Александром, в годы Великой
Отечественной войны он сражался на фронте.
100 ВЕЛИКИХ УЗНИКОВ
шой физической силы. Во время нападения он схватил тяжелую скамью и обрушил ее
на головы уголовников, которые в панике бежали. После этого случая совместное
проживание двух политических ссыльных стало невозможным, и в 1914 году Я.М.
Свердлову разрешили поселиться в селе Монастырское.
В 1916 году переселился в Монастырское и И.В. Сталин, но по-прежнему сторонился
остальных ссыльных. По отношению к Я.М. Свердлову он вел себя надменно, даже
заносчиво, и предложенное тем примирение отклонил.
Ветеран партии Б.И. Иванов впоследствии рассказывал журналисту А. Лабезникову*:
Все время, пока он (И, В. Сталин. - Н.И.) находился в Курейке, в нашей маленькой
колонии большевиков постоянно случались провалы. Мы решили поговорить
начистоту... назначили день собрания большевиков Курейки, но Джугашвили на него
не явился. А назавтра мы узнали, что он исчез из Курейки - ушел в побег, а до
первого поселения пятьсот верст. Такой побег можно было совершить только с
помощью властей.
По-видимому, царская охранка оберегала И. Джугашвили от суда большевиков, чтобы
спасти его от возможного возмездия. В свое время в Туруханском музее хранилось
заявление И.В. Сталина в Енисейское жандармское управление о выдаче ему шубы и
валенок. Ни Я.М. Свердлов, ни С.С. Спандарян, ни другие политические ссыльные за
помощью в полицию не обращались.
Версии о связи И.В. Сталина с царской охранкой возникали не раз, но
документального подтверждения они не получили. В и-стории большевистского
движения остается немало таинственных страниц, хотя, казалось бы, обо всем
написано уже довольно много. Сам же И.В. Сталин ничего о своей туруханской
ссылке не писал, да и рассказывал о ней очень мало.
ЗА САРАЕВСКОЕ УБИЙСТВО
Впервые город Сараево упоминается в 1244 году, но назывался он тогда Верхбосна.
В XIV веке Боснию захватили турки, которые назвали город "Сараево" (сарай - потурецки
"дворец"). В период средневекового расцвета сформировался торговый центр
города "Чаршия", а на склонах гор возникли "махалы" - поселения. В 1908 году
Босния и Герцеговина подпала власть Австро-Венгрии, и восточное ядро города
окружили европейские здания, в Сараево появились фабрики и заводы.
Такова в нескольких словах история города, в котором про*
Интервью с А. Лабезниковым было напечатано в газете "Советская культура" от 16
июня 1988 года.
изошло событие, послужившее поводом к началу Первой мировой войны. Об этой
истории написано много трудов на различных языках, но и сейчас некоторые вопросы
остаются не до конца выясненными, отчего вокруг них до сих пор продолжаются
научные и околонаучные споры, выдвигаются самые различные версии и
предположения. При освещении данного вопроса исследователи пользовались
источниками разного характера, что и привело к различной его трактовке. К тому
же в течение многих лет ученые не могли ознакомиться с архивными документами
министерства иностранных дел Сербии, так как в годы войны австро-венгерские
войска вывезли их из страны.
Подлинные документы Сараевского процесса, состоявшегося над боснийскими
террористами в октябре 1914 года, до сих пор не найдены. Они были изъяты сразу
же после процесса и отправлены в военный архив Австро-Венгрии, а вместо
стенограмм стали фигурировать записи австрийских, хорватских и венгерских
корреспондентов, присутствовавших на суде, а также следственные материалы и речь
адвоката Р. Цистлера- защитника Гаврилы
Принципа.
Роковой выстрел Г. Принципа впоследствии породил огромный поток литературы: по
свидетельству югославских ученых, к началу 1990-х годов насчитывалось более 40
тысяч монографий, статей и очерков об этом событии, и число их продолжает расти.
Российский исследователь Ю.А. Писарев считает, что большинство таких
исследований опирается на косвенные данные, так как подлинных документов до сих
пор очень немного.
В настоящее время в науке имеются три противоположные точки зрения на убийство
австрийского эрцгерцога Франца-Фердинанда. Максимилиан Гогенберг (сын убитого
эрцгерцога) в июне 1936 года выдвинул версию, что его отца убили агенты
секретной германской службы, так как Франц-Фердинанд мешал осуществлению
великодержавных планов Вильгельма И. И хотя эта гипотеза как будто имеет под
собой основание, однако в научной.литературе она давно отвергнута. Согласно
второй версии, в сараевском убийстве участвовала тайная сербская организация
"Объединение или смерть", известная также под названием "Черная рука". Ее
заговору будто бы покровительствовали сербское правительство и российский
генеральный штаб. Однако эта версия тоже считается документально не доказанной,
хотя она имеет широкое хождение в литературе. Непосредственную организацию
сараевского убийства взяла на себя революционГаврила
Принцип
100 ВЕЛИКИХ УЗНИКОВ
ная организация "Млада Босна", которая, по одной из версий, таким образом
ответила на насильственное присоединение Боснии и Герцеговины в 1908 году к
монархии Габсбургов. Наследник австрийского престола - эрцгерцог Франц-Фердинанд
- был убит при загадочных обстоятельствах: должным образом он не охранялся, да и
полиция проявила непонятную нерасторопность. Но сараевское убийство не было
простой случайностью. Оно явилось тем поворотным событием, которое роковым
образом отразилось на всей европейской истории.
Все ученые сходятся на том, что никаких личных причин желать смерти наследника
австрийского престола ни у кого из заговорщиков не было. Да, он не у всех
вызывал симпатии, но антипатия к нему была скорее умственного характера: личных
страстей Франц-Фердинанд вокруг себя не вызывал, но сильно задевал страсти
политические. Поэтому, как отмечает историк П. Муратов, в сараевском убийстве
хотели убить не столько человека, сколько идею - ту роковую политическую
проблему, какую эрцгерцог собой представлял.
Австрийский престолонаследник считал, что в империи надо проводить серьезные
реформы, что венгерские правящие круги оказывают сильное давление на императора
Франца-Иосифа (его отца) и забрали слишком много власти. И хотя у партии ФранцаФердинанда
не было своей четко разработанной программы преобразований, но
основные ее идеи сводились к необходимости учитывать национальную специфику
земель, входящих в состав Австро-Венгрии, и уравнять их права. Впоследствии
появилась "правительственная" программа Франца-Фердинанда, в которой эти планы
нашли свое отражение, но сербы не хотели мириться с включением Боснии и
Герцеговины в состав империи, и в 1910- 1914 годах здесь произошло несколько
покушений на представителей оккупационных властей.
Члены общества "Млада Босна", созданного в 1912 году, выступали за объединение
Боснии и Герцеговины с Сербией и создание независимого югославского государства.
В воскресенье, 28 июня, они стояли в толпе, встречающей приехавшего на маневры
эрцгерцога, на набережной реки Миляцка в Сараево. Когда показался кортеж из
шести машин, 19-летний работник типографии Н. Габринович бросил бомбу во второй
автомобиль, в котором ехали эрцгерцог Франц-Фердинанд с супругой. Но бомба
разорвалась под третьей машиной, ранив находящихся в ней пассажиров. Н.
Габриновича сразу же схватили, а эрцгерцог продолжил свой путь к городской
ратуше, где должны были состояться намеченные торжества.
После приема в ратуше решено было посетить госпиталь и навестить раненых
офицеров. Во время этой поездки пули Гаврилы Принципа настигли эрцгерцога
Франца-Фердинанда и его супруЗА
САРАЕВСКОЕ УБИЙСТВО^
гу Софию. На судебном процессе австрийская сторона утверждала, что в заговоре
участвовало правительство Сербии, однако суд не сумел документально доказать,
что Г. Принцип и его сообщники были сербскими агентами.
Гаврилу Принципа приговорили к 20 годам тюремного заключения и 28 июня каждого
года переводить его в тюремный карцер, где стояла только деревянная кровать без
тюфяка. Такой же приговор был вынесен Н. Габриновичу, Т. Грабечу, Васо Кубриловичу
и другим заговорщикам. Данило Илич, Велико Кубрило-вич, Н. Керович, Н.
Иованович и Я. Милович приговорены к смертной казни через повешение, Митар
Керович - к пожизненному тюремному заключению. Впоследствии для Н. Керовича и Я.
Ми-ловича смертная казнь была заменена пожизненным тюремным заключением, но
распад в 1918 году Австро-Венгрии освободил их вместе с остальными участниками
сараевского процесса, и толпа приветствовала освобожденных узников, как
мучеников за
сербское дело.
В декабре 1914 года Г. Принципа, Н. Габриновича и Т. Грабеча из сараевской
тюрьмы перевели в крепость Терезиенштадт. Здесь Г. Принцип познакомился с
доктором-психиатром М. Паппенгей-мом, который сумел завоевать доверие
заключенного и убедить его в том, что он - не шпион. Несколько разговоров с
узником записал доктор, так как у самого Г. Принципа уже не было сил держать
карандаш.
Все время в одиночном заключении. Три дня тому назад сняли цепи. Ночью спит
обычно четыре часа. Много грезит о жизни, о любви, не волнуясь. Думает обо всем,
особенно о положении его страны. Кое-что слышал о войне. Слышал трагическую
весть, что Сербия не существует. Моему народу приходится тяжело. Мировая война
не замедлила бы прийти и без этого*. Был идеалистом, желавшим отомстить за
народ. Мотивы - месть и любовь. Вся молодежь была в таком революционном
настроении. Брошюры анархистов призывали к убийству. Теперь смотрит иначе;
думает, что социальная революция возможна во всей Европе, так как вещи
меняются... С ним обращаются неплохо. Все относятся корректно. Но месяц назад
совершил попытку самоубийства. Хотел повеситься на полотенце. Глупо надеяться.
Рана на груди и на руке. Жизнь, подобная той, которую он ведет, невозможна. В
тот день (5 декабря 1914 г. - НИ.) в 12 часов дня он не мог есть, был в плохом
настроении. Внезапно пришла в голову мысль повеситься. Если бы он имел
возможность, то выполнил бы. Думает о родителях и о других, но от них нет
известий. Тоска. Во время покушения был ранен в голову, в спину и по всему телу.
Принял цианистый калий, но был слаб, и его вырвало. Запись 7 мая 1916 года
сделана в тюремной больнице:
* То есть без убийства Франца-Фердинанда.
jOOLBEJMKPLX УЗНИКОВ
Все время в нервном настроении. Голоден: не получает достаточно еды.
Одиночество. Здесь ни воздуха, ни солнца. В крепости разрешали прогулки. У него
нет больше никаких надежд на жизнь. Больше не на что надеяться, жизнь потеряна.
Два месяца нет никаких известий. Но для него все безразлично из-за его болезни и
несчастий его народа.
По просьбе доктора М. Паппенгейма узник написал ему на память несколько строк.
Он писал с большим трудом, еле держа перо и трижды прекращая писать от слабости.
По одному случаю мы в кругу товарищей говорили о вопросе, который Кропоткин
поставил в своем "Благосостоянии для всех". Что будут делать анархисты в случае
социальной революции? Мы все приняли это больше за фразу старого анархиста, чем
за серьезное, что подобная революция была возможна в то время. Но, тем не менее,
мы все спорили об этой революции и почти все допускали, что такая революция
возможна, хотя, согласно нашим убеждениям, сначала во всей Европе между народами
должны быть созданы отношения, в которых уравнивались бы все различия. Через
полторы недели доктор записывал. Рана хуже, выглядит плохо. Самоубийство какимлибо
надежным способом невозможно. "Ждать конца". Покорился, но в
действительности не очень огорчен... Иногда в философском настроении, иногда в
поэтическом, а иногда и совершенный прозаик. Думает о человеческой душе: что
существеннее в человеческой жизни - инстинкт, воля или дух? Что движет
человеком?Если бы он мог хотя бы 2-3 дня читать, то мог бы думать более ясно и
выражаться лучше. Месяц ни с кем не говорил. Запись 5 июня 1916 года:
Когда придет разрешение, рука будет ампутирована. Обычное настроение покорности.
В 1916 году немецкий поэт Ф. Верфель видел в крепости Тере-зиенштадт другого
узника - Н. Габриновича.
Я обнаружил белую, неописуемо воздушную форму, цепляющуюся фосфорически светлой
рукой за железную койку. Она, казалось, была одета в лучезарное белое платье,
тесно обтянутое вокруг нее. Но это не было впечатление от закутанного скелета -
нет, но трепещущего бледного видения, невещественно колеблющегося в воздухе
пара, словно освобожденный от тела дух готовился рассеяться в неестественно
желтом блеске, наполнявшем комнату. Габринович, опираясь рукой на кровать, делал
своей ногой движения, подобные движению человека, пытающегося вступить в туфли
при вставании. Его изможденные колени касались друг друга. Его члены бурно
трепетали, словно в нервном кризисе...
Г. Принцип, Т. Грабеч и Н. Габринович умерли в тюрьме в 1917 году от туберкулеза
и недоедания. Времена военных пайков тяжело отразились на всех жителях АвстроВенгрии,
и, конечно,
ЦАРСТВЕННЫЕ УЗНШСИ^
государственных преступников никто не хотел щадить или оберегать. Их уморили
медленной голодной смертью, но в гуле военных орудий Европа даже не заметила
этого. "Мальчики, вызвавшие своим выстрелом войну", уже никого не интересовали.
Г. Принцип и раньше был слаб здоровьем и еще до покушения на Франца-Фердинанда
болел острой формой туберкулеза. Даже при хорошем уходе и благоприятных условиях
он мог только отсрочить свою смерть, двое же других были вполне здоровыми и
физически нормальными людьми, однако при смерти они выглядели настоящими
скелетами, потерявшими человеческий облик...
ЦАРСТВЕННЫЕ УЗНИКИ
Несколько лет назад в Санкт-Петербурге были торжественно захоронены останки
царской семьи, но до сих пор не утихают споры, действительно ли они принадлежат
"мученикам Ипатьевского дома". Однако исторической пеленой скрыто и много других
тайн, происшедших с последним русским императором Николаем II и его родными
после Февральской революции. Тайны породили много различных версий и
предположений, например, до недавнего времени мало кто знал, что, подписав
отречение, император на пути из Пскова в Могилевскую ставку попытался его
аннулировать и снова возложить на себя монаршую власть. В Петербурге тотчас
стало об этом известно, и по прибытии в Царское Село император и его семья были
арестованы.
Была ли у царской семьи возможность уехать за границу? Когда она находились под
арестом в Царском Селе, секретную миссию по отправке ее через Финляндию в Швецию
предлагал организовать генерал Маннергейм, находившийся тогда на русской службе
и беззаветно преданный государю. Вывезти царскую семью в "тайном эшелоне" было
нетрудно, но А.Ф. Керенский на это не пошел, так как бегство императора сразу
после Февральской революции привело бы Временное правительство к краху.
По дипломатическим каналам велись переговоры об отправке Николая II с семьей в
Англию, и все как будто было уже подготовлено. Но британский премьер-министр
Ллойд-Джордж сыграл в этом деле резко отрицательную роль. В марте 1917 года в
войну на стороне Антанты вступили США, и в Лондоне очень дорожили сохранением
хороших отношеW
Вид Ипатьевского дома
jQO ВЕЛИКИХ УЗНИКОВ
ний с новым союзником. А из США в адрес английского правительства шли потоки
писем с требованием не принимать на Альбионе бывшего русского императора. И
Временному правительству из Лондона была направлена шифровка, в которой
говорилось, что приезд низложенного российского императора в Великобританию
"сейчас крайне нежелателен"
В Царском Селе стража относилась к царственным узникам грубо и дерзко. Когда
государь здоровался с караульными офицерами и солдатами, те или ничего не
отвечали, или насмешливо приветствовали Николая II словами "Здравствуйте,
полковник". Однажды при смене караула император подал прапорщику руку, но тот
своей руки государю не подал и даже отступил назад. Зная, что Николай II не
любит читать бульварные газеты и журналы, ему нарочно приносили такие, где
писались ложь и клевета на
ЦАРСТВЕННЫЕ УЗНИКИ.
Император Николай II с семьей
царскую семью, причем подобные статьи подчеркивались красным карандашом
Помимо издевательств со стороны охраны, немало нравственных оскорблений наносила
узникам и чрезвычайная верховная комиссия, изводившая их почти ежедневными
обысками, допросами и всевозможными придирками. Только два офицера - полковник
Е.С Ко-былинский и его помощник поручик П. Коцебу - относились к царственным
узникам с человеческим состраданием, но делали это тайно, опасаясь командиров, а
те старались придумать новые оскорбления для членов дома Романовых. Узнали они,
что у детей есть две любимые ангорские козы, и убили их прямо на глазах у детей.
У цесаревича Алексея была винтовка, которую в свое время подарил наследнику один
из заводов как игрушку - со специальными безопасными пулями. Прапорщик
Коравченко с грубыми оскорблениями отобрал ее у горько заплакавшего мальчика.
Узнав об этом, полковник Е.С. Кобылинский унес винтовку к себе, разобрал и по
частям перенес в комнату цесаревича.
Среди д
...Закладка в соц.сетях
