Жанр: Драма

Отвертка

сторінка №16

ь? Эту фотографию? Глупо! Да, я знала Шона в Ирландии.
Мы встречались. Он был моим парнем - и что?
- Ничего. Этого хватит.
- Неужели ты думаешь, мне требовалось доехать до России, чтобы понять: главное, чего
я хочу в жизни, - это всадить топор в затылок бывшему бойфренду? С которым мы расстались
больше года назад?
- Я не знаю, что сможет предъявить тебе капитан. Но ты единственная, кто знал Шона до
этой поездки. И ты не сказала об этом следователю.
- Тьпфу на следователя! Я не видела Шона больше года, а в понедельник с утра
встретила его в аэропорту и чуть не умерла от удивления. Мы и говорили-то с ним всего пару
минут.
- Но ведь говорили, да?
- Он спросил, как я? Я сказала, что все о'кей. После этого он достал эту злосчастную
фотографию и отдал мне. Сказал, что все это время помнил обо мне и очень скучал.
Она прислонила голову к моему плечу и замолчала. Потом опять начала говорить:
- Он всегда был таким смешным... Лопоухий. Весь в веснушках. Все девчонки в
колледже смеялись и говорили, что лучше переспать с негром, чем с Шоном Малленом... А мне
он нравился.
- Сложно представить.
- Он был очень хорошим. Честным и смелым.
- Смелым?
- Нет. Не в каком-то смысле... Я думаю, что, наверное, он не дрался ни разу в жизни.
Очкарики редко дерутся... Но он все равно был очень смелым. Когда мы начали встречаться, я
любила его. Сильно. И тоже очень скучала, когда мы расстались.
Я слушал ее, и мне казалось, что это говорит какая-то другая Деирдре. Не та, которая в
туннеле рассказывала мне о том, что готова на собственном теле испытать, любят ли русские
мужчины анальный секс.
Эта длинноногая стерва, способная единственным взглядом сбить с ног махровейшего
плейбоя, встречалась с тихоней и откровенным обормотом Шоном?!
Чего-то в этой девушке я не понял.
Музыка кончилась. Мы вернулись за столик. Мартин посмотрел на меня пьяным
взглядом:
- Как-то раз у нас в колледже отмечался день Святого Патрика. Нудное официальное
мероприятие. С безалкогольными коктейлями и игрой в фанты.
- Предлагаешь сыграть?
- Там был такой конкурс: мужчинам завязывали глаза, подводили к шеренге девушек и
предлагали, пощупав ноги, определить, кто именно перед ним стоит. А для прикола в шеренгу
поставили меня.
- Прикол получился смешной?
- Парень с завязанными глазами долго щупал мои коленки. Омерзительное ощущение.
Я сделал большой глоток из стакана и спросил:
- Ты все это к чему?
- Ни к чему. Просто хочу, чтобы ты знал: этим щупаньем весь мой гомосексуальный
опыт и исчерпывается.
- Ну и?
Мартин наклонился ко мне и свистящим шепотом произнес:
- Илья! Они на меня СМОТРЯТ.
- Кто?
- Все вокруг.
Я огляделся. Публика тянула напитки. В нашу сторону никто не смотрел.
- Ты смылся танцевать с Дебби, и все. Оглядись вокруг! Мы с Брайаном, между прочим,
смотримся как постоянные члены клуба. На хрена мне это надо? Я не гомофоб, но зачем на
меня так сочувственно смотреть?
- Который здесь? За друга Мартина выбью глаз! Чтоб не смотрели, похабники!
- Я не об этом.
- А о чем?
- Может, пойдем, а?
- Господи! Столько слов! Как тебя держит твой редактор? Поехали, собирайтесь.
Брайан пробовал возражать. Говорил, что Мартин мнителен и атмосфера в "Первомае"
располагает встретить здесь рассвет... Мартин был неумолим.
Мы забрали в гардеробе не успевшие высохнуть куртки и плащи и поехали в рейв-подвал
"ТБ".
Под клуб было оборудовано списанное бомбоубежище. Камуфляжная сетка под потолком,
глухо бухающая драм-машина, лазерные пушки в упор расстреливают танцоров.
Я подумал, что вечерок выдался забавным. Куда бы мы ни пришли, мы везде были too
much. Для "Хара-Мамбуру" мы были чересчур чисты. Для "Первомая" - чересчур
гетеросексуальны. Для "ТБ" мы будем, пожалуй, слишком пьяны.
Стойка бара выглядела настолько ободранной, словно стояла здесь еще со времен первых
пятилеток и уже тогда жизнь ее здорово потрепала. Блики black-light'а отражались на
выставленных бутылках, и от этого бар выглядел немного ненастоящим.
Мартин призывно помахал рукой:
- Бармен!
Бармен, стоявший на другом конце стойки и болтавший с симпатичной брюнеткой,
покосился в нашу сторону и не шелохнулся.
- Ба-армен! Можно на минутку!

Та же реакция.
Перекрикивая двухсотваттные динамики, пьяный Мартин заорал:
- Ба-а-армен!
Бармен продолжал разговаривать.
Брайан локтем отодвинул Мартина от стойки:
- Неправильная тактика.
Он едва слышно проговорил: "Пятнадцать долларов!" - и подскочивший бармен сказал,
что внимательно его слушает.
- Четыре по сто джина.
- С содовой?
- Давайте с содовой.
- Пива?
- Попозже.
- Чипсы? Фисташки?
- Нет, спасибо.
Бармен выставил на стойку стаканы, назвал сумму и, оглядев нас, сказал уголком рта:
- Я просто был занят. Меня не интересуют ваши пятнадцать долларов.
- Прекрасно. Я и не собирался вам их давать.
Мы сели за столик и хором отхлебнули из стаканов.
- А здесь здорово.
- Если бы не дурацкий рейв, было бы совсем хорошо.
- А что такое "ТиБи"?
- Ты имеешь в виду название клуба? Это значит "Трансформаторная Будка".
- Что такое трансформаторная будка?
- Честно сказать, я не большой спец в этом вопросе. Ты, наверное, видел - на улице
иногда стоят такие железные коробки. Переключатели городского электронапряжения. В
общем, что-то об электричестве. Рейверы любят технологические названия.
- Понятно.
Я отхлебнул еще и сказал:
- У меня был приятель - очень невезучий парень. Тroublemaker. Однажды он купил себе
ботинки - такие же, как у Брайана. Со шнурками чуть ли не до колена. Надел их, идет по
улице, радуется. Но не долго. Получилось так, что в его ботинок попал камешек. Вот в такой
высоченный ботинок. Камешек был маленьким, но острым. Колет ногу. Идти невозможно. А
расшнуровывать ботинок - долго. Может быть, десять минут. Пока развяжешь, пока обратно
завяжешь...
Брайан подтвердил:
- Это точно.
- Он и так и этак... В общем, решил сесть и все-таки расшнуровать ботинок.
Остановился у такой вот "ТБ", трансформаторной будки, и решил попытаться еще раз вытрясти
этот камешек. Оперся двумя руками о будку и давай изо всех сил дергать ногой...
- И чего?
- В это время мимо шел старичок с палочкой. В ремесленном училище старичок изучал
технику безопасности. С тех пор он знал, как следует поступать в экстренных случаях. Когда он
увидел, что у трансформаторной будки стоит человек, которого трясет, как эпилептика, то
сообразил моментально: короткое замыкание, человек в опасности. Он не растерялся,
подскочил и со всей силы треснул моему приятелю палкой по рукам. Чтобы разомкнуть
электроцепь.
- Ну и?
- И сломал ему руку в двух местах. Такая вот история.
Все посмеялись. Мартин сходил купить еще по порции джина.
- Я тоже знал у себя в Корке такого невезучего парня. Он хороший человек и известный
журналист, но очень любит женщин. Как-то он пошел в ресторан и познакомился с улетной
девицей. И девушка пригласила его к себе. На всю ночь! Они доели, допили все, что было
заказано, и поехали к ней. Всю дорогу они целовались, он ее чуть прямо в машине не раздел, и
все обстояло шикарно. Они приезжают, входят в дом, она, не зажигая свет, говорит:
"Раздевайся, honey, ложись, я пошла в душ". И уходит. Приятель разделся, нырк в кровать и
ждет. Но чем дольше ждет, тем сильнее чувствует... как сказать?
- Что чувствует?
- В ресторане он СЛИШКОМ МНОГО ЕЛ. Ему нужно в уборную. А у нас в Ирландии
унитазы и души расположены в одной комнате. В которой не торопясь моется девушка... Она
там плещется, напевает, а он сходит с ума. Бегает голый по квартире, не знает, что делать.
Дебби сказала "фу!". Мартин не обратил на нее внимания.
- Он не выдержал, схватил газету, постелил на пол... I'm sorry... Газету он выбросил в
открытое окно. Уф, думает, все. Но чувствует - нет, не все. Остался запах. Жуткий. "Fuck! -
думает приятель. - Этого только не хватало!" Начал опять бегать по квартире - чем бы
заглушить? В результате он нашел в темноте что-то вроде косметички этой девушки, схватил
флакончик - принюхался. Спиртом вроде пахнет. Наверное, дезодорант. Он и набрызгал
щедрой рукой во все стороны. Снова - нырк в постель. Из ванной вышла девушка, и все
прошло удачно, у моего приятеля была ночь бешеной страсти, и заснули они только под утро.
Он вытряс из пачки новую сигарету, прикурил и дорассказал наконец:
- Проснулся он рано. Открыл глаза, и первое, что увидел, - на окне у девушки была
натянута сетка от комаров... Тоненькая, незаметная... Далеко его газета не улетела. Парень
чуть не поседел. Он на ватных ногах вылез из постели, огляделся, и второе, что увидел, -
вчерашний "дезодорант" из косметички оказался... как это будет по-русски? - зеленкой. И
теперь везде: на обоях, на мебели, на книгах и одежде - были несмываемые зеленые пятна...

Короче, романа у него с той девушкой не получилось...
Дебби еще раз сказала:
- Фу, Марти! Какие гадости ты рассказываешь!
- Надо бы выпить за этих невезучих парней. Пусть им хоть раз в жизни повезет.
Мы выпили за невезучих парней... потом за девушек... потом лично за Дебби... а потом
за всех нас, потому что, в сущности, мы ведь совсем неплохие ребята.
Потом Брайан переместился за соседний столик к двум девицам, по самые ушки
накачанным чем-то экстравагантным. Девицы громко смеялись и с интервалом в тридцать
секунд интересовались, действительно ли он приехал из Ирландии. "Действительно", - кивал
пьяной головой Брайан.
Мартин сперва сидел с ними, а потом ушел в туалет и потерялся. У меня перед глазами
плыло, но настроения это не портило. Настроение оставалось замечательным. Даже не знаю
почему.
К нашему столику подошла девица-коммивояжер со значком "ТБ" на футболке и с целым
подносом ярких пакетиков. Она мне улыбнулась. Ее улыбка была неискренней.
- Молодой человек! Не желаете приобрести наши клубные товары? Тишотки? Сумки?
"Tiger-Eyes"?
- "Тайгер-Айз"? Вообще-то я отрицательно отношусь к наркотикам...
- Это не наркотики. Это контактные линзы, светящиеся во флюоресцентном свете как
тигриные глаза. У нас это обойдется вам почти в два раза дешевле, чем в других клубах.
- Нет, спасибо.
- Представляете, как вы будете смотреться во время танцев?
- Представляю. Поэтому и не хочу покупать.
- А накладные волосы под мышки? Есть с золотыми нитями. Хит сезона.
- Накладные волосы под мышки?
- Да. Для красоты. Вы сможете носить футболки без рукавов. Знаете, как это нравится
дамам? Спросите у своей девушки.
- Это не моя девушка.
Дебби улыбнулась:
- Не слушайте его. Я ЕГО девушка. Но накладные волосы мы покупать не будем. Этот
парень нравится мне таким, какой есть.
Продавщица понесла свои чудеса к следующим столам, а я закурил. Сигаретой в огонек
зажигалки удалось попасть только с третьей попытки.
- Ты действительно МОЯ девушка?
- Твоя.
- И ты действительно не имеешь никакого отношения к этому убийству?
- Ни малейшего.
- Честно?
- Честно.
- Тогда и я скажу честно. Я пьян, и когда же еще мне говорить честно, как не сейчас? Ты
мне очень нравишься, Дебби.
- Настолько нравлюсь, что ты готов попасть в мою коллекцию?
- Ты о чем?
- Всего три дня назад ты говорил, что не хочешь быть махаоном на булавке. И никогда
не попадешь в мою коллекцию.
- Да, хочу попасть... В смысле в коллекцию... Можно я буду твоим махаоном?.. А у тебя
большая коллекция?
- Если честно, то очень маленькая. Я ведь говорила, что ты действительно не знаешь
меня. На самом деле я никогда не позволю себе спать с тем, кого не люблю.
- А как же социология?
- Fuck off социологию!
Мы выпили за крах лженауки, и она посмотрела на меня своими громадными зелеными
глазами.
- Ты действительно хочешь быть со мной?
- Хочу. Очень.
- И когда же?
- Когда скажешь!
Она засмеялась: "Ловлю на слове!" - и я почувствовал, что если в этом дождливом мире
и есть штука, называемая счастьем, то она как-то очень похожа на те зеленые глаза, что я видел
перед собой.

16


В дверь звонили долго. В том, как визитер жал на кнопку, чувствовалось право звонящего
заявляться в мой дом в любое время и в любом состоянии.
Такое право могло быть только у одного человека на свете. У меня самого. Однако я
лежал в постели, а звонок продолжал выводить "дзы-ы-ынь, дзы-ы-ы-ынь".
- Да иду я, иду.
Я свесил ноги с кровати, встал, протер глаза, сунул ноги в брюки. Звонок не умолкал.
- Сказал же - иду! Чего непонятно?
Если бы не вечное похмелье, я бы, конечно, догадался. И если бы догадался, то мог еще
какое-то время поваляться в постели: такие визитеры не добившись своего не уходят.
На пороге стоял гнусно ухмыляющийся Осокин. Ну конечно. Кто еще мог так звонить?
Мы молча смотрели друг на друга.
- Дай догадаюсь. Тебя выгнали из больницы за подрыв моральных устоев, да?
- Ты бы лучше догадался пригласить меня войти.

- Проходи. Чувствуй себя как дома. Ты как - один или уже с дамой?
- Твоими бы устами...
Он прошел в прихожую. Я рассмотрел то, как он одет, и удивился. Чужие ботинки со
сношенными каблуками - на пару размеров больше, чем нужно. Оттопыренные на коленках
брюки, бывшие модными в те годы, когда я учился без ошибок вписывать буквы в строчки
прописей. Подростковая рейверская куртка.
- Леша, ты стоял перед моим домом и раздевал прохожих?
Осокин стянул куртку, под которой оказался пиджак со значком токаря третьего разряда
на лацкане, и аккуратно повесил ее на вешалку.
- Знал бы ты, Стогов, как сложно выбраться из этой чертовой больницы. При
поступлении всю одежду отбирают. А из дома вещи приносить запрещено.
- Поэтому ты решил принарядиться на помойке?
- Бери выше. Все это богатство я двое суток выигрывал в карты у всей больницы. У тебя
пиво есть?
Я сказал, чтобы он посмотрел в холодильнике, и пошел умываться. Когда вернулся,
Осокин уже сидел на кухне.
Перед ним стояла полупустая бутылка пива ("Памятка больному вензаболеванием".
Пункт первый: "На весь период лечения больному категорически запрещается потребление
любых алкогольных напитков, в том числе пива...") и открытый пакет немецких чипсов
("Памятка..." Пункт четвертый: "...В целях успешного лечения больному также запрещается
потребление острых, соленых и квашеных продуктов питания...").
Я достал из холодильника бутылку пива для себя и сел в кресло.
- Рассказывай, сифилитик. Почему вместо того, чтобы избавить добропорядочных
граждан от своего общества, ты разгуливаешь на свободе?
Из больницы Осокин сбежал. В четверг днем ему сделали последнюю инъекцию
пенициллина, и с тех пор единственное, чем он занимался, - готовился к побегу. Выяснил у
старожилов возможные пути обхода постового, выиграл в карты носильные вещи ("Не
насовсем, только на выходные. Зачем мне это тряпье?") и сиганул через красный больничный
забор.
- Понимаешь, мимо милиционера на улицу не пройдешь. Он ворота на ключ запирает.
Сам в будке сидит, телик смотрит, а дверь открыта, все видно. Зато если за главный корпус
зайти, то по тополям, как по лесенке, на стену забраться можно. А там просто: спрыгиваешь на
крышу пивного ларька - и вперед.
- Как пацан. Дай этому офицеру пять долларов США, он тебе ворота откроет и честь
отдаст. Или у тебя нет пяти долларов?
- Ты не врубаешься, во что я вляпался. Это же режимная больница. За уход из
стационара там положена статья Уголовного кодекса. Все серьезно! Там одних сифилитиков -
полтора этажа. И у половины мозги уже через уши капают. Их выпусти наружу - через неделю
в городе ни одной здоровой тетки не останется...
Он встал, открыл еще одно пиво, отхлебнул и улыбнулся.
- Ты бы знал, чего я там насмотрелся! Вот бы тебя туда!
- Зачем это?
- На этом материале ты бы сделал себе самое скандальное имя в отечественной
журналистике.
- Мне хватает и тех лавров, какие есть. Чужих не надо.
- Лох ты, Стогов, и больше никто. Это же школа жизни! Со мной парень в палате лежит
- он вообще не ходит. На процедуры в коляске ездит. У него кличка Мересьев. Я спрашиваю:
что это за болезнь? Знаешь, что он ответил? У меня, говорит, за всю жизнь всего одна девчонка
была, и я от нее заразился гонореей. Дело-то пустяшное: три дня уколов - и ты в строю. Но он
не знал. Решил, что он у девчонки тоже единственный. И не обращал внимания на рези и боль в
паху. Долго не обращал - лет пять. А потом - хлоп! - у парня поражение суставов и
отказали ноги. Навсегда! Ты врубаешься? Парень делал секс всего с одной девицей в жизни и
теперь никогда не сможет ходить!
- Чего ж ты сбежал? Сидел бы в больнице. Набирался жизненного опыта.
- А скучно там. Пока колют пенициллин - вроде ничего. А как доколют - целую
неделю лежишь и ждешь: не закапает ли снова. У меня анализы только в следующую среду
будут брать. Что ж мне, там до среды и сидеть?
- Да-а.
Осокин ухмыльнулся, еще раз отхлебнул из бутылки и продолжал:
- Позавчера я с девчонкой познакомился.
- Где?
- В больнице.
- Как это?
- Приехала откуда-то... в общем, из задницы. Учится на медсестру. У нас уборщицей
подрабатывает. У нее на отделении комнатка с кушеткой. Все по-человечески. Она мне с утра
говорит: ты, Леша, парень нормальный. А ведь бывают уроды - вскроешься!.. Выхожу как-то
ночью на задний двор, а там... Мужики!.. Такое делают!.. Я к дежурному врачу. Бегом. Он
милицию вызвал. И их всех троих забрали. Я ее спрашиваю: "Не понял, почему троих?" А она
обиделась и к стенке отвернулась...
- Слушай, как ты можешь?.. В больнице, с медсестрой... Совести у тебя нет... Ты ведь
не от гриппа лечишься...
- А что такого? Она же медсестра! Пусть сама думает...
- Тебе этого не хватило, да? И ты решил устроить веселенький уик-энд? С телками и
алкоголем?
- С алкоголем - да. А насчет телок - не знаю. Как получится.

- И чего ты хочешь от меня?
- Напейся с другом.
- Вообще-то люблю это дело. Но сегодня я немного занят.
- Ирландцы?
- Ага.
- Расскажи, что там нового?
Я достал себе еще бутылку пива и рассказал Осокину последние новости.
- А твой капитан знал, что Дебби встречалась с Шоном еще в Ирландии?
- Наверное, нет.
- Но предложил следить именно за ней?
- Предложил.
- А ты все равно думаешь, что она не убивала?
- Леша, чего тебе надо?
- Я хочу разобраться.
- Ты бы лучше со своей сигаретой разобрался. Пеплом всю кухню засыпал. Будь
осторожнее - вдруг нечаянно уронишь его и в пепельницу.
Осокин усмехнулся.
- Стогов, что у тебя с этой девицей?
- Иди к черту.
Я поставил пустую бутылку на стол и ушел с кухни. Я застелил кровать, погромче
включил радио и даже успел подумать о том, как бы мне для сегодняшнего вечера одеться?
Потом в дверях появился Осокин.
- Я подумал... знаешь... будет лучше, если я пойду к ирландцам с тобой.
- Если ты думаешь, что я в восторге, то повнимательнее взгляни на выражение моего
лица.
Осокин внимательно посмотрел на выражение моего лица.
- Если бы я был маленькой девочкой, я бы описался от испуга.
- Только не писайся у меня в квартире. Я боюсь твоих болезней как огня.
- Куда пойдем?
Спорить с Осокиным бесполезно. Если он решит испортить кому-нибудь жизнь, то ни за
что не отступится от своего намерения. Я сел на диван и закурил.
- Не знаю... У меня впечатление, что за эту неделю я сводил ирландцев всюду, куда
было возможно.
- Пойдем в национальный бар.
- В какой?
- В какой-нибудь.
- Я не люблю ходить в национальные бары. Ты же знаешь.
- Ты водил их в "Долли"?
"Вот черт!" - подумал я. Почему-то эта мысль до сих пор не приходила мне в голову.
"Долли" - это один из двух ирландских баров Петербурга. Сводить ирландцев в ирландский
бар я не сообразил.
- Не знаю... Можно, наверное... Но там ведь дорого...
- Не жмись, они наши гости.
- У тебя сколько денег?
- У меня нет ни копейки. Я, если ты забыл, сбежал из больницы в чужих брюках и
ботинках такого размера, что чуть не потерял их по дороге.
- То есть платить буду я?
- Только не говори, что у тебя не найдется лишних пятидесяти долларов, чтобы угостить
больного друга кружечкой "Гиннесса".
- Леша, давай лучше я приглашу своего заболевшего друга в аптеку и куплю ему
лекарств. Чтобы друг поправился и смог самостоятельно зарабатывать себе на пиво.
- Кроме того, тебе придется дать мне что-нибудь надеть. И поищи в своем притоне
приличный одеколон - я задыхаюсь от запаха медикаментов.
Когда через полчаса мы были готовы к выходу и прошли на кухню, чтобы выпить еще по
бутылке пива, Осокин заглянул мне в лицо.
- А она действительно красивая?
- Кто?
- Не придуривайся.
Я подумал.
- Красивая. Очень красивая.
- Покажи мне ее. Уж я-то сразу пойму, способна женщина на убийство или нет.

17


Дебби не торопясь прикурила, обвела зал взглядом и усмехнулась:
- Стоило уезжать из Ирландии!.. Я пролетела над девятью европейскими государствами,
тремя часовыми поясами и предъявляла свои документы дюжине мазефакеров с таможенных и
паспортных контролей. И ради чего? Ради того, чтобы здесь, в России, сходить в ирландский
бар?! Fuck!
Мы встретили ирландцев у Пяти углов. Я представил им Осокина. В моем старом плаще
он выглядел глуповато.
В "Долли" лысый охранник указал нам свободный столик. Следующие полчаса все
слушали Дебби, которая возмущалась тем, что мы затащили ее в ирландский бар. Точно такой
же, как тот, что расположен в подвале ее дома в Корке.
А вот парням "Долли" понравился. Особенно понравилось то, что ни единый человек в
баре не знал о существовании в Ирландии такого города, как Корк.

- А вот я не согласен. Чего плохого в том, чтобы сходить в ирландскую пивную именно в
Петербурге? Скажи, Илья?
- Точно.
- Охотники, где бы они ни были, тут же бегут убивать зверей. Бизнесмены отправляются
на биржу. Фермеры едут в деревню. Каменщики - в каменоломни. А ирландцы в каждом
городе планеты отправляются в ирландский кабачок и пьют "Гиннесс". По-моему, это разумно.
Правда, Илья?
- Правда.
- Ты молодец, Илья. Хочешь, я приму тебя в настоящие ирландцы?
- Давай.
- Решено. Отныне и вовеки ты, Илья Стогов, являешься ирландцем. Храни в чистоте это
почетное звание. А ты, Дебби, представь, что родина уполномочила тебя проверить
соответствие ирландских баров Петербурга нашему национальному духу. Вдруг здесь нет
ирландского духа, а? Вдруг ирландское здесь только название? Вот ты, настоящий ирландец
Илья Стогов, скажи: что в ирландских пивнушках самое главное?
- Наличие скидок для настоящих ирландцев?
- Нет. Извини, но из ирландцев я тебя исключаю. Как ничего не смыслящего в нашем
национальном духе. В ирландских пивнушках главное - это fun. Как по-русски будет fun?
- Никак. В русском нет такого слова.
- Господи! Несчастная страна. Как же вы живете?
- Ты не понял. У нас нет только слова. Сам fun у нас есть.
- А-а-а... Тогда проще. И какой же специфический fun предлагают посетителям в этом
ирландском баре?
- Спросите лучше у Леши. Он здесь бывает чаще, чем я. Для меня ходить в "Долли"
слишком дорого.
Ирландцы посмотрели на Осокина.
- Какой fun? Ну, здесь бывают дартс-турниры.
- Извини, Алексей, но это не fun. Это развлечение для тупиц. Чего веселого в том, чтобы
кидаться в мишень детскими дротиками?
- Здесь бывают собачьи бои.
- Как это пошло.
- Раз в неделю в "Долли" устраиваются конкурсы любительского стриптиза.
- Что это значит?
- Это значит, что любая девушка из зала может выйти и станцевать голой. Если
получится красиво, ей могут дать премию... Иногда бывает и мужской любительский стриптиз.
- Нет. Такие развлечения имеются во всех ирландских пивнушках мира. А есть здесь
что-нибудь особое? Что-то такое, чего нет нигде, а?
- Раньше здесь работал барменом один парень. Он клал девушек на стойку, вставлял им
между ног стакан, а шейкер запихивал себе в брюки и выливал коктейль в стакан, ложась прямо
на девушку. А мог таким же образом вылить коктейль и прямо девушке в рот. И никогда ни
капли не проливал. Его даже по телевизору показывали.
- Сейчас этот виртуоз работает?
- Нет. Куда-то уехал.
- Значит, это не в счет.
- Ну хорошо. Каждую зиму здесь проводятся пляжные вечеринки - beach party. Когда
на улице стоит сорокаградусный мороз, людям, которые приходят в "Долли" в плавках и
купальниках, коктейли выдаются за счет заведения.
- Но ведь сейчас не зима.
- Дайте подумать. Куплю пива и скажу.
Он занял у меня денег и отправился к стойке. Дебби проводила его долгим задумчивым
взглядом.
- А у тебя симпатичный приятель. Он похож на Кену Ривза.
- Скажи ему об этом. Осокин любит, когда ему говорят такое.
- А ты?
- Я никогда не говорил Леше, что он похож на Кену Ривза.
Похожий на гавайского красавчика Осокин поставил пиво на стол, закурил и улыбнулся.
- Скажи, Мартин, а во многих барах ты видел пиво с рыбками?
- Какое пиво?
- Пиво с рыбками.
- Даже не слышал о таком. Что это?
- Это тот самый эксклюзивный fun, которого ты хотел.
- Ну-ну! Что же это за пиво?
- Обычное пиво. Светлое или темное - роли не играет. Изюминка в том, что в таком
пиве плавают крошечные рыбки. Вот такусенькие. И пить пиво нужно вместе с ними. Залпом,
чтобы не повредить их при глотании. Выпил кружечку - и чувствуешь, как они, живые,
плавают у тебя в желудке.
- А потом?
- А потом ты просто их перевариваешь.
Дебби скривилась:
- Фу, какая гадость!
Парни заерзали:
- И здесь есть такое пиво?
- Конечно. Только оно дорогое. Семнадцать баксов стакан.
- Ребята, ребята! Давайте обойдемся без экспериментов.
- Погоди, это же...

Дебби замотала головой:
- Не-на-до! Пусть рыбки умрут от старости.
Мы сидели и молча пили пиво. Потом Мартин спросил, почему мы не догадались пойти
сюда раньше.
- Не знаю... Мало ли пивнушек в городе!
- Только идиоту может прийти в голову вести ирландцев в ирландский бар. Послезавтра
будете дома, вот там и походите по самым настоящим ирландским пивным.
- Надо же, уже послезавтра. Как летит время!
Осокин выхлебал уже пятую кружку пива, и это ему нравилось.
- Я скажу, почему Стогов не водил вас в национальные рестораны. Дело в том, что
Стогов ничего не понимает в национальных кухнях. Он не гурман. В бары он ходит не есть и не
наслаждаться атмосферой. Для него главное - напиться.
- Да?
-

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.