Жанр: Драма
Я - не я
...Ведь он
за него успел достаточно пожить, он и пел за него, создав новый, так сказать, сценический
образ, а главное - томило душу то ночное происшествие, когда он, возможно, сильно порезал
человека. Вряд ли до смерти, и, к тому же, человек этот - преступник, но всё же... Говорить ли
об этом Субтееву? Эта шайка наверняка захочет отомстить, и, значит, он подвергает Субтеева
опасности.
Но не находиться же вечно в чужой шкуре. Да, он виноват - а может, и не он виноват, а
некое аномальное явление природы, орудием и жертвой которого он стал. Может, тут и в самом
деле что-то связанное с космосом? Кто знает, кто знает - почему, например, Неделин в детстве
любил сидеть по вечерам на балконе и смотреть в звёздное небо? Он тогда выдумал вдруг, что
если долго, очень долго смотреть на одну звезду, то можешь внезапно оказаться там,
перенестись за секунду, и смотрел, смотрел, другие звёзды как бы про-п-здали, оставалась лишь
эта звезда и становилась всё больше и больше, будто он приближался к ней - но не хватало
терпения довести эксперимент до конца; наверное, нужно было смотреть всю ночь. Да и
страшно становилось. Откуда у него появилось это? - ведь и не скажешь, что он очень
интересовался фантастической литературой, больше любил обстоятельные географические
книги про реальные страны, любил расстилать на полу большую карту мира и производил в уме
различные усовершенствования: делал подкопы, например, во многих местах под Антарктиду, а
потом с помощью большого количества одновременных взрывов отделял её от Земли,
превратив в плавучий остров, и мощными кораблями буксировал на новое место в тёплые
широты, чтобы предоставить новую большую территорию для житья людей. Конечно же, под
стаявшими льдами и снегами обнаруживались остатки древней цивилизации, более древней,
чем человеческая, но возникала проблема повышения уровня Мирового океана, приходилось
срочно спасать Нидерланды и другие территории, находящиеся ниже уровня моря или на одном
с ним уровне: насыпались дамбы, возводились плотины; климат теплел, оленеводы Чукотки
прислали срочный запрос: как быть, оленям жарко в их тёплом меху, - следовало указание:
оленей заменить на сайгаков, а вместо ягеля вырастить верблюжью колючку.
Детские бредни, но ведь и понятие о коммунизме как высшей стадии человеческого
развития тоже похоже на детскую мечту о том, что вот было бы здорово, если бы игрушки,
конфеты и мороженое не продавались бы за деньги, а можно было бы взять сколько душе
угодно. Мечтать - это хорошо, но детские мечтания, как и - что ещё? - ну христианское
учение, например, - основываются на вере в то, что я разумен в той же степени, что и другие, а
другие разумны, как я, и что никому не взбредёт в голову, когда наступит обильное будущее,
взять больше игрушек, чем требуется, и, тем более, рвать у кого-то из-под носа игрушку, но как
быть, как быть с извечным человеческим желанием невозможного: играть во все игрушки мира
сразу, иметь власть не только над собой (что, как уверяют философы, есть высшая духовная
победа и радость), но и над тысячами, миллионами других, куда денется в каждом из нас тот
владетельный султан, который держит в своём мысленном гареме больше женщин, чем
суждено ему ночей до конца его жизни? Мрак, мрак, думал Неделин, впервые и неожиданно
для себя наткнувшийся на эти мысли, вынужденный перерабатывать их в себе самостоятельно,
дилетантски...
Проживая в гостинице последние деньги, Неделин целыми днями ходил по городу. Он
уже терял надежду.
В самом деле, почему Субтеев должен быть в Полынске? Если он не объявился и не
настиг Неделина, это ещё ничего не значит, с ним могло случиться всякое: угодил в психушку,
уехал в южный город, откуда родом, под машину попал наконец!..
Как-то вечером он забрёл в пивной павильон возле танцплощадки, на которой уже вовсю
толпилась молодёжь - в небольшом пространстве, огороженном решётчатым металлическим
забором - предохранением от безбилетников; те, однако, ловко перемахивали через забор на
глазах у дружинников, и пока дружинники ловили одного, десять других проникали в очаг
радости - деньги, предназначенные на билет, истратив пивом.
Неделин, облокотившись на перила, наблюдал за танцами. Музыка, толкотня, всеобщее
возбуждение; так было давным-давно, когда их мужской технологический факультет пригласил
на вечер факультет женский - филологический. Неделин сразу приметил двух подруг, которые
не отходили друг от друга, стояли у стены посмеиваясь. Одна была, естественно, красавица с
пепельными распущенными волосами, другая тоже ничего себе, но, в общем-то, серенькая
девушка: какие-то кудёрышки на голове, глаза неумело обведены чёрным и синим. Неделин
понимал, что шансов на красавицу у него мало, но возмутился своей медлительностью - и
пошёл приглашать её на танец. Подошёл. Красавица и серенькая девушка смотрели на него с
улыбками: ну в чём дело? "Разрешите?" - спросил Неделин, глядя куда-то меж ними.
А кого? - засмеялась красавица.
Неделин посмотрел на неё холодно и повернулся к серенькой девушке, оказывая ей
подчёркнутое внимание:
Вас!
Серенькая девушка пожала плечами (ну что ты сделаешь - пристают и пристают!) и
милостиво подала руку. Звали, её - Лена. Она и стала женой Неделина.
Знакомое лицо мелькнуло в толпе. Лицо Запальцева, то есть Субтеева в обличье
Запальцева!
И тут же оно показалось в другом углу танцевально го загона, и тут же - в
противоположном.
!
Несколько их, что ли? - или Субтеев заметил его и мечется, желая скрыться?
Неделин, не спуская глаз с выхода, взял билет в кассе, прошёл, сквозь турникет и
контролёров. Он боялся отойти от турникета, смешаться с толпой - Субтеев может
ускользнуть. Нет, вот он, вот он! - безмятежно и весело танцует с девушкой лет семнадцати,
нашёптывая ей что-то, - и вот он же, но уже с женщиной лет тридцати, и ей нашёптывает, -
нет, вот он, с женщиной лет пятидесяти, которая, в ответ на его нашёптывания, хохоча,
обнажает златые зубы и вся колышется.
Что за чертовщина!
Неделин, расталкивая танцующих, устремился к Субтееву, ориентируясь на златозубое
сияние (отражался свет фонарей), хлопнул по плечу, мужчина обернулся и оказался пожилым
человеком.
В чём дело?
Извините...
Так было несколько раз: завидев Субтеева с очередной партнёршей, Неделин спешил к
нему, грубо толкаясь, но, когда подходил, партнёрша оказывалась та же самая, Субтеев же
исчезал, на его месте уже был другой. Обливаясь потом, Неделин опять увидел своего
двойника, бросился подпрыгивая, чтобы поверх голов ежесекундно видеть его, наступил
кому-то на ногу, обиженный ухватил его, чтобы отомстить словом или делом, Неделин хотел
вырваться, глянул - и! - Субтеев! - и сам схватил его за плечи.
Так они стояли долго, и глаза Субтеева, затуманенные любовной одурью, начали
проясняться. Он понял.
Отойдём, - сказал Неделин.
Нет.
Я сказал!
И поволок его в угол площадки, прижал к ограде, посмотрел в глаза.
Я не согласен! - сказал Субтеев.
Делать нечего. Да ты пойми. Если бы я отдал тебе своё собственное тело, это ещё ничего.
Но то, в чём ты находишься, оно принадлежит другому человеку.
А ты кто вообще? Фокусник, волшебник, маг? Инопланетянин? Или это научный опыт
такой?
Неважно. Тебе придётся вернуться. Это другой человек ждёт, я должен возвратить ему его
тело. А оно у тебя. Понял? Тебе ничего не остаётся делать, нужно отдать.
Ни за что. Или давай мне другое, но тоже здоровое.
Не сходи с ума... Ты ничего такого не успел сделать?
Я жил. А ты что поделывал?
Меня, то есть тебя, вся страна знает. Правда, под псевдонимом - Неделин.
А я вот не знаю! Поди ж ты! - Субтеев понемногу забирал нахальный тон
Ты основатель нового направления в рок - искусстве. Смотри, не урони марку. Вот тут
всё описано. - Неделин показал тетрадку и сунул её обратно в карман. - Останется тут, при
тебе. Главное - опасайся Лены. Она... Тут всё описано.
Какая Лена? Меня ждут, я пошёл.
Стой! - Неделин схватил его за руку. - Я понимаю, тебе не хочется. Но иначе нельзя.
Каждый должен нести свой крест - искусство и слава. Мужайся, Владик.
Иди ты! У тебя всё равно не получится. Мне ведь, как я понял, нужно пожелать -
обратно? А я не желаю.
Неделин схватил его за грудки, встряхнул, повернул к себе лицом.
Всё произошло, как он предполагал: Субтоев не хотел перейти в него, но испугался, что
может захотеть, и как только испугался этого, как только представил, что это возможно -
перешёл.
Вот и всё, - сказал Неделин, отцепляя от себя руки Субтеева. - Прости, брат. Это не я,
это природа шутки шутит.
Сволочь, - прошептал Субтеев. - Не хочу,
Поздно.
Отдай, - заплакал Субтеев. - Я ведь повешусь.
Ну-ну. Люди без рук, без ног, в параличе - живут. Надо быть мужественным.
Нет! Не смогу! - Субтеев хлопнул себя рукой - и рука вдруг замерла - и
закопошилась.
Послышался девичий стыдливый визг, потом - смех, но Субтеев не обратил внимания,
он смеялся и показывал Неделину, который тоже был душевно рад этому чуду, но уговаривал
Субтеева:
Спрячь, спрячь, ты что?
А сам, пользуясь бесчувственностью счастливца, доставал у него из кармана несколько
рублей, остальные деньги великодушно оставил. Документы же Запальцева, слава Богу,
Субтеев носил при себе; вот он, бумажник "Бремингъ и К°", в бумажнике - паспорт.
Явились дружинники, взяли Субтеева под локотки, а он, так и не приведя себя в порядок,
радостно извивался в их руках, оборачивался и кричал:
Я скоро вернусь! Я вернусь, милые! Дружинники ржали.
Глава 42
Поезд на Саратов - ночью; коротая время, Неделин выпил пару кружек пива и вернулся
на танцплощадку.
Он не собирался, конечно, танцевать, сел на одну из лавочек, стоявших по периметру
ограждения, положил ногу, обозначая своей позой необязательность своего присутствия - и
то, что одиночество его не тяготит.
Но вскоре к нему подсела девчушка лет шестнадцати, села, по-школьному упершись
руками о лавку и скрестив ноги под скамьёй. Джинсы обтягивали эти ладные ножки, обнажая
стройно-округлую полноту, руки были загорелы, алый маникюр на ногтях. В дочери Неделину
годится.
Закурить не угостите? - обратилась девушка к Неделину.
Нет. И тебе рано курить, - мягко сказал Неделин.
Щас прям! - иронически согласилась девушка. Помолчала и сказала с неожиданной
прямотой: - Ты симпатичный мужик. И взрослый. Это интересно.
Ничего интересного.
Ну да! Командированный, что ли?
Допустим.
- Выручи, слушай.
В каком смысле?
Я вон там шьюсь, - она кивнула куда-то в противоположный угол. - Ты сейчас
подойди, то есть иди, будто не прямо ко мне, а будто кого-то ищешь, и скажи: Ленка, ни фига
себе, разве ты не в Москве? А я тебя искал, искал! Я, скажи, и на студию ходил, а там сказали:
уже снялась и уехала. Я там в фильме в эпизоде снималась, - честным голосом сказала
деушка, - меня один режиссёр через Полынск проезжал, увидел и пригласил, а я скажу:
снялась и уехала, а тебе-то что? А ты скажешь: ну кек же, я специально сюда приехал тебя
искать, тоже фильм бросил, от роли отказался, то есть ты актёр тоже с "Мосфильма". Тебя
Андрюша зовут, ладно? Ладно, Андрюша?
Нашла бы другого кого-нибудь.
Ты как раз годишься. Тебя никто не знает и на артиста в самом деле похож. В общем, ч
жду.-И она смешалась с танцующими, Неделин не успел ей ничего сказать.
Он посидел некоторое время, усмехаясь по-доброму, и пошёл по краю площадки. Увидев
Лену в окружении подруг, издали замахал руками:
Ба, Лена, нашёл наконец! А я с ума схожу, вся Москва с ума сходит, "Мосфильм" с ума
сходит, ты почему уехала, почему от роли отказалась?
Подруги так и впились взорами в Неделина, а Лена сказала:
Надоели вы мне все. Ты-то зачем припёрся?
Разговор есть. Потанцуем?
Ты что, тоже съёмки бросил?
Потанцуем, Лена?
И хорошо, что она пошла танцевать, иначе он не выдержал бы, рассмеялся.
Ты говори, говори, - понукала Ленка. - Они вон пялятся, ты говори что-нибудь, ты
меня уговаривай, а я отказываюсь. Нет, нет и нет!
Поедем в Москву сниматься в кино.
Нет, я сказала!
Дадим тебе трехкомнатную квартиру и зарплату пятьсот рублей.
Нет, и не уговаривай! И ты давай не улыбайся, ты серьёзно говори.
Лена, я тебя умоляю!
Вот-вот
Я тебя умоляю: вернись, я всё прощу!
Ни за что!
Ты пойми... Я уже не знаю, что говорить.
Ты убеждай, убеждай. А я не согласна! Нет, я сказала!
Ты пойми, если диалектически подходить, то так нельзя, а если с точки зрения
опосредованной идеи, то тем более. Ты согласна?
Ни в коем случае! Можешь не стараться, нет!
У тебя глаза чудесные, Леночка. Давно школу кончила?
Нет, я сказала!
С твоими данными можно действительно посту пить в театральный институт. Ты
пробовала?
Нет, я сказала! Теперь я буду вырываться, а ты меня держи за руку. Крепко держи.
Она сделала шаг от него, Неделин удержал её за руку. Она стала вырываться. И что-то
сказала, Неделин не расслышал из-за музыки.
Что?
На колени встань. Ну встань. Тебе жалко, что ли? Ну я прошу! Я пересплю потом с тобой,
честное слово!
Что поделаешь с тщеславной девчонкой; Неделин встал на одно колено, как в туре
старинного танца.
- Ленка! - рявкнул чей-то мощный голос. Расталкивая танцующих, приближался парень
в тельняшке с красно-рыжими волосами.
Ленка! Он пристаёт? Убью!
Она успела только испуганно вскрикнуть; красноволосый с ходу двинул Неделина в
плечо, а хотел в самую морду, Неделин успел уклониться, упал, подбив кого-то под ноги, тот
упал на него.
Свалка. Крики. Топот. Музыка всё играет. В лампы полетели камни. Общая драка.
Свистки милиционеров.
Неделин по краю, по краю - пробрался к выходу, возле которого стояли с улыбками
человек двадцать дружинников, крепкие рабочие парни.
Ты куда? - спросил один из них.
Туда.
Ну иди, - сказал дружинник и, выпуская, дал совершенно непонятно зачем пинка под
зад. Нет, действительно - зачем?
Перейти улицу, ещё одну, свернуть - и он дома. Но Неделин идёт всё медленней, он до
сих пор не придумал, что будет говорить жене (чуть не подумалось: бывшей жене П.
Он в тёмных очках, но и в них не чувствует ограждённым себя от опасности - и
старается не смотреть никому в глаза.
А может, цветов букетик купить на последние деньги? Цветы по летнему времени
дёшевы. Цветы могут придать его появлению, так сказать, иной тон.
И он с полдороги вернулся к рынку, купил при входе у старухи несколько тюльпанов.
Рядом со старухой сидел безногий нищий на тележке. Он был в зимнем полупальто с
рыжим воротником, несмотря на жару, перед ним лежала шапка, в шапке-мелочь и даже рубль
(видимо, для приманки, нищий ловил на живца). Неделин повертел оставшийся в руках
двугривенный. Как любой средний обыватель, он не верил, что у нищенствующих нет других
средств к пропитанию, зато верил, что они, попрошайничая, зарабатывают очень приличные
деньги. Но, опять же как средний обыватель, он был суеверен: нищему подать - удачу
приманить, душу спасти; если не всю, то хоть бы часть её.
Даже сквозь тёмные очки ему было видно, что морщинистое лицо нищего - красно. Пот
стекает крупными каплями. Густые мокрые волосы прилипли ко лбу.
Живёт, наверное, один, в какой-нибудь полуподвальной комнатушке, средь голых стен,
ест на грязной табуретке, заменяющей стол, спит на грязном тряпье и ко всему привык уже - и
к вони жилья, и к своей собственной, и к тому, что целыми днями ноги идут мимо лица; всё
ноги, ноги с утра до вечера, и нищенство для него давно уже не унижение, а образ жизни.
Неделин снял очки, чтобы лучше разглядеть нищего, - и тут же, встретившись с ним
глазами, опомнился, испугался, поспешно надел очки.
Но что-то, что-то странное так и подмывало опять посмотреть на нищего незатемненным
взглядом. Ощущая тошноту страха где-то в животе, Неделин вновь снял очки. Нищий ответил
ему глазами своими, равнодушными, - без вопроса, без удивления, смотрел просто, пусто -
ив этой пустоте было что-то завораживающее.
Сходишь с ума, сказал себе Неделин.
"Грязный угол. Забвение. Помереть раньше смерти, чтоб не ждать её, суку", - шепнул
кто-то.
"Я молод ещё, мне об этом рано..."
"Всё равно - как раньше не проживёшь. Соскучишься".
"Без того скучно".
"Сделай счастье человеку. Большего ты в жизни не сумеешь. Благословясь - попробуй!".
"Слова то какие: благословясь! Я в Бога не верю".
"А он в тебя - верит".
"Казуистика!"
Вот так что-то бормотало в Неделине и ссорилось, меж тем они с нищим всё смотрели
друг на друга, будто соревнуясь, кто дольше выдержит, не отведёт глаз.
Вот-вот, чуть-чуть! -и ничего... Переход не состоялся.
Почти обидно. Неделин отвернулся.
Старуха, торгующая цветами, достала бутылку, стала аккуратно пить бережливым ртом.
Дай хлебнуть, - хрипло сказал ей нищий. Старуха отняла бутылку ото рта и, утираясь,
отозвалась:
Ёна тёплая, противныя!
Всё равно. Спеклось всё.
Старуха посмотрела бутылку на свет и удивилась:
А ёна и кончилась!
...! - выругался нищий.
Неделин подошёл к бочке с квасом, что была неподалёку, взял кружку холодного пойла,
встал прямо перед нищим и начал медленно пить. Сейчас нищий позавидует его утолению
жажды, значит, позавидует ему в целом - и ...
Но ничего не произошло.
На!.. Пей!.. - Неделин сунул кружку нищему и ушёл не оглядываясь.
И пот выступил от пережитого страха, и стыдно почему-то было, и жалко - нищего, себя,
всех на свете...
Рано утром Запальцев, муж милой жены Лены и отец двух смышлёных пацанов, вышел из
дома со свежестью и энергией в серых острых глазах, сел в машину, провёл рукой по гладкости
руля, и тут кто-то постучал в окно. Он посмотрел, всё понял, включил мотор, дал газ, и машина
сорвалась с места, но тут же резко затормозила и поехала назад. Дверца открылась.
Садись быстро! Неделин сел.
Долго ехали молча.
Ну давай, - сказал Запальцев. - Рассказывай. Как ты это делаешь и зачем ты вообще это
сделал?
Не я это делаю.
А кто?
Не знаю. То есть я, конечно. Но откуда такая способность - не понимаю. К врачу надо
будет обратиться.
Твоё дело. Учти, если ты хочешь обратно, - ничего не выйдет. Я не согласен.
Ты успел машину купить?
А почему бы и нет?
То есть ты спокойно занял моё место? То есть ты - вжился? Как тебе это удалось?
Я занимаю своё место! - внушительно сказал Запальцев.
Неделин сбоку посмотрел на него: экий представительный мужчина, кто бы мог подумать,
что из его внешности можно такое сотворить. И подбородок как будто стал твёрже, и глаза
вроде больше, и губы резко очерчены, волосы подстрижены красиво и, кажется, уложены с
помощью фена. Франт, франт! И машина!
Нет, в самом деле, откуда машина?
Купил. Ты-то, я смотрю, ничего не нажил. Вид у Неделина был и впрямь потрёпанный.
Наживёшь тут, - отпарировал Неделин, - когда за тобой милиция по всему Союзу
гоняется. Мошенник, спекулянт и всё такое.
Срок давности вышел.
Ты уверен?
А тебе-то что? - холодно спросил Запальцев. Но Неделин уже не тот Неделин и так с
собой обращаться не позволит.
Не вякай, - сказал он. - Машина мне твоя не нужна. А вот остальное - будь добр.
Остальное?..
Запальцев соображал, как ему быть. А мог бы ведь заранее продумать этот вариант -
возвращение хозяина нынешнего его тела. Если бы только тела! Оттягивая время, Запальцев
решил представиться смирившимся - и рассказал о своей послепревращенческой жизни.
Его столярные увлечения продолжались около года и надоели ему. Он пробовал
подняться по служебной лестнице за счёт общественной работы, так как на ниве общественной
деятельности, партийной и профсоюзной, можно продвинуться, не имея никаких
профессиональных знаний и ровно столько ума, чтобы двум свиньям щи разлить. И он пошёл
продвигаться, пошёл, пошёл - но и это наскучило, не принося, к тому же, больших доходов.
Натура брала своё, Запальцеву, как и прежде, хотелось риска, захотелось ходить по краешку -
и вдруг в один день сорвать солидный куш. Впрочем, он усмирил в себе нетерпеливые желания
и выбрал путь благородного риска, пошёл в кооператоры, основав для начала маленький
кооператив по ремонту квартир, а потом, так и оставив эту вывеску, разворачивал дела всё
шире и шире, занимаясь посредническими, торгово-закупочными и прочими серьёзными
делами. Уже он стал солидной фигурой в деловых кругах, ворочал большими средствами, но их
не обнаруживал. Ну, машину, допустим, купил, мелкое дело. Ну, дачку построил на Волге, тоже
не Бог весть что. А в остальном ограничивал себя: не время. Жена доверчиво относилась к
резким переменам в судьбе мужа, в последнее время она привыкла полагаться на него и знала:
если он что делает, значит, это нужно в первую очередь для семьи.
Они жили дружно и хорошо, несмотря на то, что к Запальцеву пришла счастливая любовь:
секретарь-машинистка Леночка со знанием английского языка (в скором времени
предполагался выход на иностранные фирмы). Леночка была, очень строгих правил, и это
Запальцева восхитило, два месяца он только заглядывал ей в глаза и каждое утро клал ей на
стол букет роз, через два месяца написал письмо в стихах, это на Леночку подействовало, и он
стал счастлив окончательно, сняв для встреч с ней уютную квартирку, хозяева которой уехали
на год на заработки за границу. О том, чтобы порывать с семьёй, и речи не было, он жену тоже
по-своему любит, детей тем более, любовь со стихами - одно, любовь семейная - иное.
С Леночкой были чудесные часы, он каждый раз писал ей по стихотворению и читал
вслух, пока она раздевалась, звучала тихая музыка, плыли в сумраке по потолку и стенам блики
от разноцветного кружащегося светильника.
И теперь отдать всё этому плюгавцу? А самому стать тем, кого разыскивает милиция, -
так, что ли?
Конечно, он не задавал этих вопросов Неделину, он коротко обрисовал ситуацию и
спросил:
Ну, что? Значит, тебе и машину отдай, и работу отдай, и любовницу отдай, и жену с
детьми, которые меня обожают, между прочим. Да?
Ничего мне не надо. То есть жену и детей - само собой. А остальное оставь при себе.
Или я обращусь в органы.
Постой. А как ты это сделал? Какой тут механизм?
Неделин помолчал. Запальцеву открывать этот механизм не нужно, он не такой простак,
как Субтеев, он волевой человек и сумеет удержать себя от страха и возникающего вслед за
страхом желания переселиться. Тут надо подумать.
Не всё сразу, - сказал он. - Сначала тебе нужно узнать, как я за тебя жил.
И рассказал - не всё, но самое существенное. Он понимал, что Запальцеву трудно, как ни
крути, а он - уголовник, его разыскивают, он вынужден будет где-то скрываться и скрываться
долго, пока не пройдёт срок давности. А кто его знает, каков срок...
Запальцев его даже не дослушал.
Ладно меня это не касается. Я понял, что не очень-то просто.
Что?
Если бы ты мог так легко в меня забраться, то есть в себя, ты бы это уже сделал. А ты -
нет. Значит, тут и моя доля нужна. А её не будет. Или нет, - сказал он вдруг человеческим
голосом. - Ты пойми - как я это Леночке объясню? Не жене, само собой, а другая которая? Я
её люблю очень сильно, я серьёзно говорю. Я тебе эту любовь не могу отдать. Что же мне, в
новой внешности к ней прийти и всё ей объяснить? Но любовь понятие комплексное, она
привыкла всё вот это любить, а не только душу там.
Вот это всё - моложе и красивее, - польстил его внешности Неделин.
Да плевать!.. Тут, брат, нужно подумать. Нужно её подготовить. Давай вот что: я с ней
поговорю. Как на Духу. Подготовлю. А жене ничего не будем объяснять?
Кет. Она ведь не заметит.
Думаешь?
Ты с ней это... Спал?
Глупый вопрос.
Да, конечно.
Считай, что это ты с ней спал.
Да, конечно.
В общем, так. Ты пока отдохни, а я подготовлю Леночку, всё ей растолкую.
Где я буду отдыхать? На улице?
Ну за"ем же...
Запальцев привёз Неделина на свою тайную квартирку и обещал быть к вечеру: кроме
разговора с Леночкой, предстоит уладить серьёзные дела, вернее, свернуть их, оповестить
партнёров и сотрудников, что он выходит из всех игр и отбывает в неизвестном направлении.
Неделин ведь не захочет и не сможет продолжать его деятельность? Ведь так?
Не захочу и не смогу, - сказал Неделин. - Хочу работать там, где работал. Я соскучился
по своему столу. И по автомату с газировкой в коридоре. И по курилке, где треплются во время
обеденного перерыва.
Автомат давно убрали, курить разрешено только в сортире, в курилке бильярд
поставили, - огорчил его Запальцев.
Не страшно, я некурящий.
В тихой квартире было сумрачно, окна зашторены, - и Неделин впервые за много дней
хорошо и уютно поспал, успокоенный тем, что всё вышло против его ожиданий гладко, что
Запальцев так легко согласился на обратный размен.
Меж тем Запальиев и не помышлял объяснять всё Леночке и сворачивать дела, он поехал
за город, в ту рощу, где они с Леночкой любили устраивать пикник, и здесь, в тишине, стал
обдумывать, каким образом ему избавиться от Неделина. Тот, наивный человек, даже не
обратил внимания на то, что Запальцев оставил машину за квартал от дома, провёл его через
подворотню, идя впереди, закрывая его собой и осматриваясь; никто им не встретился, никто не
знает, что Неделин в этой квартире, никто не заметит, если он исчезнет, он, собственно говоря,
давно исчез, - то есть исчез Запальцев, царствие ему небесное, хороший был человек! Но как
всё осуществить практически? Что ни говори, а убивать еще не приходилось, страшновато с
непривычки. Тут важно помнить: уничтожаешь того, кого уже нет! Или, можно сказать, самого
себя, никчёмного, пустого человека, спекулянта, вредителя общества; разве он не имеет права
на самоубийство?
Итак, что делать? Убить, вывезти в лес и закопать? Но. - следы от машины или кто-то
поедет на воскресный загородный отдых с собакой, а собака возьмёт и вынюхает труп из-под
земли... Утопить в Волге в глубоком месте? Это надёжнее. Вывезти на катере (ещё одно
недавнее скромное приобретение Запальцева), ошарашить веслом по голове, привязать к телу
груз - ив воду. И никаких следов.
А почему - никаких? Пусть обнаружат Запальцева, самоубийцу, утопленника, так он
исчезнет вернее, исчезнет, так сказать, официально, зафиксированно. Но как сделать,
...Закладка в соц.сетях
