Жанр: Драма
Эмма
...вы от мисс Бейтс не добьетесь, - сказала Эмма. - Восторгов и
изъявлений благодарности будет хоть пруд пруди, а путного - ничего. Она даже не
расслышит ваших вопросов. Не понимаю, зачем надобно обращаться к мисс Бейтс.
- Но она так забавна, так необыкновенно занятна! Для меня чистое наслажденье
слушать, как разглагольствует мисс Бейтс! И потом, мне ведь не обязательно приводить
все семейство... Тут вошел мистер Уэстон и, услышав, что предлагает сын, решительно
поддержал его:
- Правильно, Фрэнк. Поди приведи мисс Бейтс, и мы разом покончим с этим делом.
Идея ей понравится, я знаю, и если есть человек, который может показать, как нужно
справляться с трудностями, - то это она. Да, сходи за мисс Бейтс. Очень уж мы
распривередничались. Она - живой урок уменья быть счастливым. Ты только приведи
обеих. Обеих зови сюда.
- Обеих, сэр? Но по силам ли старушке...
- При чем тут старушка? Нет, речь идет о молодой. Я сочту тебя олухом, Фрэнк, ежели
ты приведешь тетушку без племянницы.
- Ох, простите, сэр! Совсем о ней забыл. Конечно, Раз вы хотите, я непременно
постараюсь уговорить обеих.
И он убежал.
Задолго до того, как он появился опять, ведя с собою низенькую, размашисто
шагающую тетку и грациозную племянницу, миссис Уэстон, как и подобает
обладательнице миролюбивого нрава и хорошей жене, еще раз обследовала переход и
убедилась, что ужасы, приписываемые ему, не столь ужасны, а точнее, не стоят
выеденного яйца, и на том трудности, связанные с выбором, окончились. Остальное - во
всяком случае, по предварительным расчетам - было легко и просто. Второстепенные
вопросы - разные там столы и стулья, освещение и музыка, чай и ужин - решились сами
либо отложены были до того времени, когда о них договорятся между собой миссис
Уэстон и миссис Стоукс. Все приглашенные, несомненно, будут; Фрэнк уже написал в
Энскум, что предполагает задержаться на несколько дней сверх отпущенных ему двух
недель, и уверен был, что ему не откажут. Бал обещал удаться на славу!
С этим, по прибытии на место, всей душой согласилась и мисс Бейтс. Как советчица
она не понадобилась; как изъявительница одобрения (куда менее ответственная роль)
оказалась незаменима. Горячие, неиссякаемые потоки одобрения всего и вся, как в
общем, так и в частностях, невольно нежили слух, и полчаса еще продолжалось хождение
туда-сюда, из одной комнаты в другую - кто предлагал, кто молча слушал, но все
предвкушали грядущее с радостным волненьем. И прежде чем разошлись, герой бала
добился от Эммы подтверждения того, что первые два танца обещаны ему, и она слышала,
как мистер Уэстон шепнул жене: "Он ангажировал ее, дорогая. Все идет как надо. Я так и
знал!"
Глава 12
Всем был хорош в глазах Эммы план предстоящего бала, кроме одного - что день, на
который его назначили, выходил за рамки двух недель, отпущенных Фрэнку Черчиллу,
ибо она не разделяла уверенности мистера Уэстона, что для Черчиллов такая уж
невозможная вещь запретить племяннику задержаться в Суррее хотя бы на день сверх
срока. Все, однако, сходились на том, что в срок уложиться никоим образом нельзя.
Приготовления неизбежно займут какое-то время - ничего еще не будет готово до начала
третьей недели - так что придется им несколько дней обдумывать, хлопотать и устраивать
наудачу, с риском, и изрядным, по мнению Эммы, что все делается впустую.
В Энскуме, однако, оказались милостивы - на деле милостивы; на словах - не очень.
Желание племянника задержаться явно не понравилось, но препятствовать ему не стали.
Все обстояло надежно и
благополучно - впрочем, когда устраняется одна забота, ее место обыкновенно занимает
другая, и Эмма, не тревожась более за судьбу бала, нашла себе новую причину для
беспокойства - вызывающее безразличие к нему мистера Найтли. Потому ли, что сам он
не танцевал или же потому, что эта затея вынашивалась без него, только он, казалось,
решил для себя, что она ему неинтересна - неспособна вызвать у него хотя бы каплю
любопытства в настоящем или хоть капельку развлечь его в будущем. На свое
добровольное сообщение о бале Эмма не услышала ничего более ободряющего, чем:
- Что ж. Если Уэстонам нравится тратить столько трудов ради шумной забавы на один
вечер - пусть их, но себе выбирать развлечения я буду сам. Нет, я приду, отказаться нельзя
- приду и буду изо всех сил стараться не уснуть, но я бы охотней, куда охотней,
признаться, остался дома и просмотрел с Уильямом Ларкинсом его недельный отчет...
Большое удовольствие - наблюдать, как танцуют! Нет, только не для меня. Я никогда не
смотрю на танцующих - не знаю, кого это может соблазнить. Вероятно, в самом искусстве
танцевать, как и в добродетели, уже содержится награда, и иной искать не следует. Те,
кто стоит в стороне, обычно думают совсем о другом.
Эмма чувствовала, что слова эти направлены против нее, и не могла не сердиться.
Правда, одно она знала - что не из желания сделать комплимент Джейн Фэрфакс он столь
пренебрежителен и столь суров, не ее взглядами руководствуется, хуля танцы, ибо она
приняла идею устроить бал с необыкновенным воодушевлением. Она оживилась,
заговорила, она в порыве откровенности воскликнула:
- Ох, только бы что-нибудь не помешало, мисс Вудхаус! Какое это было бы
разочарованье... Сознаюсь вам, что буду ждать этого бала с чрезвычайным нетерпением.
Не из стремления угодить Джейн Фэрфакс, стало быть, предпочел бы он балу общество
Уильяма Ларкинса. Нет, она все более убеждалась, что догадка миссис Уэстон неверна.
Было дружеское расположение с его стороны, было участие, сострадание - но не любовь.
Увы! Очень скоро ей уже было не до раздоров с мистером Найтли. Всего два дня
порадовались они надежности своего замысла - и все рухнуло. От мистера Черчилла
пришло письмо, призывающее племянника немедля ехать назад. Миссис Черчилл
сделалась нездорова - так нездорова, что без него обходиться не могла. Ей (утверждал ее
муж) было очень худо уже два дня назад, когда она писала племяннику ответ, однако, из
присущего ей стремления никого никогда не огорчать, из свойственной ей привычки
совершенно не думать о себе, она о том умолчала, теперь же так расхворалась, что с этим
шутить нельзя, и принуждена настаивать, чтобы он безотлагательно возвращался в
Энскум.находите? Ежели за это возьмемся мы, то в единомышленниках не будет недостатка. Для
меня нечто подобное в особенности желательно как средство поддерживать себя в
должной форме, потому что, вы знаете, замужние женщины... в этом смысле судьба их
большею частью плачевна. Они перестают заниматься музыкой.
- Да, но вы ее любите так страстно - вам, конечно, эта опасность угрожать не может...
- Очень бы хотелось надеяться, но, право, стоит оглянуться на знакомых, и дрожь
берет. Селина забросила музыку совершенно - не подходит к роялю, а ведь премило
играла. То же можно сказать про миссис Партридж - в девичестве Клару Джефрис - и про
сестер Милмэн, ныне миссис Бэрд и миссис Купер, - всех не перечесть! Верьте слову,
прямо страшно становится. Я, бывало, сердилась на Селину, но теперь сама вижу, сколько
у замужней женщины забот, которые требуют ее внимания. У меня нынче утром, верно,
целых полчаса отняли наставленья экономке.
- Но такого рода вещи скоро сделаются столь привычны...
- Ну, посмотрим, - смеясь, возразила миссис Элтон.
Эмма, удостоверясь, что ее гостья твердо решила предать музыку забвенью, не нашлась
что прибавить, и миссис Элтон после минутного молчания перешла на другое.
- Мы побывали с визитом в Рэндалсе, - сказала она, - застали их обоих дома - очень
милая чета, как мне кажется. Ужасно мне понравились. Мистер Уэстон - душа-человек, и
уже мною избран в первые любимцы, верьте слову. Она же производит впечатление такой
добропорядочности - так веет от нее чем-то материнским, теплым, что это покоряет вас с
первой встречи. В прошлом, ежели не ошибаюсь, она была вашей гувернанткой?
Эмма едва не онемела от этой бесцеремонности, но миссис Элтон, не дожидаясь
подтверждения, уже заторопилась дальше:
- Зная об этом, я была поражена, когда увидела, как она держится. Ни дать ни взять,
настоящая леди!
- Миссис Уэстон, - отозвалась Эмма, - всегда отличалась превосходными манерами. Их
благопристойность, изысканность, простоту могла бы смело взять себе за образец любая
молодая женщина.
- И как бы вы думали, кто пришел туда в это время?
Эмма была в недоумении. Судя по тону, речь шла о старом знакомом - и тогда как ей
было угадать?
- Найтли! - продолжила миссис Элтон. - Найтли, своею собственной персоной! Ну не
удача ли? Ведь я никогда его не видела - он приходил на днях с визитом, но меня как раз
не было дома - и, натурально, умирала от любопытства. Ближайший друг мистера Э.! Я
столько была наслышана о "моем приятеле Найтли", что не могла дождаться встречи с
ним, - и, следует отдать должное моему саго sposo , такого, как он, не стыдно называть
приятелем. Найтли и правда джентльмен. Он очень мне понравился. Определенно
производит впечатление истинного джентльмена.
К счастью, время визита истекло. Гости откланялись, и Эмма могла вздохнуть
свободно.
- Невыносимая особа! - мысленно вырвалось у нее, едва за ними затворилась дверь. -
Хуже, чем я предполагала. Совершенно невыносима! "Найтли"! Я ушам своим не
поверила. Видит его первый раз в жизни и смеет называть "Найтли"! И делает открытие,
что он джентльмен! Наглая выскочка, козявка, с этими "мистер Э." и "саго sposo", с этими
своими "ресурсами", с кривляньем и ломаньем и вульгарной манерой наряжаться в пух и
прах. Нет, вы полюбуйтесь - делает открытие, что мистер Найтли джентльмен!
Сомневаюсь, чтобы он ей ответил тем же комплиментом и обнаружил, что она истинная
леди. Нет, это что-то невероятное! Предложить, чтобы мы сообща открыли музыкальный
клуб! Можно подумать, мы с нею закадычные подруги! А замечание насчет миссис
Уэстон? Поражена, видите ли, что особа, у которой я воспитывалась, оказалась
настоящею леди! Ужас какой-то. Никогда не сталкивалась с подобным существом. В
тысячу раз хуже всех моих ожиданий. Для Гарриет само сравнение с нею обидно.
Воображаю, как отвечал бы ей Фрэнк Черчилл, окажись он здесь. То-то бы разъярен был,
то-то бы потешился! Ну вот - чуть что, сразу думаю о нем. Всегда он первым приходит
мне на ум! Как я выдаю себя этим! На каждом шагу вспоминается Фрэнк Черчилл!..
Все это пронеслось у нее в голове с быстротою молнии, и к тому времени, когда ее
батюшка пришел в себя после суеты, вызванной проводами Элтонов, и расположился
сказать свое слово, она уже в состоянии была воспринимать то, что он говорит.
- Что ж, душенька, - не спеша начал он, - если взять в соображенье, что мы никогда ее
прежде не видели, то для первого раза она показалась мне очень миленькою молодою
особой - а сама, я полагаю, вынесла самое приятное впечатление от встречи с тобой.
Немножко быстро говорит. Немножко режет слух, когда так частят в разговоре. Но я,
наверное, придираюсь - мне вообще неприятны чужие голоса, и никто так не ласкает ухо
своею речью, как ты и бедная мисс Тейлор. А впрочем, она, мне кажется, весьма
любезная молодая дама, благовоспитанная, и, несомненно, будет ему прекрасной женою.
Хотя женился он, по-моему, все ж напрасно... Я, как умел, принес свои извиненья, что не
мог нанести ему и миссис Элтон визит по случаю столь счастливого события, и изъявил
надежду, что еще смогу это сделать летом. А следовало бы по всем правилам теперь.
Предосудительно не почтить визитом новобрачную. Увы! Это лишний раз показывает,
сколь я плох! Но нет у меня доверия к этому повороту на Пастырскую дорогу...
- Но ваши извиненья, сэр, были, конечно, приняты. Мистер Элтон знает вас.
- Да, и все-таки - молодая дама - новобрачная... Мне следовало засвидетельствовать ей
свое почтенье. Я пренебрег своею обязанностью.
- Но, папенька, ведь вы не сторонник брачных союзов, почему же вы так тревожитесь,
что не почтили визитом новобрачную? Вам это не следует полагать своею обязанностью.
Отмечая новобрачных таким вниманием, вы поощряете к супружеству других.
- Нет, душа моя. Я никогда не поощрял никого к супружеству, но я всегда буду
стремиться в меру сил выказывать должное внимание даме, а небрежение к новобрачной
и вовсе недозволительно. Ей по праву следует более, чем другим. Новобрачная, душа моя,
во всяком обществе первая фигура, кем бы ни были все прочие.
- Ну, папа, ежели это не поощренье супружества, то я не знаю... Вот уж не ожидала, что
вы настроены льстить тщеславию этих бедных созданий.
- Душа моя, ты меня не понимаешь. Речь идет о простой учтивости, о правилах
хорошего тона - в этом ничего общего нет с поощрением вступать в брак.
Эмма умолкла. Ее отец начинал приходить в волнение и неспособен был понять ее.
Она вновь воротилась мыслями к провинностям миссис Элтон и долго, очень долго занята
была только ими.
Будущее не принесло открытий, которые потребовали бы от Эммы изменить к лучшему
мнение о миссис Элтон. Наблюдения ее оказались достаточно верны. Какою показалась
ей миссис Элтон при их вторичном свиданье, такою же оставалась она при всех
последующих - самонадеянной, претенциозной, фамильярной, необразованной и дурно
воспитанной. Она была довольно смазлива, обучена тому, что полагается уметь девице ее
круга, но столь недалека умом, что рассчитывала, полагаясь на непревзойденное знание
света, оживить и возвысить своим пришествием сельскую глушь, а мисс Хокинс ей
рисовалась такою важной персоной в обществе, что затмить ее своим влиянием не мог
никто, кроме миссис Элтон.
Были все основания думать, что того же взгляда придерживается и мистер Элтон. Он,
казалось, не просто доволен был своим выбором, но и безмерно им горд. Он, похоже
было, ежеминутно поздравлял себя, что привез в Хайбери женщину, с которою не
сравнится даже мисс Вудхаус; новые же ее знакомые, заранее к ней расположенные и не
имеющие привычки к осужденью, - либо беря пример с доброжелательной мисс Бейтс,
либо решив, что новобрачная, само собою разумеется, умна и неотразима, коль
выставляет себя таковой, - большею частью остались ею вполне довольны и хвала миссис
Элтон, как тому и надлежало быть, беспрепятственно переходила из уст в уста, не
оспариваемая мисс Вудхаус, которая с готовностью повторяла то же, что сказала в первый
раз, благосклонно отмечая, что миссис Элтон "весьма любезна и очень модно одевается".
В одном отношении миссис Элтон со временем оказалась даже хуже, чем можно было
предположить вначале. Она переменилась к Эмме. Возможно, обиженная тем, что ее
попытки к сближенью не нашли должного ответа, она в свою очередь постепенно
отдалилась, стала держаться холодно, отчужденно, и хотя следствие такого поведения
было благом, но причина его - недоброжелательство - невольно вселяла в Эмму все
большую неприязнь. Кроме того, они - то есть она и мистер Элтон - взяли себе
безобразную манеру обращенья с Гарриет. Они вели себя с нею пренебрежительно,
высокомерно. Эмма надеялась, что Гарриет от этого только быстрей исцелится, однако
мысль о том, чем подсказано это поведение, сильно омрачала им обеим жизнь. Не
приходилось сомневаться, что чувство бедняжки Гарриет стало жертвою на алтаре
супружеских откровений, а попутно была, по всей видимости, выведена и ее доля участия
в этой истории - в освещенье, наименее выгодном для нее и наиболее бальзамическом для
него. Конечно, она сделалась объектом совместной неприязни. Когда иссякали иные темы
для разговора, не было ничего проще, как приняться хулить мисс Вудхаус, и, не смея дать
выход злобе в открытом непочтении к ней, они без зазрения совести срывали ее на
Гарриет.
К Джейн Фэрфакс миссис Элтон воспылала любовью - причем с самого начала. Не
просто тогда, когда при вражде с одною молодой особой естественно напрашивается союз
с другой, но с первой же встречи, и не удовольствовалась изъявлениями восторга, что
было бы в порядке вещей, а непрошенно, без приглашений, без всякого на то права
принялась набиваться к ней в помощницы и благодетельницы. Как-то раз, когда Эмма еще
не вышла у нее из доверия - то была, может быть, их третья встреча, - миссис Элтон
посвятила ее в свои рыцарственные умыслы на этот счет.
- Джейн Фэрфакс - совершенное очарованье, мисс Вудхаус. Я положительно без ума от
Джейн Фэрфакс! Дивное, интересное созданье! Что за скромность, что за манеры - а как
талантлива! Верьте слову, это богато одаренная натура. Играет она, не побоюсь этого
слова, превосходно. Утверждаю с полной определенностью, как человек, который
довольно разбирается в музыке. О, она - совершенное очарованье! Вы будете смеяться над
моею восторженностью, но Джейн Фэрфакс нейдет у меня с языка. И потом, нельзя не
тронуться ее положением! Мисс Вудхаус, мы обязаны не пожалеть усилий и что-нибудь
сделать для нее. Ее надобно показать людям. Непростительно, когда подобные таланты
прозябают в тени. Вам, разумеется, известны дивные строки поэта:
Порою жемчуг чистый - бездны вод,
Глубины океанские таят;
Порой цветок невидимо цветет,
Вотще распространяя аромат
Нельзя допустить, чтобы они подтвердились для столь пленительного созданья, как
Джейн Фэрфакс.
- Я думаю, это ей не угрожает, - сдержанно отозвалась Эмма. - Когда вам станет
больше известно о положении мисс Фэрфакс и вы получите представление о том, какова
была обстановка в доме полковника Кемпбелла, у которого она жила, вас, должно быть,
покинет опасенье, что ее таланты расцветали в безвестности.
- Да, но теперь, дражайшая мисс Вудхаус, она в таком одиночестве, таком забвенье!
Она пропадает напрасно. Какими бы она преимуществами ни пользовалась, живя у
Кемпбеллов, теперь это, со всею очевидностью, для нее кончилось. И она, по-моему, от
этого страдает. Я уверена. Она слишком застенчива и молчалива. Чувствуется, что ей
недостает ободрения. От этого она мне нравится еще больше. Должна признаться, мне
милы такого рода свойства. Я горячая поклонница застенчивости - не так-то часто удается
ее встретить. В низших она подкупает до чрезвычайности. О, верьте слову, Джейн
Фэрфакс - восхитительное существо, и невозможно выразить, какое она во мне
возбуждает участие!
- Большое, я вижу, - неясно только, какое внимание вы или другие знакомые мисс
Фэрфакс, которые знают ее дольше вас, могли бы ей выказать, кроме как...
- Дражайшая мисс Вудхаус, сделать можно очень многое, важно лишь решиться. Нам с
вами бояться нечего. Ежели мы подадим пример, то ему, сколько это доступно им,
последуют и другие, хотя не все из них располагают нашими возможностями. У нас есть
кареты, чтобы привозить ее и отвозить домой, - при нашем стиле жизни можно без
малейшего для себя неудобства принимать Джейн Фэрфакс хоть каждый день. Я
чрезвычайно была бы недовольна экономкой, если б хоть раз увидела на своем столе обед,
на который стыдно пригласить не только Джейн Фэрфакс, но и еще кого-нибудь. Другой
жизни я себе не мыслю. И это можно понять, если вспомнить, к чему я приучена.
Наоборот, для меня, пожалуй, главная опасность - вести дом чересчур широко, слишком
мало считаясь с расходами. Вероятно, Кленовая Роща чаще будет служить мне образцом,
чем следовало бы, - потому что у нас, разумеется, далеко не те доходы, что у моего братца
мистера Саклинга... Да, так я твердо намерена обратить внимание на Джейн Фэрфакс.
Непременно буду приглашать ее очень часто к себе в дом, выводить на люди - буду
устраивать музыкальные вечера, где она сможет блеснуть своими талантами, и постоянно
буду начеку, чтобы не пропустить хорошую партию. Не сомневаюсь, что при моем
обширном знакомстве я очень скоро прослышу о чем-нибудь подходящем. И уж конечно,
позабочусь представить ее братцу и сестре, когда они приедут в гости. Уверена, что она
произведет на них дивное впечатление, и когда ближе с ними познакомится, то позабудет
все свои страхи, потому что у них обоих до чрезвычайности располагающая манера
держаться. Постараюсь, чтобы при них она бывала у меня как можно чаще, и понятно, во
время наших прогулок по окрестностям для нее не однажды сыщется местечко в ландо.
"Бедная Джейн Фэрфакс! - думала Эмма. - Вы такого не заслужили. Вы, может быть, и
дурно вели себя с мистером Диксоном, но это - непомерно жестокое наказание! Терпеть
милости и покровительство миссис Элтон! "Джейн Фэрфакс" да "Джейн Фэрфакс"! Силы
небесные! Что, ежели и я у нее для каждого встречного уже "Эмма Вудхаус"! Хочу
надеяться, что не посмеет, но у этой женщины поистине язык без костей!" В дальнейшем
слух Эммы не обременяли более подобными каскадами бахвальства - по крайней мере,
адресованными ей одной и уснащенными этим тошнотворным "дражайшая мисс Вудхаус".
Вскоре после того в отношении миссис Элтон к ней наступила перемена и ее оставили в
покое - не вербовали больше ни в закадычные подруги, ни в рьяные благотворительницы
Джейн Фэрфакс и осведомляли о своих взглядах, замыслах и свершениях только наравне
со всеми.
Эмма делала наблюдения, и довольно любопытные. Мисс Бейтс, не мудрствуя лукаво,
разумеется, прониклась к миссис Элтон за ее внимание к Джейн бесхитростной и
беззаветной благодарностью. Она превозносила ее до небес как очаровательнейшую из
женщин: приветливую, милую, наделенную участливостью и прочими совершенствами -
то есть в точности такую, какой и желала выглядеть мисс Элтон в глазах окружающих.
Эмму удивляло другое - что Джейн Фэрфакс принимает эти знаки внимания и, судя по
всему, не тяготится обществом миссис Элтон. То говорили, что она пошла прогуляться с
Элтонами, то - что сидит с Элтонами или поехала к Элтонам на весь день!.. Никогда бы
не поверила она, что вкус мисс Фэрфакс, что ее гордость способны мириться с тою
компанией и дружбой, которую мог предложить дом викария. "Загадочная особа -
настоящая загадка! - говорила она себе. - Предпочесть месяц за месяцем проводить здесь,
подвергая себя всевозможным лишеньям! И теперь - предпочесть унизительное внимание
миссис Элтон, ее убогую болтовню возвращению в изысканное общество близких людей,
которые всегда дарили ее такой искренней, великодушной любовью".
Предполагалось, что Джейн приехала в Хайбери на три месяца - на три месяца уехали в
Ирландию Кемпбеллы, - но теперь Кемпбеллы обещали дочери, что пробудут у нее, по
крайней мере, до середины лета, и Джейн пригласили туда снова. По словам мисс Бейтс, а
именно от нее исходили все сведения, миссис Диксон уговаривала Джейн с величайшей
настоятельностью. Пусть она лишь изъявит согласие - изысканы будут средства
передвиженья, присланы слуги - оповещены друзья по пути ее следования - устранены все
трудности, связанные с путешествием; и все-таки она отказалась!
"Чтобы отклонить такое приглашение, у нее должен быть серьезный мотив... которого
она не называет, - сделала заключенье Эмма. - Должно быть, это расплата за некую вину,
назначенная ей либо Кемпбеллами, либо ею же самой. Чей-то величайший страх стоит за
этим, величайшая осторожность, величайшая решимость. С Диксонами ей быть нельзя.
Этот приговор кем-то вынесен. Но для чего ей надобно соглашаться быть с Элтонами?
Вот в чем еще одна загадка..."
Когда она высказала недоумение по этому второму поводу в присутствии тех немногих,
которые знали, какого она мнения об миссис Элтон, то миссис Уэстон нашла оправдание
для Джейн:
- Трудно предположить, милая Эмма, чтобы она получала большое удовольствие, бывая
у Элтонов, но это лучше, чем сидеть все время дома. Ее тетушка - добрая душа, но
находиться при ней неотлучно, по всей вероятности, невыносимая скука. Раньше, чем
изобличать дурной вкус мисс Фэрфакс за то, к чему она устремляется, надобно задуматься
о том, от чего она бежит.
- Вы правы, миссис Уэстон, - горячо подхватил мистер Найтли, - мисс Фэрфакс не
менее любого из нас способна составить верное суждение об миссис Элтон. Ежели б она
могла выбирать, с кем ей знаться, она бы выбрала не ее. Однако, - покосясь с
укоризненной усмешкой на Эмму, - тех знаков внимания, которые она видит от миссис
Элтон, ей никто больше не оказывает.
Эмма поймала на себе быстрый взгляд миссис Уэстон - она и сама поразилась его
горячности. Слегка покраснев, она отвечала:
- Мне бы казалось, те знаки внимания, которые оказывает миссис Элтон, должны не
радость вызывать у мисс Фэрфакс, а скорей отвращение. Приглашения миссис Элтон,
казалось бы, должны скорее отталкивать, а не привлекать.
- Я допускаю, - сказала миссис Уэстон, - что мисс Фэрфакс оказалась завлечена
дальше, чем ей хотелось бы самой, из-за той готовности, с какою принимала назначенные
ей любезности ее тетушка. Бедная мисс Бейтс, очень может статься, невольно связала
племянницу обязательством и подтолкнула к видимости сближенья, от коего, несмотря на
естественную тоску по некоторому разнообразию, ее удержал бы голос собственного
рассудка.
Обе затаили дыхание, ожидая, что скажет на это мистер Найтли, и он, помолчав
немного, заговорил:
- Тут еще надобно принять во внимание вот что... Миссис Элтон разговаривает с мисс
Фэрфакс иначе, чем о мисс Фэрфакс. Всем нам известно различие между местоимениями
"он" или "она" - и "ты", прямым обращеньем, - все мы испытываем при личном
сообщении друг с другом влияние чего-то, помимо обычной учтивости, чего-то,
опережающего ее. У нас язык не повернется намекнуть человеку в лицо о неприятном,
хотя мы час тому назад, быть может, свободно о том распространялись за его спиною. Мы
чувствуем себя по-другому. Это общее правило, а помимо того, можете быть уверены -
мисс Фэрфакс внушает миссис Элтон благоговение превосходством своего ума и
воспитанья и та при встречах в полной мере выказывает к ней то уважение, которого она
заслуживает. Миссис Элтон, вероятно, первый раз в жизни сталкивается с таким
созданием, как Джейн Фэрфакс, и - ежели не в мыслях, то на деле - не может, при всем
своем тщеславии, не признавать своего ничтожества в сравнении с нею.
- Я знаю, как высоко вы ставите Джейн Фэрфакс, - сказала Эмма. На уме у нее был
маленький Генри - тревога боролась в душе ее с деликатностью, и она в нерешительности
замялась.
- Да, вы
...Закладка в соц.сетях
