Жанр: Драма
Рассказы
...рил и
отбрасывает, как северное сияние, назад к луне ее вызывающие лучи.
Он умоляет ее.
Наконец, она поворачивается, убежденная.
Он настоял на своем отказе угостить ее устрицами.
КОМНАТА С ПРЕДКАМИ
Пройдоха-репортер "Техасской Почты" направлялся вчера ночью к себе
домой, когда к нему подошел худой, голодного вида человек с дикими глазами
и изнуренным лицом.
- Не можете ли сказать мне, сэр, - спросил он, - где мне найти в
Хаустоне семью самого что ни на есть низкого происхождения?
- Я вас не совсем понимаю, - сказал репортер.
- Позвольте объяснить вам, как обстоит дело, - сказал истощенный
человек. - Я приехал в Хаустон месяц тому назад и стал искать
меблированную комнату с пансионом, так как гостиницы мне не по средствам.
Мне попался прелестный аристократического вида особнячок, и я зашел туда.
Хозяйка комнат вышла в гостиную: очень представительная дама с римским
носом. Я справился о цене и она назвала цифру:
- Восемьдесят долларов в месяц!
Я с таким глухим стуком ударился, отшатнувшись, о дверь, что она
сказала:
- Вы, по-видимому, удивлены, сэр. Имейте, пожалуйста, в виду, что я
вдова бывшего губернатора штата Вирджиния. У моей семьи очень высокие
связи. Иметь в моем доме комнату с пансионом чрезвычайно лестно, сэр. Я не
считаю никакие деньги достаточным эквивалентом пребыванию в моем обществе.
Вы хотите комнату с отдельным ходом?
- Я зайду еще раз, - сказал я, и сам не помню, как выбрался оттуда и
направился к другому - красивому трехэтажному особнячку с вывеской:
"комнаты с пансионом и без".
У второй дамы были седые кудри и нежные, как у газели, глаза. Она
была кузиной генерала Магона из Вирджинии и хотела 15 долларов в неделю за
маленькую боковую комнатку с розовой вышивкой и олеографией, изображающей
битву при Чанселорсвилле на стене.
Я пошел дальше по меблированным комнатам.
Следующая дама сообщила, что она произошла от знаменитого
проповедника Аарона Бурра с одной стороны, и от знаменитого пирата
капитана Кидда - с другой. В деловой жизни в ней проявлялись
наследственные черты капитана Кидда. Она хотела получать с меня за
помещение и пансион по 60 центов в час. Я обошел весь Хаустон и столкнулся
с девятью вдовами судей Верховного суда, с двенадцатью отпрысками
губернаторов и генералов, с двадцатью двумя развалинами, состоявшими в
счастливом браке с полковниками, профессорами и мэрами - и все они
расценивали свое общество в огромные цифры, а комнату и стол давали,
по-видимому, как бесплатное приложение.
Но я к этому времени буквально умирал от голода, и потому снял на
неделю комнату с пансионом в одном из красивых, стильных домов. Хозяйка
была высокой представительной дамой. Одну руку она постоянно упирала в
бок, а в другой держала молитвенник и крюк для льда. Она говорила, что она
тетка Дэви Крокета и до сих пор носит по нему траур. Ее семья считалась
одной из первых в Техасе. Когда я въехал, был как раз час ужина, и я сразу
же отправился к столу. Ужин подавался между шестью часами пятьюдесятью
минутами и семью часами и состоял из покупного хлеба, молитвы и холодной
подошвы. Я так устал за день, что немедленно после ужина попросил показать
мне мою комнату.
Я взял свечу, вошел в указанное помещение и быстро замкнул за собой
дверь. Комната была меблирована в стиле поля битвы при Аламо. Стены и пол
были голы, как камень, а кровать была, как монумент - только жестче.
Около полуночи мне приснилось, будто я упал в куст шиповника, который
страшно колется. Я вскочил и зажег свечу. Оглядев постель, я быстро оделся
и воскликнул:
- Фермопилы имели одного вестника несчастья, но в Аламо таких
вестников тысячи.
Я выскользнул за дверь и был таков.
Так вот, дорогой мой сэр, я недостаточно богат, чтобы платить за
аристократическое происхождение и за предков содержателей пансионов. Я
больше дорожу обыкновенными коронками своих зубов, чем геральдическими
коронами своих хозяев. Я голоден, и в отчаянии, и ненавижу всякого, чья
родословная восходит дальше отца с матерью. Я хочу найти комнату и стол у
такой хозяйки, которая была в детстве подкинута сердобольным людям, чей
отец имел пять судимостей и у которой вовсе не было никакого деда. Я хочу
найти низкую по происхождению, вульгарную, нечистокровную, санкюлотскую
семью, в которой никогда не слышали о хорошем тоне, но которая может
подать к обеду кусок жаркого по обычной рыночной цене. Есть хоть одна
такая в Хаустоне?
Репортер печально покачал головой в ответ.
- Ни разу не слыхал о такой, - сказал он. - Здешние содержательницы
пансионов сплошь аристократичны и цены заламывают выше любой примадонны.
- В таком случае, - сказал худосочный господин в полном отчаянии, -
угостите хоть стаканом грога!
Репортер надменно сунул руку в жилетный карман, но господин почему-то
презрительно отвернулся и исчез во тьме плохо освещенной улицы.
ПРИТЧА ОБ Х-ЛУЧЕ
И случилось так, что Некто с Катодным Лучом обходил страну и
показывал одним людям, за приличное вознаграждение, содержимое голов
других людей и то, о чем они думают. И он ни разу не сделал ошибки.
И в одном из городов жил человек по имени Рюбен и дева по имени Руфь.
И оба они любили друг друга и вскоре должны были стать мужем и женой.
И Рюбен пришел к Некоему и заказал у него за плату снимок с головы
Руфи, чтобы узнать, кого в действительности она любит.
И позже пришла Руфь и также заказала Некоему, чтобы он узнал, кого в
действительности любит Рюбен.
И Некто сделал так, как они просили, и получил два хороших негатива.
Тем временем Рюбен и Руфь признались друг другу в том, что они
сделали, и на следующий день они пришли рука об руку, чтобы Некто дал им
ответ. И он, увидев их, написал каждое из имен на отдельном клочке бумаги
и дал им их в руки.
- На этих клочках бумаги, - сказал Некто, - вы найдете имена тех,
кого каждый из вас любит в действительности, как это обнаружено моим
чудесным Катодным Лучом.
И человек и дева взглянули на клочки бумаги и увидели, что на одном
написано: "Рюбен", а на другом: "Руфь", и были они преисполнены радостью и
счастьем, и ушли, обнимая друг друга.
Но Некто с Лучом забыл им сказать, что сделанные им снимки
показывали, что голова Рюбена была полна глубокой и неувядающей любовью к
Рюбену, а голова Руфи - глубокой и неувядающей любовью к Руфи.
Мораль этой притчи в том, что владелец Луча, по-видимому, хорошо знал
свое дело.
ВСЕОБЩАЯ ЛЮБИМИЦА
Наиболее популярная и повсеместно любимая девушка в Соединенных
Штатах - мисс Анни Вильямс из Филадельфии. Нет такого человека, который не
имел бы хоть раз в жизни ее изображения. Его добиваются иметь больше,
нежели фотографии самых выдающихся красавиц. На него больший спрос, чем на
портреты всех знаменитейших мужчин и женщин мира, вместе взятых. И тем не
менее, это - скромная, милая и, пожалуй, даже предпочитающая одиночество
молодая девушка далеко не чисто-классического типа.
Мисс Вильямс скоро выйдет замуж, но полагаем, что борьба за обладание
ее изображениями будет идти по-прежнему.
Она - та самая девушка, чей профиль послужил моделью для головы
Свободы, выбитой на серебряной монете достоинством в один доллар.
СПОРТ И ДУША
- Литературный редактор принимает?
Редактор отдела спорта поднял глаза от газеты, которую он читал, и
увидел перед собой воплощение женственной прелести, лет двадцати отроду, с
нежными голубыми глазами и с тяжелой массой коричневато-золотистых волос,
собранных в самую модную и как нельзя более идущую прическу.
- Ни-ни, - сказал спортивный редактор. - Можете поставить сто против
одного, что его нет. Вы зашли насчет стихотвореньица или хотите, чтобы он
спер для вас пару лишних купонов на получение в премию велосипеда?
- Ни то и ни другое, - сказала юная леди с достоинством. - Я
секретарь Хаустонской Лиги Этической Культуры для Молодых Девиц, и меня
делегировали к редактору литературного отдела вашей газеты, чтобы он
порекомендовал нам, как лучше и шире всего развить наши функции.
- Вот это хорошая штука, - сказал спортивный редактор. - Не улавливаю
в точности, что такое этическая культура, но если это нечто похожее на
физическую, то вы, барышня, попали как раз на нужного человека. Я могу за
одну минуту дать вам больше ценных сведений для развития ваших функций,
чем литературный редактор за целый час. Он знает все решительно о
происхождении пирамид, но он не сделает ни одного шага, чтобы научить вас,
как увеличить размеры вашей груди хотя бы на полдюйма. Сколько времени
ваша лига занимается тренировкой?
- Мы организовались в прошлом месяце, - ответила посетительница,
рассматривая жизнерадостное лицо редактора с некоторым сомнением.
- Ну-с, а как вы, девицы, дышите - легкими или диафрагмой?
- Сэр!?
- О, вы должны приниматься за дело немедленно и вам надо знать, какой
способ дыхания правильный и какой нет. Первое дело - держать грудь вперед,
плечи назад, и в течение нескольких дней проделывать упражнения с руками.
Затем попробуйте вот что: выпрямьте верхнюю часть туловища и, стоя на
одной ноге, постарайтесь...
- Сэр! - сурово воскликнула юная леди. - Вы слишком самоуверенны. Я
не понимаю, о чем вы говорите. Наше общество не имеет никакого отношения к
гимнастике. Наша цель - поощрение социальной этики.
- О! - разочаровано протянул спортивный редактор. - Так это все-таки
общество - и чай в розовых чашечках... В таком случае это не по моей
специальности. Полагал, что вы интересуетесь атлетикой. Вы смело могли бы!
Послушайтесь моего совета и проделывайте это упражнение каждое утро в
течение недели. Вы будете изумлены, когда увидите, насколько оно разовьет
вашу мускулатуру. Как я уже говорил, станьте на одну ногу...
Бах! - хлопнула дверь, и голубоглазое видение исчезло.
- Ужасно жалко, - сказал спортивный редактор, - что наши девицы никак
не хотят заниматься саморазвитием без... без этой самой этики!
ГОТОВНОСТЬ НА КОМПРОМИССЫ
Подойдя к бару, он подтянул обеими руками воротник и поправил старый
красный галстук, который упорно хотел заползти ему за ухо.
Владелец бара взглянул на него и продолжал крошить в посудину
лимонную корку.
- Послушайте, - сказал субъект с красным галстуком, - мне прямо-таки
больно думать об этом.
- О чем? - спросил владелец. - О воде?
- Нет, сэр. Об индифферентизме, проявляемом населением штата, в
вопросе о поднесении достойного подарка дредноуту "Техас". Это позор для
нашего патриотизма! Я беседовал с Вудро Вильсоном по этому поводу и мы оба
решили, что что-нибудь необходимо предпринять немедленно. Вы дадите два
доллара в фонд на приобретение подарка дредноуту?
Владелец бара протянул руку назад и снял с полки стакан.
- Я, может быть, дам вам и 10 долларов, - сказал он, - но вот стакан
виски, в который я по ошибке капнул скипидаром нынче утром и забыл
выплеснуть. Это может заменить?
- Может, - сказал субъект в красном галстуке, потянувшись к стакану,
- и я также собираю пожертвования в пользу голодающего населения Кубы.
Если вы хотите поддержать гуманное начинание, но не располагаете свободной
наличностью, фужер пива со случайно попавшей мухой...
- Катись дальше, - сказал владелец бара. - В заднюю дверь заглядывает
член евангелической конгрегации, а он не войдет, пока кто-нибудь здесь
есть.
ИСПОРЧЕННЫЙ РАССКАЗ
Недавно вечером в довольно грязной ресторанчик, имевший вообще
малозавидную репутацию, в небольшом городке на линии Центральной железной
дороги вошел верзила самого отчаянного вида. Он подошел к бару и громко
потребовал, чтобы все находившиеся в ресторанчике присоединились и выпили
вместе с ним. Толпа быстро двинулась к бару при этом приглашении, так как
субъект был почти вдребезги пьян и несомненно опасен в таком состоянии.
Лишь один человек не откликнулся на приглашение. Это был невысокого
роста господин, чисто одетый, который спокойно сидел в кресле и лениво
разглядывал толпу. Внимание физиономиста было бы привлечено выражением его
лица, соединявшим в себе холодную решимость и силу воли. У него была
плотная квадратная челюсть и пристальные серые глаза - с тем своеобразным
оттенком серого цвета, который больше говорит о таящейся за ним опасности,
нежели какой-либо другой.
Хулиган обернулся и увидел, что нашелся один, который не откликнулся
на его приглашение.
Он повторил его во всю силу своих легких.
Невысокий господин встал и спокойно подошел к пьяному верзиле.
- Виноват, - сказал он негромким, но решительным голосом. - Я
несколько туг на ухо и не расслышал, что вы сказали в первый раз. Гоните
сюда виски! Живо!
И еще один рассказ был испорчен для печати.
НИКАКОГО ИСХОДА
- Джон, - сказал на этих днях хаустонский бакалейный торговец одному
из своих приказчиков, - вы были мне верным и исполнительным служащим и,
чтобы показать вам свою признательность, я решил взять вас в дело
компаньоном. С этого дня вы имеете часть в деле и являетесь участником
фирмы.
- Но, сэр, - сказал обеспокоенный Джон, - у меня семья на плечах. Я
ценю оказанную мне честь, но боюсь, что я слишком молод для столь
ответственного положения. Я предпочел бы остаться в прежних условиях.
- Ничего не могу поделать, - сказал торговец. - Времена теперь
тяжелые, и с целью сократить расходы я не остановлюсь даже перед тем,
чтобы сделать всех своих приказчиков компаньонами!
СТРЕЛЯНЫЙ ВОРОБЕЙ
В прошлую субботу субъект без воротничка, в белом жилете и с дырявыми
локтями, бодро вошел в бакалейную лавку на Конгресс-Стрит с пакетом в руке
и сказал:
- Вот, Фриц, я купил у вас сегодня две дюжины яиц, и, должно быть,
ваш приказчик ошибся...
- Поди сюда, Эмиль, - закричал торговец, - ты надул этого
джентльмена, подсунув ему тухлые яйца. Дай ему еще дюжину и...
- Вы меня не так поняли, - сказал покупатель с приятной улыбкой. -
Ошибка не в этом. Яйца хороши, но вы положили их больше, чем нужно. Я
уплатил всего за две дюжины, а дойдя до дому, обнаружил, что их в мешке 36
штук. Я хочу возвратить лишнюю дюжину и для этого вернулся назад. Я...
- Эмиль! - снова крикнул мальцу торговец. - Немедленно дай этому
господину две дюжины яиц. Ты подсунул ему тухлые яйца. Не делай этого
больше, или я уволю тебя.
- Но, сэр, - сказал человек в белом жилете с нотками беспокойства в
голосе. - Вы дали мне больше яиц, чем следует на мои деньги, и я хочу вам
вернуть дюжину. Я слишком честен, чтобы...
- Эмиль, - сказал торговец, - дай этому господину три дюжины самых
свежих яиц и пусть он уходит. Если мы отпускаем плохие яйца, мы их
заменяем хорошими. Поспеши, да положи на всякий случай три-четыре штуки
лишних.
- Но выслушайте меня, сэр, - сказал человек. - Я хочу...
- Вот что, мой друг, - сказал тихо торговец, - вы лучше забирайте эти
яйца и идите домой. Я знаю, для чего вы принесли яйца назад. Если я их
возьму у вас, я скажу: ну, это очень хороший человек, он честно поступил с
этими яйцами, не правда ли? А потом вы придете в понедельник и возьмете у
меня на 9 долларов муки, и ветчины, и консервов, и скажете, что заплатите
в субботу вечером. Я стреляный воробей, меня на мякине не проведешь. Вы
лучше заберите эти три дюжины яиц и считайте, что сделали хорошее дело. Мы
всегда исправляем мелкие ошибки, если нам случится сделать. Эмиль, клади
уж прямо три с половиной дюжины - да прибавь штук пять леденцов для ребят!
ВОЕННАЯ ХИТРОСТЬ
- Как я удерживаю Джона дома по вечерам? - сказала хаустонская дама
своей подруге. - Видишь ли, я однажды по вдохновению придумала способ - и
он прекрасно действует до сих пор. Джон ежедневно уходил из дому после
ужина и возвращался не раньше 10-11 часов. В один прекрасный вечер он
ушел, как всегда, но пройдя несколько кварталов, заметил, что забыл взять
зонтик, и вернулся за ним. Я сидела и читала в гостиной, и он, подойдя
сзади на цыпочках, закрыл мне руками глаза. Джон ожидал, вероятно, что я
перепугаюсь, но я только спросила тихо:
- Это ты, Том?
С тех пор Джон все вечера проводит дома.
ПОЧЕМУ КОНДУКТОРА НЕОБЩИТЕЛЬНЫ
Трамвайных кондукторов бестактная публика часто выводит из себя; но
им запрещено возражать и тем более облегчать свою душу. Вот рассказ одного
из кондукторов о случае, имевшем место несколько дней назад.
В числе пассажиров - а вагон был переполнен - находилась чрезвычайно
изящно одетая дама с маленьким мальчиком.
- Кондуктор, - сказала она томно, - дайте мне знать, когда будет
Роу-Стрит.
Когда вагон поровнялся с этой улицей, кондуктор дернул веревку звонка
и остановил вагон.
- Роу-Стрит, сэр, - сказал он, проталкиваясь ближе, чтобы помочь даме
выйти.
Дама поставила маленького мальчика на колени и указала ему в окно на
дощечку с названием улицы, прикрепленную к забору.
- Посмотри, Фредди, - сказала она, - вот эта высокая прямая буква со
смешной завитушкой вверху - "Р". Постарайся запомнить. Можете пускать
вагон, кондуктор. Мы выходим на Грэй-Стрит.
ПО ВДОХНОВЕНИЮ
Он сидел на перевернутом вверх дном пустом ящике под холодным
моросящим дождем. Это было вчера, поздно вечером, на главной улице
Хаустона. Одет он был бедно, и его толстое пальто с поднятым воротником
было застегнуто доверху. На его лице застыло выражение горестного
замешательства, и во всем его виде было что-то такое, что отличало его от
обыкновенного бродяги, строящего свою жизнь на обманах и надувательствах.
Журналист из "Техасской Почты" почувствовал к нему жалость и,
подойдя, сказал:
- Сразу же за углом есть место, где вы сможете найти еду и ночлег за
сравнительно небольшую сумму. Как давно вы попали в Хаустон?
Человек посмотрел на репортера своими маленькими острыми глазками и
спросил:
- Вы новый человек в газете, не так ли?
- Да, более или менее.
- Видите этот квартал, застроенный сплошь трехэтажными домами?
- Вижу!
- Так вот, все эти дома принадлежат мне, и я сижу здесь и размышляю,
что мне делать.
- Что именно вас беспокоит?
- А видите ли, стены дают трещины и расползаются, и я боюсь, что мне
придется всадить уйму денег в ремонт. У меня свыше ста квартиронанимателей
во всех этих зданиях.
- Я вам скажу, что делать.
- Ну?
- Вы говорите, стены расползаются?
- Да.
- В таком случае жилая площадь квартир увеличивается. Повысьте на
этом основании квартирную плату.
- Молодой человек, вы гений! Я завтра же увеличу ее на двадцать
процентов.
И таким образом был спасен еще один капиталист.
РАЗГАДКА
В оранжерее одного из роскошнейших особняков Хаустона стоял со
сложенными на груди руками и улыбкой сфинкса на лице Роланд Пендергаст и
глядел сверху вниз на сидевшую в кресле Габриэль Смитерс.
- Почему, - говорил он, - меня так влечет к вам? Вы не прекрасны, вам
не хватает апломба, грации и savoir faire. Вы холодны, несимпатичны, и у
вас кривые ноги. Я пытался проанализировать вашу власть надо мной - и не
мог. Мы связаны друг с другом таинственной цепью телепатических явлений,
но какова их природа? Мне противно думать, что я влюблен в женщину, у
которой нет ни шика, ни naivete, ни передних зубов, но рок судил так. Все
в вас отталкивает меня, но я не в силах вырвать вас из своего сердца. Днем
вы наполняете мои мысли; ночью - кошмары. Вы сложены уродливо; но когда я
прижимаю вас к своему сердцу, странный восторг наполняет его. Я не могу
вам сказать, почему я люблю вас, как не могу сказать
@почему парикмахер может скоблить бритвой чью-нибудь голову четверть
часа и не задеть воспаленного места. Говорите, Габриэль, скажите мне, в
чем заключаются чары, которыми вы околдовали меня?
- Я скажу вам, - ответила Габриэль с мягкой улыбкой. - Я уже многих
мужчин очаровывала этим. Когда я помогаю вам надеть пальто, то никогда не
засовываю под него руку и не пытаюсь одернуть ваш пиджак.
ДОРОГО, КАК ПАМЯТЬ
- Предложенная цена?
Аукционер высоко поднял детскую лошадь-качалку, поломанную и грязную.
Она принадлежала кому-то из младших членов семьи человека, чье имущество
продавалось с молотка.
Он был разорен вконец. Он отдал все, что у него было, своим
кредиторам - дом, обстановку, лошадей, товары и землю. Он стоял в толпе и
смотрел, как вещи, составлявшие его домашний очаг и доставшиеся ему от
родителей, расходились по сотням незнакомых рук.
Женщина в густой вуали опиралась на его руку.
- Предложенная цена?
Аукционер высоко поднял игрушку, чтобы ее было видно всем. Детские
ручонки оборвали и без того скудную гриву; уздечка была перекручена и
потерта от прикосновений нежных пальчиков. Толпа молчала.
Женщина под густой вуалью зарыдала и протянула руки.
- Нет, нет, нет! - вырвалось у нее.
Мужчина был бледен от волнения. Маленькое существо, когда-то
скакавшее на этой лошадке, много лет назад ушло и потерялось в широком
мире. Это было все, что осталось в воспоминании о счастливых днях детства.
Аукционер со странным влажным блеском в глазах передал мужчине
игрушку, не говоря ни слова. Тот схватил ее жадными руками и, вместе с
женщиной под густой вуалью, поспешил прочь.
По толпе пробежал шепот сочувствия.
Мужчина и женщина вошли в одну из пустых комнат и поставили на пол
лошадь-качалку. Он вынул перочинный нож, вспорол грудь лошади и извлек
оттуда пачку кредиток. Он пересчитал их и сказал.
- Меня мороз продирает по коже при мысли, что кто-нибудь мог
предложить за нее несколько центов! Восемь тысяч пятьсот долларов - но
этот аукционер чуть-чуть не испортил всей штуки!
НИКАК НЕ МОГ УГАДАТЬ
Субъект с длинным, острым носом и с огромным тюком на ремне поднялся
по ступенькам на крыльцо мрачного кирпичного дома, скинул тюк, дернул
звонок, а потом снял шляпу и вытер пот со лба.
Женщина открыла дверь, и он сказал:
- Мэм, я имею предложить целый ряд не только полезных, но прямо
необходимых вещей, которые я хотел бы показать вам. Во-первых, попрошу вас
взглянуть на эти изумительные жизнеописания великих людей и путешествия в
разные страны в роскошных переплетах самых лучших авторов. Продаются
исключительно по подписке. Переплет сделан...
- Мне нечего их смотреть. У нас ос...
- Особые вкусы, а? В таком случае, мэм, вот кубики для маленьких
детей под названием "Юный строитель". Чрезвычайно полезно и занимательно.
Нет? Тогда разрешите показать вам прелестные кружевные шторы для гостиной,
ручной работы и совершенно даром. Могу...
- Не надо! Не надо! У нас ос...
- Осторожное отношение к торговцам в разнос? Все, что я продаю, мэм,
я продаю с гарантией. Вот, например, остроумнейшее приспособление, чтобы
будить по утрам ленивых слуг. Стоит только нажать эту кнопку...
- Говорю вам, у нас ос...
- Острая нужда в деньгах? Пусть это не беспокоит вас, мэм. Я могу
предоставить кредит до следующего посещения этого района или на любой
указанный вами срок. Взгляните, мэм, на эту веревку для белья. Она не
требует никаких прищепок и может быть прикреплена к чему угодно - забору,
дереву, шесту. Ее можно снижать и натягивать в одну секунду, и для большой
стирки это совершенно незаменимое...
- Я все пытаюсь сказать вам, - перебила женщина, - что у нас оспа в
доме, и мы...
Длинноносый субъект судорожно схватил свои товары и скатился со
ступеней в две секунды. Женщина тихо закрыла за ним дверь, а подъехавший в
эту минуту мужчина вылез из экипажа и прикрепил к дому желтый флаг.
НЕСМОТРЯ НИ НА КАКУЮ НАУКУ
Человек, следящий за всеми новейшими открытиями и достижениями - тот
же "пророк в своем отечестве". Он знает все решительно о бациллах и
микробах и обо всем многообразии вновь открытых врагов человечества. Он
читает все газеты и наматывает на ус все предостережения, необходимые для
долголетия и здоровья как физического, так и умственного. Он остановил
вчера на Мэйн-Стрит приятеля, который спешил на почту, и сказал, вне себя
от волнения:
- Минуточку, Браун. Вы куда-нибудь кусали ногти?
- Полагаю, что да - нет, впрочем, не знаю! Извините меня, пожалуйста,
я должен вскочить в трамвай.
- Погодите вы! Боже милосердный, вы не представляете, какая вам
грозит опасность! Если острая частица ногтя попадает к вам в легкие,
начнется воспалительный процесс, который завершится поражением тканей,
упадком сил, кровохарканьем, припадками, летаргией, туберкулезом и
смертью. Подумайте об этом! И, между прочим, обнаружена очень опасная
бацилла, возникающая в воде, в которой стояли розы. Хочу предостеречь вас.
Знаете ли вы, что...
- Послушайте, старина, премного вам обязан, но это письмо...
- Что значит письмо в сравнении с вашей жизнью! В ложке обыкновенной
ключевой воды находится свыше десяти миллионов живых существ; науке
известны две тысячи их разновидностей. Вы солите пиво, когда пьете?
- Не знаю. Право же, я должен идти. Я...
- Не делайте меня ответственным за вашу жизнь - я пытаюсь ее спасти.
Да знаете ли вы, что всякий прожитый нами день есть уже чудо! В каждом
стакане пива находится бесконечно малое количество хлористоводородной
кислоты. Соединение ее с солью дает чистый хлор. Вы поглощаете хлористый
газ каждый день вашей жизни. Остановитесь, пока не поздно!
- Я не пью пива!
- Но
...Закладка в соц.сетях
