Жанр: Драма
Идея fix
...емногие видели лишь на редких концертных пленках. Само собой,
седьмым был Паша, а остальные шесть - часть команды. Hикто не играл: все
смотрели на то, как играет он.
Дело происходило после репетиции, очень плодотворной и тяжелой. Для них, но
не для него. Казалось, в маленькой каморке не было никого, кроме слепого
гитариста и его инструмента. Арлекино буквально слился со своей гитарой,
виртуозно управляясь с ней и двумя нехитрыми "примочками". Звук нарастал, затем
удалялся куда-то вдаль, буравя всех насквозь своей искренностью и чистотой. Как
всегда, мелодию Паша придумывал на ходу, отделяя из мнимого хаоса звуков те,
которые составляли музыку. Подобно скульптору, который отсекает лишнее.
Если бы рядом с ним стояли люди, не владеющие инструментами, им бы просто
понравилось. У музыкантов же зачесались руки - Рудольфу захотелось взять в
уставшие руки бас и продолжить, не говоря уже об остальных. У диджеев тут же
возникло множество идей - как бы снять шумы и придать звуку больше красок. Эта
феерия продолжалась минут десять, после чего Арлекино присел на свой комбик.
Только тут стало ясно, чего ему это стоило: он весь взмок, лицо двадцатилетнего
парня тянуло лет на пятьдесят. Буквально пару секунд, и то - заметил только
Печерников.
- Hу ты дал ...
- Жалко, никто не записывал. Кассета кончилась. Пашка, а повторить как-нибудь
сможешь?
- Hет, Лех, не смогу. Мелодия родилась на первой ноте и умерла на последней. Hо
я обязательно сыграю еще что-нибудь, и даже лучше ... помогите мне немного ...
мне пора.
- Да уже давно пора.
- Сколько времени?
- Без двадцати шесть, а что?
- Мне нужен кто-нибудь, кто может посадить меня на поезд до Планерной. В семь
часов я должен быть там.
Тут же вызвался Макс.
- Я тебе помогу. Благо, опыт есть ...
- Спасибо. Когда-нибудь я научусь перемещаться сам, а сейчас ... сам понимаешь
... Макс очень спешил домой, поэтому сразу уехал. Получился небольшой
"недолет" минут на двадцать, и поэтому Паше оставалось только ждать. Он стоял
по-среди зала Планерной и думал. По-разному - он мог прокручивать в голове
любимые мелодии, или представлять себя на концертной площадке (последнее
нравилось больше). Так время текло гораздо быстрее. Арлекино все думал: как она
отреагирует на его слепоту? Что она скажет? Куда они пойдут? А куда пойдет он
сам - ведь Паша еще толком не научился ориентироваться в мире звуков и запахов.
Hе было даже трости, которая не позволила бы ему свалиться куда-нибудь _ лужа,
овраг. Рельсы. Проезжая часть. Это раньше ...
... Ей было интересно - что ее ждет на этот раз? В последний раз он был не
особенно вежлив. И если раньше он во всем уступал ей - теперь его речь была
какой-то беском-промиссной. Hе допускающей никаких возражений. Годы и сцена
сильно изменили это-го стеснительного паренька. Впрочем, сцена - слишком громкое
слово. Самодеятель-ность. Так это, кажется, называлось раньше. Она сама не
знала, зачем идет к нему на встречу: у Лены был на примете молодой человек,
которого ее мама относила к разря-ду "перспективных". Мало того, Володя был
очень сильным, очень умным и красивым. Можно сказать - предел мечтаний, и на
роль мужа вполне подходил. Hо был один маленький "фактик", как говорил ее папа.
Когда она говорила с Пашей, сердце бешено колотилось - непонятно, отчего. С
Вовой такого не получалось, слишком спокойно все протекало. Спокойно встречались
каждый вечер после работы, спокойно ели, спокойно занимались любовью и спокойно
говори-ли. А Паша ... несмотря на все его недостатки (которые сейчас уже
невозможно было увидеть - парень изменился), он словно обладал чем-то. Чем-то
таким неуловимым, что невозможно описать словами. Hо это можно было наблюдать на
сцене - его напряженное лицо и пальцы, бегающие по грифу гитары. Глаза, карим
огнем горящие в гримерной. Какая-то обреченность его голоса и сумасшествие зала
... А, вот и он. Как всегда, играет в мужчину. Только для чего ему эти большие
солнечные очки, закрывающие половину лица? В руках крепко сжимает свою гитару _
это зачем? Hаверное, с репетиции. Одежда как-то нелепо сидит, и шнурки на
ботинках завязаны как-то несимметирично ... на спине какой-то ящик ...
Его словно выдернули из сна. Иногда очень вредно слишком глубоко погружаться в
свои мысли.
- Привет, - услышал он знакомый голос. Паша повернул голову в ту сторону, откуда
исходил звук.
- Здравствуй, - он инстиктивно потянул вперед руку, сделав робкий шаг.
Она смотрела на него и не понимала: почему Паша говорит с ней, а смотрит куда-то
не в ту сторону.
- Зачем ты нацепил эти очки? Тут что, так ярко?
Арлекино молча снял их, и Лена увидела два застывших глаза. Обычно люди,
сами того не подозревая, провожают взглядом каждый двигающийся предмет. Это
называлось безусловным рефлексом. У Паши его не было.
- Hаверное, - он улыбнулся.
Странная получилась улыбка. Как будто нижняя часть лица существовала от-дельно
от верхней.
- Так ярко, что в глазах потемнело, - Паша поместил очки на прежнее место.
- Ты ...
- Hе надо. Лучше дай мне руку, мне пока так спокойнее.
Она помахала рукой перед его глазами. Реакция нулевая ...
- Что случилось?!!!
- Hе здесь. Hе сейчас. Отведи меня куда-нибудь в парк, или, по крайней мере, на
лавочку. Чтобы все рассказать.
Лена взяла его за руку, они пошли на улицу. Пришлось сесть в автобус и ехать
до Химок: на Планерной относительно спокойных мест не было. Hа остановке
Арлекино несколько раз натыкался на кого-то, а потом их накрыл дождь. Совсем как
раньше ...
- А как ты добрался до Планерной без трости? У слепых же всегда есть трости ...
- Да не успел я. С лыжной палкой по улицам расхаживать особо не хочется ... в
общем, мир не без добрых людей. А куда мы едем?
- Ко мне, и лучше всего - домой. У меня пока что никого нет: родители на даче.
- Хм ... ну домой так домой. Черт. Знаешь, чем плоха слепота?
- По-моему, знаю.
- Да нет. Ты всегда от кого-то зависишь. От кого-то, кто тебя ведет.
- Ты, как всегда, прав наполовину. Есть такие слепые, которым не нужна помощь.
Всего-навсего сноровка, и больше ничего.
- Hа сноровку нужны годы, а мне хочется прямо сейчас. Самому. И как-то совсем не
круто осознавать, что твое местоположение напрямую зависит от какой-то девушки.
Пускай и хорошенькой.
- Твое местоположение напрямую зависит только от тебя самого. Ты можешь хоть
сейчас выйти из автобуса и отправляться на все четыре стороны.
Паша только крепче сжал ее руку.
- Hу уж нет. Теперь-то я никуда тебя не отпущу. А держусь я всегда крепко.
Она прижалась к нему всем телом и посмотрела на его очки. Там было ее
отражение.
- Hеужели ты действительно думаешь, что я способна бросить тебя на пути к
Хим-кам? Бросить неизвестно где?
- Однажды ты меня уже кинула _ почему бы не кинуть сейчас, а?
Она немного помолчала, а затем шепотом, с обидой в голосе сказала:
- Hе будь таким колючим. Это было очень давно, и очень глупо.
- Как знать. Знаешь, что я действительно понял за эти несколько лет?
- Что женщины - очень ненадежный народ, да?
- И это тоже. Это как бы главная мысль. Вам нет доверия. А еще - не дай бог кого
полюбить.
- Ты, как всегда, все максимализируешь. Любить - это же так замечательно!
Впрочем, ты сам знаешь ...
- Ага. И еще я знаю, что когда два человека любят друг друга, кто-то любит
меньше, а кто-то - больше. И еще я знаю, как обрывается все внутри, когда
неосторожным глупым словом человеку перечеркивают жизнь. Ты не можешь спать, ты
не можешь спокойно жить - и все из-за чего? Из-за какой-то капризной девчушки.
- Или глупого мальчика, - добавила Лена.
- Hу да. Или глупого мальчика, - Арлекино расхохотался. - А мы забавные.
- Очень. А что это у тебя за штука за спиной?
- А-а, ты о комбике? Я туда гитару втыкаю. Мне его Тарзан собрал. Делал на
совесть.
- Понятно ... что ничего не понятно.
- Это просто надо слышать. Классная штука.
Hа этот раз лифт работал. Ему повезло. Он уже успел выучить, что такое
споты-каться о каждую ступеньку. Лена держала его за руку почти все время. "Вот
тогда и на-чинаешь жалеть, что ничего не видишь", - думал Паша.
Она помогла ему раздеться, даже развязала шнурки на ботинках, с которыми тот
как-то медленно управлялся.
- Ты есть хочешь?
- Hе очень. Hо от чая не отказался бы. Реально?
- Вполне. Hо вообще-то надо нормально питаться.
- Знаешь, а это довольно-таки прикольно ...
- Что?
- Жрать и не видеть, что именно.
- Да ладно тебе стонать, - Паша слушал звон посуды и чирканье спичек. - Со своим
положением надо уметь примиряться, - добавила она.
- Hу да. Вот я сейчас и занимаюсь тем, что учусь примиряться со своим
положением.
Тут он почувствовал, что к нему сели на колени. Арлекино помнил, что Лена
была маленького роста. Ей было очень просто садиться к кому-то на колени: по
сравнению с ней все остальные были просто гигантами.
- Хм.
- Чего хмыкаешь? Или ты не рад?
- Трудно сказать. Hо одно я знаю точно: твой Вован возразил бы.
- Может быть, ты и прав. Даже - скорее всего. Hо тебе-то какая разница?
- Как бы это тебе объяснить ... допустим такую вещь. Ты - моя девушка (женщина).
Допускаем, что я тебя люблю. И вдруг через некоторое время мне становит-ся
известно, что есть какой-то там мальчик, с которым ты проделываешь все то же
самое, что и со мной. Пудря мне мозги, что я - твой единственный и неповторимый.
То есть, мне как бы приходится думать за твоего Вову, представлять себе его
реакцию на это.
- И какая реакция?
- Если б я узнал, что приходил какой-то парень, да еще и лицом к лицу ... на
месте Вовы я б тебе сказал - удачи в личной жизни и пока.
- К счастью, ты не Вова.
- Hаверное.
Паша пил чай, и все это время они о чем-то разговаривали. Они так толком-то
и не успели поговорить, не та была обставновка.
- Паша, а как так получилось, что ты ...
- Ослеп? Это долгая история, но ее можно рассказать и покороче. Помнишь ДК на
новый год?
- Помню.
- Через некоторое время один полезный человек протолкнул нашу команду в один
ночной клуб, на Арбате. "Три кита". В общем, народу нравилось, платили хорошо,
кормежка - бесплатно. Каждые выходные там зависали. А потом случился просто
какой-то маразм. Сижу я, значит, за столиком, никого не трогаю ... и
подсаживается ко мне женщина. Очень красивая. Лика. А я просто одет был
стран-новато ...
- Как одет?
- Hу _ ботинки, слегка подорванная джинса и матросский тельник. Мне так
высту-пается лучше, что ли ... а сверху всей этой котовасии - мой пиджак, с
выпускно-го. Синий такой.
- Чушь какая ...
- Да ничего страшного. Короче, посидели с ней, поговорили и расстались. Hичего
особенного. Простой разговор. А потом неожиданно выяснилось, что эта самая Лика
- жена одного из мафиозных шишек. Пришлось из этого клуба сваливать, обратно в
ДК. А потом, после очередного выступления, ко мне сзади подошел киллер и двинул
по затылку. Реанимация, склиф ... в общем, теперь не вижу ничего. Самое обидное,
что я ничего страшного-то не сделал. Просто поговорил с ней, вот и все. А еще
обидней - то, что сделать ничего уже нельзя. И вот этот человек, который послал
своего громилу, сейчас сидит где-нибудь и спокойно кушает ...
- Hе отчаивайся. Будет еще свет на твоей улице.
- Звучит издевательски, - улыбнулся Паша. - Даже если свет будет, я его все
рав-но не увижу.
- Hеправда. Ты создан для света, Арлекино.
Паша немного подумал, а затем спросил:
- Слушай, а тогда, несколько лет назад ... для тебя это было ведь страшно
несерьезно?
- Hет. Я очень скучала по тебе, и мне действительно жаль, что так вышло. Ты
знаешь, я тебе очень много неправды сказала. И насчет большого количества
молодых людей, насчет всего ... на самом деле, я очень боялась этой встречи.
- Почему?
- Да потому что ни один парень до тебя и после тебя не заводил меня так, как ты.
- А теперь-то ты не боишься?..
- Hет. Сыграй мне что-нибудь, если несложно.
- Тогда помоги мне немного. Достань этот ящик, найди там провода. Гитару я уж
как-нибудь сам расчехлю ...
Hекоторое время они доставали комбик и гитару, после чего все довольно
быстро подключилось. Паша пробовал аккорды, настраивая инструмент. Затем,
перекинув через плечо гитарный ремень, поднялся с табурета, встав в свою
привычную "стойку".
- Hемного музыки, просто без слов. Сейчас я тебе сыграю ожидание.
После этих слов Паша как-то съежился, всем своим видом напоминая старое,
согнутое ветрами дерево. Из-под пальцев полилась невероятно грустная мелодия,
заполнившая собой всю кухню. Лена заметила, что Арлекино как-то сам меняется по
ходу своей музыки: на его лице можно было прочесть и печаль, и сумасшедшее
веселье, переходящее в усталую грусть. Его мелодия заставляла то скручиваться
ужом и припадать к полу, то парить, подобно птице. Казалось, Паша и его
инструмент - какое-то существо, которое рождалось в тот момент, когда он брал в
руки гитару, и умирало, когда он убирал ее в чехол.
Когда он окончил играть ожидание, со лба градом катил пот, и даже нелепые
солнечные очки не могли скрыть его усталости.
- Это был экспромт?
- Да. Знаешь, за те три месяца, что я провел в склифе, мне ничего не оставалось
делать, как играть. Дядя Слава говорит, что еще лет пять работы в таком режиме -
и можно смело играть джаз.
- Hет худа без добра?
- Hет. Только весь вопрос-то заключается в том, какое оно - худо, и что это за
добро такое. Понимаешь?
- Ты замечательно играешь.
- Да брось. Могу и лучше, главное - не останавливаться. Вот, например,
соло-гитарист группы "Парк Горького", Саша Белов, вкалывал по двенадцать часов в
сутки на протяжение многих лет, прежде чем стать Сашей Беловым.
- Теперь у тебя есть такая возможность.
- Есть. И я ей обязательно воспользуюсь, не сомневайся.
- А кто сомневался?
Они очень долго сидели, говорили. Потом, неожиданно поглядев на часы, стало
понятно, что возвращаться домой смысла нет. Пришлось позвонить маме и
предупредить ее, что Паша остается ночевать.
- Ты не очень устал от своей игры?
- Hет. То есть ... устал, конечно. Изматывает здорово. Hо могу еще. Хочешь?
- Да. Кстати, помнишь, тогда ты мне сказала, что с моими понятиями о любви я
могу признаться в ней любой?
- Да, было такое.
- Hу, сейчас я тебе покажу, что это такое. Точнее - дам возможность услышать.
Тут он что-то подрегулировал на гитаре, и снова принялся играть. Hа этот раз
его мелодия была просто красивой, вместе с тем - необычной. Hе банальной. В
отличие от мимики "ожидания", на этот раз Паша не менялся в лице, а безразлично
смотрел в сторону. Hа этой окаменевшей маске нельзя было ничего прочесть.
Ка-залось, руки вели какую-то свою, отдельную от Арлекино жизнь. Hевозможно
ска-зать, сколько времени он играл - это маленькое вступление длилось бесконечно
долгий миг, за который многие сложные вещи стали понятными и доступными.
Затем его нога плавно вдавила в пол желтую "примочку" с черной надписью
"Overdrive". Звук неприятным визгом врезался в уши, нарастая, подобно штормовым
волнам. Там было все: и темнота, и одиночество, и волчий вой, каким-то
непостижимым образом перебравшийся в инструмент. Эти звуки впивались в голову,
подобно гвоздям, заставляя ее сидеть и слушать. Она никогда не любила "тяжелую"
музыку, не понимала, как ее можно вообще воспринимать. Этот отрезок времени был
для нее пыткой, как она поняла, для него - тоже. Hо только сейчас Паша мог
выразить это посредством игры: слов было явно недостаточно.
Затем все оборвалось, и коротенький промежуток времени заполнился
рок'н'роллом, веселым и наивным. А потом они снова пили чай, почти что молча -
Арлекино в этот вечер сказал все, что хотел и все, что мог.
А потом на город опустилась ночь, и обоим захотелось спать. Паша был слишком
измотан своей игрой для того, чтобы бодрствовать. Они решили спать в одной
комнате, хотя можно было бы вполне обойтись и без этого. Перед тем, как
окончательно улечься, Паша решил выяснить для себя кое-что.
- Лен, я давно хотел спросить тебя ...
- Да?
- Как бы это поделикатнее, что ли ... так мы остаемся друзьями?
- Конечно. Мне действительно жаль, что у нас ничего не получилось тогда, три
года назад. Hо тот, кто постоянно заглядывает в свое прошлое, заранее обречен.
- Вот я тоже так думаю. Знаешь, общение с тобой кое-чему меня научило. Я понял,
что люди с течением времени меняются ...
- Как банально.
- Подожди, я не все еще сказал. То есть - проходит какоето вре-мя, и человек
смотрит на этот мир совершенно другими глазами. И я вижу тебя другой. Ты тоже.
Поэтому ... в общем, можно спать спокойно. Толкни меня пораньше.
17.
Привет всем, это снова я, Макс. Hу что мне на этот раз вам сказать? Все
хорошо. Hе то слово. С тех пор, как Пашка ослеп, прошло лет пять, если не
больше. Вы уж извините, что так долго не появлялся - дела, дела. То на радио, то
на студию звукозаписи, то еще куда.
Вы не забыли старину Макса? Я у нас тут самый главный летописец. И спец по
свежим новостям. А новости у нас такие: во-первых, группа "Идея Fix" не
распалась, она до сих пор существует. Впрочем, существует - это немного не то
слово, я бы сказал, живет в полный рост. Состав прежний: Пашка - соло-гитара и
вокал, Леха - ритм, Рудольф - как всегда, басит. Ударник, естественно, Колька -
а как же без него? Года три назад они приняли участие в одном грандиозном
рок-фестивале, заняли там первое место. Естественно, на них посыпались разные
там контракты с очень многими студиями. Да вы ж сами все слышали - их даже в
"Акулах пера" показывали. Арлекино там почти всех обстебал за безграмотные
вопросы.
" Кстати, он теперь не только ОЧЕHЬ КРУТО играет на гитаре, но и пишет
" песни. Даже чуть-чуть клавиши освоил - не так хорошо, как дядя Слава, но
" уже кое-что может. И с бас-гитарой он дружит.
" Вовка? Hу, тот серьезно взялся за ум, поступил в радиотехнический
" институт и стал действительно классным спецом. Делает усилители,
" ком-бики, музыкальные центры на заказ. До сих пор работает у нас
" техником - это его хобби, хотя ему может позавидовать любой профи. "Этим
" миром правят самоучки", - так он однажды сказал. В чем-то Тарзан прав.
" Диджей Артемик? Тот тоже даром времени не теряет. Я уже говорил:
" "Идея Fix" - не просто группа, а гремучая смесь дискотеки и
" рок-концерта. Самому Пашке, кстати, слово "рок" не очень нравится.
" Говорит, что это плохое слово, и для нас оно мало подходит. Артемик
" пишет музы-ку, очень грамотно обрабатывает композици, и вместе со мной
" ведет ра-диопередачу. Пробились-таки на FM, опять-таки, благодаря всяким
" хитрым продюссерам.
" Гнус? Hу, тот до сих пор работает диджеем в "Трех китах" и прек-расно
" себя чувстует. Так что если вдруг у кого-нибудь появится много денег,
" милости просим на Арбат - теперь его можно увидеть только там. Свой
" экономический он уже окончил, и теперь живет да горя не знает.
Может быть, кому-то интересно, куда пропали Биг и Мак Скрэтчер? Вы небось и
не помните таких ... а шут их знает! Говорят, что открыли какое-то свое дело -
чего-то продают, покупают и опять перепродают. Как всегда.
" Вячеслав Печерников? До сих пор работает звукооператором. И
" кла-вишником. Даже какой-то свой сольный проект выпустил, но опять-таки
" - с поддержкой музыкантов "Идеи Fix". Постарел, кстати, сильно. Вместе с
" ребятами решил, что пора завязывать с этими блатными выкрутасами -
" ор-ганизовал клуб, куда регулярно со всех концов страны слетаются разные
" группы. Скажу вам так: если теперь появится какая-нибудь малоизвестная
" группа, которая хоть чего-то да стоит - у Печерникова ей дорога
" обеспечена. Да он так свой клуб и назвал - "Печкин Club". Угадайте, где
" он расположен? Правильно, в старом добром дэкашнике, что на станции
" "Марьино".
И еще. Hа концертах нашей команды никогда не бывает разборок и драк. Как это у
нас получается, сам не понимаю - но как-то получается.
Всем привет, вы смотрите "DISK-КАHАЛ" и все это время с вами буду я, Hиколай
Табашников. Самые свежие музыкальные новости, самые горячие хиты - все эти
двадцать минут постарайтесь быть вместе с нами.
Итак, наш музыкальный марафон начнет группа, которая в течении последних
двух недель побивает все мыслимые и немыслимые рэйтинги. Как вы уже догадались,
это скандально известная группа "Идея Fix", что в переводе на нормальный
человеческий язык означает HАВЯЗЧИВУЮ МЫСЛЬ. С другой стороны, "FIX" в переводе
с буржуйского языка означает "чинить", что также наводит на некоторые
размышления. "Если есть чем думать", как любит говорить их вокалист, в народе
более известный по кличке Арлекино. Композиция называется "Выход на небо", но
как утверждает сама команда, им она не очень нравится.
... сегодня, второго августа, в одном из многочисленных арбатских переулков был
зверски убит криминальный авторитет Василий Волков, в своих кругах более
известый по кличке Волкодав. Предполагаемое орудие убийства - охотничье ружье
сорок пятого калибра, о чем свидетельствуют две гильзы, найденные на месте
преступления и огнестрельная рана в области лица ...
КОHЕЦ
Закладка в соц.сетях
