Жанр: Драма
Рассказы
...да бывают очень сильными, - сказала мисс Джонс с
придыханием.
- Вы совершенно правы, - согласился резидент.
И тут без всякой видимой причины мисс Джонс покраснела. Она поспешно
распрощалась и покинула кабинет.
- Ну и ну! - воскликнул резидент.
Теперь ему стало ясно, кто послал Рыжему Теду новую одежду.
Он встретил его в тот же день и спросил, не получал ли он послания от
мисс Джонс. Рыжий Тед достал из кармана скомканную бумажку и протянул ему.
Это было приглашение. Оно гласило:
"Дорогой мистер Уилсон!
Мы с братом были бы очень рады, если бы вы пришли к нам поужинать в
ближайший четверг в 7:30. Резидент любезно обещал прийти. У нас есть
несколько новых пластинок из Австралии, которые, уверена, вам понравятся.
Боюсь, что я была не очень приветлива, когда мы в последний раз виделись с
вами, но тогда я мало вас знала, и я достаточно разумный человек, чтобы
признать свою ошибку. Надеюсь, вы меня простите и позволите мне стать
вашим другом.
Искренне ваша - Марта Джонс".
Резидент отметил, что она называет Рыжего Теда мистер Уилсон и
упоминает о его, резидента, обещании прийти, так что, когда она сказала
ему, что уже пригласила Рыжего Теда, она несколько предвосхитила события.
- И что ты собираешься делать?
- Никуда я не пойду, если вы об этом. Надо же, такое нахальство!
- Но надо ответить на письмо.
- И не подумаю.
- Послушай, Рыжий, надень новую одежду, которую ты получил, и сделай
одолжение мне лично - пожалуйста, приди. Мне тоже надо пойти, но, черт
побери, не покинешь же ты меня в беде. Ну, один раз, что, от тебя кусок
отвалится?
Рыжий Тед подозрительно посмотрел на резидента, но у того был серьезный
вид и говорил он искренне; откуда было ему знать, что голландец чуть не
лопался от смеха.
- Какого лешего я им сдался?
- Не знаю. Наверное, мечтают пообщаться с тобой.
- А выпить дадут?
- Нет, но ты приходи ко мне к семи часам, и мы перед уходом выпьем по
маленькой.
- Ну, ладно, - угрюмо согласился Рыжий Тед.
Резидент с довольным видом потирал пухлые руки. Он ждал много забавного
от предстоящего вечера. Но когда наступил четверг и настало семь часов,
Рыжий Тед был мертвецки пьян, и резиденту пришлось идти одному. Он сказал
миссионеру и его сестре чистую правду. Мистер Джонс покачал головой.
- Боюсь, Марта, все без толку. Парень безнадежен.
Мисс Джонс промолчала, и резидент заметил, как две слезинки скатились
по ее длинному, тонкому носу. Она закусила губу.
- Нет безнадежных людей. В каждом человеке есть что-то доброе. Я буду
молиться за него по вечерам. Не пристало сомневаться в могуществе божьем.
Быть может, мисс Джонс права, но божественное провидение избрало весьма
странный способ достигнуть своих целей. Рыжий Тед запил горькую. Он
доставлял столько неприятностей, что даже резидент потерял терпение и
пришел к выводу, что не может больше допустить пребывания Рыжего Теда на
острове. Он решил выслать его со следующим судном, которое зайдет в Бару.
Но в это время какой-то житель умер при таинственных обстоятельствах после
того, как побывал на одном из островов, и резиденту стало известно, что на
том же острове умерли еще несколько человек. Он послал китайца,
занимавшего официальный пост врача этой группы островов, разобраться в
причинах и вскоре получил сведения, что смертные случаи вызваны холерой.
Еще два человека умерли на Бару, и ему стало ясно, что начинается
эпидемия.
Резидент отчаянно бранился. Он бранился по-голландски, по-английски и
по-малайски. Потом опорожнил бутылку пива и выкурил сигару. После этого у
него возникла одна мысль. Он знал, что врач-китаец бесполезен. Это был
маленький нервный человек с Явы, и туземцы откажутся подчиняться его
приказам. Резидент, будучи человеком действия, хорошо представлял себе,
что следует предпринять, но он не в состоянии был сделать все сам. Он не
любил мистера Джонса, но в данный момент благодарил судьбу за то, что тот
находится на острове, и немедленно послал за ним. Миссионер явился вместе
с сестрой.
- Вы знаете, по какому поводу я вызвал вас, мистер Джонс? - спросил
резидент без обиняков.
- Да, я ждал, что вы за мной пошлете. Вот почему моя сестра пришла
вместе со мной. Мы готовы предоставить в ваше распоряжение все, чем
располагаем. Нет надобности говорить, что моя сестра не менее компетентна,
чем мужчина.
- Я знаю. С радостью приму ее помощь.
Они принялись без дальнейших отлагательств обсуждать меры, которые
следовало принять. Надо было соорудить больничные хижины и карантинные
станции, заставить жителей деревень на островах соблюдать надлежащие
предосторожности. Во многих случаях жители зараженных деревень брали воду
из тех же колодцев, что и не пораженные инфекцией, и в каждом случае
трудности надо было преодолевать в зависимости от обстоятельств.
Необходимо было послать на острова людей, которые отдавали бы приказы и
могли бы обеспечить их выполнение. Хуже всего было то, что туземцы не
станут подчиняться другим туземцам и приказы туземных полицейских, которые
сами не уверены в своей компетентности, несомненно, будут игнорироваться.
Мистеру Джонсу лучше было оставаться на Бару, где население наиболее
многочисленно и особенно нужна его медицинская помощь. Что касается
мистера Грюйтера, то, поскольку его официальные обязанности требовали
постоянного контакта со штаб-квартирой, он не мог лично посещать все
остальные острова. Придется ехать мисс Джонс, но туземцы на некоторых
отдаленных островах были дикими и коварными. У резидента уже возникало с
ними много неприятностей, и ему не хотелось подвергать ее опасности.
- Я не боюсь, - заявила она.
- Не сомневаюсь. Но если вам перережут горло, мне придется туго, притом
нас так мало, что я не хочу рисковать потерей вашей помощи.
- Тогда пусть со мной поедет мистер Уилсон. Он знает туземцев лучше,
чем кто-либо, и может говорить на всех диалектах.
- Рыжий Тед? - резидент с недоумением смотрел на нее. - У него только
что был очередной приступ белой горячки.
- Я знаю, - ответила она.
- Вы очень много знаете, мисс Джонс.
Несмотря на серьезность момента, мистер Грюйтер не мог не улыбнуться.
Он пристально посмотрел на нее, но она невозмутимо встретила его взгляд.
- Ничто так не выявляет скрытых качеств человека, как чувство
ответственности, и я полагаю, нечто подобное может сделать человека и из
него.
- Ты считаешь разумным на много дней вверить себя субъекту с такой
дурной репутацией? - спросил миссионер.
- Я вверяю себя богу, - сказала она серьезно.
- По вашему мнению, он принесет пользу? - спросил резидент. - Вы ведь
знаете, что он собой представляет.
- Я уверена в этом. - Вспыхнув, она добавила: - В конце концов никто не
знает лучше меня, что он умеет владеть собой.
Резидент прикусил губу.
- Я пошлю за ним.
Он отправил с запиской сержанта, и через несколько минут Рыжий Тед
стоял перед ним. Он казался больным. Очевидно, недавний приступ был
тяжелой встряской, и нервы его были вконец расшатаны. Его одежда
превратилась в лохмотья, и он неделю не брился. Вид он имел самый
непотребный.
- Послушай, Рыжий, - сказал резидент, - речь идет об эпидемии холеры.
Мы должны заставить туземцев принять меры предосторожности и хотим, чтобы
ты нам помог.
- Какого лешего я должен помогать?
- Никаких причин для этого нет. Кроме филантропии.
- Не выйдет, резидент. Я не филантроп.
- Тогда вопрос исчерпан. Все. Можешь идти.
Но когда Рыжий Тед повернулся к двери, его остановила мисс Джонс.
- Это было мое предложение, мистер Уилсон. Видите ли, меня хотят
послать на Лабобо и Сакунчи, а туземцы там такие дикие, что я боюсь ехать
одна. Я подумала, если вы тоже поедете, мне будет спокойнее.
Он взглянул на нее с крайней неприязнью.
- А мне-то что, если вам перережут глотку?
Мисс Джонс посмотрела на него, и ее глаза наполнились слезами. Она
расплакалась. Он стоял, тупо уставившись на нее.
- Конечно, вы не обязаны ехать, - она взяла себя в руки и вытерла
глаза. - Глупо с моей стороны. Ничего со мной не случится. Я поеду одна.
- Дурацкая идея - женщине ехать на Лабобо!
Она слабо улыбнулась ему:
- Это, конечно, так, но, понимаете, это моя работа, и я ничего не могу
поделать. Простите, если я обидела вас, попросив поехать со мной. Забудьте
об этом. Полагаю, с моей стороны было неправильно просить вас подвергать
себя такому риску.
Наверное, целую минуту Рыжий Тед смотрел на нее, переминаясь с ноги на
ногу. Казалось, лицо его почернело.
- А, проклятье! Пусть будет по-вашему, - проговорил он, наконец. -
Поеду с вами. Когда вы хотите выехать?
Они отправились на следующий день с лекарствами и дезинфицирующими
средствами на правительственном катере. Мистер Грюйтер должен был выехать
в прау в другом направлении, как только уладит все дела на Бару. Эпидемия
свирепствовала в течение четырех месяцев. Хотя делалось все возможное,
чтобы локализовать ее, она вспыхивала на одном острове за другим. Резидент
был занят с утра до ночи. Не успевал он вернуться на Бару с того или иного
острова, где надо было срочно что-то предпринимать, как ему приходилось
снова выезжать в другое место. Он распределял продовольствие и
медикаменты, подбадривал смертельно напуганных крестьян. Он все держал под
контролем, работал как вол. Рыжего Теда он ни разу не видел, но знал от
мистера Джонса, что эксперимент удался сверх ожиданий. Бездельник ведет
себя примерно. Умеет ладить с туземцами. С помощью лести, иногда
непреклонности, другой раз пуская в ход кулаки, он сумел заставить их
принять меры, необходимые для их собственной безопасности. Мисс Джонс
могла поздравить себя с успехом своей затеи. Но резидент слишком устал,
чтобы воспринимать это как нечто забавное. Когда эпидемия сошла на нет, он
ликовал, потому что из населения в восемь тысяч человек умерло всего
шестьсот.
Наконец наступил момент, когда он смог объявить, что во всем районе нет
ни одного случая холеры.
Однажды вечером он сидел в своем саронге на веранде и читал французский
роман со счастливым сознанием, что снова можно наслаждаться жизнью. Вошел
старший бой и доложил, что пришел Рыжий Тед. Резидент встал и крикнул,
чтобы тот вошел. Он уже стосковался по обществу и как раз подумывал, что
неплохо бы напиться вечером, но одному пить скучно, и он с сожалением
отказался от своего намерения. А тут бог послал Рыжего Теда. Ей-же-ей,
веселый предстоит вечерок. После этих четырех месяцев они заслужили такое
скромное развлечение. Рыжий Тед вошел в комнату. На нем был чистый белый
парусиновый костюм, он был гладко выбрит и казался совсем другим
человеком.
- Привет, Рыжий, да ты выглядишь так, будто провел месяц на курорте, а
не ухаживал за туземцами, умирающими от холеры. А костюм! Одет прямо с
иголочки!
Рыжий Тед улыбнулся смущенно. Старший бой принес две бутылки пива и
наполнил стаканы.
- Угощайся, Рыжий, - сказал резидент, беря свой стакан.
- Я лучше не буду пить. Спасибо.
Резидент поставил свой стакан и с изумлением уставился на Рыжего Теда.
- Почему? Что случилось? Разве тебя не мучит жажда?
- Не откажусь от чашки чая.
- От чашки чего?
- Я бросил пить. Мы с Мартой женимся.
- Рыжий!
У резидента глаза полезли на лоб. Он почесал бритый затылок.
- Ты не можешь жениться на мисс Джонс, - сказал он. - Никто не может
жениться на мисс Джонс.
- Нет, я женюсь. За этим я и пришел к вам. Оуэн обвенчает нас, но мы
хотим зарегистрироваться и по голландскому закону.
- Ничего себе шуточки, Рыжий. В чем великая идея?
- Она так захотела. Влюбилась в меня в ту ночь, что мы провели на
острове, когда сломался винт. Она неплохая бабенка, когда поближе ее
узнаешь. Это ее последний шанс, понимаете, и мне хочется сделать ей
приятное. Ей нужно, чтобы кто-то о ней заботился, это уж точно.
- Рыжий, Рыжий, не успеешь ты моргнуть глазом, как она сделает из тебя
миссионера.
- Не вижу в этом ничего плохого, если у нас будет своя маленькая
миссия. Она говорит, что я чудо как умею ладить с туземцами. Могу,
говорит, за пять минут добиться больше толка от туземца, чем Оуэн за целый
год. Никогда, говорит, не встречала человека с таким обаянием, как у меня.
Вроде жалко похоронить такой дар.
Резидент молча смотрел на него и несколько раз медленно покачал
головой. Да, обвела его вокруг пальца, ничего не скажешь.
- Я уже семнадцать человек обратил в веру, - сказал Рыжий Тед.
- Ты? Вот уж не знал, что ты такой ревностный христианин.
- Я сам точно не знал, но когда я побеседовал с ними и они побрели в
лоно, как стадо овец, я просто обалдел. Провалиться мне на этом месте,
сказал я, все-таки в этом что-то есть.
- Тебе надо было тогда изнасиловать ее. Рыжий. Я бы не обошелся с тобой
слишком сурово. Дал бы тебе не больше трех лет, а три года пролетят - и не
заметишь.
- Послушайте, резидент, вы часом не проговоритесь, что я об этом и не
помышлял. Женщины такие обидчивые, и если она узнает, жуть как
расстроится!
- Я знал, что она положила на тебя глаз, но чтобы все так кончилось...
- Резидент стал возбужденно ходить взад и вперед по веранде. - Послушай
меня, старик, - заговорил он после раздумья, - мы с тобой не раз отлично
проводили время, и друг есть друг. Я вот что придумал: одолжу тебе катер,
а ты сможешь уехать и спрятаться на одном из островов, отсидишься там,
пока не придет следующее судно, а я тогда скажу, чтобы оно замедлило ход и
взяло тебя на борт. У тебя сейчас есть один-единственный шанс - бежать без
оглядки.
Рыжий Тед покачал головой:
- Не пойдет, резидент. Я знаю, что вы говорите это из лучших
побуждений, но я собираюсь жениться на окаянной бабе, и точка. Вам не
понять, какая это радость - заставить этих паскудных грешников покаяться,
прийти ко Христу. И, черт побери, она так делает пудинг с патокой - ничего
подобного не едал с самого детства.
Резидент расстроился. Этот пьяный бездельник составлял всю его компанию
на островах, и он не хотел его терять. Он обнаружил, что даже питает к
нему определенную симпатию. На следующий день он отправился к миссионеру.
- Действительно ваша сестра собирается замуж за Рыжего Теда? - спросил
он. - Никогда в жизни не слышал ничего более невероятного.
- Тем не менее это так.
- Вы должны что-нибудь предпринять. Это безумие!
- Моя сестра - совершеннолетняя и имеет право поступать, как ей
заблагорассудится.
- Не хотите ли вы сказать, что одобряете этот поступок? Вы же знаете
Рыжего Теда. Он - бродяга, двух мнений быть не может. Вы ей объяснили, как
она рискует? Я хочу сказать, что убеждать грешников покаяться и все такое
прочее - это прекрасно, но есть же границы. Помните, леопард никогда не
меняет своих пятен.
И тут впервые в жизни резидент заметил веселую усмешку в глазах
миссионера.
- Моя сестра очень решительная особа, мистер Грюйтер, - сказал он. - С
той ночи, что они провели на острове, он уже был обречен.
Резидент раскрыл рот. Он был удивлен не менее пророка Валаама, когда
господь разверз уста его ослицы и она спросила Валаама, что такого она
сделала, что он трижды ее ударил. Значит, мистер Джонс иногда все-таки
спускается на землю.
- О, боже! - пробормотал резидент.
Они не успели продолжить разговор, как в комнату стремительно вошла
мисс Джонс. Она сияла и помолодела на десять лет. Щеки ее рдели, а нос
почти совсем утратил красный оттенок.
- Вы пришли поздравить меня, мистер Грюйтер? - спросила она, двигаясь
оживленно, как молодая девушка. - Вот видите, я все-таки была права. В
каждом человеке скрыто что-то хорошее. Вы и представить себе не можете,
как великолепен был Эдвард в течение всего этого ужасного периода. Он
просто герой. Он святой. Даже я была поражена.
- Надеюсь, вы будете очень счастливы, мисс Джонс.
- Уверена, что буду. Мне не пристало сомневаться в этом. Ибо нас свел
господь бог.
- Вы так думаете?
- Я знаю. Разве вы не понимаете? Если бы не холера, Эдвард никогда не
нашел бы себя. Если бы не холера, мы никогда не узнали бы друг друга.
Никогда я не видела, чтобы рука божья проявилась столь явственно.
Резидент подумал, что прием, с помощью которого эту парочку свели
вместе, не такой уж безобидный, если при этом умерло шестьсот человек,
однако, не будучи особо сведущ в деяниях всемогущего, он воздержался от
замечаний.
- Вы ни за что не угадаете, где мы собираемся провести медовый месяц, -
сказала мисс Джонс лукаво.
- На Яве.
- А вот и нет. Если вы одолжите нам катер, мы поедем на тот остров,
куда нам пришлось высадиться. Он будит в нас обоих самые нежные
воспоминания. Именно там я впервые поняла, какой прекрасный и добрый
человек Эдвард. Именно там я хочу вознаградить его.
У резидента перехватило дыхание. Он поспешно вышел, так как боялся,
что, если немедленно не выпьет бутылку пива, с ним случится припадок.
Никогда в жизни не был он так потрясен.
КОММЕНТАРИИ
Резидент (от лат. residentis - пребывающий) - в данном случае чиновник,
возглавляющий колониальную администрацию в определенном регионе.
Язычник - так часто называют верующих, поклоняющихся не одному богу
(монотеизм), а многим (политеизм). В церковной литературе язычниками
называют поклонников всех дохристианских религий - древних египтян, греков
и т.д.
Сорока - род одежды народов Индонезии: кусок ткани в виде юбки,
обернутой вокруг бедер.
Туан (малайск.) - господин.
Люгер (нем., гол.) - трехмачтовое парусное судно.
Буги - одна из малайских народностей, населяющих остров Целебес.
Вильгельмина (1880-1962) - королева Нидерландов с 1890 по 1948 гг.
Арак - крепкий спиртной напиток, изготовляемый жителями Океании из риса
или пальмового сока.
Прау - индонезийское судно из дерева.
...104 градуса по Фаренгейту - соответствует 40ь по Цельсию.
...сколь высоко ценил такое состояние святой Павел - имеется в виду
высказывание апостола Павла о предпочтительности девственного состояния,
как особо угодного богу: "Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им
оставаться как я. ...Посему выдающий замуж свою девицу поступает хорошо; а
не выдающий поступает лучше" (Коринфянам I, 7; 8, 38). С этим положением
связан обет безбрачия служителей католической церкви - целибат.
Он был удивлен не менее пророка Валаама - имеется в виду библейская
притча об ослице пророка Валаама, которая остановилась на дороге при виде
ангела господня, а когда хозяин стал ее бить, отверз господь уста ослицы,
и она сказала Валааму: что я тебе сделала, что ты бьешь меня вот уже
третий раз" (Чисел, 22; 38).
Сомерсет Моэм.
Дождь
-----------------------------------------------------------------------
Пер. - И.Гурова.
Авт.сб. "Каталина". Киев, Политиздат, 1990.
OCR & spellcheck by HarryFan, 2 April 2001
-----------------------------------------------------------------------
Скоро время ложиться, а завтра, когда они проснутся, уже будет видна
земля. Доктор Макфейл закурил трубку и, опираясь на поручни, стал искать
среди созвездий Южный Крест. После двух лет на фронте и раны, которая
заживала дольше, чем следовало бы, он был рад поселиться на год в Тихой
Апии, и путешествие уже принесло ему заметную пользу. Так как на следующее
утро некоторым пассажирам предстояло сойти в Паго-Паго, вечером на корабле
были устроены танцы, и в ушах у доктора все еще отдавались резкие звуки
пианолы. Теперь, наконец, на палубе воцарилось спокойствие. Неподалеку он
увидел свою жену, занятую разговором с Дэвидсонами, и неторопливо
направился к ее шезлонгу. Когда он сел под фонарем и снял шляпу,
оказалось, что у него огненно-рыжие волосы, плешь на макушке и обычная для
рыжих людей красноватая веснушчатая кожа. Это был человек лет сорока,
худой, узколицый, аккуратный и немного педант. Он говорил с шотландским
акцентом, всегда негромко и спокойно.
Между Макфейлами и Дэвидсонами - супругами-миссионерами - завязалась
пароходная дружба, возникающая не из-за близости взглядов и вкусов, а
благодаря неизбежно частым встречам. Больше всего их объединяла неприязнь,
которую все четверо испытывали к пассажирам, проводившим дни и ночи в
курительном салоне за покером, бриджем и вином. Миссис Макфейл немножко
гордилась тем, что они с мужем были единственными людьми на борту, которых
Дэвидсоны не сторонились, и даже сам доктор, человек застенчивый, но
отнюдь не глупый, в глубине души чувствовал себя польщенным. И только
потому, что у него был критический склад ума, он позволил себе поворчать,
когда они в этот вечер ушли в свою каюту.
- Миссис Дэвидсон говорила мне, что не знает, как бы они выдержали эту
поездку, если бы не мы, - сказала миссис Макфейл, осторожно выпутывая из
волос накладку. - Она сказала, что, кроме нас, им просто не с кем было бы
здесь познакомиться.
- По-моему, миссионер - не такая уж важная птица, чтобы чваниться.
- Это не чванство. Я очень хорошо ее понимаю. Дэвидсонам не подходит
грубое общество курительного салона.
- Основатель их религии не был так разборчив, - со смешком заметил
доктор.
- Сколько раз я просила тебя не шутить над религией, - сказала его
жена. - Не хотела бы я иметь твой характер, Алек. Ты ищешь в людях только
дурное.
Он искоса посмотрел на нее своими бледно-голубыми глазами, но
промолчал. Долгие годы супружеской жизни убедили его, что ради мира в
семье последнее слово следует оставлять за женой. Он кончил раздеваться
раньше ее и, забравшись на верхнюю полку, устроился почитать перед сном.
Когда на следующее утро доктор вышел на палубу, земля была совсем
близко. Он жадно смотрел на нее. Узкая полоска серебряного пляжа сразу
сменялась крутыми горами, вплоть до вершин покрытыми пышной
растительностью. Среди зелени кокосовых пальм, спускавшихся почти к самой
воде, виднелись травяные хижины самоанцев и кое-где белели церквушки.
Миссис Дэвидсон вышла на палубу и остановилась рядом с доктором. Она была
одета в черное, на шее - золотая цепочка с крестиком. Это была маленькая
женщина с тщательно приглаженными тусклыми каштановыми волосами и
выпуклыми голубыми глазами за стеклами пенсне. Несмотря на длинное овечье
лицо, она не казалась простоватой, а, наоборот, настороженной и
энергичной. У нее были быстрые птичьи движения. Самым примечательным в ней
был голос - высокий, металлический, лишенный всякой интонации; он бил по
барабанным перепонкам с неумолимым однообразием, раздражая нервы, как
безжалостное жужжание пневматического сверла.
- Вы, наверное, чувствуете себя почти дома, - сказал доктор Макфейл с
обычной слабой, словно вымученной улыбкой.
- Видите ли, наши острова непохожи на эти - они плоские. Коралловые. А
эти - вулканические. Нам осталось еще десять дней пути.
- В здешних краях это то же, что на родине - соседний переулок, -
пошутил доктор.
- Ну, вы, разумеется, преувеличиваете, однако в Южных морях расстояния
действительно кажутся другими. В этом отношении вы совершенно правы.
Доктор Макфейл слегка вздохнул.
- Я рада, что наша миссия не на этом острове, - продолжала она. -
Говорят, здесь почти невозможно работать. Сюда заходит много пароходов, а
это развращает жителей; и, кроме того, здесь стоят военные корабли, что
дурно влияет на туземцев. В нашем округе нам не приходится сталкиваться с
подобными трудностями. Ну, разумеется, там живут два-три торговца, но мы
следим, чтобы они вели себя как следует, а в противном случае мы их так
допекаем, что они бывают рады уехать.
Поправив пенсне, она устремила на зеленый остров беспощадный взгляд.
- Стоящая перед здешними миссионерами задача почти неразрешима. Я
неустанно благодарю бога, что по крайней мере это испытание нас миновало.
Округ Дэвидсона охватывал группу островов к северу от Самоа; их
разделяли большие расстояния, и ему нередко приходилось совершать на
пироге далекие поездки. В таких случаях его жена оставалась управлять
миссией. Доктор Макфейл вздрогнул, представив себе, с какой неукротимой
энергией она, вероятно, это делает. Она говорила о безнравственности
туземцев с елейным негодованием, но не понижая голоса. Ее понятия о
нескромности были несколько своеобразными. В самом начале их знакомства
она сказала ему:
- Представьте себе, когда мы только приехали, брачные обычаи на наших
островах были столь возмутительны, что я ни в коем случае не могу вам их
описать. Но я расскажу миссис Макфейл, а она расскажет вам.
Затем он в течение двух часов смотрел, как его жена и миссис Дэвидсон,
сдвинув шезлонги, вели оживленный разговор. Прохаживаясь мимо них, чтобы
размяться, он слышал возбужденный шепот миссис Дэвидсон, напоминавший
отдаленный рев горного потока, и, видя побледневшее лицо и полураскрытый
рот жены, догадывался, что она замирает от блаженного ужаса. Вечером,
когда они ушли к себе в каюту, она, захлебываясь, передала ему все, что
услышала.
- Ну, что я вам говорила? - торжествуя, вскричала миссис Дэвидсон на
следующее утро. - Ужасно, не правда ли? Теперь вас не удивляет, что я сама
не осмелилась рассказать вам все это? Несмотря даже на то, что вы доктор.
Миссис Дэвидсон пожирала его глазами. Она жаждала убедиться, что
достигла желаемого эффекта.
- Не удивительно, что вначале у нас опустились руки. Не знаю, поверите
ли вы, когда я скажу, что во всех деревнях нельзя было отыскать ни одной
п
...Закладка в соц.сетях
